home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Деревянное перо быстро выводило буквы и слова на мягком желтом воске, покрывавшем дощечку. Джоанна внимательно смотрела через плечо Мэтью, выполнявшего дневное задание. Время от времени он переставал писать, подносил восковую дощечку к горящей свече, чтобы согреть быстро твердевший воск.

Ей нравилось наблюдать, как работает Мэтью. Его перо с острым наконечником из кости рисовало на гладком воске таинственные красивые линии. Джоанна хотела понять значение каждого знака, поэтому внимательно следила за каждым движением пера, словно это могло открыть ей их секрет.

Мэтью отложил перо и, откинувшись на спинку стула, потер глаза. Воспользовавшись моментом, Джоанна потянулась к дощечке и указала на слово.

— Что это значит?

— Джером. Это имя одного из великих Отцов церкви.

— Джером, — повторила она. — Похоже на мое имя.

— Некоторые буквы те же, — улыбнувшись, согласился Мэтью.

— Покажи.

— Лучше не надо. Папе не понравится, если он узнает.

— Он не узнает, — умоляла Джоанна. — Ну, пожалуйста, Мэтью. Я хочу знать. Пожалуйста, покажи мне!

Мэтью колебался.

— Думаю, нет ничего плохого в том, чтобы научить тебя писать свое имя. Может пригодиться, когда ты выйдешь замуж и будешь вести хозяйство.

Положив свою руку на маленькую ручку сестры, он помог ей вывести буквы ее имени: Д-Ж-О-А-Н-Н-А.

— Хорошо. А теперь сама.

Чтобы заставить пальцы изобразить буквы, запечатленные у нее в памяти, Джоанна так сильно сжала перо, что свело пальцы. Она даже вскрикнула от досады, когда перо не послушалось ее.

— Помедленнее, сестренка, помедленнее. Тебе всего шесть лет. В этом возрасте учиться писать непросто. Я тоже так начинал, очень хорошо это помню. Не спеши и постепенно научишься.


На следующий день Джоанна рано встала и вышла из дома. На рыхлой земле возле загона для скота она рисовала буквы до тех пор, пока не убедилась, что делает это правильно, а потом позвала Мэтью, попросив оценить ее работу.

— Вот это да, очень хорошо, сестренка! Просто здорово, — он вдруг запнулся и виновато пробормотал, — но папе лучше не знать об этом. — Мальчик затоптал все, что написала на земле сестра.

— Нет, Мэтью, нет! — Джоанна попыталась оттолкнуть его. Напуганные шумом, в загоне захрюкали свиньи.

— Все хорошо, Джоанна. Не расстраивайся, — Мэтью склонился и обнял сестру.

— Н-но ты же сказал, что буквы хорошие!

— Они очень хорошие — Мэтью сам удивился, что они написаны правильно, не как у Джона, хотя он на три года старше сестры. В самом деле, не будь Джоанна девочкой, она научилась бы писать очень красиво. Но лучше не забивать этим голову ребенка. — Нельзя оставлять буквы, папа не должен знать об этом, потому я и стер их.

— А ты научишь меня другим буквам, Мэтью?

— Я уже показал тебе гораздо больше, чем следовало.

— Папа не узнает. Я ему не скажу, обещаю. А когда закончу, сотру все буквы до единой. — Джоанна смотрела на брата, умоляя его согласиться.

Мэтью покачал головой, сочувствуя сестре. Она была очень настойчива. Ласково взяв ее за подбородок, он уступил.

— Хорошо. Но помни, это наш самый большой секрет.


Между ними завязалась игра. При каждом удобном случае, хотя и не так часто, как хотелось Джоанне, Мэтью на земле показывал ей, как рисовать буквы. Она была очень старательной ученицей. Сознавая последствия, Мэтью, однако, не мог устоять перед ней. Ему самому нравилось учиться, и стремление сестры к знаниям тронуло его сердце.

Но даже он был потрясен, когда однажды Джоанна принесла ему огромную отцовскую Библию в деревянном переплете.

— Что ты сделала? — воскликнул Мэтью. — Отнеси обратно. Не смей прикасаться к ней!

— Научи меня читать.

— Что? — ее упрямство поражало. — Ну, сестренка, это уж слишком.

— Почему?

— Э… потому, что читать гораздо труднее, чем учиться писать. Не уверен, что у тебя получится.

— Почему же нет? Ты ведь научился.

— Да. Но я мужчина, — снисходительно улыбнулся Мэтью. Это было не совсем так, потому что он не прожил еще тринадцати зим. Только через год, когда ему исполнится четырнадцать, он станет настоящим мужчиной. Но мальчику было приятно сознавать свое превосходство, тем более что младшая сестра еще не понимала разницы.

— Я тоже смогу. Знаю, что смогу.

Мэтью вздохнул. Все было не так просто.

— Дело не только в этом, Джоанна. Для девочки уметь писать и читать опасно и противоестественно.

— Святая Екатерина умела. Епископ говорил про это в своей проповеди, помнишь? Он сказал, что ее любили за мудрость и образованность.

— Это совсем другое. Она была святая. А ты просто… девочка.

Джоанна протянула ему книгу, но вдруг прижала ее к себе.

— Почему Екатерина была святой?

Мэтью замер с протянутой рукой.

— Она была мученицей, которая умерла за веру. Епископ рассказал об этом в проповеди.

— А почему ее замучили?

Мэтью вздохнул.

— Она бросила вызов императору Максимилиану и его пятидесяти мудрецам, доказав в споре лживость язычества. За это ее наказали. Ну ладно, сестренка, отдай книгу.

— Сколько ей было лет, когда она сделала это?

Какие странные вопросы задает ребенок!

— Не хочу больше обсуждать это, — раздраженно сказал Мэтью. — Отдай!

Джоанна отступила, крепко вцепившись в книгу.

— Она была старая, когда в Александрии спорила с императорскими мудрецами?

Мэтью размышлял, удастся ли ему отобрать у сестры книгу. Нет, лучше не делать этого. Ветхий переплет может сломаться. Тогда у них обоих будут такие неприятности, что и подумать страшно. Лучше ответить на вопросы сестры, какими бы глупыми и детскими они ни были, пока она не устанет от этой игры.

— Епископ сказал, тридцать три, столько же, сколько было Иисусу Христу, когда его распяли.

— А когда Святая Екатерина переспорила императора, ее уже считали образованной, как сказал епископ?

— Очевидно, — снисходительно ответил Мэтью. — Как бы еще ей удалось превзойти мудрецов в споре?

— Значит… — маленькое личико Джоанны засветилось торжеством, — она научилась всему до того, как стала святой. Когда была девочкой. Как я!

На мгновение Мэтью растерялся, но потом рассмеявшись сказал:

— Ах ты, бесенок! Так вот ты куда клонишь! Да, спорить ты умеешь, это точно!

Улыбаясь, Джоанна с надеждой протянула ему книгу.

Покачав головой, Мэтью взял у нее Библию. Что за странное существо: такая решительная, самоуверенная, совсем не похожа на Джона или других детей. Сестра смотрела на него глазами взрослой мудрой женщины. Неудивительно, что у деревенских девочек не было с ней ничего общего.

— Отлично, сестренка! Сегодня начнем учиться читать. — Ее лицо засветилось радостью, поэтому Мэтью предостерег. — Не жди многого. Это гораздо труднее, чем ты думаешь.

Джоанна обняла его за шею.

— Мэтью, я люблю тебя.

Мэтью слегка оттолкнул сестру.

— Начнем отсюда.

Джоанна наклонилась над книгой и, вдыхая запах пергамента и дерева, посмотрела на указанный Мэтью отрывок: Евангелие от Иоанна, глава первая, стих первый. In principio erat verbum et erat apud Deum et verbum erat Deus: Вначале было слово, и слово было от Бога, и слово было Бог.


Глава 1 | Иоанна — женщина на папском престоле | * * *