home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 28

Они поехали дальше по Виллоу-Трайл. Когда, наконец, овраг сошел на нет, стали пробиваться через сосновый бор, поднимаясь все выше и выше, пока не добрались до притулившейся к скале небольшой лачуги с покосившейся под немыслимым углом трубой на крыше.

Около нее за столом, лишь слегка затененным кроной одинокого дерева, сидели пятеро парней, которые резались в карты.

Вновь прибывших они не удостоили ни единым взглядом. Джо Пузан направился в обход лачуги к небольшому пастбищу, огороженному забором. Там Джексон увидел табун из двадцати лошадей, худшая из которых вполне могла бы удостоиться чести носить на себе принца. По их небольшим головам, крупным, выразительным, как у оленей, глазам и стройным ногам, словно выкованным из железа, он угадал, к какой породе они относятся, и не мог не испытать невольного восхищения. Его мерин рядом с ними показался ему замухрышкой и полукровкой.

— Хороши, не правда ли? — спросил Джо Пузан, помедлив на секунду у ограды и любуясь лошадьми. — Вот овечки, которые дают шерсть доку Хэйману. Он своего рода ранчеро, только на ниве науки. Посевы у него в голове, жатву собирает с помощью кольтов и нитроглицерина, а вот эти красавцы кони отвозят его работяг на работу и доставляют их обратно. По его твердому убеждению, время дороже денег, его надо беречь. «Сэкономишь на лошади — потеряешь человека» — вот одна из заповедей Хэймана. О тех, кто на него работает, он печется как родной отец!

— Трогательно, ничего не скажешь! — отозвался Джексон, все еще сравнивая своего коня с бесподобными холеными красавцами, среди которых серый выглядел гадким утенком.

— Теперь пойдем к дому и глянем, на палубе ли сам док, — объявил Джо. — Некоторые из ребят, пожалуй, пораскрывают на тебя рты, Манхэттенец. — Он издал смешок, который, казалось, булькнул где-то глубоко в его горле. Затем добавил, взяв Джесси за руку: — Но у тебя против них кишка тонка. Самый слабый джентльмен из этой компании отделан корабельным лесом как изнутри, так и снаружи. Никого из них пуля не берет!

Джексон ничего не ответил. Ему бессчетное число раз доводилось иметь дело с крутыми ребятами, но когда они с Джо обогнули лачугу, ему предоставилась возможность рассмотреть собравшихся за карточным столом. Это были настоящие пещерные люди, признающие только силу, и ничего больше. Нет, не потому, что выглядели они безобразно. Все это Джексон увидел по их глазам и еще по тому, как по-особому были напряжены их спины. Холодные глаза этих парней, давно выработавших привычку скрывать свои мысли и пытаться прочесть чужие, таили в себе угрозу и вызов. А картежники за столом обменивались только такими взглядами.

— Ребята, — обратился к ним Джо Пузан, — а где док?

Никто из них не ответил, пока он не повторил вопроса. Только тогда парень, с бледным и холодным лицом, сидящий с дальнего конца стола, не отрываясь от карт, буркнул:

— Спит.

— Ладно, мы подождем, — произнес Джо Пузан. — У дока это много времени не отнимает. Но будить его опасно. По мне, так уж лучше оказаться в пещере, битком набитой гремучими змеями, и потревожить их покой, так я тебе скажу. Ну, думаю, что никому не повредит, если мы немного погреемся на солнышке. — И он уселся на корточки.

Джесси хотел последовать его примеру, но тут заметил возникшую в дверях хижины здоровенную тушу, в которой сразу же узнал Ларри Барнса.

Джексон подмигнул ему, но прошла целая долгая секунда, прежде чем Ларри удалось справиться с изумлением, написанным на его лице. Пока тянулась эта пауза, Джесси в отчаянии не отводил от него пристального взгляда. Он понимал, что нужно срочно отвлечь внимание от Барнса и прервать опасное молчание. Вот и Джо уже зорко впился глазами в Джексона, недоумевая, почему тот продолжает стоять. Приняв решение, Джесси направился прямо к Барнсу.

— Сдается, что я где-то тебя уже видел, — бесцеремонно обратился он к нему. — Это так?

Ларри судорожно сглотнул.

— Мне тоже так кажется, — проговорил он, с трудом ворочая языком. — Может, нет, а может, да, может, где-нибудь в толпе?

— Скорей всего так, — подтвердил Джесси. — Время от времени я появляюсь на людях. — Он засмеялся и встал рядом с Барнсом.

Затем они вместе подошли к Джо.

— Это Манхэттенский Джесси, а это — Ларри Барнс, — представил их друг другу Пузан. — Да вы, ребята, никак уже встречались?

— Да вот нам обоим кажется, что где-то мы виделись, — ответил Джексон. — Как насчет Чихуахуа, Ларри? Доводилось там бывать?

— В местечке Эль-Негро! — воскликнул Барнс. — Ты там чуть не продулся в фараона.

— А ведь точно! — подхватил Джесси. — И ты еще одолжил мне десятку.

— Ага, а ты превратил ее в сотню и вышел из игры. Теперь я точно вспомнил! — уверенно заявил Ларри.

Они уселись по обе стороны от Джо.

— Как долго док уже дрыхнет? — спросил Пузан.

— Часа два, пожалуй, — ответил Барнс.

— Тогда скоро проснется, если уже не проснулся, и в любую минуту может появиться, — предположил толстяк. — Два часа для него — предел.

— Ага, — протянул Ларри. — Больше никогда не спит, словно его совесть мучает или кошмары.

Барнс и Пузан одновременно хихикнули, но Джексон не последовал их примеру.

— Вроде бы все остались при своих, — раздался чей-то голос за карточным столом. — Давайте на этом закончим игру. Больно уж неинтересно. Все осторожничают, а раз так, то чего тянуть резину?

Послышались одобрительные возгласы и звуки отодвигаемых грубых стульев и табуреток, на которых сидели игроки. Парень, с бледным лицом, встал из-за стола первым.

— Это Дик Кеннеди, — сообщил Джо Пузан Джесси.

Потягиваясь, Дик произнес:

— Давайте развлечемся, чтобы хоть немного разогнать тоску. Лично я порядком подустал от этого санатория. Сотня баксов тому, кто рискнет сказать, что у меня в руке четное число монет. — Он вытащил из кармана несколько монет, побренчал ими в ладонях, затем высыпал на стол, прикрыв сверху рукой. — Ну, кто против меня?

Нечесаный мужчина, который, судя по всему, вот уже несколько дней отращивал себе бороду, отозвался хриплым голосом:

— Давай я рискну, Дик. Да, у тебя четное число монет.

— Это Лохмач Марфи, — назвал его Джо Пузан.

— Слышал о нем, — кивнул Джексон.

— А то как же? Все о нем наслышаны, — согласился Джо.

Действительно, о Лохмаче Марфи знали повсюду в стране. Он специализировался на взломе сейфов и тем прославился, участвуя во многих крупных ограблениях.

Дик Кеннеди оторвал ладонь от стола — под ней оказалось пять серебряных монет. Он высыпал их обратно в карман, а Лохмач Марфи извлек откуда-то две пятидесятидолларовые купюры и помахал ими в воздухе. Одной рукой Кеннеди перехватил у него банкноты, а другую руку вновь опустил в карман.

— Теперь на кону пара сотен, — объявил он, вытаскивая руку из кармана. Потом хлопнул ладонью по столу.

— Ну, кто хочет?

Откликнулся тощий субъект, говорящий как бы половинкой рта, с лицом, похожим на почтовый штемпель.

— Ладно, Дик, я. И на этот раз чет!

— Это Бад Непромах. Крутой тип — палец в рот не клади, — отрекомендовал его Джо Пузан. — Следи за ним. Говорю тебе, ему всегда везет — в рубашке родился.

И в самом деле, когда рука Кеннеди поднялась над столом, стало видно, что она закрывала четыре монеты. Дик отсчитал две сотни долларов Баду.

Джексон взирал на все это с любопытством. Молодчики слишком бесшабашно, даже если допустить, что совсем недавно сорвали крупный куш, сорили деньгами.

Неожиданно невысокий парень, которому на вид было не больше двадцати лет, встал со своего табурета и протяжно свистнул.

— А это Ангелочек Рей, — заметил Пузан. — Худший из молодых дьяволов, каких я когда-либо видел. Насквозь пропитан ядом.

Джексон повнимательнее посмотрел на мальчишку. У него было красивое лицо — по-женски утонченное, с пухлыми, как у ребенка, щеками. Руки у Ангелочка были как у девушки. Вот только глаза — цепкими, холодными и отрешенными. Они сразу сводили на нет все его обаяние.

— Да тебе никогда не заманить обратно эту голубую сойку! — сказал ему здоровый, щеголеватый парень, который непрестанно ерзал на сиденье, но, казалось, все никак не мог на нем удобно устроиться.

— А это Непоседа Мэлоун. Он славный малый, — охарактеризовал его Пузан. — Вообще-то все они хорошие ребята, — добавил он весьма поспешно, словно спохватившись, — но Непоседа лучше, чем остальные. Не так ли, Ларри?

— Точно, Непоседа — парень что надо! — согласился тот. Его глаза хотя и не постоянно, но вновь и вновь останавливались на лице Джексона, словно бы он ожидал от него какого-то сигнала.

Джесси всякий раз отвечал ему лишь заметным отрицательным покачиванием головы.

Между тем Ангелочек Рей вновь издал долгий свист на пронзительно высокой ноте, как это делает птица, попавшая в беду.

— Я заставлю эту сойку вернуться, — упорствовал он. — Она пожалует ко мне сюда, как по пятницам прилетает к самому дьяволу.

— И какими же деньгами ты можешь ответить за свои слова? — спросил Дик Кеннеди. Его бледное лицо выглядело жестким.

— Да сколько ни скажешь, — отозвался Рей.

— Пять сотен тебя устроят? — поинтересовался Кеннеди.

— Содрать с тебя пять сотен мне гораздо приятнее, чем целую тысячу с кого-либо другого, — не замедлил с ответом Ангелочек Рей и снова свистнул.

— Вот мои пять сотен, — заявил Кеннеди, выкладывая стопку банкнотов на стол и прижимая их сверху, чтобы не улетели, трубкой.

— А вот тебе мое слово — оно стоит твоих бумажек! — воскликнул Ангелочек Рей с юношеским непокорством, которое нашло отклик в сердце Джексона. — Выиграешь, отстегну тебе эту сумму, а пока не до этого — занят. — И он свистнул еще раз.

Никакого ответа из леса не последовало.

— И как долго ты намерен ее звать? — поинтересовался Кеннеди, изогнув губы в холодную улыбку, скорее похожую на оскал. — Если за этим занятием провести весь день, то, глядишь, сойка и впрямь залетит сюда по чистой случайности.

— Дай мне еще шестьдесят секунд, — попросил Ангелочек. — Идет, ты, любитель коротких состязаний?

— О спорте мы еще с тобой поговорим, попозже, — заметил Кеннеди суровым голосом. — Возьмите кто-нибудь часы!

— Двадцать секунд прошло… полминуты… сорок секунд… пятьдесят… — монотонно стал отсчитывать Непоседа Мэлоун.

Вновь раздался пронзительный свист Рея, перейдя в конце в точную имитацию панического крика охваченной ужасом птицы, когда ее преследует ястреб.

И вдруг над вершинами дальних деревьев показалась большая голубая сойка и, подлетев, устремилась книзу.

— Ровно минута! — объявил Непоседа Мэлоун.


Глава 27 | Тропа Джексона | Глава 29