home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Равтытагин

В думский кабинет к Равтытагину меня, естественно, не пустили. Но Иван Равтытагин имел какой-то офис на Мясницкой и назначил мне там рандеву.

Иван Равтытагин был красивым, очень ухоженным мужчиной.

Среди международных активистов, спонсирующих развитие коренных народов Севера, он был известен как «the Flying Chukcha» – летающий чукча. Сегодня он был в Гаване, завтра – в Дели, послезавтра – в Лондоне, где являлся собственником большой квартиры в Сохо. Надо сказать, что если бульварная пресса Российской Федерации старательно делала вид, что Лондон является центром всяческого антироссийского элемента, то у меня из общения с аборигенами складывалось впечатление, что британская столица является средоточием самых разных племенных вождей, сподобившихся получить гранты от различных союзов и обществ на развитие своих общин.

– Итак, Тарман постарался вас нанять, чтобы вы нашли второй экземпляр «нефтяного соглашения», – весело взял Равтытагин быка за рога.

Я изобразил что-то вроде того, что «не уполномочен обсуждать детали сделки».

– Ну, насколько я знаю, вы сделки ещё не заключили, – хмыкнул Равтытагин. – Да не изображайте попранную невинность. Тарман отродясь ни одной бумаги своими руками не подготовил, а изготовление грантового письма для такой сомнительной – да ладно, будем называть вещи своими именами, господин авантюрист, – личности не прошло мимо полутора десятков сотрудников фонда. Вы ж знаете эти общественные организации: там все стучат всем и друг на друга. Кстати, вы в курсе, что Тармана у нас Карманом зовут?

– Нет, не знаю. И не совсем понимаю, почему вы мне об этом говорите.

– Почему я вам об этом говорю? – усмехнулся Равтытагин. – Дело в том, что я приучился очень хорошо относиться к вашей породе людей. Не хотел бы, да приучился. О да, я знаю, что вы пытаетесь использовать чукчей себе на пользу в любой ситуации. Но при этом вы поступаете точно так же со всеми людьми без исключения. То есть чукчи для вас – или работники, или партнёры, или простаки, которых можно облапошить. Но не примитивные дети другого мира, которым нужно тщательное руководство со стороны Большого Брата. А это именно то, что нам навязывают государственные и негосударственные организации. Поэтому мы не любим вас, но в принципе готовы сотрудничать. Потому что при правильно поставленной взаимной торговле мы можем быть полезны друг для друга без взаимного унижения.

– Да, Иван, – сказал я и посмотрел на собеседника чуть иначе. Изысканно одетый восточный человек. Без пижонства и высокомерия. Мы не любим друг друга, это так, но кого мы любим в этом мире? – А что в том документе такого, что Карман готов отдать за него двадцать пять тысяч евро?

– Не своих двадцать пять тысяч евро, заметьте, – тонкие губы Равтытагина шевельнулись под чёрточкой японских усов. – Скажу вам по секрету, у Кармана отродясь не было своих денег. Семь лет назад он ютился в крохотной гостинке в Благовещенске. Оттуда его вытащили недальновидность его нынешнего лондонского начальства, собственное жуткое честолюбие и желание заработать много денег. Этот документ – как раз один из путей их заработать.

– Сколько, если не секрет?

– Ну, вы всё равно узнаете, если доберётесь до него. От двух миллионов до бесконечности. Всё зависит от запасов Перкунейского месторождения.

– От двух миллионов, – покачал я головой. – Как вас-то угораздило его подмахнуть? Вы ж не пьёте?

– Не пью, – почему-то вздохнул Равтытагин. – В отличие от большинства моих родичей, как вы это и сами понимаете. К сожалению, я, в отличие от Кармана, не имею права единолично решать, что мне подписывать от имени чукчей, а что – нет. Юра обошёл самых влиятельных старейшин – вы ведь знаете, в момент личного контакта их очень легко убедить в некоторых вещах. Вы сами пользовались этим же приёмом неоднократно, что я буду вам рассказывать? Было собрание, кворум распорядился визировать этот документ. И нотариально заверить, что… – он запнулся.

– Хуже всего, – договорил я.

Равтытагин снова улыбнулся.

– Я предполагал, что мы поймём друг друга. Мне это далось непросто, уверяю вас. И я с большим удовлетворением узнаю от вас, что этот документ больше не находится в «Союзе Земли». Конечно, сейчас я сделаю всё возможное, чтобы Карману не удалось повторить этот ход.

Уже когда я выходил из кабинета, Равтытагин меня окликнул.

– Андрей, – он улыбнулся тепло и дружелюбно. – Когда вы найдёте этот документ – если вы его найдёте, конечно, – подумайте: стоит ли он этих двадцати пяти тысяч евро? Деньги вы получите и потратите. В то время как я смогу выступить вашим союзником во многих делах. Если они не будут идти во вред моему народу.

– А почему вы не можете выступить этим союзником уже сейчас?

– Из чувства противоречия. Мы ж всё-таки не любим друг друга, правда?

Правильно. Так пусть и остаётся. Вроде бы и не было ничего…


Звонки и деньги | Насельники с Вороньей реки | Трудовая книжка