home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



8

– Леся, дорогая, посмотри-ка, что я здесь нашел, – крикнул Валентин девушке, присев на корточки перед большим кованым сундуком. – Может, хоть здесь какие-нибудь изумруды завалялись? – пробормотал он.

Олеся положила на место бронзовый подсвечник, который держала в руках, и пошла к Валентину, обходя и перелезая через хлам, которым был завален весь чердак на который они поднялись по лестнице, спрятанной за дверью спальни Веды.

– Что ты нашел? – спросила девушка.

– Вот, посмотри, каков красавец, – показал Валя на сундук. – Тоже, между прочим, раритет, приблизительно конец восемнадцатого – начало девятнадцатого века. Если его как следует почистить и отмыть, в антикварной лавке за него хорошие деньги могут дать. Как ты думаешь, он поместится в багажник твоей машины?

– По-моему, я еще не давала согласия что-либо увозить из этого дома, – прищурилась Олеся. – И уж тем более распродавать через антикварные лавки.

– Ты считаешь, что будет справедливо, если такая редкая вещь будет стоять здесь и разваливаться потихоньку? – изумился Валентин. – Вон, посмотри, у него уже все скобы ржавчиной покрылись, и по крышке трещины пошли. Еще немного, и это уже будет не раритетная вещь, а просто дрова. Это же неправильно, ма шер! А вот если мы приведем его в порядок... Он стоит хороших денег, верь мне, я знаю, что говорю.

– Я тебе верю, верю, поговорим об этом потом. Ну, открывай, чего ты на него смотришь?!

Валентин с усилием поднял крышку и заглянул внутрь сундука.

– Я так и знал, что кроме хлама мы здесь ничего не найдем, – разочарованно вздохнул он, вытаскивая какую-то длинную холщовую рубашку с красным орнаментом по воротнику и рукавам. – Смотри, как новая, даже вышивка не полиняла.

Олеся развернула рубаху и услышала металлический лязг у себя под ногами. Она посмотрела на пол и увидела большой круглый медальон, который, видимо, был завернут в эту рубаху и только что вывалился из нее.

– Ну-ка, ну-ка, дай взглянуть, – заволновался Валентин, беря в руки медальон и разглядывая рисунок. – Похоже, что у меня появилось еще одно доказательство.

– Доказательство чего?

– Эта вещь, ма шер, является подтверждением того, что твоя прабабка все же имела прямое отношение к Белому братству. И знаешь, что я еще могу сказать? Она была там далеко не последним человеком, а очень даже значительным.

– Почему ты так решил?

– Ты же знаешь, у меня фотографическая зрительная память, и, если она мне не изменяет, я читал, что такие медальоны имели только мастера, еще их называли, кажется, мессирами. В той книге даже рисунки были вот такого же медальона, и орнамент на этом, который я держу сейчас в руках, полностью совпадает с тем, что я видел на рисунке.

– И что это значит?

– Это значит, моя дорогая, что твоя прабабка была мастером, то есть относилась к высшей иерархии. Дальше идет только магистр, и это уже наивысшее звание. И вот что интересно, ма шер... – пробормотал Валя, пристально рассматривая медальон.

– Ты чего замолчал-то? Что ты там увидел интересного?

– Твоя прабабка женщина.

– Об этом я и сама догадалась, – с сарказмом усмехнулась Олеся. – Что дальше-то?

– Женщины обычно не допускались в высшую иерархию, вот в чем дело, и как Веда смогла... Я должен в этом разобраться.

– А почему ты решил, что этот медальон принадлежит Веде? Может, эта вещь и не ее вовсе?

– Не знаю, не знаю, может, ты и права, – неуверенно пробормотал Валя. – Слушай, как же интересно все это! В этом доме явно что-то есть такое... Ах, ма шер, как замечательно, что ты уговорила меня поехать сюда с тобой.

– Совсем недавно ты говорил обратное, – с сарказмом напомнила Олеся. – И порывался побыстрее уехать отсюда.

– Я ошибался! Сейчас шестое чувство мне подсказывает, что мы стоим на пороге удивительных открытий в неведомый мир, – мечтательно проговорил молодой человек, зачарованным взглядом смотря на медальон.

– Ну, какой же ты романтик, Валюша, – засмеялась Олеся. – Такой медальон мог сделать любой современный мастер по чеканке, глядя на рисунок, а ты почему-то решил, что он настоящий.

– Зачем бы это стал делать какой-то мастер?

– Ну, мало ли? Ради прикола, например!

– И этот «прикол» почему-то вдруг оказался в сундуке твоей прабабки, – фыркнул Валя. – Нет, нет, здесь есть очень многое, в чем я хочу разобраться. Если я хоть что-то понимаю, это совсем не похоже на современную работу, я уверен, что вещь старинная и уникальная. В конце концов, чтобы убедиться в подлинности медальона, можно обратиться к профессиональному эксперту. И я непременно это сделаю, как только попаду в город. У меня, кстати, есть один такой на примете, мы с ним на одном факультете учились. Я тебе, кстати, уже говорил про него, это Виктор Воронин, вот к нему и обращусь. Леся, мы стоим на пороге великих открытий, я в этом даже не сомневаюсь, – уверенно повторил он, надевая на свою шею шнурок с медальоном. – Чтобы не потерялось, – тут же объяснил молодой человек, увидев удивленный взгляд Олеси.

– Носи на здоровье, – усмехнулась та.

– Он обязательно принесет удачу.

– Ты все-таки не хочешь оставить свои фантазии? Ну, давай, давай, продолжай в том же духе, а я на тебя посмотрю, до чего ты дофантазируешься в конечном итоге. Вот тогда я от души посмеюсь.

– Смеется тот, кто смеется последний, – с пафосом ответил Валя. – И мы с тобой вроде пришли к единодушному согласию, что все решит завтрашний день.

– Ну да, пришли.

– Вот и отлично, а сейчас посмотрим, что тут у нас еще имеется, – снова присел Валя перед сундуком. – Опять какие-то книги, их мы потом почитаем. Набор дощечек с руническими символами, а проще говоря – Руны. Постой, постой, это тоже весьма интересно, – задумчиво пробормотал он, перебирая дощечки.

– А в них-то что интересного?

– Что интересного, говоришь? Насколько мне известно, считается, что такие вот руны частично утеряны, поэтому их уже давно не используют. Ну и наследство ты получила, ма шер, сплошные чудеса!

– А откуда ты узнал, что это именно те, которые утеряны?

– Дело в том, что древний рунический текст достаточно заметно отличается от современного, написанного кириллицей или латинским шрифтом. И очень жаль, что современные буквы не только изменили свое изначальное начертание, но и потеряли свое первозданное, образное значение. А еще...

– Ой, Валя, лучше не нужно вдаваться в подробности, я все равно ничего не понимаю в этом, – сморщилась Олеся. – Твоя древняя история для меня равносильна китайской грамоте. Лучше посмотри, что там, в сундуке еще интересного есть.

– Как скажешь, ма шер, хозяин барин, а в данном случае – хозяйка барыня, – засмеялся тот, снова присаживаясь к сундуку. – Пучки какой-то травы с приятным запахом. Кухонная утварь, вся деревянная, между прочим, – перечислял он, перебирая содержимое сундука. – А вот эту травку я знаю, это зверобой. Считается, что он отгоняет от дома нечистую силу, для этого его нужно только поджечь.

– Зачем, интересно, Веда его в сундуке держала?

– Так здесь же чердак, а нечистая сила обычно в таких местах и заводится, – пожал плечами Валя.

– Заводятся обычно тараканы, и вообще, хватит болтать всякую чушь! – сморщила носик Олеся. – Никакой нечистой силы не существует в природе. В сказках – да, есть такой феномен, но из сказок мы с тобой уже давно выросли, дорогой мой историк.

– Ты не права, ма шер, – сказка ложь, да в ней намек....

– Что там еще в сундуке лежит? – резко перебила друга Олеся, зная, что, если он сейчас пустится в рассуждения, его трудно будет остановить.

– А ничего! Хлама полно, а толку никакого. А вот это уже более интересный экземпляр, – воскликнул он, вытаскивая наружу бокал из желтого металла. – Неужели золото? Нет, для золота слишком легкий, – разочарованно вздохнул Валентин. – Вообще-то глубоко в душе я очень надеялся, что обнаружу в этом сундуке хоть один завалящий бриллиантик... хотя бы карат в пятьдесят.

– Все никак не переболеешь своей золотой лихорадкой? – засмеялась Олеся. – Забудь ты уже про бриллианты, их нет и быть не может.

– Почему не может?

– Потому что, если бы они были, то о них обязательно упоминалось бы в дарственной или в завещании.

– Нет, я с этим совершенно не согласен, – нахмурился Валя. – Это же нарушение всех правил приключенческого жанра. Завещание – это совсем неинтересно. В старинных домах обязательно должны быть замурованы или закопаны сокровища, и мы, Леська, обязательно их с тобой найдем, вот увидишь. Слушай, а может, нам миноискатель купить? – оживился он.

– Это еще зачем?

– Как зачем? Чтобы побыстрее клад найти!

– А может, сразу бульдозер или экскаватор? – ехидно поинтересовалась Олеся. – Чего мелочиться-то?

– А что такого? Между прочим, все, кто клады ищет, пользуются миноискателями. С ним мы сразу твои фамильные драгоценности отыщем.

– Ох и фантазер ты, Валюша, вот фантазер! – засмеялась девушка. – Романтик с большой дороги.

– Я как раз не фантазер, а реалист, – вполне серьезно возразил тот. – Ты помнишь портрет в спальне Веды, на котором ваш «клон» сидит?

– Конечно, помню, и что?!

– Надеюсь, ты также заметила, какими эта дамочка сногсшибательными бриллиантами обвешана?

– Естественно, я же не слепая!

– И как ты думаешь, куда эти цацки могли подеваться?

– Да мало ли куда? – пожала плечами Олеся. – Продали, подарили, потеряли...

– Нет, моя дорогая, я с этим категорически не согласен, – задумчиво произнес Валентин, оглядываясь по сторонам. – Такие вещи не теряют, не дарят, и уж тем более не продают. Они наверняка спрятаны где-нибудь в этом доме, я это всем своим нутром чую, и я их обязательно найду.

– Бог в помощь, – вздохнула Олеся, с улыбкой глядя на неугомонного друга. – Что там еще за хлам, о котором ты упомянул? – спросила она, показывая на сундук.

– Сама посмотри, – отмахнулся Валентин. – Может, что еще интересное найдешь, а я пока здесь погуляю немного. Надо по стенкам постучать, наверняка где-нибудь тайник есть.

– Валь, давай мы с тобой это мероприятие на потом отложим, – предложила Олеся. – А то неудобно как-то.

– В каком смысле неудобно?

– Нас ведь Тимофей с Екатериной Ильиничной ждут, а ты меня на этот чердак уволок. Уже больше двух часов прошло, как мы их оставили.

– И правда! Я, видно, действительно золотую лихорадку подхватил, – со смехом согласился Валентин, внимательно ощупывая свой лоб. – Совсем забыл про стариков, в этом доме столько всего интересного!

– У нас с тобой уйма времени впереди, так что все успеем посмотреть, – улыбнулась Олеся. – Мне тоже очень интересно, между прочим, и с каждой минутой все больше и больше нравится этот дом.

– А ты знаешь, я с тобой согласен. Здесь удивительная энергетика, она какая-то располагающая, – произнес Валя, оглядываясь по сторонам. – Вот вроде бы, обыкновенный чердак, пыльный, заваленный всяким барахлом, а я чувствую себя здесь ребенком, который попал в страну чудес.

– Ты неисправимый романтик, Кадкин, – засмеялась девушка. – Пошли вниз, а то нас наверняка уже ищут.

– О, и этот тут как тут, – всплеснул Валентин руками, увидев кота Василия. – И что ты за нами все ходишь, как пришитый? А ну брысь отсюда!

Черный красавец лишь лениво посмотрел на молодого человека и как ни в чем не бывало начал вылизывать свою шерстку.

– Валь, ты, может быть, все же оставишь его в покое? – строго спросила Олеся. – То Тимофей у тебя леший, то Василий – нечистая сила. Тебе не кажется, что это уже слишком?

– Ах, ма шер, я вовсе не виноват, что у меня сложилось предвзятое отношение к этим черным хвостатым негодяям, – вздохнул молодой человек. – Они сами меня к этому вынудили. Стоит мне только встретить черного кота, особенно с утра, можно считать, что день безвозвратно испорчен. Ты помнишь тот день, когда с моей машиной встретился грузовик? Так вот утром, когда я выезжал из гаража, мне перебежал дорогу вот такой же негодник, – кивнул Валя на Василия. – Теперь мне приходится передвигаться на своих двоих, потому что на новую машину я еще не заработал. А помнишь, как я провалился в открытый люк в нашем дворе? Буквально за полчаса до этого я чуть не наступил на маленького котенка, естественно черного. Да что там далеко ходить? Вчера вечером я пошел выносить мусорное ведро и прямо рядом с мусоропроводом столкнулся с черным, как вакса, котищем. Сколько я ни плевался после этого, буквально на следующее утро мне позвонили и рассказали, какую свинью мне подложил мой «ненаглядный» Эдик. Негодяй такой, чтоб ему там на пляже сгореть и волдырями покрыться! – от всей души послал он бывшему другу пожелание. – Дальнейшее тебе известно, я понесся на всех парусах к тебе, чтобы... короче, ты меня поняла. Про пустые ведра я вообще говорить не хочу, это просто кошмар какой-то, – закатил он глаза. – Решил я как-то зайти в хозяйственный магазин, чтобы купить средство для дезинфекции унитаза. И что же ты думаешь? Стоило мне столкнуться в дверях с бабой, которая вздумала купить себе пустое ведро, я тут же потерял кошелек со всей зарплатой. Ну, как тебе это нравится?

– А ты считаешь, что в хозяйственном магазине она должна была купить ведро, наполненное водой, или, может быть, шампанским? – захохотала Олеся. – Ты слишком суеверен, Валюша, поэтому с тобой так все и происходит. Я вот никогда не верила во все эти приметы и верить не собираюсь. Считаю, что это средневековые предрассудки, поэтому со мной ничего подобного не происходит и ничего не случается.

– Ну как же, не случается с ней! – фыркнул тот. – Наверное, это не тебя, а господина Лермонтова три раза за год с работы выперли?

– А при чем здесь моя работа? Этот факт никоим образом не касается нашей с тобой темы. Мы вроде, говорим сейчас о суеверии, а не о моей работе.

– Ты думаешь, что, как только я перестану верить во всякие приметы, все сразу же будет в шоколаде с мармеладом, – фыркнул Валентин. – Если бы все было действительно настолько просто, клянусь, я бы согласился целоваться с Василием и утром и вечером.

– Как много я готова отдать, чтобы увидеть это, – снова захохотала Олеся. – Короче, я спускаюсь вниз, а ты можешь здесь оставаться хоть с ночевкой. Ищи на здоровье свой клад, флаг тебе в руки, дорогой!

– Что значит – с ночевкой? Нет, милочка, ночью здесь будет слишком темно, да и пыльно до невозможности, – сморщил Валя нос и тут же пронзительно чихнул. – Ну вот, у меня, кажется, аллергия начинается, пошли отсюда быстрее. Но завтра обязательно сюда вернемся, я здесь еще не все обследовал.

– Непременно вернемся, – согласилась с ним Олеся, подталкивая в спину к лестнице. – Прямо с утра и начнем. Ты, похоже, заразил меня этим безумием, – засмеялась она.

– Ты о чем?

– О твоей золотой лихорадке, о чем же еще?! Да и вообще, здесь и правда так много всего интересного!

– А я что тебе говорю? Разбуди меня завтра пораньше.

– Кто бы меня разбудил, – вздохнула Олеся. – Я без будильника очень редко просыпаюсь.

Молодые люди даже и предположить не могли, какое неприятное событие произойдет завтра с самого утра. Также они не знали, что одним этим событием дело не ограничится, а по сути все только начнется, и у них еще долго не будет времени, чтобы подняться на этот чердак. Но пока они пребывали в неведении, поэтому спокойно провели вечер в компании Тимофея, Екатерины Ильиничны и кота Василия. Посиделки удались на славу, молодые люди узнали много интересного, а Олеся вдруг поняла, что Валя оказался не совсем уж и не прав. Ей действительно досталось весьма непростое и загадочное наследство.


* * * | Кто в доме хозяйка? | cледующая глава