home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Пролог

КОНЬ И ВЕТЕР

Конь тревожно прядал ушами. Находясь в стойле за двумя рядами толстых стен, закрытый на пять замков, он тем не менее ощущал беспокойство. Коня томило тревожное ожидание перемен. Это чувство впервые посетило его в тот день, когда на покрытом сочной травой выгоне появился закутанный в плащ человек с могучим торсом. Лицо незнакомца скрывала маска того же черного, что и плащ, цвета. Человек внимательно осмотрел коня, полюбовался его легким шагом, провел ладонью по слегка подрагивающему крупу с шелковистой черной кожей и одобрительно кивнул. После этого он бросил склонившемуся в низком поклоне пастуху, который ухаживал за конем:

— Хорош. Даже более чем хорош. Это будет мой конь. Отныне зовите его Черной Стрелой.

Конь не понял смысла произнесенных человеком звуков, но почувствовал, что понравился незнакомцу. Это должно было бы обрадовать самолюбивого скакуна, однако в его сердце возникло иное, странное чувство. От незнакомца исходила некая холодная сила, которая заставляет дрожать и людей и животных. Такой человек не может быть другом. Такой человек может быть только хозяином — заботливым, но бессердечным.

Конь же нуждался в друге. Он думал о друге, нервно перебирая копытами и вслушиваясь в играющую неясными шорохами тишину.

В друге нуждался и человек, перелезавший в этот миг через дворцовую стену. То был кочевник-скиф, молодой годами и мужественный сердцем. Несколькими днями раньше он участвовал в лихом налете на шедший с юга караван. Искателей приключений было пятеро. Их, отважных до безрассудства, не остановило даже то, что караван, перевозивший драгоценный фарфор и дорогие благовония, сопровождал многочисленный отряд хорошо вооруженных воинов. Застигнутые врасплох охранники валились из седел, пораженные меткими выстрелами. Вскоре их число уменьшилось наполовину — лишь тогда опомнились защитники каравана. Вспыхнул бой, перевес в котором был не на стороне нападавших. Потеряв двух товарищей, зарубленных кривыми, остро отточенными мечами, разбойники бросились наутек. Двое из них были настигнуты и погибли, последнему повезло. Вонзившаяся в шею его коня стрела повергла бедное животное на землю, а перелетевший через голову скакуна скиф рухнул в заросли колючих кустов, какими изобилуют пологие песчаные склоны. Падение оглушило его, но боль от вонзившихся в тело колючек привела в сознание. Раздирая одежду и обветренную степными ветрами кожу, беглец забрался в самую гущу зарослей и затаился там. Охранники стреляли вслепую, не достигли цели, а попытаться отыскать разбойника они не решились, ибо уже имели возможность убедиться, что его стрелы никогда не летят мимо. Воины вскоре ушли, но беглец, опасавшийся ловушки, просидел в убежище до самых сумерек и лишь тогда выбрался из зарослей, добавив к старым царапинам с десяток свежих.

Положение, в котором он очутился, было незавидным. Потерпевшее крах предприятие лишило разбойника всего имущества, за исключением лука, который он не выпустил из рук даже при падении. У него не было даже фляги с водой, чтобы утолить жажду. Но ведь недаром его звали Скилл, что на языке диких сердцем скифов означает упругую лозу, которую можно согнуть, но невозможно сломать. Недаром он пользовался славой самого дерзкого смельчака, какого только знали бескрайние просторы парсийской державы. Недаром он владел луком так, как ни один другой человек в подлунном мире. И Скилл не стал предаваться пустому унынию.

Через пару дней, изголодавшийся и отощавший, словно борзая, он добрался до небольшого селения, раскинувшегося вокруг живительного источника, еще через пять дней имел новую одежду, меч и кошель с серебром. Все это Скилл получил не самым честным путем, но, право, он и не претендовал на кристальную честность. Достаточно того, что Скилл вел себя порядочно по отношению к немногим друзьям, с которыми сводила его судьба. Это не так уж мало в эпоху, когда брат без малейших угрызений совести вонзал меч в спину брата.

Теперь надлежало подумать о коне, и Скилл отправился к лошаднику. Тот предложил на выбор нескольких скакунов, весьма неплохих скакунов, как определил Скилл. Но именно неплохих, а Скиллу требовался лучший, ибо обладатель самого меткого в мире глаза и самой верной руки непременно должен восседать на самом быстром жеребце.

Так и сказал Скилл торговцу, возмущенному чрезмерной придирчивостью покупателя. Расхохотавшись в ответ, лошадник заметил, скаля желтые зубы:

— В таком случае, приятель, тебе нужен Конь Тьмы!

— И что же это за конь? — заинтересовался Скилл.

Торговец ответил не сразу. Сначала он огляделся по сторонам, хотя рядом не было ни единой души, потом промолвил, понизив голос так, что Скилл едва слышал его:

— Этот конь рождается раз в сто лет. Не многие могут похвалиться, что видели его, и ни один из смертных не испытал его под седлом.

— И что же в нем особенного, в этом самом коне?

Торговец восторженно поцокал языком.

— Он совершенно черен, словно кровь, сочащаяся из глубин земли, словно безлунная ночь, словно расширившийся от боли зрачок.

— И все? — Скилл был готов рассмеяться.

— Есть еще одна мелочь — это самый быстрый на свете скакун.

— И где же мне его найти?

Торговец многозначительно поманил Скилла пальцем и прошептал столь тихо, что скиф разобрал его ответ скорее по движению губ.

— Во дворце наместника, что находится в двух днях к северу отсюда. Там много хороших коней. Очень хороших! Ведь в наших краях рождаются лучшие в мире кони.

Скилл мог поспорить с этим утверждением, но он не любил размениваться на пустые разговоры.

— Прощай, — сказал скиф торговцу и повернулся, намереваясь уйти.

— Куда ты? — взвыл обманувшийся в своих надеждах продать коня купец.

— За Конем Тьмы, — честно ответил Скилл.

— Ты потеряешь голову!

Скилла позабавила сама возможность этого. Засмеявшись, он заметил:

— На что не пойдешь ради хорошей лошади!

— Это да, — понимающе кивнул лошадник. — Но ведь тебе нужен конь, чтоб добраться до дворца.

— Ты прав. — Скилл достал кошель.

Он купил коня, далеко не самого хорошего, но и не самого дурного — такого, чтоб хватило на два дня пути. Скилл был уже далеко, а торговец все еще рассказывал, давясь от смеха, своим друзьям о странном чужеземце, вознамерившемся украсть Коня Тьмы, и крутил при этом пальцем у виска.

Скиф добрался до указанного купцом места на исходе второго дня. Искушенному в воровских делах кочевнику понадобилось совсем немного времени, чтобы оценить всю сложность затеянного им предприятия. Дворец возвышался на высокой скале, на вершину которой вела одна-единственная, хорошо охраняемая дорога. К тому же его окружали высокие стены, по которым неторопливо прогуливались воины в высоких войлочных шапках. Казалось, пробраться во дворец незамеченным невозможно. А ведь Скиллу еще предстояло и покинуть этот дворец на скакуне или без него.

Другой бы вовремя одумался и отказался от столь опасной затеи. Но только не Скилл, имевший скверную привычку исполнять каждое свое желание, пусть даже оно могло стоить ему головы. Дождавшись темноты, скиф начал действовать.

Взобраться на скалу для него особого труда не составило. Скиллу не раз приходилось бывать в горах, и он знал, как следует себя вести, оказавшись посреди каменных круч. Крепкая веревка и меч помогли ему подняться по крутому склону. Более серьезным препятствием была окружавшая дворец стена, но и с нею Скилл совладал довольно легко. Наместник, которому много лет никто всерьез не угрожал, не слишком беспокоился о своей безопасности, стену давно не чинили. Используя многочисленные выбоины, Скилл ловко, словно кошка, поднялся наверх; вскоре он оказался за стеною. Здесь было тихо и пустынно, дворец уже спал. Прячась в густой тени крепостных стен и строений, скиф отправился на поиски конюшни.

Он обнаружил конюшню, вернее конюшни — их было несколько, — по лошадиному ржанию, а по воинам, стоявшим у одной из них, определил место, где должен находиться заветный конь. Скилл мог бы без труда убрать сторожей, но не стал спешить с этим. Сначала он хотел убедиться, что конь действительно столь хорош, как его описывал лошадник.

Под самой крышей каменной конюшни Скилл обнаружил небольшие отверстия для притока свежего воздуха. Располагались эти отверстия высоко и были весьма узки, но ни первое, ни второе не стало препятствием для ловкого скифа. Он извлек из заплечной сумы веревку, прикрепил к ней небольшую, выкованную из прочнейшей стали «кошку» и без замаха бросил ее точно в окно. Через мгновение Скилл был внутри, просочившись, подобно верткой ящерице, в узкий лаз, оставленный меж каменными плитами.

Как ни бесшумно действовал проникший в конюшню человек, жеребец учуял его и тревожно зафыркал.

— Тише, тише… — Обняв подрагивающую от волнения шею животного, Скилл прикоснулся ладонью к его влажным губам. Прикосновение вышло ласковым, и конь моментально успокоился.

В стойле царила густая, почти осязаемая темнота, но она не помешала зорким глазам скифа рассмотреть свою добычу. Воровские дела приучили его видеть в непроглядной мгле. Лошадник не соврал, перед Скиллом и впрямь был лучший в мире конь. Кочевник мог смело утверждать это, даже не испробовав скакуна в деле. Стройное поджарое тело его свидетельствовало о выносливости, мощные, изящно очерченные ноги — о быстроте. И глаза… Они источали ум и доверие к незваному гостю. Скилл просто не мог не ответить взаимностью.

— Ты мой хороший, — прошептал он, неожиданно для самого себя чмокнув коня в теплую шелковистую щеку. И незамедлительно ощутил ответное прикосновение конских губ. Определенно они нравились друг другу. — Ты пойдешь со мной? — тихонько спросил Скилл.

Удивительно, но конь понял его. Негромко фыркнув, он потерся головой о плечо Скилла, словно давая понять, что готов следовать за ним хоть на край света. И это было действительно так. Коню пришелся по сердцу ночной гость. От него исходили сила и доброта, и еще запах полыни, запах приключений, сладко волнующий кровь. Ну а кроме того, конь чувствовал, что человек нуждается в надежном друге, как нуждался в нем и сам конь.

— Я согласен, — тихо фыркнул он, не сомневаясь, что человек поймет его.

— Вот и хорошо, — ответил Скилл. — Но ты должен вести себя тихо.

Конь утвердительно мотнул головой — он будет вести себя тихо.

Первая часть замысла была исполнена полностью. Теперь следовало убираться отсюда. У Скилла имелся опасный, но вполне реальный план ухода. И скиф не замедлил поделиться им со своим новым другом. Выслушав тихий шепот Скилла, конь радостно фыркнул. Ему нравились смертельно опасные приключения, и он был не прочь поучаствовать в них. Ну а после этого новоиспеченные друзья начали действовать.

Скилл освободил коня от пут, и тот, подойдя к двери, начал бить о нее копытом. Сторожа стали действовать так, как и предполагал скиф. Дверь, заскрипев, отворилась, и в конюшню вошли два настороженно озирающихся человека. Один из них, громко недоумевая — как это конь сумел освободиться, попытался взять скакуна за узду, однако тот не дался и начал медленно пятиться в глубь конюшни, увлекая сторожа за собой. Дождавшись, когда охранник растворится в темноте, Скилл занялся его напарником. Один умелый удар ладонью по шее, и беспечный страж распластался на земле. Почти в тот же миг из темноты донесся сочный хруст. Это конь ударом копыта разделался со своим противником.

— Недурно, — пробормотал Скилл, все более укрепляясь во мнении, что приобрел не просто помощника, а настоящего друга. Взяв скакуна под уздцы, он направился к воротам дворца. Цоканье подков звонко разносилось меж безмолвными стенами. Оно не могло не привлечь внимания стражи, но это мало беспокоило Скилла. Он заранее знал, что будет прорываться с боем.

Часовых было пятеро. Сгрудившись у дворцовых ворот, они пытались понять, что означают звуки, вдруг разрушившие безмолвие летней ночи. При виде Скилла, ведущего на поводу похищенного скакуна, глаза воинов изумленно округлились.

— Ты кто? — спросил один, видимо старший.

— Вор, — честно ответил скиф. — А вы кто?

Этот вопрос поверг не слишком сообразительного стражника в недоумение.

— Мы охраняем ворота.

— Отлично! — одобрил Скилл, выпуская из рук узду. — В таком случае откройте их.

Только тут до охранника дошло, что незнакомец издевается над ним. Издав негромкий рык, он начал вытягивать из ножен меч. Но Скилл действовал быстрее. Тоненько тренькнула тетива, и трехгранный наконечник стрелы вонзился стражнику в правое предплечье. Точно та же участь постигла еще двоих охранников, попытавшихся последовать примеру своего командира. Двор огласили крики боли и ругань. Вот-вот должна была подняться тревога. Скиллу следовало поспешить.

— А теперь открывайте! — велел он. — Иначе следующая стрела вонзится одному из вас в горло.

Устрашенные невиданной меткостью стрелка, воины не осмелились ослушаться его приказа и послушно распахнули тяжелые медные створки ворот. В тот же миг взлетев в седло, Скилл сдавил ногами бока жеребца. Конь не заставил себя долго упрашивать. Один прыжок — и они уже за воротами дворца. Конь понесся вниз по серпантину дороги. Он скакал столь стремительно, что сердце Скилла кричало от восторга: под ним и впрямь был самый быстрый в мире конь. Вот и застава. Скилл натянул тетиву, готовый проложить путь через вражеский строй. Однако дозорные не препятствовали ему. Ошеломленные видением скачущего в кромешной ночи всадника, они приняли Скилла за призрак и в страхе бежали прочь, оставив свой пост.

Конь скакал до самого рассвета. Когда робкие лучи солнца позолотили землю, Скилл потянул поводья на себя, давая понять, что пора остановиться. Спрыгнув на землю, он прижался лицом к щеке коня и прошептал:

— Отныне ты навсегда будешь моим, а я буду твоим. Согласен?

— Да, — ответил ржанием конь, хмелея от свободы и степного воздуха.

Скилл радостно засмеялся и похлопал друга по отливающей вороновым крылом шее.

— Но как же тебя назвать?

— Черная Стрела, — шепнул конь, припомнив данное ему имя.

— Нет, так не пойдет, — подумав, не согласился скиф. — Черная Стрела у нас уже есть. Она в моем колчане. Давай я буду звать тебя Черный Ветер. Тебе нравится это имя?

Конь ответил утвердительным ржанием.

Взошло солнце. Словно разбуженный им, издали донесся дробный отзвук копыт, а вскоре показалось рваное пыльное облачко. Приближалась погоня, а значит, нужно было спешить. Скилл легким прыжком вскочил в седло.

— Хоу, Черный Ветер!

Их ждали многочисленные приключения. Друзья были готовы к ним.


Часть первая СКИФСКАЯ САГА | Скифские саги | Глава 1 ПРИЗРАЧНЫЙ ГОРОД