home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

ГОРОД

Акки посадил гравилет на голую вершину холма. К северу, снизу под ним дышало море, обрамленное дюнами. К югу, за узкой долиной, возвышался замок, а к востоку — низкие крепостные стены города. На западе, позади перешейка полуострова, тянулись возделанные поля до темной опушки леса, за которым очень далеко вздымались горы. Акки удивился, что холм, на котором они приземлились, не был никак укреплен. Эта возвышенность позволяла взять под огонь долину, единственную узкую пуповину, которая связывала полуостров с материком. Он сказал об этом Жаку. Теперь уже дважды изгнанник, еще изумленный и не опомнившийся после полета, он постарался объяснить.

— Многие из герцогов собирались построить здесь второй замок, но никогда никто на это не решался, потому что боялись, что этот второй замок может захватить возможный противник. «Зеленухи», — он посмотрел на Хассила и поправился, — туземцы тоже не могли приближаться к Вермонту. Здесь жило только маленькое племя рыбаков, половину которого истребили, а остальных обратили в рабство еще задолго до моего рождения. Большие племена зелен…. простите, бриннов живут далеко за горами, и республика васков отделяет их от нас по всей границе, кроме северной, в графстве Авер. Время от времени оттуда они совершают налеты, но по большей части не бринны, а пираты васки с моря.

— Ты сказал, что туземцев обратили в рабство?

— Да, и вашему другу не стоит особенно показываться. В каждого зеленого человека без рабского ошейника стреляют без предупреждения. И мне тоже не стоит показываться в городе, — добавил он.

— Я бы никому здесь не посоветовал задевать Хаесила. А что касается тебя, ты под защитой Галактической Лиги.

— О, я не сомневаюсь, что в крайнем случае за вас отомстят. И за меня тоже, заодно. Но мы от этого не воскреснем!

— Мы не дураки. Верньер. Высоко над нами, отсюда не увидишь, за пределами вашей атмосферы, плывет мой большой звездный корабль, готовый через секунду выслать сюда пятьдесят таких аппаратов, как наш. А оружие у них на борту такое, что может разнести в пыль всю эту планету, поверь мне на слово.

— Что будем делать, Акки? — спросил Хассил.

— Ничего. Будем ждать. Нам беспокоиться не о чем. Пусть они думают.

— Но, сеньор Акки, герцог наверняка не снизойдет…

— В таком случае он пошлет кого-нибудь. И я уже тебе десять раз говорил: «Не называй меня сеньором!».

Внизу у подножья замка отворились ворота, и оттуда на земных конях выехало человек десять всадников, вооруженных луками и копьями. Галопом они помчались к гравилету. Акки ждал их, опершись о короткое крыло.

Всадники приближались. На них были короткие блестящие кольчуги поверх кожаных курток, шлемы и у каждого — маленький круглый щит. Все были высокого роста, крепкого сложения, и лица их выражали дерзость и вызов людей, которым никогда никто не мог противостоять. Да, это были прекрасные образцы рода человеческого, и Акки почувствовал своего рода гордость, что хотя бы частично принадлежал к потомкам этой расы. В конечном счете ему незачем было краснеть за своих земных предков, хотя земляне лишь сравнительно недавно присоединились к Галактической Лиге, правда, приведя с собой сразу более ста человеческих племен. После первого контакта восемьсот лет назад, установленного иссами, началось тайное переселение избранных землян на Новатерру. Улетело около тысячи человек. После этого все связи с Землей были прерваны. Бок о бок с синзунами, иссами и другими членами Лиги земляне-новатеррианцы сражались против мисликов, этих металлических созданий, которые гасили звезды. За это время позабытая Земля быстро прогрессировала. Шестьсот лет прошло с тех пор, как звездолет «Арго» достиг системы Альфа Центавра, затем, освоив в свою очередь путь через гиперпространство, земляне освоили, колонизировали множество планет, установили контакт с другими расами, но так и не образумились. Начались разорительные и опустошительные звездные войны, которые шли с переменным успехом. Но теперь вот уже три столетия великая федерация включала в себя все земные колонии и их союзников под эгидой Земли. Пять столетий прошло с тех пор, как целый флот звездолетов покинул Землю и отправился к Большому Магелланнову облаку. С тех пор о судьбе этих звездолетов ничего не было известно, и земляне называли их «пропавшие корабли». Вполне возможно, что от экипажа одного из них происходили люди на планете Нерат.

Сто пятьдесят лет назад астронавты с Новатерры предприняли экспедицию в одну из самых отдаленных галактик, откуда, по-видимому, происходили их предки, и установили контакт с земной федерацией. Поскольку там уже царили мир и согласие, федерация целиком была принята в Лигу человеческих миров, и ее делегаты с тех пор заседали на Рессане вместе со ста пятьюдесятью другими федерациями, входящими в Галактическую Лигу. Стрелоподобные звездолеты землян сражались против мисликов рядом с «летающими тарелками» — ксиллами иссов, яйцевидными кораблями синзунов, эллиптическими звездолетами Новатерры, сферическими — кайенов, тетраэдрами креннов…

Каждая федерация посылала десять делегатов. Единственное исключение было сделано для Новатерры. Она имела своих особых представителей, ибо они являлись единственными людьми из Солнечной системы в необозримой галактике иссов. И кроме того, они были единственными, кто был настолько биологически близок к синзунам, что эти две расы могли породниться. Однако этого было бы недостаточно, чтобы дать им такую особую привилегию. Главное было в том, что они вместе с синзунами были первыми людьми с красной кровью — а потому нечувствительными к Смертоносным излучениям мисликов, — которые присоединились к Лиге и помогли иссам Остановить мисликов, а затем постепенно перейти в наступление на них.

Акки был прямым потомком первого победителя мисликов, землянина Клэра, и лично пользовался второй привилегией, духовной принадлежностью к иссам, что позволяло ему и его семье жить, сколько ему захочется, на Элле, планете иссов. И эта привилегия была уникальной, ибо Стальной закон непререкаем: на одной планете может быть только одно человечество, одна разумная раса — за исключением Рессайа, резиденции Лиги всех человеческих миров.

Экспансия различных рас в галактиках с самого начала привела к колониальным конфликтам, войнам, бесконечным жестокостям, геноциду, к неразрешимым проблемам. Порой колонисты ни в чем не были виноваты: они высаживались на планете, находили, что она вполне для них пригодна, считая, что на ней никого нет, и начинали ее осваивать. А на другом континенте под сенью леса жили примитивные туземцы. И когда их обнаруживали, у колонистов возникал непреодолимый соблазн уничтожить этих примитивных аборигенов бесследно, чтобы не потерять плодов своих усилий на распашку полей, на постройку поселков и городов. В противном же случае им оставалось только вести бесконечные тяжбы в Галактическом трибунале, угрожать применением силы и. устрашать федерацию страшным призраком войны между мирами. Поэтому Лига создала специальный отряд инспекторов, которые могли самостоятельно принимать на местах все необходимые решения и отчитывались только перед Великим Советом, а решения их поддерживались всеми силами Галактической Лиги. Этих людей отбирали с детства, координаторы проходили жесточайшие тренировки, и физические, и моральные. Любое правительство, планетное, межзвездное или галактическое, обязано было давать им свободный доступ для любой инспекции.

Вздымая клубы пыли, всадники остановились в нескольких шагах от Акки. Их предводитель, молодой человек высокого роста, положил стрелу на тетиву своего лука и громко крикнул?

— Эй, там? Кто вы? И что вам здесь нужно?

— А кто вы сами? — спокойно ответил Акки на языке Новатерры. — Кто вы?

— Барон Хуго Бушеран де Мон, капитан лучников его светлости герцога Берандийского.

— Я — Акки Клэр, координатор, нахожусь здесь по поручению Лиги человеческих миров.

— Лига человеческих миров? Не знаю на Нерате ни одного государства под таким названием.

— Лига не государство. Лига — объединение на сегодняшний день, по крайней мере, пятидесяти тысяч миров.

— Пятьдесят тысяч миров? Вы хотите сказать, пятьдесят тысяч планет, как наша? Значит, вы прилетели со звезд, как наши предки? Но что вам понадобилось здесь, если у вас уже есть пятьдесят тысяч миров?

— А это уже касается только ваших правителей, капитан. По крайней мере, сейчас. Поэтому униженно прошу, — Акки сделал насмешливый поклон, — испросить аудиенцию у его светлости герцога Берандийского.

— Вы, наверное, думаете, что его светлость можно вот так просто беспокоить без особых причин? Да если он вас примет через месяц или два, можете считать себя счастливчиком. В настоящее время его светлость изучает планы будущих войн против васков.

— В таком случае я, к сожалению, вынужден буду немедленно побеспокоить его светлость, Я здесь для того, чтобы остановить эту войну. А по сути говоря — все войны на этой планете. Хассил!

Исс появился из дверцы гравилета. При виде его всадники схватились за луки.

Акки поднял руку.

— Мой друг Хассил — такой же координатор, как я. Не вздумайте нанести ему оскорбление, с вашей точки зрения, или принести комплимент, с нашей точки зрения, спутав его с вашими туземцами. Я вам это очень не советую.

Мгновенным жестом он выхватил из-за пояса фульгуратор и, казалось бы не целясь, ударил лазерным лучом. В сотне метров от них мощное дерево взорвалось и запылало. Потрясенные всадники тихо переговаривались между собой.

— Да, я вижу теперь, что вы говорите правду. Вы прилетели со звезд, как наши предки. У вас такое же оружие, какое было у них. Согласен, я готов сопровождать вас и представлю герцогу. Но что касается войны… Вам ее не предотвратить. Как говорят, где двое, там уже драка. А мы не можем терпеть, чтобы пираты васков грабили наши корабли.

Координаторы оставили Жака в гравилете с приказом не выходить ни под каким предлогом и отправились с эскортом всадников в город.

Когда вся кавалькада проходила под аркой крепостных ворот, Акки заметил, что стража требовала сдавать оружие у каждого входящего в город. Сержант стражников бросил удивленный взгляд на Хаосила и протянул руку к фульгураторам, которые висели на поясах координаторов. Мгновенно оба схватились за рукоятки.

— По правилам никто не может входить в город со своим оружием, — сказал Бушеран, — разве только во время войны. Но я думаю, вы не собираетесь в этом смысле подчиняться нашим обычаям.

— А разве вы расстаетесь со своим оружием?

— Разумеется, нет. Ладно, сержант, пропустите их! Город, собственно, был запутанным лабиринтом узких извилистых улочек, окруженных крепостной стеной с зубцами. Дома, деревянные и каменные, были довольно красивы. Все в общем напоминало Акки старинные гравюры с изображениями средневековых земных городов. Но в отличие от последних улицы этого города были удивительно чистыми, хорошо мощеными, и здесь наверняка существовала система канализации. Прохожие в одеждах из дубленой кожи или довольно тонкого сукна ярких цветов почтительно расступались перед капитаном и его отрядом. В большинстве своем это были высокие, сильные, смуглые люди. На Акки они смотрели с любопытством, а на исса с нескрываемой враждебностью. Акки заметил, что среди них очень мало женщин и почти совсем нет детей. Он удивился и спросил об этом Бушерана.

— Женщины обычно сидят дома и занимаются своими делами, дети тоже работают, а маленькие — в детских садах. Но почему вы об этом спрашиваете? Вы случайно не любитель поволочиться за юбками? Предупреждаю, законы у нас суровые и против соблазнителей чужих жен, и особенно — против растлителей юных девушек.

— Да нет же, дело совсем не в этом. Но место женщины в обществе — верный критерий уровня развития цивилизации. Хорошо хотя бы, что вы не заставляете своих дам прятать лица под вуалью.

Бушераи положил руку на эфес своего меча.

— А что если я за такие слова снесу вашу дерзкую голову?

— Попробуйте, и вы умрете, даже не успев обнажить свой меч. Но я не вижу в моих словах никакой дерзости. Ваша цивилизация явно не принадлежит к слишком отсталым, хотя и очень высокой ее тоже не назовешь. Я не могу вам открыть цель нашей миссии, но могу сказать, что ни вы, ни ваш народ ничего не добьетесь угрозами.

— Посмотрим, что скажет герцог!

В центре города посреди большой площади возвышалось великолепное здание в стиле фламандских ратуш.

— Это дом Совета, — объяснил капитан. — Его высочество герцог сейчас совещается с городскими советниками, эшевенами. Потом он вас примет. Может быть, примет…

Акки пожал плечами. Весь этот намеренно средневековый спектакль раздражал его. Герцогство Берандия наверняка было создано каким-нибудь автократом, который пытался замаскировать свою диктатуру плохо усвоенными или наполовину позабытыми воспоминаниями об истории Земли.

Они вошли в огромный зал, охраняемый солдатами в панцирях. Бушеран исчез, но очень скоро вернулся в сопровождении мужчины в красном плаще.

— Я сожалею, но здесь вам придется оставить свое оружие. Это необходимо. Даже я, капитан лучников, могу приближаться к герцогу только безоружным.

— Хорошо. Хассил, возьми мой фульгуратор и жди меня здесь. В принципе я не должен идти без тебя на эту важную встречу, но мы будем все время держать телепатическую связь. Если со мной что-нибудь случится, ты знаешь, что тебе делать.

Зал Совета подавлял своей роскошью, стены его, без единого окна, были обшиты панелями из черного резного дерева. Сотни масляных ламп под потолком, укрепленных на люстрах с многочисленными рожками, освещали его ярким и одновременно мягким светом, который отражался в полу из черного полированного камня. В центре, вокруг большого стола, располагались советники. В конце стола, под пурпурным балдахином, на массивном кресле резного инкрустированного дерева, сидел белокурый мужчина. На нем была черная мантия, расшитая золотом, а на голове — легкая золотая корона.

Акки внимательно вгляделся в него, не обращая внимания на остальных. Герцогу было лет сорок. Он казался сильным и крепким, гордое лицо его имело правильные черты — небольшой, хорошо очерченный рот, прямой узкий нос. Взгляд был спокойный и уверенный — взгляд человека, привыкшего повелевать.

Быстрым шагом Бушераи обошел Клэра, остановился в нескольких метрах от стола, отдал честь и объявил громким голосом:

— Его превосходительство Акки Клар, посол Лиги человеческих миров!

Несколько секунд длилось молчание. Герцог в свою очередь изучал Акки. Наконец он заговорил:

— Я желаю его превосходительству Клэру счастливого, пребывания в нашей стране. Я не сомневаюсь, что он представляет могущественную федерацию государств, хотя я о ней и никогда не слышал. Может быть, ваша Лига находится по другую сторону Нерата, на южном материке? Но я не знал, что на этой планете есть другие люди, кроме нас и васков.

— Я представляю не федерацию государств, ваше высочество, а лигу планет. Их было примерно пятьдесят тысяч, когда я улетел оттуда две недели назад. Может быть, за это время к нам присоединилось еще несколько миров.

— Значит, вы прилетели с другой планеты, как наши предки? Так в чем же заключается ваша миссия?

— Наша цель проста. Один из наших космических кораблей; не так давно приземлился здесь в результате каких-то неполадок. Капитан встретил и расспросил одного из туземцев. В своем рапорте он сообщил, что на этой планете создалась опасная обстановка в результате антагонизма между людьми и аборигенами. Я прибыл, чтобы разобраться в этой ситуации.

— А вы не думаете, — это просто предположение, — что ваша Лига собирается вмешиваться в чужие дела, которые ее совершенно не касаются?

— Слегка изменив пословицу планеты Земля, откуда вы прилетели, могу ответить: «Ничто человеческое нам не чуждо». И мы подразумеваем «человеческое» в самом широком смысле этого слова.

— И я полагаю, если ситуация покажется вам опасной, вы намерены ее исправить? Поскольку вы прибыли из невообразимой дали, в вашем распоряжении наверняка огромная мощь. Но и наши средства обороны тоже достаточно сильны. У нас есть не только луки и стрелы. Однако я твердо надеюсь, что до таких крайностей не дойдет! Со своей стороны я готов вам дать или прикажу вам дать все необходимые сведения. Но довольно об этом. Если вы сможете прибыть к нам в замок с утра, мы сможем позавтракать и обо всем поговорить спокойно. Господа, совет окончен. Господин посол, итак, до завтра. Капитан Бушеран де Мон с удовольствием предоставит в ваше распоряжение все необходимое.

Герцог встал. Эшевены выстроились в два ряда, сгибаясь в почтительных поклонах. Дверь распахнулась на обе створки, и под звуки фанфар властитель Берандии покинул зал. Акки спокойно последовал за ним.

Хассил ожидал в приемной под охраной вооруженной стражи. Когда герцог его заметил, то вздрогнул от отвращения и резким голосом приказал:

— Лучники, схватить этого бринна! Да как он, кстати, сюда попал? Исс мгновенно выхватил свой фульгуратор. Клэр шагнул вперед.

— Спокойно, Хассил, — сказал он. Затем повернулся к герцогу.

— Ваше высочество, это не туземец Нерата, хотя он и очень похож на них. Это мой друг Хассил, такой же координатор, как и я. Впрочем, взгляните на его руки! Видите, у него семь пальцев, а у бриннов, если не ошибаюсь, только шесть., — Да, в самом деле. Этим, видимо, и объясняется, что он вошел сюда и даже вооружен. Странное оружие. Надеюсь, вы мне покажете, в мирных условиях, как оно действует? Меня интересует все, что относится к военному искусству. Ну что ж, пригласите завтра и вашего друга.

Капитан Вушеран поклонился Клэру.

— Ваше превосходительство, я к вашим услугам.

— Сначала мы хотели бы вернуться к нашему гравилету, а потом подумать о жилье.

— Вы будете жить в замке, ваше превосходительство.

— Хорошо. Но вы должны понять, капитан, моя миссия требует, чтобы я познакомился с народом, а не только со знатью.

— Для вас двери будут всегда открыты, ваше превосходительство.

Акки смотрел вслед улетающему гравилету, который уносил изгнанника Жака Верньера к его маленькой деревянной хижине, чтобы тот мог подготовиться вместе с семьей к межзвездному перелету на космическом корабле. Оба координатора единогласно решили, что будет полезно, если сам Верньер расскажет обо всем капитану и штабу крейсера. А с другой стороны, это избавит его от всех преследований.

Когда гравилет, которым управлял Хассил, исчез в синем небе, Акки повернулся к капитану.

— Поскольку вы будете моим проводником, не будем важничать и постараемся вести себя если не как друзья, то хотя бы как вежливые люди, которым не из-за чего враждовать. Вы солдат. Моя работа, увы, заставляла меня не раз сражаться. Мой друг Хассил вернется только к вечеру. Я бы хотел посмотреть город, порт, поговорить с горожанами, ремесленниками, моряками.

— Ваше превосходительство, буду с вами откровенен. На месте герцога я бы бросил вас в темницу. О, я знаю, вы бы сопротивлялись, но, как сказал вам герцог, у нас есть не только луки и стрелы. Но его светлость рассудил по-иному. Поэтому я принимаю ваши условия перемирия в боевых действиях, если можно так выразиться. И будем держать себя как благородные противники, которых сблизил временный мир. Но прежде, чем показать вам город, я хочу, чтобы вы увидели нечто другое. Отправимся к башне IV. Кстати, извините, вы неплохо держитесь в седле. Я хотел спросить, значит, на вашей планете есть лошади?

— Да, земного происхождения, как и ваши. Кроме того, я могу ездить и на других животных. Это входит в программу наших тренировок. Вы не одолжите мне ваш лук?

Акки прицелился в тонкое деревце метрах в шестидесяти от него. Стрела просвистела и воткнулась в землю перед деревцем.

— Я слегка не рассчитал, думал, ваш лук сильнее. Пожалуйста, дайте мне еще три стрелы!

Три стрелы вонзились наконечник к наконечнику в ствол молодого деревца. Бушеран одобрительно присвистнул:

— Ваше превосходительство, если вы потеряете свою работу, для вас всегда найдется место в рядах лучников его высочества герцога!

— Поймите меня, капитан. Мы имеем дело с планетами, находящимися на разных уровнях цивилизации. Иногда бывает для координатора полезнее уметь стрелять из лука, чем постигать самые последние теории о строении материи…

Башня IV была выше всех других: здесь располагались штаб и казармы лучников. Бушеран и Акки поднялись по узкой винтовой лестнице до самого верхнего этажа, который представлял собой один огромный круглый зал. На стенах висели карты. Три молоденьких офицера работали за низкими столами. Они вскочили и отдали честь.

— Дарон, Селье, Ватсон, оставьте нас на минуту! Широкое и низкое окно выходило на море. Длинное парусное судно приближалось, лавируя против ветра, к суше. Бушеран немного помолчал, потом указал на одну из карт.

— Вот герцогство Берандия. Оно примерно в пять раз больше в длину, чем в ширину, и занимает все восточное побережье огромного полуострова, которым оканчивается на юге северный континент. Мы зажаты между морем и Красными горами. Начиная от нашей западной границы и дальше на запад, вплоть до Безумного моря, расположены семь республик васков, а на северо-западе — бринны. Эта узкая полоска земли — все, что мы смогли отвоевать. Это немного, но это и немало, если учесть, что наших предков было всего две тысячи.

Наша столица, Вермонт, расположена на самой южной оконечности полуострова; два других больших города, Роан и Хавр, — почти на самой северной оконечности. Между этими двумя освоенными областями раскинулись леса. Такое неудобное расположение — результат обстоятельств, возникших с самого начала после нашего прибытия на планету. У нас нет почти никаких путей сообщения и мало лошадей, поэтому все торговые и прочие связи — только морем. И именно поэтому мы не можем мириться с пиратскими нападениями васков.

На этой, второй, карте вы видите поверхность Нерата такой, какой мы ее знаем по документам наших предков, которые до окончательного приземления сумели несколько раз облететь планету. Северный континент, вершина которого находится почти на полюсе, спускается к югу длинным полуостровом, где мы и находимся. На экваторе, — опоясывая практически всю планету, лежит южный континент с непроходимыми страшными лесами, которые мы так и не смогли пересечь. В южном полушарии, по-видимому, находится еще один большой материк, но на моей памяти там еще не побывал ни один человек. Я сначала подумал, что вы прилетели именно оттуда, и я до сих пор не очень уверен, что не ошибся.

Как я уже сказал, большая часть нашей торговли идет по морю, и васки этим пользуются. Они захватили архипелаг Пиратов вот здесь, почти напротив Вермонта, и нам никак не удается изгнать их оттуда. Но надо честно признаться, что моряки у них лучше наших.

В заключение, чтобы вы до конца поняли, как обстоят дела, я должен немного углубиться в историю. Наши предки улетели с Земли, сказочной далекой планеты, которую вы, наверное, знаете.

— Я там не был, но Земля входит в нашу Лигу и часть моих предков — земляне.

— Как бы там ни было, они покинули Землю на пяти звездных кораблях, которые пользовались двигателями теперь уже забытого нами принципа и устройства.

— Потерянные звездолеты!

— Да? Значит, так их назвали? Они и в самом деле потерялись. В каждом звездолете было Двести пятьдесят мужчин и двести пятьдесят женщин. Мы не знаем точно, что произошло, документы позднее были уничтожены. По-видимому, весь наш флот, проникнув в эту солнечную систему, чтобы ее обследовать, встретился с ливнем астероидов и был сильно поврежден. Корабли совершили «вынужденную посадку». Один из них врезался в Соленые болота и взорвался. А на нем были наши ученые и техническое оборудование! Четыре остальных приземлились где могли вдоль побережья, и наши предки поневоле образовали четыре изолированные группы. Изолированные потому, что все летательные аппараты погибли во время катастрофического приземления. Посадка была жесткой!

Так образовались города Вермонт, Роан, Хавр и Сент-Поль. Каждый город избрал свое правительство, и тогда начался самый идиотский период во всей человеческой истории: четыре группы по пятьсот человек в каждой, лишенные техники и затерянные на неведомой девственной планете, начали воевать между собой! Да, мы воевали за металлические предметы, за консервы, за животных, которых удалось спасти с адмиральского корабля! Это длилось недолго, но достаточно, чтобы население трех северных поселков уменьшилось на две трети, а наше — наполовину! Затем мы столкнулись с бриннами. Их малочисленные племена жили на территории нынешнего герцогства. Мы отчаянно нуждались в рабочей силе, это был вопрос жизни или смерти, и мы поработили бриннов. А потом началась великая чума поразившая главным образом детей, а затем возникла угроза голода, когда запасы провизии истощились, и нам пришлось обрабатывать землю. Мы импровизировали, что-то придумывали почти без помощи техники. Долгое время все металлические предметы мы изготовляли из демонтированных звездолетов: мы не умели добывать руду. И с каждым поколением запас знаний, унаследованных от предков, уменьшался. Мы опустились почти до уровня бриннов!

И тогда пришел Вильгельм I, наш первый герцог. Он был потомком капитана звездолета, который разбился у Вермонта. Действуя силой, а где можно, — — дипломатией, он объединил разрозненные группы. Он отразил нашествие больших племен бриннов с северо-запада, и, поскольку его первое имя было Веранд, основал герцогство Берандия. Среди остатков бортовой библиотеки он нашел книгу земного писателя — его звали Скор или Скот, который описывал организацию общества примерно в тех же условиях, в каких очутились мы на этой планете. Герцог дал дворянские титулы своим первым соратникам по оружию, и с тех пор мы образуем костяк всей нации.

— Вальтер Скотт! — тихо проговорил Акки. — В Большом Магеллановом облаке! Кто бы мог подумать!

— А кто эти васки? — спросил он. — Откуда они?

— Такие же земляне, как и мы. Прилетели сюда лет за Тридцать до нас. Если верить им, они потомки странного народа, от которого пошло большинство наших предков, но они сохранили свой первородный язык. Мы долго не подозревали об их присутствии, но они о нас знали. Однако их история совсем иная. Они безумцы! Они покинули Землю на четырех звездолетах, с экипажами только из людей их расы, в погоне за химерической мечтой: воссоздать на девственной планете свой древний образ жизни, которому на Земле угрожали упадок нравов и смешение языков. Они спокойно приземлились здесь, сознательно уничтожили свои корабли и теперь живут в горах и на плато, разводят коров и овец, которых привезли, и одомашненных местных слобу. Правда, часть из них поселилась на берегах Безумного моря и нападает оттуда на наши корабли. Мы недостаточно сильны, — пока еще недостаточно, — чтобы прогнать их подальше. Оружие у них — луки и пращи, которыми, кстати, они действуют очень ловко. Что касается нас, у нас осталось кое-какое оружие наших предков, но мы храним его на самый крайний случай, если уж придется совсем плохо. Может быть, после вашего появления нам придется им воспользоваться, но я бы этого не хотел. Однако какова бы ни была цель вашей миссии, помните одно: мы никогда не уступим этой земли, за которую наши предки заплатили своей кровью. Эта страна наша, Клэр, и горе тому, кто на нее посягнет!

Он на мгновение умолк.

— Я сказал все, что хотел сказать. А теперь, если хотите, спустимся в город!

Они позавтракали в портовой таверне. По совету Бушерана, Акки переоделся в обычную тунику берандийцев, скрыв под накидкой свое оружие. Капитан снял офицерские знаки различия и вполне мог сойти за простого солдата в увольнительной.

— Надеюсь, меня никто не узнает, — сказал он. — Не то чтобы я был мало известен, просто никто никогда не подумает, что я выйду в Город без моих лучников! В сущности, я даже рад, что пришлось вас сопровождать в таком виде. Это мне напоминает времена, когда я был школьником и мы иногда задавали трепку каким-нибудь злосчастным ночным сторожам.

Они сидели за маленьким столиком позади деревянной колонны. Хозяин таверны если и узнал Бушерана, сообразил, что лучше не подавать еду. Что касается координатора, то блондинов высокого роста здесь хватало почти треть берандийцев происходила от скандинавов или англосаксов.

Они ели с аппетитом; блюда были простые, но вкусные, сочные, особенно рыба. За столом Клэр старался заполучить как можно больше подробностей.

— Вы говорили, что были школьниками. Значит, у вас есть школы?

— Да, конечно. Мы ведь не дикари. Все молодые дворяне обязаны ходить в школу до семнадцати лет. О, разумеется, мы не слишком много знаем: большинство из тех, кто мог бы передать нам научные знания, погибли во время катастрофы. Но у нас остались книги, и я изучил историю, нашу историю и то, что мы знали об истории Земли, а потом — географию, арифметику, язык бриннов и даже язык васков.

— А где учатся дети не дворян?

— Есть специальная школа для детей советников, врачей и судей.

— А есть у вас инженеры, ученые?

— Да, из числа дворян и врачей, но их очень мало! До сих пор мы не могли позволить, чтобы человек целиком посвятил себя разгадке тайн природы. К тому же, надо прямо сказать, наша промышленность еще не способна производить необходимые инструменты. Вспомните, мы вообще чуть не исчезли с лица планеты! Мы знаем, например, что такое электричество, но не умеем им пользоваться. У нас остался маленький генератор, но его запускают только для иллюминации по большим праздникам — коронации герцога или его свадьбы. К тому же электрических лампочек остается все меньше и меньше от поколения к поколению. Разбить лампочку — тяжкое преступление, за это сажают в тюрьму!

— Наша Лига может предоставить вам оборудование и техников-инструкторов. Вы больше не одни в космосе. Но, по-видимому, вам придется пойти на большие социальные изменения. В Лиге нет знати, разве что у синзунов, но у них все до одного знатного рода!

— О, что касается меня, то мне все равно. Но герцог и остальные не согласятся ни за что. А если дело дойдет до войны, то помните: даже если мой народ не прав, я буду сражаться за мой народ!

— Вы принадлежите к привилегированной касте. А что скажут простые люди?

— Можете спросить у них сами. Мы их не угнетаем!

— Однако я встречал изгнанников, объявленных вне закона. Один из них — бывший капитан военного флота; его изгнали за то, что он не уступил свою жену похотливому придворному фавориту.

— О, значит, вы встретили Верньера? Да, он был капитаном военного флота. Не стану отрицать, подобные истории иногда случаются. А разве у вас, в вашей Лиге, не бывает такого? К тому же Верньер даже в изгнании сохраняет верность Берандии. Я даже не уверен, таит ли он злобу на герцога. Конечно, если бы он добрался до барона Дюссо! Но он не один об этом мечтает, и если бы его светлость не запретила нам трогать этого барона…

— Вы часто воюете с васками?

— Все время. Они грабят наши корабли, жгут наши деревни. И мы им никогда не простим, что они не помогли нам в беде. Они презирают наш образ жизни, и хотели бы, чтобы мы стали такими же простыми пастухами, как они. А главное — они союзники бриннов!

— Кстати, что вы скажите о бриннах?

— Это не люди, Клэр. Я знаю, ваш друг на них удивительно похож. Но он цивилизованное существо, как вы и я. Бринны — дикари. С васками война идет более или менее по правилам. Но бринны! Для них все годится: яд, предательство, ложь, засады, ловушки! Никогда еще ни один пленник не выходил живым из их рук. Говорят, и это может быть правдой, что они людоеды. И они нас ненавидят. Даже те, кого мы обратили в рабство, очень опасны. Месяца два назад трое из них набросились на женщину и перерезали ей горло, прежде чем люди вступились. Нет! Нам надо подчинить васков и уничтожить бриннов. Только после этого у нас будет время, чтобы подумать об истинной цивилизации.

"Старая история, — печально подумал Акки. — Старая история покорителей и покоренных. Различия порождают недоверие, недоверие порождает страх, а страх — ненависть. Покоренный боится и ненавидит покорителя, который технически лучше вооружен. Покоритель презирает, ненавидит и боится более многочисленных покоренных. И возможно, на той стороне и на другой большинство состоит из честных и храбрых людей! Значит, снова тот случай, когда придется применить Стальной закон!

Дверь с грохотом распахнулась, и трое молодых моряков привольно расселись за соседним столом. Клэр некоторое время прислушивался к их разговору.

Они рассказывали о мысе Бурь, об архипелаге Пиратов, о потерянных островах, о северном побережье экваториального континента, о непроходимых джунглях, об отчаянном бегстве под стрелами бриннов, о сказочных странах, где золото каталось в ручьях, как камушки в реках Берандии. Акки с ностальгией подумал о зале ожидания во дворце Рессана, где юные координаторы, вернувшиеся с первых своих заданий, рассказывали друг другу истории, такие же более или менее правдоподобные. Единственная разница была в масштабах. А сущность одна и та же: стремление к чудесному, неизведанному, которое толкало юношей всех времен и миров на поиски неведомых далеких стран и волшебных планет. Один из моряков, явно более сообразительный, язвительно оценивал все эти россказни, легко отделяя правдивое от похожего на правду, возможное от ложного.

«После должной подготовки из него бы вышел замечательный координатор», — подумал Клэр.

После полудня, бродя наугад по городу, он завязывал разговоры с ремесленниками, солдатами, богатыми горожанами. Себя он выдавал за капитана корабля Сент-Поля, самого отдаленного от Берандии города. Когда разговор начинал касаться опасных подробностей, которые могли бы его выдать, Бушеран, игравший роль помощника капитана, ловко вмешивался и давал необходимые разъяснения. Но все эти послеполуденные беседы с самыми разными людьми только подтверждали его первоначальное заключение: берандийцы ненавидели васков и презирали бриннов.

Чтобы избежать по возможности всякой подмены, он сам выбирал собеседников. Но так ничего и не узнал об истинных чувствах народа к его знатным правителям. Никто не собирался разговаривать на эту тему с незнакомцем. Но Акки не огорчался: для него это было далеко не главной проблемой.

Солнце клонилось к закату, заметно потемнело: в этом полушарии только наступила весна. Акки вышел из города, чтобы встретить Хассила. Гравилет появился на большой высоте, резко спикировал, приземлился. Они тотчас полетели к замку, по указаниям Бушерана исс опустил аппарат на внутренний, мощенный плитами двор. Капитан отвел координаторов в приготовленные для них апартаменты, отделанные с варварской роскошью, где уже был накрыт обильный стол. Перед уходом Бушеран сказал:

— Если захотите выйти из замка, часовые вас пропустят, они получили приказ. Но на вашем месте, сеньор Хассил, я бы остался здесь. В темноте вас могут легко спутать с бринном. Я, разумеется, повешу виновного, но это не вернет вам жизнь!

Координаторы пошли прогуляться по крепостной стене замка под мягким светом Лооны, рыжеватой Луны Нерата. Круговой путь, путь обхода стражи, вел их от укрепления к укреплению, сквозь башни, вымощенные тщательно пригнанными отполированными плитами, с дорожками, протоптанными ногами бесчисленных патрулей. Замок, как рассказал Влэру Бушеран, был построен первым герцогом, и, хотя у них был в то время атомный двигатель, снятый с одного из звездолетов, из-за него было пролито немало пота и слез. Зато с самого начала он трижды спасал 6е-рандийцев от нашествий бриннов. Так что и здесь, как и во многих других вещах, трудно было подвести окончательный итог между добром и злом.

Они сели на узенькую деревянную скамейку в тени крепостного зубца. Часовые время от времени перекликались, и голоса их ясно звучали в лунной ночи, словно повторяя призрачные шаги неусыпной стражи на стенах. Координаторы обменивались впечатлениями. В родном языке Клэра было слишком много французских и английских корней, и он мог быть понят берамдийцами, несмотря на богатую примесь русских, китайских и арборийских слов. А телепатическая беседа требовала для четкости значительных усилий. Поэтому они говорили на языке иссов.

— Я без труда связался со звездолетом, — сказал Хассил. — Согласно договоренности. Верньера с семьей переправят на Новатерру. Связной ксилл как раз прибыл, так что трудностей не будет. Как и было решено, Элькхан пролетит завтра очень низко над замком, чтобы как следует показать нашу мощь. Затем, согласно инструкциям, он отправится исследовать планетарные системы этой звезды и соседних звезд. Я передал твои послания матери и сестре на Эллу. А вот твой брат — один лишь Великий Совет знает, где он сейчас. После нашего отлета от него никаких вестей.

Клэр вздрогнул. Его брат Экрги возглавил экспедицию далеко в глубину галактики мисликов. Он должен был уже вернуться…

— А как война за Свет?

— Как всегда. Мы снова зажгли несколько тысяч звезд и потеряли несколько сотен. Да воздается тебе, Акки, и твоим предкам! Вез вас мы никогда бы не сумели дать отпор мисликам.

— И воздается тебе, Хассил, и твоим предкам! Без вас мы никогда ничего не узнали бы о мисликах, пока они не погасили бы наши солнца.

— Ваши солнца?

— Да, Хассил. Наши солнца. Ты же знаешь, у меня смешанное происхождение. Частично синзунское, частично земное.

— Да, знаю и всегда об этом забываю. Все так фантастично! Если не ошибаюсь, это единственный известный случай, когда на разных планетах оказались расы достаточно близкие, чтобы вступать в браки и иметь детей.

— Разумеется! Межзвездная антропология, глава III, лекции нашего старика Терассана. Правда, ты всегда от них отлынивал, потому что, как все иссы, был убежден, что никто вам не может рассказать ничего нового о Лиге человеческих миров.

— И понятно! Ведь это мы ее основали!

— Да, да, конечно! Но ты помнишь статью 13-бис нашего кодекса?

— Разумеется! «Ни один координатор никогда не должен ссылаться на превосходство своего происхождения, — он запнулся, потом продолжал вполголоса, — в любом споре со своим коллегой или любым членом Лиги». Ну ладно, ты еще раз выиграл!

— Да, выиграл, но не «еще», а только на этот раз. Я иногда сам попадаю под власть предрассудков и начинаю безмерно гордиться своим происхождением. А на это мы не имеем права, когда от нас зависит судьба целого мира. Оставим это. Что ты думаешь о положении на планете?

— Тебе придется набраться терпения, мой друг, наполовину землянин. И стиснуть зубы. Слушай! Я редко встречал людей более одичавших, более опустившихся, более тщеславных и более глупых со всеми их предрассудками, чем эти потомки землян, которых я видел в городе.

— На Элле всегда была только одна раса, не правда ли, Хассил?

— Нет, у нас было три расы. Впрочем, все три зеленой крови и очень похожи друг на друга.

— На Земле всегда было и до сих пор есть три расы, и очень непохожие. На Арборе — еще хуже: там оказалось два вида разумных существ. Теперь остался только один, тельмов переселили на планету Кария.

— Я вижу, куда ты Клонишь. Ты хочешь сказать, что иссы никогда не сталкивались с расовыми проблемами, поэтому им в таких делах не разобраться. Однако у нас тоже были расовые проблемы, и даже хуже, с самого начала образования Лиги! Ты думаешь, люди-насекомые на нас похожи?

— Нет, но они не живут на одной планете с вами, а это главное. Я не считаю берандийцев такими уж плохими. Но они покинули Землю в еще довольно примитивную эпоху, и ужасная катастрофа выкинула их на эту планету как потерпевших кораблекрушение. Действительно, они почти одичали. И до сих пор ведут тревожную жизнь, не зная, что ждет их завтра. С одной стороны, им угрожают другие люди, с другой — туземцы. Борьба за существование еще никого не делала добреньким, Хассил, и я думаю, ты никогда не найдешь ни одного исса, который помиловал бы мислика!

— Мислики — это совсем другое дело! Эти существа не из плоти.

— Но они живут, и они тоже страдают. Мой первый предок на Элле говорил с ними! Но вернемся к берандийцам. Нам еще трудно о них судить. Кто больше прав, а кто виноват? Васки, которые им не помогли? Бринны?

— Это не меняет сути дела, Акки. Ты знаешь Стальной закон. На одной планете — одно человечество, за исключением Рессана и за исключением тебя самого с твоими привилегиями!

— Хватит, Хассил! Если вы, иссы, будете все время тыкать мне в нос мои привилегии, ноги моей больше не будет на Элле, даже на самый короткий срок! — проговорил Акки полушутя, полусерьезно. — Это действительно не меняет проблемы, но позволяет подойти к ее разрешению с другой стороны. Тзинам, которые, ни о чем не подозревая, высадились и обосновались на одном из материков планеты Биаа, дали год отсрочки для эвакуации, когда выяснилось, что на другом материке в глубоких джунглях живут биаанцы, коренные обитатели планеты. И ты знаешь другие подобные случаи.

— Что же ты предлагаешь?

— Чтобы мы побыли здесь некоторое время, затем посетили васков, затем — бриннов.

— Ну, это разумеется. Поверь мне, я не приму никакого решения, пока не соберу всех данных. Но как бы ты ни старался от этого уйти, ты заранее знаешь наиболее вероятное решение и что оно будет означать для твоих отдаленных собратьев!

— Первое решение было принято согласно Стальному закону еще до нашего отлета. Однако есть ньюансы… Наш приговор, если он будет принят единогласно, — а нам за двенадцать миссий еще не приходилось вступать в противоречия — наш приговор будет решать судьбу миллионов людей…

Акки очарованно смотрел на город. Луна удлиняла черные тени башен, а сланцевые кровли домов прозрачно серебрились при ее бледном свете. Он представил этот город покинутым, вновь захваченным лесами, представил разрушенные стены и башни… Какая же это будет загадка для будущих археологов бриннов, если бринны к тому времени еще не будут допущены в великую семью Лиги! На этой планете осуществится вековая мечта землян, которые надеялись отыскать в древних развалинах более или менее отчетливые следы посещения посланцев иных мироед Неожиданно луна как бы померкла. Координаторы подняли глаза и… растерялись. Элькхан, командир звездолета, устроил специально для них частичное затмение луны. Это был старый арбориец, известный своими шуточками, порой довольно сомнительного вкуса, но зато великолепный астронавт. Интересно, какой еще фарс задумал он назавтра, по случаю своего полдневного появления над городом?

Об этом друзья могли только гадать.


Глава 1 ЗАТЕРЯННАЯ ПЛАНЕТА | Этот мир наш | Глава 3 ЗАМОК