home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



28

Прошло достаточно много времени с того момента, когда Федор увез по каким-то своим делам Германа с Леней, и Адашев-Гурский сидел в вагончике, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, ему уже наскучило сидеть и ждать, когда «клиент дозреет», а с другой — он, собственно, не знал, что делать дальше.

Вдруг он услышал со стороны контейнера какие-то звуки. Вышел на крыльцо, спустился по ступенькам и подошел к железной двери.

— Чего тебе? — спросил он через небольшую щель.

— Так я… это… сказать хотел… — глухо донеслось изнутри.

— Говори.

— А товарищ ваш совсем уехал?

— Тебе-то что?

— Да я… это… знаю, где они ее прячут. Выпустите меня.

— А для чего тебя выпускать?

— Я все расскажу.

— Вот и говори. Что тебе мешает?

— Я адреса не знаю, только так, зрительно. Без меня вы все равно не найдете. А показать могу.

— Ты говори, говори. Там видно будет.

— Ну… Я их, на самом деле, не знаю. Один у меня комнату снимал. А второй приезжал к нему. И вот в четверг вечером они вместе приехали. И девчонку какую-то с собой привезли и заперли. А потом утром уехали.

— Так ты это товарищу моему уже рассказывал.

— Да, но… я вроде знаю, куда они ее увезли. Они же от меня особо не таились. Я слышал, один вроде говорил, что за нее чечены денег могут дать. Но пока, мол, ее спрятать нужно. А то здесь, говорит, стремно. Они ее и увезли.

— Куда?

— На дачу одну. Я там был, они меня туда недели две назад возили, забор чинить. Денег заплатили.

— Найдешь?

— Найду. Только торопиться надо. А то они ее чеченам продадут. Тогда уж все…

— А может, уже продали?

— Может, и продали. Только вряд ли. Этот говорил, что с чеченами дело иметь… продумать все надо хорошенько, чтоб не кинули. А времени-то прошло — всего ничего. Ее еще выручить можно. Можно успеть. Только поторопиться надо.

— А тебе-то до нее какая забота?

— Я вам помогу, а вы меня отпустите… Отпустите?

— Подумаем. А что ж ты раньше молчал?

— Боялся. Они же бандиты. Убить обещали, если скажу кому-нибудь.

— Так зачем говоришь?

— Да я тут подумал… те пугают, вы грозитесь… Ну, от тех-то я, может, и спрячусь, шанс есть. А вот если вам не скажу… то и совсем у меня никакого шанса не остается. Вы же уверены почему-то, что я вас обманываю. Правильно?

— Это правильно, — кивнул Александр. — Это ты разумно рассуждаешь.

— Ну вот… а так… Они вас не ждут, ничего про вас не знают. Вы с ними справитесь.

— Двое их, говоришь?

— Да-да, двое.

— И они нас не ждут… — задумался Александр.

— Ну конечно.

— А далеко отсюда до той дачи?

— А мы где?

— На кладбище.

— Это я догадался… На каком?

— На Южном.

— Нет, отсюда как раз не очень. Это в Сиверской. По Киевскому шоссе. Может, еще успеем. Только торопиться надо.

— Ладно. Подумаем мы над твоими словами. — Адашев-Гурский ото дел от контейнера.

Подойдя к вагончику, он посмотрел на пустую кладбищенскую дорогу, по которой уехал автомобиль Федора, подошел к машине Германа, открыл дверь и заглянул. Ключи были в замке. Наклонился и вынул из-под водительского сиденья обрез. Отведя в сторону «собачку», переломил и взглянул на стволы — заряды были на месте. Вновь защелкнул и переложил обрез под правое сиденье. Затем зашел в вагончик.

— Ну вот… — Доктор Вениамин выпил из стакана водки, поморщился и, закусив колбасой, поднял взгляд на Элис. — А уши-то у него не купированные, их резать надо. А как?

— Веня, вы машину водите? — спросил его Александр.

— Честно говоря, даже и не знаю, — обернулся к нему Вениамин. — Ни разу не пробовал. А что?

— Да… тут такое дело… В общем, клиент наш раскололся. Говорит, что знает, где Жаклин прячут. Только нужно спешить, ее чеченцам могут продать.

— Как… продать? — не поняла Элис, уставившись на Гурского уж и вовсе потемневшим до невозможности взглядом и без того черных глаз.

— Как? В рабство. Как еще… Она хорошенькая? Как выглядит, нормально?

— Н-ну… нормально, — пожала она плечами.

— Вот видишь. Молоденькая, да?

— Да, — кивнула Элис.

— Будет жить где-нибудь в горном селении. По хозяйству помогать, за скотом присматривать. Хозяева ее продавать будут время от времени друг другу, когда одним поднадоест, другие купят. Ну а, может быть, за нее и выкуп потребуют — миллион баксов, например. Это если повезет. Потому что дело это, с выкупом, рисковое. Как еще обернется. Может, Штаты за ней Шестой флот в горы двинут. Кому это надо? Хлопотно. Воевать еще с ними. Проще девку по ее прямому назначению использовать.

— Саша, надо что-то делать… — покачал головой Вениамин.

— Нет у меня прав, — Гурский раздраженно закурил сигарету. — И не было никогда. И водить я толком не умею.

— Как? — недоуменно уставилась на него Элис. — Почему?

— Потому что у меня и машины-то никогда не было. Зачем мне машина? Я пешком хожу с удовольствием. Или на такси. Или на поезде… если далеко.

— А если очень далеко? — спросил Веня.

— Тогда на аэроплане. Но летаю я только пьяным.

— Почему?

— Акрофобия. Высотобоязнь.

— Поехали, — встала со скамьи Элис. — Мой права… американский, здесь можно?

Гурский скептически посмотрел на нее, подумал, вздохнул и произнес:

— А деньги у тебя с собой есть «американский»?

— Да, — кивнула она. — Не совсем много, но…

— Ладно, у меня русские есть. Откупимся, коснись чего.

Элис решительно двинулась к выходу из вагончика. Доктор Вениамин с сожалением взглянул на остающуюся водку, поднялся и неуверенными шагами направился вслед за ней. Ада-шев-Гурский протянул руку, снял с гвоздика, вбитого над небольшим окошком, ключи, вышел на улицу и, подойдя к контейнеру, стал отпирать замок.

— Сразу тебя предупреждаю, — говорил он мужику через дверь, — если по дороге ты к ментам попробуешь сунуться, то только хуже для тебя получится. Может, ты мне и наврал что-то, но все равно в этом деле замазан, это явно. Девчонка успела из твоего окна записку выкинуть, а в ней она говорит, что ее в твоей квартире удерживают и чтобы об этом нам сообщили. Бумажку нам передали, поэтому мы к тебе и приехали. И записка эта для ментов — вещдок в деле о похищении человека. Тебе понятно? А сама барышня — американская гражданка. Так что если ты мне не поможешь и с ней что-нибудь случится… Менты тебе не спасение никакое, а даже наоборот. На них начальство так насядет, что они для того, чтобы собственную жопу прикрыть, тебя просто наизнанку вывернут. Мало не покажется. Понял меня? — Александр распахнул дверь.

— Понял, — кивнул узник, моргая запорошенными цементной пылью глазами.

— Вот и хорошо. Пошли. — Гурский подтолкнул его в сторону белой «восьмерки».

— Держи, — протянул Александр ключи стоящему с саквояжем в руках возле крыльца Вене. — Запри контейнер и… приглядывай тут. За старшего остаесся.

— А когда ребята вернутся, что им сказать? Куда ехать-то? — Доктор взял ключи.

— А мы все равно адреса не знаем. Он говорит, что в Сиверской где-то. А дальше — только визуально. Так что не найдут они нас, не надо никуда ехать. Пусть Герка домой возвращается. Будет у телефона, на связи, мало ли что… А мы сами. Их там двое всего, да и не ждут они нас.

Адашев-Гурский откинул вперед правое сиденье и повернулся к мужику:

— Ты отряхнись хоть. И давай назад.

Элис села за руль и завела двигатель. Гурский, засунув мужика на заднее сиденье, сел рядом с ней.

Белая «восьмерка» с помятым передним крылом тронулась с места, развернулась и поехала к выезду с кладбища.

Адашев-Гурский обернулся — на крыльце вагончика, все так же держа в руках саквояж, одиноко стоял доктор Вениамин и смотрел им вслед.


предыдущая глава | Танцы в лабиринте | cледующая глава