home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 43

Нью-Йорк, как всегда, был городом контрастов. Внутри – легкий холодок кондиционированного воздуха, а снаружи – тяжелая, изнуряющая, подавляющая волю жара, затрудняющая дыхание и превращающая одежду людей в выцветшие тряпки.

Эдвард Хендерсон заплатил за вход в Музей современного искусства и сразу же направился наверх, в зал, большую часть которого занимали «Водяные лилии» Клода Моне. Он встал спиной к этому полотну и выглянул в большое, окно, которое выходило в сад скульптур. Группа детей делала этюды по заданию преподавателя. Пара влюбленных в джинсах и майках прогуливалась, безразлично глядя на «Козерога» Пикассо. Мужчина в темно-синих хлопковых брюках и рубашке с короткими рукавами читал «Тайме».

Хендерсон несколько раз говорил со Стейнером по телефону, но они никогда не встречались лично. Несколько секунд Эдвард вглядывался в этого человека: невысокий, подтянутый, узкое интеллигентное лицо, темные непокорные кудри. В городских деловых кругах у него была завидная репутация человека, способного еженедельно сводить положительный баланс в «Эм-Доу». Кроме того, он получил гораздо менее лестную известность как подпевала Чедвика. Эдвард спустился обратно и сел на скамейку рядом со Стейнером, который не сложил газету и даже не взглянул на Хендерсона. Дети вернулись в здание.

– Хендерсон?

– Он самый.

– Вы выглядите старше, чем на газетной фотографии.

– Ее сделали уже давно. В этом виновата скорее моялень, чем тщеславие.

– Вы много знаете.

– В самом деле?

Я имею в виду то, о чем вы говорили мне вчера по телефону.

– Мы можем обсудить это?

– Шепотом, а? – Стейнер не поднял глаз от газеты, но его губы изогнулись в натянутой улыбке.

– Как вам угодно.

– Тогда вы мне расскажете...

– Я не знал, что мы уже заключили сделку.

– Сделкой можно считать все, что угодно.

– Мне казалось, вы жаждете поговорить со мной.

– Я жажду узнать, сколько вызнаете. И откуда вы это знаете.

– Я вижу, что наша беседа идет по кругу, и это меня не вдохновляет.

Некоторое время Стейнер молчал.

– Мы говорили о работе.

– Вы говорили о ней с людьми, которые работают у меня.

– А что мне скажете вы?

– Это возможно.

– На каких условиях?

– Вы человек с опытом, у вас хороший послужной список. Мы сможем найти для вас место.

– В правлении?

– Само собой разумеется.

– В городе появился Джон Дикон? – спросил Стейнер. Эдвард не ответил. – Ну хорошо, – в тоне Стейнера послышалось нетерпение. – Кто, как не он, заинтересован в этом? Од позвонил вам или приехал сюда сам?

– Зачем вам это знать?

– Если он здесь, то у него могут возникнуть проблемы. Вот вам и полученная от меня первая информация.

– Меня интересует Чедвик, – сказал Эдвард.

– Понятное дело.

– От кого вы получаете сведения из Британии?

– В любом случае не от бойскаутов.

– Что вы о нем знаете? О Диконе?

– Почти все. И о девушке тоже. О Лауре Скотт.

– Кто убил Кэйт Лоример? – спросил Эдвард.

Стейнер вздохнул:

– Я не настолько хорошо вас знаю. Пока.

– Куда идут деньги?

– А куда обычно они идут? Швейцария, Флорида, банк Ватикана... сами знаете.

– Кроме того, есть специальный фонд, я полагаю?

– Конечно. Но деньги не должны залеживаться. Вспомните хотя бы прошлый год. Бейкер поднимает палец в Бундесбанке, Рейган убирает пару буровых установок из Залива – и готово! Почти семьсот миллиардов долларов как корова языком слизнула. Вот в чем опасность компьютерной торговли – это демон зеленого экрана.

– Ладно. Попробуем узнать, откуда деньги приходят.

– Отовсюду. Правду говоря, имеется несколько вкладчиков.

– Сколько?

– В последний раз, когда я смотрел, было пятьдесят.

– Ото!

Стейнер улыбнулся и перевернул газетную страницу.

– Я так и предполагал, что на вас это произведет впечатление.

– И все крупные?

– Все.

– И зачем, черт возьми, это нужно?

– Фонд называется «Нимрод». – Стейнер сделал паузу. – Чтобы вы лучше поняли его предназначение, скажу, что это военный фонд.

Эдвард почувствовал, как струйки пота текут у него по шее, по груди, по спине. Он боялся переменить позу, чтобы не нарушить ритм обмена репликами со Стейнером.

– Для ведения какой войны? – спросил он.

– Вы слишком торопитесь. – Стейнер сложил газету.

– Скажите хотя бы это.

– Нет, – ответил Стейнер. – Не у одного только Олли Норта есть интересы в Центральной Америке. И не один он собирает средства.

– Значит, Никарагуа?

Стейнер покачал головой:

– Мне надо идти.

– Давайте встретимся еще раз.

– Стоило бы.

– Здесь?

– Почему бы и нет? – Стейнер встал. – Мне здесь нравится.

Я люблю бродить по залам музея.

– Почитатель искусства, – сказал Эдвард. – Так когда?

– Я позвоню вам и сообщу. Посидите здесь еще минут десять, хорошо? – Он оставил газету на скамье, чтобы занять Эдварда. – Я не отношусь к почитателям искусства. Я люблю оценивать картины. Подсчитывать все эти чертовы деньги.


* * * | Слава | * * *