home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 27

— Это для меня такая честь. Я счастлива, что вы согласились заехать ко мне. Если член семьи губернатора будет продавать через мою галерею свои работы — для меня это редкая удача! — Ярко одетая женщина так суетилась вокруг Сэмми, словно одно только ее появление способно резко повысить репутацию галереи.

Сэмми чуть улыбнулась, сжимая в руках объемистое портфолио так, что пальцы онемели. Итак, слово произнесено. Нравится ей это или нет, но высшее общество Пандоры ценит ее исключительно за то, что она связана с Александрой и Оррином.

— Вы не рассказали, откуда вы узнали обо мне, — обратилась она к хозяйке галереи.

— Как же? Разве я не говорила, что ваша тетушка буквально бредит вами? И вами тоже, разумеется, — дежурно улыбнулась она Шарлотте. Шарлотта стояла рядом с Сэмми в бесформенном розовом джемпере, скрывая свое отношение ко всему происходящему за темными очками. В руках она держала второй фотоальбом.

— Я думаю, — сухо бросила Шарлотта.

Хозяйка галереи посмотрела на нее вопросительно, а Сэмми — с явной угрозой. Шарлотта благоразумно закрыла рот. Тетя Александра бредит ими? Тут есть от чего встревожиться. Сэмми снова обратилась к галеристке:

— Уверяю вас, мои гобелены распродаются благодаря их собственным достоинствам.

Этот большой магазин на главной улице Пандоры был заполнен картинами и скульптурами. Сэмми оглядывала отполированный деревянный паркет, стены сдержанных кремовых тонов, точечные светильники, утопленные в потолке. Никаких работ местных художников. Примитив здесь неуместен. Исключительно высокое, искусство, то есть множество акварелей, на которых непонятно что нарисовано, и фарфоровые пузыри, именуемые почему-то «ню». На такие места у нее аллергия. Надо было надеть комбинезон и шапку с козырьком, как у трактористов. Вот это был бы шок! И какая реклама!

Да, забавно. Однако ей нужен рынок сбыта, нужна хотя бы видимость начала новой жизни. Это еще один способ показать Джейку, что все входит в норму.

— Итак, дорогая, — сказала галеристка, — что же у вас за гобеленчики?

Шарлотта высунулась вперед.

— Гобеленчики? — угрожающе повторила она. — Леди, ее гобеленчики, как вы изволили выразиться, — это уникальные коллекционные вещи. Список людей, которые покупают ее гобеленчики, включает в себя немало имен, которые вы знаете по титрам фильмов. Сэмми слегка отодвинула Шарлотту.

— В Калифорнии мои вещи очень хорошо раскупались.

Галеристка явно смутилась.

— Ну, я… я знала только, что вы — модель. — Она украдкой с ног до головы осмотрела Сэмми, и в глазах у нее появилось то выражение, к которому Сэмми за последние десять лет так привыкла. Что-то вроде: «Да, грим и свет творят чудеса».

— О, только руки, — коротко объяснила Сэмми. — Немного рекламы. Несколько фильмов. Знаете, если у актрисы толстые пальцы с обкусанными ногтями, для крупных планов рук приглашают меня.

— Это потрясающе! И единственное, что они снимают, — это ваши руки?

— Да. И этим я занимаюсь исключительно ради денег, а настоящая моя работа — вот здесь, — Сэмми легонько постучала по портфолио. — Работа, которой я намереваюсь полностью посвятить себя.

Она открыла было список дизайнеров по интерьерам, которые представляли ее гобелены в Лос-Анджелесе, но тут входная дверь открылась и вошла Александра.

Сэмми застыла. Из-за ее спины донеслось злобное шипение Шарлотты.

Годы почти не тронули их тетушку. Ее кукольное личико стало несколько мягче — только голубые глаза были по-прежнему холодными и острыми. Она немного располнела в талии и бедрах, но все еще оставалась стройной. В бледно-зеленом жакете и прямых брюках она была воплощением атлетической элегантности и умело законсервированной юности. Из-под воротника жакета выглядывал желто-золотой шарф, под цвет волос. Все дышало богатством, гордостью, уверенностью в себе.

Она выскочила из ловко подстроенной засады.

— Какой сюрприз! — радостно вскричала она, широко улыбаясь. — Я подумала, зайду-ка я сюда и уговорю-ка вас пообедать со мной.

Прошло десять лет, а она ведет себя так, как будто они расстались вчера и нежно друг друга любят. Как будто не было ни страшных угроз, ни борьбы, ни обмана ни безжалостного манипулирования ими. Сэмми молча настороженно смотрела на нее. Александра вертелась вокруг, гладила ее по плечу, приобняла и наконец широко улыбнулась галеристке.

— Дарла я их похищаю. Прости.

— О, конечно, миссис Ломакс. Саманта, оставьте ваши альбомы. Поговорим потом. У меня нет никаких сомнений, что мы сможем работать вместе.

Сэмми протянула ей свое портфолио, вынула другое из железного захвата Шарлотты и положила на стол.

— Спасибо, — сказала она и повернулась к Александре. Две пары непроницаемых голубых глаз встретились. — Да, давайте пообедаем.

Александра улыбнулась еще шире, но глаза были все так же холодны.

— Чудесно. Пойдемте. Шофер нас ждет. — Она посмотрела на Шарлотту. — На озере есть первоклассный ресторанчик. Тебе понравится.

— Сэмми! — произнесла Шарлотта дрожащим от гнева голосом.

— Мы поедем за вами в моей машине, — сказала Саманта.

— Да нет, зачем? Пожалуйста…

— У меня мало времени. Я обещала Джейку, что скоро вернусь.

Грубая, наглая ложь. Джейк каждый день уходил куда-то в горы, он знать не знал и не интересовался, где она и когда вернется.

Улыбка Александры застыла как приклеенная.

— Хорошо, — сказала она. — Я не хочу огорчать Джейка.


* * * | Роковой рубин | * * *