home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ВЕСТИ ИЗ СЛОВАРНОЙ ДЕРЕВНИ

Наши знания даже родного языка существенно ограничены. Сколько слов и выражений родного языка мы используем ежедневно? От силы пять тысяч. А в академических многотомных словарях русского языка дается около 200 тысяч. Добавьте сюда специальные слова, термины. Для каждой отрасли науки и техники составляются свои особые терминологические словари. Однако даже узкий специалист не в состоянии овладеть в течение жизни всеми терминами по своей специальности.

Подсчитано, что А. С. Пушкин употребил в своих произведениях около 20 тысяч разных слов. Эта цифра высокая даже для мастера слова. Простому человеку хватает и четверти этого числа. В то же самое время друг Пушкина, В. И. Даль, составил "Толковый словарь живого великорусского языка", в четырех томах которого уместилось около 200 тысяч русских слов.

По своей употребительности в речи слова очень неравноценны. Часть из них мы слышим на каждом шагу, а иногда, чтобы понять услышанное, обращаемся к словарю. Когда мы сравниваем слова одного языка со словами другого, то, сами того не замечая, выбираем наиболее употребительные из них. Сравниваем ядро одного словаря с таким же ядром другого словаря. Даже не ядро, а ядрышко. В лучшем случае это 10 тысяч единиц из 200 тысяч. А слов в развитом языке никак не меньше миллиона (если собрать все термины, имена, географические названия и пр.).

Получается, что мы сравниваем даже не словари, поскольку основная их часть в этом действии не участвует, а лишь наиболее употребляемые слова, как правило, входящие в средства общения. Мы сравниваем "костяк" одного языка с "костяком" другого по употребительности, по частотности. Мы сравниваем одно слово с другим, из иного языка, только как средство общения. И делаем вывод о том, что один словарь сильно отличается от другого. Однако наше родное слово, может статься, живет и в другом языке. Только не в центре, а на периферии, не в столице, а в словарной деревне. Москва - это еще не вся Россия. Сравнивать Москву с Лондоном - это одно, а Россию с Великобританией - нечто другое.

Сразу же уйду от повторения хрестоматийных рассуждений о словаре Эллочки-Людоедки. Этот образ литературный, вымышленный. Сошлюсь на другой пример, реальный. Он взят из книги "Феллахи Египта" француза Аиру. Автор утверждает, что, по его подсчетам, египетский крестьянин (феллах) владеет словарным запасом, не превышающим в среднем 800 слов и выражений. Скуден и невзрачен его духовный мирок - вот что явствует из упомянутой книги.

Но давайте взглянем на вещи с иной стороны. С кем разговаривать феллаху, если он день-деньской пропадает на своем крошечном поле и из живых существ общается разве что с верблюдом, буйволом, ослом, цаплями и лягушками? Задавленный тяжелым физическим трудом, феллах в значительной степени обделен роскошью простого человеческого общения. Примерно тысячи словесных знаков ему хватает на редкое общение с домочадцами, соседями. В то же время его внутренний мир может характеризоваться относительным богатством. Особенно если он наблюдателен, любит природу, склонен к размышлениям, анализу. При этом наш феллах может быть добрым, искренним, честным человеком. Это ли не душевное богатство? Или все сводится только к количеству накопленной в мозгу словесной информации?

Или взять другой, на этот раз гипотетический пример. Допустим, что мы сравниваем словарный запас троих деятелей культуры: художника, композитора и искусствоведа. Что из того, что словарь искусствоведа окажется обильнее? Так и должно в принципе быть, ведь он пользуется словом (словесной речью) в своей профессиональной деятельности, когда оценивает те или иные произведения искусства. Художник же привык иметь дело с красками, а композитор мыслит музыкальными образами. Скудословие не стоит приравнивать к скудоумию или считать показателем неразвитости внутреннего мира человека.

Финны считаются одной из самых неразговорчивых наций. Есть анекдот про финского мальчика, который не говорил до пяти лет. Все уже думали, что он немой, как вдруг в один прекрасный день мальчик выдает целую фразу: "Каша сегодня невкусная". Родители спрашивают его, почему же он до сих пор не проронил ни единого слова, а тот отвечает: "А до сих пор каша была вкусная". Есть потребность - есть и речь. Обилие тем и ситуаций порождает расширенный словарный запас. Спрос рождает предложение. Есть стимул - есть и реакция.

В трудах языковедов, скрупулезно подсчитывающих количество слов, использованных в течение жизни тем или иным автором, проводится (явно или тайно) такая идея: чем больше слов использовал автор, тем богаче, красочнее, сочнее и точнее его язык, выше его мастерство. Однако такое утверждение справедливо лишь в определенных границах. Словарный запас, превысив разумную норму, может "зашкалить", превратиться из богатства в обузу. Оторвавшегося от основной читательской массы автора перестанут понимать. Вряд ли кто-либо согласится читать со словарем произведение, написанное на родном языке. Есть мера во всем, как и уровень необходимой достаточности и в объеме индивидуального тезауруса (словаря). Деньги счастью не помеха, но только при условии, что их не так мало и не так много.

В индийской сказке "Золотая антилопа" глупый раджа обронил такую фразу: "Золота не может быть слишком много". И поплатился за свое недомыслие: едва не был раздавлен грудой золотых монет. Слова - это тоже золото. С ними нужно обращаться осторожно и с качественной, и с количественной точек зрения.

Имя тоже слово. Его ценность как памятника истории языка ничуть не меньше, чем у любого другого слова. Беглый обзор имен логично будет произвести в такой последовательности: сначала поговорить об именах вечно живых, то есть об именах богов и мифических героев, потом перейти к именам и фамилиям людей, названиям народов, заселяющих нашу землю. А закончить обзор географическими названиями и некоторыми общеупотребительными терминами.

 


НАШИ ОБЩИЕ ЯЗЫКОВЫЕ КОРНИ | Единый язык человечества | ИМЕНА БОГОВ И ГЕРОЕВ