home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 9

Нервно меряя шагами комнату, я постепенно поняла, что меня знобит. Кожа покрылась мурашками, даже теплое платье, которое я достала из сундука и надела, не спасло ситуацию. Я завернулась в старое одеяло, но тело все равно сотрясала дрожь. Даже подсев поближе к камину с тлеющими углями, я не могла согреться. Только под утро сон овладел мной, увлекая в избавительную пучину дремы, а когда я открыла тяжелые веки, был уже разгар дня. Солнце, так редко появляющееся в наших краях, преломляя лучи о треснутое стекло, пыталось пробиться в комнату.

Я встала, чувствуя, как ноги сводит судорогой от долгой неловкой позы, в которой я просидела на полу. На низком табурете стояла тарелка остывшей склеившейся каши с брошенным туда ломтем хлеба. Значит, служанка приходила, но не разбудила меня.

Пошатываясь, я добрела до кровати и рухнула в холодную постель, осознавая, что все-таки простудилась. Голова гудела, горло саднило, будто туда силой запихнули колотый лед, каждый вздох давался с большим трудом. Я поплотнее укуталась и, зарывшись лицом в подушку, закрыла слезящиеся глаза.

Так и провела день. Не было сил даже подняться и зажечь свечу, когда сумерки получили власть над городом. Служанка пришла позже, держа в руках поднос с едой. Молча забрала тарелку с нетронутым завтраком и, даже не посмотрев в мою сторону, развернулась, чтобы уйти.

– Уна, можно попросить отвар от кашля, кажется, я заболела, – просипела я, приподнимаясь на локтях. – И теплой воды, чтобы умыться.

– Да, посмотрим, что можно сделать, – кивнула служанка и быстро покинула комнату, оставив меня в темноте и одиночестве.

Я напрасно ждала ее, Уна так и не появилась. Ночью не получилось уснуть, тело сгорало в лихорадке, но в то же время я чувствовала дикий холод. Горло периодически сжималось от спазмов, а я содрогалась от кашля. Уна зашла только утром. Поставив на столик чашку с похлебкой, она даже не поинтересовалась, почему ужин остался несъеденным.

– Ух, какой тут спертый воздух, – цокнула девушка языком и, не глядя на меня, подошла к окну. Створки со скрипом распахнулись, впуская ледяной ветер. – Так-то лучше. Я принесла вам куриный бульон, как вы и заказывали. Сказала повару, что это вы приказали, он уж расстарался.

– Поднеси, пожалуйста, сюда поближе. – Я с трудом села в постели и указала на место рядом со мной.

– Да, да, конечно, миледи, я сейчас, – кивнула Уна и переставила поднос на кровать.

– Спасибо, – с благодарностью прошептала я. Зимняя стужа вместе со снегом пробиралась в комнату. – Прикрой окно, очень холодно.

– Ох, загоняли вы меня, леди, – раздраженно буркнула Уна. – При болезни необходим свежий воздух, вам любой лекарь это скажет. Я позже зайду.

Поклонившись, она улыбнулась собственным мыслям и вышла из комнаты, забыв выполнить мою просьбу. Дверь с гулким эхом захлопнулась за девушкой.

Я поднесла ложку ко рту и поняла, что ем остывший суп. Сморщившись, отставила чашку и судорожно вздохнула. В это время из коридора послышались приглушенные голоса.

– Как леди себя чувствует? – Я узнала Хантера, советник был встревожен. – Лорейн не спускается в зал.

– С ней все в порядке, – тут же ответила Уна. – Ваша светлость, да куда уж ей выходить на люди. После того, что миледи сотворила-то. Ох, страшно подумать, что будет, если повелитель по ее вине уйдет за грань. Несчастье эта леди принесла в наш замок.

– Ты много говоришь, – сухо заявил Хантер. – Можно и язык укоротить. В твои обязанности входит прислуживать, а не болтать.

Я замерла, вслушиваясь в еле различимые слова. Значит, король еще не оправился от ран. Эта новость болью отозвалась в душе. Я ненавидела его, сердце все же сжималось от тоски и горечи при мысли о том, что Кордан может умереть.

В горле запершило, так что сдерживаемые хрипы вырвались наружу вместе с продолжительным кашлем.

– Так говоришь, все в порядке?

Хантер злобно зарычал. Он распахнул двери и, оттолкнув служанку, вбежал в спальню. Я почувствовала, как горячая ладонь коснулась щеки, большой палец скользнул по пересохшим губам, покрытым кровавой коркой. Взгляд темных глаз советника опустился на чашку с холодным супом, и веки в то же мгновение сузились от гнева.

– Ваша светлость. – Уна робко вошла вслед за советником, на побледневшем лице явственно читался испуг.

Хантер развернулся и, подойдя к служанке, схватил ее за плечи и тряхнул.

– Она же умирает, – прошипел он, с силой сжимая свои руки, так что девушка вскрикнула от боли.

– Леди немного приболела, я принесла ей бульон, – оправдывалась служанка. – Ничего страшного.

– Чей приказ ты выполняла?

Уна вздрогнула и, сжав губы, отвернулась, прекратив свой бессвязный лепет.

– Дрянь! – в сердцах проговорил Хантер и так резко выпустил служанку, что та покачнулась и чуть не упала. Всхлипывая, она подобрала юбки, чтобы ретироваться из комнаты.

– Я тебя не отпускал!

Грозный окрик заставил девушку застыть и со страхом обернуться.

– Давно леди Лорейн в таком состоянии?

– Второй день. – В этот раз Уна даже не пыталась выкручиваться, правдиво отвечая на вопрос.

– Так кто?

– Она меня убьет, – прошептала служанка и упала перед советником на колени, заламывая руки. – Вы обрекаете меня на смерть, не губите, ваша светлость.

– Твоя жизнь и медяка не стоит! – Хантер брезгливо отпихнул сапогом съежившуюся девушку. – Отвечай, иначе я сейчас же оторву твою пустую голову.

– Леди Нэрия, – выдохнула служанка, давясь рыданиями.

– Я так и думал, – коротко кивнул советник. – А теперь убирайся отсюда и пришли пару годных служанок, готовых добросовестно выполнять свою работу. С тобой я позже разберусь. И кстати, забери эти холодные помои.

Он сунул ей в руки поднос с тарелкой, наградив хмурым взглядом.

– Да, ваша светлость. – Уна поклонилась и, сгорбив плечи, ушла восвояси, оставив меня с Хантером.

– Я думал, девчонка Вэкслера умнее, – тихо сказал он, садясь на край постели. Советник наклонился, чтобы убрать слипшуюся от пота прядь волос с моего лица. – Может, еще слишком молода, но если не повзрослеет, то Кордану туго с ней придется, маленькая интриганка.

– Почему она меня ненавидит? – Свистящий хрип, сорвавшийся с моих уст, напугал даже меня.

– Дурацкий вопрос, Лорейн, – хмыкнул Хантер, терпеливо дожидаясь, когда я прокашляюсь. – Может, потому, что жених резко потерял к ней интерес и увлекся другой женщиной?

– Что король во мне нашел? – прошептала я, смущенная близостью постороннего мужчины. В помутненном от болезни разуме всплывали картинки недавнего прошлого. Сильные руки скользят по обнаженной спине, горячие губы осторожно касаются кожи и тут же останавливаются, не решаясь продолжить свой путь. Он пожалел меня тогда, не наградил позором.

– Может, медные волосы или необычную красоту, – проговорил Хантер. Его рука вновь потянулась к моим локонам, но остановилась, безвольной плетью упав на покрывало. – Ты так отличаешься от всех, кого я знаю. Лорейн, ты… особенная.

– Знали бы вы, как горько быть не такой, как все: насмешки, шепоток за спиной – всего этого хлебнула с лихвой.

– Люди всегда стремятся погубить то, что не в силах понять. А ты редкий цветок среди сорняка, поверь мне, я много людей повидал.

– Я всего лишь незаконная дочь покойного наместника, почти пустое место. Не соперница знатной леди, чистокровной элурке. Надеюсь, его величество быстро наиграется мной и оставит в покое.

– Тебя тяготит его… в те моменты, когда вы вместе, что ты чувствуешь?

Пальцы Хантера сжали покрывало, пристальный взгляд устремился ко мне.

Я моргнула, понимая, что не могу откровенно рассказать, что меня тоже тянет к Кордану, от страстных объятий в груди начинает пылать огонь, который плавит, превращая все мое существо в податливую глину.

К счастью, в спальне вскоре появилась другая служанка, избавляя меня от смущающего разговора. Худая молчаливая женщина принесла таз. Смочив тряпицу в теплой воде, встала перед кроватью и выжидающе уставилась на Хантера.

– Господин, – поклонилась она.

– Да, я уже ухожу.

Хантер нашел мою ладонь и легонько сжал ее, после чего быстро покинул спальню.

Через несколько дней я была полностью здорова. Новая служанка Джит оказалась весьма молчаливой. За время своих посещений она произнесла от силы несколько десяток слов, большинство из которых являлись приветствием или пожеланиями доброй ночи. Несмотря на угрюмость, Джит исправно выполняла свои обязанности, приносила еду и горячий отвар из трав, который довольно скоро помог избавиться от кашля.

Однажды я решилась спросить о том, что так мучило меня все это время, сильнее болезни сжигало изнутри, заставляя посреди ночи просыпаться от кошмара, заглушая подушкой хриплый крик, рвущийся наружу.

– Джит, скажи, как чувствует себя король? – сказала и тут же замерла, закусив губу.

Служанка отвлеклась от чистого белья, которое принесла от прачки, и внимательно посмотрела на меня, не торопясь с ответом. Напряжение росло вместе с нахлынувшим беспокойством.

– Его величество здоров, – наконец произнесла Джит.

Я подавила вздох облегчения, ноги подкосились от нахлынувшей слабости. Пришлось даже подойти к окну и чуть приоткрыть створку. Я старательно прятала раскрасневшееся и смущенное лицо от служанки, вдыхала полной грудью свежий морозный воздух, улыбаясь колючему ветру.

– Какие еще новости? – робко поинтересовалась я, решив наконец узнать и другую горькую правду. После гневной речи лорда Вэкслера большинство жителей замка, должно быть, ненавидят и презирают меня. Именно поэтому я старалась не выходить за пределы комнаты. Лишь один раз ночью попробовала подняться наверх, чтобы полюбоваться цветами в зимнем саду, но потайная узкая дверь оказалась заперта, и больше я не предпринимала попыток попасть туда.

– Люди разное толкуют, но в основном все разговоры в замке о предстоящей свадьбе повелителя, – тихо сказала служанка. – Народ истосковался по праздникам.

– Вот как…

Сердце сжалось от острого укола, я тут же раздраженно дернула плечом, пытаясь скинуть с себя навалившуюся горечь. Неожиданное известие должно обрадовать меня, а я, наоборот, реагирую как самая настоящая обиженная любовница. Неужели так свыклась с грядущими перспективами? Это ведь означает, что король забыл обо мне и решил наконец заняться своей невестой.

Стало противно от собственных низменных чувств. Я сжала кулак, вонзая ногти в нежную кожу, пытаясь вытеснить душевную боль. Всевышний, да что же со мной происходит! Дым от зачадивших в камине поленьев черной лентой скользнул по полу, оплетая мои щиколотки.

– Прикройте окно, миледи, – попросила Джит. Подскочив к камину, она пошарила кочергой в углях, помогая пламени вновь разгореться.

Спохватившись, я исполнила ее просьбу и отошла к кровати, чтобы сесть на тщательно расправленное покрывало. Сделав свои дела, служанка ушла. С ее уходом я лишилась единственной компании и собеседника, вновь оказавшись в одиночестве. Чтобы не скучать, можно было бы, конечно, попросить для чтения книгу, но я не решалась высказать столь дерзкую просьбу, осознавая, что подобные вещи бывают порой дороже драгоценностей.

Через некоторое время Джит неожиданно вернулась, держа в руках сверток, в котором оказалась длинная шелковая туника с плетеным поясом.

– Леди Лорейн, не желаете сходить в купальню?

Я встрепенулась и, удивленно посмотрев на служанку, утвердительно кивнула. Дома, в крепости, мы мылись раз в две недели, нагревая в бочке талый снег. Вначале Валэри, а затем, уже в остывшей воде, купалась я. По правде говоря, помыться действительно не мешает, болезнь истомила мое тело.

– Идите за мной, леди, я покажу вам путь.

Я отправилась вслед за служанкой. Мы петляли по лабиринтам коридора, пока наконец не оказались в жарко натопленном помещении. Пол здесь был выстлан цветной стеклянной мозаикой, возле стен стояли мраморные скамьи, а чуть подальше находилась круглая глубокая ванна невероятных размеров. При желании в ней можно было даже поплавать.

– В этой бочке студеная вода, а в бадьях горячая.

Джит сунула мне в руки ковш и показала, где стоит поднос с благовониями и настойками мыльного корня. Я опешила от подобной роскоши.

– Спасибо, – нашла я в себе силы поблагодарить. – А тебе не попадет за то, что привела меня сюда?

Не хочется, чтобы добрая женщина пострадала от подобного самоуправства.

Джит как-то странно посмотрела на меня и отрицательно помотала головой.

– Я буду ждать снаружи. Не торопитесь.

С этими словами служанка вышла. Я поспешила обнажиться, чтобы скорее покончить с помывкой. Расплела косы и распустила волосы, запоздало пожалев, что не захватила с собой гребень. Мои пальцы скользнули по хрустальным флаконам, и я выбрала один наугад, вылив бледно-сиреневую жидкость в ладонь. Чарующий аромат коснулся кожи вместе с душистым мылом, мягкая пена заструилась по телу, легкие крошечные пузыри, разлетевшиеся в разные стороны, отражали искры огня, запертого в кованые сферы. Переполняемая восторгом, я не сразу заметила, что в купальне, помимо меня, находился еще один человек.

Наскоро вымыв волосы, я откинула тяжелые мокрые пряди за спину и нерешительно подошла к ванне. Нога опустилась на ступеньку и я, жмурясь от предвкушения, ступила вперед, погружаясь в прохладную воду. Я не умела плавать, ведь в тот год, когда родилась, все реки и озера Элларии навсегда сковали цепи льда.

Неловко растопырила руки, пытаясь удержаться на поверхности, но тут же камнем пошла ко дну. Вынырнула и залилась смехом, попутно вытирая лицо ладонью, чтобы освободить глаза от прозрачной жидкости, насыщенной благовониями.

– Хочешь, я научу тебя?

Я вздрогнула и судорожно обернулась. На краю ванны стоял Кордан. Король развязал пояс длинной черной туники с запахом и небрежно бросил ее к своим ногам, после чего, совершенно обнаженный, спустился ко мне.

Я отпрянула в ужасе, но вода затрудняла движения, связывала тягучей массой, не давая возможности сбежать.

– Ваше величество, – промямлила я, руки метнулись к груди, защищаясь от пристального взора. – Прошу вас, негоже это. Прошу вас.

Всхлипнула и отвернулась, когда он приблизился почти вплотную и, разомкнув мои ладони, прильнул к груди, крепко обвив руками талию.

– Ты же сама хочешь этого, – горячее дыхание опаляло кожу, обугливая мою скромность, испепеляя стыд.

– Не хочу, – выдохнула я.

Блики от огней отразились в потемневших изумрудных глазах, на острых скулах выступили желваки, крупный рот дрогнул, и Кордан, уже не сдерживаясь, потянулся к моим устам, похищая поцелуй. Настойчивые пальцы приподняли подбородок, позволяя теплым губам еще сильнее впиваться в мои. Рот короля требовательно накрывал, терзал, даря мучительное наслаждение, а потом резко отпускал, становясь почти нежным, а через секунду вновь возобновлял пытку.

Я действительно обманывала, хотя даже самой себе никогда бы не посмела признаться, что меня тянет к этому мужчине. Влечет настолько сильно, что я, подобно горлице, стремлюсь в огненные объятия сокола, зная, что погибну, и все равно спешу обжечь крылья.

– Пожалуйста, – вновь взмолилась я, чувствуя, что с каждым мгновением решимость покидает меня, отдавая во власть пугающим чувствам.

– Девочка моя, ну что же ты противишься?

Сильные руки подхватили, подсаживая на бортик, пальцы сжали колени, с силой раздвигая их, чтобы прижаться еще крепче.

– Может, ты забыла, что проиграла мне? Я бы хотел взять свой выигрыш прямо сейчас.

– Я хотела спасти лошадь, – прошептала я, отдаваясь во власть умелых ласк. – А меня обвинили в измене и попытке убийства.

Король едва коснулся зубами моей шеи, но вместо того, чтобы провести языком по бархатистой коже, он впился зубами и слегка куснул, а затем отстранился.

– Я знаю, и больше этого не повторится, – жестко сказал он. – Никто не посмеет решиться на подобную дерзость. Кстати, ты переезжаешь на третий этаж, в более достойные покои.

– Меня прежняя комната полностью устраивает, – заявила я и растерянно опустила ресницы. – Меня… меня все презирают, я не хочу лишний раз мозолить людям глаза.

– С сегодняшнего дня твое положение во дворце изменилось, – проговорил Кордан, он разомкнул руки и, отвернувшись, направился к лесенке, чтобы выйти из ванны.

– Что это значит? – Я требовала ответа, хотя прекрасно знала его.

– Я дарую тебе статус, который не принадлежал ни одной женщине, с тех пор как скончался мой прадед.

– Любовницы? – почти выкрикнула я, окончательно опускаясь с блаженных небес на грешную, погрязшую в крови и похоти землю.

– Официальной фаворитки, – ухмыльнулся Кордан, поднимая с пола брошенную тунику. – И сегодня вечером я в первый раз намерен посетить тебя. Так что подготовься как следует.

Я не слышала, как захлопнулась дверь, лишь легкий сквозняк скользнул по озябшей коже, ледяной змеей проникая в опустошенное сердце.


Глава 8 | Обжигающие оковы любви | Глава 10