home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 15

На такое замечание трудно что-либо возразить. Поэтому я не стал и пытаться, и мы отправились дальше, в Манорвиль. Мною овладело очень странное чувство. Это было своего рода чувство вины; вернее сказать, даже не чувство, а, скорее, предвкушение будущей вины. Ибо прежде я никаких законов ещё не нарушал. Никогда в жизни, честное слово! Я получал огромное удовлетворение уже от одного осознания того, что могу со спокойной душой разгуливать по городским улицам и без зазрения совести смотреть людям в глаза. Но только чувствовал ли я в душе прежнее спокойствие? Нет, потому что чувство вины уже поселилось в ней!

Мы решили первым делом осмотреться на месте. Лошадей на всякий случай было решено оставить в укромном месте, подальше от посторонних глаз, поэтому мы покинули мустангов на окраине города — той, что была ближе всего к тюрьме — после чего пешком вступили на городские улицы. Кони остались дожидаться нашего возвращения в небольшой рощице, где под деревьями росла трава, которой они вполне могли бы довольствоваться во время нашего отсутствия. Обычные мустанги — существа на редкость неприхотливые.

Мы прошли мимо тюрьмы. Свет горел лишь в одном из окон, выходящих на улицу, и был он каким-то тусклым, дрожащим.

— Жгут лампу, — глубокомысленно изрек босс. — Это коптилка. Света от неё мало, одна лишь гарь и копоть.

Я знал, что ему нет никакого дела до того, какая в тюрьме лампа. Единственное, что его интересовало, так это предстоящее дело, но для этого было необходимо вникнуть во все детали. Думаю, на душе у него тоже было неспокойно. В конце концов я не выдержал и сказал:

— Послушай, Ньюболд, ведь ты ввязался в это дело из-за девчонки. С чего ты взял, что то она непременно бросится к тебе на шею, даже если дело у нас выгорит?

Я ожидал, что его разозлит такое замечание, но он просто сказал:

— Заткнись и не лезь в мои дела. Ничего такого я не думаю. Я иду на это ради Чипа, и девчонка тут не при чем. Чип… он один стоит десяти работников!

Я был почти готов согласиться с этим замечанием, хотя в душе и чувствовал, что он, мягко говоря, лукавит. Бедный Ньюболд!

Для начала мы решили просто разузнать, что к чему, и отправились в освещенную часть города, каковая составляла лишь два квартала. По пути нам встретился парень по фамилии Лафферти, более известный под кличкой «Пирожок» с ранчо «Хромая звезда». Я так никогда и не узнал, откуда взялось такое название. Тем более, что их грубое тавро можно было вообще обозвать, как угодно. Пирожок пребывал в сильном подпитии и просто-таки светился от счастья, как полная луна. Ему было очень весело. Он увязался было за нами, но, к счастью, через полквартала завидел ещё одного своего знакомого и переключился на него.

Мы же с боссом отправились дальше. Наш путь проходил мимо городской гостиницы, и в тот самый момент, когда мы поравнялись с ней, по ступеням крыльца сбежали — кто бы вы думали? Ну конечно же, это были Мэриан Рэй и Чип!

Когда Чип заметил нас, он схватил девушку за руку, она обернулась, и теперь уже оба они уставились в нашу сторону. Я хотел было остановиться, но Ньюболд с безразличным видом прошел мимо, как будто ничего не заметил. Зубы его были крепко стиснуты. Он смотрел прямо перед собой невидящим взглядом — я догадался об этом по тому, как он то и дело спотыкался.

Затем кто-то тронул меня за плечо. Это был Чип.

— Старина Джо! — выдохнул он. — Я знал, что ты не останешься в стороне. Ведь не мог же ты, в самом деле, уехать и бросить его на произвол судьбы!

— Чип, — сказал я, — что здесь происходит?

— Гляди, сюда идет Мэриан, — ответил Чип. — Ну и как она тебе? Она ведь совсем не дура. Отличная девчонка! На неё можно положиться. Вот она, подходит!

Девушка подошла к нам, и вид у неё был ещё более счастливый, чем у Пирожка Лафферти, а на щеках алел яркий румянец. Она не произнесла ни слова, а просто посмотрела!

Нет, должен вам сказать, что это была самая веселая и бойкая девица изо всех, кого мне когда-либо приходилось знавать, а также самая жизнерадостная и раскрепощенная — короче, само совершенство. И вот теперь она молча стояла, словно девчонка-школьница, краснея и отчаянно смущаясь, а затем робко подняла глаза и улыбнулась Ньюболду!

Ага, а этот упрямый, твердолобый и бесчувственный Ньюболд — он аж задрожал! А потом как-то сразу обмяк, разомлел, и я уже знал наперед, что он уже никогда не излечится от этого недуга. Он был готов героически ринуться в бой, броситься под пули или навстречу любой другой опасности. Но только теперь ему во что бы то ни стало нужно было совершить какой-нибудь подвиг.

Чип снова схватил меня за руку.

— Ньюболд совсем свихнулся, — сказал он, — да и она тоже хороша. Ты только взгляни на нее. Подумать только, какой эффект может произвести женщина даже на такого мужика, как он. Он словно растаял. Как это ни печально, Джо, но девицы своими дурацкими улыбочками умудряются сломить любое сопротивление со стороны мужиков и достают их до самых печенок. Так что нам с тобой нужно будет исхитриться и придумать что-нибудь. От Ньюболда-то толку теперь совсем никакого.

Я кивнул. Смущенное выражение на лице Ньюболда ничего хорошего не сулило. С равным успехом я, пожалуй, мог бы попытаться вытянуть хотя бы слово из глубоководной рыбы. Он не сводил глаз с девушки, и, наверное, Манорвиль уже казался ему земным раем.

Мы с Чипом повернули назад, направляясь обратно в сторону окраины.

— Если он потом сумеет нас разыскать, — глубокомысленно изрек Чип, — то все в порядке. А если нет, то он будет только мешать.

— Послушай, Чип, — сказал я. — Уж не думаешь ли ты, что я собираюсь в обход босса стать зачинщиком такой аферы? Нетушки, мое дело десятое. И становиться козлом отпущения я не собираюсь.

— Ну что ты, старина Джо, ведь я же тебя знаю, — не унимался Чи. — Ты же любого босса за пояс заткнешь, но только почему-то сам себя недооцениваешь. Я давно заметил это, дружище. Ты бы во многом преуспел, если бы только решился взяться за стоящее дело!

При этом вид у пацана был совершенно беззаботный, а в голосе слышалась такая уверенность, что, окажись на моем месте кто-либо другой, то и его тоже потянуло бы на подвиги. Затем Чип принялся излагать мне план свой действий.

Оказывается, он уже успел самым тщательнейшим образом оглядеться на месте, и, на его взгляд, будет разумнее всего попробовать войти через крышу. Там на заднем дворе растет высокое дерево, одна из ветвей которого нависает прямо над крышей тюрьмы, а значит, по этой ветке, он смог бы запросто перебраться на крышу и даже остаться при этом никем незамеченным.

А там он в два счета вскроет отмычкой слуховое оконце и сможет без труда проникнуть в ту часть здания, где находились камеры.

— Ну и что из того, что ты пролезешь туда? — спросил я. — Ведь камеры-то, небось, ещё нужно будет отпереть.

— А то как же, — подтвердил он.

— А как насчет вооруженной охраны и всего такого? — поинтересовался я, стараясь казаться совершенно невозмутимым.

— Там будет один охранник, — уверенно продолжал мальчишка, — и именно на это я и рассчитываю больше всего. Ключи от всех камер у него. Мы с тобой тихонько проникаем во внутрь, я поднимаю шум и отвлекаю его внимание на себя. Он спрашивает меня, какого черта я там делаю; а в это время ты набрасываешься на него сзади и начинаешь душить, а я упираю ему дуло в живот и приказываю заходить в камеру. Он пойдет как миленький, рыпаться не станет. Это мужик с подмоченной репутацией — говорят, что в свое время он застрелил какого-то придурка, который был так пьян, что и на ногах-то не держался. Так что теперь он живет воспоминаниями о содеянном, ходит чернее тучи, и заранее думает о последствиях, прежде, чем лезть на рожон. Но это трус, каких свет не видел.

Я кивнул. Но меня все ещё терзали сомнения.

Чип же стоял на своем.

— Ну так как, Джо? Что тебе не нравится? Если тебя не устраивает мой план, то давай, предложи что-нибудь получше! Но только поспеши. А то в этом городишке к персоне бедного Шефа проявляется слишком много нездорового интереса. Его здесь готовы обвинить во всех смертных грехах, от грабежей до краж собак, чего за ним в жизни не водилось. Взять хотя бы вон ту толпу парней посреди улицы. Толкутся гурьбой, словно выводок цыплят на морозе, и рассказывают о Уотерсе разные небылицы. Для такого захолустного городишки, как этот, публичная казнь — это же целое событие. Так что, очень скоро они дозреют до того, чтобы вздернуть Уотерса, если, конечно, мы их не опередим.

— Нужно дождаться Ньюболда, — сказал я.

— Ждать не имеет смысла, — вздохнул мальчишка. — Увидев девчонку, он потерял рассудок и пребывает в полной прострации. Она тоже забыла обо всем на свете от радости, что Ньюболд приехал в город. Кстати, а как это он решился оставить без присмотра свой любимый пресс?

— Никакого пресса больше нет, — сказал я. — Перед тем, как отправиться в город, босс поджег его.

— Поджег? — воскликнул Чип. — Он спалил пресс? Ну зачем же он так… Такой был хороший старенький пресс. Просто к нему нужно было относиться с пониманием, только и всего. Иногда, конечно, с этим «Маленьким гигантом» и повозиться приходилось, но все равно он выдавал отличнейшие тюки и был таким простым и удобным в обращении. Вещица, конечно, довольно хрупкая, но в хозяйстве совершенно незаменимая.

Он прямо-таки негодовал.

Чип продолжал упорствовать, требуя, чтобы я предложил новый план или хотя бы высказал свои собственные соображения, когда по улице мимо нас прошел какой-то человек, поспешно направившийся прямиком к тюрьме.

В тот же самый момент откуда-то со стороны отеля раздались крики и улюлюканье, и взглянув в ту сторону, мы увидели, как из темноты на освещенную часть улицы высыпало примерно два десятка вооруженных мужчин!

И тут я был вынужден признать, что мальчишка, пожалуй, был прав. Эти мошенники и в самом деле собрались устроить самосуд. От одной только мысли об этом у меня перехватило дыхание, словно меня окатили ушатом ледяной воды.

— Идем — да скорее же! — взмолился Чип, увлекая меня за собой.

Я плохо соображал, что происходит, но все же поплелся за ним. В это же самое время силуэт высокого человека с размашистой походкой решительно взошел на крыльцо тюрьмы и забарабанил кулаком в дверь.

— Господи Иисусе, — прошептал Чип, — а это, случайно, не Ньюболд?

Я остановился и вгляделся в темноту.

— Не может быть, — сказал я. — Ведь у него даже маски нет на лице. Он не стал бы вот так открыто врываться в тюрьму, не закрыв лица!

— Не стал бы? — взволнованно переспросил Чип. — Я знаю случаи, когда мужики, перебрав виски, откалывали и не такие номера. А любовь опьяняет похлеще всякой выпивки! Это Ньюболд!

Это и в самом деле был Ньюболд. Я узнал его по сутулым плечам и по тому, как он размахивал руками.

Дверь тюрьмы слегка приоткрывалась; и затем Ньюболд одним мощным рывком распахнул её настежь и исчез в темноте дверного проема. До нашего слуха донесся приглушенный вопль.

Чип опрометью бросился навстречу опасности, и мне пришлось последовать за ним, изо всех сил стараясь удержать в груди рвущееся наружу сердце, бешено колотившееся где-то у самого горла.

Мы оказались у дверей тюрьмы, когда толпа перед гостиницей упорядочила свои ряды, и, испустив воинственный клич, процессия двинулась по улице; с каждой минутой шествие становилось все более и более многочисленным, по мере того, как к нему присоединялись выбегавшие из домов горожане — мужчины, мальчишки и даже женщины. Никому в Манорвиле не хотелось пропустить такого захватывающего развлечения.

Ворвавшись в тюрьму, мы с Чипом оказались в кромешной темноте. На полу происходила какая-то возня, и время от времени из темноты доносились сдавленные ругательства, так что определить, что же все-таки там происходит, было можно лишь на ощупь.


Глава 14 | Возмутитель спокойствия | Глава 16