home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 18

Шериф подъехал в мягком вечернем свете заката — стройный человек, рысящий на стройной лошади. Он сел с Райнноном на веранде и смотрел, как с приходом ночи темнеет золотистая вершина Маунт-Лорел. Они лениво перебрасывались словами или молчали в течении часа, а Райннон так и не сказал, зачем позвал его.

В конце концов Каредек пробормотал:

— Я все думал, сынок.

— В это вроде как трудно поверить, — неуважительно промолвил Райннон.

— О сказке, которую мне читала мама, когда я был маленьким. О волке, переодевшимся овцой. Помнишь?

— Слышал.

— Когда он просунул лапу под дверь, то выдал себя. Лапа-то была волчья, с волчьими когтями!

Он многозначительно замолчал.

— Ну, продолжай, — подбодрил его Райннон. — Я не стану задавать вопросов. Что ты имел в виду?

— Ты был на ранчо Ди, так?

— Да.

— Что ты там делал?

— Да ничего особенного.

— Кто тебя им представил?

— Мой винчестер. Я убил оленя, а Чарли Ди случайно оказался рядом.

— Случайно? Это не случайно. Он оказывается там, где ему нужно.

— Может и так.

— Что-нибудь еще?

— Нет. Ах да, они пригласили меня пообедать. Старик хотел купить ферму. Вот и все.

— Ничего больше?

— Ничего. Слушал, как они переругиваются — Оливер Ди с женой. Там была и дочь. Прямо-таки красавица, Оуэн.

— Все дочери Ди красавицы.

— Все? Я видел только одну.

— В этом доме. Стоит только свистнуть, и сбежалось бы столько парней и девчонок, что забили бы весь дом. В наших краях полно Ди. Больше ничего не случилось?

— Ничего существенного. Упал подъемник. Пришлось пристрелить коня.

— Почему?

— Он валил стойки на своего погонщика. Его зовут Чак. Правильный парень. Чак Мэпл?

— Он не сказал.

— Да, мы с Чаком Мэплом в свое время сталкивались, — задумчиво произнес Каредек. — Он был шустрым парнем. Мошенник и фальшивомонетчик. Иногда, чтобы не потерять форму, воровал коров. Менял клейма. Никогда не видел лучшего мастера по походному тавру, чем Чак Мэпл!

Он даже присвистнул от восхищения.

— К чему ты клонишь? — спросил Райннон.

— Куда ты попал коню?

— В голову. Не рискнул стрелять в корпус. Его надо было уложить одним выстрелом.

— Ты стрелял ему в голову? — с отвращением спросил шериф?

— А почему бы нет?

— Он бежал?

— Да. Переходил в галоп.

— На каком расстоянии?

— А, ярдов тридцать. Не больше. А что?

— И ты убил его выстрелом в голову! — застонал шериф.

— Черт побери, — пробормотал Райннон, — ты никак не поймешь. Понимаешь, Оуэн, стойка подъемника падала…

— Оставь в покое подъемник. Не в нем дело, а в тебе! Ты убил бегущего коня выстрелом в голову с тридцати ярдов. Что скажут люди?

— А что они могут сказать?

— Что человек, который так стреляет, вырос не на ферме и никакой он не фермер! О тебе уже говорят. Весь город!

Райннон выпрямился.

— Ты уже слышал о случившемся?

— Уже? Да я ничего больше не слышал. Начиная с пополудни ко мне только и пристают: «Где ты откопал ганфайтера, Каредек? Ты открыл санаторий для плохих парней или исправительную школу? Кто он? Что он натворил? Почему прячется на своей ферме?» Вот что я слышал. У меня был чертовски хороший день, — с сарказмом закончил Каредек.

— Я не хотел этого, — сказал Райннон. — На самом деле…

— Заткнись! — рявкнул Каредек. — Заткнись. Помолчи. Отвечай на мои вопросы. Когда стал жить здесь, что сделал с оружием?

— Оставил в покое, — кротко пробормотал Райннон.

— Тренировался?

— Мне нужно было немного практиковаться с «кольтом», — со вздохом произнес Райннон. — Я же не мог просто оставить дверь открытой, чтобы первый попавшийся бандит пришел и меня укокошил. Мне приходилось тренироваться, чтобы не потерять сноровку.

— Кто это видел?

— Никто.

— Что?

— Никто, кроме Ричардса. Да и он видел лишь как я уложил птицу.

— Кого?

— Куропатку, — тихо сказал Райннон. — Она вылетела из кустов. В тот день мне хотелось разнообразить рацион.

— Ты застрелил ее навзлет, — сказал шериф, в голосе которого слышался гнев и омерзение.

— Она же не стала бы мне позировать, — сказал Райннон, буквально съеживаясь.

— И это при Ричардсе! К этому времени вся округа узнает и про куропатку!

— Ричардс не станет болтать. Ему не с кем болтать.

— Да? Я видел, как сегодня он разговаривал с Чарли Ди! Что ты об этом думаешь?

— Господи, — взмолился Райннон, — я же не единственный мужчина к западу от Рокки-Маунтинз, который умеет обращаться с «кольтом»!

— Нет, не единственный, — задумчиво признал шериф. — Есть еще четверо или пятеро. Вот почему тебя сразу не признали.

Райннон от изумления открыл рот.

— Где сейчас Ричардс? — спросил шериф.

— Во дворе, кормит коров. А что?

— Ничего, только мне нравится знать, где он, когда я обсуждаю свои проблемы. Эннен, скажу тебе откровенно. В городе все сидят и обсуждают тебя. «Кто это может быть?», говорят они друг другу. Они чуть не угадали, кто ты. Один парень сказал: «Он такой же здоровый, как Райннон!»

— Боже мой! — выдохнул Райннон. — А что ему ответили?

— «Лет на двадцать моложе Райннона», сказал ему другой. «А кто знает, что скрывается под его бородой?», пропищала какая-то старая карга. Но они не уверены.

— Я доказал, что я не Райннон. Несколько месяцев не высовывался с фермы! Доказал, что я простой работящий фермер с хорошей…

— И после всех этих месяцев ты вдруг появляешься и в течение одного дня за пять минут убиваешь, освежевываешь и разделываешь оленя, потом убиваешь с тридцати метров коня в галопе, а потом подскакиваешь и выдергиваешь человека из-под падающего подъемника!

— Ясное дело, — сказал Райннон. — Я мог бы не появляться.

— Ты появился прямо под виселицей, — строго сказал шериф, — и будь я проклят, если шевельну хоть пальцем, если тебя на ней вздернут. Ты дурак! Зачем ты послал за мной? Я занятой человек. Я не могу каждый день ездить из города на эту проклятую ферму!

Гнев шерифа был таким же сильным, как его отвращение. Райннон подождал, пока оно не уляжется, затем решился:

— Я видел одного человека, скакавшего через изгороди, как будто он был совой, которая летает над полями в поисках мышей и земляных белок. Шесть дней подряд по вечерам я видел всадника, потом пошел за ним. Он оказался женщиной!

— Не произноси так это слово, — застонал Каредек. — Я чувствую себя слабым и глупым, когда ты так говоришь. Во всяком случае, ты видел ее только в темноте.

— Я зажег спичку, прикуривая сигарету, и разглядел ее. И если бы я был забинтованной и упакованный в свинец египетской мумией, Каредек, я бы вскочил и исполнил боевой танец, вот что бы я сделал!

— Продолжай, — сказал Каредек. — Я так и знал. Всегда женщина. Все бандиты умирают из-за женщин. У них нет мозгов! Нет здравого смысла!

— Соломенные и голубые! — вздохнул Райннон.

— Ты о чем?

— Соломенные, соломенные волосы цвета заката на пшеничном поле и…

— Голубые глаза, да? Ты мне надоел, Райннон!

— Я сражен, Оуэн. Я сражен наповал. Я скучаю о ней, как теленок по своей матери. Но штука в том, что она направлялась к дому Ди, но не хотела этого. Если бы я не нашел ее на следующую ночь, значит она поехала к Ди — а она Морган. Из тех, кого не осталось, по твоим словам. Помоги ей господь. И мне тоже. Что мне делать?

— Заткнись, — предупредил шериф. — Мне надо подумать.

Райннон поднялся с кресла и беззвучно, словно огромный кот, принялся мерить шагами веранду.

Затем он остановился у ведущего в комнату окна, взялся за нижнюю раму и оторвал ее, как мальчик отрывает ветку от дерева. Он нырнул в темноту комнаты, словно пловец в воду. Сверкнул и мощно грохнул выстрел. Раздался сильный удар, шум борьбы, молчание и сопение.

— Ладно, — сказал шериф, даже не вставший с кресла. — Веди его сюда, сынок. Давай на него поглядим.


Глава 17 | Поющие револьверы | Глава 19