home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 1. Проституция в общественной жизни Вятки начала прошлого века

Прежде всего, необходимо сказать, что проституция как явление в общественной жизни Вятки существовала как до рассматриваемого в данной работе периода, так и после.

Небольшая численность населения — в 1912 году она составляла 58,3 тысячи человек, патриархальность уклада жизни, относительная оторванность от важнейших экономических центров России и ряд других причин привели к тому, что проституция в Вятке не была проблемой первостепенной важности. Однако, вопросы с ней связанные, выносились не только на заседания городской думы и губернского земства, а рассматривались даже в правительствующем Сенате России.

Численность официально зарегистрированных проституток в Вятке была не велика, относительно немногочисленны были дома терпимости и поднадзорные притоны разврата, однако, проблем обывателям они создавали предостаточно.

Газета "Вятская жизнь" за 27 апреля 1906 года сообщала, что 25 апреля того же года на заседании городской думы был заслушан доклад по ходатайству жителей Больше-Хлыновской улицы об удалении из южной части города домов терпимости.

В своем прошении жители данной улицы "жаловались на соседство такого зла, которое заставляет их даже уезжать из своих домов в другую часть города". Жители Хлыновки просили удалить эти "рассадники народного здравия" или перенести их за черту городского поселения.

Особенно "неспокойно" стало в районе домов терпимости в годы Первой мировой войны. "Вятская речь" 29 октября 1915 года сообщает, что "24 октября около 8 часов вечера около увеселительных домов на Больше-Хлыновской улице двое крестьян Вятского уезда Ржано-Поломской волости — Петр Владимиров и Илья Федоров Пантюхины были избиты и ограблены. Они "хотели было провести вечер в увеселительном доме, но увидев в нем много посетителей, сейчас же пошли назад… вслед за ними из дома кинулись человек 10–12 из числа бывших здесь посетителей и в сенях набросились на них. У Петра Пантюхина грабители отняли 37 рублей, у Ильи — 9 рублей".

Далее газета сообщала, что около увеселительных домов грабежи происходят ежедневно в течение месяца. Большинство ограбленных никуда не жаловались. В самих домах терпимости грабители"… нередко действуют обманом… перед намеченной жертвой прикинутся "казанской сиротой… гость расходится, угостит их и без всякой предосторожности развертывает перед ними кошелек… грабители ловят таких людей на улице и отнимают у них деньги… со многих еще снимают одежду, отнимают ценные вещи… награбленные деньги прогуливаются в этих же увеселительных домах. Иногда при этом говорят: Еште, девки, пейте! Нам не дорого досталось и не тяжело!"

На следующий день та же газета писала, что 24 октября в 10 часов вечера был избит и ограблен в районе Хлыновки крестьянин Слободского уезда Шепелевской волости Федор Харитонов Радыгин. Он был в доме терпимости, где и встретился с избившими его впоследствии людьми. Около дома терпимости в это время находился постовой городовой, но он ничего не мог сделать, т. к. грабили и били Радыгина 15 человек, а "около дома терпимости стояла еще другая партия, человек в 30, которая и пригрозила городовому, чтобы он не смел за него заступаться".

Несколько позднее, 4 ноября того же года, "Вятская речь" сообщила, что "полиция приняла решительные меры — наряды полиции ходят по всем опасным местам. Заходят в дома терпимости и удаляют из них всех посетителей, которые не имеют при себе никаких документов…".

Рассматривая вопрос проституции в Вятской губернии, было бы уместно упомянуть и о распространенности венерических заболеваний в крае, т. к. эти два явления связаны между собой.

Анализ официальной отчетности рассматриваемого периода показал, что частота встречаемости сифилиса у жителей губернии в целом, и у проституток в частности, отличалась в 90-100 раз. Болея сифилисом и другими венерическим заболеваниями, проститутки зачастую являлись источником их распространения. Необходимо также сказать, что в течение года до 50 % проституток заражались венерическими заболеваниями.

Особенно часто после общения с проститутками заражались венерическими заболеваниями солдаты. Последнее привело к тому, что 22 января 1911 года начальник 49-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Пряслов вынужден был обратиться к вятскому губернатору со следующим посланием: "… для уменьшения заболеваемости венерическими болезнями нижних чинов войск вверенной мне дивизии, расположенных в пунктах вверенной Вашему превосходительству губернии, прошу сделать со своей стороны распоряжение о принятии более энергичных мер со стороны полиции к преследованию как больных женщин, занимающихся проституцией, так и тех лиц, которые содержат проституток в тайных квартирах". (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л. 144)

На основании вышеизложенного вятский губернатор 8 февраля 1911 года циркуляром за N 547 предписал "уездным исправникам принять все меры со стороны полиции к обнаружению и преследованию как проституток, занимающихся проституцией тайно, так и содержательниц тайных притонов разврата, а равно и к непременному периодическому освидетельствованию всех проституток, подчиненных врачебно-полицейскому надзору…". (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л. 145)

Основания к появлению вышеназванных документов были очень весомые. Так, буквально в течении недели офицерами 193 пехотного Свияжского полка, расквартированного в Вятке, были поданы рапорты следующего содержания.

28 марта 1911 года поручик Семкин сообщал командиру полка о том, что рядовой 9 роты Михаил Утев заразился венерической болезнью от девицы Татьяны Ивановны Гончаровой, проживающей в доме наследников Шустова на Никитинской улице. Впоследствии выяснилось, что зовут ее не Татьяна, а Надежда. Жила она под видом прислуги в указанном доме у Ивана Евдокимова Змиева и его жены Ольги Гавриловны. Последняя дама содержала тайный притон разврата. Вместе с Гончаровой, тайной проституцией в нем занималась также крестьянка Вятской губернии Анна Иванова Мошанина. (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л. 156)

Кроме того, в своем донесении поручик Семкин "считал необходимым присовокупить, что при выяснении изложенным обстоятельств выяснилось так же, что некоторые из нижних чинов отдают свое белье в стирку жене… Змиева, в квартире которой проживают упомянутые выше девицы…". На основании последнего командир Свияжского полка "сделал распоряжение о воспрещении стирки белья нижних чинов на стороне у прачек, чтобы нижние чины не имели повода отлучаться из казарм…". (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л. 157, 190)

30 марта того же года подпоручик Вишневский докладывал командиру полка о том, что рядовой 4 роты Семен Бызов заразился твердым шанкром от девицы Матроны Антоновны Демаковой, проживающей в доме Логова на Владимирской улице, "что у винного склада N 1". Вместе с тем, он сообщал, что "ефрейтор 5 роты Иван Вилесов заразился триппером 1 января сего года на Хлыновке в доме Воробьевой… личность же женщины, заразившей означенного нижнего чина до выписки Вилесова из лазарета выяснить невозможно, ибо в домах Воробьевой проживает проституток около 40 и с признаками, высказанными ефрейтором Вилесовым, женщины не нашлось…". (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л. 158)

31 марта того же года старший врач 193 пехотного Свияжского полка Грацианов рапортовал командиру полка о том, "что поступили в лазарет следующие венерические больные: Ефрейтор 3 роты Петр Смыслов прибыл 28 марта с мягким шанкром, заразился от проститутки Парасковьи, которая проживает на Владимирской улице, ниже винного склада рядом с новым 2-х этажным зданием. Старший унтер офицер 8 роты Трофим Кулиш прибыл 28 марта с мягким шанкром, заразился от проститутки Наталии, проживающей в доме терпимости у Воробьева N 1 от линии железной дороги. Младший унтер-офицер 2 роты Андрей Турбин прибыл 27 марта с мягким шанкром и триппером, заразился от проститутки, проживающей на Спенчинской улице между Раздерихинской и Пятницкой во дворе на вольном воздухе, рядом с квартирой подполковника Шейдеванта. Где живет проститутка, больной не знает. Рядовой 12 роты Никон Власов прибыл 30 марта с мягким шанкром, заразился от проститутки в городской бане. Имени и фамилии проститутки больной не знает, так как встретил ее в первый раз. Рядовой 6 роты Андреас Акаянц прибыл 30 марта с сифилисом, заразился от проститутки Дуни, проживающей в пивной на Спенчинской улице между Острожской и Морозовской…"". (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л. 159, 160)

Несколько позже, 5 апреля того же года Грацианов доносил, что 4 апреля " прибыл в лазарет ефрейтор 9 роты Егор Чащин с уретритом, заразился от проститутки Веры, живущей на Владимирской улице между Морозовской и Богословской в постоялом дворе…". (ГАКО. ф. 583. оп. 480. д. 624а. л.160)


Введение | Проституция в Вятке | Глава 2. Положение об организации надзора за городской проституцией в Российской Империи и его реализация на практике в Вятке