home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



12

Погода была нелетная, и Мак-Алистер прибыл в форт Бобанг на катере. Он пришвартовался к главному причалу посреди множества долбленых челнов. Вокруг стоял многоязычный гомон: китайцы, малайцы, муруты и ибаны вели меновой торг, препираясь из-за каждой мелочи. По всему берегу женщины занимались стиркой, другие набирали воду и уносили ее в горшках, подвешенных к коромыслам.

Мак-Алистер спрыгнул на причал, поднялся на берег и направился в британский квартал. Он шел по немощеной улице вдоль пристани, мимо главного склада из гофрированного железа, где остро пахло свежепрессованным каучуком, перцем и пометом летучих мышей, который хитроумные китайцы собирали в пещерах и продавали на удобрение, мимо китайских лавок и крытых тростником малайских хижин. Ворча сквозь пышные усы, он заставлял себя сдерживать шаги, чтобы не опережать слугу с зонтиком, защищавшим голову хозяина от жгучего солнца. Ветеран азиатских колоний, он был в гольфах и длинных шортах защитного цвета и энергично помахивал тростью на ходу.

Адам поднялся навстречу ему из-за шахматной доски. Мак-Алистер присмотрелся к положению фигур, потом перевел взгляд на противника Адама — его семилетнего сына, который учинял отцу настоящий разгром. Мальчик пожал руку Мак-Алистеру, и Адам отослал его.

— Неплохо играет паренек.

Адам с плохо скрытой гордостью сообщил, что сын уже читает и говорит по-английски, по-польски и может кое-что сказать по-китайски и по-малайски.

Они уселись в тени на веранде, откуда открывался вид на вечнозеленые леса и многоводные реки Борнео. Им принесли выпить, и вскоре новые звуки и запахи возвестили о наступлении сумерек, обещавших долгожданный отдых от палящего зноя. На лужайке перед домом Стефан играл с Терренсом Кэмпбеллом.

— За ваше здоровье, — сказал Мак-Алистер.

— Ну и чему я обязан, мистер Мак-Алистер? — спросил Адам со своей обычной прямотой.

Тот слегка усмехнулся:

— Знаете, Кельно, вы заслужили прекрасную репутацию в Кучинге. Гланды супруги нашего губернатора сэра Эдгара, грыжа комиссара по делам туземцев, не говоря уж о камнях в желчном пузыре нашего самого видного китайского купца…

Адам терпеливо слушал.

— Так вот, вы хотели знать, почему я здесь, в Бобанге?

— Да, почему?

— Скажу вам все начистоту. Мы с сэром Эдгаром планируем построить новую больницу с расчетом на будущее Саравака. Мы хотели бы перевести вас в Кучинг и сделать ее главным хирургом.

Адам отпил глоток — теперь он пил очень мало — и задумался.

— Согласно традиции, — продолжал Мак-Алистер, — главный хирург больницы автоматически является заместителем начальника медицинской службы Саравака. Позвольте, Кельно, мне кажется, все это вас не особенно радует.

— Это пахнет политикой, а я не силен по административной части.

— Не скромничайте. Вы же были главным врачом польского военного госпиталя в Танбридж-Уэллсе.

— Писать рапорты и заниматься административными интригами я так и не приучился.

— А как насчет лагеря «Ядвига»?

Адам побледнел.

— Мы же не вслепую выдвигаем вас через голову десятка других. Мы не хотим ворошить прошлое, которое вы стараетесь забыть, но там вы отвечали за здоровье сотен тысяч. Мы с сэром Эдгаром считаем, что вы — самый подходящий человек.

— Мне понадобилось пять лет, чтобы заслужить доверие племени улу, — сказал Адам. — Вместе с Бинтангом и его турахами мы много чего затеяли и как раз сейчас уже можем оценивать результаты. Я очень увлекся проблемой недоедания. Врача вы всегда найдете в Кучинге, а администраторов в британских колониях хватает. Мне кажется, из моей работы здесь может со временем выйти нечто важное. Видите ли, в лагере «Ядвига» нам приходилось питаться только тем, что выдавали немцы. Здесь же, несмотря на бедность почв и первобытные обычаи населения, всегда есть возможность улучшить ситуацию, и мы уже близки к тому, чтобы это доказать.

— Хм-м, понимаю. Вероятно, вы отдаете себе отчет в том, что в Кучинге миссис Кельно могла бы жить в большем комфорте? Она могла бы лишних несколько раз в год наведываться в Сингапур.

— Должен сказать со всей откровенностью, что Анджела так же увлечена моей работой, как и я.

— А мальчик? Как насчет его образования?

— Анджела каждый день дает ему уроки. Он не уступит никому из своих сверстников в Кучинге.

— Значит, вы определенно отказываетесь?

— Да.

— Можно, я задам вам один прямой вопрос?

— Конечно.

— Не играет ли здесь некую роль ваша боязнь покинуть свое убежище в джунглях?

Адам поставил стакан на стол и глубоко вздохнул: догадка Мак-Алистера была верной.

— Но ведь Кучинг — не Лондон. Вас там никто не найдет.

— Евреи есть везде. Каждый из них — мой потенциальный враг.

— И вы намерены жить в джунглях, в затворничестве, до конца жизни?

— Я больше не хочу об этом говорить, — ответил Адам Кельно. На лице его выступил обильный пот.


предыдущая глава | Суд королевской скамьи, зал № 7 | cледующая глава