home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

Кремер проехал чуть дальше, поставил фургончик под деревянный навес, закрыл обе дверцы и быстрым шагом пошел к мосткам.

Около склада он остановился, отступил, чтобы укрыться за зданием: он заметил черный лимузин, влетевший в порт и теперь медленно проезжающий мимо судов.

Корабль Тулиниуса был единственным, на борту которого шли приготовления к отплытию. Американская машина остановилась недалеко от него.

Кремер догадался: что-то должно случиться, и его рука вытащила из-под мышки «кольт» внушительных размеров.

Черный «студебеккер», в котором невозможно было различить людей, оставался на месте, таинственный и угрожающий. Но ничего не происходило, и Кремер, страдая от мысли, что его ждут на борту для отплытия, не мог решить: продолжать ли наблюдение или бежать к судну.

Вдруг загадочная машина бесшумно тронулась с места. Она проехала по набережной и исчезла справа от мола.

Кремер убрал свое оружие, добежал до мостков. Выйдя в коридор, Коплан недовольно произнес:

— Какого черта вы возились? Мы должны были уже выйти из порта...

Кремер, который с трудом отдышался, спросил:

— Как, вы не видели эту тачку?

— Какую?

— Ну, ту... на причале. «Студебеккер»... Она стояла там минуты две, как будто водитель наблюдал за нашей «Ватной».

Коплан нахмурился.

— Я засовывал Брондстеда в каюту и не заметил эту машину.

Трещал звонок машинного телеграфа, от работы мотора дрожала палуба. В рулевой рубке Тулиниус отдавал приказы матросу у штурвала.

— Вы говорите, что эта тачка стояла рядом с нашим каботажником? — озабоченно спросил Коплан.

— Ну да... Я увидел, как она останавливается, когда хотел пройти по причалу. Я даже подумал, что начинается заварушка, уже держал в руке «кольт» на случай, если бы эти типы попытались отбить Брондстеда.

— Странно, — озабоченно прошептал Франсис, вспомнив машину, выскочившую на эспланаду во время похищения Брондстеда. — Очень странно...

— Может быть, они собираются перехватить нас с помощью береговой охраны? — предположил встревоженный Кремер.

— Не могу себе представить, что они прибегнут к помощи властей. Это может плохо обернуться для них, а особенно для Брондстеда. Такие вещи обычно улаживают тихо.

И, покачав головой, Коплан добавил:

— Самое срочное дело — расколоть нашего изысканного радиолюбителя. Пойдемте со мной.

Они прошли в дальний конец коридора. Коплан открыл дверь одной из кают. Стоявший возле окна, в которое были видны удаляющиеся огни порта, Йорген Брондстед резко обернулся. Лицо исландского бизнесмена вновь приобрело нормальный цвет, казалось, хладнокровие вернулось к нему. Он смотрел на вошедших без вызова, но и без страха.

— Кончено, Брондстед, вы не спасете человечество от атомной чумы, — сказал Коплан издевательским тоном по-английски. — Скажите мне, где спрятаны ваши архивы, если не хотите, чтобы ваше пребывание на этом корабле стало очень неприятным...

Пленник окинул его враждебным взглядом.

— Для вас только это имеет значение? — с горькой язвительностью спросил он. — Уничтожить доказательства, что мир идет к своей гибели, не позволить узнать, что менее чем через десять лет резко возрастет заболеваемость лейкемией и раком... Браво, хорошая работа. Но украдете вы мои документы или нет, вы уже ничего не измените: все в руках людей, которые сумеют предать гласности правду и которые вне вашей досягаемости.

Это было сказано с яростью.

— Низко склоняюсь перед вашим альтруизмом, — насмешливо заметил Коплан, прислонившись к стене. — Это великолепный трюк, чтобы одурачить толпу инженеров и техников, которых беспокоят биологические последствия неумеренного развития ядерной энергетики, и обеспечить вам их добровольное сотрудничество. Но я лучше познакомился с вашими филантропическими чувствами с тех пор, как вы приказываете убирать из револьвера или карабина тех, кто не идет прямо по вашему пути.

У Брондстеда покраснели скулы, в глазах мелькнули искры.

— Вы лжете, — заявил он. — Вы пытаетесь оправдаться, обвиняя меня в невероятных преступлениях. Я всегда слишком уважал человеческую жизнь, чтобы прибегать к насилию.

— А я никогда не колеблюсь использовать его по той же причине, — парировал Коплан. — Один человек значит мало перед безопасностью одного или многих, и вы, должно быть, рассуждали так же, как и я, когда велели убить Энгельбректа.

Исландец вздрогнул:

— Я ничего не знал о смерти этого человека.

— Однако вы приказали Гертруд Карлсон больше не поддерживать с ним связь. На следующий день он получил две пули.

Внезапные переживания, масштаб его поражения, а также весть, что один из его агентов был убит, раздавили бизнесмена. Опустив голову, он старался побороть минутную слабость.

Наконец он поднял голову.

— Я поступил с Энгельбректом, как и со многими другими, — глухо заявил он. — Я обрываю контакт с информаторами, как только они сообщат мне необходимые сведения. Зачем я буду без нужды компрометировать их?

Коплан задумался.

Брондстед не отрицал, что отдал приказ прекратить контакты с Фредриком Энгельбректом. Он не ставил под сомнение ценность его информации. А причина, приведенная им, была очень достойна. Что ж тогда? Кто приказал стрелять в Энгельбректа и Скоглунда?

— Мне кое-что непонятно в организации вашего шпионажа, — внезапно признал Коплан. — С одной стороны, вы утверждаете, что расстаетесь со своими помощниками, как только они передают вам сведения, которые вы хотели получить. Стало быть, вы не ведете постоянного наблюдения за работами атомных центров?

— Нет.

— А с другой стороны, я знаю, что вы требуете топографические сведения о станциях и вспомогательных сооружениях. Что это может сказать о вреде отрасли?

Брондстед посмотрел на него, как будто хотел проникнуть в душу своего похитителя.

— Это нетрудно понять, — сказал он более уверенным голосом. — Вред атомной станции пропорционален мощности ее реактора, следовательно — количеству отработанного урана, который периодически извлекают из него для получения плутония. Кроме того, объем газообразных, жидких и твердых отходов, выбрасываемых в окружающую среду, зависит от этих количеств. Эти неиспользованные продукты распада и составляют опасность. Количество их постоянно возрастает и ежегодно достигает в одной только Англии более двухсот тонн! Главное, что я хочу знать — местонахождение атомных отходов, где и как они хранятся.


Глава 11 | Коплан сеет панику | Глава 12