home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 18

В дни, последовавшие за приступом ярости, Гарсия много времени проводил в одиночестве. Казалось, он утратил интерес к лошадям, почти перестал общаться с детьми и остальными представителями Народа. Даже Койоту не удавалось вовлечь его в разговор.

Койот понимал, в чем причина: потеря длинного копья и неспособность Снимающего Голову починить его. Койот догадывался, что от этого молодой человек ощущает себя беззащитным. Мудрый маленький воин даже подозревал, что Снимающий Голову собирался отправиться на свою родину. А это, разумеется, невозможно сделать без оружия.

Но было и более важное обстоятельство. Благодаря способностям Снимающего Голову племя в последний год благоденствовало. Охота шла хорошо. Дети были сыты, женщины счастливы. В каждом жилище было множество одежды и шкур, полно запасов на зиму.

Необходимо что-то сделать, чтобы восстановить охотничьи способности Снимающего Голову и улучшить его настроение. Снимающий Голову стал очень неприятен в общении. После долгих размышлений Койот принял решение. Дробящий Камни должен попытаться еще раз. Может быть, вместе они сумеют убедить Снимающего Голову опробовать новое оружие.

Дробящий Камни не испытывал энтузиазма. Он все еще переживал горечь отказа, но воодушевления Койота хватило на двоих. Они могли бы, настаивал он, сделать настоящее копье, сбалансированное, как сломанное. Оно должно быть длиннее копий Народа. Он, Койот, отмерит необходимую длину. Наконечник для длинного копья нашелся; к счастью, он не пострадал. Его можно крепко привязать к древку полоской сыромятной кожи, которую надо накладывать сырой. Высохнув, она натянется, и это сделает крепление очень прочным. Несколько удлиненный каменный наконечник можно насадить на осторожно заточенное древко. А потом они покажут Снимающему Голову готовую работу.

Было сложно не заинтересоваться вдохновенным рассказом Койота. Вскоре вместе с Дробящим Камни они работали над древком оружия, обтачивая его, стараясь подогнать и сбалансировать.

Когда копье было наконец готово, Дробящий Камни отказался вручать его. Ему довелось однажды испытать на себе яростный гнев Снимающего Голову и больше не хотелось. Койот, должно быть, боялся сильнее, чем хотел показать. Он решил выждать момент.

Возможность представилась несколькими днями позже. Стадо бизонов в косматых зимних шкурах проходило рядом со стоянкой племени. Было хорошо видно, как они паслись на склонах холмов. Койот зашел в жилище Дробящего Камни, забрал длинное копье и подошел к Снимающему Голову, совсем не такой уверенный, каким мог казаться.

— Снимающий Голову, — начал он решительно, — на холмах пасутся бизоны. Прежде чем ты снова рассердишься, я хочу, чтобы ты испытал это длинное копье. Самое худшее, что оно может сделать, это — отказаться работать.

Койот протянул молодому человеку оружие.

Гарсия колебался, клокоча от сдерживаемого гнева.

«Ладно. Почему бы не взглянуть на проклятую штуку», — решил он. Он взялся за изящное древко и поднял копье. К его удивлению, баланс был хороший. Ему приходилось использовать и хуже сбалансированное оружие. Он осмотрел наконечник, вспомнив свой порезанный палец.

Что ж, почему бы и нет? Он попытается. Гарсия пошел седлать кобылу.

Охота была на редкость удачной. Лошадь вела себя превосходно, стадо бежало прямо, став отличной мишенью. И копье оказалось прекрасным, вынужден был признать Гарсия. Он ощущал, что оно входит в жертву несколько иначе, но в целом оружие действует безотказно. Гарсия снова осмотрел наконечник.

«Зазубренный каменный наконечник в чем-то даже лучше отполированного, — подумал он. — Он легко наносит смертельную рану». Настроение начало подниматься. Может быть, этот проклятый камень разрешит его проблемы.

Душевное равновесие было восстановлено, Гарсия преподнес тушу Дробящему Камни в знак своего раскаяния. Он был почти так же счастлив, как недавно несчастен. Гарсия ловил себя на том, что посмеивается вслух, представляя, что будет рассказывать товарищам, когда вернется в цивилизацию. Они наверняка уверены в его гибели. Как они изумятся, когда узнают, что он жил среди дикарей и даже убивал бизонов каменным копьем! Гарсия с еще большим нетерпением стал ждать окончания зимы, когда можно будет отправиться в путь.

Семейство Койота было радо, что к их гостю вернулось доброе расположение духа. Гарсия снова проявлял интерес к окружающим, и даже маленькие дети могли завести с ним разговор.

Одним из любопытных событий этой осени стал традиционный Танец Воинов Народа. Гарсия догадывался, что обряд проходил и в прошлом году, но не помнил его. Испанец тогда только начал учить язык. В то время он еще считал племя лишь немногим выше животных.

Койот объяснил, что Танец — это нечто вроде воспоминаний о славных подвигах прошлого. Песни, исполнявшиеся под монотонный бой барабанов, были повествованием о былом. Кто-то рассказывал историю битвы с Крушителями Черепов и о славном воине из Народа, который сдерживал натиск врагов один, пока не подоспела помощь. Кто-то рассказывал историю о трех охотниках, которые сражались с дикой кошкой, пумой, голыми руками.

Любопытны были танцы, которые прославляли ныне здравствующих воинов. Все воины, в своих лучших одеждах и головных уборах, танцевали на поляне, а женщины смотрели и иногда отбивали ритм, хлопая в ладоши.

Неожиданно женщина, жена Мышиного Рева, вошла в круг и положила к ногам мужа прекрасно выделанную шкуру. Мышиный Рев замер, воткнул копье в землю рядом со шкурой и стоял, сложив руки на груди. Другие танцоры тоже остановились, барабан умолк.

— Что происходит? — шепотом спросил Снимающий Голову у Высокого Тростника. — Я не понимаю.

— Она выказала ему уважение. Он должен стоять, пока кто-нибудь не примет дар и тем самым тоже не выкажет ему уважение.

Гарсия кивнул, ничего не понимая. В круг вышла низенькая женщина в лохмотьях и подняла шкуру, кивая Мышиному Реву. Он кивнул ей в ответ, и танец возобновился.

Позже заинтересованный молодой человек расспросил Койота.

— Да, — подтвердил Койот. — Семья воина может таким способом показать, как сильно она им гордится. Тот, кто берет дар, признает: «Да, я согласен с вами!» Кроме того, — продолжал он, — это хороший способ помочь бедным людям. Ты видел женщину, которая приняла дар Мышиного Рева. У нее нет мужа, и она очень бедна. Для Мышиного Рева является большой честью то, что он может ей помочь.

Эта традиция казалась настолько чуждой культуре Гарсии, что ему было непросто осмыслить ее. Но он уловил суть — это одновременно дань уважения любимому человеку и подарок бедным. «И об этих людях я думал, — с изумлением вспомнил он, — будто они лишены общественных устоев!»

Гарсия снова начал заниматься лошадьми. Ему и его юным помощникам было несложно заботиться о животных, потому что зима стояла мягкая. В Месяц Зеленеющей Травы прерия рано зазеленела и нетерпеливый Гарсия начал приучать лошадей к дальним переходам.

«На этот раз, — клялся он, — когда племя двинется на север, ничто меня не остановит. Я поеду на юг!»

В один теплый денек Гарсия чистил кобылу после хорошей пробежки и предавался приятным размышлениям о предстоящем отъезде. Испанец находился на травянистом холме напротив стоянки на другом берегу реки и, прервав работу, бросил взгляд на верхушки шатров. Дым от костров лениво змеился из конусов жилищ, и все в мире казалось прекрасным.

Внимание Гарсии привлекло какое-то движение вдалеке за селением. Бизоны? Он приставил руку к глазам и вгляделся в движущиеся фигуры. Нет, бог мой, лошади! Движутся легким галопом и направляются сюда.

За ним пришли! Оставив кобылу щипать траву, он помчался вниз по холму к лагерю.

Всадники быстро приближались, и внезапно в душу испанца закрались сомнения. Он остановился, чтобы присмотреться получше. Человек десять-двенадцать. Без доспехов. Вот что показалось странным. И, Матерь Божья, догадка наконец пронзила его, по спине пробежал холодок, от которого встали дыбом волосы.

Матерь Божья, это не мои товарищи, это же дикари! Дикари верхом на конях, на нас напали!

И почти в тот же миг он услышал крики и возгласы из шатров, женщины и дети бросились к реке.

— Бегите, бегите, — кричала какая-то женщина, — это Крушители Черепов!


Глава 17 | Путь конкистадора | Глава 19