home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

Ей захотелось ему солгать, защитить себя. Альберт смотрел на мать чистыми голубыми глазами. Не так уж и давно София впервые встретила этот взгляд – семнадцать лет назад, на больничной койке. Тогда у нее возникло чувство, что они виделись раньше. Что когда-то давно она уже знала Альберта. Время от времени, как и большинство женщин на земле, она обещала себе защищать его, никогда не обманывать и обеспечить ему уверенность в завтрашнем дне.

До сих пор это удавалось ей плохо.

– Почему ты молчишь, мама?

– Я не знаю, что тебе сказать, – прошептала София.

– Ты уверена?

– Мы должны жить дальше, Альберт. Ты и я. Мы не можем воевать с Игнасио… Мы ничего не можем здесь сделать.

– Жить дальше, ты и я?

Женщина хотела что-то сказать, но Альберт опередил ее.

– Ты и я?.. Посмотри на меня, мама… Разве это жизнь?

София должна была возразить, но сын не дал ей раскрыть рта.

– Нет, подожди… Ты обменяла меня на него. Ты выдала его Игнасио, чтобы я был свободен. И единственное, о чем я прошу тебя с тех пор, – это чтобы ты вернула меня обратно… Потому что мы остались ему должны… Потому что мы остались должны себе… И потом… ты обещала…

– Мы будем жить лучше, все образуется… Я должна тебе больше, чем Лотару или кому-либо другому.

– Но один долг не отменяет другой.

София посмотрела на сына. Он умолял ее всем своим видом.

– Ничего не получится, Альберт, – его мать покачала головой.

Она видела, как он мучается.

– Мне стыдно, мама. Избавь меня от этого.

И внезапно Бринкман поняла, что ему сказать. Что это ей должно быть стыдно, а не ему. Она не заглянула Альберту в глаза. Он сидел в инвалидном кресле. Она привыкла видеть его уверенным в себе и исполненным достоинства, но сейчас парень выглядел подавленным. Разбитым. Как будто она предала его, как когда-то Лотара…

– Тебе нечего стыдиться, – только и сказала София.

Сын словно не слышал ее, думая о чем-то своем.

– Помню, была среда, – тихо сказал он. – Двадцать минут пятого. У меня только что закончились уроки, последний – шведский. Я ехал домой на велосипеде. Возможно, в компании Густава. Было тепло… Велосипед позвякивал, когда я въезжал на холм. Асфальт был новенький, гладкий… Дома я приготовил поесть, включил музыку на кухне, открыл дверь на террасу. Потом переоделся, поехал на теннисный корт. Играл с друзьями, мне было весело. Вероятно, выиграл, но это не имело никакого значения. Я возвратился домой в хорошем настроении, я был свободен. Потом пришла Анна. Я принял душ, переоделся, мы пообедали вместе на террасе с видом на зеленую лужайку. Потом появилась ты. Мы сидели и беседовали. Затем сели в поезд и поехали в город, в кино. Все просто, как и должно быть.

Грусть делала голос Альберта приглушенным.

– Я часто вспоминаю то время, до аварии, – добавил он. – Такой должна быть моя жизнь. Я думаю о том, чего нет. Я хочу туда.

– Все будет хорошо, – пообещала София.

То же она говорила на кухне в доме Ивонны.

– Мы ничего не забыли? – спросил Альберт.

– Сложный вопрос.

– Не такой сложный, как кажется. Ты можешь на него ответить, мама.

Теперь в голосе юноши зазвучали умоляющие нотки. София покачала головой.

– Нет, не могу.

Альберт смотрел прямо на нее, сквозь нее. Он выглядел сосредоточенным, как будто балансировал, пытаясь удержать на лбу шест. Как будто все понимал, чувствовал, что скрывает его мать.

– Ты никогда не освободишься от этого, мама… Ты не найдешь покоя… даже если у тебя получится то, что ты сейчас затеяла.

– Что ты имеешь в виду, Альберт?

– То, что ты затеяла. Потому что если мы не сделаем все возможное, чтобы вернуть домой Лотара и Йенса, я за тобой больше не пойду. Никуда.


16 Прага | Добрый волк | 17 Лима