home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава пятая

Когда стало понятно, что чересчур подгулявшего варвара нипочем не добудиться, гостеприимство караульных распростерлось еще дальше, — меня перенесли на лежанку и уложили отдыхать дальше. Здраво рассудив, что вряд ли капитан будет сердиться на то, что охранники приютили у себя его собутыльника. Нарушение, конечно, но какая опасность может происходить от смертельно пьяного?

Сначала я притворялся, а потом как-то незаметно для себя самого уснул по-настоящему. Впрочем, чему удивляться? За последние сутки я поспал всего пару часов, да и то — сидя на дереве. Приснилось что-то из детских воспоминаний. Как мы с родителями жгли на даче сухой бурьян, ботву, хворост и пекли в золе картошку. Сновидение было ярким, живым и грустным…

Хотелось бы, чтоб сон продолжался как можно дольше, но увы. Не прошло и пары часов, по моим субъективным ощущениям, как идиллия закончилась.

— Степан! Черт тебя подери. Ты куда подевался?! Степан!

Рык капитана вернул меня к действительности лучше ушата холодной воды. Даже зябко стало. Но я продолжал изображать спящего. Сейчас время работало на нас, и я собирался тянуть его так долго, как удастся.

— Степан! Проклятый варвар… Сбежал, сучий потрох?!

— Капитан! Он здесь. У нас.

Кто-то из охранников рискнул отозваться, опасаясь, что крики Фридриха всполошат весь замок.

— Где это у вас?

— В караулке…

— И какого черта он там делает?

Сапоги затопали по лестнице.

— За вином пришел…

— Зачем?! — шаги стихли, а голос капитана прозвучал совсем близко. — Ты что, пьян?

— Глядя на вас обоих, точно не отказался бы, — присоединился к разговору другой стражник. Из ветеранов, судя по вольности общения с капитаном. — Только у нас тут, кроме бочонка воды, ничего нет.

— Так какого ж…

— Ну, Лис, это ты сам у него спроси, — все так же чуть насмешливо ответил ветеран. — А мы — за сколько купили, за то и продаем. Вон твой варвар, а вот — ведро, с которым он к нам приперся. Сказал, что ты вина хочешь. Потом улегся поперек двери и уснул. Разбудить его мы не сумели…

— Угу… — голос капитана стал задумчивым. — Что-то такое я припоминаю… Сколько ж это мы с ним выжрали? Силен парень. И подраться не дурак, и за добавкой пошел… Если он еще и на мечах не хуже умеет…

— Это вряд ли, капитан, — отозвался и третий из стражников. По голосу никак не моложе того стражника, что я на мосту встретил.

— С чего так, Рубан? — заинтересовался Фридрих.

— Да хаживал я пару раз в молодости с караванами в варварские земли… Эти молодцы больше к топорам или дубинам приучены. Обычный меч им не по руке. Слишком легкий. А двуручник — очень дорого стоит. С железом в тех краях плохо. Сами варить сталь не умеют, а привозная… Сами понимаете. Только на топор или секиру и хватает. Ну а кто беднее — ствол молодого дуба обкорнает, вот и готово оружие. Своими глазами видел, как варвар такой дубиной секача весом в пять центалов[55] одним ударом уложил.

«Спасибо тебе, добрый человек, теперь и мне легче будет объяснять свою косорукость. Потому как с мечом мне и в самом деле только на подготовительные курсы записываться. Кстати, пора бы уже!.. Неизвестно, сколько здесь торчать, может — и всю жизнь. Так что стоит начать осваивать полезную науку. Смешно, да? Человек из развитого капитализма, то есть наследник тех, кто пережил и коллективизацию, и индустриализацию, и даже — календарь майя, готовится в ученики к местной профессуре убойного дела. Ну уж дудки. Закончу этот вестерн с Чичкой и тайнами Круглея, надо будет пораскинуть мозгами и заняться хоть каким-то внесением прогресса в массы народные…»

— Степан, хорош дрыхнуть!

Чьи-то руки ухватили меня за плечо и стали бесцеремонно трясти, как прапорщик грушу.

— Вставай, тебе говорят.

— Отстань…

Как всякий порядочный варвар, которого пытаются будить, я махнул кулаком, а потом еще и лягнул не глядя. Кто-то болезненно охнул и забористо выругался.

Мне даже смешно сделалось. Вспомнилась яркая сценка из детского фильма. Там русского богатыря Соловей-разбойник будить пытался. Свистом… Ну тот его и приложил. После чего бедняга ходил с перевязанной щекой и всем жаловался, что ему опять свистящий зуб выбили…

— Может, ну его? — попытался решить дело мирным путем кто-то из стражников. — Сам проспится.

— Нельзя, — не согласился капитан. — Барон нас вот-вот хватится, а я еще и не расспросил его толком ни о чем. Тащите сюда воду…

Холодный душ не входил в мои планы, но ради убегающего времени стоило потерпеть и это издевательство. Я собрался, настроился и… завопил во все горло, когда ледяной водопад хлынул мне на голову и плечи. Вскочил и попытался оторвать от лежанки доску…

— Убью!

— Тихо, тихо… воин… — засмеялся Рыжий Лис. — Чего шумишь? Небось не утонул?

— Не… — помотал я головой, притворно-растерянно оглядываясь и ощупывая себя. — А что это было?.. Где мы?

— Там же, где и раньше. Только этажом ниже. Ты чего сюда поперся, чудак?

— Я?..

— Нет, я… Стража говорит, ты у них вина требовал?

— Вина? — я непроизвольно облизнул пересохшие губы. Опьянения у меня не бывает, а вот похмелье — сколько угодно. И это еще один и, наверное, самый важный повод отказываться от попоек.

Такая мимика была понятна всем. Особенно недавнему собутыльнику.

— Сушит?.. — капитан сочувственно покивал. — Меня тоже. Ладно, страдалец. Пошли. Попытаемся найти лекарство. Думаю, купцу сейчас не до тебя, так что топаем прямиком к «Свину». Заодно и перекусим. Со вчерашнего дня крошки во рту не было.

В данном вопросе мой пустой живот был совершенно солидарен с капитаном наемников, что незамедлительно подтвердил громким и протяжным урчанием.

Этот «вопль души» был встречен общим хохотом и дружескими похлопываниями по спине. А чего, в простом мире и шутки незамысловатые. Пользуясь моментом, я тут же рассказал им анекдот из жизни варваров. Без зазрения совести переделав бородатую шутку о Вицине, Никулине и Моргунове, улегшимися спать под одним одеялом. Получилось очень к месту и вполне по-солдатски.

Отсмеявшись, Фридрих велел караульным бдеть и дальше. Потом поманил меня за собой и потопал к лестнице. Я больше не увиливал. Жаль, конечно, что не попросили рассказать еще что-то, подобных историй я мог зачерпнуть из кладезей народного фольклора не на один час, но… Главное — охранники вернулись за стол, к костям. А на плотно прикрытую дверь, ведущую к телепорту, никто кроме меня даже не покосился.

* * *

К худу или к добру, но мы и на пару ступеней подняться не успели, как заветная дверь отворилась, и из нее вышел кто-то в длиннополом светлом плаще с капюшоном. Именно кто-то. Ибо бурнус[56] скрывал от чужих взглядов не только лицо, но и фигуру. Так что нельзя было даже понять — мужчина это или женщина. Но стражников пол гостя волновал меньше всего. Во всяком случае, меньше, чем право прохода.

Может, на них так подействовало присутствие капитана, но тем не менее, — с достойными похвалы рвением и скоростью двое из них выскочили в коридор и решительно заступили дорогу неизвестному.

— Кто таков? Откуда?

Таинственная личность, по-прежнему сохраняя молчание, выставила наружу руку, как для поцелуя — ладонью вниз. Кисть у незнакомца была явно широковата для женщины, а для мужчины чересчур белая и гладкая. Нет, в своем мире я бы и раздумывать не стал, приходилось у некоторых видеть и маникюр, но принимая во внимание примитивные нравы Средневековья — такое сочетание показалось странным. Правда, только мне.

Стражники и Рыжий Лис смотрели не на анатомические характеристики руки, а на перстень, недобро полыхнувший красным в свете факелов. Караульные расступились так поспешно, словно их растолкала в стороны незримая рука, а капитан почтительно поклонился.

— Монсеньор…[57]

Кисть небрежно перекрестила склоненную голову и спряталась обратно в складки плаща. Теперь путь наверх ему заступал только я. В принципе, можно было и посторониться, но я же варвар. Что значит дубина неотесанная и никому не уступающая дороги. Он мне кто — вождь племени или отец родной, коих каждому почитать должно и кланяться не зазорно?

Неведомо, чем бы наше незримое противостояние закончилось, если бы Фридрих не разрешил все по-своему. Капитан попросту сгреб меня в охапку и оттащил в сторону. После чего неизвестное лицо духовного сана (я только сейчас вспомнил, кого обзывают монсеньорами!) чинно проследовало дальше.

— Ты совсем сдурел? — зло прорычал мне в ухо Лис.

— А что такое? — вполне натурально удивился я.

— Какого дьявола ты преподобному дорогу заступил?

— Я? Когда?

— Дурной, что ли? Да только что…

— А, понял… — я озадаченно поскреб грудь. — Эта тряпичная кукла была кем-то важным. Ну, извини… Откуда мне знать. У нас так только калеки да нищеброды одеваются. И воин скорее псу дорогу даст, чем такому ничтожеству.

— Тихо ты!.. — капитан едва удержался, чтоб не заткнуть мне рот, а в голосе его прозвучала нешуточная тревога. — Если он услышит, нам всем хвосты на рога накрутят.

Но судя по тому, что размеренные шаги ни на миг не задержались и не сбились с темпа, монсеньор либо ничего не расслышал через плотную материю капюшона, либо счел ниже своего достоинства — разбираться с неучтивостью какого-то стражника.

— Хорошо. Я понял… А кто это?

— Меньше знаешь, крепче спишь. Пошли лучше в харчевню, пока еще есть время. Чую, скоро не до чревоугодия станет.

— Да что случилось-то? Можешь объяснить?

— Слушай, Степан, — капитан недвусмысленно подтолкнул меня в спину, мол, шевели копытами, — ты вроде неплохой парень. И если останешься в моей компании подольше, очень может быть, что мы еще подружимся. А сейчас прими один совет: меньше спрашивай, больше слушай и мотай на ус… Чужие тайны и секреты опаснее змеи. От ее укуса еще можно спастись, а тут… Узнаешь лишнее — проще с эшафота целым уйти. Одно могу сказать точно: каждый раз, когда монсеньор появлялся в замке, находилась работа и нашим мечам.

— Это хорошо… — как истинный сын далеких и снежных гор я не мог не порадоваться предстоящей возможности подраться. — Я готов…

— Договорились, — капитан не стал возражать. — Заодно и гляну тебя в деле. Ну, ты чего опять застрял?

— Уже… — я сдвинулся с места и бодро потопал вверх. — Еще один вопрос можно?

— Если он будет последним на сегодня, — хмыкнул капитан. — А то странно получается. Вроде я должен был тебя расспрашивать, а вместо этого… Обещаешь?

— Нет.

— То есть? — опешил Рыжий Лис.

— Как я могу обещать то, что не смогу исполнить? Ведь я тут впервые и совсем ничего не знаю. Проще зашить себе рот.

— А ты всегда исполняешь в точности свои обещания?

Я снова остановился, повернулся к капитану и положил ему руку на плечо.

— Лис, я что — похож на женщину?

— О, мой бог! — демонстративно закатил глаза тот. — Как же с тобою трудно. Нет, не похож… успокойся. И это, Степан, шагай дальше, очень тебя прошу. Поговорим за столом, если так охота. А то со всеми твоими остановками мы и до зимы из подвала не выберемся.

— Выберемся… — я развернулся и стал шагать через ступень. — Так я могу спросить?

— Да спрашивай уже, черт тебя дери!

— Тот замотанный господин вошел через дверь в подвале… Там что, подземный ход?

— Что-то вроде этого. Доволен?

— Нет…

— Господи, дай мне терпения!.. Почему? Что на этот раз не так?

— Мы слишком глубоко под землей. Зачем столько лишнего труда? Можно было сделать выход выше. Вон, хоть здесь… — я будто непроизвольно выбрал ближайшую дверь. И, естественно, совершенно случайно она оказалась тем самым помещением, где держали Чичку.

Капитан, следуя моему жесту, подошел к двери и заглянул через окошко внутрь. Чего я, собственно, и добивался. В полутьме комнаты (оставлена была только одна свеча) на кровати угадывалась человеческая фигура, укрытая с головой.

— Вот и славно… — пробормотал он негромко, но я расслышал. — А то все вырывалась, грозилась… — Потом он вспомнил, что не один, и заговорил громче: — Разбираешься в строительстве?

— Мой народ не строит крепостей и башен, но — как оборудовать потайной ход в доме, знать никому не помешает. Потому что от этого порой зависит жизнь всего рода. Мужчина может умереть на пороге своего жилища, но дети и женщины должны жить. Иначе кто отомстит врагам за отца?

— Хорошо сказано, — после небольшого раздумья ответил Рыжий Лис. — Мне понравилось. Отличный тост. И хоть у меня самого еще нет детей, но именно за то, чтоб было кому отомстить за нашу смерть, мы с тобой сейчас и выпьем. А что до Перехода, Степан… Не бери в голову. Этим чародейским штукам все равно на какой глубине быть. Вернее, они сами ее себе выбирают…

* * *

Чутье Рыжего Лиса не обмануло. Не успели мы проглотить разрезанного пополам зажаренного на вертеле каплуна, как в дверь «Веселого Свина» вбежал запыхавшийся ландскнехт. Он с порога окинул взглядом харчевню и облегченно вздохнул, заметив нас.

— Капитан, не бросай в меня кружкой! Давай я лучше так выпью, — плюхнулся он на свободный табурет и потянулся к вину, которым Фридрих запивал жирное мясо. — Как угорелый ношусь по всему замку, вас обоих разыскивая.

— Чего тебе, ошибка матери? Не видишь разве, я занят, — проворчал капитан, но отнимать кружку не стал.

Тот жадно отхлебнул. Секунду посидел с полузакрытыми от удовольствия глазами. Потом хлебнул еще раз, но на два глотка там не набиралось. Удивленно заглянул в кружку и со вздохом разочарования поставил ее на стол. На мой жбан с квасом вояка не покусился.

— Господин барон хочет вас видеть.

— Вместе? — немного удивился Лис.

— Да. Вышел в коридор, подозвал меня и прямо так и сказал. Найди Фридриха и давешнего варвара. Они где-то пьянствуют. Я и помчался сюда… — кнехт спохватился, но было поздно. Слово не воробей…

— А говорил: забегался искать, — проворчал Лис. — Будешь должен кружку пива.

— Да там всего на один…

— Чтоб не хитрил, Жнец… — взгляд Фридриха потяжелел. — Лис в компании может быть только один. И это я! А если хочешь, чтоб я долг простил и даже угостил тебя прямо сейчас — выкладывай, что успел подслушать.

— Я?

— А иначе какого черта ты ошивался возле кабинета барона? Что-то не припоминаю, чтоб посылал тебя нести дежурство внутри донжона… Жнец, не юли. Я даже вдрызг пьяный буду умнее вас всех, вместе взятых. Или ты еще этого не понял?

— Понял, — опустил взгляд тот.

— Вот и славно. Эй, хозяин! Еще пару кружек! А ты не жди, не жди!.. Исповедуйся уже.

— В общем, доверенное лицо господина аббата в Белозерье донесло, что купец пустой. Обоз Круглея только приманка, а то, что мы ищем, — везет один человек. Непонятно только как? То ли он впереди обоза ускакал и давно уже в Жмуди,[58] а то и в самих Россиенах.[59] Или наоборот — плетется позади, давая купцу возможность разведать путь и принять удар на себя.

— Людоед!.. — плеснул себя по колену Фридрих. — Чтоб мне с этого места не встать!.. Это точно он!

Мы со Жнецом молча уставились на капитана.

— Да, Фридрих, Лисом тебя прозвали не зря… — рокочущий бас барона прогремел в харчевне, как настоящий гром. — Прибавить бы к этому чуток послушания — цены б тебе не было. Впрочем, тогда ты уже стал бы псом. А псов у меня и без тебя достаточно. И рыжих, и черных, и даже лысых…

Фон Шварцреген стоял в дверях, загораживая весь проход. Ну совсем как я вчера, когда прикрывал от глаз стражников Чичку.

— Все вон… Вы трое — останьтесь.

Барон неторопливо шагнул внутрь, тогда как сидевших за столами обитателей замка, словно вихрем вымело и выбросило из харчевни через освободившиеся двери.

— Думаешь, вся та помощь, которую неизвестный воин так вовремя оказывает купеческому обозу и слухи о якобы объявившемся чудовище — из одного огорода?

Барон присел на скамью, за соседний стол. Неопределенно взмахнул рукой, и хозяин харчевни немедленно поставил перед ним полный кувшин. Примчался еще раз, сменил наши пустые миски и кружки на полные, поклонился барону и исчез.

— Ешьте, ешьте… — барон отпил прямо из кувшина, проигнорировав кубок. — Людоед. Гм, любопытно…

— А как иначе, господин барон? — капитан даже не притронулся к мясу и пиву. — Что может вернее отпугнуть лихих людишек от обоза, как недобрая слава? Мол, и потыкаться нечего. Его злой дух оберегает. И на правду похоже. Дважды… — тут Лис замялся и чуть виновато поглядел на барона, но фон Шварцреген и бровью не повел, — …пытались его разорить и оба раза как из-под земли объявлялся пресловутый «великан». Круглею это тоже ведомо, иначе он не сунулся бы в путь с такой мизерной охраной. Да и тем, кто знает больше разбойников, прямое подтверждение. Не сомневайтесь, ценности в обозе огромные. Вон какой у него страж объявился! Хватайте и не сомневайтесь.

— А если и в самом деле неведомое чудище? Или ты совсем в злых духов и прочую нечисть не веришь?

— Я ревностный католик, господин барон! — Фридрих размашисто перекрестился. — Мне не престало бояться чертей. Да и… — тут капитан опять замялся. — Видел я его.

— Кого? Великана этого? Людоеда?

— Ну, о людоедстве судить не стану, за одним столом с ним не сиживал. А видеть — видел. Плохо, правда. Через пламя костра. В бою… Не до смотрин было. Старшой в обозе — мечник искусный. Но что никакой тот неизвестный ратник не великан, хоть сейчас поклянусь. Рослый мужик, крепкий — это да. Но ничего особенного. Наш Степан, — капитан кивнул на меня, — может, и повыше будет.

— Говоришь, похож на Степана? — барон пристально посмотрел на меня.

Блин, даже мурашки под одеждой забегали. Надеюсь, мой ответный взгляд был достаточно безмятежным.

— Нет, — Рыжий Лис отвечал не задумываясь. — Тот ниже и в плечах шире.

Спасибо костру и искажающему вид пламени. А я ведь даже переодеться не сообразил.

— Ладно, тебе виднее. Будем мерить, когда поймаем его. Собственно, за этим я и пришел. У тебя найдется десяток людей, хорошо знающих лес?

— И не один…

— Мне нужны не лесорубы… — пренебрежительно хмыкнул фон Шварцреген. — А те, кто завербовался в компанию из браконьеров.

— Найдутся и такие… — кивнул капитан.

— Собери их к вечеру. Устроим небольшую охоту. Если этот «людоед» тот, о ком мы думаем, он должен быть где-то неподалеку.

— Вы совершенно правы, господин барон. Он же не знает точного времени, когда Круглей покинет замок, значит, не выпускает ворота из виду.

— В землях моего племени тоже растут деревья…

Моя реплика была так расплывчата и не вязалась в рассуждение о предстоящей вылазке, что привлекла внимание всех.

— Это ты о чем? — спросил Лис, так как барону подобный вопрос задавать было не по чину.

— Тоже пойду.

— Ради славы или награды? — улыбнулся фон Шварцреген. — Впрочем, это снова можно объединить. Славу ищите сами, а моя светлость не поскупится на награду.

— И я не стал бы искать его перед воротами замка.

— У вас, Степан, наверно, деревья очень редко растут, — засмеялся Лис. — А здесь на дюжину шагов вглубь отойди, уже ничего не видно. Он должен быть на опушке, иначе рискует остаться, когда обоз уйдет.

— Нет… — я говорил отрывисто и медленно, словно подбирал правильные слова. В общем, как варвар, который не слишком хорошо владеет речью. — Я прошел бы два-три поприща[60] дальше по дороге и там устроился. На обочине. Мимо не проедут. Он же знает, куда обоз путь держит?..

— Молодец, — мотнул головой фон Шварцреген. — Похоже, в моем замке на одного лиса больше стало… Значит, решено. Готовьтесь к выходу за час до рассвета. Как вторые петухи пропоют, так и двинемся… на охоту.


Глава четвертая | Витязь в медвежьей шкуре | Глава шестая