home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 19. РАССЛЕДОВАНИЕ ШЕРИФА МАККАРТИ

Как только Маккарти появился на крыльце салуна, толпа разом затихла. Он шагнул со ступеньки, и шахтеры расступились перед ним.

— Ну, что тут у вас? — спросил он недовольно, словно они оторвали его от какого-то важного и приятного занятия.

Исподлобья глядя на Маккарти, шахтеры молча пятились в стороны, открывая перед ним проход. И ему ничего не оставалось, как двинуться вперед.

На черном куске брезента лежало ничком тело инженера Скилларда. Из его спины торчала длинная рукоятка топорика, лезвие которого погрузилось между лопаток.

Маккарти присел на корточки рядом с трупом и прикоснулся к холодной, грязной шее.

— Когда его нашли? — спросил он.

— Час назад, — ответили из толпы.

— Индейцы убили его! — выкрикнул кто-то. — Они всех нас убьют!

Внезапно где-то в толпе началась какая-то возня, послышались крики:

— Стой! Куда! Держите его! Попался, приятель! Вот он, краснокожий!

Шахтеры вертели черными лицами и приподнимались на носки, пытаясь разглядеть, кого это там схватили.

— Сюда его! — приказал Маккарти, выпрямившись и широко расставив ноги.

Толпа раздалась и вытолкнула изрядно потрепанного человека в серой рубахе.

— Привет, Дженкинс, — сказал Маккарти.

— Добрый день, шериф! — слегка заикаясь, выговорил Чокто Дженкинс. — Шериф, они меня чуть не разорвали на куски…

— Он убегал! — кричали из толпы. — Он хотел бежать к своим краснокожим!

— Никуда я не убегал! — заявил Чокто. — Просто хотел выбраться, мне тут нечего делать! Куда мне убегать? Я тут живу! Вы же все меня знаете!

— Знаем мы Тебя, краснокожий!

— Тихо! — рявкнул Маккарти. — Сейчас разберемся. Вы, двое, идите с Чокто в салун и сидите там с ним. Кто первым обнаружил Скилларда? Ты? И ты тоже? Тоже шагайте в салун, я задам вам пару вопросов.

Заложив руки за пояс, он оглядел шахтеров, и они один за другим замолкали под его тяжелым взглядом.

— Я разберусь в этом. Сейчас приедет федеральный маршал Баррет, и мы с ним решим, что надо делать. А вы расходитесь по домам. Мойтесь, ешьте, отдыхайте. Завтра всем на работу. Что случилось, то случилось. Это не конец света.

— Это хуже, чем конец света! — крикнула женщина из толпы. — Это война, шериф! Нам не нужна война! Лучше мы соберем свои узлы и отправимся отсюда, пока нас всех не зарубили топорами!

— Можешь ехать, женщина, — сказал Маккарти пренебрежительно. — Тебя никто не гнал сюда, и никто тебя здесь не держит. Вы слышали меня? Расходитесь по домам, не толпитесь тут!

Но шахтеры упрямо стояли на месте.

— Мы не разойдемся, шериф, — сказал тот, кто стоял ближе всех к Маккарти. — Люди хотят знать, кто убил инженера. Люди хотят судить убийцу прямо сейчас.

— Это не такой простой случай. Надо разобраться.

— Хорошо. Разбирайтесь. Мы подождем, — угрюмо сказал шахтер.

Но в толпе не поддержали его.

— Чего ждать? Индейцы убили инженера! Надо вздернуть индейца, чтоб неповадно было! Братцы, судью Бенсона сюда! Давайте избирать присяжных и побыстрее покончим с этим делом! Мы разберемся лучше любого шерифа!

Судья Бенсон встал рядом с Маккарти и поднял руку, призывая к тишине. Когда гомон смолк, он заговорил своим хорошо поставленным голосом проповедника:

— Вы требуете возмездия? Вы хотите ответить убийством на убийство? Что же, вы имеете право на месть.

Толпа радостно зашумела, засвистела, затопала ногами.

— Да, люди имеют право на месть, — возвысив голос, продолжал судья Бенсон. — Потому что люди подвержены страху, а страх рождает жажду мести. Вы думаете, что ваш страх пройдет, когда вы убьете кого-нибудь. Я не буду говорить вам, что вы ошибаетесь. Вы и сами в этом убедитесь. Страх не покинет вас, даже если на каждом столбе поселка будет висеть целая вязанка индейцев.

— Мы хотим справедливости!

— Будет вам справедливость. Выбирайте двенадцать человек в жюри. И пусть они соберутся у меня. Остальные могут идти по домам. Вас позовут, когда мы вынесем решение.

— Никуда мы не уйдем! — закричала женщина. — Они могут налететь в любую секунду!

— Я все сказал, — Бенсон снова поднял руку. — Помните, что присяжные должны быть трезвыми. Жду их у себя. Идемте, шериф.

— А что делать с инженером?

— А что еще можно сделать с покойником? Позовите гробовщика, — сказал Бенсон.

Маккарти наклонился над телом, еще раз потрогал его и с усилием выдернул топор из глубокой раны. В толпе истерически ахнула и зарыдала женщина. Лысый Мак вытер лезвие, несколько раз воткнув его в песок, и унес томагавк с собой.

Салун часто превращался в зал судебных заседаний, но шериф Маккарти никогда прежде не участвовал в этих процессах. Он не любил лишних разговоров. Ему и сейчас не по душе было то, что затеял Бенсон. До суда ли, когда самому надо бежать без оглядки? Но он не видел другого способа спасти Чокто Дженкинса от расправы.

Обитатели поселка уже не первый день только и говорили, что об индейцах. Здесь жили люди, приехавшие из разных концов Америки, но почти каждый из них мог припомнить страшные рассказы о внезапных индейских бунтах. Неважно, что все эти истории повествовали о далеком прошлом, и во многих из них не было ни слова правды. Индейцы оставались индейцами, а переселенцы — переселенцами, и война между ними закончится только тогда, когда одна из сторон будет полностью истреблена.

Хрупкое перемирие было разрушено слухом о похищении Скилларда. А первым выстрелом, сигналом к началу новой войны, стала его смерть.

Маккарти хмуро поглядел на Дженкинса. Тот сидел в углу, и над ним стояли двое шахтеров. Их лица были настолько черными от угольной пыли, что они казались неграми-близнецами.

— Не хотите умыться? — спросил у них Бенсон.

— Потом помоемся, — мрачно ответил шахтер.

— Шериф, вы хотели задать свидетелям пару вопросов, — напомнил судья Бенсон.

Свидетели, такие же черные близнецы, переминались в другом углу, не решаясь присесть на чистые стулья.

— Когда вы нашли тело? — начал допрос Маккарти.

— С час назад. Я увидел, что кто-то лежит на дороге. Позвал Джона. Подошли вместе, смотрим — а это он…

— Лежал в луже крови, не подступиться.

— Он не дышал?

— Вроде нет. Нет, точно, он уже был мертвый. Погрузили его на брезент и понесли к участку, а там закрыто. Ну, народ решил сюда его. Мы всегда тут собираемся, вы же сами знаете, шериф…

— Говорите, он лежал в луже крови? — переспросил Бенсон. — И никого рядом не было?

— Никого. Пустая улица. Все в карьере были, а контора закрыта.

— Но тогда позвольте спросить, а что вы там делали, на улице возле конторы? — спросил судья Бенсон.

Шахтеры переглянулись.

— Мы шли сказать начальству, что ни один индеец сегодня не появился на работе. Мы хотели узнать, что случилось. Мы не обязаны за них работать. Подходим к конторе, а на дороге кто-то лежит…

— И еще там были конские следы, — добавил второй. — Следы без подков. Индейская лошадь. Они убили его, привезли, бросили у конторы, чтобы нас напугать.

— Да, — сказал Маккарти. — Все наши лошади подкованы. Если вы видели следы неподкованной лошади, значит, это и в самом деле индейцы. Надо пройти по этим следам, посмотреть, куда они ведут…

Шахтер покачал головой.

— Там все затоптано, шериф. Мы все собрались там. Этих следов никто не найдет.

— Но вы же их видели? Вы точно видели? Значит, вы сможете сказать всем об этих следах? Сможете?

Они неуверенно кивнули, и Маккарти сказал:

— Спасибо, парни. Идите, приводите себя в порядок. Мне все ясно.

— Это индейцы, шериф, индейцы, — настойчиво, как заклинание, повторили шахтеры. — На работу не вышли, они что-то замышляют…

— Да, я тоже так думаю.

Маккарти почти силой вытолкал их из салуна и повернулся к судье. Бенсон покачал головой:

— Похоже, беднягу убили там же, где и нашли, шериф.

— По-вашему, его привезли сюда живым?

— Привезли? Никто не видел, чтобы в поселок въезжали индейцы. Никто не видел, как они выезжали.

— Ничего удивительного. Меня тоже никто не видел, когда я шел сюда из участка, — сказал Маккарти. — Но эта лужа крови мне не нравится. И тело еще не окоченело, он еще не застыл. Инженера кончили здесь, вы правы. Может быть, никто его и не похищал? Черт его знает, мы же не искали его в конторе? Может, он там сидел все это время под замком? Ладно, не буду зря ломать голову. Следы индейских лошадок — вот все, что мне нужно. Индейцы приехали, убили, уехали. Вот и все. Ты понял, Дженкинс? Эти неподкованные лошадки спасли твою шкуру.

— Еще не спасли, — произнес судья Бенсон. — Людям на площади все равно, кто убил Скилларда. Им все равно, шериф. Они хотят повесить индейца. Если сейчас в поселок войдет любой другой индеец, они повесят его.

— Это верно, судья, — сказал шахтер, стороживший Чокто. — Краснокожие с нами не церемонятся. И мы не будем.

— Кажется, нам надо посовещаться, — Маккарти скосил глаз под стойку бара. — Парни, оставьте нас. Чокто никуда не денется. Идите, позовите сюда присяжных.

Когда за шахтерами закрылась дверь, Маккарти, с неожиданной для его комплекции резвостью, живо юркнул в подвал.

— Крис, ты слышал?

— Да, мы все слышали, — ответил Крис.

На зеленом сукне стола был расстелен белый платок, на котором лежал разобранный револьвер Нэта, и архитектор старательно чистил ствол ершиком.

— Что будем делать?

— Тянуть время, — спокойно ответил Крис. — Вернется маршал, с ним будет новый шериф, пусть они и разбираются во всем. Нэт, достаточно. Теперь смотри, как его надо собирать.

Он накрыл блестящие детали ладонью, сгреб их, что-то щелкнуло — и в руке Криса появился собранный револьвер. Беллфайр, однако, не следил за ним, повернувшись к шерифу.

— Ты так спокойно говоришь… — Лысый Мак нахмурился. — Дженкинс — мой самый лучший помощник. Мы с ним не первый год. Мы в таких переделках с ним побывали… Я не могу его бросить.

Он нервно похлопывал себя по ноге томагавком. Архитектор Беллфайр широко раскрытыми глазами глядел на орудие убийства, и Крис заметил это.

— Что, Нэт, интересное оружие?

— Любимое оружие индейцев, — заявил Маккарти.

— Продается в любой лавке Гудворда, — добавил Питер Уолк. — Ну-ка, шериф, дай-ка его сюда… Ну, так и знал. Видите клеймо? «Завод Бакса, Спрингфилд, Огайо». Я и сам такие привозил когда-то. Полюбуйся, Нэт.

Архитектор осторожно, как мертвую гадюку, взял томагавк и осмотрел его рукоятку. На лбу Беллфайра проступила испарина, и он обессиленно опустился на диван.

— Ты что это, Нэт? — Питер встряхнул его за плечо.

— Ничего, ничего… А что, у всех томагавков бывают такие рукоятки?

— Да нет, обычно продается только лезвие, а на рукоятку его насаживает хозяин. Каждый подгоняет по руке, по своему росту, по вкусу, — пояснил Питер. — Они все стараются отличиться от других. Каждая вещица имеет свое лицо. Индеец никогда не спутает свои мокасины с чужими. А томагавк — это куда важнее, чем мокасины. Так что над ним они работают, как хороший архитектор над собственным домом.

— Дорический ордер… — проговорил Нэт, ведя пальцем по продольным канавкам, раскрашенным красной и зеленой краской. — Каннелюры, как на дорической колонне. Кажется… Я видел этот топор. Он был у индейцев, которые похитили инженера Скилларда.

— Ты уверен? — спросил Крис.

— Абсолютно. Да. Это тот самый топор. Это были индейцы. С ними был вождь. Они называли его Красный Коготь. Да, Красный Коготь.

— Нэт, послушай, — наклонился к нему Маккарти. — Тебя никто не заставляет… Но ты можешь сказать это при всех? Сейчас тут будет что-то вроде суда. У меня есть двое свидетелей, которые видели следы индейских коней. Если еще ты скажешь, что это томагавк тех самых похитителей, то парням на площади придется задуматься. В конце концов, даже шахтеры не любят убивать невиновных. Ты сможешь это сказать?

— Не сомневайтесь, шериф, — Нэт встал и протянул ему томагавк.

— Пойдем со мной. Не стоит им знать, где я прятал такого важного свидетеля.

Беллфайр нерешительно оглянулся, но Крис ободряюще улыбнулся ему, а Питер похлопал по плечу.

Наверху послышались шаги и загремели отодвигаемые стулья.

— Черт, как они спешат, — выругался Маккарти. — Нэт, я позову тебя.

Он выбрался наверх и встал за стойкой. Шахтеры набились в салун, и от скопления их черных фигур в помещении стало темно. В воздухе стоял кислый запах угольной пыли.

— Так много присяжных? — спросил Маккарти.

— Голосовать будут все, — ответил шахтер. — Дело слишком важное. Голосовать будут все. Откройте окна, пускай все слышат, что мы тут решим.

— Приступим, — сказал судья Бенсон и достал с полки томик Библии. — Дженкинс, подойди. Положи ладонь сюда и поклянись говорить правду.

— Клянусь говорить правду.

— Ты видел сегодня инженера Скилларда?

— Все его видели. Я видел вместе со всеми.

— Что ты делал на площади?

— Просто пришел вместе со всеми.

— Ты пытался убежать?

— Нет.

Судья Бенсон повернулся к толпе.

— Пусть подойдет сюда тот, кто первым схватил Чокто в толпе. Скажи, он пытался убежать? Как он себя вел?

— Ну… Он стоял рядом со мной и тоже что-то такое кричал вместе со всеми. Потом увидел шерифа и рванулся бежать. Толкнул меня, я его схватил, он меня в зубы, ну а я его в ухо. Вот так и схватили.

— Спасибо, — сказал Бенсон, поднимая руку, чтобы успокоить зашумевших шахтеров. — Подойдите сюда те, кто нашел Скилларда на улице. Вы видели следы лошадей?

— Да, судья.

— Какие это были следы?

— Неподкованные.

— Сколько было лошадей?

— Вроде одна.

— Одна? Вы уверены?

— Вроде уверены.

Судья Бенсон взглянул на Маккарти. Тот озабоченно почесал переносицу и ничего не сказал.

— Шериф, у вас есть вопросы?

— Нет, — сказал Маккарти. — Но у меня есть еще один свидетель. Нэт, вылезай. Вот, судья, это архитектор из Бостона. Он был вместе с инженером Скиллардом, когда того похитили. И он может вам всем доказать, что инженера убили индейцы из банды Красного Когтя. Мы с вами сейчас же соберем отряд и отправимся за этим Когтем. И вздернем его на площади, парни!

— Постой, шериф! — крикнул шахтер. — Красный Коготь далеко, его еще надо поймать. А Чокто уже у нас в руках, и непохоже, что он ни в чем не виноват!

— И похоже, что ты его выгораживаешь, шериф! Ведь он твой дружок!

Маккарти закричал, чтобы перекрыть гвалт:

— Да вы послушайте свидетеля, черти! Послушайте, и вам все станет понятно! Нэт, расскажи им. Тихо, черти!

Судья Бенсон обратился к архитектору, который стоял возле буфетных полок с посудой, сам белый, как фарфор:

— Представься, тебя тут никто не знает.

— Меня зовут… — начал Беллфайр и замолчал, растерянно переводя взгляд с Чокто на шерифа. — Но ведь это же… Его зовут Шухта…

И тут Чокто вдруг сорвался со стула, вскочил на стойку бара, в два прыжка пробежал по ней и кинулся в распахнутое окно.

— Держи его! — закричали в толпе.

С кошачьей ловкостью он взлетел по столбу на галерею, перебежал на угол здания и, подтянувшись на карнизе, закинул ногу на скат крыши. Несколько черепиц выпали из-под его ноги, и он чуть не сорвался, повиснув на одних пальцах. Но, раскачавшись, Чокто все же сумел забросить тело на край крыши.

— Лезет на крышу! Стреляйте, уйдет!

На улице захлопали револьверные выстрелы, и сразу же их заглушил торжествующий вопль толпы. Маккарти и судья Бенсон пробились на крыльцо.

— Вон он! На крыше! Слезай, скотина краснокожая!

Поверх толпы уже плыла длинная лестница. Ее приставили к стенке салуна, и Маккарти оттолкнул всех и сам поднялся по ней до карниза.

Чокто Дженкинс лежал за печной трубой, зажимая рукой рану в боку. По черепице из-под него сбегала тонкая струйка крови.

— Ну что же ты, приятель? — спросил Маккарти. — Ты все испортил. Я бы не отдал им тебя.

— Иди к черту, шериф, — равнодушно ответил метис. — Скилларда прибил я. Обещай, что не повесишь меня, и я расскажу тебе, кому был нужен его скальп. Только соображай быстрее, пока я не сдох тут, на крыше.


Глава 18. КРИС ДАЕТ УРОКИ | Русский угол Оклахомы | Глава 20. ЛОВУШКА ДЛЯ ХАММЕРА