home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 13


Откуда-то из-за спины Фарона донесся пронзительный вопль боевого рога. На миг напряжение между Квентл и Данифай ослабло. Обе обернулись на звук.

Сначала Фарон решил, что ему померещилось, но слова Квентл рассеяли это заблуждение.

— Меларн, — тихо произнесла Квентл.

Змеи в плетке шипели и возбужденно извивались.

Фарон бросил взгляд через плечо и увидел, что Данифай открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но промолчала. Судя по ее виду, она была потрясена, но быстро пришла в себя.

— Похоже, Ллос посылает нам другую жертву для священного жертвоприношения, — заметила она.

Фарон отвернулся от нее и увидел, как Халисстра Меларн в сопровождении двух женщин — дроу и наземной эльфийки — бежит к ним по каменистой земле. Все три были в кольчугах и при мечах. Внимание Фарона привлекла эмблема на щите Халисстры — вертикальный серебряный меч в окружении серебряных нитей.

Он знал, что это символ Эйлистри. Этого ему было достаточно. Каким-то образом Халисстра выследила их в Паутине Демонов. И еще привела с собой двух союзниц, надо думать, жриц той же проклятой богини.

— Она носит эмблему Эйлистри, госпожа, — сказал Фарон, одновременно обратившись к силе кольца и взмыл в воздух.

— Я не слепая, мужчина! — огрызнулась Квентл.

— Она думает, что я ее союзница, — сказала Данифай Квентл, отступив на несколько шагов, — Я не стану разуверять ее. — Потом Данифай прокричала: — Госпожа Меларн! Ко мне! Остановим Квентл Бэнр вместе. Именем Госпожи, ко мне!

Квентл нахмурилась. Головы ее змей поворачивались то к Данифай, то к Халисстре.

В ответ на слова Данифай Халисстра улыбнулась и взмахнула над головой сверкающим клинком. Другая жрица-дроу снова затрубила в рог.

Джеггред взревел в ответ.

Фарон был растерян не меньше змей. Он не был уверен, дурачит ли Данифай Халисстру, или Квентл, или их обеих. Будучи прагматиком, он решил, что лучше перестраховаться и считать врагами их всех.

Приняв такое решение, он быстро продумал линию поведения. Халисстра и Данифай, возможно, и представляли опасность, но, пожалуй, наиболее серьезным противником из всех был Джеггред.

Халисстра и две другие жрицы направлялись к Квентл. Джеггред тоже бросился к Квентл, но Фарон не был уверен, собирается ли он напасть на свою тетку или на жриц.

Отдав мысленное приказание, Фарон обрушил кулак силы на Джеггреда. Заметив угрозу, полудемон попытался увернуться, но кулак со всей силы ударил его в голову и грудь. Огромный дреглот полетел вверх тормашками и остался лежать на земле неподвижно, по-видимому оглушенный.

Фарон ухмыльнулся. Порой его мастерство в области заклинаний удивляло даже его самого.

Данифай зло взглянула на Фарона и отодвинулась еще дальше от Квентл.

— Сюда, Халисстра! — Данифай взмахнула моргенштерном.

На бегу все три жрицы Эйлистри громко взывали к своей богине. Их молитвы походили на песни.

Халисстра завершила молитву, и черный луч с кончиков ее пальцев устремился к Квентл. Жрица Бэнр уклонилась, и луч ударил в скалу.

Другая дроу тоже закончила заклинание, и ее окружила радужная аура. Эльфийка нацелила свое заклинание в Фарона. Она указала на него пальцем, и вокруг него возникла сфера ослепительного света.

Маг задохнулся и прикрыл лицо рукой. Внезапная вспышка пронзила его глаза иглами боли. Зажмурившись, он процедил сквозь стиснутые зубы слова контрзаклинания, и благословенная тусклость дневного света Дна Дьявольской Паутины вернулась.

Фарон открыл глаза, но мгновение видел лишь цветные пятна. Из глаз его текли слезы, и он моргал, чтобы смахнуть их. Когда он смог наконец видеть, то отыскал свой магический кулак — тот висел над оглушенным Джеггредом — и бросил его против эльфийки.

Три жрицы на бегу разделились. Кулак понесся наперехват наземной эльфийке.

Она остановилась и вскинула свой крохотный щит, заслоняясь от удара.

Но Фарон не стал бить ее.

По его мысленной команде кулак остановился перед ней, пальцы разжались и попытались схватить ее. Она была проворна, и ее меч полоснул магическую руку, но та была безжалостна.

Огромные пальцы обхватили женщину. Осталась видна лишь ее голова. Прежде чем она успела позвать на помощь, Фарон приказал руке сжаться.

Рот эльфийки раскрылся, но ей не хватило воздуха, чтобы закричать. Поэтому она страдала беззвучно.

Фарон развернулся и увидел, как Халисстра повернула к Квентл.

— Помоги нам, Данифай! — прокричала Халисстра.

— Конечно, госпожа, — отозвалась Данифай, но не шелохнулась.

Другая жрица-дроу, держа длинный меч двумя руками, подбегала к Квентл с противоположной стороны от Халисстры, но остановилась, оглянулась и увидела свою подругу в магическом кулаке Фарона.

— Фелиани! — вскричала она.

Жрица-дроу взглядом отыскала парящего в воздухе Фарона и запела заклинание.

Фарон полетел ей навстречу, вытаскивая жезл с молниями и тоже произнося заклинание.

Она успела первой.

В воздухе справа от Фарона возник меч магической силы, летящий вслед за ним. Едва появившись, меч атаковал Фарона, метя ему в голову.

Маг отпрянул, но меч был упорен и продолжал преследовать его, рубя воздух. Фарон вертелся, кувыркался, нырял, но проклятая штука не отставала. Дважды меч сумел пробить магическую защиту мага и вспороть кожу у него на плече и на руке. Фарон потерял нить собственного заклинания и выругался вслух.

Он описал несколько кругов, немного увеличив расстояние между собой и мечом, и торопливо пробормотал слова контрзаклинания, противопоставляя свою магию магии жрицы.

Его магия победила. Меч силы мигнул и исчез. Фарон ощупупал плечо и понял, что рана скорее кровавая, чем глубокая.

Маг глянул вниз и увидел, что дроу наступает на Квентл с одной стороны, а Халисстра — с другой.

Жрица Бэнр не сдавалась, змеи ее шипели, плеть щелкала.

Фарон достал из пивафви кусочек кварца, сложил пальцы в виде купола и быстро произнес заклинание, призванное уравнять шансы.

Когда он закончил, из пустоты вокруг Халисстры возникла ледяная полусфера толщиной в руку и заточила жрицу внутри.

Фарон видел, как вероотступница Меларн отчаянно мечется внутри, колотя по стенам мечом. Он знал, что сфера задержит ее ненадолго, но это позволит Квентл выиграть время.

Увидев возможность, Квентл воспользовалась ею. Она налетела на жрицу-дроу и наотмашь хлестнула плетью.

Жрица Эйлистри, все еще окруженная радужным сиянием, не отступила и не дрогнула. Вместо этого она, словно танцуя, увернулась от змей, одновременно нанеся удар слева, который разрубил кольчугу Квентл на груди. Квентл, по-прежнему огромная благодаря магии, ответила ударом щита, но жрица Эйлистри уклонилась от него и ткнула Квентл мечом в живот.

Жрица Бэнр отпрыгнула назад, чтобы избежать удара, но последовательница Эйлистри продолжала теснить ее, кружась, наскакивая, размахивая мечом с такой скоростью, что его очертания расплывались в воздухе.

— Данифай Йонтирр! — вскричала жрица Эйлистри. — Ответь на зов Госпожи и помоги мне.

Но Данифай молчала. Фарон видел это. Она стояла в стороне, с явным удовольствием наблюдая за схваткой, возможно дожидаясь, кто же станет победителем, ослабленным настолько, чтобы она смогла его прикончить.

Тяжело дыша, окровавленная, Квентл яростно размахивала плетью. Скользящий удар заставил жрицу Эйли стри потерять равновесие, и Квентл сумела ударить ее щитом в грудь.

Мощь Квентл была такова, что жрица-дроу пошатнулась, но сумела грациозно восстановить равновесие.

Она снова утвердилась на ногах и бросилась на жрицу Бэнр, рубя и коля мечом.

Взмахнув плетью, Квентл хлестнула ею жрицу Эйлистри. Та метнулась вправо, влево, нырнула, полоснула Квентл по руке клинком и…

Одна из змей вонзила зубы в руку дроу. Та зарычала от боли, и настоятельница Арак-Тинилита использовала представившуюся возможность и снова нанесла сильный удар щитом. Жрицу Эйлистри отбросило на пять шагов назад. Рана на ее руке уже начала чернеть.

— Ей конец, — бросила Квентл.

Верховная жрица устремилась вперед, змеи ее шипели и извивались.

Дроу увернулась, отпрыгнув назад. Она потянулась к своему священному символу и запела заклинание.

С ее протянутой ладони сорвался луч серебристого света, пронзил защитную магию Квентл и ударил ее в грудь. Жрица Бэнр со стоном отшатнулась.

— Вряд ли, — ответила дроу и бросилась на Квентл.

Прежде чем жрица добралась до нее, Квентл вскинула плеть вверх и потребовала:

— Скорость.

Змеи в плетке закружились и эхом повторили: — Скорость.

Адамантиновая рукоять плети вспыхнула фиолетовым огнем, и движения верховной жрицы ускорились. Ее плетка казалась размытым пятном.

Жрица Эйлистри метнулась к ней, пытаясь ударить мечом снизу. Квентл ловко ускользнула вбок, отбила клинок жрицы в землю рукоятью плетки, крутнулась и полоснула противницу по спине всеми пятью змеями, Рыча и шатаясь, жрица Эйлистри сумела-таки устоять на ногах. Она увернулась от очередного удара, который снес бы ей голову с плеч.

Жрица-дроу снова начала творить заклинание, но Квентл была слишком быстра. Плеть щелкнула еще раз, отыскала плоть под кольчугой жрицы, и вскрик боли испортил заклинание.

Фарон видел, что поединок окончен. Жрица Эйлистри была не соперница Квентл Бэнр.

Должно быть, Халисстра тоже увидела это. Сквозь ледяной барьер донесся ее приглушенный вопль:

— Улуйара, Данифай, помогите ей!

Но Данифай не шелохнулась, не выражая лояльности никому. Жрица Темной Девы в отчаянии ринулась на Квентл и осыпала ее градом ударов. Квентл отбила их и ответила мощным ударом щита, от которого ее противница зашаталась.

Двигаясь с дарованной магией плети быстротой, Квентл выхватила из внутреннею кармана пивафви серебристый металлический стержень длиной с пол ее руки. Она указала им на лежащую ничком жрицу Эйлистри, и из него исторглась масса какого-то клейкого полужидкого вещества. Оно обволокло поверженную дроу и быстро затвердело. Жрица Эйлистри попыталась сопротивляться, но не могла пошевелиться.

Квентл усмехнулась и подошла к распростертой ничком неподвижной жрице.

Фарон, довольный тем, что удалось обойтись без особых потерь, улучил момент и оглядел поле боя. Джеггред по-прежнему лежал оглушенный, хотя одна его рука подергивалась. Эльфийка была неподвижна, зажатая в магический кулак Фарона. Халисстра временно была заперта в ледяной полусфере, хотя Фарон слышал, как она звенит оружием, пытаясь пробиться наружу, — и вскоре преуспеет в этом.

Квентл заткнула плеть за пояс и достала из складов одеяния маленький адамантиновый нож с рукоятью в виде стилизованного паука.

Нож для жертвоприношений, понял Фарон.

Она встала позади лежащей жрицы, чтобы Халисстре Меларн было хорошо видно.

— Я не боюсь, — произнесла неподвижная жрица Эйлистри, хотя Фарон не понял, предназначались ли ее слова Халисстре или Квентл.

— Конечно, боишься, — заявила Квентл и высоко занесла нож.

Клинок Халисстры пробился сквозь ледяную стену.

— Нет! — закричала она.

Фарон быстро сотворил заклинание и послал с кончиков пальцев пять стрел магической энергии в маленькое отверстие, проделанное Халисстрой во льду. Они ударили в жрицу Меларн, и та вскрикнула от боли.

Тем временем Квентл вознесла краткую молитву Ллос и перерезала жрице Эйлистри горло. Кровь дроу хлынула на камни Паутины Демонов, в горле у нее забулькало, и она умерла.

— Нет! — кричала Халисстра.

Квентл встала, улыбнулась Халисстре, потом Данифай и обратилась к Фарону:

— Пойдем, Мастер Миззрим. Ущелье Похитителя Душ ждет. Моя жертва Паучьей Королеве принесена.

Фарон услышал, как Данифай рассеянно сказала:

— И моя скоро тоже будет.

Маг бросил последний взгляд на эльфийку, все еще беспомощно зажатую в магическом кулаке. Скоро его заклинание утратит силу. Может, она будет мертва к тому времени, может, нет. До этого Фарону не было дела. Жрицы Эйлистри не были им достойными противницами.

Он опустился на землю рядом с Квентл. На принесенную в жертву дроу он даже не взглянул. Вдвоем они направились к ущелью.

Позади них Халисстра прорубила наконец в ледяной сфере достаточно большую дыру, и весь ледяной барьер рассыпался.

И Джеггред тоже издал тихий стон. Очевидно, он приходил в себя, по крайней мере настолько, насколько он вообще когда-нибудь бывал в себе.

— Посмотри мне в лицо, сука Бэнр! — прокричала Халисстра сзади.

Позади послышались слова заклинания — Халисстра… Фарон прислушался и кивнул — заклинание пламени.

Почти рассеянно он произнес слова контрзаклинания и испортил ее магию.

Он мог себе представить ужас Халисстры.

— Стой, Бэнр! — в безнадежной ярости взревела Халисстра. — Сразись с нами лицом к лицу, и посмотрим, какая из богинь сильнее.

Квентл не обращала на нее внимания. Они с Фароном подошли к самой границе Ущелья Похитителя Душ. Вблизи отверстие в скале бьыо таким же непроницаемо-черным, каким казалось издалека. Души влетали в него и исчезали одна за другой.

Халисстра бежала за ними, ее башмаки стучали по камням.

Сзади казалось, что Квентл едва ли не в трансе.

— Похититель существует с согласия Ллос, — сказала она Фарону. — Он обречен находиться внутри и действует по ее воле.

Фарон разглядывал туннель, в который продолжали устремляться души.

— А какова ее воля? — спросил он.

— Как и всегда, мужчина, — не глядя на него, ответила Квентл. — Испытать тех, кого она хочет испытать. Некоторые души проходят ущелье без испытания. Некоторые — нет. — Она повернулась и взглянула ему в лицо, хотя глаза ее сохранили странное выражение. — Меня будут испытывать, — продолжала она, потом кивнула на Данифай. — И ее тоже, если она осмелится войти. Что касается тебя и моего племянника, испытания Ущелья не для вас. Хотя я полагаю, что Похититель все равно своего не упустит.

— Госпожа, почему мы попросту не убили ее? — спросил Фарон, имея в виду Данифай. — И вашего племянника?

Глаза Квентл были далекими, мысленно она уже преодолевала Ущелье.

— Это уже неважно, — сказала она.

Прежде чем Фарон смог спросить еще что-нибудь, Квентл шагнула в черную дыру. Тьма поглотила ее бесследно. Река душ по-прежнему текла вокруг Фарона и устремлялась в Ущелье. Души тоже исчезали.

Халисстра приближалась, она была в десяти шагах, в восьми.

— Сразись со мною, трус! — кричала она.

Фарон еще мгновение постоял в нерешительности, глядя во мрак. Наконец он набрал в грудь воздуху и шагнул в Ущелье Похитителя Душ. Входя в него, он почувствовал слабое сопротивление, легкое, словно сопротивление паутины.

Халисстра видела, как сначала Квентл, потом Фарон шагнули в туннель и исчезли. Она заскрипела зубами от злости, стиснув Лунный Клинок так, что побелели костяшки пальцев.

Жрица остановилась и уставилась на отверстие в горе. Во мраке ничего не было видно.

Она тяжело дышала, с каждым выдохом давая выход гневу и досаде.

Вокруг нее мелькали души, души мертвых Ллос.

Квентл и Фарон удрали. Улуйара мертва, стала священной жертвой. Фелиани…

Фелиани!

Она стремительно развернулась и с облегчением увидела, что магическая рука исчезла. Фелиани, пошатываясь, шла к ней, потирая бока.

Данифай подошла к Улуйаре и с опечаленным видом склонилась над ней. Она встретилась глазами с Халистрой.

— Я не могла спасти ее, госпожа, — сказала Данифай.

Халисстра сумела лишь кивнуть.

— Я пыталась помочь тебе, госпожа, — продолжала Данифай, подходя к Халисстре сбоку. — Но маг дважды уничтожал мои заклинания. В другой раз я смогу быть более полезной тебе.

Халисстра слишком устала, чтобы разговаривать.

Внимание ее привлекло какое-то шевеление справа. Дреглот поднимался на ноги. Его красные глаза горели злобой, и Фелиани смотрела на него с опаской.

Дреглот взглянул на Данифай, потом на хрупкую эльфийку и зарычал.

Халисстра посмотрела громадному существу в лицо и сказала:

— Твоя госпожа бросила тебя, предпочтя мага. Тебя она оставила мне. И я вырву твое сердце за то, что ты убил Рилда Аргита.

Дреглот усмехнулся, обнажив кинжалы клыков, и глянул на Халисстру:

— Моя госпожа не бросала меня, еретичка.

Прежде чем Халисстра смогла ответить, Данифай с маху ударила ее по спине моргенштерном. Хрустнули ребра, кожа лопнула. Воздух со свистом вылетел из легких. По спине заструилась кровь. Халисстра пошатнулась и упала.

И тогда она все поняла.

Данифай обманывала ее, прикидываясь, будто слышит зов Эйлистри. Она просто хотела, чтобы Халисстра убила для нее Квентл. И это Данифай сделала так, чтобы дреглот убил Рилда.

Халисстра была слепа, видя лишь то, что хотела видеть.

Теперь она расплачивается за это.

— Халисстра! — вскрикнула Фелиани, бросая к ней.

Стоя над Халисстрой, Данифай приказала:

— Джеггред, убей эту эльфийскую шавку.

Дреглот взревел и кинулся наперерез Фелиани, прежде чем она успела добежать до Халисстры.

Оглушенная болью, раздавленная тяжестью чувства вины за собственную глупость, Халисстра тем не менее сумела встать на четвереньки. В голове ее крутились одни и те же слова, — слова, обращенные к Эйлистри: «Ты могла бы предупредить меня. Ты могла бы предупредить меня».

Халисстра смотрела, как дреглот налетел на Фелиани, угрожая страшными клыками. Фелиани отвечала взмахами меча, но Халисстра видела страх в глазах маленькой эльфийки.

— He надо, — попыталась сказать она Данифай, но вместо слов с губ сорвалось сипение. В ее легких не было воздуха.

Данифай снова ударила ее моргенштерном по спине. Доспехи в значительной мере ослабили удар, но все же острая боль пронзила Халисстру, и она опять распласталась на земле.

Бывшая пленница схватила Халисстру за волосы и рывком запрокинула ее голову. Халисстра попыталась вытащить из-под себя Лунный Клинок, но Данифай вырвала меч из ее руки и отшвырнула прочь.

— Вы что-то хотели сказать, госпожа Меларн? — прошипела Данифай ей на ухо. — Нет? Тогда смотри, — приказала она.

Халисстра закрыла глаза и помотала головой.

— Смотри! — потребовала Данифай и встряхнула ее за волосы.

Халисстра открыла глаза в тот миг, когда дреглот полоснул Фелиани когтем по лицу. Эльфийка пошатнулась, но увернулась от следующего удара. Ее клинок оцарапал дреглоту брюхо, но причиненный им вред был невелик.

Ревя так громко, что у Халисстры заложило уши, дреглот бросился на Фелиани. Эльфийка храбро отвечала ему, но она была слишком маленькой, слишком медлительной, слишком слабой. Дреглот нанес ей глубокую рану на груди, едва не выдернул руку из сустава и в конце концов сбил с ног.

Оглушенная Фелиани лежала неподвижно, тяжело дыша.

Халисстре вдруг вспомнились слова, сказанные эльфийкой на вершине холма: «Я боюсь».

Дреглот навис над Фелиани. Без долгих слов он пригвоздил ее руки к земле и приступил к еде. Вопли боли были не слышны за фырканьем голодного полудемона.

Халисстра опустила голову. Из глаз у нее текли слезы, слезы ярости, слезы горя. Она никак не могла восстановить дыхание.

Данифай увидела это и издевательски усмехнулась:

— Слезы, Халисстра? Из-за жалкой маленькой эльфийки?

Она ударила Халисстру кулаком в висок, и перед глазами у той вспыхнули искры. Сознание чуть не покинуло ее, но все же в забытье она не впала.

Данифай пинком перевернула Халисстру на спину. Она лежала на земле Паутины Демонов, царства Ллос, истекая кровью, задыхаясь, и ее бывшая рабыня стояла над нею.

Даиифай плюнула на нагрудный доспех Халисстры, осквернив священный символ Эйлистри. Халисстре было все равно. Эйлистри сама осквернила его, не предупредив Халисстру. Ее жрицы не могли на равных сражаться со слугами Ллос.

Эйлистри слаба. А Халисстра была дурой, что пошла за слабой богиней. Она посмотрела в расплывающееся лицо Данифай, склонившееся над нею.

— Почему? — выдохнула Халисстра.

Данифай презрительно скривила рот:

— Почему?! — Она сунула руку под плащ и достала кусочек янтаря с застывшим в нем пауком — ее священный символ Ллос. Она поднесла его к лицу Халисстры. — Вот почему, Меларн. Ты всегда была слабой. Поэтому естественно, что в конце концов ты стала служить слабой богине. Но я — нет.

Халисстра с ненавистью взглянула на Данифай и сумела выдавить:

— Ты по-прежнему бездомная рабыня.

Данифай усмехнулась, отступила на шаг и занесла оружие для смертельного удара. Когда он обрушился на нее, Халисстра собрала все свои силы и откатилась в сторону.

Шипастый шар врезался в камни.

Халисстра сумела подняться на колени и потянулась за Лунным Клинком. Перед глазами все плыло, боль пронзала тело.

Моргенштерн ударил ее по ребрам, и она распростерлась на камнях. Боль была почти невыносимой.

Данифай снова нависла над нею, занеся оружие.

Сзади донеслись тошнотворные звуки — дреглот пожирал Фелиани, лакал ее кровь, жевал ее мясо.

— Что ты так долго возишься с едой, Джеггред? — спросила Данифай, улыбаясь. — Нас ждут Ущелье Похитителя Душ и драгоценная кровь Квентл Бэнр.

В этот миг Халисстра мечтала о смерти, мечтала сильнее, чем когда-либо о чем-либо. Она закрыла глаза и ждала.

Эйлистри не оправдала ее надежд.

Халисстра убила их всех.

— Прощай, Халисстра, — сказала Данифай и обрушила моргенштерн ей на голову.

Халисстра ощутила вспышку боли, и наступило небытие.

Данифай разглядывала окровавленное тело своей бывшей госпожи. Она принесла свою жертву и, значит, может идти в ущелье.

— Хвала Ллос, — сказала она и пнула Халисстру напоследок.

Неподалеку Джеггред пожирал тело эльфийской жрицы. Пальцы эльфийки то сжимались, то разжимались. Она тихо стонала. Данифай улыбнулась, представив боль, которую та, должно быть, испытывает.

— Пойдем, Джеггред, — позвала она. — Пора отправляться вслед за твоей тетушкой.

Дреглот поднял голову, отрываясь от пира. Морда его была в крови. Между зубами застряли полоски мяса.

— Да, госпожа, — ответил он.

Полудемон поднялся и вприпрыжку подбежал к ней, с явной неохотой оторвавшись от своей еще живой добычи.

— Когда ты наконец убьешь ее? — спросил Джеггред. — Ее и мага?

— В свое время, — сказала Данифай.

Они вместе вошли в Ущелье Похитителя Душ.


ГЛАВА 12 | Возвращение | ГЛАВА 14