home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 69

Примерно за два часа до того, как Джьянни Гарецки позвонил Лючии, Витторио Батталью мучили кошмары.

В первую ночь после перевода из отделения реанимации в палату обычного типа у Витторио внезапно пересохло во рту, он обливался потом и задыхался оттого, что какой-то зверь вцепился когтями ему в грудь, а сам дьявол душил его, обдавая зловонием.

Но то был совсем не кошмарный сон, не зверь и не дьявол. Витторио попросту ухватила за горло железная рука, а на лицо ему положили подушку.

Только тяжелое дыхание, только нарастающая хватка, только два пульса бьются в удушливой тьме.

Они меня нашли, мелькнуло в голове у Витторио, и на какое-то мгновение он ощутил чувство благодарности. Пусть оно свершится. И тут же перед ним возникло видение того, что находилось по ту сторону тьмы: его жена и сын весело смеются в наступающих сумерках летнего вечера, они ждут его, невредимые, все мучения кончились, словно по волшебству. Он замучен самой честной усталостью. С него довольно. Что ему остается без них? Одиночество, деградация, ибо все лучшее осталось позади.

Витторио погрузился в себя как никогда. И вдруг в нем словно что-то вскрикнуло.

Не допускай, чтобы ублюдки ушли безнаказанно!

Гнев и ненависть волнами накатывали на него. Он сунул руку между ног и ухватился за то, что составляло сейчас всю его мужскую силу. В этот вполне возможно последний миг его жизни она заключалась не в опавшем и вялом члене, а в сладостно твердой рукоятке автоматического пистолета.

Удивительно, что Витторио сохранил достаточно самообладания и присутствия духа, чтобы вспомнить о предохранителе.

Он снял его.

И наставил пистолет прямо вверх через простыню в навалившееся на него тело.

Нажал на спуск раз, другой и услышал только негромкий звук глушителя. Потом раздался стон, и тот, кто пришел его убить, обрушился всей тяжестью Витторио на грудь.

Витторио столкнул с лица подушку и глотнул воздуха. Перед закрытыми глазами метались ослепительные огни. Только почувствовав, что может положиться на свое зрение, он открыл глаза.

Грузный темноволосый мужчина, которого он никогда не видел раньше, наполовину сполз с кровати. Обе пули угодили ему в грудь; мужчина был мертв.

Дверь была закрыта, и Витторио нацелил на нее пистолет на случай, если убийца пришел не один. Но никто больше не входил в палату, и в коридоре было тихо.

Итак, они до него добрались. Ничего удивительного. Удивительно, что это произошло не слишком скоро. У мафии глаза и уши повсюду, а в больнице слишком много смен и множество сотрудников, чтобы надолго сохранить в тайне его присутствие.

Витторио закрыл глаза. Злость уже улеглась, и ему ничего не хотелось предпринимать. Да и не на многое он пока что был способен. Правда, его перевели из отделения интенсивной терапии, избавили от трубок, он даже мог совершать короткие прогулки по коридору, но был слаб, как дряхлый старец, и подвержен приступам головокружения. И однако, если он не хочет, чтобы его шлепнули в ближайшие несколько часов, следует как можно скорее уносить отсюда свой отощавший бледный зад.

И Витторио занялся именно этим.

Затолкал труп с глаз долой под кровать. Переоделся из больничной пижамы в собственное платье. И потихоньку прокрался мимо дежурного поста в коридоре, пока обе медсестры были заняты с больными в других палатах.

К тому времени, как он добрался до стоянки машин позади здания больницы, он весь был в испарине и дважды едва не потерял сознание. Голова сильно кружилась, и он был вынужден опереться на какую-то машину, чтобы не упасть.

Великолепно.

Витторио беспокоился, не открылось ли кровотечение в результате такой прогулки. Вроде бы нет. Но нельзя сказать, что с ним вообще ничего не происходило. Эмоции терзали его, словно призраки мертвых, и отказывались дать ему покой. Ему хотелось быть хитрее, смелее, одареннее, сообразительнее… как будто бы именно от его неосознанных оплошностей зависело то, что он утратил семью.

Ты получил по заслугам.

Головокружение прекратилось, Витторио оттолкнулся от машины и медленно поплелся прочь со стоянки.

Куда идти?

Он не имел представления.

Он, конечно, мог позвонить Лючии и ее сестре, врачу, возложить на них заботы о своей особе, а в конечном счете они – вполне вероятно – расплатятся жизнью за свою доброту.

Но он скорее согласился бы скитаться по лесам и укрываться листьями. Эти женщины заслуживают лучшей участи. Поскольку мафии стало известно, что он в больнице, узнать, кто его туда поместил, не составит особого труда. А это значит лишь одно: как только выяснится, что он из больницы исчез, что подосланный убийца мертв, сразу кинутся в дом доктора Курчи.

Едва он выбрался со стоянки, как увидел огни мотеля справа от себя, а дальше по дороге несколько зданий. То и дело останавливаясь, Витторио минут через пятнадцать доплелся до входа в здание, над которым горела вывеска: “Автомобильное объединение Палермо”.

Это оказалось большое коммерческое предприятие. Стоянка для машин почти заполнена. Что было хорошо. Значит, здесь никому не покажется необычным появление человека в любое время суток.

Витторио постоял, опершись о верх какой-то машины, пока дыхание не сделалось ровным и спокойным. Тогда он вытер пот с лица носовым платком, пятерней пригладил волосы и вошел в приемную, не рухнув на пол перед конторкой.

Зарегистрировался, предъявив кредитные карточки на один из своих псевдонимов в ЦРУ, и сказал, что хочет остановиться на два-три дня. Клерк вручил ему ключ от номера, пожелал приятного пребывания и снова погрузился в книжонку в бумажной обложке, которую читал до появления Баттальи.

Что-то поддерживало Витторио и вело по направлению к убежищу. Ему казалось, что он находится в некоем сильном магнитном поле, что какая-то сила ведет его от одного маленького акта выживания до другого без всякого участия его собственной воли.

Довело до номера, открыло дверь ключом в его руке, закрыло и заперло дверь и распростерло на постели, не включив свет и прямо в одежде.

Внезапно все стало ему ясно. Решение было принято еще на больничной койке, когда на лице у Витторио лежала подушка, а в горло вцепились железные пальцы. Он не собирался умирать ни сегодня ночью, ни завтра, ни послезавтра и так далее. Он намеревался жить, вернуть себе прежние силы и совершить то, что должен совершить.

Он не собирался оставлять ублюдков безнаказанными. Мысль об этом и прежде поддерживала в нем волю к жизни и будет поддерживать до тех пор, пока он не сквитается с мерзавцами.

И он сквитается.

Так же, как пытается сделать это бедный Джьянни. Пытается, но не сможет. И в конце концов Витторио сделает это сам.

Он сказал своему старому другу: “Прощай!”

Как уже сказал это своей жене.

И своему сыну.

Прощай… прощай… прощай.

Витторио произнес про себя слова прощания в половине седьмого утра. Тем временем Лючия ехала в больницу Монреале, чтобы передать ему радостные вести от Джьянни.


Глава 68 | Заложники обмана | Глава 70