home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




Друзья.


Тель стянула с плеч тёплую, изумрудно-зелёную шаль, повесила её на спинку стула и устало опустилась на кровать. День выдался не из лёгких: подъём до рассвета, беготня по городу в поисках агентов Федерации, трудоёмкий процесс превращения Алемики в Гедерику, прощальный завтрак, стычка с Дигнаром, во время которой она едва избежала насилия. И как жирная точка в завершении трудного дня - безобразная истерика подопечной. Конечно, бедную девочку можно было понять. Путешествие в окружении десятков тиратцев даже Тель давалась непросто, но так разораться из-за неправильно сложенной салфетки! И это в первый день пути!

- Вот что значит быть не на своём месте. Воспитания магией не привьёшь, - пробормотала эльфийка и потянулась к груди, намереваясь расстегнуть платье, но тут в дверь постучали.

Тель бросила взгляд на часы. Полночь. "Неужели, девчонке ещё что-то не понравилось? Постель жёсткая? Или просто не спится? Хотя, стала бы она стучаться!"

- Войдите.

В спальню заглянул смущённый слуга, пожилой сутулый ликанец в тёмно-лиловом камзоле.

- Извините за беспокойство, госпожа, но Вам просили передать это.

Мужчина приблизился к Тель и с поклоном протянул свёрнутый трубочкой лист. Эльфийка улыбнулась, заметив, с каким искренним любопытством ликанец рассматривает её острые уши, однако, взглянув на послание, помрачнела: на золочёной нити, обвивающей свиток, красовалась личная печать наследника.

- Спасибо.

Взяв послание, Тель взмахом руки отпустила слугу и задумчиво уставилась на чёрный трилистник. "Это всего лишь лист бумаги", - убеждала она себя и нервничала всё больше и больше.

От Дигнара с его взрывным своенравным характером эльфийка ждала только неприятностей. Повинуясь своим желаниям, тиратец совершал дерзкие, безрассудные поступки и совершенно не заботился о последствиях, ощущая себя столпом творения - безгрешным и неуязвимым. Тель устала считать сколько раз ей хотелось наплевать на взлелеянный ликанцами договор и вступить в открытое противостояние с нахальным, беспринципным тиратцем. Она не сомневалась, что может добраться до него. "Одним мощным заклинанием обездвижить фантошей - и он мой!" Но мечты оставались мечтами. Скорее всего, ей придётся терпеть наследника до самой Исанты, а, возможно, и дольше. Сколько - зависело от множества обстоятельств, в первую очередь, от того, удастся ли Миганашу найти и вернуть Гедерику мужу. Эльфийка очень надеялась, что нет. Не зря же она послала на помощь воспитаннице Йоля и Ная. Конечно, лучше было бы воспользоваться услугами кого-то постарше и поопытнее, но, как назло, парламент Федерации отозвал Тарго - трёхсотлетнего сильфа из Белонежья, самого искусного проводника среди разведчиков. "Кто-кто, а он сумел бы безукоризненно замести следы… Но и молодые тоже неплохи. В конце концов, они пять лет провели рядом с Тарго. Чему-нибудь да научились. Справятся. Должны справиться!"

Тель тяжёлым взглядом скользнула по печати наследника и решительно вскрыла послание. Тонкий лист с тихим шорохом распрямился, превратившись в плотный глянцевый прямоугольник с золотым теснением по углам, и эльфийка растерянно уткнулась в ровные, пропитанные сарказмом строчки:

"Моя драгоценная супруга,

Волей не зависящих от меня обстоятельств, я вынужден покинуть Вас и отправиться в Исанту для неотложной встречи с отцом. Я буду смертельно тосковать без Ваших прекрасных глаз и милых речей, но дать своему влюблённому сердцу волю и взять Вас с собой - не решусь. Вы слишком хрупки и воздушны, моя прелестная Гедерика, и подвергать Вас воинским тяготам, как то: бесконечной скачке и ночёвкам на голой земле - кощунство! Но не печальтесь, родная, я задержусь в столице не дольше, чем того потребуют дела, и тотчас помчусь Вам навстречу. Мы, как и планировали, въедем в Исанту рука об руку. Обещаю!

А на время моего отсутствия поручаю Вам своих людей. Вы, как моя супруга, можете распоряжаться ими по своему усмотрению, во благо Тирата и Ликаны. Думайте обо мне, любовь моя.

С глубочайшим почтением, Дигнар Валеган Карон Дестената, Ваш верный и преданный супруг".

- Да ты никак спятил, Дигнар, - побледневшими губами прошептала эльфийка и криво ухмыльнулась: - Впрочем, это только на первый взгляд… Ты всё отлично просчитал, гадёныш! Прикрылся важной встречей с отцом и лично отправился в погоню за Гедерикой и фантошем. Плюс, тылы обезопасил.

Тель отложила письмо на прикроватный столик и прямо в одежде растянулась на постели, обдумывая, что ей делать. Алемике предстояло всё время быть на виду, отдавать приказы и общаться с тиратцами, а это означало, что девочку в любую минуту могли разоблачить. И дело не в царедворцах наследника, а в фантошах. Как бы хорошо Тель, Миганаш и Морика не замаскировали заклинание личины, если постараться, его можно было увидеть.

- Теперь я ни на секунду не смогу выпустить Алемику из виду! Да и все прочие проблемы придётся решать мне. Вот спасибо, Дигнар! Всю жизнь мечтала тиратцами покомандовать…


Тёмное небо с тусклыми росчерками созвездий притягивало и ласкало взгляд. Где-то вдалеке насмешливо ухала сова, словно говорила: "Я здесь по праву, а каким ветром занесло сюда вас, глупые, непоседливые людишки?" Дигнар хихикнул, представив себе ворчливую птицу в белом кружевном чепце, точь-в-точь таком, как носила Гражидо Зарэл. Наследник хорошо запомнил суровый вид и выпученные глаза суровой напыщенной гувернантки, которую прямо-таки распирало от возложенных на неё полномочий. Ещё бы! Командовать самим наследником! Правда, продержалась она на посту недолго.

Дигнар снова хихикнул и посмотрел на едущего рядом Шанира. "Да… увлекательная вышла история. Хоть спасибо Гражидо говори, ведь именно благодаря ей мы с Шани и познакомились!"

В тот год наследнику исполнилось десять, а сыну министра иностранных дел - четырнадцать. Дабы воспитать из мальчика умелого царедворца, господин Саттол упросил Селнира Дестанату взять его во дворец в качестве пажа. Как и многие отпрыски знатных тиратских семейств, Шанир обучался дома. И теперь к постижению премудростей географии, математики и родного языка прибавилась ещё одна обязанность - три раза в неделю являться во дворец и прислуживать сатрапу. Нельзя сказать, что юного Шанира порадовало такое положение вещей, но спорить с отцом он счёл занятием неразумным, и принялся усердно выполнять свой долг. Впрочем, не слишком обременительный. Время от времени юный паж сопровождал правителя на разные церемонии и приёмы да бегал по мелким поручениям.

В общем, жилось Шаниру вполне комфортно, чего нельзя было сказать о наследнике. С той минуты, как отец приставил к нему Гражидо Зарэл, вдову начальника дворцовой стражи и мать четверых великовозрастных амбалов, несущих, как и их родитель, охрану мирного сна тиратской знати, жизнь Дигнара превратилась в кромешный ад. Умом он понимал, что сам напросился на неприятности: слишком часто отцу докладывали о его выходках.

"Ну, зачем, например, нужно было поджигать носки камердинера? Ведь знал же, что старый проныра - любимчик отца, и тут же побежит ему жаловаться!.. Но кричал он знатно. Прямо бальзам на душу, - думал юный наследник, чинно вышагивая по парку рядом с мужеподобной бабищей в неизменно белоснежном чепце. - И с торжественным обедом тоже ничего себе получилось. Да…Петарда в праздничном пироге - моё лучшее достижение! И как вовремя пальнула! Аккурат на декольте жены министра финансов. Поделом! Нечего сиськи оголять, если они у тебя, как у дойной коровы!"

Однако сказочные победы и геройские операции, похоже, остались в прошлом. Целых полторы недели Дигнар с тоской ощущал себя пай-мальчиком. А как папа был доволен - словами не передать. За каждой совместной трапезой твердил, что если бы все тиратские дамы были такими, как госпожа Зарэл, их не пришлось бы держать на женской половине дома. Да-да! Сатрап усадил эту безродную мегеру за обеденный стол. И вёл с ней беседы! А ведь даже жёны министров удостаивались такой чести лишь по особо торжественным праздникам.

Но самым кошмарным было то, что Гражидо Зарэл не реагировала ни на хамский тон наследника, ни на проверенные временем проделки. На словесные выходки отвечала укоризненной миной, от которой у Дигнара челюсть сводило, а на толчёное стекло в туфлях, шпильки в постели, испорченную еду и порезанную одежду с философским терпением заявляла, что сумела четверых оболтусов обломать - обломает и пятого.

- Рано или поздно, Вы, Ваше высочество, поймёте, что всё это на меня не действует, и угомонитесь.

Дигнар злился, бесился, рвал и метал, а треклятая тётка оставалась непробиваемой.

"Полторы недели! Целых полторы недели! - мысленно причитал наследник, враждебно поглядывая на величественные многовековые дубы, подстриженные в форме свечек кусты и статуи людей и животных. - Нет, не так. Только полторы недели, а я уже волком вою. Что же будет дальше? И к отцу не пойдёшь - фиг он эту заразу прогонит. А продолжать терпеть - верх идиотизма. Не хочу, чтобы она победила! Ни за что! Отравить её что ли? Слишком милосердно! Да и отец разозлится". Дигнар уныло вздохнул и попытался прислушаться к тому, что вещала гувернантка, но, услышав о долге перед страной и ответственном отношении к учёбе, вновь погрузился в собственные думы. "Как сделать так, чтобы отец сам её выгнал? Это единственный вариант. Никакой другой не пройдёт. Нужно, чтобы она за мной не уследила. Точно! Спрячусь где-нибудь и пусть отдувается за пропажу наследника. Казнь ей обеспечена!"

Дигнар кровожадно улыбнулся, но сразу же вернул на лицо безмятежно отрешённое выражение, опасаясь, что пронырливая стерва догадается о его коварной задумке.

Однако воплотить авантюру в жизнь оказалось сложнее, чем рассчитывал Дигнар. Гражидо, словно клещ, присосалась к нему. Возможно, она интуитивно чувствовала, что воспитанник задумал какую-то пакость, и не отходила от него ни на шаг. К вечеру мальчишка совершенно отчаялся. Он готов был расплакаться и держался лишь на том, что не желал унижаться в присутствии гувернантки. Хотелось быть сильным и стойким, как и положено будущему правителю великой сатрапии. Сидя в кресле, с раскрытой книгой на коленях, наследник бездумно перелистывал страницы и посматривал на золотой циферблат часов. Приближалась ночь, время, когда в коридорах дворца рыщут гвардейцы с огромными волками на поводках. А Дигнар надеялся провернуть операцию днём. И на тебе! "Теперь придётся до завтра ждать… Невыносимо!"

Тихий стук в дверь отвлёк наследника от унылых мыслей. Он поднял голову, но сказать ничего не успел. Ещё бы! Гражидо Зарэл так нравилось распоряжаться. Вот и сейчас она царственно выпрямилась и с надменной ноткой в голосе произнесла:

- Войдите.

На пороге возник темноволосый юноша в красно-золотом наряде пажа. Последнее время Дигнар часто видел его рядом с отцом, но имени не знал. Да и к чему? Мало ли отпрысков тиратской знати вьётся около сатрапа. Появляются и исчезают.

Паж прошёл на середину комнаты, остановился и важно поклонился наследнику:

- Сатрап приглашает Вас на ужин, Ваше высочество.

- Спа… - начала Гражидо, но Дигнар её перебил:

- Нет!

Нервы сдали. Наследник вскочил, уронив книгу, и вперил взгляд в пажа. Внутри разрасталась и клокотала ярость. Уголок рта подёргивался, кулаки сжимались и разжимались от желания кинуться в драку. На лице пажа проступило недоумение, и тут же сменилось насмешливостью и пониманием, словно он знал что-то неведомое Дигнару.

- Я передам сатрапу, что Вы отклонили приглашение.

Ровный, спокойный голос окончательно взбесил наследника и, позабыв о приличиях, он ринулся на пажа. Юноша отступил и вскинул руки, закрываясь от удара, а Гражидо сердито закричала:

- Остановитесь, Ваше высочество! Вам не подобает…

- Да пошла ты! - выпалил Дигнар и замахнулся, чтобы отвесить пажу оплеуху, но, наткнувшись на взгляд чёрных, как безлунная ночь, глаз замер. Было в них что-то завораживающее и притягательное, что заставило взбешённого мальчишку отступить. А в следующую секунду он услышал тихий, едва уловимый шёпот, буквально прошивший его насквозь:

- Я могу разрешить Вашу проблему. Одно только слово, Ваше высочество.

- Да, - беззвучно выдохнул Дигнар, сам до конца не понимая, на что соглашается.

Всё его существо охватила странная умиротворённость, даже ненавистная Гражидо показалось вдруг смешной и нелепой в пышном придворном платье и кружевном чепце.

- Так что мне передать Вашему отцу? - опустив руки, с непробиваемой вежливостью поинтересовался паж.

- Мы придём.

"Мы" слетело с губ легко и естественно, так, что наследник и не заметил. Зато гувернантка была поражена в самое сердце. Круглыми от растерянности глазами, она с минуту смотрела на Дигнара, а потом улыбнулась и с воодушевлением произнесла:

- Спасибо. Я очень рада, Ваше высочество.

- Чему?

- Вы, наконец-то, приняли меня.

- А… - только и смог выдавить Дигнар.

Он поспешно поднял книгу, бросил её в кресло и стрелой понёсся в гардеробную, на ходу громко призывая слугу. Заявление Гражидо настолько потрясло наследника, что он забыл и о паже, и о его обещании. "Надо же, какая наивная, - думал Дигнар, облачаясь в вечерний костюм. - И что я себе напридумывал? Разве она монстр? Обычная баба, только размеры внушительные. Нужно было не беситься, а наблюдать! Давно бы от неё избавился!"

Но наблюдать за Гражидо наследнику не понадобилось, потому что дальше последовал самый умопомрачительный и запоминающийся ужин в его жизни. Что именно, как и когда подсыпал проныра-паж грозной гувернантке Дигнар узнал позже, но эффект от зелья оказался феерическим. В первые минуты трапезы госпожа Зарэл с благообразной миной слушала сатрапа, изредка отвечала на его вопросы или просто кивала в ответ на острые замечания, а потом начался настоящий цирк.

- Как провёл день мой сын? - спросил правитель, и Дигнар скривился: он терпеть не мог, когда отец говорил о нём в третьем лице.

Но слова гувернантки заставили наследника ошарашено вытянуть лицо и навострить уши.

- Ваш сын туп, ленив и нахален, как портовая шлюха! - не моргнув глазом, заявила Гражидо и язвительно добавила: - Впрочем, ему есть с кого брать пример!

И понеслось. Казалось, речам гувернантки не будет конца. В каких только извращениях и постыдных поступках не обвинила она правящую семью: убийствах, изнасилованиях, воровстве, угнетении женщин и всех тиратцев, а так же в безосновательной ненависти к магическим народам. Сатрап и его сын, разинув рты, слушали её откровения. Они были так изумлены, что ни разу не перебили разошедшуюся гувернантку. Наверное, её пламенное выступление продолжалось бы ещё очень долго, но, на свою беду, Гражидо схватилась за нож. Собиралась ли она напасть на сатрапа или это был неосознанный жест, осталось неизвестным. Дигнар глазом моргнуть не успел, а обезглавленное тело свалилась со стула, и вокруг него начала расползаться большая кровавая лужа. Поджав ноги, чтобы не запачкать любимые сапоги, наследник с завистью посмотрел на отцовского фантоша, вытирающего меч о подол платья Гражидо, с радостной улыбкой проводил глазами катившуюся к стене голову мучительницы, и подумал о темноволосом паже: "Кажется, у меня появился друг".

Последовавшую за смертью гувернантки отцовскую отповедь Дигнар слушал вполуха. Даже заявление сатрапа о том, что он не верит, будто Гражидо на самом деле думала так, как говорила, на наследника впечатление не произвело. Он смотрел, как бледные до синевы слуги вытаскивают из столовой труп Зарэл, и представлял, как будет веселиться с пажом, когда они познакомятся поближе.

- Я знаю, это твоих рук дело! - проворчал сатрап, на что Дигнар лишь пожал плечами:

- Докажи.

Правитель с изумлением взглянул на сына и вдруг широко улыбнулся:

- А я и не заметил, как ты вырос, Диги.

И наследник улыбнулся в ответ, поняв, что буря миновала.

- В одном Гражидо была права: мне есть у кого учиться, папа. И я учусь!

Это была не лесть, а констатация факта, и сатрап предпочёл не развивать тему. После ужина он отпустил сына и не стал возражать, когда Дигнар забрал с собой пажа. Были они в сговоре или нет, теперь значения не имело - Гражидо мертва, а приятелем Шанир должен был стать, что надо. За два месяца правитель хорошо изучил мальчишку.

С той минуты, как за Дигнаром и Шаниром закрылись двери столовой, они стали неразлучными. Их дружба складывалась на удивление гладко, почти не садясь на мели и не натыкаясь на подводные камни. А детское размахивание кулаками всегда перерастало в бурное веселье.

Через год, с молчаливого согласия сатрапа, Дигнар подарил Шаниру фантоша. Они вместе ездили в Геббинат, и сын министра выбрал себе фантоша по имени Ключ. Стоил тот, как небольшой замок, и придворные, изрыгая потоки желчи и яда, даже пустили слух о том, что Дигнар воспылал к приятелю запретной страстью, однако через пару лет слух рассеялся сам по себе: наследник справил тринадцатилетние, получил официальный статус мужчины и вместе с приятелем пустился во все тяжкие. Сначала сатрап лишь посмеивался, когда к нему на поклон потянулись отцы обрюхаченных девиц, но когда их поток стал почти непрерывным, быстренько приструнил зарвавшихся молокососов, пообещав отправить на военную службу. Юноши не вняли угрозам и амурных похождений не прекратили, правда, действовать стали осторожнее. К тому же Саттол-старший очень вовремя рассказал деткам о том, что секс может быть не только приятным, но и безопасным…


- О чём ты думаешь? - поинтересовался Шанир, когда ему надоело ехать молча.

Саттол, по мнению Дигнара, вообще, был несколько болтлив, но это, как ни странно, не раздражало. Возможно, потому, что приятель всегда чувствовал собеседника и никогда не переступал черты, за которой возникает ссора.

- О безопасном сексе, - пожал плечами наследник, и Шанир громко рассмеялся:

- Здесь? В чистом поле? Ты пугаешь меня, Диги!

Наследник не счёл нужным ответить, зная, что в противном случае остановить ёрничанье приятеля будет трудно. Но Шанир, которого неожиданное путешествие привело в прекрасное расположение духа, не желал отступать, и ход его мыслей Дигнару не понравился.

- Ты запал на ликанскую ведьму, Диги! - со скорбной интонацией заявил Саттол. - Всё-таки не зря говорят: женитьба меняет человека. И, в твоём случае, далеко не в лучшую сторону. Я бы понял, будь у неё фигура, пред которой подламываются колени и руки горят огнём. Но твоя Гедерика?! Что ты в ней нашёл?

В темноте Дигнар не видел лица приятеля, но мог поклясться, что его глаза источают насмешку. Вредную, сочувствующую, которую наследник не терпел.

- Заткнись, Шани!

- Почему?

- Потому что ты несёшь ерунду! Сам знаешь ответ, и всё равно спрашиваешь!

- Одно дело - догадываться, другое - знать наверняка.

Дигнар мысленно застонал, но ответил, понимая, что друг не отвяжется:

- Я не нашёл в ней ничего. Ни-че-го! Искал-искал, но тщетно. Щепка, она и есть щепка! Доволен?

- Невероятно! - Шанир протянул руку и хлопнул друга по плечу. - Знаешь, перед отъездом я обнаружил в Исанте одно заведение…

- Ты не находишь, что это звучит издевательски? Мы в шаге от ликанской столицы, где слово "бордель" произносят только в одиночестве, забившись под одеяло, а ты талдычишь о девочках. Садист!

- Но наш поход когда-нибудь закончится, и, надеюсь, скоро. А имея перед собой цель, вроде девочек госпожи Розоцвет…

- Вот имечко выбрала!

- А что? Розы в цвету, как её подопечные. Да и сама она…

- Да плевать мне, как она выглядит!

- Не скажи. Облик хозяйки во многом характеризует её заведение.

- Ты о чём-нибудь другом говорить можешь?

Шанир помолчал, словно обдумывая вопрос приятеля, и неохотно произнёс:

- Я просто хотел тебя отвлечь. Выглядишь ты отвратно.

Дигнар раздражённо фыркнул и, ткнув коня пятками, поскакал рысью.

- Нервотрёпка лица не красит! - бросил он через плечо.

Шанир качнул головой, молчаливо осуждая приятеля за нежелание выговориться, тем более что вдали от города можно было не опасаться чужих ушей, и посмотрел вверх. Ночное небо, чистое и ясное, мерцало тысячами серебристых огоньков-звёзд, а растущая луна, похожая на кособокий патиссон, лениво посматривала на всадников.

- Идеальная погода, - удовлетворённо шепнул Саттол и дёрнул нить связи: "Ты всё помнишь, Ключ?"

- Да, хамир, - ответил фантош и поклонился.

Шанир ещё раз взглянул на небо, потом на приятеля, отъехавшего уже достаточно далеко, и пришпорил коня. Он чуть нервничал, но отступать не собирался: ради наследника тиратского престола Саттол был способен на многое. И всё же рисковать предпочитал с оглядкой - слишком велика цена осечки. И речь шла не только о его жизни.

- Нужно остановиться, - нагнав наследника, крикнул Шанир.

- Зачем? Двух часов не прошло, как мы выехали.

- Я говорил: у меня есть план. Пришло время воплотить его в жизнь.

- План? - Дигнар натянул повод, и конь под ним загарцевал. Машинально похлопав рысака по шее, наследник повернулся к приятелю и прищурился: - Что ты собираешься делать?

- Найти беглецов, - охотно пояснил Шанир, спрыгнул на землю и передал повод Гризли. - Думаю, нам будет легче, если мы определим их местонахождение.

- И зачем тогда было уезжать из города?

- Не тупи, Диги, за твоим ушастым всё равно ехать бы пришлось. А нам лишние свидетели ни к чему.

- Что ты задумал? - Дигнар мигом слетел с седла, подскочил к другу и встряхнул его за грудки. - Во что ты собираешься нас втянуть?

Шанир попытался отцепить от себя наследника, но сдался и примирительно поднял руки:

- Ни во что. Ты же хочешь найти фантоша и девчонку?

- Хочу.

- А я хочу облегчить тебе эту задачу.

- Не темни, Шанир!

- Да не темню я! Просто собираюсь использовать фантоша на полную катушку. Ключ вызовет бейгов.

- С ума сошёл? Да сатрап нас по стенке размажет. И будет прав!

- Брось, Диги, - нервно хихикнул Саттол. - Мы с тобой не маги, а использование фантошей в личных целях никто не запрещал. Для этого они и созданы!

Наследник нахмурился, но пальцы разжал. Шанир поспешно отступил, одёрнул камзол и резким движением взлохматил волосы.

- Ты пойми, дружище. Если не воспользуемся магией, будем годами плутать по Ликане. Здесь же сплошь леса и болота! Это всё равно, что иголку в стоге сена искать!

- Ты прав, - нехотя согласился Дигнар и посмотрел на фантошей приятеля. - Так, говоришь, Ключ умеет призывать бейгов? И где же он этому научился? У Кальсома? Что-то не верится. Знаешь, как этих тварей ещё называют? Горные упыри! Зачем они Ордену?

- А я почём знаю? Только, чудится мне, не всё нам Кальсом о фантошах рассказывает. Я, например, об обряде случайно узнал. Пару лет назад читал одну книжонку, а в ней о бейгах упоминалось. Я возьми и спроси: "Что ты о них знаешь, Ключ?" Так он часа полтора соловьём заливался. Тогда и об обряде узнал. И задумался, что да как с фантошами мастера Ордена делают. И понял, что мы с игрушками в угадайку играем

- Отцу это не понравится. Они с Кальсомом друзья.

- А я и не говорю, что он нарочно. Только нужно мастеров Ордена обязать к каждому фантошу инструкцию прикладывать, так сказать, со всем спектром возможностей.

- Согласен. И о недостатках хотелось бы знать. Ведь удалось как-то ликанской ведьме вместе со всеми фантошей усыпить, так что в том, что Оникс пропал, вина Кальсома однозначно присутствует!

- С Кальсомом дома разберёшься, а сейчас позволь Ключу начать.

- Ладно.

Получив добро, Шанир засуетился. Велел Гризли привязать лошадей к одиноко стоящему на обочину кусту, выдернул из седельной сумки бутылку вина и первым зашагал прочь от дороги, безжалостно сминая ногами всходы на крестьянском поле.

- Достаточно, хамир, - подал голос Ключ, когда они прошли метров двести, и, повинуясь жесту хозяина, присел на корточки.

Дигнар подошёл к фантошу приятеля, встал за его спиной, немного наклонился и стал пристально наблюдать за приготовлениями к ритуалу. Ключ зажёг тоненькую свечу, воткнул её в землю и начал раскладывать вокруг странный набор вещей: карандаш, серьгу с полосатым камнем, скорее всего, малахитом, использованную каминную спичку, несколько пуговиц, серебряную баночку, яблоко, обрывок бумаги, миниатюрный ножик с выкидным лезвием и горсть тыквенных семечек. Наследник хотел спросить, для чего он устроил всю эту помойку, но Шанир сжал его запястье, призывая не вмешиваться. Пальцы Саттола были холодными, как ледышки. Он явно волновался, и наследник подумал, что приятель не до конца уверен в силах своего фантоша. "Всем быть начеку!" - приказал Дигнар телохранителям и вновь заглянул через плечо Ключа. Тот старательно посыпал разложенные предметы белым порошком, а, закончив, обернулся к хамиру и вопросительно взглянул в лицо.

- Держи!

Шанир кинул на землю две золотые монеты, которые Ключ положил у основания свечи, в центре припорошенной "снегом" свалки. Потом фантош поднялся, сделал шаг в сторону, вытянул руку над "мусором", и белый порошок засветился ровным, ярким светом. Наследник тотчас забыл о сомнениях: несмотря на то, что ему с детства талдычили, что вся магия - хоть белая, хоть чёрная - порождение мрака, наблюдать за колдовством было невероятно интересно. Золотые монеты оторвались от земли, зависли в полуметре от сияющего мусора и вдруг закружились с ошеломляющей скоростью, то сближаясь, то удаляясь друг от друга. Ключ опустил руку и запел, мелодично и звонко. В этой песне не было слов, лишь гласные звуки, дождём осыпающиеся на поле. Звуки казались Дигнару почти осязаемыми. Он даже вскинул руку, повинуясь непреодолимому желанию коснуться мелодии, но наткнулся на прозрачный барьер. Брови сами собой взметнулись вверх, пальцы сжались в кулак, но рядом сейчас же раздался успокаивающий голос Шанира:

- Ключ спрятал нас. Бейги не любят толпы. Они привыкли договариваться с конкретным человеком.

- Меньше бы ты болтался по библиотекам, Шани. Чтение магической чепухи может существенно укоротить твою жизнь.

- Знаю. Я буду осторожен.

- Надеюсь, - пробормотал Дигнар и вздрогнул: ночную тишину прорезал гортанный крик и хлопки крыльев, а через минуту на поле опустилось большое уродливое создание. Наследника передёрнуло от отвращения, когда он взглянул на лысую яйцевидную голову с круглыми ярко-оранжевыми глазами, двумя каплевидными отверстиями, заменяющими нос, и громадной пастью, по углам которой торчали длинные острые клыки. Голова бейга покоилась на длинной, по-лебединому изогнутой шее и поворачивалась под совершенно немыслимыми углами, что он продемонстрировал, когда, приземлившись, оглядывался по сторонам. Тело чудовища было ещё более отвратительным - непропорциональное, сложенное кое-как, словно обезумевший скульптор сначала разнёс все свои творения, а потом опомнился и, порываясь спасти хоть что-то, склеил уцелевшие части скульптур. И получилось то, что получилось: короткое угловатое тело, поблескивающее островками чешуи; разные, по длине и форме руки с широкими, заточенными когтями; трёхпалые птичьи ноги, покрытые пористой коркой брони. За спиной - мощные кожистые крылья, сверкающие стальными перьями.

Дигнар редко испытывал страх, но сейчас та редкая минута как раз наступила. Сейчас он был полностью солидарен с отцом - магические расы нужно уничтожить, особенно если они такие уродливые. Руки наследника неосознанно стиснули рукоять кинжала, а нити связи натянулись до предела. Приказ - разорвать, истребить чудовище - готов был в любую минуту сорваться с языка.

Рука Шанира вновь сжала запястье Дигнара:

- Успокойся, Диги.

Тем временем бейг, прекратив озираться, немигающее уставилось на Ключа, потом сделал несколько шагов вперёд и заговорил скрипучим, словно проржавевший механизм, голосом:

- Ты звал, человек, и я здесь. Торг состоится.

Фантош взмахнул рукой, и золотые монеты опустились в раскрытую ладонь бейга.

- Я плачу золотом.

Чудовище изогнуло шею, прищурило глаз и с въедливостью знатока-нумизмата стало разглядывать монеты.

- Да, - прозвучал короткий вердикт, и бейг опять уставился в скрытое маской лицо фантоша. - Качество принято. Теперь о количестве. Оно зависит от работы.

- Нужно найти беглого мага.

Ключ вытащил из кармана свёрток и кинул его бейгу. Длинная рука ловко поймала кусок кожи, потрясла им в воздухе, и Дигнар узнал геб.

- Оникса? Откуда?

- Позаимствовал.

Шанир виновато улыбнулся, но в чёрных глазах не было и намёка на раскаяние.

- Ворюга ты, Шани.

- Так вещи-то бесхозные. Твои ребята и слова не сказали.

- Тише, умник, бейг что-то лопочет.

Чудовище со всех сторон рассмотрело геб, а потом вытянуло шею в струну, став раза в два выше Ключа, и с рыком заявило:

- Эльф!

- Да.

- Эльфы едины!

- Он изгой.

- Хорошо… - выдохнул бейг. - Хочешь, чтобы мы убили его?

- Нет. Узнайте, где он. Прошлой ночью беглец покинул Бершан. Он не мог уйти далеко.

Чудовище переступило с ноги на ногу, вновь поднесло геб к лицу и шумно втянуло воздух.

- Сто.

- Договорились. - Ключ слегка поклонился, затем поднял с земли бутылку и протянул бейгу. - Выпей за удачу!

- Благодарю.

Сверкнул стальной коготь, и горлышко упало на траву. Бейг одним глотком прикончил вино, громко рыгнул и заурчал, как огромный, сытый кот.

- Ты угодил мне, человек. Жди и готовь плату!

Бейг прогнулся, откинув голову назад, хлопнул крыльями и взмыл в небо, мгновенно превратившись в крохотную, едва различимую точку. Чудовище исчезло, оставив Дигнара изнывать от нетерпения.



Летуника. | Фантош. Книга первая | Игрушка наследника.