home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




Баба Настя и шестой "А".


Петька Дубов стоял возле школьного крыльца, пританцовывая на месте: холодный ветер так и норовил забраться под его короткую куртку. Он давно бы вошёл в тёплую школу, но ему было необходимо посекретничать с Денисом. Стрелка часов неотвратимо ползла к половине девятого, а Рыбников всё не появлялся.

- Вот тебе и примерный ученик, - ворчал Дубов, ёжась от холода. - Где тебя черти носят, Рыба? Или без меня в киношку сорвался? Мог бы и предупредить! - Из-за поворота показались братья Рыбниковы, и Петька смачно плюнул себе под ноги. Разговаривать с Денисом при Вадиме ему не хотелось. - Мы с Тамарой ходим парой, - пробурчал Дубов и взбежал по ступенькам, решив перехватить приятеля в раздевалке.

В холле, перебросившись парой тихих фраз, Денис и Вадим расстались, и Петька, наконец, подошёл к приятелю.

- Здорово, Рыба! Разговор есть! - Настасья Антоновна, ещё не до конца вжившаяся в роль Дениса, обернулась и с интересом уставилась на него. - Что это с тобой? - усмехнулся Дубов. - Смотришь так, словно первый раз увидел!

- Ты Дубов, - уверено сказала Настасья Антоновна, и Петька рассмеялся:

- У тебя что, крыша поехала?

- Моя крыша на месте. Так о чём разговор?

- Хочу химичку проучить! Она мне пару за самостоялку влепила!

- Так ты сам виноват! - строго сказала Настасья. - Нужно было химию учить, а не в компьютер играть!

Петька покрутил пальцем у виска:

- Ты точно свихнулся, братан! Короче, ты со мной?

- Что, значит, "с тобой"? Сначала скажи, что задумал!

- Так говорю же, химичку надо довести!

- Как? - рявкнула Настасья Антоновна, и тут прозвенел звонок.

- Тьфу ты, - плюнул Дубов. - Договорим на перемене. Глядишь, за урок ты в себя придёшь! - И, закинув рюкзак на плечо, он бросился к лестнице.

Настасья Антоновна пулей кинулась вслед за Дубовым: она как-то забыла спросить у Вадима, в каком кабинете будет проходить первый урок. На середине лестничного пролёта баба Настя вспомнила, что она ведьма, перешла на шаг и включила магическое зрение - Петька Дубов был неподалёку. Он сидел за партой в кабинете, который располагался на втором этаже, рядом с лестничной площадкой. Настасья Антоновна подошла к дверям класса и, прочитав табличку: "кабинет истории", деликатно постучала.

- Войдите! - раздался громкий голос учительницы, и, глубоко вздохнув, ведьма вступила в класс.

- Простите, ради Бога, я сегодня себя неважно чувствую, и, поэтому, немного задержался! - на одном дыхании произнесла она и кокетливо улыбнулась.

Галина Владимировна замерла с журналом в руках и растерянно спросила:

- Так, может тебе домой пойти, Рыбников?

- Нет-нет, я здесь посижу, - быстро сказала баба Настя и понеслась к свободному месту на задней парте.

- Ты куда, Рыбников? - ещё больше растерялась Галина Владимировна. - Ты же всегда сидел с Викой?!

- С Викой? - переспросила Настасья Антоновна, обвела ищущим взглядом одноклассников внука и задумчиво протянула: - С Викой, так с Викой…

Ведьма оказалась в затруднительной ситуации: в классе было две Вики, Борисова и Остроухова, и обе они, как назло, сидели за партами в одиночестве. Выбрав ту, что поближе, а именно Остроухову, баба Настя медленно двинулась в её сторону, наблюдая за реакцией учеников. Шестиклассники, впрочем, как и Галина Владимировна, напряжённо следили за странным передвижением Дениса. Сделав несколько шагов, Настасья Антоновна сменила направление, поняв по их лицам, что ошиблась.

- Да сядь ты, наконец, Рыбников! - не выдержала Галина Владимировна.

Баба Настя с облегчением плюхнулась рядом с Викой Борисовой и громко сообщила:

- Со мной всё в порядке!

- Я вижу, - проворчала Галина Владимировна и раскрыла журнал. Сегодня она как раз планировала вызвать Рыбникова к доске, но его странноватое поведение смутило её. "В другой раз спрошу", - подумала учительница, и баба Настя, прочитав её мысли, облегчённо вздохнула.

Урок пошёл своим чередом. Пока Галина Владимировна вызывала учеников к доске, и те, запинаясь и путаясь в датах, рассказывали домашнее задание, Настасье Антоновне было весело. А вот когда учительница перешла к новой теме, баба Настя заскучала и, под монотонный рассказ Галины Владимировны, стала клевать носом. Ей снилась маленькая деревенская школа, класс с русской печкой, в которой зимой весело потрескивали дрова, пожилая учительница в пушистой шерстяной шали, и она сама за простой деревянной партой…

- Рыбников!

- Я за него! - вскочила Настасья Антоновна, и класс взорвался от хохота.

Галина Владимировна подождала, пока ученики отсмеются, и недовольно потребовала:

- Повтори, что я только что сказала!

- Вы сказали: Рыбников! - честными глазами глядя на учительницу, ответила Настасья Антоновна, и ученики вновь покатились со смеху. Баба Настя обвела их хмурым взглядом, махнула рукой, и в классе наступила тишина. Ведьма уселась за парту, подпёрла голову рукой и ворчливо произнесла: - И зачем я сюда потащилась? Нужно было заколдовать Светку с Олегом, а Денису и Вадику справки написать, что болели. И никаких проблем. - Она обвела взглядом застывших учеников, вздохнула и встала: - А теперь слушай, как тебя отчитывают, словно маленькую девочку. - Настасья Антоновна развеяла чары, и Галина Владимировна сердито спросила:

- Что с тобой происходит, Рыбников? Мало того, что ты опоздал, так ещё и спишь на уроке! Если плохо себя чувствуешь, обратись в медпункт!

- Я в порядке! - твёрдо сказала Настасья Антоновна. Она решила, во что бы то ни стало, досидеть в школе до конца уроков, чтобы не дать сёстрам повода осмеять её.

- Садись, Рыбников! И, имей в виду, на следующем уроке я тебя обязательно спрошу!

Настасья Антоновна села на стул. Вика придвинулась к ней и прошептала:

- Что с тобой творится, Денис? Ты второй день сам не свой.

- Отстань! Я в порядке! - прошипела баба Настя.

Вика презрительно фыркнула и отодвинулась, а ведьма попыталась сосредоточиться на рассказе учительницы, но не смогла. Мысли Настасьи были заняты одним вопросом: "Зачем я сюда притащилась?!"

Наконец, прозвенел звонок. Ведьма запихнула учебник в портфель, вылетела из класса и ошалело замерла: в уши хлынули пронзительные крики, оглушительный смех и топот сотен ног.

- Очнись, Рыба! - Настасья Антоновна получила чувствительный тычок в спину, по инерции шагнула вперёд и столкнулась с пробегавшим мимо старшеклассником.

- А ну, брысь с дороги, головастик! - Старшеклассник замахнулся, и ведьма на автомате выбросила руку вперёд. Подросток ойкнул, шлёпнулся на пол и стал тереть глаза, словно в них попал песок.

- Линяем, Рыба! - Петька подскочил к приятелю, схватил его за рукав и потащил за собой. Он приволок Дениса на первый этаж и втолкнул в туалет. - Ты офонарел, Рыба?! - Дубов постучал себя по лбу. - На фига ты песком кидаешься? Да ещё в Крота! Он тебя запомнил! Теперь найдёт, и по морде надаёт! Беги скорее к брательнику!

- Зачем? Я сам справлюсь! - гордо вскинула голову баба Настя.

- Ага, как же! - ухмыльнулся Дубов. - Из ботаников в терминаторы решил податься? Мускулы сначала подкачай!

- Я и без мускулов обойдусь!

- Книжками отмахиваться будешь, да?

- Да хоть книжками!

- Ну и дурак ты, Рыба! - Петька посмотрел на приятеля, как на конченого человека, и вздохнул: - Давай напоследок химичку доведём, а потом я тебе в больницу буду мандарины носить.

- Рано ты на мне крест ставишь! - взорвалась Настасья Антоновна и вылетела в коридор, со всего размаха хлопнув дверью. Пробежав несколько метров, она остановилась, сообразив, что не знает, куда идти. Ведьма раздражённо поморщилась, развернулась и направилась к Дубову, который как раз выходил из туалета. - Как будем химичку доводить?

- Так ты согласен? - оживился Петька. - Слушай сюда! - Он склонился к уху приятеля и быстро зашептал: - Для начала, мы…

- Бред! - категорично отрезала Настасья Антоновна, когда Дубов закончил излагать свой план. - Никакого воображения! Но, так и быть, я сам всё сделаю! А ты смотри и учись!

- Да что ты можешь? - обиделся Дубов.

- Увидишь! - с хитрой улыбкой сказала баба Настя и хлопнула Петьку по плечу: - Пошли, приятель. Химичка ждёт!

- Ну, пошли… - скептично протянул Дубов и направился к лестнице…

Вероника Сергеевна преподавала в школе первый год. Это была милая девушка со строгой причёской и наивными зелёными глазами. Когда Настасья Антоновна увидела это ангельское создание, то в первый момент пожалела, что согласилась на Дубовскую авантюру, однако в ней уже проснулся шкодливый сорванец и, сев за парту рядом с Викой, ведьма приступила к срыву урока.

Вероника Сергеевна поздоровалась с учениками, открыла журнал и мягко сказала:

- Витя Мечников, к доске!

Белобрысый мальчишка в тёмно-зелёном джинсовом костюме нехотя поднялся, побрёл к доске, и Дубов стал нетерпеливо подмигивать Денису. Баба Настя ободряюще улыбнулась ему и посмотрела на Мечникова, который, взяв в руку мел, собрался написать на доске формулу.

- Не выйдет, - прошептала она, и Вика Борисова недоумённо взглянула на соседа по парте.

Тем временем бедняга Мечников изо всех сил водил мелом по доске. Мел скрипел, крошился, но не оставлял на гладкой коричневой поверхности ни единой чёрточки. Вероника Сергеевна несколько секунд наблюдала за мучениями ученика, а потом подошла к нему, взяла из его рук мел и провела им по доске.

- Странно… - пробормотала она, достала из коробки другой кусок мела и попробовала писать им - безрезультатно. Вероника Сергеевна поскребла доску ногтём, в надежде обнаружить следы воска или парафина, но доска была совершенно нормальной. Озадаченная учительница посмотрела на Мечникова и вздохнула: - Ладно, рассказывай устно.

- Му-у-у… - протянул Витя и испуганно замолчал.

В классе раздались первые смешки, а Вероника Сергеевна растерянно спросила:

- Что ты сказал, Витя?

- Му-у-у… - опять выдал Мечников и покраснел.

Смех стал громче.

- Ты не выучил урок? - из последних сил сохраняя спокойствие, поинтересовалась учительница, но Мечников не ответил. Раздувая ноздри, он молча стоял у доски и исподлобья смотрел на учительницу. Вероника Сергеевна попятилась: на мгновенье ей показалась, что у доски стоит разъярённый бык. - С-садись, Мечников, - выдавила она и, словно защищаясь, выставила перед собой указку. - Иди, иди, что встал!

Мечников потряс головой и, под оглушительный хохот одноклассников, стремительно зашагал к своему месту. Вероника Сергеевна проводила его опасливым взглядом и постучала указкой по столу:

- Прошу тишины! - И когда шестиклассники успокоились, она обвела настороженными глазами класс и неуверенно произнесла: - Отвечать будет Вика Борисова.

Вика встала и, одарив Дениса подозрительным взглядом, направилась к доске. Баба Настя повернулась к Дубову и довольно усмехнулась: Петька, разинув рот, наблюдал за Викой - он с нетерпением ждал продолжения спектакля. Борисова подошла к доске, взяла в руки мел и, неожиданно для себя и остальных, стала рисовать. Вероника Сергеевна приглушённо ойкнула и села на стул. С неестественной быстротой на доске появилась картина: скалистый морской берег, вдалеке замок с множеством башен и башенок, а на переднем плане - парусный корабль. В классе повеяло свежим морским воздухом, ученики услышали крики чаек и стали недоумённо переглядываться. Вика Борисова положила мел.

- Это всё, - сказала она и вернулась на своё место.

Вероника Сергеевна даже не заметила, как Вика ушла. Она таращилась на рисунок, не зная, как реагировать на выходку самой примерной ученицы в классе. Наконец, молодая учительница нашла в себе силы подняться.

- Раз с опросом у нас ничего не получается, приступим к новой теме. - Она покосилась на Викин рисунок и замолчала.

Ученики начали перешёптываться, а на лице Дубова расплылась блаженная улыбка. Настасья Антоновна взглянула на него и вдруг почувствовала вину перед девушкой. "Ну, Дубов, сейчас ты у меня получишь! Я тебя научу химию любить!" - подумала она и, спрятав руку под парту, щёлкнула пальцами. Вероника Сергеевна встрепенулась и вдохновенно произнесла:

- Химия - замечательная наука!

Вероника Сергеевна обожала свой предмет и мечтала привить любовь к химии детям. И, благодаря Настасье Антоновне, настал её звёздный час! Доска и учительский стол исчезли, и ученики увидели лабораторию средневекового алхимика. Затаив дыхание, шестиклассники смотрели, как в колбах закипают разноцветные растворы. Раздалось несколько шумных взрывов. По стеклянным трубкам замысловатого прибора потекла сиреневая жидкость. Вероника Сергеевна вдохновенно рассказывала о таинственной алхимии - матери современной химической науки. Прямо на глазах учеников средневековая лаборатория стала преображаться. В ней, один за другим, появлялись и исчезали люди, знакомые по портретам на стенах класса. Они смешивали реактивы, что-то писали, а голос Вероники Сергеевны комментировал происходящее. В конце концов, лаборатория стала напоминать кадр из фантастического фильма, и тут прозвенел звонок. Учительница поправила волосы, положила на стол указку и обычным голосом произнесла:

- Урок окончен. - По классу пронёсся вздох разочарования. Шестиклассники неподвижно сидели на местах, словно надеясь, что завораживающий рассказ Вероники Сергеевны начнётся вновь. - Урок окочен! - повторила учительница, и ученики, оживлённо переговариваясь, стали собирать портфели. Вероника Сергеевна наблюдала за шестиклассниками и обдумывала, как построить урок в восьмом "В". Сегодня она окончательно уверилась в том, что сделала верный выбор, придя работать в школу.

Петька Дубов запихнул учебник в сумку, подошёл к Денису и восторженным шёпотом спросил:

- Как ты это сделал?

- Что? - состроила удивлённое лицо Настасья Антоновна.

- Не прикидывайся! Гарри Поттер фигов! По-твоему, я поверю, что трус-Мечников по собственной воле мычать начал? А правильная до тошноты Борисова вдруг приколоться решила?!

- А я-то здесь при чём? - Баба Настя взяла портфель, и тут, расталкивая шестиклассников, в класс ворвался Вадим. Он схватил Настасью за руку, оттащил к окну и разъярённо прошипел:

- Зачем ты наехала на Крота?

- Какого крота? - растерялась ведьма.

- Ваську Кротова из десятого "Б"!

- А… ты про того охламона? Он меня чуть с ног не сбил! Да ещё ударить хотел! Что ж мне, по-твоему, подзатыльники терпеть? И не надейся!

Вадим сжал кулаки, сосчитал в уме до десяти и терпеливо произнёс:

- Ты понимаешь, что натворила? Тебе, ясное дело, Крот не страшен, а вот Денису… Короче, делай, что хочешь, но ситуацию с Кротом разрули!

- Что ты так расшумелся? - возмутилась баба Настя, но Вадим не стал её слушать.

- Я всё сказал! - рявкнул он, решительно повернулся к бабушке спиной и стремительно вышел из класса.

- С Кротом проблемы, да? - ехидно поинтересовался Дубов, подойдя к приятелю.

- Да не будет никаких проблем! - взорвалась ведьма. - Что вы его так боитесь?

Петька успокаивающе погладил Дениса по спине:

- Понимаю, ты волнуешься. Ну, отлупит он тебя - не убьёт же. Попросишь у него прощения. В конце концов, сумку за ним пару недель потаскаешь. Потом ему надоест, и он найдёт себе новую жертву.

- Что бы я… - в запале начала Настасья Антоновна и осеклась. - Пошли на алгебру, или что у нас там по расписанию?

- Сейчас литература, алгебра потом. - Дубов почесал затылок и хитро прищурился: - Я бы не отказался и на литературе послушать что-нибудь эдакое…

- И не надейся! Я тебе не волшебник из голубого вертолёта! - огрызнулась баба Настя.

- А кто? - тут же спросил Дубов.

- Дед Пихто! - выпалила ведьма и понеслась к двери.

- Ничего, - проворчал Петька, - я узнаю, что ты за птица, Рыба!..

Всю перемену Дубов разыскивал Рыбникова, но тот словно сквозь землю провалился. "Наверное, от Крота прячется", - подумал Петька и направился в кабинет литературы, надеясь, что Рыбников не сбежал домой и появится на уроке. Он оказался прав: за миг до звонка, Денис влетел в класс и сел рядом с Викой. Следом за ним появилась Элеонора Михайловна. Она поздоровалась с учениками и сразу начала опрос. Чувствуя, что Элеонора вот-вот вызовет его к доске, Петька Дубов начал лихорадочно листать учебник, поскольку он, как обычно, не удосужился открыть его дома. Он поглядывал на Рыбникова, в надежде, что приятель устроит что-нибудь эдакое, и сорвёт литературу, но Денис спокойно сидел за партой и внимательно слушал, как отвечает Женька Рыжова. "Ну, давай же, Рыба! Сделай что-нибудь!" - мысленно умолял его Дубов, нутром ощущая, что следующим отвечать пойдёт он.

Денис покосился на Дубова, лукаво улыбнулся, и Петька приободрился, решив, что друг не бросит его в беде.

- Дубов! - Как гром среди ясного неба прозвучал голос Элеоноры Михайловны.

Петька встал и поплёлся к доске. Он остановился возле учительского стола, положил руку на его край, торжественно произнёс:

- Василий Андреевич Жуковский. "Кубок". - И замолчал, поскольку больше сказать ему было нечего.

- Слушаю тебя, Дубов, - терпеливо произнесла Элеонора Михайловна.

- "Кубок", - ещё раз повторил Петька и с мольбой уставился на Дениса.

Учительница проследила за его взглядом, пожала плечами и спросила:

- Ты выучил стихотворение, Дубов?

- А как же! - с достоинством ответил Петька и напряжённо наморщил лоб. - Вот только первую строчку забыл.

- Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой… - подсказала Элеонора Михайловна.

- Точно, точно, - закивал головой Дубов, угрожающе посмотрел на Дениса и повторил: - Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой…

- Вторую строчку ты тоже забыл? - немного подождав, насмешливо спросила учительница.

- Что-то у меня голова разболелась, - вздохнул Петька, потрогал лоб и горестно произнёс: - Кажется, у меня температура поднялась.

- У тебя уже две двойки, Дубов! - строго сказала Элеонора Михайловна. - Если я поставлю третью, то до конца четверти, ты не успеешь их исправить. Так, что будем делать?

- А Вы спросите меня завтра! - масленым голосом проговорил Дубов. - К завтрашнему дню у меня голова пройдёт, и я точно всё отвечу!

- Хорошо. Завтра на уроке ты расскажешь нам о жизни и творчестве Василия Андреевича Жуковского, а на перемене прочтёшь "Кубок". Садись.

Петька сел за парту и исподтишка показал Денису кулак. Настасья Антоновна демонстративно отвернулась и стала слушать, как очередная жертва русской литературы, путаясь и запинаясь, рассказывает балладу Жуковского. В классе шуршали тетрадные листы, ученики тихо перешёптывались между собой, да и у Элеоноры Михайловны был весьма скучающий вид. "Тоже мне, урок литературы, - оскорбилась Настасья, страстная поклонница поэзии. - Стихи нужно прочувствовать!" Ведьма потёрла лоб и пробормотала себе под нос:

- Я вас научу поэзию любить.

В тот же миг Элеонора Михайловна прервала ученика, отправила его на место и, встав у доски, вдохновенно вымолвила:

- Василий Андреевич Жуковский. "Кубок".

Шторы на окнах сами собой сдвинулись, на партах и учительском столе появились свечи в старинных канделябрах, а вместо люминесцентных ламп под потолком повисли тяжёлые люстры. Зазвучала медленная музыка, в которой слышался шум прибоя, крики чаек и тихое бряцанье доспехов. Элеонора Михайловна поправила кружевной воротник пышного шёлкового платья, взмахнула веером и с чувством начала:

"Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой,

В ту бездну прыгнет с вышины?..

Классная доска превратилась в экран, и глазам учеников предстал берег сурового северного моря. О серые острые скалы бились пенистые волны, а на вершине самой высокой скалы сиял золотой трон. Кадр сменился, и шестиклассники увидели старика с благородным лицом и длинными седыми волосами. На его голове, в лучах бледного солнца, тускло светился царский венец. В руках царь держал массивный золотой кубок, усыпанный рубинами, а вокруг стояли рыцари, дамы и несколько пажей. Царь поднялся с трона, шагнул к обрыву и швырнул кубок в клокочущую бездну.

"Кто, смелый, на подвиг опасный решится?

Кто сыщет мой кубок и с ним возвратится?" - донёсся до учеников низкий старческий голос.

Шестиклассники затаили дыхание. Юный паж поклонился царю, скинул на землю плащ и ласточкой нырнул в кипящие волны. Вика Борисова вскрикнула и от страха закрыла лицо руками.

Паж вынырнул из бездны, по крутой тропе взошёл на скалу, и шестой "А" взорвался ликующими криками. "Кино" с головой захватило учеников: им казалось, что они тоже стоят возле трона и вместе со свитой царя приветствуют героя. Паж поклонился и голосом Элеоноры Михайловны начал рассказывать о путешествии в бездну. На экране, в пурпурном сумраке, замелькали чудовища, одно ужаснее другого. Внезапно пурпурная бездна потемнела, и из мрака появилась огромная пасть с острыми кинжалами зубов и длинным раздвоенным языком. Чудовище щёлкнуло зубами, и шестой "А" дружно ахнул.

- Мама! - испуганно вскрикнула Лена Белкина, но чудовище уже исчезло, а на экране вновь появился царь. Он оглядел пажа с ног до головы и вкрадчивым голосом произнёс:

"Мой кубок возьми золотой;

Но с ним я и перстень тебе подарю,

В котором алмаз дорогой,

Когда ты на подвиг отважишься снова

И тайны все дна перескажешь морскова"…

Царь смотрел на пажа, а тот не сводил глаз с прекрасной царевны, стоящей по правую руку от отца. В преддверии драматичной развязки Вика Борисова зашмыгала носом, и Настасья Антоновна вложила в её руку носовой платок.

Паж бросил на царевну прощальный взгляд, нырнул в бушующую пучину волн, и в классе повисла гробовая тишина.

И с трепетом в бездну царевна глядит…

И бьет за волною волна…

Приходит, уходит волна быстротечно:

А юноши нет, и не будет уж вечно.

Элеонора Михайловна положила веер на стол. Экран погас, шторы разъехались в стороны, канделябры исчезли, и прозвенел звонок. Ученики, как приклеенные, сидели на местах и смотрели на учительницу. Элеонора Михайловна кашлянула и задумчиво произнесла:

- Урок окончен. - Она растерянно стояла у доски, не понимая, какая муха её укусила. Сегодня она планировала весь урок опрашивать учеников, а вместо этого зачем-то устроила художественную декламацию "Кубка". "Ну, ладно. Что сделано, то сделано! В конце концов, устрою дополнительный урок, - решила Элеонора Михайловна и улыбнулась: шестиклассники не спешили покидать кабинет литературы, наперебой обсуждая балладу Жуковского. Ощущая себя счастливой как никогда, учительница взяла журнал и покинула класс, искренне надеясь, что её неожиданное выступление поможет ученикам шестого "А" проникнуться очарованием великой русской литературы.

Перемена подходила к концу, а шестиклассники всё обсуждали "Кубок". Настасья Антоновна слушала их и думала: "Похоже, беда современной школы не столько в учениках, сколько в учителях. Немного артистизма, воображения, и дети начнут учиться с удовольствием…"

- Ты что, заснул, Рыба? Сейчас звонок прозвенит, а нам ещё на третий этаж подниматься! - Петька Дубов легонько шлёпнул приятеля сумкой по спине и пошёл к двери.

Баба Настя последовала за ним. Петька шагнул в коридор, но вдруг остановился и попятился, закрывая Дениса спиной.

- Ты чего? - Ведьма выглянула из-за его плеча: у дверей кабинета, подпирая стену накаченным плечом, стоял Кротов.

- А… Крот! - расплылась в улыбке Настасья Антоновна, отодвинула Дубова в сторону и вышла в коридор. - Что, не терпится со мной разобраться?

- А ну, топай за мной! - приказал Кротов и направился к мужскому туалету.

- Бежим… - прошипел Петька и потянул Дениса за рукав.

- Ну, уж нет! - решительно сказала баба Настя и зашагала за Кротом.

Петька пробежал взглядом по сочувственным лицам семиклассников, которые ждали начала урока литературы, ободряюще улыбнулся стоявшей неподалёку Вике Борисовой и, шумно втянув ноздрями воздух, припустил за Денисом.

Прозвенел звонок на урок, и коридор быстро опустел. Васька Кротов ногой толкнул дверь туалета:

- Заходи!

Ведьма пренебрежительно пожала плечами и невозмутимо прошествовала мимо Кротова. Дубов хотел шмыгнуть следом, но Васька поймал его за шиворот:

- А ты куда?

- Я с ним! - пискнул Петька.

- Один за всех, да? - глумливо ухмыльнулся Крот, и Дубов, получив пинок, влетел в туалет. Васька прикрыл за собой дверь и скрестил руки на груди: - Ну, что, сразу каяться начнёшь или повыпендриваешься? - обратился он к Денису.

- В чём каяться-то? - насмешливо спросила Настасья Антоновна. - Это ты должен передо мной извиниться! Летаешь по коридору, как метеор! Да ещё руками не по делу размахиваешь! Извиняйся, и разойдёмся по-хорошему!

Сначала лицо Васьки стало недоумённо-растерянным, а потом побагровело, напомнив бабе Насте свекольный салат, ещё не заправленный майонезом.

- Да ты!.. Да я!.. Да что с тобой цацкаться! - выдавил, наконец, Кротов и, угрожающе раздувая ноздри, пошёл на Дениса.

- Полегче на поворотах, приятель! - криво усмехнулась Настасья Антоновна, а Петька вжался в стену и зажмурился, не желая видеть смерть одноклассника.

Баба Настя покосилась на него, хихикнула и махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху. Крот охнул и повис над полом, беспомощно перебирая ногами.

- Это что за… - начал он, но ведьма не позволила ему выругаться. Она что-то буркнула себе под нос, и Васька лишился дара речи.

- Всё равно ничего умного не скажешь, - проворчала Настасья Антоновна и подошла ближе. - И в кого же ты уродился такой бестолковый, Василий? Вроде родители у тебя приличные люди, врачи, а ты… - Она осуждающе покачала головой.

Петька открыл глаза и вытаращился на висящего в воздухе Крота.

- Я так и знал! Ты волшебник, Рыба!

- Уймись, Пётр! - шикнула на него Настасья Антоновна и щёлкнула Ваську по носу: - Сейчас я тебя в крысу превращать буду! - елейным голосом сообщила она, и Крот заболтал ногами, пытаясь убежать. Его рот раскрылся в безмолвном крике, а лицо стало несчастным и жалким. Баба Настя поймала Васькин взгляд и что-то невнятно забормотала.

От восторга у Петьки перехватило дыхание: на его глазах творилось настоящее чудо. Гроза школы, Васька Кротов, медленно скукоживался и покрывался щетиной, его лицо вытягивалось и заострялось, глаза становились маленькими и круглыми. Васькины руки и ноги превратились в когтистые лапки, а сзади вырос длинный розовый хвост. Крыса-Кротов болтался в воздухе и с ужасом смотрел на пол, казавшийся ему теперь безнадёжно далёким.

- Так ему и надо! - радостно воскликнул Дубов и показал Денису большой палец: - Здорово!

Внезапно дверь туалета распахнулась, и в проёме появился директор школы, Иван Карлович Пухов:

- Прекратить! - с порога рявкнул он и остановился.

Директор надеялся поймать Кротова на месте преступления, но дебошира-десятиклассника в туалете не было. У стены стояли Пётр Дубов и Денис Рыбников из шестого "А". На плече у Дениса сидела серая толстая крыса и испуганно таращилась на Ивана Карловича.

- Почему вы не на уроке? - строго спросил директор.

- А я… это… - Дубов кивнул на кабинки. - В общем, живот у меня болит.

- А ты? - Иван Карлович требовательно посмотрел на Дениса. - У тебя тоже живот болит?

- Болит, - кивнула Настасья Антоновна.

- А крысу, зачем в школу принёс?

- Я её здесь поймал, - не моргнув глазом, ответила баба Настя.

- Где здесь? - опешил Иван Карлович.

- Вот в туалете и поймал.

Директор школы побледнел:

- Не может быть! - Он ещё раз посмотрел на крысу, и вдруг ехидно улыбнулся: - Значит, говоришь, здесь поймал? А ну, давай её сюда! Я сейчас её в клетку посажу и санэпидемстанцию вызову. Пусть они её усыпят и у себя в лаборатории посмотрят, не больная ли, а то вдруг в школу чуму занесёт! - Иван Карлович протянул руку, и к его удивлению, крыса метнулась к нему, взобралась на плечо и часто задышала в ухо, словно пытаясь что-то сообщить. - Да, Рыбников! Я и не знал, что ты у нас великий дрессировщик! - Он снял крысу с плеча и вернул её Денису. - Спрячь в карман, и марш на урок! И что б животных в школу больше не приносил! Ясно?

Настасья Антоновна коротко кивнула. Они с Петькой выскочили в коридор и увидели Борисову. Вика, переминаясь с ноги на ногу, стояла у лестницы и ждала, чем закончится разборка между её одноклассниками и Кротом. Она боялась, что вызванный ею директор опоздает, и Крот успеет избить Дениса и Петьку. Увидев мальчишек целыми и невредимыми, Борисова облегчённо вздохнула и состроила сердитое лицо:

- Я из-за вас пол алгебры пропустила! - Она надменно поджала губы и стала подниматься по лестнице.

Настасья Антоновна и Петька, переглядываясь, пошли следом, однако на площадке между этажами притормозили, давая Вике уйти. Борисова поднялась на третий этаж и обернулась:

- Так я и знала: на алгебру вы не пойдёте! И нечего было вас, прогульщиков, спасать! - Она тряхнула длинными светлыми волосами и, расправив плечи, пошла к кабинету.

Дубов показал её спине язык:

- А нас и не надо было спасать! Мы сами с усами! - Он подмигнул Денису: - Что с Кротом делать будем? Может, на Птичке продадим? Или в канализацию выпустим? Пусть гуляет, всё равно учиться не любит!

- Как и ты, - язвительно заметила Настасья Антоновна.

- Да, ладно тебе! - отмахнулся Петька, и горящими глазами взглянул на крысу-Крота: - Давай её помучаем!

- Губы закатай! - бросила ему баба Настя и, почувствовав приближение Ивана Карловича, понеслась вверх по лестнице.

- Ты чего? - всполошился Петька и ринулся следом.

Настасья Антоновна влетела в мужской туалет, посадила крысу на подоконник и забормотала заклинание. Дубов с унылым видом смотрел, как крыса увеличивается в размерах, превращаясь в десятиклассника Кротова. Васька спрыгнул с подоконника, с недоверием ощупал себя, метнулся к дверям и оказался в объятьях Ивана Карловича.

- Да что ж такое-то? - возмутился директор. - Почему вы до сих пор не на уроке?

- Мы не дошли! - гордо сообщил Дубов. Рядом с волшебником Денисом он чувствовал себя неуязвимым.

Кротов вцепился в лацканы директорского пиджака и, закатывая глаза, затараторил:

- Эти двое превратили меня в крысу!

- Успокойся, Василий, - размеренно произнёс Иван Карлович и попытался освободить лацканы пиджака, но Кротов вцепился в них мёртвой хваткой:

- Они собирались меня на Птичке продать! И в канализацию спустить! Не хочу быть крысой!

- Возьми себя в руки, Василий! - гаркнул директор.

Кротов выпустил лацканы его пиджака и доверительно шепнул:

- Они и вас могут в крысу превратить.

Иван Карлович смерил Дениса и Петьку грозным взглядом:

- Что здесь произошло?

- Мы зашли в туалет, а тут Кротов сидит на подоконнике, - с честными глазами сказала Настасья Антоновна. - Он увидел нас и как подскочит, как бросится вон. А тут Вы.

- Врёшь! - крикнул Кротов и, испугавшись собственных слов, спрятался за спину директора.

Иван Карлович сделал шаг в сторону и недоуменно спросил:

- Да что с тобой, Кротов?

Вместо ответа Васька махнул рукой и пулей вылетел из туалета.

- Наверное, его кто-то по голове ударил, - весело предположил Петька.

Директор погладил щёку: странное поведение Кротова обеспокоило его. "Только душевнобольного мне в школе не хватало", - озабоченно подумал он, но, решив сначала разобраться с шестиклассниками, скомандовал:

- Дубов! Рыбников! За мной! - Иван Карлович вышел в коридор и направился к кабинету математики.

Сначала Настасья Антоновна хотела оставить всё, как есть, но потом представила Крота в смирительной рубашке и, тяжело вздохнув, начала колдовать. Иван Карлович замер у дверей кабинета, повернулся к шестиклассникам и посмотрел на них так, словно только что увидел. Петька решил, что сейчас директор будет отчитывать их за прогул, но неожиданно тот широко улыбнулся и заговорщицки подмигнул им:

- Вот мы, бывало, с Колькой Малинкиным… - На лице Ивана Карловича появилось мечтательное выражение. - Как-то весной, помню, в седьмом мы тогда учились… Принесли мы с Колькой в школу голубей и выпустили их на географии. Шуму было!.. - Директор с озорным видом погладил лацканы пиджака и дружелюбно предложил: - Заходите ко мне после уроков, я вам такое расскажу! - И, не дожидаясь ответа, он повернулся к ученикам спиной и вприпрыжку побежал по коридору.

- Вот, чёрт, перестаралась… - провожая его озабоченным взглядом, пробурчала баба Настя и прищурилась.

- Что ты сказал? - насторожился Петька.

- Ничего. - Настасья Антоновна с сомнением посмотрела на степенно идущего по коридору Ивана Карловича и постучалась в дверь кабинета математики.



____________________ | Проклятие Аламзара | Пленники Аламзара.