home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Плечо Роберта болело все сильнее. Ангус — уже второй раз за последние несколько часов — предложил сделать остановку, чтобы он мог извлечь наконечник стрелы, но разбить лагерь так близко к границе было слишком опасно. Слова капитана Эшера сигнальным колоколом гудели у него в голове. «Спасите ее прежде, чем она погибнет в огне. Именно этого они и добивались». Они. Граф или герцог. Который из них? И главное, зачем? Почему этот неведомый «кто-то», кем бы он ни был, желал ее смерти? Кто она такая? Капитан назвал ее «леди Монтгомери». Может, она дочь какого-то знатного человека, приехавшая в аббатство с родными? А если так, почему, черт возьми, на ней платье послушницы? Кто бы ни напал на аббатство, эти люди хотели, чтобы она сгорела заживо. Может, ее считают ведьмой? Роб без труда бы в это поверил — ее красота сразила его наповал, с первого взгляда. Она была похожа на красивую кошечку — огромные, широко расставленные, слегка приподнятые к вискам глаза, синие, как бескрайнее небо у них над головой. Тонкие брови изгибались к вискам. Кончик изящного, безупречно очерченного носа был слегка запачкан сажей. Сочные, пухлые губы казались дьявольски соблазнительными.

Робу доводилось слышать легенды о феях, которые настолько хороши собой, что даже самый суровый, закаленный в боях воин не способен устоять перед их красотой. Его мысли невольно вернулись к этой леди с лицом ангела и удивительного цвета волосами — даже сейчас, спутанные, перепачканные пеплом и сажей, они сияли на солнце переливами бледного золота и ослепительного серебра. Он незаметно опустил голову, чтобы вдохнуть их аромат. От нее пахло дымом и копотью… впрочем, поморщился Роб, точно так же, наверное, пахло сейчас и от него.

Нетрудно было догадаться, почему тот английский капитан едва не валялся у него в ногах, умоляя спасти ее. Но что солдаты английского короля делали в аббатстве Святого Христофора? Дюжина разных вопросов, один другого неприятнее, крутились у него в голове. Девчонка молчала, словно проглотив язык, хотя Роб сильно подозревал, что у нее наверняка имеются на них ответы. Если не считать сдавленного оханья, срывавшегося с ее губ, когда ее подбрасывало в седле, она уже битый час не открывала рта. И даже старалась не шевелиться. Впрочем, это мало помогало — прикосновение ее мягкого, податливого тела выводило Роба из себя. Он чувствовал себя на редкость по-дурацки — еще глупее, когда она попыталась драться с ним. Шок, скорее всего, решил он. Она была убита горем, и Роб поймал себя на том, что его сердце разрывается от сочувствия. Случись ему потерять всех, кого он любил, он наверняка рехнулся бы с горя. Она казалась такой маленькой и хрупкой, что Роба внезапно охватило неудержимое желание защитить ее… защитить любой ценой, даже ценой собственной жизни. Желание было настолько сильным, что Роб был потрясен — он никогда не испытывал ничего подобного.

Дьявольщина, выругался он про себя, вот уж чего ему сейчас точно не нужно, так это лишней ответственности. А что прикажете делать? Хочешь не хочешь, придется доставить эту девицу ко двору нового английского короля. Роба раздирали сомнения. С одной стороны, ему страшно не хотелось бросать ее. Роб хорошо понимал, что кто бы ни хотел ее смерти, этот неведомый враг готов на все, если даже не побоялся напасть на регулярный отряд королевской армии. Но безопасность клана прежде всего, напомнил себе Роб. Если эта девушка — подданная английского короля, вот пускай сам и защищает ее.

Пытаясь усесться поудобнее, Роб неловко дернулся. Хриплый стон сорвался с его губ. С каждой минутой боль в плече становилась все невыносимее. Скоро рука совсем онемеет. Если на них нападут, она окажется бесполезной.

— Так ты нашел того, кто в тебя стрелял, а, Роб? — не утерпел любопытный, как муха, Финли Грант.

Роб поморщился. Ему следовало бы догадаться, что этим все кончится — глазастый юнец не мог не заметить, до чего ему паршиво.

— Угу, — угрюмо буркнул он.

— Твой отец снимет нам головы, когда узнает, что тебя ранили, — прорычал Ангус.

Уилл, ловко поймав небольшую кожаную флягу, которую швырнул ему Ангус, с широкой ухмылкой подмигнул старому вояке.

— Умора! Подумать только, оказывается, ты боишься гнева старого лэрда, как деревенские женщины! — Не обращая внимания на смущенные оправдания Ангуса, пытавшегося утверждать обратное, он поднес флягу к губам, сделал добрый глоток виски, поудобнее уселся в седле и протянул фляжку Робу. — Ну и отрава!

Помотав головой, Роб отказался.

— Мой отец поймет, почему я ввязался в драку. Да и что это за рана… так, царапина. А к тому времени, как мы доберемся до Вестминстера, все уже практически заживет и…

Леди, о существовании которой он почти успел забыть, при этих словах внезапно так вздрогнула, что едва не свалилась на землю.

— Вы везете меня в Вестминстер?!

Дьявольщина! Страх и отчаяние, которые Роб прочел в ее расширившихся глазах, заставили его сердце сжаться. Кровь Христова, да что это с ним?!

— Угу, мы едем на коронацию герцога Йоркского, — подтвердил он, глядя ей в глаза.

Он не позволит какой-то девчонке, поклялся Роб, пусть даже чертовски хорошенькой, помешать ему выполнить свой долг.

— Скоро мы встретимся с моими родственниками и…

— Нет! Я не могу… Мне нельзя в Англию! Вы ведь не отвезете меня туда, нет?

Ужас, звучавший в ее словах, заставил Роба пристальнее вглядеться в ее лицо.

— Но почему? Вы ведь были под защитой английской армии, разве нет? Оказавшись под опекой короля, вы будете в безопасности.

Отчаянно замотав головой, она судорожно вцепилась в его плед.

— Нет! Я не буду там в безопасности.

Переглянувшись с остальными, Роб почувствовал, что они озадачены не меньше его самого.

— Хорошо, тогда где вы будете в безопасности?

— Но, Роб…

Он нетерпеливо поднял, руку, чтобы остановить возражения Ангуса, и ждал, что она ответит.

— Так где же?

В ее глазах мелькнула растерянность. Она беспомощно огляделась по сторонам, словно рассчитывая увидеть что-то знакомое. Роб вдруг почувствовал, как она дрожит. Сняв с плеч плед, он укутал ее в теплую ткань. Потом обхватил ее лицо руками и заглянул ей в глаза.

— Нигде… — упавшим голосом пробормотала она.

— Наверное, она беглая. — Хлебнув из фляги, Ангус сплюнул, скривился и недовольно покосился на небо, словно спрашивая, за что такая напасть. — Сколько ж я таких повидал! На десять жизней хватило бы!

— Это вряд ли. Английские солдаты не станут сражаться насмерть, защищая какую-то беглую. — Свесившись с седла, Уилл ловко выхватил фляжку из руки Ангуса. — Это пойло когда-нибудь тебя прикончит. Посмотри, до чего ты отупел, — добавил он, ухмыляясь во весь рот.

Ангус, свирепо зарычав, попытался вырвать у него флягу. Но Уилл отдернул руку, содержимое фляжки выплеснулось на землю, и Ангус совсем рассвирепел.

Робу, в общем, было глубоко плевать, кто она — беглая, объявленная вне закона, ведьма или фея, волшебным чарам которой повинуются целые армии. Нужно было решать, как быть с ней, и Роб не колебался ни минуты. Решение пришло мгновенно. Ей некуда идти, чтобы искать спасения, негде укрыться даже от горя, которое обрушилось на нее в этот день. А у него не хватит духу передать ее в руки врагов.

— Я найду место, где вы будете в безопасности, — буркнул он.

Странно, похоже, девица ничуть не обрадовалась. Судя по ее виду, она только и ждала случая, чтобы дать стрекача. На всякий случай Роб покрепче прижал ее к себе.

— Ангус, ты поедешь к отцу и расскажешь ему обо всем. Но с глазу на глаз, понял?

— Если хорошенько подумать… — заупрямился Ангус.

Но властные нотки в голосе Роба заставили старого воина прикусить язык.

— Я уже подумал, — отрезал он. — Ты поедешь к моему отцу, слышишь, Ангус? Скажи, что у нас все в порядке. Главное, убеди его не посылать никого нам на подмогу. И самому не приезжать. Если он уедет в спешке, это может возбудить подозрения. Английский король и сам очень скоро узнает о случившемся, а я не хочу, чтобы ему стало известно, что мы приложили к этому руку — во всяком случае, пока я сам не выясню, в чем тут дело. Возможно, враги этой леди находятся при дворе. Если это так, то, узнав о ее бегстве, они тут же кинутся в погоню. Нам нужно выгадать побольше времени. Передай отцу, что я постараюсь спрятать ее в безопасном месте, а потом буду ждать его в Кэмлохлине. Поезжай, Ангус. И прихвати с собой остальных парней.

— Я не поеду в Англию.

Роб, обернувшись, смерил брата уничтожающим взглядом. Ничуть не испугавшись, Колин небрежно передернул плечами.

— Если ты отправишь меня с Ангусом, — набычившись, заявил он, — я сбегу от него по дороге и последую за тобой!

В голосе брата слышалась твердая решимость. Можно было не сомневаться, что он так и сделает.

— Я тоже остаюсь, — объявил Финн.

Он упрямо тряхнул головой — капюшон упал, и копна спутанных соломенно-русых волос упала ему на плечи.

— Роб, — взмолился он, заметив, как у того угрожающе сузились глаза, — вспомни, ведь наши отцы поручили нас не Ангусу, а тебе! Они знали, что рядом с тобой нам ничто не угрожает, и были уверены, что мы вернемся домой. Не обижайся, Ангус!

Виновато покосившись на опешившего от такого оскорбления Ангуса, юноша снова повернулся к Робу.

Проклятие… а ведь парнишка-то прав! Если Колин ослушается, а у Роба не было ни малейших в этом сомнений, и с ним что-нибудь случится…

Смерив обоих юнцов испепеляющим взглядом, Роб стиснул зубы и молча кивнул. Ладно, в свое время он надерет задницы обоим. Но сейчас нужно пошевеливаться.

— Поспеши, Ангус. И передай их отцам, что их сыновья под моей защитой.

Резко натянув поводья, Роб повернул жеребца в обратную сторону.

— Давайте проедем еще пару лиг и разобьем там лагерь, — предложил Уилл, проводив взглядом поскакавшего на юг Ангуса. — Кажется, я напрочь отбил себе задницу, — пожаловался он.

Финн, бросив на него укоризненный взгляд, смущенно опустил глаза. Уилл понял его без слов.

— Простите мои дурные манеры, леди, — с раскаянием пробормотал он, приняв виноватый вид.

Однако ухарская ухмылка и дерзкий взгляд, которыми сопровождались его слова, были слишком хорошо знакомы его друзьям. Любовным победам Уилла не было числа — девчонки дюжинами вешались ему на шею.

Проблема была в том, что боль в руке, не дававшая Робу покоя, действовала ему на нервы, не улучшая его дурного настроения. Он бы многое отдал, чтобы насовать обоим нахальным юнцам зуботычин.

— Как твое имя, девушка?

Тронув коня, Уилл рысцой подъехал к ним. Впрочем, у него хватило ума держаться на безопасном расстоянии.

— Давина, — тихо ответила она.

— Давина, — повторил Уилл с таким видом, будто ничего приятнее в жизни не слышал.

Впрочем, так оно и есть.

Кузен, отстегнув флягу с водой, висевшую у седла, молча протянул Давине, и Роб мгновенно устыдился, что сам не подумал об этом. Наверняка бедняжка умирает от жажды. Он смотрел, как она пьет, потом молча переглянулся с Уиллом, который тоже не отрывал от нее глаз. Роб никогда не переживал из-за того, что девушки отдают предпочтение кузену. И не винил их за это. Одно появление Уилла вносило смятение в девичьи сердца. Точно так же он вел себя и на поле битвы, очертя голову бросаясь в самые опасные места, а вот Роб предпочитал не рисковать зря.

— Спасибо…

— Уилл.

Вот нахал, возмутился Роб. Можно подумать, она спрашивала, как его зовут! Собственно говорящие спрашивала, но…

— Я сын Броди Мак…

— Уилл, — оборвал кузена Роб, даже не пытаясь скрыть раздражения, — оставь девушку в покое.

Девчонка устала, не стоит приставать к ней сейчас, решил он. И плевать, понравится это Уиллу или нет.

— Ладно.

Покосившись на Роба, кузен понимающе ухмыльнулся. И тут же спрятал ухмылку, натолкнувшись на свирепый взгляд Роба.

— Поеду на разведку. Эй, парни, за мной!

Он поскакал вперед. Финн с Колином последовали за ним.

Убедившись, что они наконец остались одни, Роб опять уставился на макушку Давины. Господи… во что он их втянул? Нужно было, конечно, расспросить ее о том, что тут случилось, вздохнул он. Ладно, потом, когда она немного отдохнет. Его до сих пор мучил стыд за то, что он сразу не додумался предложить ей воды… но он же не нянька, чертыхнулся Роб. Он — воин! Конечно, он способен испытывать сострадание, но излишняя мягкотелость воину ни к чему. И хотя его с детства окружали женщины, он понятия не имел, как их утешать, когда они плачут.

Склонившись к уху девушки, Роб предложил ей то единственное, что он умел. То, что он мог ей дать. Защиту.


Глава 2 | Очарованная горцем | Глава 4