home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Переглянувшись с Бриаром, и поняв друг друга без слов, мы, не сговариваясь, бросились вперед. Судя по тому, с каким энтузиазмом драпал сын погибшего герцога, в их семье этому искусству придавали особое значение. Мне же бежать по сбитой брусчатке босыми ногами было довольно больно, поскольку туфли за ненадобностью я сбросила еще в номере. В итоге минут через десять я начала прихрамывать, но упорно переносила все неудобства, представляя, какие барыши смогу стянуть с беглого мальчишки при удобном случае. А в том, что он мне скоро представится, я ни сколько не сомневалась. А то, что греет сердце и душу, помогает питать в характере стойкость и терпение.

— Бриар, стой, не поворачивай за угол, там большая открытая площадь.

Юноша из чувства противоречия сделал еще пять быстрых шагов и замер около угла спящего дома. Я подошла поближе, чтобы не кричать на всю улицу.

— В конце площади, на противоположной стороне стоит один единственный белый дом, нам нужно пройти туда как можно незаметнее. Так что изобрази хотя бы на минуту законопослушного человека и пройди это расстояние спокойно. Я потом с трудом объясню соседям, почему возле дома главы Стражи бегал оборванец-недогерцог…

— Видимо объяснить, почему в дом главы прошла трактирная девка в вызывающей одежде, тебе будет легче? — так же шепотом парировал Бриар, не желая оставаться в долгу.

Я ответила широкой улыбкой: говори милый, все, что тебе угодно. Но через пять минут я сниму порванную блузку и «поехавшие» чулки и вновь стану примерной горожанкой, а ты так останешься оборванцем, даже если тебя отмыть и выдать новую одежду. Дома, как и имени, ты уже лишился.

До моего особняка мы добрались быстро. Приблизившись к воздушному великолепию из молочного мрамора словно светящегося изнутри, юноша насмешливо сморщив нос обернулся ко мне. Не обращая внимания на его многозначительную мимику, я, не останавливаясь, направилась прямиком к своим владениям. Какая мне разница кто и что обо мне думает? Если он считает, что этот дом достался мне каким-то не тем способом, то почему это должно как-то меня трогать, если он сам мне — никто?

Попасть во двор дома можно было только через один единственный вход: преодолев двустворчатые металлические ворота. Этот чудесный особняк асимметричной формы с большими аркообразными окнами и бронзовыми колоннами, разместившимися на устойчивых позолоченных пьедесталах, достался мне от неудачливого предшественника. Оказавшись внутри, я чуть слышно выдохнула, испытывая облегчение, что опасность миновала и хлопком ладоней зажгла свет. За спиной раздался обреченный возглас юноши, который все-таки не сдержал своих эмоций:

— Ну и кому ты так хорошо служила, что тебе подарили этот особняк? Явно же не местному бургомистру, он сам бы в таких хоромах жил.

Я бросила мимолетный взгляд на высокие своды потолков, на стены с множеством изящных линий и декоративных элементов, где было много стекла и металла, и уже собралась было соврать, как вынырнувший из темноты Веснушка мрачно ответил:

— Выкупила на торгах за долги за один гривенник. Алексия, это кто такой языкастый?

Опережая возмущенные крики Бриара, я коротко рассказала приятелю о произошедших в постоялом дворе неприятностях. При этом пришлось опустить некоторые детали, которые никого кроме меня не касаются. Пока я вводила Дилана в курс дела, мы успели дойти до гостиной. Присев на мягкую тахту следом за мной, приятель задумчиво почесал кончик носа:

— Его надо проводить под охраной к главе города, а тот уже пусть связывается с Его Величеством и помогает переправить, куда они решат. Нам ещё боев под стенами города за его голову не хватало.

— Очень мудрые слова, — обрадовано влез Бриар.

Судя по его расслабленному виду, в мыслях все его беды уже были решены. Не согласиться с мнением Дилана я не могла, мальчишку и правда как можно скорее надо передать другим. И пусть это у них болит голова, что делать с благородным отпрыском, чей род стал невольным заложником короны. Ведь боюсь мальчишка не так уж и выгоден Его Величеству Павира в качестве верного, а главное живого вассала. С тяжелыми мыслями об этом, я уже хотела было встать и переодеться для встречи с бургомистром, как несколько великолепных витражных стекол эффектно разлетелись на мелкие кусочки, а в полнейшей тишине прокричал печально знакомый голос:

— Алексия Кросс, здание полностью окружено. Я требую вашей добровольной сдачи сейчас же! Сопротивление может привести к ненужным жертвам, что только ухудшит ваше положение! У меня есть подписанный досточтимым бургомистром ордер на ваш арест! Так что не делайте глупостей и выходите немедленно!

— Это случаем не Вигон, бывший помощник твоего предшественника? — только и спросил Дилан, вслушивавшийся в речь с улицы с округлившимися глазами.

Пребывая в таком же шоке, я добавила:

— Сейчас он служит личным секретарем твоего любимого градоправителя.

В звенящей тишине два огромных пустых окна, куда в любую секунду могло хлынуть обещанное окружение, вдруг на глазах начали затягиваться камнем. Но не белым, как сам дом, а обычным серым гранитом, из которого были построены все дома в городе. Дилан, будучи весьма посредственным магом, при этом очень хорошо разбирался в энергетических потоках. Вот и сейчас он рассматривал новую стену сквозь задумчивый прищур, а потом подбежал к ней и потрогал пальцем: вдруг это иллюзия.

— Ничего не понимаю. Это не магия, но откуда то же взялся камень?

Если ситуация с непонятным арестом меня только слегка напрягла, как говориться, на месте разберемся, то сейчас разговор начал принимать опасный поворот. Я вскочила на ноги, не желая развивать тему и при этом лихорадочно думая, как и куда её можно было бы перевести, но не успела.

— А это и не магия, уважаемый… Отец, страстный исследователь и коллекционер редких книг, часто рассказывал, что когда-то камни в этих землях были «живыми». Правда, оживали они только рядом со своими создателями, которых после Последней войны не осталось… — делано нейтральным тоном проговорил Бриар, как-то нехорошо всматриваясь в меня.

Сделав откровенный намек Дилану, что во всем виновата именно я, он предоставил возможность, чтобы я тут же в чем-то созналась. На это я ответила лишь открытым прямым взглядом: мал ты еще, юноша, обвинять меня. Это твой отец был грамотным специалистом в своем деле, при чем, одним из лучших. Он, но не ты.

— Алексия Кросс, считаю до трех и если вы…

— Вигон, да замолчи ты уже ради всех богов, сейчас накину халат и открою тебе!

Заспанным голосом крикнула я и шикнула на ребят, чтобы те быстро спрятались. Мне и им нечего было бояться, пока мы находились на территории особняка. Бриар удивительно точно попал пальцем в небо: камни действительно были живыми и способны защитить своего хозяина, пока тот не выходил за порог. А вот покидать пределы особняка я как раз пока и не собиралась, только впустить рвущегося ко мне секретаря. А то слишком уж голос у него высокий, раздражающий…

Я кое-как пригладила торчащие в разные стороны волосы, накинула длинный халат прямо поверх сегодняшней рабочей формы и открыла дверь резким порывистым движением. Пусть Вигон сразу поймет, что ему тут не только не рады, но и я сама нахожусь не в самом лучшем расположении духа. Не ожидавший такой быстрой сдачи, молодой человек слишком миловидной для мужчины внешности и окружавшие его двое помощников, шарахнулись от меня в сторону. Глядя, как предполагаемый конвой, который ни свет, ни заря пришел собирать пыль у меня на крыльце, я недовольно проворчала:

— Мне прямо так сдаваться или ты мои права хотя бы зачитаешь, как принято?

Вигон, наконец, умудрился вылезти из-под своего подчиненного, и даже смог кое-как встать на трясущихся ногах. Некогда идеально выглаженные шелковые брючки модного винного оттенка сейчас больше напоминали половую тряпку. Смотря, в каком печальном виде сейчас пребывает его одежда, любителя прекрасного затрясло уже всего. Вымещая гнев на мне, он рявкнул:

— Это может и подождать! Сначала я осмотрю дом!

Он с перекошенным от злости лицом попытался пройти внутрь, но я не шелохнулась и как стояла у входа, скрестив руки на груди, так и осталась на месте, «восхитившись» такой прыти:

— А ты у меня спросил? Я тебе по секрету скажу, что сегодня на обыски не настроена. Так что давай, приходи завтра, когда высплюсь.

Двое за спиной начальства почуяли невысказанную напрямую угрозу и переглянулись. После чего сделали правильные выводы, видимо наслышанные о моей манере вести переговоры и дружно сделали большой шаг назад. Предчувствуя, что ещё немного и его просто бросят на произвол судьбы, Вигон сделал отчаянную попытку вернуть себе положение хозяина в этом фарсе:

— У меня ордер.

— Два.

— Что два? — не понял мужчина.

Подперев плечом стену возле двери и рассматривая порядком подпорченный маникюр, я терпеливо пояснила:

— На арест у тебя есть один ордер, а вот на обыск где? Кстати, забыла спросить, а за что меня арестовывают-то? И что хотите найти? Может я смогу подсказать, где именно это лежит, чтобы вы не тратили свое время.

— Ты — преступница, которую наш достопочтенный бургомистр по чуткости нрава пригрел на груди и ты ещё смеешь издеваться?

— Столько пафосных слов и так мало толку. Над тобой природа уже поиздевалась, куда мне-то против её возможностей? — тихо пробормотала я, не желая провоцировать ещё больший конфликт:

— Бумаги мне дай, очень хочется ознакомиться, чем же я привлекла ваше внимание, а через полчаса заглянешь сюда снова, и я расскажу, что решила. Про адвоката на всякий случай не забыл?

— Как это через полчаса? — вконец рассвирепел Вигон, сделав вид, что про адвоката я пошутила.

Я конечно и раньше знала, что он меня ненавидит из-за того, что лишился теплого местечка при моем появлении, но как-то не думала, что эта неприязнь вырастет до таких масштабов. Косясь на выведенное из себя начальство, сотрудники администрации, быстро посовещавшись, встали чуть поодаль от Вигона. Воспользовавшись секундной заминкой, пока главный секретарь города орет на своих подопечных, я подскочила к нему ближе и ловко выхватила из его рук необходимые свертки, которыми он энергично тряс у меня перед носом:

— Ну, мне же нужно время, что бы подумать, сдаваться мне на милость правосудия или немного помотать тебе нервы. Ты кстати, что предпочитаешь?

Вигон бессильно смотрел на свои документы, плавно перекочевавшие в мои руки, и молчал. Помогая принять ему правильное решение, я подмигнула:

— И не старайся разломать мне дом, как ты уже понял, он очень хорошо защищен, только силы впустую потратишь. А то вдруг я решу, что нужно сопротивляться? Сейчас ознакомлюсь с документами и отвечу, жди, — и захлопнула дверь.

За ней послышались сдавленные ругательства: слишком открыто выражать недовольство Вигон себе не позволит. Он ненавидел меня так же сильно, как и боялся. Так что будазье и правда подписал мой арест. Под конец чтения я вполне ощутимо чувствовала, как под париком зашевелились волосы.

Оказывается, я сегодня, будучи в невменяемом состоянии, а точнее в сильнейшем алкогольном опьянении, убила четырех иностранных граждан в постоялом дворе уважаемого Паоло Смитсена и мало того, прихватила с собой важнейший раритет, который они везли для Его Величества Альваро. В связи с таким вопиющим поведением, господин бургомистр освобождает мою персону от занимаемой должности и, лишив неприкосновенности, требует моего немедленного ареста. А кроме всего этого бреда, я еще должна добровольно вернуть украденную вещь и оказывать всяческую помощь для проведения скорейшего суда!

— Убила четырех иностранцев? — только и смогла проговорить я, сразу сообразив, что речь идет об оборотнях.

Но ладно бы я успела с ними пересечься, но ведь я даже их в глаза не видела! Кроме Рогнара… Интересно, он тоже «убит» или можно надеяться на его чудесное спасение? Почему-то очень хотелось, чтобы с ним было все в порядке. Встретились бы мы с ним немного при других обстоятельствах…

Зайдя в гостевой зал, где находились ребята, я молча отдала бумаги Дилану. Вдвоем с «раритетом» они с комментариями принялись зачитывать текст из ордера и под конец смеялись так, что у обоих на глазах выступили слезы. При чем, юный маркиз ничем не уступал приятелю и даже временами похлопывал его, когда на Дилана накатывал очередной приступ смеха. Я была рада, что они хоть в чем-то нашли общий язык, но разделить их веселье не могла. У меня и так почти не было времени на сбор самых необходимых вещей и еще меньше, что бы оказаться за пределами города. А там уж пусть городские власти обвиняют меня, в чем хотят, там меня никто не сможет достать. Не тратя времени на пустые разговоры, я принялась собирать деньги и дорогие украшения в небольшую походную сумку. Заметив мой недвусмысленный маневр, Веснушка оторопело опустил документы и брякнул:

— Я что-то не понял, ты что делаешь?

Упаковав недавно купленные на торгах комплекты эльфийских украшений, которые очень высоко ценились во всем мире, я обернулась к другу.

— Планирую отпуск. Хочу провести его где-нибудь на морях, теплом солнышке, а не в душных казематах. У вас кормят плохо, а у меня желудок слабый, я буду плохо себя чувствовать.

— Алексия, не глупи, это уже не шутки и надо в этом разобраться. Вигон либо сам придумал очередную глупость, либо ему кто-то помог, а ты собираешься ему потакать!

— По-твоему печать бургомистра тоже липовая? А про оборотней в трактире он откуда узнал?

— Пока не разберемся во всем этом, не узнаем.

— Послушай меня, Дилан: не абсолютно все равно, чья это выдумка и выдумка ли это вообще, и для чего Вигон все это делает. Я уже достаточно засиделась на одном месте, хочу мир посмотреть!

— А может ты действительно убила тех четверых? — по своему воспринял мое упорство Дилан и ухватил за руки, мешая пересчитывать накопленное богатство, — тогда тем более надо идти прямо к бургомистру. Он тебя хорошо знает и уважает, мы сможем быстро все повернуть в нужную сторону, только заявив, что они оборотни. С тебя тут же снимут все обвинения!

Отпихнув приятеля в сторону, я все-таки досчитала содержимое весьма объемистого кошеля, в тайне радуясь, какая же я запасливая особа. Теперь не меньше года смогу позволить себе жить как аристократка, ни в чем себе не отказывая. Подготовив материальную часть, я принялась за вещи: надо было быстро переодеваться. Сменную одежду брать не стану, чем меньше нести, тем будет легче в дороге. Потом в каком-нибудь городе заменю, а там посмотрим.

— Вы что, так ничего и не поняли? Дилан, бургомистр прекрасно знает, кем были те «иностранцы» и никто не станет показывать тебе их тела, чтобы меня отмазать. Для всех остальных их представят как обычных людей. Хотя я лично сомневаюсь, что кто-то из них погиб на самом деле, но даже если это так, то настоящего убийцу Фуразье прекрасно знает. Лучше подумай, зачем это главе города и сколько у него купленных помощников. Тебе кстати тоже желательно покинуть город.

— Вы хотите сказать, что ваши власти мне не помогут выбраться отсюда? — наконец сообразив, что к чему, побледнел юноша, а я вдруг обиделась.

Это конечно понятно, что каждый думает только о своей собственной шкуре, но надо же иметь хотя бы толику воспитания, чтобы это скрыть!

— Ну почему же, помогут. Разве ты не хочешь с почетным эскортом отправиться в Мандебург? — иронично «удивилась» я, выходя из гардеробной уже полностью одетая в дорогу и с привычным париком из коротких черных волос.

С собой, коря себя за излишнюю добросердечность, я прихватила несколько вещей из мужского гардероба. Они были большего размера, чем носит Бриар, но это лучше чем его заляпанная кровью рубашка и порванные в нескольких местах штаны. На мое добровольное подношение, он, конечно же, никак не отреагировал, словно я обязана направо и налево раздавать гуманитарную помощь, и удалился переодеваться. Дилан как бы невзначай бросил:

— Не думал, что ты любишь носить мужские вещи или это кто-то забыл?

Пропустив последнюю фразу мимо своих ушей, я пожала плечами:

— Конечно, люблю, разве по мне не видно? Тебе тоже что-нибудь подобрать?

— Нет, спасибо, — тут же отказался приятель и, сообразив, что откровенничать я не стану, тактично перевел тему, — так что мы собираемся делать?

Слово «мы» меня несколько удивило. Накинув дутую куртку с множеством карманов, я вытаращилась на Веснушку со смесью восхищения и неудовольствия: я бы, например не смогла бы навязываться с такой непосредственностью. Приятель по моему лицу прочитал все, что я думаю о нем и его вопросах, и тут же примирительно улыбнулся:

— Мне идти некуда, а ты сама сказала, что искать нас будут обоих. Да и неужели тебе не надоело перебираться с места на место одной?

— С чего ты взял… — тут же насторожилась я, но Дилан меня мягко перебил, договаривая:

— Я прекрасно знаю, что Алексия не настоящее твое имя и до этого были другие, правда, какие именно разобраться не успел, ты слишком хорошо прячешь следы.

В этот момент вошел Бриар, переодевшийся, смывший с лица кровь и заметно посвежевший. Пожалуй, когда у него сойдут синяки и ссадины, я даже смогу назвать его красавчиком. При этом подвернутые рукава и висящие мешком темно-коричневые хлопковые брюки ни сколько его не портили. Он, услышал окончание слов Дилана, заинтересованно навострив уши, замер у зеркального панно. Я очнулась и поторопила приятеля, чувствуя как время неумолимо утекает:

— И с чего ты сделал такой вывод?

— Когда ты только прибыла в Родению, Вигон уже занял место правой руки бургомистра, вовремя уйдя от прежнего начальника отдела инспекторов. Так вот, он, почему-то сильно невзлюбив тебя с первого взгляда, отдал распоряжение собрать на тебя максимум информации: из Академии, из дома, откуда ты родом…

Стараясь не показать, насколько я заинтригована подобными откровениями приятеля, сделала знак Бриару помочь мне скатать с центра зала ковер. Одна бы я так провозилась долго. Там, под шедевром ручной работы персикового оттенка скрывался созданный мной, так называемый черной ход, ведущий отсюда за пару кварталов. Я несколько месяцев трудилась над ним, что бы никто из соседей не заметил. Как чувствовала, что он мне пригодиться, правда не предполагала, что так рано. К сожалению, пройти так через городские ворота Родении я не смогла: их строила уже сегодняшняя администрация из сплава с металлами, а они не поддаются никакому воздействию.

— Такая девушка действительно нашлась и она на самом деле обучалась в Академии Боевых Искусств. Но вот какая интересная загвоздка: номер диплома по какой-то причине не совпадал с тем, что предоставила ты.

Конечно, он не будет совпадать: я отказалась платить архиву Академии те безумные деньги, которые они запросили за свою работу! И так отдала целое состояние, чтобы создать вторую Алексию. Правда я не думала, что кто-то додумается проверять номер диплома! Обычно все дело оканчивалось банальным запросом после предоставленного направления. Магическая печать из высших учебных заведений действовала нa работодателей гипнотически. Но вот этого Дилану знать совершенно не обязательно.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ | Проклятый дракон | ГЛАВА ПЯТАЯ