home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 12

— У тебя какой-то чудовищный способ это демонстрировать. — Огромные глаза Сэди заблестели от набежавших слез, когда она посмотрела на него.

Джек через силу улыбнулся, хотя на сердце было тяжело. На него давили мука и страдание, звучавшие в ее голосе. Что нужно сделать, чтобы все исправить?

— Я был молод и глуп. И в то время считал, что поступаю правильно.

Сэди покачала головой:

— Ты сам себе противоречишь. Веришь в меня, но не веришь в то, чем я занимаюсь… Так не бывает, согласись.

— Лупить кнутом дохлую лошадь не то же самое, что ехать верхом.

— Бессмыслица какая-то. При чем тут лошадь? Да еще дохлая.

— Вот именно. — Сэди посмотрела на него так, словно, он валял дурака, поэтому Джек попытался объяснить:

— Послушай, почему тебе так важно, что я не верю в гадание на чайной заварке? В гадание на картах таро я, кстати, тоже не верю, а заодно — и в хиромантию.

Она покачала головой, и перо на ее смешной шляпке закачалось.

— Не знаю, как объяснить. Что, если я не поверю в твои способности заниматься бизнесом? Обидишься?

— Очень промахнешься. Я уже доказал обратное.

В ее глазах вспыхнуло торжество, смешанное с грустью.

— Вот и я могу то же самое сделать. Поговори с любым, кому я предсказывала будущее, и все скажут, что я попадала в точку.

Джека так и подмывало возразить, что все эти люди верили, потому что слышали от нее то, что ожидали. Но рассудок взял над ним верх, и он оставил свое мнение при себе. Вместо этого решил ей напомнить:

— Ты ведь так и не закончила сеанс гадания, за который я выложил кучу денег. Может, продолжим?

Сэди подозрительно посмотрела на него. Выражение ее лица совсем не изменилось за прошедшие годы.

— Думаешь, я заглотну наживку?

Она слишком хорошо его знала, чтобы поверить, что Джек сдастся так легко. Но он и сам удивился ему вдруг, захотелось увидеть ее в деле. Судя по всему, что-то в ней было, если весь Лондон ломился на ее сеансы. А если ей понравится гадать ему, так он не будет против, пусть только этим и занимается. Ради Бога!

— Ты самая недоверчивая женщина из тех, кого я встречал, — честно ответил Джек.

Он не убедил ее до конца, однако Сэди не стала придираться.

— Ладно. Я проведу еще один сеанс, и если уж ты так потратился, надо же тебе хоть как-то компенсировать убытки.

— Я бы заплатил еще больше, чтобы провести с тобой хоть часок наедине. — Это было действительно так, хотя прозвучало слишком льстиво, чтобы быть правдой.

А, Сэди смутилась и покраснела.

— Мерзавец! Ты всегда был дамским угодником.

— Ты единственная, кто так думает.

Острый взгляд е ответ.

— Леди Гослинг меня обязательно поддержит.

Джек покачал головой:

— У меня с ней ничего не было, даю тебе слово.

Сэди пожала плечами, и он невольно засмотрелся на ее синий, переливающийся, как павлинье перо, прогулочный костюм. При взгляде на туго затянутую талию у него перехватило дыхание. А эти стройные длинные ноги!

— Ты волен поступать как хочешь. Официально мы ведь не женаты.

Уже не первый раз она упоминала об этом, но почему то сейчас это его взбесило.

— Я всегда считал тебя своей женой, Сэди. Так будет и впредь.

Изумление читалось в каждой черточке ее лица.

— О, Джек… — Ей больше ничего не удалось сказать, потому что он оказался рядом, обнял ее за плечи и, прижимая к себе, поцеловал. При этом ему пришлось поднять поля ее нелепой шляпы, но оно стоило того. У ее мягкого теплого рта был вкус сладкого чая. Он проник в него языком, страстно прижав жену к груди.

Вскинув руки, Сэди обняла его за шею. А он в это время гладил ее по спине, и когда его руки добрались до узкой талии, обхватил ее и прижал к себе. Джек почувствовал, как возбуждение захватывает его. Сделав шаг вперед, он потянул ее в сторону спальни, где стояла кровать.

Неожиданно жена уперлась ему в грудь руками.

— Нет, — воспротивилась она. — Только не здесь.

Слегка оглушенный и очень возбужденный, Джек захлопал глазами.

— Почему?

Она вывернулась из его объятий.

— Я не могу. Слишком много… воспоминаний.

Господи, неужели они настолько тяжелые? Очень хотелось спросить, но Джек не решился. Откровенно говоря, он не думал, что эти воспоминания связаны с их общей жизнью. Скорее всего, они относились к тому времени, когда Сэди жила здесь одна.

Наверное, не меньше ста раз с момента своего возвращения Джек чувствовал себя по-идиотски. Он вспоминал только о том, какие страдания причинила ему Сэди, бросив его, но ни разу не подумал о ее чувствах, когда та осталась совсем одна.

В тот момент она не умоляла его остаться. Даже одобряла его решение. Но, вспоминая выражение ее глаз, он понял, что жене вовсе не хотелось его отпускать. А то утро, когда Сэди повернулась спиной к кораблю и у нее затряслись плечи…

Ему бы быть более умным супругом. Но он был слишком молод, чересчур горяч и решительно настроен на то, чтобы доказать, на что способен настоящий мужчина. Теперь, десять лет спустя, стоя перед любимой женщиной, он понял, что его вообще с трудом можно было назвать так.

А еще его мучил вопрос: возможно ли восстановить все то, что было разрушено? Что-то их все-таки связывало. Только достаточно ли этого?

— Сегодня вечером, — сказал он. — В Сейнтс-Роу. — У него оставался ключ от частных апартаментов, которые Ларю предоставила ему на время пребывания в Лондоне. Странно, что она не потребовала его назад, когда узнала, кто он такой.

Сэди слегка нахмурилась. Ее глаза оторвались от пятна на полу.

— Я не смогу с тобой там увидеться. Кругом будет столько знакомых!

— Мы встретимся в саду. В девять часов.

На мгновение ему показалось, что жена откажется, но она кивнула:

— Согласна.

Джек вздохнул с облегчением:

— Вот и хорошо.

— Мне пора. — Сэди дотронулась до его руки и заглянула ему в глаза. — Значит, в девять.

И после этого быстро ушла.

Джек постоял какое-то время один в маленькой комнате, которая хранила так много счастливых воспоминаний для него и так много несчастливых для Сэди. Он купил этот дом для них двоих. Хороший дом, подходящий деловому человеку. Район был приличным, но не слишком роскошным. Сэди чувствовала бы себя здесь уютно, намного лучше, чем в каком-нибудь фешенебельном аристократическом районе. С его родственниками, как и с друзьями, отношения у нее не ладились. И он не осуждал ее за это.

Удастся ли ему выстроить новую жизнь для них в этом доме? Позволит ли она ему попытаться избавить ее от грустных мыслей, преследовавших ее?

Перед ним, казалось, раскрылся целый мир новых возможностей — шанс на счастье, которое он считал потерянным навсегда. Нужно воспользоваться им, биться за него. Сэди принадлежала ему. Ни долгие годы, ни случившиеся перемены не могли изменить этот факт.

Поглощенный мыслями о новой цели в жизни, Джек вышел из дому и не обратил внимания на мужчину, который следил за ним из кареты, стоявшей на противоположной стороне улицы. Соглядатай следовал за ним всю дорогу до отеля, а потом отправился к себе в Мейфэр.

Этому человеку совершенно не понравилось, как развиваются события.


Разум подсказывал Сэди, что встречаться с Джеком в Сейнтс-Роу по меньшей мере неразумно. Но он не мог конкурировать с сердцем, а сгодился лишь на то, чтобы помочь подобрать подходящее платье, а потом в течение нескольких часов измучить ее размышлениями о том, какую сделать прическу.

Это действительно была проблема. Сэди никак не могла сообразить, как уложить волосы. Она пыталась отвлечься, но не давала покоя мысль, которая глодала ее изнутри. Совесть, подсказывала ей, что нужно обязательно рассказать Джеку о том, что произошло на ковре, который он выбросил, что, это были за воспоминания, которые мучали ее столько лет.

Ну, признается она в том, что именно в этой комнате у нее случился выкидыш и она потеряла его ребенка. И что? Только сделает ему больно. И если говорить об этом, тогда нужно будет напомнить себе, что она знала о своей беременности еще до его отъезда и ничего не сказала ему. Сэди не хотела заставлять его остаться, хотя каждую ночь молилась об этом. Более того, промолчала и о том, что его дед проявил к ней заботу после случившегося. Она сама наладила связь со стариком, после того как почувствовала, что с ее беременностью происходит что-то не то. Сэди надеялась, что у нее будет сын, и понимала, насколько важен вопрос о наследнике в их семье.

Старик никогда не опускался до того, чтобы во всем обвинить ее, но она видела это по его глазам. Как бы то ни было, даже самый лучший уход, который он ей обеспечил, не помог сберечь ребенка. Граф Гаррет оставался с ней и даже возил в Ирландию, чтобы повидаться с Грэнни, последним любимым членом ее семьи.

Бабка к тому времени переехала в дом своей младшей дочери. Сил на то, чтобы жить отдельно, у нее уже не было. Сэди нравилась тетя Колин, но особой теплоты между ними не было, и она не осталась у нее. Да еще не хотелось, чтобы лезли в ее дела. Поэтому она поселилась в поместье у графа, заняв комнату, в которой Джек провел свое детство. Эго было проявлением доброты, на которую она и не рассчитывала. К ее услугам были доктор и сиделка, следившие за ее состоянием. Старый граф сделал все, что мог, чтобы она пришла в себя после потери ребенка. Потом предложил ей помочь наладить новую жизнь. Но у него было два условия. Первое — она больше никогда не увидится с Джеком. И второе — обязательно поставит его, в известность, если внук свяжется с ней.

В тот момент Сэди резко отказалась. Она верила, что Джек вернется к ней. Но когда горе сменилось горечью, а годы шли, она поговорила с графом. Тот поможет ей начать собственное дело, а она соглашается на его условия. Однако взяла у него лишь половину предложенной суммы. Старик посоветовал отдать деньги в рост, что она и сделала.

Сэди все еще оставалась в Ирландии, когда Грэнни умерла. Лорд Гаррет, не раскрывая своего имени, оплатил похороны, а потом, поскольку ее уже ничто не удерживало на родине, дал ей денег на дорогу до Лондона.

Иногда ей казалось, что старик любит ее, но то были всего лишь минутные приступы сентиментальности. Он даже утешал ее, когда письма к его внуку оставались без ответа.

Все это заставит Джека испытать чувство вины за то, что он уехал. В один прекрасный момент она решится и расскажет ему все. Но не сейчас… Ей не хотелось доставлять ему боль. И не хотелось испытывать ее самой. Тем не менее, она сидела здесь, прихорашиваясь для встречи с ним и решив очертя голову кинуться к нему в объятия. Плевать на все! Даже если это принесет кучу сложностей.

Наконец прическа была уложена. Она собрала волосы на затылке таким образом, что дерни за одну шпильку, и они свободно рассыплются по плечам. Чудесно! Джеку очень нравилось это занятие. Ее платье из атласа глубокого темно-зеленого цвета едва прикрывало грудь, делая талию еще тоньше и подчеркивая изгиб бедер. Когда она купила его, Виенна сказала, что оно создано для того, чтобы соблазнять мужчин. Тогда Сэди собиралась надеть его ради Мейсона, но оно так и провисело в шкафу несколько месяцев. До сегодняшнего вечера.

Она приехала в Сейнтс-Роу без пяти минут девять. Сердце замерло в ожидании, когда она ступила из кареты на мостовую. Внутри ощущалась дрожь слабости. Такого она не испытывала уже давно. Очень давно! Больше всего ее смущало то, что она возбуждалась, только представляя себе, что с ней произойдет сегодня вечером. Однако если чувства ее пребывали в смятении, то тело его вовсе не ощущало.

Вместо того чтобы войти в клуб через парадную дверь, Сэди повернула к калитке в заборе, который окружал владение. Ключ от нее ей в свое время дала Виенна. До сегодняшнего вечера у нее не возникало повода воспользоваться им. Подобрав юбки, она двинулась по высокой траве. Прохладная ночь приняла ее в свои объятия.

Выйдя к заднему фасаду здания, Сэди замедлила шаги у клумбы. Здесь царил сладкий цветочный аромат, от которого кружилась голова. Стоя в тени, она с опаской посмотрела на каменную лестницу, ведущую на террасу. Было еще рано, и клуб пустовал. Редкий случай, когда он не был полон под завязку. Виенна делала все, чтобы ее гости не испытывали недостатка ни в чем. И сегодня Сэди станет ее гостьей.

Стеклянные двери распахнулись, и на террасу вышел мужчина, чей белоснежный вечерний костюм резко выделялся на фоне темной ночи. Губы Сэди изогнулись в улыбке. Она обожала эту свободную грацию и уверенную поступь, с которой он спускался по лестнице. Джек Фаррингтон — нет, Фрайди — шел как повелитель мира.

В конце лестницы ее муж замедлил шаги и ступил на дорожку из гравия. Огляделся и повернулся в ее сторону.

— Выходи, Сэдимун, — прошептал он. — Я знаю, ты здесь.

Она тут же выскользнула из своего убежища.

— Как ты догадался? — спросила она, быстро окидывая взглядом двери. Ей совсем не улыбалось, чтобы их обнаружили.

Джек схватил ее за руку и потянул за собой по дорожке. Улыбка на его лице превратилась в широкую ухмылку.

— Я чувствовал, как ты рассматриваешь меня.

— Этого не может быть.

— Может. Я всегда физически ощущаю твое присутствие.

Сердце ухнуло вниз и забилось часто-часто.

— Это в тебе ирландец говорит, — нахально заявила она. Джек не сказал ни слова, но ухмылка так и осталась на лице.

Несколько шагов по дорожке, и он свернул в сторону от фонарей к нише, откуда начиналась аллея, обсаженная кустарником. Непосвященный не увидел бы здесь ничего особенного. Только если вы знали о ней, то могли обнаружить место, где живая изгородь расступалась и образовывала естественный коридор, который вел к небольшому каменному павильону, скрытому в темноте за растениями.

Свободной рукой Джек отпер дверь, и они переступили через порог. На Сэди повеяло запахом меда, гвоздики и чая? В мягком свете она увидела столик, сервированный на двоих, на нем чайники блюда с сыром, беконом и пшеничными лепешками. Зная вкусы ее мужа, можно было не сомневаться, что здесь еще имеется клубничный джем и взбитые сливки.

— Я начинаю думать, что ты собираешься меня соблазнить, — заметила она, плотно закрыв за собой дверь.

Джек подошел, и девушка оказалась зажатой между ним и стеной.

— И не сомневайся, дорогая! Я рассчитываю, что чайная заварка подскажет тебе, какие у меня намерения в этот вечер на твой счет.

Чудовище, он еще и издевается! Но все равно Сэди вздрогнула от предвкушения того, чем они будут сегодня заниматься, и от мысли, что у нее есть возможность сказать мужу все, что хотелось, под видом гадания.

— Ты не прочь немного перекусить? — спросил он.

Сэди не отказалась.

Они сели за стол и насладились неторопливым ужином. Прошло совсем немного времени, и они начали кормить друг друга, как это было заведено у них много лет назад. Разговор крутился вокруг каких-то банальностей, мелочей, которыми была полна их жизнь. При этом все, что могло вызвать болезненные воспоминания, тщательно обходилось стороной. Когда Сэди подумала, не слишком ли они засиделись, Джек слизнул капельку сливок с ее пальца, и она почувствовала знакомую нервную пульсацию между бедрами. Должно быть, это сразу отразилось у нее на лице, потому что он улыбнулся и кивнул на кувшинчик со сливками.

— Оставь немного на потом.

О Господи!

Она никогда не начинала гадать, если Джек отпускал шуточки в это время. Сэди посмотрела ему прямо в глаза, и ее муж виновато отвел глаза.

— Я просто хочу как можно быстрее соблазнить тебя, — хрипло сказал он поднимаясь. — И не собираюсь оттягивать этот счастливый момент.

Сэди тоже встала из-за стола.

— Можешь не торопиться. У нас целая ночь впереди.

В глубине его глаз что-то блеснуло.

— Повернись, пожалуйста, спиной.

Сэди так и сделала, и была вознаграждена сладким ощущением от его длинных пальцев, нетерпеливо расстегивающих пуговицы на ее платье. Их было несколько дюжин, но Джек быстро управился. Платье действительно было создано для того, чтобы соблазнять. Когда короткие пышные рукава поехали вниз, Джек помог ей освободить руки и стянул лиф до бедер. Отсюда оно само соскользнуло на пол и улеглось на нем невесомой грудой.

Сэди переступила через него. А Джек, к его удивлению, поднял платье и аккуратно сложил на стул. Такая заботливость показалась чрезмерной и слегка уколола ее. Впрочем, у нее не было времени задуматься об этом, потому что его руки продолжали свое дело. Через несколько секунд он освободил ее от корсета и рубашки, и она теперь стояла перед ним — все еще повернувшись спиной, — полностью обнаженной, если не считать чулок и туфель.

— Вот это да! — шепнул он ей на ухо. Это вдруг так много напомнило ей, что на глаза невольно навернулись слезы. В его восхищении было столько от того мальчишки, в которого она когда-то влюбилась! Голос звучал низко и по-взрослому, но интонации остались теми же.

Джек начал лихорадочно выдергивать шпильки из ее прически, хотя достаточно было вытащить одну, чтобы все сооружение на ее голове развалилось. Волосы рассыпались по плечам, упали за спину, холодя кожу. Запустив в них пальцы, он как гребнем пригладил густые пряди, а потом взял ее груди в руки и приподнял. Осторожно нащупав соски, слегка сдавил их между пальцами. Сэди охнула, а этот искуситель тихо засмеялся у нее над ухом, а потом провел языком по мочке.

Зажмурившись, она прижалась спиной к этой словно каменной, но теплой груди. Тонкая шерсть сюртука покалывала кожу, но девушка не обращала на это внимания. Она думала только о том, что творили его сильные руки. Левая так и удерживала ее грудь. Сосок набух, стал твердым. А правая рука соскользнула вниз по ее животу и легла на лобок. Джек легонько подтолкнул ее, чтобы она раздвинула ноги и застыла в таком положении. В это время его пытливый палец продолжил свое эротичное путешествие к сокровенной цели. Проложив путь между влажными складками, задвигался вперед и назад. Она затрепетала, всем телом ощущая это восхитительное мучение.

— Какая же ты сладкая, — пробормотал Джек, прижимаясь губами к ее плечу.

Она выгнулась в ответ, пытаясь приноровиться к движениям его пальца. Он опять тихо засмеялся и слегка прикусил ее плечо. Тут его палец наткнулся на набухший узелок плоти, который словно ждал этого прикосновения. Сэди застонала. И он снова чуть-чуть сжал ей сосок, добавляя наслаждения.

Казалось, эта безжалостная игра длилась целую вечность. Он гладил, мял, ласкал ее. Издевался, не давая ей выплеснуться до конца, как бы она того ни желала. А потом, когда Сэди решила, что еще минута, и она убьет его, Джек просто убрал палец. Ухватив ее за бедра, он припечатал поцелуем каждое плечо, и его губы двинулись вниз, вдоль спины в долгом поцелуе. Когда его бедра коснулись ее лодыжек, она поняла, что Джек опустился на колени у нее за спиной. Он стал описывать языком маленькие горячие кружочки на крестце, в ямочке между ягодицами.

— Повернись.

У Сэди затряслись коленки, но она опять подчинилась ему, понимая что он задумал, и внутренне радуясь этому.

Она опустила глаза и слегка покраснела, встретив его пылающий взгляд. Он, не отрываясь, смотрел на нее, а его рука двинулась вверх по ее бедру назад к самому заветному месту. Теперь он не шутил. Раздвинув влажные и горячие складки, стал медленно ласкать. Сэди задохнулась от удовольствия, зная, что на этом дело не закончится.

Нащупав за собой каминную полку, она ухватилась за нее двумя рукам и выгнулась вперед, словно предлагая ему себя. Джек улыбнулся. Так улыбается довольный собой мужчина, овладевающий женщиной, которая вспыхивает от одного его прикосновения и не боится ему это показать.

— Ты знаешь, сколько ночей я мечтал об этом? — Его голос возбуждал ее так же, как физическая ласка, рождая внутреннее напряжение. — Я все времяпредставлял, как ласкаю тебя языком.

— Много ночей? — выдохнула она, чуть не теряя сознание от сладостных ощущений.

— И не сосчитать! — пророкотал он. А затем, уткнувшись лицом в ее лоно, легко нашел губами и языком скользкий узелок, состоявший из сплошных нервов, и начал, постанывая, вылизывать его.

Сэди закричала. Разве могло быть по-другому, если он так умело делал это? Одной рукой она продолжала держаться за каминную полку, второй схватила Джека за волосы и прижала к себе, чтобы он не мог отстраниться. Он стиснул ее бедра. Закинув ногу ему на плечо, она задвигалась в такт его языку. И тут наступил этот жаркий момент счастья. Колени сразу подогнулись, и она чуть не упала. Острыми зубами Джек слегка прикусил ей бедро с внутренней стороны, а потом неожиданно встал и взял ее на руки.

Он перенес ее на кровать и устроил на мягких свежих простынях. По дороге с нее свалились туфли. Но какое ей было Дело до них!

Джек встал рядом — такой высокий, ослепительно красивый. И Сэди стала смотреть, как он стягивает с себя сюртук и небрежно отбрасывает его в сторону. Тыльной стороной ладони вытер рот, потом снял жилет. Скоро она увидит его обнаженным. И от этой мысли Сэди возбудилась еще больше. Она встала коленями на постель и вытащила его рубашку из брюк.

— Дай, я помогу тебе, — улыбнулась она. Джек подчинился и вскоре он стоял пред ней совершенно голым. Ее руки погладили его по плоскому животу, поднялись к широкой груди.

— Что-то я не припомню, чтобы ты был таким волосатым, — заметила она, поглаживая большими пальцами его соски.

— Просто тогда я был моложе, — усмехнулся Джек. Он опустился на постель и притянул ее к мускулистой груди.

— Мне так больше нравится!

— Вот и прекрасно. Я специально отрастил их для тебя.

— А это? — Ее рука соскользнула вниз и ухватила его за огромный член. — Это ты тоже отрастил для меня?

Джек посмотрел на нее из-под прикрытых век.

— Я думаю, ты сама об этом позаботилась.

Сэди усмехнулась, вылезла из кровати и пошла к столу.

— Ты куда? — спросил он.

Она вернулась со сливочником в руках и с загадочной улыбкой на устах.

— Мне хочется чего-то особенного на десерт.

Вытянувшись на подушках, Джек заложил руки за голову. Член гордо смотрел в потолок.

— Не отказывай себе ни в чем, дорогая.

Сэди легла рядом, опираясь на локоть. Двумя пальцами влезла в сливочник и обмакнула их в воздушный деликатес. Потом наложила слой сливок на головку члена, подняла голову и хитро посмотрела на Джека, прежде чем склониться над ним.

Она взяла его член глубоко в рот, наслаждаясь немного солоноватым вкусом, смешавшимся со сладостью сливок. Как ей не хватало Джека все это время — его вкуса, его запаха! Она знала, что и ему нравится этот способ любви. Слышно было, как он начал потихоньку стонать, слегка задыхаться, когда она время от времени слегка сжимала член в зубах. Сэди подняла на мужа глаза. Он наблюдал за ней, и она откинула волосы назад, чтобы ему было лучше видно. Когда Джек приподнял бедра, она обхватила член за основание, лаская его одновременно рукой и языком.

— О Господи! — застонал он. — Если ты не остановишься, я кончу прямо сейчас.

Она продолжила, но ей не хватало терпения, чтобы вновь как следует возбудить его, поэтому она вынула член изо рта и вытянулась на муже во всю длину. Влажный возбудитель задел ее тело, а волосы на его груди защекотали соски.

Сэди нежно убрала волосы с его лба.

— Как давно я не видела тебя таким!

— Ты имеешь в виду ракурс или то, что мне приходится с тобой делать?

Она засмеялась.

— И то и другое.

Джек засмеялся в ответ.

— Так что ты теперь собираешься предпринять, плутовка?

Не отводя от него глаз, она взяла его за член и приставила к нужному месту. Потом, приподняв бедра, опустилась на него, принимая в себя целиком. Оба на миг затаили дыхание. Каждый нерв ее тела трепетал, пока она бедрами не оперлась на него и не соединилась с ним, как только могут соединяться друг с другом мужчина и женщина.

Всем нутром ей тут же захотелось двигать бедрами, но Джек остановил, поэтому она лишь слегка поерзала на нем.

Жилы у него на шее напряглись. Откинув голову на подушку, Джек уперся в нее затылком. Сэди была готова убить его. Он делал все возможное, чтобы контролировать себя и не бросаться вперед очертя голову, как какой-нибудь слюнявый девственник, а она изо всех сил старалась, чтобы он поскорее кончил, зажимая между бедрами в горячие, влажные тиски.

Легонько упираясь ему в грудь кончиками пальцев, Сэди продолжала, сидя на нем, вращать бедрами. Она описывала ими круги, потихоньку подводя его к пределу, которого он хотел достигнуть и одновременно старательно избегал.

Вдруг ее движения убыстрились, она прерывисто задышала, вцепившись в него. Он понял, что сейчас у нее наступит еще один оргазм. Надо только помочь ей кончить первой…

Сэди забилась, сидя на нем верхом. Ее тело наклонилось вперед. С губ слетел крик физического упоения. Теперь дошла очередь до него. Удерживая ее на себе, он выгнулся, упираясь пятками в матрац, и с силой вошел в нее, пытаясь достать до самых глубин. Вот оно! Его потряс свой собственный крик, который, казалось, навсегда останется звучать у него в голове.

Миновало несколько секунд, а может, часов — он так и не понял. Сэди лежала рядом, свернувшись клубочком как, котенок. Ее тепло успокаивало. Обняв одной рукой, Джек прижимал ее к груди. Господи, как ей было хорошо! Чувство защищенности, которое она ощущала, было таким приятным!

— Извини, — пробормотал он. — Я хотел продлить этот момент подольше.

Сэди подняла голову и глянула на него. Темные волосы так красиво обрамляли ее нежное лицо! Она смотрела так, словно он сказал какую-то несусветную глупость. И обожала его за это.

— Все, что мне нужно, быть всегда рядом с тобой. Я так счастлива, дорогой!

Джек переплел свои пальцы с ее, которые лежали у него, на груди. Она сжала ему руку в ответ.

— Я страшно скучал по тебе, Сэдимун.

Она снова посмотрела ему в глаза, и он увидел в них… надежду. А еще он испытал страх, потому что в глубине ее глаз была какая-то тайна. Но он знал, что Сэди не стала бы скрывать от него ничего важного.

— Я тоже скучала. — Вне зависимости от того, что он прочитал в ее глазах, в ее словах звучала правда. — Ты даже не представляешь как.

— Прости меня!

— За что? — Ее голос отчетливо прозвучал у него возле уха. — За то, что хотел уехать? Или за то, что жалеешь о возвращении?

— За все, — честно ответил он, но не мог не напомнить — Если бы ты настояла тогда, я бы остался.

— Знаю. А потом обижался бы на меня.

— Все было бы не так плохо, если бы твои письма не перестали приходить. Я не знал, что думать!

Сэди нахмурилась:

— Я писала тебе еще долго потом, даже после того, как ты замолчал. Хотя точно не знала, где ты.

Он вопросительно посмотрел на жену:

— Послушай, я писал тебе вплоть до моего приезда сюда. И нашел эти письма у нас дома.

На ее лице появилось скептическое выражение.

— Я ничего не получала.

— Я тоже.

Ему показалось, что Сэди не поверила, но затем ее взгляд изменился, словно в этот самый момент у нее что-то замкнуло в голове. Когда она снова взглянула на него, в ее глазах были скорбь, раскаяние и немного стыда.

— Наверное, нам нужно просто пожалеть себя — ведь мы стали игрушками в чужих руках.

— Что ты имеешь в виду?

Сэди вздохнула:

— Я думаю, что твой дед перехватывал наши письма.

— С чего ты так решила?

— Я виделась с ним после твоего отъезда. Он приходил к нам в квартиру.

Джек резко отодвинулся, как будто ее слова оскорбили его.

— И ты только сейчас говоришь об этом?

Заливаясь краской, Сэди кивнула.

— Мне казалось, это не так важно. Но теперь я иного мнения.

Любой бы подумал, что это выдумки, но Джек хорошо знал своего деда. Значит, это он во всем виноват!

Но теперь уже ничего не поделаешь. То, что им вдруг открылось, огромным грузом легло на плечи обоих. Сколько же им пришлось перенести из-за самоуправства старого болвана!

Он это так не оставит.

— Что-то мне есть хочется, — хрипло сказал Джек. — А тебе?

Сэди повернулась в сторону стола.

— Там еще полно еды. Хочешь, принесу? — И попыталась встать.

Джек обнял ее и прижал к себе. Она вопросительно посмотрела на него.

— А как насчет сливок? — тихо улыбнулся он. — Осталась хоть капля?

Сэди ласково и лукаво посмотрела на мужа.

— Надеюсь!

Джек усмехнулся, когда жена наклонилась над ним, чтобы поцеловать.

— Тогда продолжим?


Глава 11 | Со всей силой страсти | Глава 13