home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




СРЕДА, 12 МАЯ, 2021


Вскоре все собрались вокруг стола в новом убежище Логана, неудавшийся убийца лежал на нем как омерзительная еда. Чудачка Синди, Отто и Аша – теперь развязанные – и, присоединившиеся к ним, Томпсон, Джошуа и Скетчи, который прижимал пакет со льдом к месту на груди, на которое пришелся удар шокером.

– Наполните ванну холодной водой со льдом, – сказала Макс, не обращаясь ни к кому конкретно.

Алек и Логан направились выполнять ее поручение.

– Кто он? – спросил Отто Готтлиб.

На столе, дрожа, лежал человек, плоть которого раздирали кровавые раны. Он больше не был устрашающим, его сходство с Логаном заставляло его казаться давно потерянным братом Логана, страдающим от тяжелой болезни.

Джошуа произнес:

– Его имя Келпи. Он один из нас.

Алек вышел из ванной с пластиковым ведром в руке и направился к холодильнику.

Готтлиб настороженно изучал собачьи черты Джошуа.

– Ты имеешь ввиду… трансгенов?

– Да.

Макс накрыла одеялом дрожащее существо, которое смотрело на нее с болезненной, откровенно обожающей улыбкой.

– Да уж, то, что он "один из нас" не очень хорошая новость, – послышался голос Алека от холодильника, пока он наполнял ведро льдом. – Бобби или Келпи или как его там и есть наш серийный убийца… Так что никто плакать не будет.

Алек направился в ванну с полным ведром льда.

– Свежеватель? – спросил Томпсон, его глаза сверкнули из-под темной бороды. – Это тот сукин сын, который убил моего напарника?

Макс встала между Томпсоном и укутанным в одеяло Келпи.

– Он и так вот-вот умрет. Тебе этого недостаточно?

– Нет.

Обернувшись к своему пащиенту, Макс обернула одеяло плотнее вокруг Келпи, и почувствовала как что-то выскользнуло из его кармана, покатилось по столу и упало на пол. От удара баночка открылась и по полу рассыпались таблетки.

– Его триптофан, – сказала Чудачка Синди.

Макс наклонилась и подняла пару таблеток.

– Я так не думаю.

– Нет, подружка, это его лекарства! Я видела его в Джем Пони.

Макс поднялась.

– Может и так, но это не цвет триптофана. – Она поднесла одну к носу. – И пахнет он не так. – Она позвала: – Логан!

Он появился из ванны, оттуда слышались звуки льющейся воды. Следом возник Алек в пустым ведром в руке.

– Мы почти закончили, – сказал Логан, указав пальцем на ванну. Заметив ее выражение лица, он спросил: – Тебе еще что-то нужно, Макс?

Она протянула одну из таблеток.

– У тебя есть оборудование, чтобы сделать химический анализ этого?

Он покачал головой.

– Пока нет – скоро.

– Скоро нас не устроит.

Около холодильника Алек обернулся, чтобы сказать:

– У Дикса есть лаборатория Франкенштейна. Если только он не добывает лунный свет.

Джошуа поправил своего друга:

– Дикс проводит опыты с биологически опасными матеиалами из Терминал Сити, Макс. Ищет антигены.

– Это может стать прорывом, – сказала она. – Нужно, чтобы кто-нибудь отнес Диксу эти таблетки и попросил его узнать, что это такое и как можно скорее.

Подойдя ближе, алек отдал Логану ведро со льдом и взял у Макс пузырек с лекарством.

– Одна нога здесь другая там.

Макс повернулась к Джошуа.

– Положи Келпи в ванну, большой приятель. Нужно снизить температуру его тела.

– Пусть он страдает, – сказал Томпсон.

Подойдя к нему, Макс спросила:

– Томпсон, не так ли? Сейдж Томпсон?

– Я тоже знаю кто ты, – сказал он, и его лицо презрительно скривилось.

– Раз уж вы так нас любите, то почему вы здесь?

– Просто он ненавидит Эймса Вайта больше чем трансгенов. Каждый альянс начинается с простой вражды, Макс, – сказал Логан.

Пока Джошуа бережно, как маленького ребенка, брал на руки своего старого друга Келпи и относил его в ванну со льдом, Логан коротко рассказал Макс о ситуации Томпсона, от его страха о том, что Вайт хочет его смерти до побега его семьи.

– Мистер Томпсон, – сказала Макс, – вот, что я хочу от вас сейчас: сядьте и молчите. Вы сможете сделать это?

Томпсон начал что-то говорить, но Макс глянула на него, и он замолчал.

– Аша, – обратилась она к светловолосой воительнице свободы, – есть ли в Британской Колумбии кто-нибудь из твоей группы S1W?

– Есть.

– Они помогут нам?

Блондинка кивнула.

– Нет проблем. Мы заберем их оттуда в ближайшее время.

– Спасибо, – сказала Макс, одаривая ее несколько снисходительной улыбкой.

Томпсон, который сидел за кухонным столом, недоверчиво покачивал головой.

– Ты… помогаешь мне?

– Мистер Томпсон, вы можете быть убежденным солдафонским ублюдком, только что ушедшим из агенства, которое было создано, чтобы сделать мою жизнь несчастной… но вы также жертва Эймса Вайта… а это значит, что и вы и я хотим одинаковых вещей.

– Остановить Вайта, – мягко проговорил он.

– Остановить Вайта… И каких бы усилий это не потребовало, чем быстрее это случится, тем лучше. И если это значит помогать ненавидящему трансгенов мешку с дерьмом, пусть так и будет.

Логан повернулся к Скетчи:

– Эй, Джимми Олсен, ты это записываешь?

Глаза Скетчи расширились, и там сверкнуло что-то очень похожее на мысль.

– С фотографиями, верно?

Макс развернулась к Скетчи.

– Но никаких снимков Чудачки Синди… и нам нужно защитить Томпсона и Отто.

Готтлиб, который тихо стоял в стороне, просто пытаясь осмыслить происходящее, подмигнул и сказал:

– Черт, иди и сфотографируй меня. Все равно моя карьера окончена.

– Меня тоже, – добавил Томпсон. – Давай, парень, может огласка спасет наши жизни. Наше убийство только укрепит нашу позицию.

– Может это и имеет смысл, – сказал Готтлиб, ухмыльнувшись.

Скетчи не надо было больше упрашивать, и вспышки защелкали.

– Можем мы записать истории Отто и Томпсона на пленку? – спросила Макс у Логана.

Он кивнул и принес маленький диктофон из своего кабинета. Вернувшись к ней, он спросил:

– Ты говорила с Клементе? Есть прогресс?

– Нет, – ответила она. – Кто-то, может Вайт, отстранил Клементе. Федералы заблокировали связь с Терминал Сити.

– Ну теперь ты снаружи, – сказал он. – И, если Алек прав, у тебя в арсенале есть серийный убийца.

Чудачка Синди сделала шаг вперед, она была очень бледной, по лицу стекал пот. На секунду Макс подумала, что ее подруга тоже подцепила вирус.

– Знаете, о чем я подумала, – сказала Синди. – Я думаю, что видела улику… и знаю, где Бобби ее оставил.

Это удивило Макс:

– Правда?

И Синди описала лоскутный предмет. Джошуа, вернувшийся из ванной, подтвердил, что тоже видел его – на менекене в квартире Келпи с фотографией Логана, прикрепленной на месте лица.

– Я думаю, что он хотел иметь человеческую кожу, – сказал Джошуа.

Сидящий Томпсон добавил:

– И он бы срезал лицо твоего парня, если бы его не остановили.

Макс нахмурилась и ткнула в него пальцем.

– Разве я не сказала тебе заткнуться? Это твое единственное задание. Работай над ним усерднее.

– Это не единственное мое занятие, – сказал Томпсон. Его нижняя губа дрожала, пока он набирался смелости и негодования. – Ты хотела, чтобы я рассказал свою историю, и я готов сделать это – но не ври самой себе. Это трансгенное чудище, которое сейчас там отмокает… монстр, способный сдирать с людей кожу и шить из нее костюм. Попробуй объяснить это!

Чудачка Синди подтвердила:

– Парень прав, в общем. Я не собираюсь возвращаться за этой штукой в одиночку. Я даже не прикоснусь к этому дерьму.

– Я пойду с ней и заберу улику, – предложил Готтлиб.

Макс выразила свое согласие, кивнув на дверь, и пара удалилась.

Томпсон встал, и Макс стрельнула в него взглядом. Но агент просто достал свой телефон и протянул ей.

– Они не смогут отследить его, – сказал он. – Тебе нужно связаться со своим знакомым в полиции? Можешь позвонить.

Она благодарно кивнула и набрала номер Клементе. Он ехал в машине. Она в нескольких словах описала ему ситуацию.

– У вас есть убийца и улика? – переспросил он.

– Они под охраной.

– Где вы держите этого Бобби Кавасаки?

– Готов записать адрес?

– Всегда готов.

Она продиктовала адрес.

– Приезжай один.

– Это за пределами Терминал Сити, Макс. Что случилось с нашим договором?

– Наш договор утратил силу, когда федералы убрали тебя с передовой. Ты хочешь раскрыть это дело и стать героем для обеих сторон? Тогда ты должен просто довериться мне… и поторопиться.

Клементе прибыл через пятнадцать минут. Они быстро описали ему ситуацию, и Макс проводила его в ванну.

Келпи становилось все хуже.

С него сняли одежду, язвы покрывали все тело. Он до сих пор сохранил сильное сходство с Логаном. Скорее всего вирус запер его в той форме, которую он принял последней. Его температура оставалась высокой, хотя холодная вода не давала ей расти.

Логан сидел на бортике ванны, склонясь (но не прикасаясь) над Келпи. Клементе подошел к ванне, а Макс осталась в дверном проеме.

Посмотрев вниз на жалкое существо, Клементе зачитал его права, а потом просто спросил:

– Зачем?

– Чтобы быть с Макс, – сказал Келпи, покашливая. – Она любит обычного человека… Логана. Я должен быть Логаном.

Детектив повернулся к Макс. Ее лицо оставалось непроницаемым, несмотря на то, что эмоции переполняли ее.

– Он работал с нами в Джем Пони, – сказала Макс. – Никто никогда не обращал на него внимания. Но я думаю, что он, как и все, хотел, чтобы его заметили.

За ее спиной, Джошуа добавил:

– Чтобы его заметила ты, Макс. Ты спасла его, когда Мантикора горела. Макс… он любит тебя. Не так, как Джошуа любит Макс, а как… как я люблю Энни.

Макс почувствовала, что на глаза навернулись слезы – проклятье!

Клементе тряс головой.

– Это точно не заставит жителей Сиэтла принять сторону обитателей Терминал Сити. То есть… трансген убивает людей и шьет костюм из человеческой кожи… чтобы добиться другого трансгена.

Макс угрюмо кивнула, посмотрев на лежащего в ванне и страдающего от жара голого Келпи. Он казалось не слышал того, что они говорили, и не понимал, какие проблемы создал. Штурм должен начаться меньше чем через три часа, и она ничего не могла сделать, чтобы остановить его. Они будут делать то, чему их научили в Мантикоре, только драться они будут со страной, которая никогда не планировала создать их.

– Хуже и быть не могло, – сказал Клементе. – Как будто сценарий написал Эймс Вайт.

– Может так и было! – крикнул кто-то.

Алек.

Потеснив Джошуа, привлекательный X5 встал рядом с Макс в проеме и сказал:

– Не думаете, что кто-то толкнул нашего мальчика-хамелеона через край?

Все повернулись, и Джошуа отошел в сторону, позволив Алеку занять центральное место в дверном проеме.

– Дикс только что начал химический анализ таблеток, которые принимал Келпи. Они и вправду содержат триптофан… но в основном это наркотик, который Дикс не смог распознать.

– Дерьмо, – выругалась Макс. – Мы должны идентифицировать его!

– Уже сделано. Дикс взломал один из компьютеров дяди Сэма и нашел ссылку на то же химическое соединение. Кажется это препарат под названием "Калинезис" – Это секретные данные! – раздался голос Готтлиба из гостинной.

Макс и Клементе пошли в комнату из которой раздавался голос. Там были Готтлиб и Чудачка Синди, которая стояла за кухонным столом и потрясённо смотрела.

– Где, ну…? – сказал Клементе.

– Кожаный костюм был в большом пластиковом мешке для одежды в моём чемодане, – сказал Готтлиб – Не думаю, что улики пострадают при его извлечении оттуда. Лучше скрыть его, учитывая некоторые из… обстоятельств данного дела.

– Я вынужден согласиться, агент Готтлиб, – кивал Клементе.

– Надеюсь, вы не возражаете, что прерываю вас, – сказала Макс, проходя между ними и акцентируя внимание на агенте УНБ. – Но что вы подразумеваете, классифицируя этот наркотик, как "секретную разработку"?

Готтлиб отвечал спокойно, будто хотел слышать свои слова.

– Калинезис – психотропный препарат, созданный УНБ с целью шпионажа.

– И никто за пределами УНБ не хочет заполучить в свои руки это барахло? – спросил Клементе.

– Может быть никто за пределами УНБ этого и не делал, – сказала Макс. -…Вайт?

Момент спустя Макс уже блыла на краю ванной.

– Где ты брал эти наркотики? – спросила она у Келпи.

– Эээ… у медсестры Бэтти… в больнице Огни Гавани.

– Но в один прекрасный день она исчезла, – сказала Макс.

– Как… как ты это узнала?

– Долгая история, – сказала Макс.

– И… и у тебя нет времени рассказать об этом?

– Нет. – Макс повернулась к Логану, стоящему позади. – Ты можешь принести фотографию Эймса Вайта?

– Хоть сейчас, – сказал он и ушёл.

– Где ты получал наркотики после исчезновения медсестры? Кто был твоим поставщиком? – спросила Макс у Келпи.

– Просто… какой-то парень. Парень… который стал принимать клиентов Бетти.

Логан пришёл с только что распечатанной фотографией и передал её Макс. Она показала её Келпи.

– Это, случайно, не твой дилер?

– Да, – сказал Келпи – Это… это он.

– Стойте, стойте. Что здесь происходит? – спросил Клементе, стоя в дверном проёме.

Макс показала фотографию – Я думаю, ты узнаешь это лицо.

– Специальный агент Эймс Вайт. Так что ты говорила…?

– Я не отрицаю, что это не Келпи. Ваш умирающий убийца только что признался, что Эймс Вайт, агент УНБ, именно тот человек, который дал ему наркотики, превратившие его в психопата.

– И зачем он…? – затем Клементе сам ответил на свой вопрос – Это медиа война, публичная травля трансгенов.

– Бинго, – сказала Макс.

Из прихожей бывший агент УНБ Отто Готлиб протиснулся в маленькую комнату, присоединившись к разговору, чтобы рассказать о своём видении происходящего.

– Весь этот кризис, – скзал Готтлиб – Им руководил из-за кулис агент Вайт. Он послал Томпсона и Хенкинса на склад со сраным тепловизором, как двух возможных жертв трансгена-психопата.

– Откуда Вайт знал, что станет делать Келпи? – нахмурился Клементе.

– Он не мог и не знал, – сказал Готтлиб. – Вайт лишь предполагал, что это не приведёт ни к чему хорошему. Он знал, что Келпи придет за испытываемым тепловизором… откуда и не вернулся бы, если не желание Эймса Вайта иметь трансгена-психопата на свободе в городе.

– Всё для медиа-войны, – сказал Клементе, борясь с ощущением безумия всего происходящего.

– Здесь всё немного сложнее, детектив, – сказал Готтлиб. – Эймс Вайт неневидит трансгенов, особенно её, – он кивнул в сторону Макс. – Он хочет убить 452.

– Почему? – спросил Клементе.

– Спосите об этом самого Вайта. Но я знаю, что именно из-за желания её смерти он привёл снайперов в Джем Пони, чтобы начать перестрелку.

– Так команда накаченных спецназовцев бала группой правительственных агентов? – спросил Клементе хмурясь Готтлиб тряхнул головой:

– Не знаю, где Вайт откопал их – может быть в аду, но точно не в ФБР. Он не отправлял никаких запросов с подобным содержанием… Я не нашёл ответов даже просматривая списки его звонков по сотовому. Он звонил лишь одному губернатору.

– Как много из этого вы сможете доказать? – спросил Клементе всё ещё хмурясь.

– Чертовски мало, – ответил Готтлиб.

В дверь вошёл бывший агент УНБ Томпсон.

– Я знаю, что мой тепловизор не работал, а Эймс Вайт вручал их лично в руки каждому из нас.

Оживлённый Клементе вышел в гостинную, за ним Макс и остальные; Джошуа принял бессменную вахту в ванной со своим старым другом Келпи.

Детектив тяжело сел на стул.

– У нас достаточно улик, чтобы выступить против Вайта?

Макс поняла, что Логан был на её стороне; она посмотрела на него, но его внимание было приковано к детективу.

Тогда она повернулась к Клементе и сказала:

– Армия скоро начнёт выдвигаться и будет уже слишком поздно.

Клементе стукнул кулаком по руке.

– Мы должны получить слово, чтобы двигаться в обход системы и остановить бойню. Дерьмо… где, черт возьми, этот парень Зоркий, когда он нужен?

Несколько пар глаз обратились к Логану.

Увидев это, Клементе тоже повернулся к нему.

– Есть что-то ещё, что я должен знать? – спросил детектив.

– Хорошо, – сказал Логан почти застенчиво – Я могу это сделать… в смысле Зоркий может.

– Черт, человек! – воскликнул Клементе – Ты можешь связаться с ним? Он поможет нам?

– Посмотрим, что я смогу сделать. Макс, давай отойдём на секунду.

Вдали от других, они быстро переговорили. Макс собрала из Алека и Скетчи импровизированную операторскую группу.

Вскоре видеокамера была установлена в спальне на треноге, Скетчи был полон энтузиазма; Здесь были поглащены работой Клементе, Готтлиб, Томпсон и остальные, кроме Алека и Келпи… В ванной Алеком была поставлена на штатив другая камера… Макс и Логан находились в офисе за компьютером.

Клементе, Готтлиб и Томпсон были несколько обеспокоены. Алек ретранслировал сигнал в безопасное удалённое место, где был только Зоркий, создающий волшебную передачу. Трое ветеранов правоохранительных органов не знали, во всяком случае так надеялись Макс и Логан, что на самом деле вещание будет происходить из соседней комнаты настоящим Зорким.

Итак, началась первая трансляция по телевидению от нации фриков.

Все телевизионные экраны в городе были заблокированы.

Затем появился логотип, изображающий пару светлых глаз на синем фоне, сверху и снузу от которого бежали белые буквы на красном фоне: "потоковое видео свободы".

Тогда знакомый голос сказал:

– Не пытайтесь изменить настройки. Это выпуск потокового Видео Свободы. Кабель взлован ровно на шестьдесят секунд. Его нельзя отследить или остановить и это единственный голос свободы в городе…

В домах, барах, полицейских участках, пожарных станциях, везде, где есть был телевизор, внимание людей было приковано к экрану: прошло несколько месяцев с тех пор, когда известный кибержурналист последний раз выходил в эфир.

– Информация, получаемая вами о трансгенном кризисе в Терминал Сити – ложь. Кроме того, новости о серийном убийце-освежевателе и об участии полиции в этом деле – лишь часть истории. Сегодня вечером вы получите факты.

Эймс Вайт нервно ходил по гостинной своего пригородного дома, где он жил без семьи. Очевидно, расстрел квартиры урода Зоркого не дал никакого эффекта; все усилия Эймса Вайта, казалось, только поощряли ублюдка…

Пока Зоркий продолжал трансляцию, Вайт набрал телефонный номер своего правительственного офиса.

– Нортон, – сказал голос.

– Ничтожество вновь появилось. Начинай отслеживать сигнал, сейчас же!

– Какое ничтожество, сэр?

– Зоркий, Зоркий вернулся на проклятое телевидение!

– Начинаю отслеживать, сер, – сказал Нортон.

– Сообщи мне, если что-нибудь получится.

Изображение логотипа исчезло и на экране появился призрачно-белый человек с растрепанными волосами, находящийся в ванной. Красные язвы покрывали его тело, покачиваяль с кубиками льда. Тело мужчины было в поту и стало очевидно, что, кем бы он ни был, он не переживёт эту ночь.

Было ли это дерьмо преувеличением Зоркого? Вайт начал было смеятся, когда расплывчатая фигура заговорила.

– Меня зовут Бобби Кавасаки, – сказал голос, странно походивший на голос Зоркого. – Я – трансген. Я убил трёх человек. Теперь я знаю, что это было ужасно. То что я сделал – непоправимо. Но я хочу, чтобы вы знали, что я всё это сделал под влиянием сильного наркотика.

Вайт увидел, как изображение изменилось. Он резко сел в кресло в своей гостинной.

– И это – фотография человека, который дал мне эти наркотики. Это – человек, превративший меня в монстра.

Эймс Вайт сидел в оцепенении, как если бы он сам был в ледяной воде. Что-то холодное текло по его венам, казалось, что это заматывались и разматывались миллионы змей.

Изображение вновь ожило, но там был уже не красный приграк в ванной. Теперь на экране была комната, возможно спальня… и лицо, смотревшее в камеру, принадлежало Отто Готтлибу!

Когда Отто начал рассказывать свою часть грязной истории, Вайт положил руки на виски.

Его прикрытие в УНБ было разрушено. Прямо сейчас перед всем Сиэтлом и, без сомнения, скоро по всей стране раскрыт всем, вся его работа по сохранению прикрытия после фиаско в Джем Пони оказалась напрасной.

Телефон Вайта зазвонил.

– Вайт.

– Нортон.

– След…

– Мне была дана инструкция передать вам, что вы должны немедленно связаться с центром.

Вайт бросил трубку.

Этот идиот Томпсон – парень, которого Вайт разыскивал каждую минуту в течение последних трех месяцев, – выступал следующим, вываливая свой мусор.

Поднявшись, Вайт взял пистолет, поднялся наверх и быстро собрал чемодан. Конклав, конечно же, видел это, и он сомневался, что они воспримут все легко. Ситуция может и пустяковая, но это был провал. Даже он понимает…

Телефон зазвонил.

На этот раз он не стал отвечать.

Детектив Рамон Клементе появился на экране следующим:

– Я хотел бы персонально поблагодарить трансгенов из Терминал Сити, в особенности Макс…

– Геверу, – подсказал голос за камерой.

– Макс Геверу, – повторил Клементе, – которая лично, подвергая себя огромному риску, распутала это дело, и этим спасла много жизней. И теперь, когда убийца найден, и он оказался трансгеном, мисс Гевера не скрывает этот факт… она даже обратилась ко мне, в полицию.

Вайт, забирающий кое-какие вещи из стола, еле сдержался, чтобы не запустить книгой в экран.

– Поскольку полиция Сиэтла начала так называемую осаду Терминал Сити, я призываю армию: пересмотрите свои планы в отношении Терминал Сити. Эти люди – некоторые называют их фриками – не занимаются ничем, кроме защиты от ложных обвинений, и… даже, когда перед ними стояла масса проблем, они все еще пытались помочь полиции поймать серийного убийцу. Хочу добавить, что они помогли вычислить и опознать человека, который манипулировал убийцей, попытался создать стереотип трансгена как монстра, при этом эксплуатируя СМИ и общественность.

И куда же этот детективишка побежит после всего этого? Как же Вайт ненавидел это напыщенное ничтожество! Он взял пульт и выключил телевизор. Минутой позже он отъезжал от загородного дома, оставляя позади ложь, в которой он жил, как можно быстрее и отправляясь в сомнительное будущее.

На все телевизионные экраны в городе вернулся логотип потокового видео свободы и знакомый удивительно успокаивающий голос произнес:

– Ненависть одного человека и страх другого перед новым… иногда это все, что нужно, чтобы склонить чашу весов правосудия, пока они находятся в плохих руках. Мы надеемся, что те, кто принимает решения, прислушаются к нам. Мы надеемся, что они – в отличие от Эймса Вайта – не отвернутся от призывов тех, кто отличается от других. Пришло время остановить безумие и ненависть. Это было потоковое видео свободы.

В конце эфира, Макс выпроводила все кроме Джошуа, который оставался с Бобби, на кухню. Все молчали, тишина стелилась как туман, и все они хотели проникнуть за него и узнать, не пропадут ли их усилия даром.

Макс стояла, обняв себя руками, Логан был рядом, его лицо было непроницаемым. Алек и трое представителей закона сидели за столом, где осталась Чудачка Синди, которая очевидно все еще опасалась приближаться к костюму из человеческой кожи, который она помогла заполучить. Скетчи расхаживал по периметру, он один казался счастливым, заполучив работу настоящего репортера.

Наконец телефон Клементе зазвонил, и он ответил так быстро, что это было почти смешно.

– Клементе.

Макс могла слышать только часть разговора и смотреть на угрумое выражение лица детектива.

– Да?

Пауза.

– Сделали?

Еще пауза.

– Правда?.. Спасибо.

Клементе отключился, встал и вздохнул.

– Это был полковник Никерсон из Национальной Гвардии. Приказ на атаку отменен.

Комната наполнилась ликующими возгласами и аплодисментами, все стали обниматься друг с другом, кроме, конечно, Макс и Логана.

Она приблизилась к детективу.

– Ок, – сказала она. – Думаю, я доверяю вам.

Он усмехнулся.

– Наконец-то.

– Все здесь, Рамон, – сказала она, положив руку ему на плечо, – и всегда будут.

Клементе сел обратно за кухонный стол и еще раз выдохнул.

– Федералы рассматривают историю Келпи как предсмертную исповедь. – Он посмотрел на Готтлиба и Томпсона. – Никерсон сказал, что хочет видеть вас обоих, и они отправили агентов на поиски Вайта. Теперь он разыскиваемый уголовник.

Двое бывших агентов УНБ ухмыльнулись как пара детей.

А стоящая рядом со скрещенными руками Макс не улыбалась.

– Они не найдут Вайта.

Клементе нахмурился:

– Ты говоришь так, как будто уверена.

– Я знаю его. Он уже в бегах.

На ее лице появилась крохотная улыбка.

– Что? – спросил детектив.

– Я просто подумала… лучше он чем я.

Макс пошла в ванну. Джошуа поднялся и уступил ей место, так что она смогла присесть на край ванны.

Она взяла руку Келпи в свою.

– Ты знаешь, только Логан мог подцепить этот вирус.

Бледная в красных язвах фигура пожала плечами, пуская волны в ледяной воде ванны.

– Может… в каком-то смысле… теперь я Логан.

– Может.

– Макс… Макс… У меня все болит.

– Я знаю.

– Но мой разум… теперь он прояснился… и болит тоже.

– Да.

– Я… я делал плохие вещи.

– Да.

– Ужасные… омерзительные… как монстр…

Она пожала его руку.

– Но ты делал и хорошие тоже. Каждый трансген в Терминал Сити, и много других за забором. Ты спас всех нас – Джошуа, Алека… и меня.

На лице, так похожем на лицо Логана, появилась слабая улыбка. Его голубые глаза были неуловимо знакомыми.

Она сказала ему:

– Я всегда буду любить тебя за это.

И она поцеловала его руку.

Его бледные щеки порозовели, и это было не из-за болезни.

Он прошептал:

– Ты любишь Логана, правда?

Она оглянулась.

Логан стоял в дверном проеме.

Смотря на Логана, Макс ответила Келпи:

– Да, люблю.

На лице Логана появилась улыбка.

– Он человек, – сказал Келпи.

Теперь она снова смотрела на него – на этого монстра. Эмоции захлестывали Макс.

– Но тебя я тоже люблю, – сказала она ему. – Я всегда буду любить тебя за то, что ты для нас сделал.

– Я думаю, что это делает меня тоже человеком, – сказал он. Одинокая слеза покатилась по его щеке. Затем он неуверенно, почти что напугав ее, он подался вперед, голубые глаза Логана казались огромными на очень бледном лице.

– Я человек, Макс? – спросил он с поразительной настойчивостью.

Она все еще держала его руку в своей, и он умер прежде, чем она успела ответить.

Переведено на Нотабеноиде

http://notabenoid.com/book/9204/



Глава 12. ПОТОКОВОЕ ВИДЕО СВОБОДЫ | Темный ангел. Игры с кожей |