Book: Всего дороже



Всего дороже

Бобби Смит

Всего дороже

Глава 1

Слейд Брэкстон, усталый и разгоряченный, ввалился в салун с многозначительным названием «Кромешный ад» и широким шагом подошел к стойке. Его мучила жажда.

— Виски, — коротко бросил он.

— С вас пятьдесят центов. — Бармен по имени Чарли поставил перед ним стакан. — Что-то я раньше не видел вас в нашем городе. Наверное, ищете работу на ранчо?

Чарли с интересом разглядывал незнакомца, пока тот большими глотками вливал в себя крепкий напиток. Чутье подсказывало ему, что от этого человека лучше держаться подальше. Одет чужак был с ног до головы во все черное. На поясе у него висел револьвер. Похоже было, что этот мрачноватого вида мужчина сумеет преодолеть любую преграду на своем пути. Чарли неприятностей не хотелось, а вот поговорить он был не прочь.

— Нет. Я в вашем городе проездом, — ответил Слейд, кладя на стойку монеты и пододвигая их бармену.

— Вот как? А я думал, вы приехали в город на «шумную возню».

— Это еще что?

— Танцы. Весь город туда помчался.

— То-то я смотрю, у вас тут почти нет посетителей, — заметил Слейд, оглядывая полупустой зал.

— Совсем недавно, еще час назад, здесь было не протолкнуться, но когда в конце улицы заиграла музыка, почти все мои посетители убежали. — В этот момент к стойке подошли двое мужчин, и Чарли кинулся их обслуживать. — Если захотите еще выпить, позовите.

Слейд кивнул и принялся молча прихлебывать виски. Крепкий напиток обжигал ему горло, но он был этому только рад. Ему просто необходимо было выпить, и немедленно, чтобы снять накопившееся за последнее время напряжение. Он страшно устал от жизни, полной лжи, которую вынужден был вести уже довольно продолжительное время.

Слейд пил виски, вспоминая события последних месяцев. Спокойными их никак нельзя было назвать. После того как пресловутая банда Дакоты Кида дважды напала на поезд, перевозящий золото, железнодорожные власти обратились в частное сыскное агентство Пинкертона с просьбой обезвредить банду и выявить помогавшего ей служащего.

Для этой цели решено было внедрить в банду секретного агента, Слейда Брэкстона. Ему придумали достоверную легенду, снабдили документами, настолько надежными, что в их подлинности не смог бы усомниться ни один из членов банды, однако разрешили пользоваться своими именем и фамилией. Документы должны были убедить главаря банды Дакоту Кида, что Слейд Брэкстон является особо опасным преступником, за поимку которого назначено крупное вознаграждение, и он вполне достоин того, чтобы находиться в банде, состоящей из кровожадных убийц и наводящей страх на весь Запад уже в течение нескольких лет.

Слейду предстояло добыть сведения о местонахождении и преступных замыслах бандитов. К сожалению, до сих пор он практически ничего не узнал об ограблениях поезда. Об этом члены банды предпочитали умалчивать даже во время попоек. Между тем банда продолжала свои кровавые дела. Грабежи и убийства не прекращались и после того, как Слейд проник в банду, но обезвредить ее по-прежнему не удавалось ни одному представителю закона.

Слейд одним глотком выпил остатки виски и поморщился: каких только мерзостей он не насмотрелся за последние несколько недель! Свое участие в грабежах наравне с остальными членами банды он оправдывал тем, что из первых рук получал сведения, которые в конце концов должны были помочь привлечь всех преступников к ответу за их злодеяния. Единственное, с чем он никак не мог смириться, так это с тем, что во время грабежей бандиты убивали ни в чем не повинных людей.

Слейду в своей жизни приходилось убивать людей, но делал он это исключительно в целях самозащиты, а не ради удовольствия, как члены банды Дакоты Кида.

Скорее бы уж все разузнать да посадить бандитов в тюрьму, прежде чем совершатся новые убийства, подумал Слейд. Хватит уж этим подонкам убивать невинных людей. Впрочем, Слейд пытался предотвратить бессмысленные убийства при каждом удобном случае. Например, недавно, во время очередного грабежа, он специально столкнулся с Зиком, самым злостным бандитом во всей шайке, когда тот целился в безоружного и не в меру любопытного владельца магазина, который выбежал из своего заведения, чтобы посмотреть, что происходит. В результате бандит промахнулся, и Слейд вздохнул с облегчением. Не раз у него возникало желание пристрелить кого-нибудь из этих подонков, Однако он вовремя сдерживался. Его внедрили в банду для добычи ценных сведений, и выдавать себя он не имел права. Однако порой у него так и чесались руки расправиться с обнаглевшими от вседозволенности и безнаказанности бандитами.

И вот теперь банда прибыла в городок Блэк-Спрингс с намерением завтра утром ограбить банк. Слейд мог только надеяться, что в это время никто из жителей не выбежит на улицу. Он видел уже столько убийств!

— Ну что, повторить? — спросил Чарли, показав на пустой стакан Слейда.

Слейд кивнул, и Чарли наполнил стакан.

— Надолго к нам в город? — поинтересовался он.

— Нет. Утром уеду, а сегодня, пожалуй, схожу на танцы. Как у вас в городе насчет хорошеньких женщин?

— Есть несколько, — улыбнулся бармен. — Все они будут на танцах, но если хотите поразвлечься прямо сейчас, у меня в баре есть несколько официанточек. Девочки что надо, скучать не дадут.

— Может, позже я ими и займусь, а сейчас, пожалуй, схожу потанцую.

Слейд заплатил за выпивку и вышел из салуна. В этот вечер ему хотелось хотя бы на несколько минут вновь ощутить себя честным человеком. Хотелось улыбнуться кому-то и увидеть улыбку в ответ. Хотелось мира и спокойствия.

Выйдя через вращающиеся двери на улицу, Слейд заметил Кида, главаря банды, и Джонсона, считавшегося его правой рукой. Бандиты медленно проезжали мимо банка, делая вид, будто не смотрят на здание, будто оно их абсолютно не интересует, однако Слейд знал: когда они доберутся до угла, все необходимое запомнится, после чего выработать план ограбления уже будет легче легкого. Как было бы хорошо, если бы Слейд мог остановить бандитов! Но он понимал, что сейчас это невозможно.

Кид дал ему задание проверить боковые улицы и контору шерифа. Они договорились через два часа встретиться за городом. Отправившись на танцы, Слейд специально прошел мимо тюрьмы. Он увидел на двери замок. Похоже, шериф тоже на танцах. Слейд поспешил к тому месту, откуда раздавались громкие звуки музыки, размышляя о том, что может случиться утром.


Алиса Мейсон восторженно смеялась, глядя, как какой-то чересчур старательный, но неуклюжий ковбой кружит в танце Эмили, ее младшую сестренку, то и дело спотыкаясь и наступая ей на ноги.

— Способностями к танцам Господь его явно обделил, зато энтузиазмом наградил сверх меры, — заметил Джон Мейсон, переводя взгляд с дочери на жену.

Семейство Мейсонов стояло на краю танцевальной площадки, сооруженной специально для сегодняшнего вечера, и наблюдало за танцующими.

— Эмили, похоже, получает истинное удовольствие, — сказала мужу Лоретта.

— Еще бы! Ведь она, как обычно, находится в центре внимания, — заметила Алиса, тепло улыбнувшись. Она любила свою младшую сестренку всем сердцем и нисколько не завидовала тому, что та пользуется у мужчин потрясающим успехом.

Мейсоны знали, как много значила для Эмили собственная популярность. Она умело пользовалась своим очарованием, чтобы привлечь к себе как можно больше красивых мужчин. Женщин в их городе было немного, а Эмили обожала, когда за ней ухаживают.

— Ты бы тоже потанцевала хоть чуть-чуть, — обратилась к Алисе мать.

— Может, попозже, — застенчиво ответила девушка. На самом деле танцы ее нисколько не увлекали.

Лоретта с трудом сдержала печальный вздох. Не могла она понять свою старшую дочь, да и все тут. Как ни пыталась Лоретта разъяснить ей, что давно уже пора подумать о замужестве, все без толку. Тонкое искусство флирта всегда было чуждо Алисе. Сейчас ей уже было далеко за двадцать, однако выходить замуж она не собиралась, и никаких женихов на ее жизненном горизонте не наблюдалось. Но больше всего Лоретту изумляло то, что Алису это ничуть не волновало.

Нельзя сказать, чтобы Алиса не смогла бы очаровать мужчину, если бы захотела, просто она совершенно искренне не видела в этом никакой необходимости. Она всегда была прилежной девочкой и гораздо больше внимания уделяла книгам, чем внешности и всяким там женским штучкам. Например, новости моды, с запозданием поступавшие с востока страны, ее абсолютно не интересовали. Когда Джон получил в Блэк-Спрингсе должность мирового судьи, никто не удивился тому, что Алиса под его чутким руководством стала изучать юриспруденцию. Это ей так понравилось! Она настолько хорошо выучила законы, что даже помогала отцу вершить правосудие, когда не была занята в магазине, которым владела семья Мейсон.

Заметив, что к ним направляется Роб Эмерсон, городской шериф, Лоретта довольно улыбнулась. Она уже давно заподозрила, что парень питает к Алисе нежные чувства, однако объясняться он не спешил. Как было бы хорошо, если бы они и в самом деле поженились! Лоретта с Джоном были о Робе самого высокого мнения. Да и как иначе! Такой красивый, добрый, остроумный молодой человек. Каштановые волосы, голубые глаза. Да и лет немного, не больше тридцати. Лоретта считала, что из него выйдет великолепный зять.

— Добрый вечер, господа, — проговорил Роб, подходя к ним. — Как вам здесь нравится?

— По-моему, вечер выдался на славу, — ответила Лоретта. — А вы как считаете?

— Совершенно с вами согласен. Если эти молокососы протанцуют всю ночь, в городе все будет тихо и спокойно, — ответил Роб, ухмыльнувшись.

— Может, нам каждую пятницу устраивать танцы? — предложил Джон.

— Это было бы совсем не плохо.

Роб повернулся к Алисе. Он весь вечер набирался смелости, чтобы пригласить ее на танец, и наконец решился. Алиса никогда не выказывала ему никаких чувств, кроме дружеских, но Роб тем не менее надеялся, что со временем она ответит на его любовь взаимностью. Сегодня, как и всегда, Алиса казалась ему самой очаровательной женщиной. Темно-зеленое платье удивительно ей шло, а светлые, распущенные по плечам волосы были необыкновенно красивыми.

— Давай потанцуем? — пригласил он ее. Алису немного удивила такая форма обращения, но она не подала виду и, ласково улыбнувшись, ответила:

— С удовольствием.

Когда Роб повел Алису на площадку, Лоретта стиснула мужу руку и восторженно проговорила:

— Какая же они красивая пара! Ты не находишь, дорогой? Джон снисходительно ей улыбнулся:

— И когда ты наконец прекратишь искать Алисе женихов! Ты же прекрасно знаешь, что она этого не переносит.

— Знаю, знаю, но Роб такой замечательный парень.

— Верно. Мне он тоже очень нравится. Но выходить за него замуж или нет — это решать Алисе, а не нам с тобой.

— Но как было бы хорошо, если бы… — Лоретта уже живо представляла себе, как Алиса в подвенечном платье идет с Робом к алтарю.

— Ло-рет-та… — предупреждающе протянул Джон.

И Лоретта перестала говорить на эту тему, хотя, наблюдая за танцующей очаровательной парой, не могла сдержать довольной улыбки.

— Ну, как тебе здесь нравится? — спросил Роб, легко ведя Алису.

— Очень нравится. Всегда время от времени приятно бывать на людях, — ответила она, непринужденно следуя за ним. — А ты хорошо танцуешь, Роб.

— Спасибо. Мама с сестрами еще в детстве заставили меня выучиться танцевать. Наверное, не хотели, чтобы я отдавил ноги всем женщинам нашего города. — И Роб улыбнулся своей шутке.

— Неужели они так и сказали?

— Ну, может быть, другими словами, но смысл был именно такой.

— Когда будешь писать им о сегодняшнем вечере, напиши, что я по достоинству оценила их усилия.

— Непременно это сделаю.

И Алиса с Робом весело рассмеялись.

Алиса знала, что ее родителям нравится Роб. Да и сам он частенько приходил к ее отцу поговорить о городских новостях. Роб был отличным шерифом, честным и справедливым, и все в городе его любили и уважали.

Когда танец кончился, Роб отвел Алису обратно к родителям.

— Спасибо, Алиса. Я непременно напишу маме и сестре о том, что ты мне говорила. — Он повернулся к Джону: — А теперь мне пора возвращаться в свою контору.

— Смотри не перетрудись, — заметил Джон. — И вообще, на твоем месте я остался бы здесь, а то можешь пропустить самое интересное.

— Думаю, самое интересное я здесь уже увидел. С этими словами Роб попрощался и отправился смотреть, все ли спокойно в городе.

— Какой приятный молодой человек этот Роб, — проговорила Лоретта, обращаясь к Алисе.

— Он очень хороший, мама, но мы с ним просто друзья.

Лоретту так и подмывало сказать Алисе, что Роб хотя и очень милый молодой человек, но нерешительный и его нужно всячески подбадривать, однако Джон не дал ей этого сделать.

— Давай потанцуем, дорогая, — проговорил он, отвлекая жену от грустных мыслей о том, что ее старшая дочь все никак не может выйти замуж.

— Давай, дорогой, — согласилась Лоретта.

Облегченно вздохнув — слава Богу, хоть на время избавилась от дифирамбов, которые мать пела в честь Роба, — Алиса оглянулась, ища глазами Эмили. Наконец она заметила ее. Сестра стояла у стола с напитками в окружении разбитных молодых ковбоев и кокетничала с ними напропалую. Алиса улыбнулась, понимая, что Эмили вовсю наслаждается жизнью. Как бы ей хотелось быть сейчас на ее месте. Ни танцы, ни флирт никогда ее не прельщали, а вот поговорить она всегда была не прочь. И Алиса оглянулась, ища, к кому бы ей подойти и поболтать о житье-бытье.


Слейд стоял в тени, поодаль от освещенной факелами танцплощадки, чувствуя себя здесь чужим и никому не нужным. Впрочем, так оно и было. Он внимательно осматривал танцующих, ища глазами местного шерифа, как вдруг взгляд его наткнулся на молодую девушку, стоявшую рядом с почтенной парой. Увидев ее, Слейд уже не мог отвести от нее глаз.

Нельзя сказать, чтобы особа, привлекшая его внимание, была самой красивой из всех присутствующих здесь дам. Честь называться первой красавицей города можно было, без сомнения, отдать миниатюрной блондинке, стоявшей у столика с напитками в окружении молодых людей и безбожно с ними флиртовавшей. Девушка же, которую Слейд выделил из толпы, обладала классической красотой. Тонкие черты лица, великолепная кожа, густые светлые волосы, ниспадавшие на плечи пышной волной. Темно-зеленое платье подчеркивало стройную фигуру девушки.

Пока Слейд разглядывал незнакомку, к ней подошел какой-то молодой человек и пригласил ее на танец. Во время танца молодой человек повернулся к Слейду лицом, и тот заметил на его груди звезду шерифа. Ага, его-то он и искал.

Слейд отступил еще подальше в тень, продолжая наблюдать за танцующими. Девушка смотрела на шерифа, весело смеясь его шутке. Как бы Слейду хотелось быть сейчас на его месте, держать прекрасную незнакомку в своих объятиях, развлекать остроумной беседой! Слейд сердито чертыхнулся. Ну почему он вынужден играть роль бандита, когда ему этого меньше всего хочется! Черт бы побрал Дакоту Кида со всей его бандой!

Подойдя к столу с напитками, Слейд налил себе чашку пунша, продолжая все и всех разглядывать. Он должен был постоянно держаться настороже. Когда за голову человека назначено щедрое вознаграждение, немало найдется желающих скрутить ему руки, затащить в полицейский участок, да еще и гордиться тем, что удалось поймать особо опасного преступника, портреты которого расклеены по всему городу.

Несколько человек улыбнулись ему и поздоровались, и Слейд вежливо ответил на приветствия. Приятно, когда к тебе относятся так доброжелательно. Когда перестала звучать музыка, Слейд снова бросил взгляд в сторону танцплощадки: шериф уходил — наверное, возвращался в контору, — а девушка стояла одна.

Здравый смысл подсказывал Слейду, что нужно следовать за шерифом, чтобы побольше о нем узнать. Кроме того, лишь около часа осталось до встречи с Кидом. Однако ни первое, ни второе обстоятельства не имели сейчас для Слейда никакого значения. Поставив чашку на стол, он стал протискиваться сквозь толпу к привлекшей его внимание девушке. Он твердо решил потанцевать с ней хотя бы один раз, прежде чем уйти отсюда.

— Добрый вечер, мисс, — проговорил Слейд, добравшись наконец до прелестной незнакомки.

Вздрогнув от неожиданности, Алиса подняла голову. Она следила за Эмили, продолжавшей кокетничать с многочисленными пылкими поклонниками, и была настолько поглощена этим занятием, что даже не заметила, как к ней подошел незнакомец. Хотя странно, как это она его раньше не разглядела. Он был абсолютно не похож на остальных присутствующих здесь мужчин, и Алиса была уверена, что никогда раньше его не видела. Если бы видела, то непременно бы его запомнила. Он, вне всякого сомнения, был самым красивым мужчиной из тех, с кем ей когда-либо доводилось сталкиваться: высокий, темноволосый. Чувствовалось, что человек этот при необходимости сумеет за себя постоять.



— Добрый вечер, — медленно ответила она, нерешительно улыбнувшись. — Мы с вами раньше где-то встречались?

— Нет. Разрешите пригласить вас на танец?

В этот момент оркестр заиграл очередную мелодию.

Алиса смотрела на невесть откуда взявшегося таинственного незнакомца и не могла отвести от него глаз. Он беззастенчиво разглядывал ее своими темными глазами, однако она не ощущала ни робости, ни смущения, лишь огромное любопытство и такое же огромное — к немалому ее удивлению — желание. Ей хотелось, да что там хотелось — ей просто необходимо было узнать о нем больше.

— Я бы с превеликим удовольствием с вами потанцевала, — откровенно призналась она.

Слова вырвались сами собой. Алиса ахнула, но было уже поздно. Сказанного назад не вернешь. На губах прекрасного незнакомца заиграла легкая улыбка, однако он не проронил ни слова, лишь распахнул объятия и, как только Алиса скользнула в них, увлек ее в танец.

Маленький оркестрик играл медленную мелодию — хотя почти весь вечер звучала быстрая музыка, — и Алиса была этому только рада. Она медленно кружилась в объятиях незнакомца, чувствуя себя так, словно парит в воздухе. Какое же мужественное лицо у этого парня: четко очерченные скулы, красивый прямой нос. От всего его облика веяло силой и мощью. Интересно, как его зовут и откуда он появился в их городе? К своему огромному удивлению, Алиса почувствовала желание увидеть этого красивого незнакомца снова.


Взглянув на незнакомку, Слейд встретился с ее взглядом. Для Слейда это был восхитительный миг. Казалось, все танцующие вдруг исчезли и они остались одни, плавно двигаясь в такт чарующей мелодии. Слейд продолжал танцевать, не отрывая взгляда от очаровавшей его девушки.

А Алисе, завороженной красивым незнакомцем, казалось, будто она пребывает в восхитительном сне. Будучи по природе девушкой сдержанной и умея трезво мыслить, она никак не могла поверить в то, что все это происходит с ней, хотя и не противилась этому. Слишком уж важным и значительным казался ей данный момент. Ведь она находилась в объятиях молодого человека, очаровавшего ее с первого взгляда. Они кружились в танце настолько слаженно, словно танцевали вместе не в первый раз, а много лет подряд.

Алисе казалось, будто все это ей только снится. Ничего подобного с ней никогда раньше не случалось. Горячая рука незнакомца лежала у нее на талии, другая рука сжимала ей пальцы, заставляя сердце учащенно биться. Алиса ощущала ладонью его сильное плечо и чувствовала, что этот незнакомый мужчина именно тот, о ком она мечтала всю свою жизнь. Танцевать с ним доставляло ей несказанное удовольствие.

Наконец музыка стихла. Танец кончился.

Они стояли, не отрывая взгляда друг от друга. Казалось, прошла целая вечность, хотя Алиса понимала, что на самом деле промелькнуло всего несколько секунд.

— Благодарю вас за танец, — наконец тихо проговорил незнакомец.

— Не стоит благодарности, — ответила Алиса. Она все никак не могла прийти в себя.

Слейд повернулся и зашагал с ярко освещенной танцплощадки прочь, куда-нибудь в тень. Он понимал, что совершил невероятную глупость, выставляя себя на всеобщее обозрение, но он должен был потанцевать с этой девушкой. Теперь, когда он это сделал, пора было сматываться отсюда, и побыстрее. Он и так уже подверг себя смертельной опасности.

Однако Алиса не могла просто так отпустить незнакомца. Неожиданно для самой себя она последовала за ним. Она просто обязана была узнать об этом человеке хоть что-нибудь: кто он, откуда приехал, увидит ли она его снова.

— Подождите, — проговорила она, с удивлением ощущая, что задыхается и что голос ее полон страсти.

Слейд обернулся, и в этот момент снова зазвучала музыка. Как же ему хотелось вновь заключить прелестную незнакомку в свои объятия и протанцевать с ней всю ночь напролет, но он не мог себе этого позволить. Став секретным агентом, он отказался от той жизни, которую ведут нормальные люди.

— Я должен идти, — просто проговорил он. — Прощайте, прекрасная незнакомка.

Она являла собой поистине восхитительное зрелище: в огромных голубых глазах, полных недоумения, застыл немой вопрос, грудь вздымалась от прерывистого дыхания. И в следующую секунду Слейд совершил поступок, поразивший его самого. Заключив незнакомку в свои объятия, он притянул ее к себе.

Алиса подумала, что он собирается снова с ней танцевать, и радостно подалась Слейду навстречу, однако таинственный незнакомец сделал шаг назад. Оказавшись вместе с Алисой под покровом сумерек, он приник к ее губам. Звучала музыка, царило веселье, однако Алиса со Слейдом его не замечали. Быстрый, но полный страсти поцелуй поразил их обоих. Они были растеряны и очарованы.

Слейд первым оторвался от губ Алисы и разжал объятия, понимая, что если он сейчас же не уйдет от нее, он, быть может, не в состоянии будет это сделать никогда.

— Еще раз прощайте, прекрасная незнакомка, — проговорил он.

— Как прощайте? Но не можете же вы просто так уйти! — выпалила Алиса и нахмурилась. Она никак не могла понять, почему он уходит от нее, когда у них впереди вся ночь. — Я увижу вас снова?

— Нет, — тихо ответил Слейд.

И в глазах его что-то промелькнуло: боль или печаль, Алиса так и не смогла понять. Прежде чем она успела что-то сказать, незнакомец повернулся и ушел, оставив ее в одиночестве. Она смотрела ему вслед, горя желанием остановить его, но он исчез в темноте, словно его никогда и не было.

Алису потрясло то, что она с таким жаром ответила на поцелуй человека, которого видела впервые в жизни. Впрочем, с таким красавцем мужчиной судьба ее еще ни разу не сталкивала. Алиса стояла, глядя в толпу, словно наяву видя перед собой таинственного незнакомца, и все никак не могла прийти в себя от его волшебного поцелуя.

— Кто это был? — спросила подошедшая к Алисе Эмили. Ей удалось на минутку сбежать от своих пылких поклонников, чтобы поговорить с сестрой.

— Не знаю, — рассеянно ответила Алиса. — Он появился внезапно и пригласил меня на танец. Он показался мне довольно милым, но я так и не узнала, как его зовут.

На самом деле определение было не совсем точным. Довольно милый человек не сумел бы вызвать в ней такую бурю чувств, какую она только что испытала.

— Жаль. Он очень хорош собой. Я поспрашиваю своих ухажеров. Может, кто-то из них знает, кто он такой.

— Мне хотелось бы это узнать, — тихо проговорила Алиса.

— Неужели? — удивилась Эмили. До сих пор сестра не выказала интереса ни к одному мужчине.

Алиса поняла, что выдала себя, однако ей было на это наплевать.

— Да, — кивнула она.

Горя желанием порадовать Алису, Эмили поспешно вернулась к своим поклонникам, чтобы расспросить их о прекрасном незнакомце, только что танцевавшем с ее сестрой.


Слейд решительно направился к тому месту, где оставил лошадь. Пора было уезжать. Он и так уже слишком задержался.

— С какой аппетитной бабенкой ты только что танцевал, — донесся из темноты голос Зика Мэлоуна. — Неплохо бы с ней позабавиться.

Слейд понял, что бандит следил за ним, и ему это не понравилось.

— Даже не думай об этом, — взглянул он на Зика. — На это нет времени.

— Ничего, время найдется. Возвращайся и еще раз пригласи ее танцевать. Она согласится, это уж точно. Ты ей, похоже, здорово понравился. Ведь эта пташечка даже позволила тебе себя поцеловать. — В голосе Зика прозвучали похотливые, нотки. — А когда вы будете танцевать, потихоньку подведи ее сюда. Я уж с ней тут разберусь.

— Пошли, Зик, — бросил Слейд, продолжая идти.

Однако Зик не двинулся с места. Он воспылал страстью к красивой блондинке и не собирался упускать возможность получить удовольствие.

— Да брось ты! Так и быть, разрешаю быть первым, если именно это тебя волнует. Мы ей быстренько заткнем рот, чтобы не орала. Хотя кричи не кричи, при таком шуме все равно никто ничего не услышит. Сделаем свое дело и смоемся потихоньку. А когда нас начнут искать, мы будем уже далеко.

Слейд и так весь вечер пребывал в отвратительном настроении, а от скотства Зика ему стало тошно.

— Нет! — отрезал он. — Она не для таких, как мы.

— Скажешь тоже! Да ты только посмотри на нее! Вот бы увидеть ее голой. Голову даю на отсечение, у нее хорошенькая кругленькая…

Договорить он не успел. Не помня себя от ярости, Слейд развернулся и с размаху ударил Зика в грудь. Бандит, не ожидавший ничего подобного, растянулся на земле. Хорошо, что они находились в темной аллее и, хотя не успели уйти далеко от танцплощадки, никто из танцующих их не увидел.

— Я сказал нет, Зик! — рявкнул Слейд, повернулся и, яростно чертыхаясь, пошел прочь, оставив Зика лежать в грязи.

Зик был настолько зол, что рука его сама собой потянулась к револьверу. В этом Слейде Брэкстоне было что-то такое, что не понравилось ему с самого первого дня их знакомства. А уж теперь Зик готов был выстрелить ему прямо в спину. Однако он отлично понимал, что, если убьет Слейда, ему придется держать ответ перед Кладом. Только это его и остановило.

Ругаясь на чем свет стоит, Зик не спеша поднялся, отряхнулся и пошел следом за Слейдом. Ничего, когда-нибудь он поквитается с этим проклятым Слейдом Брэкстоном.


Слейд и Зик встретились в назначенном месте с Кидом и доложили ему обо всем, что узнали, умолчав лишь о ссоре. То, что произошло, касалось только их двоих, и нечего было посвящать в это посторонних. Кид нашел безопасное место, где его банда могла бы спокойно переночевать, и после полуночи бандиты улеглись спать, чтобы хоть немного отдохнуть перед предстоящим налетом.

Не спал один лишь Слейд. Он лежал, глядя в звездное небо, каждую минуту ожидая подвоха со стороны Зика и думая о своей прекрасной незнакомке. Он знал, что никогда больше ее не увидит. Достаточно того, что он позволил себе потанцевать с ней и даже поцеловать ее. Обычно он держал себя в узде и не позволял себе подобных вольностей. Слейд понимал, что этой чистой, невинной девушке не место в той безбожной жизни, которую он вынужден вести.


— Ничего мне не удалось выяснить о твоем прекрасном таинственном незнакомце, — сказала Эмили Алисе. Сестры уже вернулись с танцев и теперь готовились ко сну.

— Неужели ни один из твоих ухажеров его не знает? — удивилась Алиса. Она была уверена, что найдется человек, знающий хотя бы имя незнакомца.

Эмили покачала головой.

— Я их всех спросила. Никто его раньше не видел. Алиса печально вздохнула.

— И на том спасибо.

— Он тебе и вправду понравился? Секунду подумав, Алиса ответила:

— Да. В нем есть что-то такое…

Не дослушав, Эмили весело хмыкнула, и глаза ее лукаво блеснули.

— Чему это ты так радуешься? — спросила Алиса, пытаясь скрыть, как она разочарована тем, что ее таинственный незнакомец так и остался незнакомцем.

— Приятно узнать, что, несмотря на твой строгий вид, в твоей груди бьется обычное женское сердце.

— Да будет тебе! — смутилась Алиса.

— Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему мне так нравится флиртовать с мужчинами? Они такие забавные! А чтобы разгадать их, потребуется целая жизнь!

— Я вовсе не собиралась его разгадывать…

— Тем лучше. Это значит, что он тебе и в самом деле понравился.

— Да. Он красив, ты не находишь?

— Очень, — согласилась Эмили, — хотя и несколько суров. Не грусти, может, он еще вернется.

— Вряд ли. Он сказал, что мы с ним больше никогда не увидимся.

— Наверное, он собирался уехать, но, потанцевав с тобой, так влюбился, что теперь уже жить без тебя не сможет.

— По-моему, ты просто начиталась дамских романов своей любимой Шеридан Сент-Джон, — поддразнила сестру Алиса, зная, что та обожает любовные романы популярнейшей на Диком Западе писательницы…

— Да что ты! Я еще слишком мало их прочитала. Она как раз начала новую серию. Ее нового героя зовут Брэнд. Он разведчик, наполовину белый, наполовину индеец. Такой душка! Не мешало бы и тебе, Алиса, прочитать хотя бы один роман. Я просто уверена, что потом тебя от них за уши не оттащишь!

— Может, когда-нибудь я их и почитаю.

— Ты мне это уже сто раз обещала! Ты просто сама не понимаешь, как много теряешь. Такое наслаждение читать о красивых героях и героинях, о хороших и плохих людях. В этих романах добро всегда побеждает зло. В общем, они просто великолепны.

— Ну ладно, Эмили, спокойной ночи, — сказала Алиса удивительно романтичной сестре и направилась в свою спальню.

— Спокойной ночи, — ответила Эмили, но не успела Алиса закрыть за собой дверь, как она ее окликнула: — Алиса!

— Что?

— Надеюсь, он вернется и ты его еще увидишь.

— Я тоже на это надеюсь.

Алиса улеглась в постель, размышляя о том, что реальная жизнь разительно отличается от любимых сестрой дамских романов и в ней редко бывает счастливый конец.


Слейду показалось, что утро наступило слишком быстро: он так и не успел восстановить утраченное душевное равновесие. На сборы у него ушло всего несколько секунд. Уж что-что, а профессионалом он был отличным. Он готов был выполнить все, что требовалось для дела, и выполнить наилучшим образом. Впрочем, в агентстве от него меньшего и не ждали. Слейд считался первоклассным секретным агентом и, хотя он всегда этим гордился, сейчас предпочел бы таковым не быть.

— Дело предстоит простое, — обратился Кид к своим головорезам, когда банда уже готова была выехать в Блэк-Спрингс. — Несколько человек будут вести наблюдение за городскими окраинами. Джонсон и Нэш, держите лошадей и не спускайте глаз с банка. А мы — я, Слейд и Зик — займемся грабежом.

Зик улыбнулся. Интересно, заподозрит кто-нибудь из бандитов что-то неладное, если при выезде из города на обратном пути Слейда настигнет шальная пуля? Эта мысль не давала ему покоя всю ночь. Нет, вряд ли кто-то что-то заподозрит. Наверняка возникнет перестрелка, и пули так и будут свистеть вокруг.

— Поехали, — нетерпеливо проговорил Джонсон. Он считался самым близким другом Кида и последовал бы за своим главарем, если бы тот ему приказал, куда угодно, хоть в самый ад.

Бандиты вскочили на коней и помчались к городу. Спешились они на укромной аллее, неподалеку от банка. Оставив лошадей Джонсону и Нэшу, как и было условлено, Кид, Зик и Слейд, закрыв нижнюю часть лица шейными платками, быстро вошли в банк.

— Всем оставаться на своих местах! Это вооруженное ограбление! — крикнул Кид, молниеносным движением вытаскивая револьвер.

Слейд с Зиком последовали его примеру. Быстро вытряхнув в мешок деньги из кассы, Зик заорал:

— Не двигаться! Всех пристрелю!

Клиентка, которая пришла снять со счета деньги, испуганно вскрикнула и начала заваливаться на бок. Другой клиент, по фамилии Андерсон, бросился было поддержать ее, но Кид направил на него револьвер, и он застыл на месте. Женщина мешком свалилась на пол, да так и осталась там лежать. Том Йорк, президент банка, вскочил при первых признаках опасности, однако он никак не мог помешать грабителям.

— Все равно вам не удастся сбежать! — крикнул Том Йорк вне себя от ярости.

— Да ну? Еще как удастся, — рассмеялся Кид. — Пошли, ребята. Нечего здесь задерживаться.

Они попятились к выходу, по-прежнему держа посетителей и президента банка под прицелом. Выскочив на улицу, бандиты помчались к тому месту, где оставили своих лошадей, и в этот момент из банка выбежал Том Йорк.

— На помощь! На помощь! Банк ограбили! — завопил он.

Джон Мейсон, который как раз собирался войти в свою контору, находившуюся неподалеку от банка, услышал крики Тома и бросился на помощь другу, хотя и был безоружен.

Грабители уже вскочили на лошадей, как вдруг увидели, что к ним несется Джон. Слейд заметил, что мужчина безоружен. Зная, что бандитам на это наплевать и что они все равно его пристрелят, он поскакал к Джону, делая вид, что собирается его убить, а сам попытался прикрыть его своей лошадью.

В этот момент в дальнем конце улицы послышались выстрелы, и бандиты поняли, что на выручку банкиру спешит шериф. Они понеслись вниз по улице, отчаянно отстреливаясь. Из домов и магазинов стали выскакивать горожане, желая посмотреть, что происходит.

Именно этого момента, когда возникнет полная неразбериха, Зик и ждал, чтобы поквитаться со Слейдом. Выстрелив Слейду в спину, он пришпорил лошадь и, не оглядываясь, помчался следом за Кидом, в полной уверенности, что попал в своего обидчика. Убил он Слейда или нет, его мало волновало. Даже если он только ранил его, Слейд будет не в состоянии скакать верхом и наверняка попадет в руки стража порядка. Мысль о том, что Слейда посадят в тюрьму, была Зику настолько приятна, что он радостно улыбнулся.

Слейд с ужасом увидел, что человек, которого он пытался защитить, медленно оседает на землю, сраженный выстрелом, раздавшимся откуда-то сзади. Круто повернув лошадь, он увидел Зика. Тот мчался к городской окраине. Боясь, что шериф его догонит, Слейд пригнулся к шее лошади и поскакал вслед за остальными бандитами, а перед глазами стоял образ мужчины, павшего от руки злостного преступника. Он, Слейд, так и не сумел его защитить.

Ругаясь на чем свет стоит, Роб все стрелял и стрелял в грабителей. Но, поняв, что попасть в них уже невозможно, прекратил это бесполезное занятие и раздраженно сунул револьвер обратно в кобуру. В этот момент к Робу подбежал его помощник Клеменс, держа в руке револьвер.



— Приведи лошадей и собери отряд! Поедем за ними! — приказал Роб, но, увидев, что Джон неподвижно лежит на земле, понял, что его друг серьезно ранен. — Нет, сначала пошли кого-нибудь за доктором и за Лореттой!

Роб подошел к Тому, стоявшему возле Джона на коленях:

— Как он?

Том поднял к нему искаженное болью и яростью лицо.

— Он мертв.

Роб тоже опустился на колени рядом с Джоном. С малых лет его учили не выказывать своих чувств, но сейчас он не смог сдержать слез. Джон Мейсон был его лучшим другом и отличным человеком.

— Богом клянусь, Том, — проговорил он дрогнувшим голосом, глядя на управляющего банком, — я найду этих мерзавцев, даже если для этого мне потребуется вся жизнь, и добьюсь, чтобы их повесили!

Вокруг стала собираться толпа. Подошел и доктор, который уже ничем не мог помочь бедняге Джону. В этот момент послышался голос Лоретты. Она шла из своего магазина в сопровождении помощника шерифа Клеменса.

— Что случилось? Где Джон? Почему вы не хотите мне сказать, где он?

Толпа расступилась, и она увидела мужа.

Глава 2

Три недели спустя

Слейд Брэкстон скакал следом за остальными бандитами шайки Дакоты Кида по узкой извилистой тропинке, вьющейся по дну глубокого ущелья, и чувствовал, как с каждой минутой его все больше и больше охватывает беспокойство. Великолепное чутье подсказывало, что банде грозит опасность. Слейд придержал коня и, немного отстав, обвел настороженным взглядом крутые, почти отвесные стены каньона. Что-то было не так… Интересно, испытывает ли кто-нибудь из бандитов подобное чувство? Похоже, что нет. Преступники продолжали безмятежно скакать вперед, не ведая ни о какой опасности. Медленно и почти незаметно Слейд вытащил револьвер и крепко сжал его. Теперь он был готов ко всяким неожиданностям.

Внезапно Слейд заметил, как высоко над головой блеснул на солнце ствол ружья. Все ясно, за ними ведут наблюдение. Но кто? Может, такие же, как он, сотрудники сыскного агентства? Хорошо бы…

Словно почувствовав, что их заметили, неизвестные открыли по бандитам стрельбу.

Вся надежда Слейда на то, что это свои люди, бесследно испарилась. Атакующие стреляли на поражение. Наверное, у них была задача не отпустить ни одного бандита живым.

— Назад! — закричал он, понимая, что единственный путь к спасению — ? это скакать обратно, по той же тропинке, по которой они сюда приехали.

Слейд резко повернул назад свою лошадь и вскинул револьвер, приготовившись убить каждого, кто только высунется из засады. Наметив себе первую жертву, он тщательно прицелился, но тут же злобно выругался: на груди неосторожно высунувшегося из-за камня мужчины он заметил звезду шерифа. Слейд выстрелил чуть выше его головы. Он не собирался убивать шерифа, а только хотел заставить его снова спрятаться. Шериф тут же нырнул обратно в укрытие, предоставляя Слейду возможность повернуть назад, чего Слейд, собственно, и добивался.

Нэш и Джонсон, ехавшие впереди Слейда, тоже развернули своих лошадей и поскакали следом за ним. Несколько бандитов уже пали, сраженные пулями, и Нэш с Джонсоном поняли, что, если они устремятся вслед за Кидом, их постигнет та же участь. Пришпорив коней, они стрелой понеслись за Слейдом.

Однако бандиты просчитались. Роб Эмерсон великолепно подготовил операцию, предусмотрев все до мелочей. Едва преступники попытались выскочить из каньона на открытую местность, как шериф Блэк-Спрингса пустил под откос огромный валун. Свалившись в ущелье, он преградил бандитам путь. Видя, как бандиты мечутся, словно попавшие в капкан звери, Роб злобно ухмыльнулся. Именно такого конца заслуживают проклятые убийцы. Пусть еще благодарят Бога за то, что их не пристрелили тут же, в ущелье, как бешеных собак.

— Вы окружены! Бросайте оружие и сдавайтесь! — закричал Роб.

Повернув лошадей в ту сторону, откуда донесся голос, Джонсон и Нэш выстрелили. Тотчас же с обеих сторон каньона раздались ответные выстрелы. Одна из пуль угодила Нэшу прямо в плечо. Схватившись рукой за рану, он пошатнулся и осел на землю.

— Эй, не уезжайте! Не бросайте меня! — крикнул он Джонсону и Слейду.

Слейд тихонько выругался. Ну надо же, как не повезло! Банду Кида и его самого вот-вот готовы были схватить, а тут, на тебе, придется спасать этого идиота Нэша.

— Вам некуда бежать! — снова послышался голос шерифа. — Бросайте оружие и руки вверх! Иначе мы будем стрелять!

Слейд с Джонсоном поняли, что, если они попытаются отстреливаться, шериф приведет свою угрозу в исполнение. Ничего другого, как бросить оружие, у них не оставалось.

— Кто эти сволочи? — яростно выругавшись, рявкнул Джонсон, бросая ружье и револьвер на землю.

— Думаю, скоро узнаем, — ответил Слейд, следуя его примеру.

Слейд поднял голову, ожидая, когда атакующие выберутся из своих укрытий. В нем еще теплилась надежда, что среди них находится Кен Ричардс, его начальник из Денвера. Однако обведя взглядом медленно покидавших свои укрытия мужчин, он обнаружил, что Кена среди них нет. Никого из напавших Слейд не знал, однако по их лицам видно было, что ничего хорошего от них ждать не стоит. Последним из укрытия вышел их предводитель.

— Это шериф из Блэк-Спрингса, — сказал Слейд, узнав мужчину, с которым танцевала прелестная незнакомка.

Джонсон грязно выругался.

Впереди все еще слышалась перестрелка, однако звуки ее с каждой секундой становились все слабее: похоже, бандиты уходили все дальше и дальше.

— Сдается мне, Киду удалось уйти, — тихо сказал Джонсон Слейду. — Никому его не поймать. Ловкий, черт!

Слейд только кивнул в ответ, не спуская глаз с помощников шерифа. Они приближались, держа ружья наготове.

— Спешиться и отойти на два шага от лошадей! — приказал Роб, не опуская револьвера. Мало ли что придет в голову этим подонкам, нужно быть начеку. — Хоукинс, надень на них наручники.

Слейд и Джонсон молча спешились. Двое мужчин взяли под уздцы их лошадей, третий, помощник шерифа по фамилии Хоукинс, надел на бандитов наручники.

— Как вас зовут? — спросил он.

Слейд и Джонсон молчали. Разозлившись, Хоукинс ударил их обоих прикладом винтовки.

— Это Брэкстон! — возбужденно крикнул человек, державший под уздцы лошадей, указывая на Слейда. — Я его узнал. Его портреты расклеены по всему городу! А второй — Джонсон!

— Так, значит, ты Брэкстон? — спросил Хоукинс, глядя на Слейда с неприкрытой ненавистью. Из раны на лбу Слейда, куда он ему ткнул прикладом, текла кровь, и Хоукинс был этому очень рад. Его бы воля, он вообще бы пристрелил этого бандита на месте. Жаль только, что шериф Эмерсон не позволит совершить самосуд. — Мы все о тебе знаем!

Хоукинс был прав. О Брэкстоне и о совершенных им грабежах и убийствах в самом деле знали все. В каждом городе к западу от Миссисипи были расклеены его портреты.

— Вы арестованы за грабеж и убийство, — заявил Хоукинс и обыскал сначала Слейда, а потом Джонсона. Обнаружив в их карманах ножи, он изъял их, после чего подошел к Нэшу, Разоружив его, помощник шерифа перевязал ему плечо платком и надел на бандита наручники. С шайкой нужно держать ухо востро. Эти подонки способны на все.

Доносившиеся издалека выстрелы стихли. Интересно, удалось Киду уйти или его убили, подумал Слейд.

— Дождемся здесь остальных, — сказал Роб своим помощникам.

— Как ты думаешь, они взяли Кида? — спросил Хоукинс.

— Надеюсь. Ужасно хочется посмотреть, как его вздернут на виселице.

Они принялись терпеливо ждать. Прошло не меньше часа, прежде чем показались еще четверо из отряда. Они вели под уздцы двух лошадей, к седлам которых были привязаны два трупа.

— Ну что? — нетерпеливо бросил Роб. Он уже весь извелся от ожидания. Задуманная им операция прошла успешно, однако если им не удастся поймать Дакоту Кида, главаря шайки, радость его будет неполной.

— Киду удалось уйти, но мы убили еще двух бандитов.

Роб с ненавистью посмотрел в ту сторону, где скрылся Дакота Кид с оставшимися в живых бандитами. Как же ему хотелось броситься за ним в погоню! Однако Роб понимал, что делать этого сейчас не следует. Он выехал со своим отрядом из Блэк-Спрингса более двух недель назад. Им удалось взять троих бандитов живыми и двоих убить. На сегодняшний день этого достаточно.

— Не беспокойся, шериф. В конце концов мы его поймаем.

— Я хотел сделать это сегодня, — мрачно произнес Роб. Остальные молчали, зная, что сделать это уже не удастся.

— Что ж, по крайней мере мы взяли Брэкстона, — проговорил Хоукинс, и только что подъехавшие мужчины выразили свою радость по этому поводу восторженными криками.

Вскочив на лошадей, отряд осторожно объехал валун, преградивший путь, и направился к выезду из каньона. Мужчины были несколько раздосадованы тем, что Кида взять не удалось, однако утешали себя тем, что большая часть банды обезврежена.

Слейд ехал обратно в Блэк-Спрингс в окружении вооруженной охраны и отчаянно чертыхался про себя. Угораздило же его стать пленником! Вряд ли его будут долго держать в тюрьме, наверняка скоро повесят. Ну почему ему не удалось осуществить то, что он задумал! Слейду в жизни не раз приходилось бывать в трудных ситуациях, но в такой безнадежной, как сегодня, еще никогда. Он очень надеялся, что, когда станет известно, кто он такой, его отпустят на свободу, однако, учитывая сложившиеся обстоятельства, слишком на это надеяться не приходилось.


— Шериф Эмерсон едет! — завопил кто-то, заметив вдалеке отряд, возвращавшийся после двухнедельного отсутствия. — Похоже, они их схватили!

Жители Блэк-Спрингса побросали свои дела и высыпали на улицу посмотреть, кого же удалось поймать шерифу. Все они прекрасно знали, что со дня ограбления банка и убийства Джона Роб мог думать только о том, как ему схватить Дакоту Кида и его головорезов. Ходили слухи, что он подготовил для них какую-то хитроумную ловушку, и жители с нетерпением ждали возвращения шерифа и его отряда. Всем было интересно узнать, удалось Робу выполнить задуманное или нет.

Банда Дакоты Кида уже в течение многих лет держала в страхе весь штат, грабя поезда и банки, убивая мирных жителей. Жизнь простых людей превратилась в кромешный ад. Если шериф Эмерсон и в самом деле поймал бандитов, сегодня в Блэк-Спрингсе будет большой праздник.

Шериф и его люди медленно ехали по главной улице города, и горожане не сводили с них глаз. Пойманных бандитов оказалось пятеро. Трое живых были в наручниках. Мертвые тела двух других небрежно перебросили через крупы лошадей.

— Ну что, Роб, ты их всех поймал? — выкрикнул Том Йорк, которому не терпелось увидеть, как будут судить подонков, принесших хорошим людям столько горя.

— Удалось схватить нескольких, — сдержанно ответил Роб.

При этих словах толпа восторженно загудела, но шериф даже не улыбнулся. Сам Дакота Кид по-прежнему гулял на свободе, и это не давало Робу Эмерсону покоя. В течение всех четырех дней пути домой он глаз не спускал со своих пленников и постоянно держался настороже. Дакота Кид, этот жестокий и беспощадный главарь шайки, мог появиться в любую минуту. Кид был наглым, злобным и хитрым бандитом, и от него можно было ждать всего, особенно сейчас, когда он наверняка взбешен. Ведь шериф Блэк-Спрингса схватил самых отчаянных и преданных членов его шайки.

Подъехав к своей конторе, Роб спешился и привязал лошадь к ограде. Приказав своим помощникам отнести трупы в похоронное бюро, он повернулся к Слейду и остальным бандитам и, вытащив револьвер, приказал:

— Слезайте с лошадей. И никаких резких движений!

— Вот-вот, а то еще свалитесь, чего доброго, на землю да переломаете себе кости, — добавил помощник шерифа Хоукинс, презрительно хмыкнув.

Слейд обвел жителей Блэк-Спрингса мрачным взглядом. Он и не думал, что ему еще когда-нибудь доведется побывать в этом городе, но судьба распорядилась иначе. Он опять здесь. Слейд взглянул на тюрьму. Похоже, вырваться из нее будет нелегко. Когда его схватили и заковали в наручники, у него не было ни единого шанса сбежать, а сейчас и подавно. Видимо, госпожа Удача повернулась к нему спиной. И все-таки Слейд понимал, что просто обязан что-то придумать, чтобы вырваться на свободу. Он должен быть рядом с Ки-дом. Слишком многое от этого зависело.

— Иди спокойно, Брэкстон, — проговорил Хоукинс, толкнув Слейда в спину своим шестизарядным револьвером. — И не вздумай даже пытаться бежать, иначе придется тебя пристрелить, а мне бы этого очень не хотелось.

Слейд промолчал и первым направился к конторе шерифа. Нэш с Джонсоном последовали за ним.

— Что, много они вам доставили беспокойства, шериф? — поинтересовался Эл Карсон, редактор единственной в городе газеты «Вестник». Ему хотелось поместить в следующий номер статью о поимке преступников, и он горел желанием выудить у шерифа как можно больше информации.

— С Дакотой Кидом всегда надо быть осторожным, — коротко бросил Роб. Он понимал, что лишь по чистой случайности никто из его отряда не был убит или ранен в перестрелке. — Нам удалось схватить Нэша, Джонсона и Брэкстона.

— Вы поймали Брэкстона?! Который из них? — Круглыми от удивления глазами Карсон уставился на пленников.

Брэкстон был известен как самый опасный преступник. Когда среди горожан прошел слух о том, что он присоединился к банде Дакоты Кида, никто не сомневался, что за этим последует целая серия ограблений и убийств. Так оно и вышло. За последние несколько месяцев банда Кида ограбила несколько поездов, банков и два почтовых дилижанса. Все понимали, что чем скорее бандиты будут пойманы, тем скорее в городе снова установится нормальная, спокойная жизнь.

— Вон тот, высокий. — Роб показал на преступника, которого Хоукинс заводил в контору.

Газетчик взглянул на Слейда. Темноволосый здоровяк, облаченный с ног до головы в черное, показался ему чрезвычайно опасным типом. В этот момент бандит повернул голову, и Эл вздрогнул, ощутив на себе холодный взгляд преступника.

— Он и в самом деле такой страшный, каким кажется? — спросил журналист.

— Еще страшнее! — крикнул ему Хоукинс. — Я бы с удовольствием посмотрел, как он будет болтаться на виселице.

— Тут найдется еще немало желающих на это посмотреть, — согласился Эл.

Жители города понимали, что денег, украденных из банка, им не вернуть назад. Наверняка бандиты давным-давно нашли им применение. Да и Джона Мейсона не воскресить, даже если перевешать всех преступников. Но когда бандитов не будет в живых, они уже ни одному человеку не смогут причинить страданий.

Джонсон обвел собравшихся горожан яростным взглядом и дрожащим от ненависти голосом выкрикнул:

— Рано радуетесь! Кид не допустит, чтобы нас повесили! Он вызволит нас из тюрьмы! Так что трепещите от страха! Он скоро здесь появится, вот увидите!

Из толпы донеслись испуганные возгласы.

— Из тюрьмы ты отправишься только на виселицу, Джонсон! — Роб едва сдерживался, чтобы не выхватить револьвер и не пристрелить наглеца.

— А это мы еще посмотрим, шериф, — ухмыльнулся Нэш, проходя мимо шерифа, человека, сумевшего перехитрить и схватить его самого и его товарищей.

— У тюрьмы будет круглосуточно дежурить вооруженная охрана, так что мерзавцу Киду вас не вызволить, — заявил Роб, желая успокоить горожан.

— Никакая охрана его не остановит, — возразил Нэш, совершенно уверенный в том, что главарь банды их спасет.

Подождав, пока всех троих пленников заведут внутрь, Роб обратился к собравшимся горожанам:

— Расходитесь по домам. На сегодня представление окончено.

— А что, если Кид и в самом деле приедет спасать своих людей? — спросил кто-то из толпы. — Ты сказал, что с бандитов глаз спускать не будут, но…

— Если Кид и попытается что-то сделать, мы его арестуем и тоже посадим под замок. Так что бояться угроз этих подонков вам нечего.

— А почему вы не схватили его вместе с остальными? — поинтересовался Эл.

Шериф сердито нахмурился.

— На сей раз Кид легко отделался, но удача скоро повернется к нему спиной.

И Роб, войдя в свою контору, закрыл за собой дверь. У него больше не было никакого желания отвечать на вопросы. Позже, когда все утрясется, он все подробно объяснит горожанам.

Люди начали потихоньку расходиться, по-прежнему испытывая чувство беспокойства. Не то чтобы они не доверяли шерифу Эмерсону. Они его уважали и верили ему. Несмотря на молодость, Роб сумел себя показать отличным шерифом. С тех пор как его избрали на эту должность, в городе все было спокойно, пока не появилась эта проклятая банда Дакоты Кида. Но и с этой бедой шериф почти справился, лично отправившись на поиски шайки и сумев схватить нескольких ее членов. Любой другой шериф не стал бы этим заниматься, а послал бы своих помощников, а вот Роб Эмерсон не захотел отсиживаться дома.

Эл поспешил в редакцию. Пора было готовить статью в завтрашний номер.

А в тюрьме всех троих преступников заключили в одну камеру. Только после того как Хоукинс запер за ними дверь, он приказал им просунуть руки сквозь решетку окошка и снял с них наручники.

— Устраивайтесь поудобнее, — обратился к бандитам Роб, стоя в помещении, куда выходило окошко камеры. — Вам тут долго придется сидеть, ребята.

Нэш бросил на него яростный взгляд и хрипло расхохотался:

— Можешь думать что угодно, шериф, но Кид не даст тебе нас повесить.

— Если он только попробует сюда сунуться, ему не жить, — отрезал Роб.

Когда шериф ушел, бравада Нэша и Джонсона исчезла. Они устало опустились на нижние нары.

— Как ты думаешь, Кид скоро объявится? — спросил Нэш Джонсона. Джонсон находился в банде Кида дольше остальных бандитов и знал его лучше всех.

— Ему еще надо придумать, как вызволить нас отсюда, — ответил Джонсон. — А ты как считаешь, Слейд?

— Ему потребуется на это чертовски много времени, если они и в самом деле поставят у тюрьмы круглосуточную вооруженную охрану, как и обещали. Ведь с Кидом остались только Ред и Зик.

— Никакая охрана Кида не остановит. Он преодолеет любое препятствие. — Нэш совершенно искренне верил в необычайные способности вожака шайки.

— Хорошо бы, — заметил Джонсон. — Не хотелось бы мне умереть на виселице. Не очень-то почетная смерть.

— Кто сказал, что мы умрем? Кид спасет нас, вот увидите, — гнул свое Нэш.

Расположившись на верхних нарах, Слейд заложил руки за голову и закрыл глаза. Ему нужно было подумать, что делать дальше. Впрочем, особо думать тут было нечего. Придется сидеть и ждать, но это как раз самое трудное. А ведь он был уже почти у цели… Казалось, еще немного, и Киду конец. Но увы! Шанс упущен. Придется начинать все сначала, если, конечно, удастся выбраться из этой темницы. Судя по тому, как идут дела, надежд на это маловато.

— И как ты только можешь спать, Брэкстон? — раздраженно бросил Джонсон и, поднявшись с нар, принялся нетерпеливо шагать взад и вперед по крошечной камере.

Он знал, что Кид о Брэкстоне самого высокого мнения, но самого его в этом человеке что-то раздражало. Может, то, что этот тип почти все время молчал, а может, то, что он никогда не пытался подружиться ни с одним из членов банды. Джонсон не доверял ему до конца и постоянно незаметно наблюдал за ним. И не он один. Зик, как было известно Джонсону, тоже не разделял мнения своего главаря о Брэкстоне.

— Я не смогу заснуть, если ты будешь со мной разговаривать, — не спеша проговорил Слейд, даже не пытаясь открыть глаза. Джонсон считался самым жестоким из всех членов банды. Слейд знал, что ему убить человека — все равно что плюнуть.

— Но ведь должны же мы что-то придумать! Нам нужно…

— Нам сейчас ничего не остается делать, только ждать. Так что можешь последовать совету шерифа и расположиться поудобнее. Нам все равно придется сидеть в этой камере какое-то время, даже если Кид и в самом деле явится нас спасать.

— Нечего мне указывать, что делать, Брэкстон! — яростно выпалил Джонсон. Единственный человек, которого он слушался и которому безропотно подчинялся, был Кид. Джонсон присоединился к его банде в тринадцатилетнем возрасте. Сейчас ему было двадцать пять. И все эти годы он вместе с остальными бандитами занимался грабежами и убийствами. Другой жизни он не знал. И одна мысль о том, что теперь ему предстоит провести в этой маленькой камере в полнейшем бездействии много дней и ночей, сводила его с ума.

Уловив в голосе бандита раздражение, Слейд внимательно взглянул на него.

— Мне абсолютно наплевать на то, чем ты будешь заниматься, Джонсон. Это твое дело. Просто я хочу сказать, что Кид не так прост, чтобы сегодня же прискакать в город нас освобождать. Нам всем отлично известно, что Дакота Кид умен и осторожен.

— Он прав, Джонсон, — согласился Нэш, и голос его дрогнул от боли: рана в плече давала о себе знать. — Так что расслабься. Нам придется какое-то время здесь посидеть, однако не думаю, что долго.

Бросив на Нэша сердитый взгляд, Джонсон тем не менее попытался взять себя в руки. Он понимал, что сейчас не время выяснять отношения, хотя ему ужасно не хотелось признавать правоту Брэкстона. Сейчас им троим ничего не оставалось делать, как сидеть и ждать, когда Кид их освободит.

Хорошо бы, чтобы ожидание это не слишком затянулось. Впрочем, Джонсон не сомневался, что они скоро выйдут на свободу. Кид еще ни разу не оставил его в беде, и вера Джонсона в своего главаря и кумира была непоколебима.


Отослав одного из своих заместителей за врачом — нужно было осмотреть рану Нэша, — Роб уселся за стол, радуясь тому, что выдалось несколько спокойных минут.

— Что ты собираешься с ними делать? — спросил его Хоукинс.

— Отдать под суд.

— Не понимаю, к чему тратить время на какой-то суд! — усмехнулся Хоукинс.

— Потому что существует закон, Хоукинс, и я поклялся свято чтить его.

— Было бы проще простого избавиться от этих бандитов во время пути. Три выстрела — и все готово.

— В том-то между нами и разница, — проговорил Роб, разглядывая, прищурившись, своего не в меру пылкого помощника. — Я люблю, когда все делается по закону, а тебе бы только расправиться.

— Что в этом плохого? Нам ведь отлично известно, что мы поймали отъявленных бандитов, совершивших много тяжких преступлений.

Хоукинс искренне не понимал, как шериф может терпеть этих подонков. Ведь они убили Джона Мейсона. По его мнению, их надо было бы, скорее, пристрелить, как бешеных псов.

— Потому-то мы и должны предать их суду.

— Но ведь мы знаем, что Брэкстон участвовал в ограблении банка! И Нэш с Джонсоном тоже! Есть свидетели, которые их видели!

— Вот они и дадут показания на предварительном слушании, потом на судебном процессе. А до тех пор нашей самой святой обязанностью является сохранять этим бандитам жизнь.

— Я бы предпочел, чтобы они уже покоились в сосновых гробах на кладбище.

— Этого все хотели бы, но нужно немного подождать. Сначала суд должен вынести им обвинительный приговор. Я больше слышать не хочу ни о каких судах Линча!

Помощник шерифа угрюмо замолчал.

— А что нам делать с Кидом? Ты же знаешь, что он непременно попытается вызволить своих людей.

— Если он только сунется в Блэк-Спрингс, я его арестую. Но я не собираюсь давать ему на это времени. Я сейчас же пойду к Алисе Мейсон. Пускай назначает слушание дела на завтрашнее утро.

Хоукинс покачал головой.

— А тебе не кажется, что это как-то… Ну, понимаешь… Самое громкое дело за последние несколько лет, а судьей по нему будет женщина.

— Кому же быть, как не ей, — возразил шериф. — Ведь именно ее отца убили.

— Я знаю, но все-таки… — То, что мировым судьей в их городе является женщина, было Хоукинсу не очень приятно, хотя в истории штата это был уже не первый случай, и все женщины, назначенные на эти должности, отлично справлялись со своими обязанностями.

— Не будь идиотом, Хоукинс. Алиса знает законы как свои пять пальцев, тебе это не хуже меня известно, — сердито проговорил шериф, удивляясь тому, что его заместитель настолько подвержен предрассудкам.

Сам Роб только рад был тому, что все больше и больше умных и знающих женщин стали занимать крупные посты. Много лет назад штат предоставил женщинам право участвовать в выборах, и, по мнению Роба, это пошло штату только на пользу. Кроме того, он считал Алису незаурядной личностью. В ней сочетались поистине замечательные, на его взгляд, качества: ум, доброта и красота.

— Да знаю я это все, — проворчал Хоукинс. — И все-таки она женщина. А судьей должен быть мужчина.

— Лучшего судьи, чем Алиса, нам не найти. Да нам просто повезло, что она может заменить отца, убитого этими подонками!

Помощник шерифа хмыкнул.

— Ну ладно. Первое слушание дела пройдет в нашем городе. Но потом нам придется везти этих бандитов в Грин-Ривер. Ведь там состоится суд, верно? И когда мы их туда повезем?

— Чем скорее, тем лучше. Я не хочу, чтобы Кид успел совершить налет на тюрьму.

Хоукинс с Эмерсоном обменялись мрачными взглядами. Они понимали, насколько опасно будет перевозить бандитов в другой город.

— Ну ладно, я пошел. Дел еще куча, — проговорил Хоукинс.

— А я пойду поговорю с Алисой, — сказал Роб.

Надев шляпу, он проверил, заряжен ли у него револьвер — мало ли что может по пути случиться, — и вышел из конторы. Ему не терпелось поскорее увидеть Алису и поделиться с ней хорошими новостями. Пускай ему пока что не удалось схватить Кида, но по крайней мере несколько членов его банды уже сидят за решеткой.


— Неужели они и правда схватили этих проклятых бандитов? Даже не верится! И как только им удалось их поймать? — Эмили Мейсон порывисто обняла мать, чувствуя, что глаза застилают слезы радости.

— Слава тебе, Господи, — прошептала Лоретта Мейсон.

Они с Эмили работали в своем маленьком магазинчике, когда покупатель принес им радостную весть: шерифу удалось схватить несколько человек из банды Дакоты Кида.

— Как было бы хорошо, если бы они арестовали и самого главаря, — проговорила Эмили, разжимая объятия.

— Роб приложит к этому все усилия, вот увидишь. Он и так уже сделал для нашего города столько, сколько не сделал до него ни один шериф, — заметила Лоретта.

— Надеюсь, преступникам не удастся сбежать из тюрьмы.

— Интересно, когда Роб собирается провести слушание дела и назначит ли он судьей Алису? — задумчиво проговорила Лоретта.

— Вообще-то судьям запрещено вести дело, если оно непосредственно касается их самих. Но у нас в городе только Алиса знает законы. Кроме того, она проведет лишь предварительное слушание, а выносить преступникам приговор уже будут в суде, — заметила Эмили.

— А я бы хотела, чтобы Алиса вершила над ними суд и вынесла этим мерзавцам приговор! — порывисто воскликнула Лоретта.

Когда убили Джона, жители города единогласно решили назначить Алису мировым судьей до начала следующих выборов. Она лучше всех разбиралась в законах и разных юридических тонкостях. И хотя Алиса занималась делами покойного отца в течение всего лишь нескольких недель, она сумела проявить свои знания и убедила тем самым жителей города, что они не ошиблись, назначив ее на эту должность. Глядя на то, как умело ведет она судебные дела, многие сомневавшиеся в том, что женщина способна выполнять подобную работу, изменили на этот счет свое мнение. Будь отец Алисы жив, он по праву гордился бы своей дочерью.

— Не беспокойся. Их все равно повесят, независимо от того, кто будет вершить правосудие, Алиса или какой-нибудь другой судья. Есть свидетели ограбления банка. Так что преступникам не уйти от ответственности.

— Надеюсь, ты права. Но ты же знаешь, насколько хитер и коварен Дакота Кид. До того, как бандитов отдадут под суд, может случиться все что угодно.

— Роб не допустит никакого налета на тюрьму. Он столько усилий приложил к тому, чтобы поймать этих бандитов, что просто так их не выпустит.

И хотя Эмили очень старалась придать своему голосу побольше решительности, и она, и Лоретта понимали: опасность того, что Дакота Кид попытается прийти на выручку своим, действительно существует. И мать с дочерью могли лишь молить Господа о том, чтобы этого не случилось.


Роб постучался в дверь юридической конторы.

— Войдите, — раздался голос Алисы.

— Мне необходимо с тобой поговорить прямо сейчас, — проговорил Роб, входя в комнату и снимая шляпу.

Алиса сидела за столом, уткнувшись в толстенный свод законов. Роб окинул ее восхищенным взглядом. Светлые волосы Алисы были стянуты на затылке в тугой узел, на носу сидели очки, которыми она пользовалась, когда читала. Одета она была в траурное платье, которое не снимала со дня смерти отца, но даже в этом мрачном наряде выглядела восхитительно.

— Ты вернулся! — радостно воскликнула Алиса, увидев Роба. Она знала, что он отправился на поимку банды Дакоты Кида, и от всей души надеялась, что все прошло успешно. — Тебе удалось их схватить?

— Не всех, только нескольких, — ответил Роб и, поймав восхищенный взгляд Алисы, почувствовал себя так, словно у него за спиной выросли крылья.

— Спасибо, Роб, — совершенно искренне проговорила она.

— Не стоит так уж сильно меня благодарить. Мы взяли в плен только троих, еще двоих убили, а Киду удалось сбежать.

— Кого вы поймали?

— Нэша, Джонсона и… Брэкстона.

— Вы поймали Брэкстона?! — поразилась Алиса.

— Да.

Алиса обрадовалась. Свидетель ограбления банка заявил, что именно Слейд Брэкстон убил ее отца. И теперь благодаря Робу справедливость должна восторжествовать.

— Спасибо, — прошептала Алиса, стараясь сдержать готовые хлынуть из глаз слезы. Какой же прекрасный человек этот Роб! Она должна гордиться тем, что у нее такой друг.

Алиса в этот момент выглядела удивительно женственной, красивой и такой беспомощной, что Роб почувствовал огромное желание броситься к ней и заключить ее в свои объятия. Однако он сдержался. Алиса ни разу за время их знакомства ни словом, ни жестом не намекнула, что одобрила бы подобный порыв.

— Поверь, что и мне это доставило ни с чем не сравнимую радость.

— Чем я могу тебе помочь? — поинтересовалась Алиса.

— Именно за помощью я к тебе и пришел. Мне хотелось бы как можно скорее провести предварительное слушание дела. Как ты смотришь на то, чтобы сделать это завтра утром?

— Давай в девять утра. Не слишком рано?

— Для меня и вчера было бы слишком поздно, — проворчал Роб, слегка улыбнувшись.

— Честно говоря, для меня тоже, — проговорила Алиса, заставив себя улыбнуться. — Только знаешь, я не имею права вести это дело.

— Даже не думай об этом! — Роб восхитился тем, что Алиса настолько серьезно относится к своей работе.

— Но ведь я заинтересованное лицо!

— Не ты одна. Каждый житель города заинтересован в том, чтобы преступников поскорее отдали под суд. Дело это чрезвычайно важное для всех нас. Мы не можем с ним тянуть.

— Хорошо, я согласна провести предварительное слушание. А ты имеешь хоть какое-то представление о том, где скрывается Кид?

— Пока нет. И именно поэтому мне хочется побыстрее отдать пойманных преступников под суд. — Выражение лица Роба стало еще решительнее. — Сейчас я вернусь к себе и допрошу по очереди всех бандитов. Быть может, мне и удастся заставить их рассказать, где скрывается сейчас главарь шайки.

— Удачи тебе, — пожелала Алиса и, взглянув на Роба, заметила в его глазах стальной блеск. Уж кто-кто, а Роб непременно вытянет из преступников необходимые сведения.

— Мне потребуется не только удача, но и нечто большее. Сомневаюсь, что эти мерзавцы добровольно расскажут мне о своем вожаке. Придется приложить немало усилий к тому, чтобы их разговорить. На ночь в тюрьме я собираюсь поставить вооруженную охрану, да и по городу будут ходить вооруженные патрули. С этими бандитами нужно держать ухо востро.

Алиса согласно кивнула.

— Что ж, увидимся завтра утром.

— С нетерпением буду ждать завтрашнего утра.

Стоя у окна, Алиса смотрела, как Роб возвращается к себе. Она испытывала чувство облегчения, смешанное со страхом. Конечно, просто здорово, что бандитов удалось схватить. Жаль только, что Дакота Кид ускользнул. Всем известно, что этот беспощадный, жестокий и хитрый преступник пойдет на все, чтобы вызволить своих людей из тюрьмы. Ни один человек в городе не будет спать спокойно до вынесения приговора и приведения его в исполнение. И она, Алиса, должна сделать все, что в ее силах, чтобы справедливость восторжествовала.

В этот день Алиса еще долго сидела у себя в конторе, снова и снова просматривая свод законов. Завтра на слушании она не должна совершить ни единой ошибки. Преступников нужно судить по всей строгости, и она, Алиса, это сделает.

Глава 3

— Ну давай, Брэкстон, поднимайся. Теперь твоя очередь. Шериф хочет тебя видеть, — проговорил Хоукинс в тот же день вечером, заталкивая Джонсона обратно в камеру.

Слейд не спеша поднялся с нар, глядя, как помощник шерифа снимает с Джонсона наручники. Беспрекословно протянув руки, он позволил Хоукинсу надеть их на себя. С того самого момента, когда Джонсона увели на допрос, Слейд пытался придумать, как ему действовать дальше. Наверное, все-таки лучше всего сказать правду. Риск, что ему не поверят, конечно, существует, но если он будет упорно молчать, то вообще может лишиться жизни. Долго размышлял Слейд и наконец пришел к выводу, что хочешь не хочешь, а придется признаваться шерифу, что он секретный агент. Нельзя сказать, чтобы решение это пришлось Слейду по душе, но выбора у него не было. Он вышел следом за помощником шерифа из камеры и подождал, пока тот закроет за ними обоими дверь.

— Шериф ждет тебя не дождется, — злорадно бросил Хоукинс, ведя заключенного к комнате, расположенной в дальнем конце коридора. — Заходи в ту дверь.

Слейд подчинился. Он был рад, что их с шерифом, пусть и ненадолго, оставят наедине. То, что он собирался ему рассказать, не предназначалось для чужих ушей. Никто не должен знать об их разговоре.

В комнате, куда Слейд зашел, окна отсутствовали и мебели было маловато: лишь стол и стул. На столе горела лампа. Посреди комнаты стоял шериф. Лицо его было непроницаемым.

— Садись, — коротко бросил он, пытаясь обуздать свою ярость. Допрос Джонсона вывел Роба из себя. Бандит вел себя вызывающе и наотрез отказался давать какие-либо показания. И вот теперь перед ним стоит Брэкстон — по мнению шерифа, самый злостный преступник из всех троих. Роб знал, на что способен этот человек, и ненавидел его всей душой. — У меня есть к тебе несколько вопросов, Брэкстон, на которые я надеюсь получить ответ.

Слейд сел за стол и стал ждать, пытаясь определить, в каком настроении пребывает Эмерсон, чтобы изложить свою версию в нужный момент.

— Где Дакота Кид? — резко спросил Роб.

— Понятия не имею. Сейчас он может быть где угодно, — совершенно серьезно ответил Слейд.

За время, пока Слейд был в банде, он успел узнать, что у бандитов есть немало укромных мест, где они могут отсидеться в случае опасности. Затерянные в глуши ранчо, заброшенные хижины высоко в горах, глубокие ущелья, за которыми легко вести наблюдение, а иногда и покинутые дикими зверьми пещеры. Именно поэтому было так тяжело установить местонахождение банды. Еще несколько недель — и Слейду удалось бы арестовать всех ее членов. А вышло иначе: он сам запутался в паутине, которую сплел для преступников. Оставалась лишь надежда на то, что правда поможет ему спастись.

— Да ты просто издеваешься надо мной! — Роб угрожающе двинулся на Слейда. Схватив его за ворот рубашки, он взглянул на него полными ярости глазами. — Мой помощник Хоукинс еще утром говорил мне, что с удовольствием всадил бы в тебя пулю. И я его прекрасно понимаю. Сам бы с радостью отправил тебя и твоих дружков на тот свет. Но сначала я вытрясу из вас все, что мне нужно! И не рассчитывай, что тебе удастся отмолчаться!

— Шериф, я должен тебе кое-что сказать, — начал Слейд.

— Что именно? — Выпустив из рук ворот рубашки Слейда, Роб отступил на шаг, холодно глядя на Брэкстона — подлого грабителя и хладнокровного убийцу, которому самое место на виселице.

Одно лишь воспоминание о том ужасном дне, когда был ограблен банк, наполнило душу Роба яростью. Он представлял в Блэк-Спрингсе закон. Этот город был его городом. И если преступники решили причинить его мирным жителям беспокойство, они скоро узнают, что за это им придется платить высокую цену.

— Я никакой не бандит, а секретный агент Пинкертона. У меня задание обезвредить банду Дакоты Кида, — проговорил Слейд. Ему ужасно не хотелось выдавать себя, но ничего другого не оставалось.

— А я президент Соединенных Штатов!

Роб разозлился. Сначала Джонсон плел ему всякие небылицы и вообще вел себя нагло и вызывающе, а теперь еще этот Брэкстон несет какую-то чушь! Сдерживаться больше у него не было сил. Подскочив к Слейду, он нанес ему такой удар в челюсть, что тот слетел со стула и растянулся на полу.

— Перестань врать! — завопил он. — Какой ты, к черту, секретный агент! Ты совершил преступление, Брэкстон! Ограбил банк! Есть свидетели! И вообще, мы все знаем, что ты подлый убийца!

— Моя репутация бандита и убийцы — это мое прикрытие, — попробовал возразить Слейд. Из его разбитой губы сочилась кровь, челюсть нестерпимо болела. — В агентстве специально придумали для меня легенду, чтобы Кид принял меня в свою банду.

Слейд начал медленно подниматься с пола, однако Роб не дал ему этого сделать. Очередная порция лжи проклятого бандита вывела его из себя. Он изо всех сил пнул Брэкстона в бок, и тот снова растянулся на полу.

— Не смей вставать! Здесь, на грязном полу, тебе самое место!

С трудом сдержав стон, Слейд взглянул на шерифа.

— Я могу доказать, что я секретный агент. Если ты дашь телеграмму в Денвер…

— Ты просто хочешь выиграть время, — перебил его Роб. — Пока я буду ждать ответа, Кид совершит налет на тюрьму! Нет уж, я не дам ему такой возможности. Я мечтаю о том, чтобы тебя повесили, Брэкстон! Таким мерзавцам, как ты, не место на белом свете!

— Проверь то, что я тебе сказал.

— То, что ты сказал, — гнусная ложь!

— Но ведь ты можешь дать телеграмму в Денвер. Там подтвердят, что я сказал тебе правду.

— Правда заключается в том, что ты убийца. За твою голову назначено щедрое вознаграждение в стольких штатах, что мне их все и не упомнить. А я тебя поймал. И единственное, что мне от тебя нужно, это чтобы ты рассказал, где скрывается Кид. А телеграмму я уже отправил. Только не в Денвер, а в Грин-Ривер. Попросил местного судью, чтобы он подготовил все необходимое для суда… и для смертной казни.

— Но послушай…

— Ладно, слушаю. Где скрывается Дакота Кид?

Роб был непреклонен. Слейд Брэкстон должен предстать перед судом. Он обязан понести наказание за свои преступления.

— Ты совершаешь большую ошибку… Эмерсон ударил его еще раз.

— Нет, это ты совершаешь ошибку, Брэкстон. Именно ты нарушил закон. Зря я не послушался совета Хоукинса и не пристрелил вас всех троих в каньоне, когда у меня была такая возможность.

Из рассеченной брови у Слейда шла кровь. Глаз уже начал заплывать. Бок жгло огнем. Челюсть болела. Ему так хотелось убедить упрямого шерифа, что они находятся по одну сторону закона, но у него не было с собой ничего, что указывало бы на его принадлежность к агентству Пинкертона. Ведь если бы бандиты нашли хоть что-то, подтверждающее, что Слейд является секретным агентом, расправа была бы неминуема. Теперь ему оставалось лишь надеяться на Кена Ричардса, своего шефа. Кен постоянно был в курсе всех преступных деяний банды и наверняка узнает из газет о том, что Слейда и еще двух членов шайки схватили. Слейд надеялся, что Кен успеет спасти его от виселицы, если, конечно, раньше Кид каким-то образом не умудрится вызволить своих людей из тюрьмы.

— А теперь убирайся отсюда к чертовой матери, иначе я за себя не ручаюсь! — презрительно бросил Роб и, глядя, как Слейд с трудом поднялся и неверным шагом направился из комнаты, радостно улыбнулся: приятно видеть, как этот бандит кривится от боли. — И если ты думаешь, что тебе сейчас больно, дождись, когда вокруг твоей шеи затянется петля. Вот тогда-то покорчишься!

Слейда отвели в камеру и сняли с него наручники. Джонсон и Нэш сочувственно взглянули на него. Они всегда знали, что этого человека ничем не сломить, и сейчас получили этому лишнее подтверждение. Слейд был жестоко избит. По сравнению с ним Джонсон получил всего лишь несколько царапин.

— Насколько я понимаю, ты ему ничего не рассказал. — Нэш криво улыбнулся: рана в плече по-прежнему причиняла ему беспокойство.

— От меня он не узнает, где скрывается Кид, — ответил Слейд, осторожно забираясь на верхние нары.

— Из меня он тоже ничего не вытянул, — с гордостью проговорил Джонсон.

— Ну что, теперь моя очередь? — спросил Нэш Хоукинса. Тот стоял в дверях камеры, глядя на бандитов мрачным взглядом.

— Остришь, Нэш? Посмотрим, как ты поостришь, когда шериф будет из тебя душу вытряхивать, — бросил Хоукинс, ожидая, когда Нэш поднимется.

Нэш встал. Помощник шерифа, ловко надев на бандита наручники, вывел его из камеры и тщательно запер дверь.

— Давай нападем на него, когда он приведет Нэша обратно в камеру, — предложил Джонсон Слейду.

— Это можно, но только без оружия мы далеко не уйдем. Шериф поставил вооруженную охрану не только вокруг тюрьмы, но и по всему городу.

— А здесь, в тюрьме, нас охраняют всего двое. Убьем их и заберем у них оружие. — Глаза Джонсона возбужденно сверкали. Он уже представлял себе, как у них отлично все получится. — Сейчас поздно, почти полночь. Когда выберемся из тюрьмы, сможем незаметно улизнуть из города. Никто и не хватится нас до утра.

— План, конечно, отличный, что и говорить, но если он не сработает — мы покойники. Если нам не удастся разоружить даже кого-то одного, Эмерсона или Хоукинса, мы и до входной двери не доберемся.

Джонсон раздраженно взглянул на Слейда. Однако он понимал, что тот прав, а умирать просто ему не хотелось.

— Если мы отсюда не выберемся, мы и так покойники.

— Поступай как знаешь. Но я хочу тебе сказать, у нас в тысячу раз больше шансов сбежать, когда нас будут везти на суд. Суд состоится в Грин-Ривер, и по дороге наверняка будет возможность улизнуть. Так что советую тебе запастись терпением.

Именно это качество у Джонсона начисто отсутствовало, однако он понимал, что Слейд прав. Даже если им вдруг удастся вырваться из тюрьмы, перед ними встанет другой вопрос: где найти лошадей? Так что, как это ни прискорбно, придется с побегом подождать.


На следующее утро Алиса поднялась рано. Вчера она заснула, когда было уже далеко за полночь, все думала о завтрашнем дне. И вот он наступил. Менее чем через два часа она будет вести предварительное слушание дела об ограблении банка и убийстве ее отца.

С того ужасного дня жизнь Алисы сильно изменилась. Сейчас трудно было даже представить, что всего несколько недель назад она могла позволить себе быть легкомысленной и беззаботной. Взять хотя бы тот вечер, когда она танцевала с таинственным незнакомцем. Правда, память о нем со временем уже немного потускнела, поскольку Алисе сейчас было не до приятных воспоминаний: слишком тяжелый груз обязанностей свалился на ее плечи после смерти отца. Теперь она была в семье за старшую. И мать, и сестра обращались к ней за поддержкой, и она не могла им в ней отказать.

Алиса тщательно продумала свой туалет. Поскольку она пребывала в трауре, она надела черное платье с длинными рукавами и глухой стойкой, а волосы стянула на затылке в скромный тугой узел. Она не собиралась никому давать повода себя критиковать и привлекать к себе излишнее внимание только потому, что она женщина. Предстояло серьезное дело, и все присутствующие должны быть настроены на серьезный лад.

Взглянув на себя в зеркало, Алиса осталась довольна собой. Она выглядела именно так, как и хотела выглядеть, — степенно и серьезно. Впервые в жизни Алиса порадовалась, что для чтения пользуется очками. Они придавали тому образу, который она хотела создать, еще большую убедительность.

— Ты готова? — послышался голос матери. Алиса вздрогнула от неожиданности и обернулась. В дверях спальни стояла Лоретта и пристально разглядывала ее.

— Готова. — Алиса решительно вздохнула. — Ты тоже собираешься пойти на слушание?

— Да, вместе с Эмили. Мы решили сегодня не открывать магазин. Все равно покупателей не будет.

Весь город собирается идти смотреть, как будут судить преступников.

Алиса кивнула:

— Надеюсь, я справлюсь со своей задачей и вообще все пройдет нормально.

Алиса по-прежнему боялась, что Дакота Кид попытается напасть на тюрьму, чтобы вызволить своих головорезов, хотя она прекрасно понимала, что Роб подготовился ко всяким неожиданностям.

— Конечно, справишься, — уверенно проговорила Лоретта. — Ведь ты прекрасно знаешь законы. Отец обучил тебя всяким юридическим премудростям. Так что не волнуйся, ты отлично справишься.

— Я непременно должна буду это сделать, — твердо проговорила Алиса. — Банда Дакоты Кида — одна из самых жестоких на всем Западе, и я хочу, чтобы ни один из ее членов не смог больше совершать преступления.

Тихонько всхлипнув, Лоретта подошла к дочери и обняла ее.

— Я так горжусь тобой, доченька. Если бы твой отец был жив, он тоже наверняка бы тобой гордился.

— Мне бы этого очень хотелось, — заметила Алиса.

— Как же я по нему тоскую, — прерывистым голосом проговорила Лоретта, пытаясь сдержать слезы. — Я и не думала, что его убийц удастся поймать, а вот Роб в этом не сомневался и в конце концов схватил этих мерзавцев. Он замечательный человек и отличный друг.

— Вот если бы ему еще удалось схватить Дакоту Кида, все жители города могли бы спать спокойно.

— Ничего, когда-нибудь этот подонок ответит за все свои злодеяния! Я в этом не сомневаюсь!

Лоретта и подумать не могла, что такой подлый бандит, как Кид, сможет уйти от правосудия и будет до конца своей никчемной жизни разгуливать на свободе.

— Надеюсь, так оно и случится, — согласилась Алиса.


Для проведения предварительного слушания дела об ограблении и убийстве решено было отменить занятия в школе, занимавшей одну большую комнату, и превратить ее на сегодняшнее утро в зал судебного заседания. Как только открыли двери, разрешив всем желающим войти, в зале собралась целая толпа. Почти каждый житель Блэк-Спрингса в той или иной степени пострадал от злодеяний бандитов, и теперь всем не терпелось стать свидетелями того, как справедливость восторжествует. Хотя сегодня должно было состояться лишь предварительное слушание дела, горожане были рады и этому. Все понимали, что это только первый этап судебной процедуры. За ним последует суд, который наверняка приговорит преступников к высшей мере наказания. Люди ждали начала процесса, тихо переговариваясь между собой.

Эл Карсон сидел в первом ряду и старательно что-то записывал в блокнот. Похоже, готовил репортаж для своей газеты. Том Йорк сидел с ним рядом. Сегодня ему предстояло выступить в качестве свидетеля. Было и еще несколько свидетелей ограбления, которым Алиса тоже заранее объявила, что заслушает их показания. Все они послушно явились, горя желанием исполнить свой гражданский долг и помочь осудить преступников.

— Ведут! — крикнул кто-то, сидевший в заднем ряду.

Все взгляды устремились на дверь, через которую шериф со своими помощниками ввели в зал заключенных. Горожане смотрели на них, не скрывая ненависти.

Слейд вошел в зал суда с мрачным видом. Взглянув на возмущенные лица, он не нашел среди них ни одного знакомого. Слейд пытался успокоить себя тем, что у Кена Ричардса еще есть время спасти его, однако понимал, что этого времени не так уж много.

Единственное, что не давало Слейду впасть в полное отчаяние, было то, что шериф никому не выдал его тайну. Прошлой ночью, когда Нэша увели на допрос, Слейд со страхом ждал его возвращения, опасаясь, что шериф все рассказал о нем бандиту, чтобы выудить из него побольше сведений. К счастью, этого не произошло. По какой-то одному ему известной причине Эмерсон не стал распространяться о том, что Слейд является секретным агентом Пинкертона. Тайна Слейда так и осталась тайной.

— Садись сюда, — приказал ему Хоукинс, легонько подтолкнув его к одному из стульев, стоявших у стола.

Слейд сел, глядя прямо перед собой. Интересно, сколько продлится слушание? Судя по тому, что народ жаждет мести, недолго. Реплики, которые он слышал, идя по проходу, лишний раз убедили его в том, что в его виновности никто не сомневается и все рады бы повесить его прямо сейчас, без суда и следствия.

Нэш с Джонсоном уселись рядом со Слейдом, шериф — в конце стола, а его заместители — позади него.

— Всем встать, — объявил Роб, видя, что Алиса, поднявшись по ступенькам в зал, быстрым шагом направляется к столу.

Горожане послушно встали. Поднялся и Слейд, даже не удосужившись взглянуть на судью. Ему было ровным счетом наплевать на того, кто их будет судить.

— Какого черта! — вдруг злобно выругался Нэш.

— Еще чего! Чтобы нас судила какая-то баба?! — Джонсон был тоже взбешен.

Так, значит, судья — женщина? Слейд поднял голову, взглянул на идущую по проходу девушку и остолбенел. Эта была она! Красотка, которая являлась к нему во сне каждую ночь, с тех пор как он на танцплощадке заключил ее в свои объятия.

Глядя, как она проходит мимо, гордо вскинув голову, преисполненная чувства собственного достоинства, Слейд нахмурился. Сегодня девушка его мечты ничем не напоминала тот пленительный образ, который запечатлелся в его душе. Бледное лицо, напряженная поступь. Великолепные светлые волосы безжалостно скручены на затылке в тугой узел, и прическа эта совершенно ей не идет. Черное платье отлично скрывает соблазнительную фигуру, которую Слейд до сих пор не мог забыть. В общем, красавица, очаровавшая его в ту ночь, бесследно исчезла, уступив место холодной, бесчувственной женщине.

— И это вы называете справедливым судом?! — завопил Джонсон.

— Заткнись! — оборвал его Роб.

Помощники шерифа, сидевшие у него за спиной, замерли в напряженном ожидании: от этих преступников всего можно ожидать. Хорошо, что было решено привести бандитов на слушание дела в наручниках и не снимать их до самого конца заседания. Эта троица способна на все.

— Судья Мейсон знает законы лучше, чем все сидящие в этой комнате, вместе взятые, — счел нужным пояснить Роб.

— Так ее фамилия Мейсон? — спросил его Слейд.

— Да. — Шериф окинул преступников яростным взглядом. — Это Алиса Мейсон, дочь человека, которого ты, Брэкстон, убил во время ограбления. Он занимал в нашем городе должность мирового судьи, а теперь его заменила дочь. По-моему, справедливо, что именно Алиса будет решать твою судьбу. Согласен со мной?

Слейд промолчал, размышляя о том, что в жизни его все ужасно запуталось. Впрочем, не исключено, что не так уж много этой запутанной жизни у него и осталось, раздраженно подумал он.

— Прошу садиться, — проговорила Алиса, и все сели.

Алиса чувствовала, что готова начать слушание дела. Когда она шла по проходу, то краем уха уловила презрительные замечания преступников в свой адрес, которые лишь укрепили ее решимость выполнить возложенные на нее обязанности честно и добросовестно. Вспомнив, что эти сидевшие перед ней моральные уроды повинны в смерти ее отца, Алиса невольно содрогнулась.

Вскинув голову, она принялась спокойно и внимательно разглядывать по очереди каждого из преступников. Темноволосый и усатый, с перевязанным плечом — Рик Нэш. Смотрит на нее, не скрывая презрения и ненависти. Тот, что сидит с ним рядом, нагло развалясь на стуле, должно быть, Карл Джонсон. Волосы у него чуть светлее. По его лицу заметно, что он тоже о ней невысокого мнения.

Алиса перевела взгляд на третьего преступника, Слейда Брэкстона, и у нее перехватило дыхание. Она не верила своим глазам. Нет, этого не может быть! Перед ней сидел ее таинственный прекрасный незнакомец. Так вот, значит, кто он такой! Бандит и убийца Слейд Брэкстон!

Алиса недоверчиво смотрела на Слейда, чувствуя, что у нее дрожат руки. Даже со всклокоченными волосами, весь в синяках и ссадинах он был, бесспорно, красив. От него так и веяло неукротимой мощью и опасностью. Глядя на матерого бандита, Алиса чувствовала, как ожесточается ее сердце. Этот человек, который в тот чудесный вечер показался ей прекрасным сказочным принцем и который вскружил ей голову своими обходительными манерами и сладким поцелуем, оказался самым обыкновенным вором и убийцей!

Теперь-то Алиса понимала, что в ту ночь он приехал в город только для того, чтобы как следует все подготовить к предстоящему ограблению банка. И как она только могла увлечься этим человеком? Ведь совершенно ясно было, что он не кто иной, как презренный лгун, а она, дурочка доверчивая, позволила себя провести, выдумала себе какой-то романтический образ!

Ну уж нет, больше такого не повторится!

Оторвав наконец взгляд от Слейда, Алиса стукнула по столу молотком, призывая присутствующих к порядку.

— Мы собрались сегодня здесь для того, чтобы определить, виновны ли сидящие перед вами Слейд Брэкстон, Карл Джонсон и Рик Нэш в совершении тяжких преступлений, и решить, следует ли предавать их суду. Прошу шерифа ознакомить присутствующих с выдвинутыми против них обвинениями.

Поднявшись, Роб обратился к суду:

— Брэкстон, Джонсон и Нэш обвиняются в ограблении банка и в убийстве. Будучи членами банды Дакоты Кида, они ограбили банк Блэк-Спрингса. Пытаясь скрыться, выстрелили в судью Джона Мейсона и убили его.

— Благодарю вас. — Голос Алисы звучал бесстрастно, но взгляд, которым она окинула троих обвиняемых, был жестким и непрощающим. — Правильно ли были произнесены ваши имена, джентльмены? — обратилась она к бандитам.

Каждый из них по очереди ответил утвердительно.

— Считаете ли вы себя виновными в совершении вышеназванных преступлений? Вы, мистер Нэш? Насмешливо взглянув на нее, Нэш ответил:

— Нет, не считаю. Я не виновен.

— Прошу занести в протокол. Мистер Джонсон?

Бросив на Алису откровенно враждебный взгляд, Джонсон, прежде чем ответить, разразился гневной тирадой по поводу того, что он думает о женщинах-судьях, после чего буркнул:

— Не виновен.

— Прошу занести в протокол. Мистер Брэкстон? Алиса недрогнувшим голосом произнесла фамилию Слейда и бесстрастно взглянула на него.

— Не виновен.

Голос Слейда прозвучал спокойно и уверенно.

— Прошу занести в протокол, — проговорила Алиса, пытаясь не поддаться чарующему воздействию, которое оказал на нее этот низкий, проникновенный голос.

Она и помыслить себе не могла, что ей доведется еще раз увидеть своего прекрасного незнакомца. Считала, что он навсегда ушел из ее жизни. Она ошиблась. Он вернулся вновь. Но никогда, даже в своих самых безумных фантазиях она не могла представить, что встретится с ним в суде. Да и не просто встретится, а будет обвинять его в убийстве своего отца. Алиса с трудом заставила себя отрешиться от этих мрачных мыслей и продолжить слушание дела.

— Вызываю первого свидетеля. Мистер Том Йорк, прошу вас подойти к столу.

Том подошел. Приведя свидетеля к присяге, Роб снова уселся за стол рядом с Алисой.

— Мистер Йорк, прошу вас рассказать, как вы стали свидетелем ограбления банка.

— Я являюсь президентом нашего городского банка. В то утро, когда было совершено ограбление, я находился в банке и все видел, — заявил Йорк, окинув преступников недобрым взглядом.

— Вы можете опознать сидящих перед вами троих людей?

— Да. Все эти трое участвовали в ограблении.

— Вы в этом уверены?

— Совершенно уверен.

— Но во время ограбления они были в масках?

— Я вышел следом за ними на улицу. Когда они попытались сбежать, началась перестрелка, и я их хорошо разглядел.

— Вы видели, кто из них стрелял?

— Все трое.

— А известно ли вам, кто из них совершил убийство Джона Мейсона?

— Я не могу сказать наверняка, но думаю, Брэкстон. Все знают, что это подлый убийца! — яростно выпалил Йорк, глядя на Слейда с неприкрытой ненавистью.

Зал зашумел, однако Слейд даже не пошевелился.

— Благодарю вас, мистер Йорк. Можете занять свое место, — проговорила Алиса. — Прошу подойти следующего свидетеля, Гая Шоуфа.

К столу подошел седой представительный мужчина и произнес слова присяги.

— Мистер Шоуф, не могли бы вы рассказать суду о том, что видели в тот злополучный день?

— Конечно, могу, мэм. Я находился как раз неподалеку от банка, когда оттуда выбежал Дакота Кид со своими головорезами. Оглянувшись, я увидел еще двоих бандитов. Они держали под уздцы лошадей. Я крикнул, чтобы кто-нибудь сбегал за шерифом. Должно быть, Кид это услышал и выстрелил в меня.

— Куда вас ранили?

— Никуда. Мне повезло. Пуля лишь слегка оцарапала мне висок. — И он показал всем присутствовавшим уже поджившую царапину.

— Мы рады, что вам повезло.

— А уж я как рад, — усмехнулся Шоуф, вызвав в зале веселый смех. — Сдается мне, что Дакота Кид не такой уж меткий стрелок, каким его все считают.

— Дай ему еще один шанс, старый хрен, и он тебе покажет, какой он стрелок! — рявкнул Джонсон. Присутствовавшие изумленно воззрились на него.

— Прошу сохранять тишину! — потребовала Алиса, холодно взглянув на Джонсона.

— Только попробуй еще раз без разрешения открыть рот, — прошипел Хоукинс, ткнув бандита в спину револьвером.

— Видели ли вы еще что-нибудь, мистер Шоуф? — спросила Алиса. — Сможете ли вы опознать кого-нибудь из этих троих людей?

— Да. Я видел их всех троих у дверей банка, еще до того как Кид выстрелил в меня.

— Вы видели, кто стрелял в Джона Мейсона и убил его?

— Нет. Меня как раз ранили, и мне было не до того.

— Благодарю вас. Можете занять свое место. Следующим Алиса вызвала Леса Андерсона.

— Мистер Андерсон, насколько мне известно, вы тоже были в банке во время ограбления, не так ли?

— Совершенно верно.

— Расскажите нам обо всем, что произошло с вами в тот день.

— Я пришел в банк положить на свой счет деньги. Только я это сделал и направился к двери, как в банк ворвался Дакота Кид с тремя своими бандитами. В руках у них были револьверы, и вид у преступников был устрашающий. Кид приказал кассиру собрать все деньги и, взяв их, бросился к выходу. Мистер Йорк выскочил за ними следом.

— Вы можете точно утверждать, что все эти трое мужчин принимали участие в ограблении банка?

— Да, мэм.

— Даже при том, что они были в масках?

— Да, мэм. Когда они выскочили на улицу, я смотрел на них из окна. Они уже сняли маски, и я отчетливо видел их лица.

— Вы видели, кто застрелил Джона Мейсона?

— Не могу с уверенностью сказать, но думаю, это сделал Брэкстон, — проговорил Андерсон. Он знал, какой дурной славой пользуется этот бандит, и хотел, чтобы его повесили.

Слейд весь напрягся, однако ничем не выдал своих чувств. При отступлении он стрелял вместе с остальными бандитами, но делал это осторожно, чтобы ни в кого не попасть. Он старался защитить Мейсона, а не убить его. Черт бы побрал тот образ, который создали для него в агентстве: образ матерого бандита и убийцы! И надо же, чтобы в него все поверили!

— Вы сказали, что думаете, будто Джона Мейсона убил Брэкстон. Сможете ли вы в этом присягнуть? Лес призадумался.

— Ну, я…

— Мистер Андерсон, вы уверены в том, что именно Брэкстон убил Джона Мейсона? Да или нет?

— Да.

По правде говоря, Лес не мог бы с уверенностью сказать, кто кого застрелил. Вокруг царила такая суматоха! Однако он рассудил, что все трое подсудимых — матерые бандиты, заслуживающие смертной казни. И если то, что он укажет на Брэкстона как на убийцу судьи, поможет отдать бандитов под суд и позволит наконец жителям города спать спокойно, он это сделает.

— Благодарю вас. Можете занять свое место.

— Вызываю последнего свидетеля. Крис Тернер. Свидетеля привели к присяге, и Алиса начала опрос:

— Мистер Тернер, расскажите суду, чем вы занимались в тот день, когда был ограблен банк.

— Я шел по улице, когда кто-то выстрелил в Гая. Я бросился к нему. Думал, может, чем-то смогу ему помочь, и эти подонки выстрелили в меня тоже.

— Вы были серьезно ранены?

— Да. Меня ранили в бок.

— Но сейчас вы чувствуете себя уже лучше?

— Да.

— Вы были свидетелем того, как убили Джона Мейсона?

— Я видел, как он упал.

— Вы видели, кто в него стрелял? Присутствует ли этот человек в зале?

— Я не могу точно сказать, кто его убил. Стоял такой шум-гам. Все кричали, отовсюду раздавались выстрелы. Прямо ад какой-то!

— Благодарю вас. Желаете еще что-нибудь добавить к вашим показаниям?

— Да! Надеюсь, их всех повесят. — Тернер с ненавистью взглянул на заключенных. — Они этого заслуживают! Джон Мейсон еще мог бы жить и жить, а этим подонкам уже давно пора быть на том свете!

— Вы свободны.

Слушая показания свидетелей, Алиса была внешне спокойна, но бледна. Второй раз в жизни ей было так тяжело. В первый раз — это когда она хоронила отца.

— На этом опрос свидетелей завершен. — Секунду помолчав, Алиса взглянула на троих обвиняемых, судьба которых была в ее руках. — Джентльмены, исходя из сегодняшних свидетельских показаний, я вынуждена признать вас виновными в ограблении банка и убийстве и передать ваше дело в суд.

Собравшиеся удовлетворенно загудели. Чтобы восстановить тишину в зале, Алиса вынуждена была стукнуть молотком по столу.

— Окружной суд должен состояться как можно скорее. Шериф Эмерсон, эти люди останутся у вас под охраной до тех пор, пока не будут препровождены под вооруженным конвоем в Грин-Ривер. Просьба свидетелям также присутствовать на вышеупомянутом суде. На этом предварительное слушание объявляю закрытым.

Во время слушания дела Лоретта с Эмили сидели в заднем ряду зала. Когда оно закончилось и присутствовавшие поднялись с мест, возбужденно переговариваясь и радостно улыбаясь, мать с дочерью так и остались сидеть, печально глядя друг на друга. Для них сегодняшнее слушание дела было тяжким испытанием. А уж каким оно было для Алисы, и говорить не приходится.

— Даже не верится, что это он, — тихо сказала Эмили, обращаясь к матери, когда они наконец встали и направились к выходу из зала. Во время судебного заседания Эмили каким-то образом удалось не выдать своего изумления при виде Слейда, но сейчас она не могла больше сдерживаться.

— Кто? О ком ты говоришь? — в замешательстве переспросила Лоретта.

Схватив мать за руку, Эмили отвела ее в укромный уголок, где их никто не смог бы услышать.

— Слейд Брэкстон. Тот самый незнакомец, который танцевал с Алисой в ночь перед ограблением. Лоретта глаза раскрыла от изумления.

— Боже правый… Алиса танцевала с этим человеком?

— Она же не знала, кто он такой, а сразу после танца Брэкстон исчез. Мы думали, что он простой ковбой, а в нашем городе проездом, потому что никто из моих приятелей его раньше не видел. Алисе он очень понравился. Она решила, что наконец-то нашла мужчину своей мечты, и боялась, что больше никогда его не увидит. А оказалось…

— А оказалось, что никакой это не мужчина ее мечты, а подлый негодяй, убивший ее отца!

Мать с дочерью обменялись грустными взглядами. Они прекрасно понимали, каково сейчас Алисе. Прекрасный незнакомец оказался преступником, убившим ее отца! Такое открытие может самую сильную женщину сразить наповал.

— И как она только могла оставаться такой спокойной! — Эмили и в самом деле этого не понимала. Будь она на месте Алисы, предварительное слушание пришлось бы перенести на другой день.

— Она дочь своего отца. Он не смог бы провести судебное разбирательство лучше. Алиса была просто великолепна.

— И все-таки мне хотелось бы, чтобы на ее месте сидел сейчас папа, — дрогнувшим голосом проговорила Эмили. Она очень тосковала по отцу.

— Знаю, детка, — сказала Лоретта, обняв дочь за талию. Пытаясь утешить Эмили, она чувствовала, как сердце ее разрывается от нестерпимой боли.

Хотя преступники предстанут перед судом, который наверняка приговорит их к повешению за совершенные ими преступления, их смерть не вернет Лоретте горячо любимого мужа. Он потерян для нее безвозвратно, и все из-за человека по имени Слейд Брэкстон.

Лоретта с Эмили вернулись в магазин, ни словом не упоминая больше сегодняшнее слушание. Боль утраты была еще слишком острой. Оставалось лишь надеяться на то, что со временем она хоть немного притупится.

Глава 4

— Мой муж говорит, что для таких, как они, нечего устраивать суд. И опроса свидетелей довольно, чтобы их осудить. Надо бы казнить этих мерзавцев, да и делу конец! Стыд и позор, что мы не можем этого сделать! — заявила Дарлин Хейз в тот же день, оплачивая купленный товар. — Поскольку, Эмили, они убили вашего отца, думаю, вы с сестрой и Лоретта будете настаивать на том, чтобы их повесили.

— Хотя убийство отца явилось для нас тяжелым ударом, дальнейшую судьбу обвиняемых решит суд. Отец был против самосуда и всегда стоял на том, чтобы вину преступников и наказание, которое они должны понести, определял суд, — тихо проговорила Эмили. Самой ей, впрочем, было ближе библейское изречение «око за око».

— Это верно. Ваш отец был славным человеком. А сегодня он мог бы гордиться вашей сестрой. Она великолепно провела слушание дела… для женщины, конечно.

Выслушав это колкое замечание, Эмили тем не менее заставила себя улыбнуться.

— Вам и в самом деле понравилось?

— Да, но сейчас я должна спешить. Поговорим позже. Передайте Алисе мое мнение о ее работе.

— Вы и сами можете это сделать, — сказала Эмили, заметив, что в магазин входит сестра.

— О, Алиса! А я как раз говорила вашей сестре, что вы великолепно провели слушание дела.

— Благодарю вас, миссис Хейз.

— И теперь, если шерифу Эмерсону удастся продержать этих бандитов живыми до суда…

— О чем это вы говорите? — перебила женщину Алиса, чувствуя, как ее начинает охватывать смутное беспокойство.

— Да ни о чем особенном. Просто некоторые мужчины нашего города считают, что не стоит тратить деньги на суд и на сооружение виселицы. Но вы не беспокойтесь. Это просто разговоры, не более того. — Видя, как болезненно Алиса реагирует на ее слова, миссис Хейз попыталась придать своему голосу беззаботность.

— Иногда и разговоры могут далеко завести, — заметила Алиса. — Надеюсь, эти мужчины понимают, что подобные действия будут иметь очень серьезные последствия.

— Уверена, что понимают, дорогая, только мне странно, что вы так себя ведете. Поскольку убили вашего отца, я думала, вы больше других будете настаивать на том, чтобы правосудие свершилось как можно быстрее. Иногда петля или пуля могут сослужить хорошую службу, вы не находите?

— Нет, не нахожу. Мы должны вершить цивилизованный суд.

Миссис Хейз снисходительно улыбнулась:

— Ну конечно, дорогая. Еще раз поздравляю вас с тем, что вы великолепно сделали свое дело. И миссис Хейз вышла из магазина.

— Мое дело еще не сделано, далеко не сделано… — пробормотала Алиса, глядя вслед удаляющейся женщине.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила Эмили.

— Я не смогу спать спокойно, пока всех троих заключенных не доставят в Грин-Ривер и там не предадут суду.

— Я тоже. Бедняжка ты моя, наверное, тяжело тебе пришлось во время слушания дела столкнуться лицом к лицу со Слейдом Брэкстоном?

Алиса исподлобья взглянула на сестру.

— Значит, ты узнала его. Я этого боялась.

— Признайся, этого человека не так-то легко забыть, — проговорила Эмили, вспоминая то впечатление, которое произвел на нее темноволосый красивый гангстер, когда она впервые его увидела. Однако первоначальное восхищение этим человеком сменилось ненавистью, и Эмили даже поежилась, поразившись силе этого чувства.

— Это ты правильно сказала, Эмили. Я никогда не забуду мистера Слейда Брэкстона. Никогда!

Они обменялись многозначительными взглядами, вспоминая выдвинутые против него свидетельские показания.

— И что ты собираешься делать сейчас, когда предварительное слушание дела закончено? — поинтересовалась Эмили.

— После того что мне тут только что наговорила миссис Хейз, я считаю, нужно немедленно сходить к Робу и рассказать ему, что мужчины города собираются вершить самосуд. Мало того что в любую минуту можно ожидать нападения Дакоты Кида на тюрьму, так еще нам придется глядеть в оба, как бы местные поборники справедливости не устроили в городе самосуд!

— Почему нам? Разве это не забота шерифа?

— Его. Но я чувствую, что и моя тоже. В конце концов, это я приговорила заключенных к суду.

— И что Роб будет делать дальше?

— Он уже отправил судье Бэнксу из Грин-Ривер телеграмму, в которой сообщил обо всем, что произошло в нашем городе. А сейчас я хочу сходить к Робу и спросить его, как он собирается перевозить бандитов в Грин-Ривер.

— Если верить тому, что нам тут рассказала миссис Хейз, ему следовало бы поторопиться.

— Совершенно верно. Знаешь, я, пожалуй, попрошу его взять меня с собой.

— Что? — удивилась Эмили. Такое ей и в голову не могло прийти.

Алиса не хотела расстраивать сестру.

— Мне нужно убедиться, что преступников благополучно доставят в Грин-Ривер и отдадут в руки правосудия.

— Но ведь для этого у Роба есть помощники, — возразила Эмили. — Алиса, ты, ..

Не договорив, Эмили замолчала. Нечего было начинать борьбу, которую все равно не выиграть. Говорить Алисе о том, что она женщина и не должна лезть в мужские дела — значит вынуждать ее доказывать обратное.

— Я мировой судья, — напомнила сестре Алиса. — Я только что провела предварительное слушание и вынесла по нему заключение: преступников следует судить. И теперь я собираюсь убедиться в том, что этот суд состоится.

— Как бы мне хотелось, чтобы он уже закончился!

— Мне тоже. А вы с мамой уже решили, поедете на суд или нет? — спросила Алиса.

— Мы уже об этом говорили, но к определенному решению еще не пришли. Я хочу ехать, а мама сказала, что не поедет. Но нельзя же оставлять ее в магазине одну. Придется, видно, мне тоже остаться.

Алиса кивнула.

— А я пробуду в Грин-Ривер, пока не закончится суд.

— Это хорошо. Вот только… Ты и в самом деле собираешься ехать с шерифом и этими… убийцами? Ты ведь женщина, и поездка с отъявленными преступниками может оказаться опасной.

— Но ведь папа научил нас с тобой стрелять. — Алиса улыбнулась, пытаясь успокоить сестру. — Я возьму с собой револьвер. Он в любую минуту будет у меня под рукой на всякий случай. Впрочем, не думаю, что он мне понадобится. С нами будет несколько помощников шерифа. Думаю, они смогут, если что, нас защитить.

— Но прилично ли тебе ехать с мужчинами? — не отставала Эмили, считавшая чрезвычайно важным соблюдать правила приличия.

— Конечно, прилично, — уверила сестру Алиса, которую подобные вопросы мало волновали. Гораздо больше ее заботило, чтобы справедливость восторжествовала. — Кроме того, я ведь поеду не как Алиса Мейсон, а как судья Мейсон. Так что это не просто моя прихоть, а прямая обязанность.

— А ты думаешь, Роб согласится взять тебя с собой?

— Надеюсь. Роб знает, что в случае опасности я могу за себя постоять. Известно ему также и то, что я не буду ему обузой. Я хочу помогать ему, а не мешать.

— Какая же ты смелая, Алиса!

— Отец на моем месте поступил бы точно так же.

— Но отец был мужчиной.

— Не только мужчиной, но и судьей, как и я. Ну, мне пора идти к Робу.

Алиса ушла, а Эмили вернулась к своим обязанностям, однако мыслями она была со старшей сестрой. Эмили не переставала удивляться, какие они с Алисой разные. Алиса всегда серьезно относилась к жизни, а она, Эмили, не любила задумываться над серьезными проблемами, предпочитая развлечения, легкий флирт и танцы. Она обожала мужчин и увлеченно искала жениха, в то время как Алису ничуть не тяготило одиночество. Потому-то Эмили так обрадовалась, когда сестра заинтересовалась прекрасным незнакомцем. Наконец-то стало ясно, что Алиса ничем не отличается от других женщин, что она, как и все, способна влюбиться и что вовсе не собирается всю жизнь оставаться старой девой, чего Эмили очень боялась. Но сейчас, когда Алиса узнала правду о таинственном незнакомце, Эмили сильно сомневалась, что сестра решится еще кем-нибудь увлечься. И Эмили было ее искренне жаль. Она считала, что главная цель в жизни каждой женщины — это выйти замуж за красивого и богатого мужчину, какого ей только удастся найти.

Алиса вообще редко задумывалась о замужестве. На памяти Эмили у сестры только один раз в жизни было серьезное увлечение, в восемнадцатилетнем возрасте. Но что-то у них там с ее ухажером не заладилось. Наверное, все-таки Алиса его не очень любила. И все же Эмили никак не могла понять этого полного отсутствия у сестры интереса к мужчинам. Эмили вздохнула. По ее мнению, Алиса чересчур много времени уделяет юридическим делам, и если не будет хоть немного думать о личной жизни, то так и останется старой девой.

Взглянув на свое отражение в маленьком зеркале, висевшем за прилавком, Эмили печально вздохнула. Черное платье, которое было на ней сейчас, абсолютно ей не шло, но ничего не поделаешь, приходилось его носить: траур. Эмили горячо любила отца и ни за что на свете не стала бы пятнать его память. Она обожала шумную светскую жизнь, однако понимала, что сейчас для нее не время.

Откинув с лица светлые кудряшки, Эмили попыталась улыбнуться, представив себя в нарядном, ярком платье, танцующей с красивым кавалером, и это ей удалось. Хотя сейчас она носит траур по ушедшему из жизни отцу, он не будет длиться вечно. И когда он кончится, она приложит все усилия, чтобы отхватить себе богатого и красивого мужа.

— Алиса? Что-то случилось? — заволновался Роб, глядя на озабоченное лицо Алисы.

— Даже не знаю, но я рада, что ты выставил у дверей тюрьмы вооруженную охрану.

— Почему?

— Когда я на минутку зашла в магазин поговорить с Эмили, там была Дарлин Хейз. Она сказала, что по городу ходят разговоры о самосуде.

Шериф весь напрягся.

— Я думал, что после предварительного слушания страсти успокоятся. Похоже, ошибся.

— Когда ты собираешься везти бандитов в Грин-Ривер?

— Завтра на рассвете. Сегодня мне здесь предстоит уладить еще несколько дел.

— Сколько человек ты берешь с собой?

— Четверых своих помощников.

— Хочешь взять пятого?

— Это кого же?

— Меня.

— Но ты женщина… Я же не могу назначить тебя своим помощником! — проговорил изумленный Роб.

— Тебе и не нужно этого делать. Но лишний револьвер тебе не помешает. Мне очень хочется с тобой поехать. Пожалуйста, возьми меня с собой. Я не смогу спасть спокойно, пока не кончится суд.

Несколько секунд Роб размышлял над этим неожиданным предложением. Стрелять Алиса умела великолепно. Джон сам обучил дочерей искусству стрельбы и верховой езде. Другую женщину Роб и не подумал бы брать с собой, но Алису…

Да что он, собственно, раздумывает? Если он возьмет с собой Алису, они проведут вместе несколько дней, и это будет истинное удовольствие. Он уже давно прикидывал, как бы за ней поухаживать, а тут представляется такой случай. Похоже, от этого ареста вышла хоть какая-то польза.

— Хорошо, я возьму тебя с собой. Выезжаем на рассвете.

— Я буду готова.


Когда Алиса вернулась домой, ее уже ждала мать.

— Как дела, дорогая? — спросила она.

— Отлично. Ты уже разговаривала с Эмили?

— Нет. А что?

Алиса знала, что мама не обрадуется тому, что ее старшая дочь решила ехать вместе с Робом и его помощниками в Грин-Ривер. Но знала она также и то, что в конце концов мама ее поймет. Алиса быстро объяснила ей, почему, собственно, собирается ехать, и сказала, что Роб согласился взять ее с собой.

— И ты считаешь, что поступаешь благоразумно? — спросила Лоретта.

— Папа непременно бы поехал. И я не могу поступить иначе. Кроме того, я все равно собираюсь присутствовать в Грин-Ривер на суде.

Лоретта кивнула. Ей хотелось отговорить Алису от этой поездки, однако она понимала, что это бесполезно. И в очередной раз Лоретта подумала, что ее старшая дочь — вся в отца. Такая же умная, смелая и упрямая. Жаль, что она не родилась мальчиком: такие черты в мужчинах только приветствуются. В женщинах же общество считает их не столь привлекательными.

— Когда вы выезжаете?

— Роб сказал, на рассвете.

— Я соберу тебе кое-какие вещи.

— Спасибо. — Алиса чмокнула мать в щеку. — А сейчас я хотела бы взять из конюшни Спартанца и немного покататься верхом. Хочется чуть-чуть развеяться.

— Только будь осторожна. Ты же знаешь, что Дакота Кид рыщет где-то неподалеку от города.

— Не беспокойся, ничего со мной не случится.

Алиса исчезла в своей комнате и вскоре вышла, облаченная в костюм для верховой езды: юбку-брюки, блузку, жилет и ботинки. С детства она любила лошадей и обожала мчаться по полям и лугам, чувствуя, как ветер свистит в ушах и обдувает разгоряченное лицо. Собираясь выйти из дома, Алиса захватила с собой кожаные перчатки для верховой езды, надела шляпу и прицепила к поясу револьвер. Когда отправляешься на прогулку одна, нужно быть особенно осторожной.

Через несколько минут она уже оседлала свою лошадь и выехала из города, наслаждаясь полной свободой и одиночеством. Нечасто выдавались у нее такие минуты, и она дорожила каждой из них.

Отправившись завтра в Грин-Ривер, она будет только судьей Мейсон, а не Алисой Мейсон. И в течение всего пути до города ей придется быть настороже, чтобы никакая опасность, если вдруг таковая возникнет, не застала ее врасплох.

Накатавшись вволю, Алиса отправилась обратно в город. Спартанец, тоже, похоже, довольный прогулкой, бежал рысцой. Уже почти стемнело, когда Алиса добралась до города. «Надо поспешить, наверняка ужин уже почти готов», — подумала она. Проезжая по главной улице города мимо салуна «Харчевня королей», она внезапно услышала пьяные крики:

— К черту суд! Давайте сами повесим этих подонков!

Натянув вожжи, Алиса остановилась у входной двери послушать, о чем говорят подвыпившие мужчины. Хотя слышно было плоховато, суть их разговора она уловила, и, надо сказать, разговор ей не понравился.

— Эти мерзавцы другого и не заслуживают! Давайте сейчас же вытащим их из тюрьмы и повесим!

— Давайте! А шериф Эмерсон нам не указ! Да он и не станет нас останавливать! Побоится!

— Да он вообще спятил! Носится с этими негодяями как с писаной торбой!

— Так чего мы сидим?

— Подождите-ка! — возразил кто-то, видимо потрезвее остальных. — Да вы, мужики, спятили! Если вы сейчас вытащите бандитов из тюрьмы и вздернете их на виселице, вам потом не поздоровится! Вас самих за это повесят!

— Скажешь тоже! Ты что, не слышал, как Хоукинс еще утром говорил, что с удовольствием порешил бы этих бандитов. Пристрелил бы их, как они застрелили Джона, и делу конец!

Упоминание об отце болью отозвалось в сердце Алисы, однако она попыталась не обращать на это внимание, ожидая, что будут говорить дальше.

— Я слушал, что и в салуне «Самый полдень» поговаривали о том, чтобы расправиться с убийцами. Хорошо, что шериф собрался скоро отправить бандитов из города. Если он будет тянуть время, ему некого будет везти на суд.

— А когда они выезжают?

— Я слышал, завтра. Но точно не знаю.

— Так чего же мы ждем?

Вне себя от ужаса Алиса повернула лошадь и помчалась к тюрьме. Нужно было во что бы то ни стало предупредить Роба о том, что подвыпившие мужчины собираются вытащить бандитов из тюрьмы и устроить над ними самосуд.

— Роб! — крикнула она, вбегая в его контору.

— Что случилось?

Уловив в голосе Алисы тревожные нотки, Роб вскочил.

— Я только что проезжала мимо салуна «Харчевня королей». Его завсегдатаи все перепились и уже поговаривают о самосуде. Из того, что я услышала, в «Самом полдне» ходят такие же разговоры.

Выругавшись себе под нос, Роб подошел к шкафу, где у него хранились ружья, достал одно из них и проверил, заряжено ли оно.

— Придется их задержать.

— Ничего хорошего из этого не выйдет. Даже если они сегодня вынуждены будут уступить, они только больше разозлятся.

— А если я попытаюсь сейчас вывезти заключенных из города, они нас увидят и захотят остановить.

Алиса лихорадочно размышляла, что бы такое придумать, и наконец ей в голову пришла отличная мысль.

— Они ничего не заподозрят, если ты будешь по-прежнему сидеть у себя в конторе, как будто понятия не имеешь, что они что-то замышляют, а мы с Хоукинсом и другими твоими помощниками отправимся в Грин-Ривер прямо сейчас.

Роб нахмурился. Он понимал, что Алиса говорит дело, но менять свои планы ему не хотелось.

— Подожди здесь, — бросил он и, выйдя из своей конторы, перекинулся парой слов с двумя караульными, после чего те поспешили к салунам, которые назвала Алиса.

— Я отправил Клеменса и Урсино проверить то, что ты мне сказала, — пояснил он Алисе, вернувшись. — Они вернутся через несколько минут. Потом решим, что делать. А ты пока посиди и подожди.

— А как твои подопечные? Много доставляют тебе беспокойства? — спросила Алиса, кивнув в сторону камеры.

— Нет. После твоего решения ведут себя тихо. Даже, на мой взгляд, слишком тихо. Но это и хорошо. У меня сейчас проблем столько, что не до этих типов.

— Если нам придется выехать уже сегодня, особых трудностей это путешествие не доставит. Светит полная луна, так что можно будет ехать почти всю ночь.

Роб задумчиво кивнул.

— А я мог бы вас завтра догнать.

— Вот увидишь, у нас все получится. Если эти пьянчуги и в самом деле надумают вытащить бандитов из тюрьмы прямо сейчас, они и не заподозрят, что их там уже нет.

— Будем все-таки надеяться, что до этого дело не дойдет. Не хотелось бы мне из-за этих трех бандитов драться с порядочными людьми, хоть и пьяными.

— Это верно. Похоже, нелегко быть блюстителем закона. — Алиса грустно улыбнулась.

— Нелегко, — согласился Роб.

Они замолчали, дожидаясь возвращения Клеменса и Урсино. Те не заставили себя долго ждать.

— Она права, шериф, — сказал Клеменс. — В «Харчевне королей» все перепились и только о том и говорят, чтобы сегодня же расправиться с бандитами.

— А ты что узнал, Урсино?

— В «Самом полудне» то же самое. Не знаю, осмелятся ли они напасть на тюрьму, но ведь ты же не захочешь сидеть и ждать.

Самым простым для Роба было бы отдать бандитов на растерзание толпы, но Роб всегда считал себя честным человеком и не собирался воспользоваться этим способом расправы с бандитами. Он приложил слишком много сил к тому, чтобы поймать преступников. Нет, не позволит он чинить над ними самосуд.

— Хорошо. Идите за Хоукинсом и Брауном. Я хочу, чтобы вы сейчас же отправлялись в Грин-Ривер. Скажете Коннорсу и Дрейку, чтобы шли сюда. Пускай делают вид, будто охраняют тюрьму. Я хочу, чтобы все выглядело точно так же, как раньше. Чтобы никто ничего не заподозрил.

— Я сейчас же за ними схожу, — проговорил Клеменс.

— А я приведу лошадей этих бандитов и привяжу их позади здания, — сказал Урсино.

— Хорошо. Мы выведем преступников через заднюю дверь, чтобы никто нас не увидел. После того как вы уедете, я по-прежнему весь вечер буду сидеть за столом, делая вид, что ничего не происходит. Если кто-нибудь сюда придет, все будет выглядеть так, будто преступники по-прежнему сидят под замком.

— Роб, а ты не мог бы рассказать моей маме и сестре о том, что случилось? Я уже им говорила, что собираюсь с тобой поехать, но они думают, что это произойдет не раньше завтрашнего утра. А сейчас у меня уже нет времени поехать домой и их предупредить.

— Как только смогу, сообщу им обо всем. Но ты уверена, что с тобой все будет в порядке?

— Конечно, — ответила Алиса, одарив Роба улыбкой. — Револьвер у меня с собой, так что я вполне готова тронуться в путь.

— Возьми и это тоже. — Роб протянул Алисе ружье. — Только осторожно. Оно заряжено.

— Спасибо.

— Я уже собрал в дорогу кое-что из еды. Можешь взять с собой. Путь предстоит долгий: целых три дня. А вот деньги. Здесь немного. Но завтра я вас догоню. Я еще с собой захвачу.

— Похоже, ты все предусмотрел.

— За исключением толпы, жаждущей крови. Я боялся, что Дакота Кид доставит нам неприятности, но того, что какие-то пьяные дураки захотят устроить самосуд, никак не ожидал. — В голосе Роба прозвучало отвращение.

— Все будет хорошо, вот увидишь, — заверила его Алиса. — Завтра ты нас догонишь, и дальше мы поедем вместе.

— Непременно догоню. Мне тоже не терпится довести это дело до конца, как и тебе.

Алиса бросила на Роба понимающий взгляд, мечтая о том, чтобы их план сработал.

— А теперь давайте выводить эту троицу. Пора готовить их к маленькому путешествию. — И, вытащив наручники и шестизарядный револьвер, Роб направился к камере.

Услышав чьи-то шаги, Слейд поднял голову. Вошел шериф, и, к немалому удивлению Слейда, за ним появилась какая-то женщина. В камере было темно, и он не сразу разглядел, кто она такая.

Увидев шерифа, Нэш не спеша протянул:

— Что, шериф, решил привести нам бабенку поразвлечься?

— А ну-ка придержи язык, Нэш, а то быстро укорочу! — угрожающе бросил Роб.

— Сомневаюсь, что вам бы понравилось со мной развлекаться, мистер Нэш, — холодно проговорила Алиса.

Слейд тотчас же узнал этот голос. Значит, судья Мейсон к ним пожаловала. На секунду у него появилась надежда, что Эмерсон выяснил, что он, Слейд, является секретным агентом, и пришел выпустить его на свободу. Однако он увидел наручники, и надежда эта тотчас же угасла.

— Вы, все трое, вставайте. Нужно сегодня кое-куда съездить, — проговорил шериф.

— Это куда же? — с вызовом бросил Джонсон.

— Какая тебе разница? Нужно выбираться отсюда, пока вы еще живы.

— А почему? Что, собственно, происходит? — удивился Нэш.

— В городе уже поговаривают о том, чтобы расправиться с вами безо всякого суда, вот я и хочу вывезти вас в Грин-Ривер уже сегодня, на всякий случай. Так. Сначала ты, Джонсон, подойди ко мне, — приказал Роб.

Джонсон не спеша поднялся и подошел к шерифу. Тот надел наручники сначала на него, потом на Нэша и взглянул на Слейда. Роб ни секунды не сомневался в том, что история этого преступника, будто бы он является секретным агентом, сплошная выдумка. Слишком много было доказательств его преступления. Роб и не думал посылать телеграмму в Денвер. Зачем? Ведь и так ясно, что Брэкстон бандит и убийца, и об этом всем известно. Это он виновен в смерти Джона. Есть свидетели того, что он его застрелил.

— Пошевеливайся, Брэкстон. У нас мало времени, — бросил он.

Слейд медленно слез с верхней полки и подошел к шерифу. Не проронив ни слова, подождал, когда вокруг запястьев защелкнутся стальные наручники, украдкой разглядывая стоявшую рядом с Эмерсоном Алису.

Холодная, надменная женщина в траурном платье и с молоточком в руке, которую он лицезрел сегодня утром, исчезла без следа. Теперь перед Брэкстоном стояла девушка в костюме для верховой езды и с револьвером на боку.

То, что Алиса явилась с оружием, удивило Брэкстона. Впрочем, эта необыкновенная женщина уже не раз сумела его удивить. Сначала она показалась ему обворожительной красавицей, завоевать которую он счел бы для себя великой честью. Потом выяснилось, что она занимает пост мирового судьи, строга и неприступна, а теперь оказывается, что она еще и оружием владеет. Так какая же она на самом деле?

В этот момент Алиса взглянула на Слейда, и взгляды их встретились. Не желая выходить из образа матерого бандита, Слейд изобразил на своем лице похотливую улыбку.

— Жаль, — бросил он.

— Чего жаль? — переспросил Роб.

— Что не удастся нам ночью с ней развлечься.

Алиса возмущенно ахнула. Ее так и подмывало сказать Слейду все, что она о нем думает, но она сдержалась. Она не позволит этому человеку одержать над ней верх! Стоя рядом со Слейдом, Алиса ясно видела его поросший щетиной подбородок, мощную челюсть, изогнутые в насмешливой улыбке губы, вызывающе блестевшие глаза, широкие, мощные плечи. Она не забыла тех сладостных чувств, которые испытала в его объятиях, но тогда она считала его джентльменом. А теперь она знает, что на самом деле он отъявленный бандит и убийца. У Алисы возникло неудержимое желание отойти от него, но она упрямо продолжала стоять рядом. Пусть этот негодяй не думает, что она его боится!

— Вы сегодня ночью великолепно развлечетесь, мистер Брэкстон, — с трудом выдавила она из себя, злясь на себя за то, что испытывает к этому бандиту такие противоречивые чувства. — Будете всю ночь скакать. Так что скучать вам не придется.

— Всю ночь скакать? — неторопливо переспросил Слейд, и глаза его потемнели. Смысл сказанных Алисой слов был явно двояким.

Догадавшись, на что он намекает, Алиса густо покраснела, однако решила сделать вид, будто ничего не поняла.

— Вот именно.

— Жаль, что нам придется делать это без вас, — ухмыльнулся Джонсон.

— Вовсе нет, — выпалила Алиса. — Я собираюсь ехать в Грин-Ривер вместе с вами.

Слейд нахмурился. Должно быть, шериф совсем спятил, если разрешил Алисе сопровождать бандитов. Чистейшей воды глупость. Никто не знает, что может придумать Кид. Пока они будут ехать в город, он, вероятно, попытается освободить своих людей. И когда начнется заварушка, эта женщина будет только путаться под ногами. Решив хотя бы попытаться убедить Алису отказаться от поездки, Слейд снова бросил на нее многозначительный взгляд.

— Нам придется провести в пути не одну ночь. Вы уверены, что выдержите все тяготы и не станете хныкать и проситься домой к мамочке?

Алису передернуло от обиды, и, еще крепче сжав рукоятку револьвера, она сдержанно проговорила:

— Я сумею вынести все, что бы ваша троица ни придумала.

— Все? — ухмыльнулся Джонсон.

— Все! — кивнула Алиса.

— Ну ладно, пошли, — проговорил Роб, желая прекратить обмен любезностями, пока бандитам не надоело держаться в рамках приличий. — Лошади, наверное, уже готовы.

Он открыл дверь камеры и, держа бандитов под дулом револьвера, вывел их одного за другим через заднюю дверь на аллею, располагавшуюся позади тюрьмы. Там уже стоял Урсино, держа под уздцы лошадей. Вместе с ним находились и другие помощники Роба. Все они, вооруженные до зубов, были готовы двинуться в путь. Алиса обошла здание тюрьмы, отвязала от стойки Спартанца, после чего присоединилась к остальным всадникам.

— Будьте осторожны, — тихонько сказал Роб своим помощникам, надеясь, что ни с ними, ни с Алисой не произойдет по дороге ничего непредвиденного.

— Не беспокойся, будем, — заверил его Хоукинс. Роб подошел к Алисе.

— Береги себя, — проговорил он.

— Ты тоже. И побыстрее догоняй нас. Мы будем тебя ждать.

— Постараюсь.

Всадники потихоньку миновали аллею и вскоре исчезли в ночи.

А Роб вернулся к себе в контору, запер изнутри дверь, после чего уселся за стол, делая вид, будто ничего не произошло. Он очень надеялся, что ночь пройдет спокойно.


Как только городок Блэк-Спрингс исчез из виду, Нэш с Джонсоном обменялись понимающими взглядами. Скоро Кид придет к ним на выручку. Мысль эта несколько развеяла владевшее ими мрачное настроение. Они взглянули на Слейда. Интересно, о чем он сейчас думает? Радуется ли тому, что вырвался наконец из камеры? Но как обычно, лицо его оставалось непроницаемым. На нем не отражалось никаких чувств.

Они ехали уже больше часа. Джонсон первым прервал молчание.

— Когда мы остановимся на ночлег? — спросил он. Ему хотелось ехать как можно медленнее, чтобы Кид смог их обнаружить и придумать, как спасти.

— Мы вообще не собираемся этого делать, если, конечно, тебе не хочется стать главным действующим лицом аттракциона под названием «Человек с петлей на шее», — язвительно бросил Хоукинс.

— Ты думаешь, они будут преследовать нас так далеко от города? — спросил Нэш. У него нестерпимо болело плечо, и ему очень хотелось сделать привал и хоть немного отдохнуть.

— Те, кто хотел сегодня учинить над вами расправу, — это группа подвыпивших ковбоев. Они не будут ждать, пока над вами свершится суд. Им взбрело в голову повесить вас немедленно. И кто знает, какое расстояние им захочется проскакать, чтобы наконец вас прикончить.

Нэш недовольно фыркнул. Стиснув зубы, он терпел ноющую боль. Уж по крайней мере пока болит плечо, знаешь, что ты жив.

Алиса молча скакала рядом. За спиной у нее висело ружье, а на боку, под рукой, — револьвер. Она была готова ко всяким неожиданностям. Полная луна великолепно освещала дорогу. Лошади бежали бодрой рысцой, и Алиса была этому только рада.

Слейд Брэкстон ехал прямо впереди нее. Алиса старалась не обращать внимания ни на него, ни на то, как ловко он сидит в седле — прирожденный наездник! — однако это у нее плохо получалось. Тогда она напомнила себе, что не кто иной, как Брэкстон, застрелил ее отца. И не важно, что ее тянет к нему как магнитом. Он убийца. Человека, жившего в ее безумных мечтах, не существует, и она, Алиса, должна всегда об этом помнить.

Алиса мысленно попросила Господа о том, чтобы поездка побыстрее закончилась.


А в Блэк-Сприкгсе к полуночи страсти накалились до предела. Изрядно подвыпившие завсегдатаи обоих салунов твердо вознамерились заменить законный суд, казавшийся им недостаточно скорым, своим собственным. Взяв в руки оружие, пьяная братия высыпала из салунов на улицу и двинулась к тюрьме. Бунтовщики прекрасно знали, что вокруг города установлен вооруженный патруль, однако не сомневались в том, что ни один человек не будет рисковать ради каких-то подонков из банды Дакоты Кида своей драгоценной жизнью. Да и шериф Эмерсон и его помощники, по их мнению, вряд ли окажут им сопротивление.

Услышав от одного из караульных предупреждающий крик, Роб схватил заряженный револьвер и выскочил из тюрьмы. То, что он увидел, подтвердило его самые худшие опасения. На улице было много пьяных мужчин. Всем не терпелось собственноручно расправиться с заключенными.

— А ну стоять! — крикнул Роб, вскинув револьвер, чтобы все видели, что он вооружен.

— Не бойся, шериф, мы тебя не тронем. Нам нужен только Брэкстон и остальные двое. Хотим показать им, как в нашем городе умеют расправляться с такими, как они! — выкрикнул вожак пьяной толпы.

— Тебе придется убить меня, Мейерс, чтобы добраться до них! — прокричал в ответ Роб, узнав в вожаке Кэма Мейерса.

— Да на черта ты нам сдался! Мы только хотим, чтобы эти убийцы сполна заплатили за свои злодеяния!

— Они и заплатят, как только в Грин-Ривер состоится суд. Час назад я получил от тамошнего судьи Бэнкса телеграмму. Он сообщает, что уже все готово для суда. Ждут только, когда привезут преступников.

— Да чихать мы хотели на тот суд!

— Мы хотим справедливости!

— Я тоже. Только никакой самосуд не бывает справедливым.

— Око за око! Зуб за зуб! — раздались громкие крики.

И толпа начала медленно и неумолимо надвигаться на Роба. Шериф снова вскинул револьвер и на этот раз выстрелил в воздух, поверх голов.

При звуке выстрела смутьяны попятились и принялись громко спорить о том, что делать дальше. Кто-то предлагал разойтись по домам, кто-то — начать штурм. Сторонники расправы победили. Толпа снова двинулась к дверям тюрьмы.

— Я не хочу никого убивать, но если вы попытаетесь сюда ворваться, буду стрелять! И мои помощники тоже! — пригрозил Роб.

— Отойди, Эмерсон!

— Я не допущу в своем городе самосуда! Расходитесь по домам и проспитесь!

Однако смутьяны снова двинулись на него, совершенно не боясь, что он начнет стрелять и кого-нибудь ранит или убьет. Для этого они были слишком пьяны. Им хотелось покарать преступников, и ради этого они готовы были пойти на все.

Видя наступающую на него пьяную толпу, Роб почувствовал беспокойство. Он не знал, что ему делать. Если бы он начал стрелять, как и грозился, то наверняка ранил бы кого-нибудь. Если бы отступил в сторону, пьяные ковбои ворвались бы в тюрьму и обнаружили, что она пуста. А впускать их время еще не пришло. Однако Роб понимал, что пьяная толпа не оставила ему другого выхода.

— Не стрелять! Пропустить их! — приказал он своим помощникам.

Те подчинились и отступили в сторону.

— Где они? — сердито крикнул Мейерс, обнаружив, что камера пуста.

— Едут в Грин-Ривер. Они находятся в пути уже несколько часов. Вам их не догнать.

Толпа зашумела. Громко ругаясь, пьяные ковбои один за другим стали выходить из тюрьмы. Ничего другого, как только отправиться в салун и продолжить пить, им не оставалось, что они и сделали.

— Слава Богу, что заключенные успели уехать, — устало проговорил Роб, оставшись наедине со своими помощниками.

— И что никто не пострадал, — добавил Коннорс, думая о том, что могло бы случиться, если бы заключенные остались в тюрьме.

— А что будем делать утром, когда эти пьянчуги протрезвеют? — спросил Дрейк.

Рухнув на стул, Роб задумчиво покачал головой.

— То, что уже решили. Я поеду догонять Хоукинса и бандитов.

— А ты не хочешь, чтобы мы арестовали Мейерса и других подстрекателей?

— Нет. Они не причинили нам никакого зла. И в конце концов мы все-таки сумели их перехитрить, а это самое главное. Я рад, что эти бедолаги отправились пьянствовать дальше, а не бросились догонять бандитов. Если бы они решили это сделать, не думаю, что мы сумели бы их остановить, даже если бы нам этого очень хотелось.

Помощники Роба промолчали, однако в глубине души они были с ним согласны.

— Думаю, вы, ребята, можете сейчас расходиться по домам. Остаток ночи должен пройти спокойно, — закончил Роб.

Глава 5

Было раннее утро, когда Ред Парсонс добрался до скрытого от посторонних глаз лагеря, где его поджидали Кид и Зик.

— Ну, где они? — спросил Дакота Кид, появившись из-за огромного валуна с ружьем в руке, направленным на Реда. За спиной у него, не спуская глаз с Реда, стоял Зик.

— Едут в Грин-Ривер, — ответил Ред, натянув поводья, и, когда лошадь остановилась, спешился. Он ничуть не удивился тому, что его держат под прицелом: их главарь был недоверчив и осторожен.

Физической силой Кид не отличался. Однако этот худощавый мужчина невысокого роста и хлипкого телосложения обладал острым умом и лисьей хитростью, и именно поэтому Ред примкнул к его банде. Во всем штате не было человека, способного одолеть Кида. Даже шерифу Эмерсону он был не по зубам, хотя тот изо всех сил старался найти и обезвредить этого опасного преступника.

— А почему? Я был уверен, что их продержат в Блэк-Спрингсе по крайней мере с неделю.

Новость, которую принес Ред, Киду не понравилась, поскольку он уже почти придумал, как вызволить своих людей из тюрьмы.

— Должно быть, Эмерсон каким-то образом пронюхал, что в городе вот-вот начнется волнение, и посчитал за лучшее вывезти наших людей в Грин-Ривер, — пояснил Ред, усаживаясь около маленького костерка. Заметив, что Кид по-прежнему сильно хромает, поинтересовался: — А как твоя нога?

— Болит, зараза, но ничего, до свадьбы заживет, — проворчал Кид. Во время перестрелки в каньоне ему прострелили ногу. Пулю удалось извлечь до того, как Ред отправился в Блэк-Спрингс, но Кид все еще хромал и ругал подстрелившего его помощника шерифа на чем свет стоит. — Ну, что слышно в городе?

— Я как раз сидел в салуне и пил виски, пытаясь что-нибудь узнать, — начал рассказывать Ред, — как вдруг пьяные ковбои стали орать, что нужно повесить заключенных прямо сейчас. Дело кончилось тем, что они похватали свои ружья и помчались к шерифу. Я отправился вместе с ними, смешавшись с толпой. Думал, если они ворвутся в тюрьму, я найду какой-нибудь способ спасти наших ребят и вывезти их из города, пока их не повесили.

— Ты хочешь сказать, что какие-то пьянчуги пытались взять приступом тюрьму?

— Пытались? Да нет, черт подери, они ее взяли!

— И как поступил Эмерсон? — Кид ненавидел шерифа из Блэк-Спрингса лютой ненавистью.

— Пытался их утихомирить, но когда они поперли на него, не стал стрелять, а просто отступил в сторону. И помощникам своим приказал не стрелять и опустить ружья.

— Ты это серьезно?

— Ну да. Эти пьянчуги чуть не снесли тюрьму, разыскивая наших ребят, и были недовольны, не обнаружив их, а я был этому только рад. Пришлось бы спасать Нэша, Джонсона и Слейда от разъяренной пьяной толпы в пятьдесят — шестьдесят человек, мечтавшей побыстрее их повесить, а сделать это было бы нелегко. — Ред покачал головой, радуясь тому, что ему не пришлось самому вызволять ребят из тюрьмы.

— И сколько человек сопровождает их в Грин-Ривер?

— Не знаю. Они уехали задолго до того, как я подошел с остальной толпой к тюрьме.

Кид призадумался.

— Отправимся следом за ними на рассвете. Может, нам повезет больше, чем твоим приятелям из Блэк-Спрингса, которые не обнаружили ребят в тюрьме. Мы их догоним.

— Никакие они мне не приятели! Просто пьяная толпа. И я был рад уехать из этого проклятого города от них подальше.

— А шериф, наверное, был просто счастлив, что ему удалось вывезти наших ребят, прежде чем их растерзают эти пьянчуги, — ухмыльнулся Кид, а про себя пожелал Эмерсону гореть в аду. — Жаль только, они не выместили своей гнев на нем.

— Это верно, — согласился Ред, подумав о том, насколько точно шериф предугадал настроение своих горожан. — А ты уверен, что сможешь ехать верхом?

— Еще как смогу. Нам нужно перехватить ребят по дороге в Грин-Ривер. Лучшей возможности их освободить у нас не будет.

Они устроились на ночлег, чтобы поспать хоть несколько оставшихся до рассвета часов.

Однако Киду было не до сна. Мысли о том, как перехитрить помощников шерифа, отправившихся сопровождать заключенных, не давали ему покоя. От банды осталось только трое человек, однако Кид, считавший себя умнее всех на свете, не сомневался, что запросто справится. Нужно лишь выбрать удобное место и время, чтобы напасть на конвой и освободить ребят.

Кид понимал, что для Джонсона заключение под стражей хуже пытки. Он знал этого парня уже много лет. Джонсон попал в его банду еще мальчишкой, и Кид искренне привязался к нему. Он не потерпит, чтобы с ним что-нибудь случилось.

Нэша Кид тоже уважал. Хотя временами этот парень бывал не в меру горяч, однако Кид знал, что он безгранично предан ему. Кроме того, Нэш великолепно умел стрелять.

Гордился Кид и тем, что Слейд Брэкстон примкнул к его банде. По невозмутимости этот человек мог сравниться с ним самим и даже превосходил его. У него были стальные нервы и острый ум.

Кид понимал, что все его товарищи хороши каждый по-своему, и он должен непременно спасти их от виселицы.

Мысли его вернулись к убитым во время перестрелки в каньоне товарищам. Он знал, что ему будет их очень не хватать. Тревожило Кида и то, что Эмерсону почти удалось схватить его. Нужно будет придумать способ, как ему отомстить.

Как только первые лучи солнца позолотили небо, Кид поднялся и принялся седлать лошадь. Вскоре трое бандитов уже скакали по направлению к Грин-Ривер.


Занялась заря, начав новый день. Хоукинс по-прежнему ехал впереди отряда. В течение ночи они делали привал лишь один раз, поскольку Хоукинсу хотелось уехать как можно дальше от Блэк-Спрингса. И теперь, с наступлением дня, он пустил лошадь в галоп, не переставая тревожно озираться по сторонам. Дакота Кид мог быть неподалеку и следить за отрядом, выжидая подходящий момент, чтобы напасть и освободить своих товарищей. Темнота была союзником отряда, дневной свет — врагом. Ближе к полудню один из помощников шерифа наконец-то убедил Хоукинса сделать привал.

Алиса скакала вместе с мужчинами, не отставая и не жалуясь, хотя ее так и подмывало остановиться и хоть немного отдохнуть. Если мужчины могут так долго обходиться без отдыха, то сможет и она. Алиса прекрасно понимала, почему помощники шерифа хотят как можно скорее добраться до Грин-Ривер, и не собиралась причинять им лишнее беспокойство. Хотя Спартанец уже был весь в мыле и сама Алиса страшно устала, она не подавала виду. Она выдержит, не сдастся!

— Остановимся здесь ненадолго. Пусть лошади отдохнут, да и нам отдохнуть и поесть не помешает, — проговорил Хоукинс, выехав на открытое место, где он мог без труда обозревать окрестности.

Клемемс и Урсино решили первыми нести вахту по охране заключенных, а Алиса, Хоукинс и Браун сели перекусить. После еды Алиса почувствовала, что сил у нее прибавилось.

— Ну как вы? — спросил Хоукинс, с легкой усмешкой глядя на нее. На месте шерифа он никогда не позволил бы женщине пуститься в столь опасное путешествие, однако диктовать свои условия было не в его власти. Хоукинсу было наплевать на то, что именно Алиса предупредила беззаконие и помешала учинить самосуд. Он считал, что женщине не следует лезть в мужские дела.

— Отлично, — ответила Алиса, чувствуя, что помощник шерифа не одобряет того, что она отправилась сопровождать преступников, и решила не давать ему ни малейшего повода для критики. — Интересно, как прошла ночь в городе.

— Это и вправду интересно. Что ж, шериф Эмерсон все нам расскажет, когда нас догонит, — заметил Браун.

— Надеюсь, подвыпившие мужчины не стали его беспокоить. Но из разговоров в салуне я поняла, что они готовы штурмом взять тюрьму, — проговорила Алиса.

— Я тоже слышал такие разговоры, — подхватил Хоукинс. — Если бы мы задержались в городе еще на какое-то время, нам некого было бы везти на суд.

— Вот как? Значит, вы все герои? — насмешливо проговорил Джонсон. — Вы спасли наши жизни и мы должны быть вам за это благодарны?

Хоукинс бросил на него яростный взгляд:

— Вот именно, Джонсон. Если бы мы не вывезли тебя из города, ты был бы уже трупом.

— Надо будет не забыть попросить Кида поблагодарить вас за это, когда он приедет нас спасать, — ухмыльнулся Нэш.

— На твоем месте я не стал бы очень рассчитывать на то, что он вас спасет, — бросил Хоукинс. — Я скорее пристрелю вас, чем позволю ему это сделать.

Джонсон и Нэш с ненавистью посмотрели на помощника шерифа.

— Если бы шериф тебе позволил, ты бы нас пристрелил еще в каньоне.

— Совершенно верно, — холодно проговорил Хоукинс. — И советую вам это не забывать.

Слейд молча слушал разговор, а сам исподтишка наблюдал за охранявшими их Клеменсом и Урсино, пытаясь прикинуть, смогут ли бандиты сбежать сами, без помощи Кида. Выходило, что самостоятельно им это сделать не удастся. Во-первых, на них наручники, а во-вторых, отнять у помощников шерифа оружие им вряд ли представится возможным. Слейд жевал холодную безвкусную еду, которую ему дали, и думал о том, где может быть сейчас Кен Ричардс.

Алиса встала и потянулась. Слейд взглянул на нее. Похоже, долгие часы, проведенные в седле, давали о себе знать. Что ж, она сама хотела скакать всю ночь. Что хотела, то и получила.

— Никак, Слейд, любуешься аппетитной бабенкой? — спросил Нэш, проследив за его взглядом.

— Не совсем. Думаю, как она сумела выдержать в седле всю ночь, — ответил Слейд, глядя, как Алиса отошла в сторону подальше от бандитов.

— Похоже, эта скачка не доставила ей большого удовольствия.

— Что верно, то верно. С нами она гораздо веселее провела бы время, — добавил Джонсон, нагло ухмыльнувшись.

— Скажешь тоже, — возразил Нэш. — Если бы мы остались в Блэк-Спрингсе, то наверняка болтались бы сейчас на виселице.

— Но если бы мы сначала с ней порезвились, может, оно того и стоило бы, — проговорил Джонсон, следя за каждым движением Алисы. — Интересно, что с ней сделает Кид, когда вытащит нас отсюда?

— И впрямь интересно. Может, нам всем в конце концов и удастся с ней позабавиться.

— Только я первый! — сдавленным голосом проговорил Слейд, приходя в ужас от того, что такое и в самом деле может произойти.

Остальные бандиты громко расхохотались.

— Над чем это вы смеетесь? — спросил Урсино, подозрительно глядя на них.

— Ни над чем, — поспешно ответил Слейд.

Услышав, что бандиты весело смеются, Алиса взглянула в их сторону и в ту же секунду встретилась глазами со Слейдом и в очередной раз удивилась выразительности его взгляда. Пришлось снова напоминать себе о том, что она ненавидит этого человека, ведь он убил ее отца. Но, как это ни странно, Алиса никогда, с самого первого дня их знакомства, не ощущала, чтобы от Слейда исходило какое-то зло, не то что от Нэша с Джонсоном. В том, что они отпетые негодяи, она не сомневалась. А вот Слейд казался совершенно непохожим на них, и Алису это беспокоило. Обычно она верно судила о людях и всегда доверяла своей интуиции. Но на сей раз интуиция ее подвела. Она подсказывала Алисе, что Слейд Брэкстон хороший человек, а этого быть не могло.

Отрешившись от своих мыслей, Алиса снова взглянула на бандита. Скоро они доставят этих негодяев в Грин-Ривер, и тогда она наконец избавится от Слейда Брэкстона. Правда, придется присутствовать на суде, а потом и на казни. Ну да ничего, она это выдержит. Только скорее бы все это закончилось.

— Мисс Мейсон, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросил Хоукинс, заметив, что Алиса отошла в сторону.

— Конечно.

— Не отходите от нас далеко.

— Не беспокойтесь, Хоукинс, я вооружена. — И Алиса положила руку на рукоятку револьвера, словно давая понять, что ее не так-то легко запугать и что с ней придется считаться.

Нэш бросил взгляд на Джонсона. Интересно, пришла ли в голову дружка такая же мысль, какая только что пришла в голову ему? Пусть себе эта дамочка думает, что умеет обращаться с оружием. С ними троими ей не справиться. Если бы кому-нибудь из них удалось схватить ее, а другому — вырвать у нее револьвер, они бы взяли ее в заложницы и получили бы долгожданную свободу.

Встретившись с Нэшем взглядом, Джонсон легким кивком указал на Алису. Хоть бы поскорее выдалась возможность переговорить с Нэшем и Слейдом наедине, чтобы никто их не смог подслушать. Это дельце нужно было провернуть как можно быстрее, пока Эмерсон их не догнал. И без него обезоружить судью будет не так-то просто, а уж в присутствии шерифа это вряд ли удастся.

Впрочем, предпринять какие-то шаги по своему освобождению во время этого привала бандитам так и не удалось. Хоукинс и Браун вскоре сменили Клеменса и Урсино, дав и им возможность поесть. Потом все вскочили на коней и поехали дальше.


В пути настроение Слейда ухудшалось с каждой минутой. На привале он заметил, что Джонсон с Нэшем обменялись многозначительными взглядами, и понял, что они что-то замышляют. По дороге Слейд внимательно смотрел по сторонам — не появился ли где-то поблизости Кид, выжидая удобного момента, чтобы освободить своих товарищей, но ничего необычного не заметил. Не было видно и Кена Ричардса, и это беспокоило Слейда даже больше, чем отсутствие Кида. Положение его с каждым днем становилось все более сложным. И Алиса Мейсон зря отправилась сопровождать преступников. Ведь если дойдет до драки, присутствие женщины совершенно нежелательно и даже опасно.

Слейд взглянул на Алису. Она скакала впереди, рядом с помощником шерифа Брауном. Алиса не была похожа ни на одну из известных ему женщин. Интересно, как случилось, что она стала юристом?

По собственному опыту Слейд знал, что женщин интересует лишь одна вещь — замужество. Ну еще, пожалуй, деньги. Или наоборот, деньги и замужество. Смотря чему женщина отдает предпочтение.

Но Алиса, похоже, совершенно не занималась поисками мужа. В противном случае она не взялась бы за такое несвойственное женщине дело, как юриспруденция. Наверняка получает она за свою работу мало. Значит, работа приносит ей моральное удовлетворение.

Алиса ехала верхом, сидя на лошади на мужской манер, что было необычным для женщины, даже местной. Лошадью она правила умело, это было ясно с первого взгляда. На поясе у Алисы висел револьвер, хотя Слейд не имел ни малейшего понятия, насколько хорошо она стреляет. Однако судя по тому, что оружие совершенно не мешало ей при езде, можно было сделать вывод, что Алиса имеет представление хотя бы о том, откуда вылетает пуля.

В общем, Алиса Мейсон интриговала и одновременно раздражала Слейда. Тогда, на танцах, она заставила Слейда потерять голову, но сейчас ее присутствие просто выводило его из себя, поскольку усложняло и без того трудную ситуацию, в которой они все находились. Слейд раздраженно нахмурился. Как было бы хорошо, если бы они уже приехали в Грин-Ривер, подумал он, но тут же спохватился. Ведь чем быстрее они приедут, тем скорее состоится суд, от которого хорошего ждать нечего.

— Что, размышляешь о своем будущем, Брэкстон? — ухмыльнулся Хоукинс, заметив, какое напряженное у Слейда выражение лица.

— Нет, о твоем, — отпарировал Слейд. Хоукинс бросил на него ненавидящий взгляд, однако попытался взять себя в руки, чтобы не наговорить лишнего.

— Что ж, ничуть этому не удивляюсь. Такие, как ты, всюду суют свой нос. Так и быть, расскажу тебе о своем будущем. Скоро я стану шерифом в каком-нибудь городе этого штата и тогда на пушечный выстрел не подпущу таких, как ты, к своему городу.

— Если ты до этого доживешь, Хоукинс, — поддел помощника шерифа Джонсон.

— Ну, насчет того, чтобы до чего-то дожить, нужно беспокоиться не мне, а вам. Это ваша жизнь измеряется днями, а не годами, — рассмеялся Хоукинс.

Слейд вперился в помощника шерифа холодным взглядом, считая смех этот абсолютно неуместным.

— Пока суд не докажет нашу вину, мы невиновны. Советую тебе это запомнить, будущий шериф.

— Откуда тебе это известно, Брэкстон?

— Я знаю закон, — твердо ответил Слейд.

— Это потому, что ты постоянно его нарушаешь, — заметил Хоукинс. — Только все твои знания не спасут тебя от виселицы. Ты уже покойник, Брэкстон. Так-то вот!

— Посмотрим, что Кид на это скажет, когда придет к нам на выручку, — вмешался в разговор Нэш.

— А он и не собирается приходить к вам на выручку. Нужны вы ему очень! Ведь он так и не объявился с тех пор, как вас схватили.

— Кид не бросит нас в беде! — упрямо возразил Джонсон. Его вера в своего единственного друга и благодетеля была непоколебима.

Он сказал это настолько уверенным тоном, что остальные помощники шерифа удвоили свою бдительность. Скоро отряд должен будет остановиться на ночлег, так что придется еще зорче следить за бандитами, чтобы в случае необходимости суметь отразить нападение.

Немного погодя подходящее место для ночлега было найдено: укромное, защищенное с дороги крупными валунами и деревьями. Хоукинс посчитал охрану из двух человек вполне достаточной. Они поставили палатку и развели маленький костер, решив, что пусть еда будет не слишком обильной, но по крайней мере горячей.

— Ну что, будем действовать? — тихонько спросил Джонсон Нэша, когда они сидели рядышком неподалеку от бдительной охраны.

— Хочешь напасть на судью?

— Ну да. Все, что нам нужно будет сделать, — это отнять у нее оружие. Как ты, справишься? Плечо не сильно болит?

— Как только выберемся отсюда, оно сразу же перестанет болеть, — проговорил Нэш, слегка поморщившись: по-прежнему не отпускало. — Нужно сказать Слейду о том, что мы придумали, чтобы, когда настанет время, он был готов. Нам потребуется его помощь. Чтобы провернуть это дельце, нужно будет действовать всем втроем.

Джонсон едва заметно кивнул и, бросив взгляд в сторону Слейда, тихонько позвал: — Слейд.

Тот стоял неподалеку, внимательно оглядывая окрестности. Он подошел к Нэшу и Джонсону. Хоукинс выбрал отличное место для лагеря: и с дороги незаметное, и сбежать отсюда невозможно. Усевшись рядом с бандитами, Слейд проговорил:

— Отсюда не убежать. Хоукинс знал, что делает, когда выбирал это место.

— Сейчас нас это мало беспокоит, — тихонько сказал Нэш. — У нас есть кое-какие соображения насчет того, как действовать дальше.

В этот момент охрана подошла поближе, пытаясь услышать, о чем говорят бандиты.

— Вот я и говорю, когда Кид нас освободит, мы можем съездить в Канзас или Техас и хорошенько развлечься, — громко произнес Нэш, пытаясь успокоить бдительных охранников.

— Нужно было с самого начала туда ехать, а не ошиваться в нашем городе, — проговорил Урсино, не спуская с бандитов глаз. Он ничего не имел против того, чтобы они разговаривали между собой, если только будут делать это не шепотом. Но стоило им понизить голос, Урсино не мог ничего расслышать и забеспокоился. Он абсолютно не доверял этим бандитам — людям без совести и чести, способным на все.

Не удостоив Урсино даже взглядом, преступники продолжали болтать о всяких пустяках. Успокоившись, Урсино снова отошел.

— Я ее схвачу. От меня они ничего подобного не ожидают, ведь я ранен, — проговорил Нэш.

— Кого это ее? — Слейд бросил на бандита проницательный взгляд.

— Мы собираемся напасть на судью, отнять у нее оружие и взять ее в заложницы. Это нетрудно сделать, — пояснил Джонсон.

— Только учти, у нас будет для этого лишь одна возможность, — предупредил Слейд, стараясь не выдать охвативших его чувств. На самом же деле он был вне себя от ярости. Слейд готов был убить Эмерсона за то, что тот сделал такую невероятную глупость. Это ж надо догадаться — разрешить женщине сопровождать преступников! Оставалось только надеяться, что благоприятный момент, чтобы отнять у Алисы оружие, для Нэша никогда не наступит. Если же он все-таки осмелится на нее напасть, Слейд сумеет его остановить и не позволит причинить ей зла. Но он выдаст себя.

— Знаю. Потому и собираюсь сделать все с первого раза. — В этот момент Джонсон заметил, что Урсино смотрит в их сторону и, желая отвести от себя всякие подозрения, раздраженно бросил: — Когда нам наконец дадут поесть? Целый день держат голодными!

— Прекрати ныть, а то совсем ничего не получишь, — крикнул Браун, продолжая помешивать в котелке над костром какое-то варево.

Через некоторое время Браун уже накладывал в жестяные миски горячие бобы.

— Отнеси-ка сначала нашим гостям, — попросил он Урсино, протягивая ему две миски.

Урсино направился к бандитам, а к Брауну подошла Алиса.

— Могу я чем-нибудь помочь? — предложила она.

— Конечно. Отнесите это Нэшу. — И Браун вручил ей еще одну миску с бобами. Алиса тоже направилась к бандитам. Урсино подошел к Джонсону, а Алиса — к Нэшу.

Дальше все произошло так быстро, что Слейд и глазом не успел моргнуть. Нэш, делая вид, что берет из рук Алисы тарелку, схватил ее за запястье и дернул что есть силы. Не ожидая ничего подобного, Алиса упала, издав сдавленный крик, а Нэш, выхватив у нее из-за пояса револьвер, спрятался за ближайшим валуном.

Джонсон тоже не терял времени даром. В тот момент, когда Нэш начал атаку, он швырнул тарелку с горячей едой прямо в лицо Урсино, потом, бросившись ему под ноги, сбил с ног и, прежде чем тот успел прийти в себя, схватил его револьвер. Несколько раз выстрелив в незадачливого помощника и ранив его, Джонсон поспешил скрыться за тем же валуном, что и Нэш.

Слейд понял, что сейчас начнется самое худшее. Толкнув Алису на землю, он прикрыл ее своим телом.

Решив, что он на нее напал, Алиса принялась вырываться, как дикая кошка, однако все усилия ее оказались тщетными. Слейд прижал ее к земле всем своим мощным телом. Его мускулистая грудь тесно прижалась к ее спине, нижняя часть туловища — к бедрам.

— Не дергайся! — приказал он Алисе. — Все равно не выпущу!

Но она упорно продолжала сопротивляться. Ее попытки сбросить с себя Слейда не увенчались успехом, однако в нем вдруг вспыхнуло желание, разгораться которому было сейчас не самое подходящее время. Тогда Слейд еще сильнее прижал Алису к земле, чтобы она совсем не смогла двинуть ни рукой, ни ногой.

— Отпусти меня! — закричала она.

— Нет! И перестань дергаться!

— Тебя все равно пристрелят! — выпалила Алиса, не сомневаясь, что помощники шерифа придут ей на выручку и ее освобождение лишь дело времени.

— Какая разница, убьют или повесят. Если убьют, даже лучше — не буду мучиться, — проговорил Слейд, еще сильнее прижимая Алису к земле. Он хотел ее спасти. Если бандиты начнут в них стрелять, он примет выстрелы на себя. Но, похоже, у хитроумного Нэша были совсем другие планы, и Слейд тихонько выругался, проклиная его.

— Хоукинс! Браун! Клеменс! — закричал Нэш, видя, что помощники шерифа нырнули в укрытие и приготовились открыть ответный огонь. — Не смейте стрелять! Иначе первой, кого мы пристрелим, будет эта ваша смазливая дамочка!

— Отпустите ее — и никто из вас не пострадает! — крикнул Хоукинс, видя, что Урсино удалось отползти от преступников в сторону. Хорошо, что его друг остался в живых, но то, что этим проклятым бандитам удалось их перехитрить, вывело Хоукинса из себя. Сейчас он покажет этим негодяям, где раки зимуют!

— Нам все равно помирать, ты, кретин! — завопил Джонсон. — Так что сам решай, что делать дальше!

— Отпустите ее сейчас же! — крикнул Хоукинс, готовый открыть огонь в любую минуту. Его так и подмывало пристрелить Слейда, который хотя и пытался спрятаться вместе с Алисой за камнем, но по-прежнему находился в пределах досягаемости. Хоукинс только опасался, что может случайно попасть в Алису и ранить ее.

— А зачем? Чтобы ты отвез нас в Грин-Ривер и там повесил? Мы не такие дураки, Хоукинс, чтобы сидеть сложа руки и спокойно дожидаться смерти. Нам нечего терять. А теперь давайте-ка по-хорошему опускайте свои револьверы, пока мы не сделали чего-нибудь такого, что вам не понравится!

— Идите к черту!

— А он и так всегда с нами! — завопил Джонсон в ответ. Бросив быстрый взгляд на Слейда с Алисой, Нэш крикнул ему:

— Поставь ее на ноги. Я хочу, чтобы они знали: в случае чего я ее убью.

Тихонько выругавшись, Слейд прошептал Алисе на ухо:

— Если хочешь остаться в живых, не дергайся. Делай то, что я тебе скажу.

Алиса лихорадочно думала, что бы такое предпринять, чтобы освободиться из железных объятий бандита, но ничего не могла придумать. Не отпуская ее от себя, Слейд начал медленно подниматься.

— Прижмись ко мне, — приказал он Алисе.

— Лучше умереть! — с отвращением проговорила она.

— Именно это и произойдет, если не будешь делать то, что я тебе говорю. Не делай глупостей. Это тебе может дорого обойтись.

И Слейд рывком прижал Алису к своей груди. Нужно было как можно быстрее встать так, чтобы Нэш в нее не попал.

— Бросайте оружие! — снова крикнул Нэш помощникам шерифа.

Хоукинс пришел в ярость. Слейд стоял, поставив Алису прямо перед собой, так что попасть в него, не задев ее, было невозможно.

— Эй вы, послушайте меня! Если с ней что-то случится, я вас всех перестреляю! Всех! — завопил Хоукинс и незаметно сделал знак Клеменсу и Брауну, чтобы те попытались подползти к бандитам поближе.

— Может, мы и умрем, но эта бабенка умрет первой! — холодно бросил Нэш.

— Тогда я лично прослежу за тем, чтобы ты был вторым, Нэш! — крикнул Хоукинс.

В этот момент сзади над головами бандитов просвистела пуля, никого не задев.

— Что за черт! — воскликнул Слейд, поспешно нырнув в укрытие вместе с Алисой.

И помощники шерифа, и преступники замерли, пытаясь разглядеть, кто стрелял.

Нэш с Джонсоном молили Бога, чтобы это были Кид, Ред и Зик. Должны же они когда-нибудь прийти к ним на выручку. Так почему бы не сейчас?

А трое помощников шерифа надеялись, что это стрелял шериф Эмерсон, который наконец-то их догнал.

Повисло напряженное молчание. Все ждали, когда тот, кто стрелял, покажется из укрытия.

— Отпустите ее или, клянусь Богом, я вас сейчас всех троих уложу на месте! — прогремел за спиной бандитов голос Роба.

Нэш с Джонсоном, сердито выругавшись, повернулись на голос, пытаясь высмотреть шерифа и убить его. Но Роб сумел хорошо спрятаться, так что они не смогли понять, за какой скалой он скрывается.

Алиса попыталась встать, однако Слейд по-прежнему не отпускал ее.

— Это же Роб! Отпусти меня! Сейчас же! — Алиса была так рада услышать голос Роба. Как это на него похоже — появиться как раз вовремя, чтобы спасти ее!

Отец всегда говорил, что Роб — самый лучший шериф во всем штате, и он был прав.

— Нет! Еще не время! — прошептал Слейд. Он не доверял ни Нэшу, ни Джонсону. Те запросто могли пристрелить Алису, чтобы свести с шерифом счеты. — Подожди.

Алиса начала отчаянно брыкаться, пытаясь вырваться, но все ее усилия оказались напрасными. Слейд держал ее так, что удары не достигали цели.

— Алиса! Ты меня слышишь? — прокричал Роб, боясь, что ее уже убили.

— Да!

Роб облегченно вздохнул.

— Брэкстон, отпусти ее! Я хочу удостовериться, что она цела и невредима. Пусть медленно выпрямится!

Нэш с Джонсоном пришли в ярость. Они понимали, что пока Слейд держит Алису, у них есть единственный шанс спастись.

— Не отпускай ее, Слейд! Она — наша единственная надежда на спасение! — закричал Джонсон.

— Если послушаешься его, я тебя пристрелю! — заявил Роб.

Слейд лихорадочно думал, что делать. Если отпустить Алису, Нэш с Джонсоном сочтут его трусом. Если не отпускать, ее могут убить в перестрелке, которая неминуемо произойдет. А если Алису убьют, он не сможет жить дальше, зная, что стал причиной ее смерти. С другой стороны, жить с ярлыком труса он сможет. Так что выход у него только один.

— Беги отсюда! — тихонько проговорил он, выпуская наконец Алису из своих объятий. — Только пригнись пониже.

Алиса тут же отпрянула от него, словно прикосновение Слейда ее обжигало, и проворно поползла в сторону от камня, за которым они прятались.

— Что, черт подери, ты наделал, Слейд! — завопил разъяренный Нэш, видя, что тот отпустил Алису.

— Я отпустил ее, Эмерсон! — закричал Слейд. — А теперь я встаю!

Нэш с Джонсоном оба прицелились в Слейда, готовые его пристрелить. Жалкий трус! Если бы не он, они бы непременно выбрались отсюда! Но этот подлец намеренно отпустил их добычу, единственную, за которую они могли получить желанную свободу!

— Только попробуйте в него выстрелить! — пригрозил Клеменс, неожиданно возникнув прямо у Нэша с Джонсоном за спиной. Бандиты и не заметили, как он там очутился. — Мы с Брауном держим вас на мушке. Одно движение — и вы оба трупы.

Нэш и Джонсон, проклиная себя за то, что, обратив все свое внимание на Слейда с Алисой, они совсем забыли про своих противников, побросали свое оружие на землю.

— Мы их разоружили! — закричал Браун, быстро схватив револьверы бандитов.

Пока Клеменс с Брауном выводили бандитов из засады, Хоукинс побежал посмотреть, сильно ли ранен Урсино. Нэш и Джонсон с ненавистью взглянули на Слейда, однако он совершенно спокойно выдержал их взгляд.

— Чертов идиот! — выпалил Джонсон. — Если бы не ты, мы бы удрали отсюда!

— Сам ты идиот! Если бы ты только попытался это сделать, тебя бы пристрелили. До Грин-Ривер еще два дня пути. За это время Кид нас наверняка освободит.

Однако бандиты были настолько взбешены предательством Слейда, что ни о чем другом и думать не могли. Они даже не понимали, что Слейд прав.

— Киду интересно будет узнать, почему ты так легко отпустил эту бабенку!

Слейд взглянул на бандитов.

— Кид только поблагодарит меня за то, что я спас вас, никчемных идиотов.

Нэш и Джонсон замолчали.

Видя, что бандиты разоружены, Роб выехал на лошади из своего укрытия. Алиса со всех ног бросилась к нему.

— Спасибо тебе! Ты спас мне жизнь! — дрожащим голосом проговорила она.

— Я ужасно рад, что подоспел вовремя. С тобой все в порядке? — с беспокойством спросил Роб, спешиваясь.

— Да. Все отлично, — ответила Алиса, стараясь, чтобы голос ее звучал убедительно. Она не хотела, чтобы Роб догадался, как она на самом деле испугалась. Но как тут не испугаться, когда все ее попытки высвободиться из железных объятий Слейда ни к чему не привели.

— Это хорошо, — проговорил Роб. У него отлегло от сердца, когда он увидел, что Алиса цела и невредима и что, кроме синяков да запачканной одежды, никакого ущерба этот проклятый Брэкстон ей не причинил. Робу так хотелось обнять ее, прижать к себе, чтобы как-то успокоить, однако он сдержался. Не известно, как Алиса воспримет подобную вольность. Роб бросил взгляд в сторону Клеменса и Брауна: те держали бандитов под прицелом.

— Что нам с ними делать, шериф? — поинтересовался Клеменс.

Роб улыбнулся как победитель.

— Я хочу, чтобы остаток ночи они провели по-настоящему комфортно. Наденьте на них наручники, посадите спиной друг к другу у костра, так, чтобы нам было их хорошо видно, и свяжите. Даже если захотят сбежать, далеко не убегут.

— Есть, сэр! — отчеканил Клеменс, и они вместе с Брауном помчались выполнять приказ.

Связав бандитов, Браун снова подошел к Робу с Алисой.

— Ваш револьвер, мэм, — сказал он, протягивая Алисе ее оружие.

— Простите, что причинила вам столько беспокойства, — сказала она, беря револьвер у него из рук.

— Не стоит извиняться. Посмотрите, что они сделали с Урсино. — И Браун кивнул в сторону раненого Урсино, который с перебинтованным плечом лежал на земле.

— Как он? — спросил Роб.

— Плохо. Его необходимо показать врачу. У него сильно болит плечо. Пулю извлечь мы не смогли.

— У меня в сумке есть бутылка виски, — сказал Роб. — Дайте ему выпить. А утром Клеменс отвезет его обратно в Блэк-Спрингс.

— Ты считаешь, это нужно делать? Ведь нас останется только трое на троих бандитов.

— Ничего, справимся, — заверил его шериф. Уж он-то проследит за тем, чтобы никаких попыток сбежать больше не было.

Алиса не стала напоминать о том, что у нее тоже есть револьвер, значит, их не трое на троих бандитов, а четверо. После сегодняшнего происшествия ей еще не скоро удастся доказать, что она в состоянии защитить себя.

Устраиваясь на ночлег, Алиса живо припомнила страшные события сегодняшнего дня и вздрогнула от ужаса. Прошло немало времени, прежде чем она успокоилась и наконец заснула.

Глава 6

Алиса проснулась еще до рассвета и, как ни старалась, больше заснуть уже не смогла. Воспоминания о тех ужасных минутах, когда она, совершенно беспомощная, находилась в руках бандита, не давали ей покоя. Какое это, оказывается, неприятное чувство — ощущать себя абсолютно беззащитной! Прежде Алиса не сомневалась в том, что, имея под рукой револьвер, она в случае необходимости всегда сможет себя защитить, однако вчерашнее происшествие ясно показало, насколько она заблуждается.

Мысли Алисы перекинулись на Слейда Брэкстона. Ей казалось странным его поведение. Ведь он мог использовать ее в качестве заложницы, мог прикрыться ею от пуль как щитом, мог позволить своим друзьям застрелить ее, но ничего этого Слейд не сделал, а просто взял и отпустил ее. Вот это-то и было самым странным. Слейд Брэкстон, опасный преступник и убийца, отпустил свою жертву. Мало того, он не позволил своим товарищам застрелить ее.

Алиса понимала: преступники каждую минуту ждут, что Кид придет к ним на помощь. Быть может, в этом крылась причина того, что Слейд не позволил Нэшу и Джонсону ее убить? Ведь если бы они это сделали, помощники шерифа открыли бы по всем троим стрельбу и запросто могли бы убить Слейда, а умирать ему пока, похоже, явно не хочется. Другого объяснения того, почему Слейд ее отпустил, Алиса придумать не могла.

И тем не менее этот человек не мог не изумлять Алису. В общем, Алиса совсем запуталась в своих оценках Слейда Брэкстона и мечтала лишь об одном: чтобы суд над бандитами поскорее закончился.

Наконец настало утро. Роб со своими помощниками встал, и Алиса последовала его примеру. Что толку лежать, когда все равно не можешь заснуть. Лучше уж поскорее тронуться в путь.

Всю ночь Роб с Клеменсом по очереди ухаживали за раненым Урсино. Решено было, как только рассветет, везти его обратно в город.

Алиса подошла к мужчинам спросить, не может ли и она чем-нибудь помочь. Хотя опыт по уходу за больными был у Алисы весьма скудным — с Эмили не сравнить, — ей все равно хотелось оказать бедному Урсино хоть какую-нибудь помощь.

— Ну как он? — спросила она Роба.

— Выживет. Но обратный путь будет для Урсино нелегким, хотя в него и влили почти целую фляжку виски.

Алиса взглянула на раненого, и у нее защемило сердце. Клеменс как раз помогал ему подняться, и пепельно-серое лицо Урсино исказилось от боли.

— Я очень рад, что вы с ним остались живы, — продолжал Роб. — Много вчера могло пролиться крови.

— Знаю. Я думала об этом, — проговорила Алиса. — Единственный, кто не жаждал крови, — это, похоже, Брэкстон.

— Может, он знает что-то такое, чего не знаем мы, — коротко бросил Роб.

— Например, где сейчас находится Дакота Кид и когда он собирается их освободить?

— Вот именно. Брэкстон — самый опасный из всех этих бандитов. Он был объявлен в розыск, еще когда не присоединился к банде, а с тех пор он совершил еще не одно кровавое преступление. Когда его наконец повесят, я буду просто счастлив.

Алиса невольно вздрогнула.

— Нельзя быть таким кровожадным!

— «Око за око», — процитировал Роб. — Этого злодея Брэкстона уже давно петля ждет.

— Интересно, как человек становится таким? — задумчиво спросила Алиса, глядя на Слейда. Браун как раз отвязал его от остальных бандитов.

— Кто знает? Мне кажется, этот Слейд Брэкстон просто ненормальный, иначе он не стал бы совершать все те преступления, которые совершил.

— Ненормальный? — удивленно переспросила Алиса. Это ей в голову не приходило.

— Ну, не буйнопомешанный, а хитрый и коварный. Чтобы так долго оставаться в живых и не попасться в руки полиции, ему нужно быть именно таким. Ведь за ним охотятся полицейские всего штата! А удалось его поймать только нам, и теперь дни его сочтены. Присяжные заслушают выдвинутые против него обвинения и примут правильное решение. Нам больше не придется его опасаться, а он, Слейд Брэкстон, уже не сможет творить зло.

Алиса понимала — нужно радоваться тому, что справедливость наконец-то восторжествует, но радости почему-то не было. Слушая Роба, она посмотрела в ту сторону, где стоял Слейд. Взгляд его темных глаз обжег ее, и Алиса поежилась. Этим утром Слейд казался именно тем, кем и являлся на самом деле, — особо опасным преступником. Глаза горят неукротимым огнем, волосы всклокочены, на щеках темнеет щетина… Бандит, да и только!

С огромным трудом Алиса заставила себя отвести от него взгляд. Внезапно ей припомнились слова Слейда, которые он произнес вчера, когда отпускал ее: «Беги отсюда. Только пригнись пониже». Если он такой отъявленный бандит, каким считает его Роб, почему его волновало, убьют ее или нет?

— Роб… — нерешительно проговорила она. Шериф выжидающе взглянул на нее.

— Я одна виновата в том, что произошло вчера. Наверное, я не имею больше права носить оружие, — сказала Алиса. Она до сих пор испытывала острое чувство вины оттого, что бандитам удалось застать ее врасплох.

— Даже не думай об этом! Ты прекрасно умеешь с ним обращаться. Да ты и сама это знаешь.

— Но вчера они чуть не сбежали…

— Им удалось и Урсино провести, а ведь он один из моих самых лучших помощников, — напомнил Алисе Роб.

— Я знаю, но…

— Забудь обо всем, что произошло вчера.

— Думаешь, стоит?

— Уверен. Вчера ты вела себя прекрасно. Любая другая женщина на твоем месте наверняка упала бы в обморок или сотворила бы какую-нибудь глупость, а ты сохранила присутствие духа. Для этого требуется огромное мужество.

Алиса сдержанно кивнула. Слова Роба помогли ей восстановить пошатнувшуюся после вчерашних грустных событий уверенность в себе.

— Похоже, они уже собрали Урсино в дорогу, — перевел Роб разговор на другую тему. — Подойдем к ним.

— Спасибо, что сообщил маме о том, что мне так неожиданно пришлось уехать.

— Она волновалась о тебе, но когда я объяснил ей, что произошло, немного успокоилась. Она передала тебе все, что нужно? — спросил Роб. Он уже успел отдать Алисе небольшую сумку, которую перед отъездом вручила ему Лоретта.

— Да, спасибо. А то пришлось бы ехать всю дорогу в одной и той же одежде. Представляешь, какой бы у меня был вид в конце пути?

— И не говори! Рад был тебе услужить. — И Роб улыбнулся Алисе.

Подойдя к Клеменсу и Урсино, Алиса с Робом попрощались с ними, и мужчины отправились в Блэк-Спрингс. Алиса и Роб понимали, что для раненого обратный путь будет нелегким, и могли лишь надеяться, что он благополучно доберется до города.

Пора было и остальным собираться в дорогу. Сегодня придется долго ехать по берегу реки, и возможностей для нападения у Дакоты Кида будет предостаточно. Так что придется смотреть в оба, чтобы он со своими головорезами не застал их врасплох.


Слейд с трудом забрался в седло. Скованный наручниками с другими бандитами, он всю ночь не сомкнул глаз. Путь предстоял нелегкий. Слейду уже приходилось ехать этой дорогой раньше, и он знал, что она узкая и каменистая.

Хоукинс и Роб скакали впереди, за ними — заключенные. Браун с Алисой замыкали колонну. Ехали рысью, лишь изредка останавливаясь, чтобы дать лошадям отдохнуть.

День клонился к вечеру, когда на небе стали сгущаться темные тучи. Скоро должен был начаться дождь. Остановились, чтобы надеть дождевые накидки, потом снова двинулись в путь.

Роб решил не делать привала из-за плохой погоды. В это время года частенько шли дожди. Но когда прошло больше часа, а дождь все не прекращался, Роб забеспокоился. Уровень воды в реке поднялся выше обычного, да и течение стало более быстрым. Роб знал, насколько коварна может быть река в грозу, а в том, что она неминуемо разразится, сомневаться не приходилось.

Когда начали сверкать молнии, Роб стал искать укрытие. Однако узкий каньон с отвесными скалистыми стенами не предоставлял путникам для этого никакой возможности, и они продолжали ехать вперед. Нужно было выбраться из этого негостеприимного каньона, в котором невозможно укрыться от непогоды, и подыскать какое-нибудь подходящее убежище.

Хотя на Алисе была накидка, а шляпу она надвинула прямо на глаза, у нее появилось ощущение, что промокла насквозь. Однако Алиса упрямо говорила себе, что если мужчины могут продолжать путь, то сможет и она. Вздохнув, она еще крепче сжата вожжи и расправила плечи. Не может же этот ливень длиться вечно! Наверняка скоро кончится.

В этот момент прямо перед путниками сверкнула молния, а потом раздался оглушительный удар грома. Лошади испуганно заржали.

Вспышка молнии испугала и Спартанца. Он отпрянул в сторону. С трудом сдержав лошадь, Алиса попыталась ее успокоить.

— С тобой все в порядке? — крикнул Алисе Роб, видя, что Алиса едва справляется со своей лошадью.

— Да.

— Как только я найду безопасное место на каком-нибудь пригорке, мы остановимся! — снова крикнул Роб. Он был вынужден кричать, чтобы пробиться сквозь оглушающее громыхание грома и яростный шум воды.

И отряд поскакал дальше, сквозь бурю и мрак.

— Хорошо еще, что это не снежная буря, — заметил Браун, когда очередной порыв ветра едва не выбил их с Алисой из седел.

— И не говорите! — воскликнула Алиса. Она знала, какие в этой местности бывают свирепые зимы. Внезапный снегопад может оказаться для незадачливого путешественника роковым. — Но вы правы. Если уж выбирать между ливнем и снегом, то уж лучше ехать в ливень, — И она вымученно улыбнулась.

А между тем Джонсон продолжал напряженно озираться, не появится ли где-нибудь поблизости Кид.

— Может, Кид где-то рядом и ждет подходящего момента, чтобы напасть? — прошептал он Нэшу.

— Надеюсь, — ответил тот и, взглянув на Слейда, добавил: — Если бы эта скотина Слейд нас не предал, мы были бы уже далеко и нас не нужно было бы спасать.

Со Слейдом оба бандита в этот день не разговаривали. Они все еще злились на него за то, что он без всякого сопротивления выпустил из рук заложницу. Бандиты были твердо убеждены, что, угрожая убить ее, они добились бы для себя свободы.

— Это верно, — согласился Джонсон. — Интересно, догадывается ли Кид, какой трус этот Брэкстон?

Услышав, о чем они говорят, Слейд холодно взглянул на них:

— Интересно, догадывается ли Кид, насколько тупы его люди?

Нэш и Джонсон с обидой и ненавистью уставились на Слейда. Многое бы они сейчас отдали за револьвер!

— Мне гораздо интереснее было остаться в живых, чтобы потом снова предпринять попытку к бегству, чем быть застреленным шерифом, который уже держал меня на мушке. Эмерсон умный мужик. Он не стал бы вести с нами никаких переговоров. Ему это не нужно было.

— Но мы могли бы убить ее!

— Тогда Эмерсон со своими помощниками перестреляли бы нас, — заметил Слейд, поражаясь полному отсутствию у бандитов логики. Впрочем, он заранее знал, что, если отпустит Алису, они сочтут его трусом. Однако ему было на это глубоко наплевать. Главное, что Алиса осталась целой и невредимой.

— Может быть, — мрачно изрек Нэш.

— Не может быть, а точно. Мы были у них как на ладони. И хватит об этом! Нужно придумать какой-нибудь другой способ выбраться на свободу, — отрезал Слейд.

Услышав эти слова, бандиты взглянули на своего товарища уже с меньшим отвращением.

— И какой же способ ты придумал? — насмешливо спросил Слейда Джонсон в полной уверенности, что никакого плана у того нет.

— Пока никакого.

Бандиты презрительно фыркнули.

— Но обязательно придумаю.

— Не сомневаемся, — язвительно проговорили Джонсон с Нэшем и все свое внимание обратили на дорогу. Небо прорезала очередная яркая молния.

— Не похоже, чтобы скоро распогодилось, — сказал Роб Хоукинсу. — Льет как из ведра.

— Я думал, что к этому времени дождь уже прекратится, — заметил Хоукинс.

— Как там остальные?

Хоукинс бросил взгляд через плечо.

— Вроде не отстают.

— Это хорошо. Если нам повезет, скоро найдем какое-нибудь укрытие.

Река с шумом несла свои бурные воды. Алиса изо всех сил старалась не поддаваться панике. Хотя Спартанец по-прежнему вздрагивал при ярких вспышках молний, Алисе удавалось его сдерживать. Бывали случаи, когда этот жеребец становился упрямым как осел, но сегодня, несмотря на бурю, он вел себя вполне прилично и с ним можно было сладить.

Но в этот момент произошло нечто ужасное.

Внезапно прямо перед ними сверкнула молния. Лошадь Брауна, ехавшего впереди, испуганно попятилась и наткнулась на Спартанца. Не ожидая ничего подобного, жеребец испугался и бросился вперед, но, столкнувшись с лошадью Слейда, оступился и начал съезжать с тропинки по крутому берегу прямо в ревущий поток.

— Алиса! — в ужасе воскликнул Роб, увидев, что ее лошадь скатывается вниз, и бросился Алисе на помощь.

Спартанец изо всех сил старался выбраться обратно на берег, однако это ему никак не удавалось. Алиса пыталась хоть как-то успокоить испуганного жеребца, но все было тщетно. Девушка она была храбрая и редко теряла самообладание. Но тут Алиса, внезапно почувствовав, что сползает с седла, поняла, что сейчас свалится прямо в бушующие воды реки. В этот момент Спартанец еще раз рванулся вперед, и Алиса от неожиданности выпустила из рук вожжи. Чувствуя, что падает, она в отчаянии ухватилась за луку седла.

Слейд находился ближе всех от Алисы. Увидев, что происходит, он, не мешкая ни секунды, направил свою лошадь к краю обрыва.

— Держись! — крикнул он сквозь шум воды и громыхание грома.

Видя, что Слейд добрался до Алисы раньше его, Роб решил остаться на берегу, у самой кромки воды. Он понимал, что если полезет в воду, то вдвоем со Слейдом они не только не спасут Алису, но и могут потопить ее.

Подъезжая к Алисе, Слейд на чем свет стоит проклинал наручники. Если бы руки его были свободны, он схватил бы Алису за талию и спокойно перетащил на спину своей лошади. Но в наручниках ему было не так-то просто до нее дотянуться.

— Хватайся за меня! — крикнул он Алисе и, пришпорив своего заартачившегося жеребца, подъехал к самому краю обрыва и потянулся к Алисе.

Держась одной рукой за луку своего седла, Алиса попыталась схватить Слейда за руку. Но в этот момент Спартанца опять потянуло вниз, и он испуганно заржал, забился, пытаясь выбраться наверх, на тропу. Алиса не смогла дотянуться до Слейда. Теряя остатки самообладания, она вскрикнула от ужаса.

— Попробуй еще раз! — приказал Слейд.

В этот момент вновь вспыхнула яркая молния и раздался оглушительный удар грома. Спартанец испуганно попятился.

Алиса снова вскрикнула. Уже не чувствуя под собой седла, она в отчаянии ухватилась за луку.

Слейд понимал, что должен хоть что-то предпринять. Наклонившись вперед насколько было возможно, он попытался дотянуться до Алисы. Ему уже удалось схватить ее за руку, но в этот момент его лошадь испуганно отпрянула в сторону. Чтобы удержаться в седле, Слейд был вынужден выпустить руку Алисы. Он попытался ухватиться за луку своего седла, однако это ему не удалось.

— Нет! — закричала Алиса, видя, что Слейд падает прямо в ревущие воды реки.

В отчаянии она потянулась к нему, и ей даже удалось ухватить его за руку. Но, увы, течение оказалось слишком сильным. Вырвав Слейда из рук Алисы, оно увлекло его за собой.

В это момент лошадь Слейда, похоже, совсем обезумев, лягнула Спартанца. Тот дернулся, и Алиса, не успев ухватиться за луку седла, полетела в воду.

— Помогите! — закричала она, чувствуя, как мощное течение подхватило ее и понесло.

Роб, стоя на берегу, ясно видел все, что произошло. Он схватил веревку и бросил ее в воду, надеясь, что Алиса ухватится за ее конец и он сумеет вытащить ее на берег. Алиса и в самом деле попыталась ухватиться за веревку, но не дотянулась совсем чуть-чуть, а в следующее мгновение ее отнесло так далеко, что поймать веревку у нее уже не было никакой возможности.

Между тем Нэш с Джонсоном, видя, что шериф и его помощники всецело поглощены спасением судьи и до них им нет никакого дела, решили воспользоваться благоприятным моментом и удрать. Однако Хоукинс, видимо почувствовав это, обернулся к бандитам и направил на них револьвер. Он был сегодня не расположен терпеть их выходки.

— Только попробуйте двинуться с места, пристрелю! — рявкнул Хоукинс.

Схватив под уздцы лошадей Алисы и Слейда, которые без всадников благополучно выбрались на берег, Роб с Брауном поскакали по берегу, по пути пытаясь придумать, как спасти Алису и Слейда. Однако ничего подходящего не приходило им в голову, а между тем бурное течение относило несчастных все дальше и дальше. Шериф с помощником могли лишь наблюдать, как они то появляются на поверхности, то вновь скрываются под водой, наталкиваясь на массивные валуны и камни. Роб понимал, что в наручниках Слейд бессилен помочь самому себе, не говоря уж об Алисе.

Шериф вместе с остальными скакали вперед, стараясь не потерять Алису со Слейдом из виду. Больше всего они боялись, что не успеют их догнать. Так и случилось. Мощное течение относило Алису и Слейда все дальше и дальше, и вскоре их уже не было видно.


Течение понесло Слейда вниз по каменистому руслу реки. Весь в синяках и ссадинах, он отчаянно цеплялся за единственную надежду, что в конце концов сумеет каким-то образом подплыть к берегу и выбраться на сушу. Однако надежда эта с каждой секундой становилась все более и более призрачной: в наручниках он был совершенно беспомощен. Как Слейд ни старался плыть, у него ничего не получалось. Его неудержимо тянуло вниз, под воду, приходилось все силы тратить на то, чтобы держать голову на поверхности воды.

Борясь с течением, Алиса поплыла к Слейду. Она понимала, что он утонет, если она ему каким-то образом не поможет. Казалось, бурная река хотела утянуть Алису под воду. Она безжалостно толкала ее на острые камни, однако Алиса упрямо плыла, Никогда в жизни она не была так рада тому, что умеет плавать.

Сгущались сумерки, и Алиса уже с трудом различала в бурном потоке воды голову Слейда. Вот она в очередной раз скрылась под водой, и Алиса поняла, что нужно спешить. По счастливой случайности она оказалась рядом со Слейдом в тот момент, когда он появился на поверхности, ловя открытым ртом воздух. Казалось, у него больше не осталось сил на борьбу с течением.

Алисе хотелось крикнуть Слейду, что она здесь, с ним рядом, однако она не стала этого делать: нужно было беречь силы. Она и так почти их все потратила, пока плыла. Рванувшись к Слейду из последних сил, она только собралась схватить его за плечо, как течением его отнесло в сторону.

— Не нужно, — удалось выдавить ему из себя. — Я только утащу тебя на дно… ~

Не обращая внимания на его слова, Алиса снова поплыла к Слейду. На этот раз ей удалось схватить его за рубашку. Течение потянуло их обоих на дно, однако Алиса, барахтаясь изо всех сил, выплыла на поверхность. Задыхаясь и отплевываясь, стараясь держать голову над водой, она крепко обхватила Слейда рукой за шею и поплыла к берегу.

— Двигай ногами, если сможешь, — с трудом проговорила она.

Однако течение не выпускало Слейда с Алисой из своих цепких объятий. Как они ни старались, их несло по реке с головокружительной скоростью, и вскоре темнота наступающей ночи поглотила несчастных…


Роб решил, что Алиса со Слейдом погибли, и горю его не было предела. Настала ночь, и они с Брауном, прекратив бесплодные поиски, вернулись к Хоукинсу, по-прежнему не спускавшему глаз с заключенных. Мысленно Роб молил Бога о том, чтобы он помог несчастным спастись, однако ни в какое спасение не верил и опасался самого худшего.

— Где они? — крикнул Хоукинс, когда Роб с Брауном подъехали к нему. Сам он вместе с бандитами следовал за ними на некотором расстоянии, чтобы помочь им в случае необходимости.

Дождь все не прекращался. Небо заволокло темными тучами, и было темнее, чем обычно.

— Мы не смогли их догнать. Боюсь, они погибли, — ответил Роб, подъезжая к Хоукинсу.

Тот смотрел на шерифа во все глаза, не в силах поверить в случившееся. Высоко в небе сверкнула молния, напомнив членам поредевшего отряда о том, что буря не прекращается.

— Давайте выбираться отсюда. Может, Алисе удалось добраться до берега ниже по течению, и мы отыщем ее утром, — проговорил Хоукинс, не желая верить в то, что она могла утонуть.

Браун недоверчиво взглянул на него:

— При таком течении? Да ты что! Наверное, она уже утонула. И Брэкстон тоже.

Нэш и Джонсон промолчали. Хотя они и считали Слейда трусом, все же оба надеялись, что он остался жив. Хорошо бы у него хватило ума не показываться до поры до времени. Пусть помощники шерифа, да и он сам, считают его мертвым. А когда наступит подходящий момент, он придет своим товарищам на выручку. Что же касается судьи, они очень надеялись, что она утонула. Туда ей и дорога! Именно такой смерти она и заслуживает. А им ее смерть только на руку: одним револьвером меньше.

Под проливным дождем маленький отряд снова двинулся в путь. Бандитам очень хотелось, чтобы Эмерсон поскорее нашел место для привала. Они считали, что на сегодняшний день впечатлений у них у всех больше чем достаточно.


Алиса изо всех сил плыла в ту сторону, где, как ей казалось, находится берег. Ноги у нее были сплошь исцарапаны об острые камни, она почти ничего не различала в темноте, и силы ее были на исходе. Время от времени течение норовило утянуть ее под воду, однако ей каким-то непостижимым образом удавалось оставаться на поверхности. Вцепившись в Слейда, она отчаянно боролась, пытаясь спасти его и себя. Она не хотела такой смерти!

Внезапно впереди показались неясные очертания большого валуна. Злость придала Алисе сил. Чтобы ухватиться за камень, пришлось на секунду отпустить Слейда. Однако крепко держась одной рукой за спасительный валун, Алиса другой поймала за рубашку Слейда, как раз в тот момент, когда его уже стало относить течением в сторону. Последний отчаянный рывок — и вот она уже подтащила Слейда к себе, подальше от губительного течения.

Алиса рухнула на камень. Тело ее оставалось до пояса в воде, и она по-прежнему старалась удержать голову Слейда над водой. Она понимала, что если Слейд придет в себя, то может попытаться напасть на нее, однако в данный момент ей было на это наплевать. Она слишком устала, чтобы бороться — с рекой или с бандитом.

От холодной воды у Алисы занемело все тело, но она была даже рада тому, что ничего не чувствует. Она понимала, что, как только наступит рассвет, а с ним придет новый день, покрытое ссадинами тело будет нестерпимо болеть. Но сейчас это было не важно. Она спаслась сама и спасла Слейда. Этого было достаточно.

Долго лежала Алиса на камне, пытаясь прийти в себя. Наконец дрожь начала сотрясать все ее тело, и она поняла, что ей необходимо выбраться из воды на сухое место, иначе последствия будут самыми плачевными. Она побрела к берегу, волоча Слейда за собой. Это оказалось не таким уж простым делом. Слейд был огромным, и, чтобы подтащить его к берегу, пришлось приложить много сил, которых уже почти не осталось. Однако Алиса не сдавалась и, только вытащив Слейда на скалистый берег, рухнула рядом, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой.

Сознание возвращалось к Слейду медленно. Последнее, что он ясно помнил, — это как кричала Алиса, падая с лошади в реку. Смутно припомнилось, как он попытался дотянуться до нее, но, не удержавшись в седле, тоже упал в воду, стукнувшись головой о валун. После этого Слейд ничего не помнил, но, судя по самочувствию, схватку с валуном он проиграл.

Слейд никак не мог понять, почему остался жив. С таким сильным течением ему не доводилось бороться никогда в жизни. И тем не менее он не погиб. В этом Слейд не сомневался, ведь если бы он умер, то не испытывал бы сейчас такой боли. Все его тело ныло так, словно по нему прошлись дубинкой. Голова раскалывалась. Слейд попытался дотронуться до нее рукой, но что-то мешало. Взглянув на свои руки, Слейд заметил, что они скованы наручниками. Морщась от боли, он коснулся лба руками, а когда отнял руки ото лба и взглянул на них, то увидел, что они все в крови. Похоже, схватку с валуном он действительно проиграл.

Слейд попытался сесть, недоумевая про себя, как это ему удалось добраться до берега и остаться в живых. Было темно, шел дождь, хотя уже не такой сильный, как прежде. Впрочем, после купания в реке на нем и так сухой нитки не осталось. Пытаясь сесть, Слейд почувствовал, как голова у него закружилась, а тело пронзила острая боль. И в этот момент он увидел Алису.

Она лежала с ним рядом так тихо, что Слейду даже показалось, будто она умерла.

— Алиса… — тихонько позвал он.

Она не отвечала, и тогда Слейд пополз к ней, хотя каждое движение давалось ему с трудом.

В кромешной тьме Слейд никак не мог понять, жива Алиса или нет. Он склонился над ней, пытаясь определить, дышит ли она. В этот момент он забыл обо всем: и о том, что все считают его матерым бандитом, даже шериф в этом убежден, вот насколько безупречна его легенда; и о том, что его собираются отдать под суд за преступления, которых он не совершал. Он думал только об Алисе, о том, что ей плохо и он должен помочь ей.

Опустившись рядом с Алисой на колени, Слейд осторожно откинул с ее лица прядь мокрых волос и легонько прикоснулся к кровоточащей на бледном лбу ссадине. Наклонившись к самому лицу Алисы, он прошептал:

— Алиса…

— Что? — раздалось в ответ.

Алисе показалось, что откуда-то издалека до нее доносится голос Слейда. Она пошевелилась и открыла глаза: над ней склонился Слейд.

Радость заполнила его, когда он понял, что Алиса приходит в себя. Однако уже через секунду Слейд почувствовал, как в ребра ему уткнулось дуло револьвера.

— Назад! — хрипло проговорила Алиса и для большей убедительности еще сильнее уперлась дулом револьвера Слейду в грудь.

Слейд послушно уселся рядом с Алисой.

— Ты жива…

— Что, собираешься меня прикончить? — язвительно бросила она.

Слейд устало подпер голову руками. К горлу вдруг подступила страшная тошнота: похоже, воды он наглотался порядочно.

— Ну что ты, я волновался за тебя.

Алиса хотела засмеяться, но сил на это не было.

— Тебе ли обо мне беспокоиться!

Слейд промолчал. Ему и говорить-то было трудно, а уж спорить и подавно.

Алиса села, не выпуская из рук револьвера, готовая, если вдруг Слейду вздумается напасть на нее, дать ему достойный отпор. Она не могла понять, какая злая сила свела ее один на один с этим человеком — бандитом и убийцей, виновником смерти ее отца, но именно это и случилось. Впрочем, если хорошенько подумать, сама во всем виновата, решила Алиса. Заставила Роба взять ее с собой, убедив, что готова ко всяким трудностям. Однако до сих пор только и делала, что пасовала перед ними. Но теперь настало время доказать, что и она на что-то способна. Она это сделает — приведет бандита Брэкстона к Робу!

Алиса понимала, как тяжело ей будет, однако решила пока не думать об этом. Сейчас было слишком темно, чтобы куда-то двигаться. Вот наступит день, тогда можно будет осмотреться и решить, в какую сторону направиться. А пока предстояло в сырой одежде на берегу провести темную и бессонную ночь, не спуская глаз с бандита Брэкстона.

— Нужно найти подходящее место, чтобы переждать ночь, — проговорила Алиса.

Она заставила себя встать и при этом покачнулась. Алиса была рада, хотя и не хотела в этом признаваться, что Слейд выглядел еще более плачевно, чем она сама. Похоже, здорово ему досталось. Если бы он вышел из поединка с рекой целым и невредимым, ему бы не составило большого труда наброситься на нее, Алису, и отнять у нее револьвер. Однако бурная река хорошенько потрепала его, так что теперь Слейд находился не в лучшей форме, и Алиса могла лишь благодарить за это Господа. Вообще-то сердце у нее было доброе, и она никогда никому не желала зла, но сейчас при виде полуживого Слейда со скованными руками у нее стало спокойнее на душе.

— Ты не снимешь с меня эти проклятые наручники? — спросил Слейд, пристально вглядываясь сквозь тьму в лицо Алисы. Оно было мрачным и решительным. — Как я понимаю, нет.

— А ты умнее, чем я думала, — насмешливо бросила Алиса.

— Сочту твои слова за похвалу.

— Это как тебе заблагорассудится. Поднимайся и пошли. Нечего сидеть здесь под дождем. Нужно поискать какое-нибудь укрытие.

Слейду пришла в голову мысль попытаться отнять у Алисы револьвер, однако поразмыслив немного, он отказался от нее. Нервы у Алисы после всего пережитого взвинчены до предела. Еще чего доброго, выстрелит и ранит его. А он и так чувствует себя настолько плохо, что хуже и не придумаешь.

Глава 7

Алиса и Слейд шли берегом реки. Слейд впереди, Алиса — следом, с револьвером в руке. Дождь лил не переставая, и идти было нелегко. Измученная, ослабевшая, вся покрытая синяками и ссадинами, Алиса едва держалась на ногах, однако не выпускала из рук оружия. Она не доверяла Слейду и не собиралась давать ему ни единого шанса удрать.

— Похоже, здесь мы сможем укрыться от дождя, — бросил Слейд через плечо, когда они прошли уже довольно значительное расстояние. Впереди виднелось нечто напоминавшее вход в пещеру.

Алиса направилась следом за Слейдом к убежищу. Это оказалась не пещера, а просторное углубление в скале. Алиса обрадовалась, что наконец они со Слейдом могут укрыться от непогоды.

— Давай я пойду первым и посмотрю, не сидит ли там какой-нибудь зверь, — предложил Слейд.

— Не забудь только, что у меня в руках револьвер и в случае чего я не побоюсь им воспользоваться, — бросила Алиса. Она хорошо помнила слова Роба о том, какой Брэкстон хитрый, и не собиралась дать ему себя провести.

Поняв, что Алиса ему не доверяет, Слейд нарочно двинулся вперед осторожно, не желая пугать ее резкими движениями. Чтобы проникнуть в найденное им убежище, ему пришлось согнуться в три погибели и почти вползти туда. Оно оказалось не очень глубоким, но Слейд был рад и этому. Все лучше, чем брести по каменистой местности, да еще под проливным дождем.

— Заходи, — позвал он Алису, убедившись, что никаких пресмыкающихся и зверей, которым не понравилось бы бесцеремонное вторжение в их владения, в пещере нет.

— Хорошо. Но ты отойди-ка подальше в сторону, чтобы мне было спокойнее.

Увидев, что Слейд выполнил ее просьбу, Алиса забралась в укрытие. Слейд уже сидел, прислонившись спиной к скале. Алиса уселась поближе к выходу и подальше от Слейда, чтобы, в случае если он надумает внезапно броситься на нее, успеть выстрелить.

— Никогда не думала, что сидеть на голых камнях так приятно, — проговорила Алиса, глубоко вздохнув и позволив себе немного расслабиться.

— По крайней мере здесь сухо, — попытался улыбнуться Слейд, однако одного этого оказалось достаточно, чтобы сильно заболела голова, и он крепко стиснул зубы, пытаясь унять пульсирующую боль.

— Будем надеяться, что дождь сюда не попадет.

— Это бы уже давным-давно случилось. Так что посидим в тепле и сухости до конца ночи. Единственное, что остается, — это устроиться поудобнее и немного поспать до начала нового дня.

— Вот и давай, — проговорила Алиса и поерзала, боясь заснуть. Она еще крепче сжала рукоятку револьвера.

— Непременно это сделаю, — сказал Слейд и тоже поерзал, но в отличие от Алисы принимая позу поудобнее. — Прошлой ночью я глаз не сомкнул. Нэш с Джонсоном были очень расстроены тем, что нам не удалось сбежать, да и не очень-то поспишь, когда скован и связан.

— Иногда жизнь бывает не так хороша, как хотелось бы, — проговорила Алиса, думая о том, что Слейд сам виноват во всех этих неудобствах: если бы он не был преступником, он вообще не сидел бы сейчас в этой пещере, а находился бы где-нибудь совсем в другом месте.

Она замолчала и занялась волосами. Ей хотелось, чтобы они высохли побыстрее. Пожалев о том, что у нее нет расчески, Алиса кое-как расчесала волосы пальцами. Она понимала, что мечта об обычной расческе неосуществима, равно как и мечта о горячей ванне.

Слейд уже собрался закрыть глаза, чтобы попытаться заснуть, но при виде золотистых волос Алисы почувствовал, что не в силах отвести от нее взгляда, все смотрел и смотрел на нее во все глаза. Вместо суровой женщины судьи с револьвером в руке перед ним сидела обворожительная девушка, та самая, которую он еще совсем недавно, во время танцев, держал в объятиях.

— Тебе нужно всегда носить волосы распущенными, — заметил он.

Алиса пропустила его слова мимо ушей.

— Тебе так очень идет.

И опять Алиса промолчала. Она решила не реагировать ни на слова, ни на поступки этого человека.

— Почему ты не вышла замуж? Слишком усердно изучала право, да так и не заметила, что превращаешься в старую деву? — нарочно поддел ее Слейд.

Алиса возмущенно ахнула.

— А вот это не твое дело! Захочу быть старой девой и буду!

— Жаль.

— Я думала, ты собираешься лечь спать, — сдержанно проговорила Алиса, желая показать Слейду, что не намерена больше с ним разговаривать.

Слейд это понял и усмехнулся.

— Я это и сделаю, но сначала мне хотелось бы кое-что тебе рассказать. — Он сел и слегка пододвинулся к Алисе.

Одного этого движения оказалось достаточно, чтобы она насторожилась и, бросив на Слейда холодный взгляд, прицелилась прямо ему в грудь.

— Что именно?

Делая вид, что не замечает наведенного на него револьвера, Слейд взглянул Алисе прямо в глаза и проговорил:

— Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты спасла мне жизнь. Думаю, для тебя было бы гораздо легче бросить меня в реке и дать мне утонуть. Никто не стал бы лить по мне слезы. Все бы только обрадовались тому, что я погиб.

— Я в этом не сомневаюсь.

— Что ж, спасибо тебе.

Алиса напряженно думала, что же Слейд такое замышляет. Она не сомневалась в том, что он собирается сделать ей какую-нибудь гадость, а сейчас изо всех сил старается усыпить ее бдительность.

— Ты жив и здоров, так что советую тебе не заставлять меня раскаиваться в том, что я тебя спасла.

«Да, с характером девушка», — подумал Слейд и улыбнулся Алисе, однако она не ответила на улыбку.

— Что бы подумал твой отец, узнай он, что ты попала в такую переделку?

При упоминании об отце Алиса вышла из себя:

— Не смей говорить о моем отце! Ты не достоин даже упоминать его имя!

Слейд прекрасно понимал, почему Алиса сердится, но ему хотелось узнать больше.

— Что он был за человек?

— Не тебе чета! — холодно отрезала Алиса, прицеливаясь Слейду прямо в сердце. — И потом, какое тебе дело до моего отца? Ведь именно ты его убил.

Слейд взглянул Алисе прямо в глаза:

— А если я скажу тебе, что не убивал его и что свидетель врет?

— Тогда я тебе отвечу, что шериф прав: ты и в самом деле отъявленный негодяй.

— Но ведь я говорю тебе правду! Почему ты мне не веришь?

— Послушай, я такая же сторонница справедливости, каким был и мой отец. Законы для того и существуют, чтобы их исполнять. Есть свидетели, которые видели, как ты вместе с другими бандитами грабил банк. Один свидетель видел, как ты хладнокровно застрелил моего отца. На основании этих свидетельских показаний, представленных на слушании, я обязана была передать дело в суд. А теперь уж пусть судья и присяжные решают, кто лжет, а кто говорит правду.

Слейд с минуту помолчал, размышляя, стоит ли, пока они с Алисой одни, воспользоваться случаем и рассказать ей всю правду о себе. Ведь другой возможности у него может и не быть. Он не сомневался в том, что шериф со своими помощниками в данный момент прочесывают местность в поисках его и Алисы. И если они их найдут, никакого разговора уже не получится. Не говорить же об этом в присутствии Нэша и Джонсона! Кроме того, Слейд не был уверен, что Кен успеет спасти его от виселицы. Требовалось срочно найти человека, который отправил бы в Денвер телеграмму с сообщением о том, что произошло в Блэк-Спрингсе. И он надеялся, что человеком этим станет Алиса.

— Если ты так любишь справедливость, ты выслушаешь то, что я тебе хочу сказать.

Алиса холодно взглянула на Слейда, ожидая, что он скажет дальше.

— Я пытался рассказать твоему драгоценному шерифу правду, когда меня привели к нему на допрос, но он мне не поверил. Единственное, чего я добился своей откровенностью, так это того, что он меня избил. Теперь попытаюсь рассказать тебе. Так вот, я не тот, за кого ты меня принимаешь.

Алиса возмущенно ахнула. Она не ожидала такой наглости. Отплатить за то, что она спасла ему жизнь, очередной гнусной ложью!

— Можешь не продолжать, Брэкстон. Я все о тебе знаю!

— Что ты знаешь? — спросил Слейд.

— Знаю, что ты подлый врун.

— Послушай меня! — крикнул Слейд, прерывая ее. — Я секретный агент Пинкертона.

— Как же! — усмехнулась Аписа. Нет, какой лгун! Это же надо такое придумать!

— Отделение, в котором я работаю, находится в Денвере. Пошли туда телеграмму, и тебе подтвердят, что я говорю правду.

— Как ты смеешь продолжать врать! — возмутилась Алиса.

— А как вы со своим драгоценным шерифом смеете отмахиваться от правды? — выпалил Слейд. — Единственное, о чем я просил Эмерсона, — это послать в Денвер телеграмму. А он отказался это сделать!

— Он тебе не поверил, потому что знает, что ты за тип!

Алиса смотрела на Слейда, недоверчиво качая головой. Значит, все, что Роб говорил ей о нем, правда. Теперь она была рада, что им с Робом удалось поговорить о Брэкстоне и он успел предупредить ее, чтобы она не верила ни единому его слову. Будь она подоверчивее, она бы даже не усомнилась в том, что Слейд говорит правду, да еще и пожалела бы его. А ведь как убедительно он врет! Роб и об этом ее предупреждал. Говорил, что такие подлые убийцы, как Брэкстон, обычно из кожи вон лезут, чтобы вызвать к себе жалость, и Брэкстон это только что доказал.

— Ты совершенно права! Я врун! А как иначе мне было проникнуть в эту банду и убедить такого матерого бандита, как Дакота Кид, что я просто незаменимый для него человек!

Алису потрясли его слова, однако она по-прежнему отказывалась верить в то, что Слейд секретный агент.

— Ты сам только что признался в том, что ты врун!

— Черт тебя подери, женщина! — взорвался Слейд. Ну как же доказать, что он и в самом деле не тот, за кого себя выдавал, когда никто не желает его слушать! — Я долгие месяцы работал над тем, чтобы головорезы из банды Дакоты Кида были наконец арестованы, и почти достиг цели. И вот теперь благодаря твоему замечательному шерифу все мои труды насмарку!

— Я понимаю, почему ты так на него злишься! Ведь он тебя арестовал! — выпалила Алиса.

— Меня, но не Кида!

Алиса ничего не ответила на это справедливое замечание, уверенная, что Слейд водит ее за нос.

Подождав, что она скажет, и не дождавшись, Слейд продолжал:

— Послушай, Алиса, все, о чем я тебя прошу, это, когда мы приедем в Грин-Ривер, дать телеграмму в Денвер. Моего начальника зовут Кен Ричардс.

Алиса холодно улыбнулась:

— А знаешь, ты так убедителен в своем гневе. Хорошо, что шериф Эмерсон предупредил меня не верить ни единому твоему слову. Он говорил мне, какой ты опасный бандит.

Слейд почувствовал, что сейчас не выдержит и взорвется, однако заставил себя говорить спокойно:

— Ты должна понять, что агентству потребовалось много месяцев, чтобы создать мне достоверную и надежную легенду. Делалось это для того, чтобы я смог проникнуть в банду. Я должен был выяснить, кто из железнодорожных служащих является осведомителем банды Дакоты Кида и помогает им грабить поезда. И вот когда я уже был почти у цели, Эмерсон напал на нас в каньоне и захватил в плен.

— Шериф Эмерсон прекрасно знает свое дело. Он не собирался дать убийцам моего отца улизнуть.

— Если он и в самом деле такой прекрасный шериф, почему он не поверил, что я сказал ему правду?

— Потому что правда заключается в том, что ты убил человека. А то, что ты какой-то там секретный агент, — сказочка для малолетних детей.

— Ну как мне убедить тебя, что я говорю правду?! — Слейд сорвался на крик, однако Алиса его не очень-то испугалась. С оружием она чувствовала себя в полной безопасности.

— Никак. Есть свидетель, который видел, как ты застрелил моего отца.

— Твой свидетель ошибается! — Слейд порывисто подался к Алисе, не обращая внимания на ее револьвер. — Неужели ты не понимаешь, что с тех пор, как мы выбрались на берег, я уже сто раз мог бы вырвать у тебя револьвер? Но я даже не попытался это сделать! Неужели думаешь, что если бы на моем месте оказался Нэш или Джонсон, они стали бы с тобой церемониться? Да ты уже была бы трупом! Послушай меня! Я секретный агент Пинкертона и так же, как и вы с Эмерсоном, хочу поймать Дакоту Кида.

Встретив взгляд Слейда, полный яростного огня, Алиса на секунду замерла, пораженная, но, опомнившись, еще крепче сжала в руке револьвер.

— Назад!

— Неужели ты настолько меня ненавидишь, что даже на секунду не можешь допустить, что я говорю тебе правду? — Слейд наклонился к Алисе, пристально глядя ей в глаза.

— Я тебе не доверяю, — сдержанно проговорила она, не смея отвести взгляд.

— Когда мы приедем в Грин-Ривер, пожалуйста, пошли телеграмму в Денвер, — проникновенным голосом проговорил Слейд. — Все, о чем я тебя прошу, это рискнуть.

И он пододвинулся к Алисе еще ближе. В душе ее всколыхнулись самые противоречивые чувства. Первым побуждением было выстрелить в Слейда, но она отчего-то не решалась нажать на курок. То, что ей говорили о Слейде, никак не вязалось с его недавними поступками. Еще вчера, на привале, он не стал брать ее в заложницы, а отпустил, да еще предупредил, чтобы пригнулась, когда будет бежать к Робу, а то, чего доброго, в нее может угодить пуля. И сегодня утром, когда она скатывалась вместе с лошадью в реку, он, рискуя собственной жизнью и в итоге чуть не потеряв ее, первым пришел к ней на помощь. Да и сейчас ему, по его собственным словам, ничего не стоило ее разоружить, но он даже не попытался это сделать… Алиса заколебалась, глядя на Слейда, и во взгляде ее отразились все ее сомнения и страхи.

— Верь мне, Алиса, — прошептал Слейд хрипловатым голосом. Видя замешательство Алисы, он решил им воспользоваться. Медленно преодолев последнее разделявшее их расстояние и не обращая внимания на крепко зажатый в руке револьвер, он наклонился и прильнул к губам Алисы.

Аписа была ошеломлена. Почувствовав прикосновение губ Слейда, таких знакомых с той памятной ночи на танцах, она приглушенно вскрикнула. Хотя она понимала, что это безумие, но на какой-то короткий миг ей захотелось, чтобы этот блаженный поцелуй никогда не кончался. На мгновение она снова почувствовала, что скользит на танцплощадке в объятиях таинственного незнакомца. Она мечтала о том, чтобы это длилось всю оставшуюся жизнь.

С той самой ночи, памятной и для Слейда, он жаждал поцеловать Алису еще раз. Ему не терпелось узнать, действительно ли он ей настолько безразличен, как она пытается показать, действительно ли она не испытывает к нему никаких чувств, кроме жажды мщения. Но когда он ощутил сладостное прикосновение губ Алисы, он почувствовал, что она отвечает на его поцелуй. Какое счастье! Значит, он ей небезразличен, она испытывает к нему какие-то чувства!

И в этот момент Слейд почувствовал, как в самую интимную часть его тела уперся холодный ствол револьвера.

— А ну-ка отодвинься от меня, Брэкстон, а то перестанешь быть мужчиной! — сказала Алиса. У нее тряслись руки, настолько ей хотелось привести свою угрозу в исполнение. Бешеная злость на Слейда и на саму себя за то, что поддалась своей слабости, обуяла Алису. Этот человек убил ее отца! Да как она может забыть об этом хотя бы на минуту, да еще позволить ему себя целовать!

Слейд медленно отодвинулся. Испытующе взглянул Алисе в лицо, надеясь увидеть хотя бы искорку понимания, но увидел только злость.

— Это не тот способ, чтобы заставить меня тебе поверить! — выкрикнула Алиса и вытерла рот тыльной стороной ладони, чтобы стереть даже воспоминание о сладостном поцелуе. — Ты очень опасный человек, Брэкстон, и понесешь наказание за убийство, уж я об этом позабочусь.

Слейд взглянул на Алису, потом на револьвер, который она снова решительно наставила на него, и, ничего не сказав, отодвинулся от нее и сел, прислонившись спиной к скале.

Предстояла длинная тоскливая ночь.


Роб провел эту ночь в укрытии, которое нашел со своими помощниками. Беспокойство за Алису не покидало его. Воображение рисовало ему самые ужасные картины: вот Алиса лежит вся израненная на берегу реки и тихонько стонет от боли; вот Слейд, отняв у нее револьвер, хладнокровно застрелил ее, и теперь спешит на выручку своим товарищам бандитам; вот оба они, и Слейд, и Алиса, исчезают в бушующей реке, и теперь уже никогда не найти их тела…

— С тобой все в порядке? — спросил Хоукинс, заметив, что его шеф смотрит во тьму невидящим взглядом.

— Как я ненавижу этих мерзавцев! — воскликнул Роб. — Всех до единого!

— Знаю, — согласился Хоукинс. — Таких подонков, как в этой банде, мне еще не доводилось встречать.

— Я очень беспокоюсь за Алису. Молю Бога, чтобы она осталась жива, но… — Роб покачал головой, выражая тем самым всю свою надежду и беспомощность.

— Если она жива, мы найдем ее, — попытался ободрить его Хоукинс.

— А если нет… Как я скажу Лоретте? Сначала Джон, потом старшая дочь…

— Уже почти рассвело. Небо посветлело. Мы можем прямо сейчас отправиться на поиски.

— Надеюсь, что мы найдем Алису, и найдем скоро.

— Я тоже на это надеюсь.

— Чем быстрее мы доберемся до Грин-Ривер и посадим этих бандитов за решетку, тем меньше шансов дадим Киду их освободить.

— Пойду поднимать остальных, — сказал Хоукинс и встал.

Позавтракали наскоро всухомятку. Нэш с Джонсоном громко выражали недовольство по этому поводу, однако шериф и его помощники не обратили на их жалобы никакого внимания.

После завтрака Роб с Хоукинсом принялись осматривать берега реки в поисках Алисы и Слейда, а Браун не спускал глаз с бандитов. Однако поиски оказались безрезультатными. Сильное течение могло отнести Алису со Слейдом очень далеко. Час шел за часом, и Роб с Хоукинсом уже почти не сомневались в самом худшем: скорее всего они их так никогда и не найдут.


— Уже рассвело, Брэкстон. Пошли, — сказала Алиса, заметив, что небо на востоке посветлело. Она первой вылезла из укрытия и, ожидая, пока Слейд последует ее примеру, внимательно огляделась вокруг.

Ночью Слейду удалось немного поспать. Тем не менее он все еще никак не мог прийти в себя от происшествий последних дней, и настроение у него было отвратительное.

— Куда? — угрюмо бросил он.

— Назад к реке. — Алиса махнула револьвером в сторону реки. — Нужно найти место, где можно было бы перейти реку вброд. Нам крупно повезло, вода уже спала.

Слейд кивнул и первым направился к берегу. Алиса последовала за ним. Она чувствовала себя смертельно уставшей и разбитой, однако решила не поддаваться слабости. Нужно идти вперед.

Глядя на Слейда, шагавшего впереди, Алиса вспомнила события прошлой ночи и почувствовала, как ее снова охватывает злость. Насмешки Слейда насчет того, что он при желании запросто мог бы отнять у нее оружие, были особенно обидными. Неужели она и в самом деле кажется настолько беззащитной? Похоже, что да.

Оттого, что Слейд считает ее слабой и беззащитной, настроение Алисы еще более ухудшилось. Наверное только поэтому он и полез к ней с поцелуями. Решил, похоже, что жалкая, изголодавшаяся по любви старая дева будет счастлива любому, даже мимолетному мужскому вниманию. Да как он только смеет так думать! Нужно было все-таки его пристрелить.

Глядя на Слейда, Алиса не могла не признать, что он довольно привлекательный мужчина, хотя красота его несколько грубоватая. Она вспомнила, как, впервые увидев его на танцах, почувствовала к нему непреодолимое влечение. Но это было до того, как она узнала, кто он такой на самом деле, поспешила успокоить себя Алиса.

Все его речи о том, что он секретный агент, подтверждают правоту Роба: Слейд Брэкстон — подлый грабитель и убийца. Да и свидетель на слушании дела дал показания, что видел, как Слейд застрелил ее отца. Так что какие бы сказки Брэкстон про себя ни рассказывал, он виновен во всех преступлениях, в которых его обвиняют, в этом Алиса была твердо убеждена.

И все-таки в глубине души у нее сидело крохотное сомнение в справедливости своей оценки бандита и убийцы Слейда Брэкстона, и это выводило Алису из себя. Неужели этот человек умеет так хорошо лгать, что даже она, женщина, гордившаяся своим умом и умением логически мыслить, усомнилась в его виновности?

А поцелуй… Что побудило Слейда ее поцеловать и отчего она никак не может забыть этот поцелуй?

Все эти противоречивые мысли заставляли Алису злиться на саму себя, но она была этому только рада: злость придавала ей сил и заставляла двигаться вперед. Не спуская глаз со спины Слейда, она шла за ним следом. До сих пор никаких следов Роба и его отряда они не обнаружили, и Алиса с ужасом думала, что если вскоре они не отыщут отряд, она свалится с ног от усталости. Этой ночью она не сомкнула глаз, и ей было просто необходимо хоть немного поспать. Но как это сделать, если нужно следить за Слейдом?

Выбор у Алисы был невелик. Она могла выстрелить в воздух, быть может, Роб или кто-то из его отряда ее услышит. Но это в том случае, если они находятся неподалеку. А если нет, то она только зря истратит патрон, а ей их необходимо беречь, мало ли что случится.

Кроме того, Алиса понимала, что, к сожалению, не только Роб, но и Дакота Кид может услышать ее выстрел, а этого она допустить не могла. Нельзя так рисковать. Оставалось лишь надеяться на то, что они со Слейдом найдут Роба, и найдут скоро.

— Давай ненадолго остановимся! — крикнула она Слейду, чувствуя, что очень устала.

Не удосужившись даже ответить, он отыскал тень и уселся, радуясь возможности отдохнуть. Возвращаться обратно к шерифу и его помощникам Слейду не очень-то хотелось. Он понимал, что чем позже он и Алиса воссоединятся с отрядом, тем больше времени будет у Кена Ричардса для того, чтобы узнать о том, что произошло в Блэк-Спрингсе, и добраться до Грин-Ривер, где должен состояться суд. Понимал Слейд также и то, что чем дольше они с Алисой проведут в пути, тем больше времени будет у Кида, чтобы придумать какой-то способ освободить своих людей.

Слейда не очень-то радовала перспектива быть освобожденным Кидом, однако быть повешенным нравилось ему еще меньше. А в последнее время события развивались таким образом, что именно к этому все и шло.

Слейд взглянул на Алису. Ему очень не хотелось снова затрагивать эту тему, однако выбора у него не было.

— Ты подумала над тем, что я тебе ночью рассказал? Алиса бросила на него холодный взгляд.

— Ты пошлешь телеграмму?

— Если шериф Эмерсон отказался это сделать, думаю, у него были на то причины. Я с ним целиком и полностью согласна.

— А я-то думал, что ты умная, здравомыслящая женщина, которая на все имеет собственное мнение, — поддел Алису Слейд.

Услышав эти слова, Алиса с трудом сдержалась, чтобы не вспылить, и с достоинством ответила:

— В проницательности тебе явно не откажешь. Я и в самом деле такая. Но это ничего не меняет. Я не вправе решать твою судьбу. Это сделают судья и присяжные.

— Но ведь они не узнают правду, если ты не отправишь телеграмму в Денвер!

Слейд настолько разозлился, что чуть не бросился на Алису, чтобы выхватить у нее револьвер. Пускай стреляет в него, если хочет. Лучше уж быть раненым и свободным, чем без единой царапины и повешенным. Он уже готов был это сделать, как вдруг издалека послышался голос Роба:

— Алиса! Алиса!

Слейд почувствовал, как надежда избежать повешения стала еще призрачнее.

— Роб! Сюда! Мы здесь! — закричала Алиса и кинулась в ту сторону, откуда донесся голос.

Какое счастье! Роб нашел их! А она уж думала, что этого никогда не случится. У Алисы словно камень с души свалился. Она чувствовала, что Брэкстон что-то замышляет, так что Роб подоспел как раз вовремя.

А Роб уже спускался на лошади с холма. Не доезжая до Алисы, он спешился и, подбежав к ней, порывисто заключил ее в объятия.

— Слава тебе, Господи! Ты жива! — воскликнул Роб, прижимая Алису к себе.

— Спасибо, что нашел меня, — проговорила Алиса, прижимаясь к нему. Наконец-то она почувствовала себя в безопасности.

— Ну что ты, Алиса! Я бы никогда тебя не бросил. Но как тебе удалось выбраться из реки? А Брэкстон? Где он? Погиб?

— Я здесь, Эмерсон, — проговорил Слейд, подходя к нему. Он мог бы сбежать, пока Алиса с Робом радовались встрече, но не видел в этом никакого смысла, а вот разбить милующуюся парочку ему очень хотелось. Видеть Алису в объятиях шерифа Слейду было неприятно.

Легонько отстранив Алису от себя, Роб взглянул на бандита и, заметив у него на лбу ссадину, спросил: — Ты не очень сильно пострадал?

— Судья Мейсон оказалась настолько любезна, что вытащила меня из реки. Если бы не она, я бы утонул.

— Когда приедем в город, покажем тебя врачу. Слейд невесело рассмеялся:

— А зачем? Все равно через несколько дней со мной все будет кончено.

— Ладно, поехали, — раздраженно бросил Роб. — Остальные ждут вон за тем холмом.

Слейд направился в ту сторону, куда указал Роб. Он не стал дожидаться, пока ему дадут лошадь. Шел же он до сих пор пешком, пройдет и еще пару миль.

— Я так рад, что нашел тебя, — сказал Роб Алисе, вновь подходя к ней. — Я так волновался. Боялся, что ты…

Не договорив, он коснулся рукой ее щеки, восхищенно глядя на ее распущенные по плечам восхитительные волосы.

— Я тоже этого боялась, — призналась Алиса, прерывисто вздохнув. — Я всю ночь не сомкнула глаз, стерегла Брэкстона, и понимала, что надолго меня не хватит.

— Ты просто молодчина! — похвалил ее Роб. — Уверен, ни одна женщина не способна сделать то, что сделала ты. Подумать только! Спаслась сама и вытащила Брэкстона из реки, а потом прошла такое большое расстояние по дикой местности, держа его под прицелом!

Алисе была приятна похвала Роба, однако она не подала вида.

— Я не могла дать ему сбежать, — только и сказала она.

— Алиса… — ласково прошептал Роб. Радость его оттого, что он нашел ее, была так велика, что ему захотелось поделиться ею с Алисой.

— Что? — спросила она и, взглянув на Роба, увидела, что глаза его светятся любовью.

— Я так рад, что с тобой все в порядке. — И, наклонившись, Роб ласково коснулся губами губ Алисы.

Алиса была поражена до глубины души. Она всегда считала Роба хорошим другом, но и только. Ей никогда и в голову не приходило, что он может питать к ней какие-то иные чувства, помимо дружеских. Однако она и не подумала отстраниться. Поцелуй Роба, ласковый, какой-то домашний, не вызвал в ней никаких бурных чувств. Не то что поцелуй Слейда, после которого она долго не могла прийти в себя.

Оторвавшись от ее губ, Роб улыбнулся и направился к своей лошади. Он сел на нее первым, после чего помог забраться Алисе.

— Держись за меня крепче, — сказал он ей и, пришпорив лошадь, направился следом за Брэкстоном. Роб ощущал на своей талии руки Алисы и чувствовал себя на седьмом небе от счастья.

Хоукинс с Брауном встретили Алису восторженными криками. Совсем по-другому встретили Слейда Нэш с Джонсоном: они окинули его яростными взглядами.

— Мы думали, что ты удерешь, а потом придешь к нам на помощь, — недовольно бросил Джонсон.

— У меня не было для этого ни малейшей возможности, — только и ответил Слейд.

— Сейчас нам нужно помалкивать и ждать, когда Кид придет к нам на выручку, — заметил Нэш.

— Скоро он будет здесь, — подхватил Джонсон. — Не может быть такого, чтобы он позволил отвезти нас в Грин-Ривер, даже не попытавшись спасти.

— Надеюсь, что ты прав, — ответил Слейд. — Как было бы здорово, если бы мы сейчас были на свободе! — добавил он, ничуть не покривив при этом душой.

И, уставившись на ненавистные наручники, сковывавшие его руки, Слейд подумал о том, что наверняка отобрал бы у Алисы револьвер и был бы сейчас на свободе, появись шериф Эмерсон чуть позднее.


— Проедем еще пару часов, а потом остановимся на ночлег, — сказал Роб Алисе, после того как они выехали на дорогу. — Тогда мы наверняка приедем завтра в город. Ближе к вечеру.

— Я буду просто счастлива увидеть Грин-Ривер. Никогда не думала, что эта трехдневная поездка превратится в настоящее приключение. — Алиса была рада снова ехать на своем Спартанце и, хотя все еще чувствовала себя уставшей, могла немного расслабиться: ведь теперь уже Роб и его помощники следили за бандитами.

— Приключение или кошмар? Что касается меня, то я бы не хотел больше ничего такого пережить.

— Я тоже.

И они обменялись улыбками.

Когда сделали привал, уже почти стемнело. Развели костер, и Алиса с жадностью набросилась на горячую еду. Однако слова Слейда о том, что он не бандит, а секретный агент, не давали ей покоя. А что, если это и в самом деле так? И Алиса решила поделиться своими сомнениями с Робом, надеясь убедиться в том, что Слейд лжет.

— Роб, я хочу тебя кое о чем спросить, — начала Алиса, увидев шерифа поодаль от остальных.

Роб выжидающе взглянул на Алису, радуясь тому, что она сама к нему подошла. Он боялся, что, поцеловав ее, повел себя чересчур смело и она на него обиделась.

— О чем же?

Оглянувшись назад и убедившись, что бандиты ее не услышат, Алиса проговорила:

— Когда мы были с Брэкстоном одни…

— Он что, обидел тебя? — Роб весь напрягся, готовый в ту же секунду кинуться на защиту чести и достоинства дамы своего сердца. Если этот Слейд Брэкстон хоть пальцем ее тронул, он убьет его.

— Нет-нет! Вовсе не это! — Алиса коснулась руки Роба, пытаясь успокоить его. — Просто он кое-что рассказал мне о себе, и я хотела бы узнать об этом твое мнение.

— Что он тебе рассказал? — нахмурился Роб.

— Что он секретный агент. А чтобы в этом удостовериться, достаточно лишь послать телеграмму в Денвер. Сказал, что сообщил тебе об этом, но ты ему не поверил и избил его.

— Алиса, я же предупреждал тебя, что за человек этот Брэкстон, — проговорил Роб таким тоном, словно она была ребенком, которому нужно все по десять раз объяснять. — Он врун, вор и убийца. Как ты ему можешь верить, ведь он убил твоего отца!

При упоминании об отце Алиса побледнела.

— Я знаю! Неужели ты думаешь, что я сама себе все это не говорила? Я ответила ему, что не верю ни единому его слову, но…

— Но что?

— Что, если он говорит правду? Что, если он действительно секретный агент? Он сказал, что агентству потребовалось много месяцев на создание достоверной легенды, чтобы Дакота Кид принял его в свою банду.

— Неужели ты и в самом деле поверила всем этим байкам? Человек, которого через несколько дней повесят, еще и не такое может придумать для своего спасения!

— Да, но, Роб…

Шериф выжидающе смотрел на нее.

— Брэкстон — рослый, сильный мужчина. Мы с ним были совершенно одни. Он мог в любое время отнять у меня револьвер, а он даже не попытался этого сделать.

— Это лишь означает, что он прекрасно понимал, что ты умеешь стрелять и всегда сумеешь себя защитить.

— Ты и в самом деле так считаешь? А может, он все-таки секретный агент?

Роб потерял дар речи. Алиса, умная, рассудительная Алиса, поверила россказням Брэкстона!

— Алиса, не забывай, Слейд Брэкстон убил твоего отца. Алиса угрюмо кивнула, злясь на себя за простодушие. Роб прав, а она доверчивая дурочка.

— Ты прав. Прости меня.

— Тебе не за что просить у меня прощения, Алиса. Мне просто больно видеть, как ты себя мучаешь.

— Спокойной ночи, Роб.

— Спокойной ночи, Алиса.

Алиса вернулась к костру и принялась укладываться спать. Браун с Хоукинсом не отводили от нее глаз. Они были счастливы видеть, что она вернулась целой и невредимой. Скорее бы уж им всем добраться до Грин-Ривер и передать бандитов местному шерифу.


Алиса заснула быстро, и ей приснился удивительный сон.

К ней направляется Слейд с серьезным лицом. Он не сводит с нее глаз. Подойдя к ней вплотную, он медленно наклоняется и целует ее.

Алиса знает, что должна сопротивляться. Ведь она ненавидит его! Пусть убирается прочь, этот ужасный человек! Но как только губы его касаются ее губ, револьвер выпадает у нее из рук. Вместо того чтобы вырваться из объятий Слейда, она обнимает его за шею и сама прижимается к нему. Крепко, еще крепче… Она упивается сладостным поцелуем, а в голове стучит: Слейд, Слейд, Слейд…

Алиса открыла глаза. Ей было трудно дышать, сердце сильно билось. Она вся дрожала. Что это было? Чудесный сон или кошмар? Она и сама не могла определить.

Устраиваясь у костра поудобнее, она бросила взгляд в сторону Слейда. Он безмятежно спал, не ведая о том, какое смятение вызвал в душе Алисы. Злясь на саму себя за дурацкий сон, Алиса попыталась снова заснуть, однако это ей так и не удалось.

Весь остаток ночи Алиса пролежала без сна, глядя в звездное небо и предаваясь воспоминаниям о двух поцелуях — поцелуе Роба и поцелуе Слейда — и размышляя о том, почему именно поцелуй бандита не дает ей покоя.

Глава 8

Кид, Зик и Ред, притаившись в засаде, с нетерпением ждали появления отряда из Блэк-Спрингса. Они были готовы освободить своих товарищей. До сегодняшнего дня, как они ни старались, им ничего не удавалось предпринять для их спасения. Но сегодня, когда проливной дождь наконец-то закончился, они сумели обогнать отряд и теперь были готовы, как только он покажется, напасть и отбить своих друзей.

— Они будут здесь с минуты на минуту, — сказал Кид Зику и Реду. Укрывшись за огромными валунами, бандиты не сводили глаз с дороги.

Хотя их было только трое, они считали, что им не составит особого труда расправиться с шерифом и его помощниками. Во-первых, они нападут неожиданно, а во-вторых, их местоположение было намного выигрышнее. Кид довольно улыбнулся.

— Чему ты улыбаешься? — поинтересовался Ред, недоумевая, как это Кид может улыбаться в такой обстановке.

— Просто я подумал о том, что скоро одолею Эмерсона его же способом. В каньоне он напал на нас, когда мы этого не ожидали, а теперь мы это сделаем.

— Это и впрямь здорово, — согласился Зик. На самом же деле рисковать своей шкурой ради спасения товарищей ему не очень-то хотелось. Ну, еще Джонсона с Нэшем можно было бы спасти, а вот ради Слейда он стараться не станет. Зик до сих пор сожалел о том, что не попал в него во время ограбления банка, а убил ни в чем не повинного старика.

— Еще как здорово, — хмыкнул Кид и, вскинув ружье, прицелился в ту сторону, откуда должен был показаться отряд. — Единственное, что нам остается, — это ждать. Когда они будут проезжать мимо, перестреляем их по одному, да и дело с концом.

— Хорошо бы заранее знать, сколько людей сопровождают наших ребят, — заметил Зик.

— И хорошо, если Эмерсон тоже отправился с ними, а не остался сидеть в своей конторе. Мне не терпится всадить в него пулю, — произнес Кид.

— Ну, не сегодня, так на днях твое желание исполнится. После того как мы освободим ребят, можно будет еще разок наведаться в Блэк-Слрингс… навестить Эмерсона, — заметил Ред.

— Это ты здорово придумал. — При мысли о том, что он наконец-то поквитается с шерифом, доставившим ему столько беспокойства, Кид довольно улыбнулся.

И бандиты продолжали терпеливо ждать.

Прошло больше часа, когда наконец раздался стук лошадиных копыт. Кид, Ред и Зик замерли, напряженно глядя в ту сторону, откуда, по их расчетам, должен появиться отряд.

Каково же было их изумление, когда всадники появились не со стороны Блэк-Спрингса, а совершенно с противоположной — со стороны Грин-Ривер. Кид злобно выругался.

Насчитав около пятнадцати человек, он призадумался: что это за отряд и куда направляется? Когда отряд почти скрылся из виду, Кид увидел, что со стороны Блэк-Спрингса появились те, кого он так долго дожидался.

— Вот они, — прошептал главарь Зику и Реду, чувствуя, как его охватывает возбуждение. Наконец-то! Сейчас он спасет своих мальчиков.

— Что будем делать? — спросил Ред.

— Пока ничего. Посидим и подождем, что будет дальше.

И бандиты принялись ждать, когда шериф с заключенными подъедут поближе. Вот оба отряда встретились, мужчины поговорили несколько минут, после чего повернулись и все вместе поехали в Грин-Ривер.

— Что, черт подери, происходит? — воскликнул Кид вне себя от ярости и вытянулся, пытаясь разглядеть, кто эти всадники, что приехали из Грин-Ривер.

— Кто эти люди? — прошептал Зик. Когда отряд подъехал ближе, бандиты наконец-то смогли рассмотреть на груди одного из мужчин звезду шерифа.

— Дьявольщина! Они, похоже, ожидали нашего нападения! — бросил Кид и выругался, поняв, что снова потерпел неудачу. — И смотрите! С ними Эмерсон! Этот подонок, должно быть, выехал из города, после того как местные пьянчуги пытались штурмом взять тюрьму!

— И все-таки мы можем отбить наших, — попытался успокоить его Ред, заметив среди всадников Нэша, Джонсона и Слейда.

— Черта с два! — рявкнул Кид. — Их почти двадцать человек, а нас только трое. С теми, что ехали из Блэк-Спрингса, мы еще могли бы справиться, но двадцать человек нам не одолеть.

Глядя на проезжавших мимо всадников, Кид чувствовал, как нарастает его ненависть. Бросив взгляд на своих ребят, он заметил, что Нэш ранен, и это еще больше обозлило его. Внезапно Кид с удивлением заметил среди проезжавших женщину.

— Кто эта баба? — спросил он Реда.

— Судья из Блэк-Спрингса.

— Судья?

— Ну да. Ее зовут Алиса Мейсон. Сидя в баре, я узнал, что ее отец, мировой судья, был убит во время ограбления банка. В городе она лучше всех знала законы, вот ее и выбрали судьей вместо отца. Это она вела слушание дела, — объяснил Ред.

— Ах вот оно что, — протянул Кид, глядя на Алису. — Значит, эта бабенка привлекла моих ребят к суду. Думаю, я найду способ и ей отплатить.

Взглянув на Алису, Зик сердито чертыхнулся.

— В чем дело? — удивленно спросил Кид, глядя на него.

— Я узнал эту девицу! Вечером перед ограблением, когда мы со Слейдом прогуливались по городу, знакомясь с обстановкой, Слейд решил пойти на танцы. И я точно знаю, что он с ней танцевал! — Зик отлично помнил тот вечер. Тогда Алиса пробудила в нем острое желание, и теперь, когда он снова увидел ее, желание это разгорелось в нем с утроенной силой, и ему не терпелось удовлетворить его.

Кид довольно улыбнулся:

— Интересно, что подумала эта девица, когда узнала, что человек, с которым она танцевала, — не кто иной, как Слейд Брэкстон?

Бандитам это показалось забавным.

— Наверное, Слейду тоже интересно было узнать, что она судья, — заметил Кид.

— Так что мы все-таки будем делать? — спросил Зик.

— Сейчас, черт подери, ничего! Придется ждать, когда ребят привезут в Грин-Ривер.

— Не хотелось бы мне нападать на тамошнюю тюрьму, — заметил Зик.

— Ты думаешь, мне этого хочется? Но не можем же мы просто стоять и смотреть, как эти негодяи будут вешать наших парней!

И Кид тут же принялся разрабатывать новый план по спасению своих товарищей. Наверняка есть какой-то способ это сделать. Нужно только его найти.


— Очень рад тебя видеть, — улыбнулся Роб Стиву Джонсу, шерифу из Грин-Ривер. — И как это ты додумался выехать нам навстречу?

— Судья Бэнкс мне это подсказал. Он решил, что неплохо было бы проводить тебя до города. Стив взглянул на бандитов.

— Спасибо тебе, — улыбнулся Роб.

— Да не за что. Это тебе спасибо за то, что поймал этих подонков.

Роб недовольно покачал головой:

— Если бы я поймал Дакоту Кида, вот это было бы здорово.

— Да, но тебе удалось схватить Брэкстона, не говоря уж о Джонсоне с Нэшем, да еще и подстрелить нескольких бандитов. Так что теперь люди смогут спать спокойно.

— Это наша работа, — сдержанно проговорил Роб.

— Как насчет того, чтобы отметить это событие?

— Я обеими руками за. Мне не помешает немного расслабиться. До вашего появления я каждую минуту ожидал, что Дакота Кид попытается отбить своих людей.

— Именно об этом судья Бэнкс и думал. Сейчас нам еще нужно будет держать ухо востро. А вот когда сунем этих бандитов в тюрьму, можно будет позволить себе отдохнуть.

— Мне не терпится снова увидеть их за решеткой.


После того как оба отряда встретились, Алиса поехала дальше рядом с помощником шерифа Брауном. Ей было не по себе, хотя она никак не могла понять почему. Казалось бы, все идет хорошо, теперь заключенных сопровождает большой отряд, а у Дакоты Кида осталось всего два человека, однако Алиса испытывала смутное беспокойство. Ее не покидало ощущение того, что за ними наблюдают.

Алиса оглянулась, но все было спокойно, ничего необычного она не заметила. Наверное, просто устала, решила Алиса. Да и не мудрено: столько всего довелось пережить. Но ничего, сейчас бандиты находятся под надежной охраной, так что можно не волноваться о том, что Дакота Кид попытается их отбить. А скоро отряд приедет в город, и она сможет отдохнуть. Все прекрасно, все хорошо.

Успокаивая себя таким образом, Алиса взглянула на Слейда. Она пыталась выкинуть мысли о нем из головы, однако его близость была постоянным напоминанием о поцелуе, который он подарил ей прошлой ночью и который она должна была пресечь в самом начале, вместо того чтобы наслаждаться им. Алиса не сомневалась в том, что Слейд Брэкстон — бандит и лгун, но все-таки часть из того, что он ей сказал, правда. Так все-таки стоит ей посылать телеграмму в Денвер или нет? Наверняка весь рассказ Слейда о том, что он секретный агент, не что иное, как выдумка. В Денвере лишь посмеются над ее доверчивостью, и только. Но сможет ли она жить дальше, зная, что даже не попыталась проверить то, что сказал ей Слейд?

Алиса понимала, что на этот вопрос она должна ответить до окончания суда.


На станции Блэк-Спрингса из экипажа вышел мужчина щегольской наружности — в котелке и безупречно пошитом костюме. Казался он праздным, и его появление в этом запыленном городишке Дикого Запада было странным.

— Ваш багаж, мистер! — крикнул кучер, бросая приезжему небольшой саквояж. Тот ловко поймал его.

— Какой тут самый лучший отель?

— Он только один, мистер Уайли. Должно быть, и есть самый лучший, — пошутил кучер. — Отель Бекера. Через улицу отсюда.

— Спасибо, — поблагодарил приезжий.

С саквояжем в руке Кен Уайли (а в действительности это был Кен Ричардс) двинулся в том направлении, которое указал ему кучер, внимательно глядя по сторонам. Отель оказался крошечным, однако Кена это обстоятельство не смутило: он не собирался надолго задерживаться в этом городке.

— Вы к нам надолго, мистер Уайли? — осведомилась служащая отеля, дав ему заполнить журнал.

— Пока еще не знаю, мэм, — непринужденно ответил Кен.

— Что ж, добро пожаловать в наш город. Если вам что-нибудь потребуется, дайте мне знать. Меня зовут Мейси. Рада буду вам услужить.

То, что ему требовалось, не соответствовало тому, что эта женщина могла ему дать, однако Кен не счел нужным упоминать об этом.

— Благодарю вас, мэм, — лишь вежливо проговорил он.

Кен прошел в отведенную ему комнату только для того, чтобы оставить там свой саквояж и посмотреть, не сильно ли помялся и запылился его щегольской костюм. Одного взгляда в зеркало, висевшее над умывальником, оказалось достаточно, чтобы понять — вид у костюма и его владельца вполне пристойный. Так что задерживаться в комнате Кену было незачем, и он отправился по своим делам.

Радуясь тому, что наконец-то добрался до Блэк-Спрингса, и надеясь, что не опоздал, Кен вышел из отеля и прямиком направился в контору шерифа. Он рассчитывал на то, что под видом репортера «Денвер дейли ньюс» сумеет проникнуть к Слейду. Можно только представить себе, в каком настроении пребывает сейчас его подчиненный, а ведь он, Кен, не знает и половины того, что произошло.

Газетная статья о поимке шерифом Блэк-Спрингса банды Дакоты Кида была короткой и не изобиловала подробностями. В ней сообщалось лишь о том, что шерифу Эмерсону удалось, заманив в засаду банду Дакоты Кида, схватить троих бандитов: Брэкстона, Джонсона и Нэша. Теперь преступников ждет суд. Сообщалось также, что несколько человек из банды были убиты, однако их фамилии в статье не приводились.

Подойдя к конторе шерифа, Кен заглянул в окно и, к немалому своему удивлению, увидел молоденькую хорошенькую девушку в траурной одежде, которая оживленно разговаривала о чем-то с сидевшим за столом мужчиной. Помня о том, что ему ни в коем случае не следует выходить из созданного им образа, Кен вошел в контору.

— Вы шериф Эмерсон? — спросил он мужчину и выжидающе посмотрел на него.

Помощник шерифа Клеменс и Эмили одновременно подняли головы и взглянули на невесть откуда взявшегося щеголя.

— Нет, я помощник шерифа Клеменс. Чем могу служить? — буркнул Клеменс.

Он был очень недоволен неожиданным появлением незнакомца. Дело в том, что Клеменс считал Эмили самой хорошенькой девушкой на свете, и то, что она явилась к нему в контору, чтобы узнать, нет ли каких-либо известий о сестре, польстило его самолюбию. Так приятно было побыть немного с этой красоткой наедине, и вот теперь заявился этот тип и нарушил их дивное уединение.

— Меня зовут Кен Уайли. Я репортер «Денвер дейли ньюс». Мне нужно поговорить с шерифом.

— Боюсь, это невозможно.

— Почему? — удивился Кен.

— Потому что шерифа Эмерсона в настоящее время нет в городе.

— Но я проделал такой большой путь из Денвера! Мне поручили написать большую статью о банде Дакоты Кида, — пояснил Кен.

— Вы опоздали, мистер Уайли, — вмешалась в разговор Эмили. Незнакомец, явившийся в контору шерифа, заинтриговал ее. Он был похож на джентльмена, приехавшего с востока страны, — большая редкость в этом городе.

Кен похолодел. Он повернулся к Эмили вне себя от беспокойства:

— Я вас не понимаю, мэм.

— Меня зовут Эмили Мейсон. Моя сестра Алиса была судьей, когда…

— Вы хотите сказать, что их уже осудили и повесили? — перебил девушку Кен. — Узнав о том, что их арестовали, я сразу же поехал сюда, пообещав своему главному редактору передать по телеграфу самые последние новости, как только их узнаю.

— Нет-нет, — поспешила успокоить его Эмили. — Их еще не повесили.

— Мисс Эмили хочет сказать вам, — вмешался в разговор Клеменс, — что предварительное слушание дела состоялось в нашем городе, после чего судья Мейсон передала дело в суд. Так что сейчас шериф Эмерсон и его помощники сопровождают заключенных в Грин-Ривер.

Услышав это, Кен облегченно вздохнул. Вынув из жилетного кармана карандаш и блокнот и делая вид, что собирается записывать новости, он взглянул на Эмили:

— Слава Богу! Понимаете, этот процесс обещает быть процессом века, и я рад, что не пропустил его. Не могли бы вы мне подробнее рассказать о предварительном слушании? Вы говорите, ваша сестра судья? Довольно необычная профессия для женщины, вы не находите?

— Только не в нашем штате Вайоминг, — ответила Эмили. — У нас эта профессия для женщины вовсе не редкость.

— Понятно, — проговорил Кен, делая вид, что эта тема представляет для него интерес, хотя на самом деле его интересовало только одно: что стало с бандой. — И как прошло слушание?

— Для нас очень тяжело, — ответила Эмили.

— А почему? — удивился Кен, пытаясь понять, каким образом такая красотка, как Эмили, может быть связана с бандитами.

— Видите ли, мой отец служил в нашем городе мировым судьей. Он был убит во время ограбления банка, а разбирать эту историю, так трагично закончившуюся для нашей семьи, поручили моей сестре.

— Должно быть, ей это было очень тяжело… да и вам тоже.

— Да, — коротко ответила Эмили.

— Примите мои искренние соболезнования по поводу смерти вашего отца.

— Благодарю вас, мистер Уайли.

— И как только вашей сестре удалось выдержать такое испытание?

— Алиса отлично знает законы и никогда не допустит, чтобы ее личные чувства мешали работе.

— Значит, слушание прошло гладко?

— Да.

— Оно прошло просто великолепно, — подал голос Клеменс. — У нас были свидетели, которые видели, как бандиты грабили банк, а еще один свидетель, Лес Андерсон, присягнул в том, что видел, как Брэкстон убил Джона Мейсона.

— Значит, этот Андерсон говорит, что все видел, и клянется, что именно Брэкстон убил мирового судью? — переспросил пораженный Кен, догадавшись, что по какой-то причине Андерсон солгал под присягой.

— Да.

Кен понял, что Слейд находится в большой беде. И чтобы его выручить, придется провести собственное расследование. Похоже, чем быстрее он это сделает, тем лучше.

— А были еще какие-нибудь свидетели? — спросил он.

— Да, — ответил Клеменс и быстро поведал мнимому репортеру о Томе Йорке, Гае Шоуфе и Крисе Тернере…

— И когда же шериф Эмерсон отправился в Грин-Ривер?

— Три дня назад. Так что сегодня они туда должны уже прибыть.

— А вы не знаете, как скоро состоится суд?

— В последней телеграмме, которую судья Бэнкс послал шерифу Эмерсону, сообщалось, что суд состоится, как только все свидетели приедут в Грин-Ривер.

— И они уже туда выехали?

— Не уверен. Вы можете сами об этом узнать в городе.

— Я это сделаю. А вы имеете хоть малейшее представление о том, где скрывается Дакота Кид?

— Если бы я это знал, тотчас же арестовал бы его. Шериф Эмерсон очень боялся, что Кид нападет на его отряд по дороге в Грин-Ривер. А им и без него забот хватало.

— А почему? Что-то случилось?

Клеменс быстро рассказал Кену о том, что бандиты собирались бежать, взяв Алису в заложницы, и что шериф подоспел как раз вовремя и не позволил им этого сделать.

— Похоже, ваш шериф настоящий мужчина.

— Так оно и есть. Не много найдется мужчин храбрее Роба Эмерсона.

— И тем не менее трудно поверить, что он позволил отправиться в такое опасное путешествие женщине. Что заставило его взять ее с собой?

— Моя сестра не простая женщина, — встала Эмили на защиту Алисы. — Она отлично умеет стрелять, и, как вы уже знаете, все в конце концов закончилось благополучно.

На самом же деле, когда помощник шерифа Клеменс сообщил Эмили и Лоретте о том, в какую переделку попала Алиса, они едва не упали в обморок. Эмили до конца дня пришлось успокаивать мать, говоря ей о том, что с Алисой все будет в порядке.

— Ну что ж, мистер Клеменс, извините, что отнял у вас столько времени, и большое спасибо вам за помощь. — Кен пожал Клеменсу руку. — Вы позволите упомянуть в статье, которую я напишу, ваше полное имя?

Клеменс так и просиял:

— Ну конечно! Меня зовут Верной Клеменс.

— А вы, мисс Мейсон?

— Разумеется, мистер Уайли, — сказала Эмили, кокетливо улыбнувшись Кену. — Кроме того, если хотите еще что-то узнать про мою сестру, я буду рада вам помочь. Может быть, вам стоит поговорить и с моей мамой?

— Я непременно это сделаю. Быть может, вы проводите меня и к свидетелям? Я бы взял интервью у тех, кто еще не уехал на суд.

— Я буду просто счастлива это сделать. Мистер Клеменс, с вами мы поговорим позже. Вы ведь сообщите мне, если узнаете какие-нибудь новости о сестре?

— Обязательно, мисс Эмили.

— Благодарю вас.

— До свидания, мистер Клеменс. — Кен кивнул помощнику шерифа и направился к двери. Клеменс проводил его злобным взглядом.

Подойдя к двери, Кен открыл ее и стал ждать, пока Эмили выйдет на улицу. Соблазнительно покачивая бедрами, она прошла мимо мнимого репортера, обдав его приятным запахом духов. Полюбовавшись немного этой яркой красоткой, Кен вышел вслед за ней. Он не знал, расскажет ли ему Эмили что-нибудь стоящее, но порасспросить ее и ее мамашу не помешает — вдруг что-нибудь всплывет. Времени у него в обрез. Нужно будет действовать быстро.

— Скажите мне, мистер Уайли, как случилось, что вы стали репортером? — спросила Эмили, когда Кен поравнялся с ней.

— Сам не знаю, — честно ответил Кен, радуясь, что ему не приходится врать. — Просто я люблю получать прямые ответы на свои вопросы, а лучше этого способа не придумаешь.

— Мне кажется, что репортеры такие… интересные люди, — заметила Эмили, пристально глядя на него. Интересно, как он будет выглядеть без очков? Должно быть, очень неплохо. — А вы давно работаете в этой должности? Кен усмехнулся и ответил, снова не покривив душой:

— Не очень, но мне нравится моя работа. Как еще я мог бы познакомиться с такой интересной и очаровательной женщиной, как вы?

Эмили так и расцвела.

— Кажется, вы мне уже нравитесь, мистер Уайли. И оба они расхохотались.

— У нас в городе свой магазин, — начала рассказывать Кену Эмили, когда они отсмеялись. — Мы с мамой торгуем, а Алиса выполняет обязанности мирового судьи.

— Должно быть, тяжело вам было потерять отца.

— Очень. Мы до сих пор никак в себя не можем прийти. Думаю, мама никогда так и не оправится от этого удара. Я жду не дождусь того дня, когда этого ужасного Слейда Брэкстона повесят за все его злодеяния.

В голосе Эмили звучала такая ненависть, что Кен поразился.

— А вы и в самом деле уверены, что это сделал Брэкстон?

— Так сказал Лес Андерсон. Он был на месте происшествия.

— А вы верите этому Лесу Андерсону? Секунду Эмили раздумывала над его словами, а потом ответила:

— Думаю, что да. А почему вы спрашиваете?

— Моя работа заключается в том, чтобы задавать каверзные вопросы.

— А разве показаний свидетеля не достаточно?

— Если свидетель говорит правду, то да. Но если он лишь заинтересован в том, чтобы кого-то повесили, я должен выяснить, почему он солгал.

— Понятно. Только думаю, что Лес сказал правду. Он прекрасный человек.

— Это хорошо, — ответил Кен, хотя уже знал, что этот незнакомый ему Лес — клятвопреступник.

— Ну вот мы и пришли, — проговорила Эмили, входя вместе с Кеном в магазин. — Мама, этот человек хочет с тобой поговорить.

Лоретта в этот момент находилась за прилавком: раскладывала по полкам только что полученный товар.

— Вот как?

— Познакомься, пожалуйста. Это мистер Уайли. Он репортер из Денвера. Приехал в наш город, чтобы написать о том, как Роб поймал банду Дакоты Кида.

— Рада с вами познакомиться, мистер Уайли, — проговорила Лоретта, решив про себя, что молодой человек весьма недурен собой.

— Прошу вас, миссис Мейсон, и вы, мисс Мейсон, зовите меня просто Кен. Так я буду себя гораздо лучше чувствовать.

Эмили улыбнулась ему, подумав, что было бы неплохо, если бы этот милый молодой человек остался в их городе подольше.

— Хорошо, Кен. А вы зовите меня Эмили.

Глядя на девушку, Кен не мог не улыбнуться в ответ. Эмили была прехорошенькая. Давненько он не видывал такой красавицы. Кен тотчас же спохватился. Да что это он, в самом деле! У него нет времени на всякие глупости. Жизнь Слейда в опасности.

— Что-то не так, Кен? — обеспокоенно спросила Эмили, видя, как посерьезнело внезапно его лицо.

— Вовсе нет. Просто я вспомнил о бандитах и о предстоящем суде.

— Через полчаса мы закроем магазин. Не хотите ли сегодня с нами поужинать? — предложила Лоретта.

— С превеликим удовольствием. Предлагаю сходить в какой-нибудь ресторан. Надеюсь, в вашем городе хороший ресторан найдется? Я угощаю.

— Большое спасибо. С радостью принимаем ваше приглашение, — поспешно произнесла Эмили, радуясь тому, что Кен намерен провести с ней еще какое-то время. — Быть может, вы желаете узнать, где найти других свидетелей? А после того как поговорите с ними, приходите к нам домой. Скажем, часов в семь.

— Давайте так и сделаем. Спасибо.

— А почему бы тебе, Эмили, не пойти вместе с Кеном? Ты могла бы сама познакомить его со свидетелями, — вмешалась в разговор Лоретта.

— Вы не против? — спросил Кен.

— Ну что вы, конечно, нет.

— Тогда встретимся с тобой дома, мама.

— Вот и хорошо, дорогая.

Глядя на удаляющуюся парочку, Лоретта улыбнулась. Похоже, Эмили понравился красавец репортер. Странно только, что даже в Денвере прослышали о поимке банды Дакоты Кида шерифом Эмерсоном. Впрочем, банда эта известна далеко за пределами Блэк-Спрингса, и поимка ее — важная новость, которая, похоже, быстро распространилась вокруг.

С тяжелым сердцем подумала Лоретта о том, какое горе принесла эта страшная банда их семье. Убит Джон, замечательный человек, примерный семьянин, любящий муж… Слезы вот-вот готовы были хлынуть у Лоретты из глаз. Как же ей его не хватает! Слава Богу, Алиса с Эмили поддерживали ее в это тяжелое время.

И Лоретта в очередной раз засомневалась, верное ли она приняла решение не ехать на суд. Может быть, ей все же следует отправиться в Грин-Ривер взглянуть на то, как справедливость восторжествует? Хорошо, что Алиса будет присутствовать на суде, но и ей бы не мешало там быть, тем более что с каждым днем желание увидеть, как бандиты, отнявшие у нее дорогого человека, будут отвечать за свои ужасные преступления, все возрастает. Конечно, нехорошо так жаждать отмщения, однако Лоретта понимала, что душа ее не успокоится, пока виновные в смерти мужа не понесут заслуженного наказания. И Лоретта решила позже, когда представится возможность, еще раз посоветоваться с Эмили о том, стоит ли им ехать в Грин-Ривер.


Несколько часов спустя Кен с Эмили зашли за Лореттой домой, чтобы потом всем вместе пойти в ресторан.

— Как прошло интервью? — поинтересовалась у Кена Лоретта, проводив их с Эмили в маленькую гостиную и усадив в уютные кресла.

— Том Йорк, Лес Андерсон и Гай Шоуф, к сожалению, уже уехали в Грин-Ривер, — ответил Кен. — Однако мне удалось поговорить с Крисом Тернером. Он не собирается уезжать до завтрашнего дня.

— И как прошла беседа?

— Очень хорошо. Из того, что он мне рассказал, я понял, что день ограбления был для всех жителей вашего города ужасным днем.

— Это верно, — подтвердила Лоретта. — Убили Джона и ранили двоих мужчин, ограбили банк… Когда Дакота Кид предстанет перед Создателем, ему за многое придется держать перед ним ответ.

— Будем надеяться, что это произойдет скоро, — заметил Кен.

Он уже давно испытывал ненависть к Киду и его головорезам, и то, что их так долго не могли поймать и отдать под суд, лишь усилило ее. Всюду, где появлялись эти подонки, они сеяли смерть. Для того чтобы покончить с ними. Кен и внедрил в их банду своего самого лучшего агента — Слейда. А теперь, похоже, вся работа идет насмарку. Дакота Кид по-прежнему разгуливает на свободе, а Слейда собираются судить за преступление, которого он не совершал.

Кен понимал, что ему следует не мешкая отправиться в Грин-Ривер. Он должен доказать суду, что Слейд на самом деле является секретным агентом и абсолютно невиновен в выдвинутых против него обвинениях. Поскольку Андерсон дал показания, что Слейд застрелил отца Эмили, сделать это будет нелегко. Придется приложить все свое умение, чтобы Слейда выпустили на свободу. Но он обязан это сделать, ведь на карту поставлена жизнь друга! Он пригласит дам в ресторан, как и обещал, после чего тотчас же отправится в путь.

Эмили была на седьмом небе от счастья, когда Кен пододвинул для нее в ресторане стул.

— Благодарю вас, — вежливо прошептала она, усаживаясь.

Кен усадил Лоретту, после чего уселся сам.

— Вы не поверите, как давно я не имел чести ужинать с такими очаровательными дамами, — проговорил он.

Услышав эти льстивые слова, Лоретта рассмеялась. Этот галантный молодой человек нравился ей все больше и больше.

— Вы ирландец, Кен? — поинтересовалась она.

— Со стороны матери, — улыбнулся он.

— Я догадалась об этом. Что ж, спасибо за комплимент.

Принесли заказ. Еда оказалась просто восхитительная.

Во время ужина Кен развлекал Эмили с Лореттой разными историями из своей мнимой репортерской жизни. Он ничего не выдумывал. Все, о чем он рассказывал, происходило на самом деле, вот только его роль в этих делах была совсем не такой, какой он тут представлял, поскольку дела эти он прежде расследовал, а не описывал.

Чем больше Эмили узнавала Кена, тем больше он ей нравился. Было в нем что-то такое — то ли острый ум, то ли большой интеллект, — что притягивало ее к нему. Все короткое время их знакомства он был внимательным и обходительным, что произвело на Эмили самое благоприятное впечатление. Кен казался джентльменом до самых кончиков ногтей — с теми косноязычными ковбоями, с которыми Эмили приходилось до сих пор иметь дело, и не сравнить. Оставалось лишь надеяться, что она сумеет найти способ узнать его получше. Эмили понимала, что если он собирается отправиться в Грин-Ривер прямо сейчас, она скорее всего никогда больше его не увидит, а этого она допустить не могла.

— Итак, что же вы намерены делать дальше? — спросила она за десертом.

— Я должен отыскать других свидетелей и взять у них интервью. Потом дождусь суда и буду сообщать в Денвер о ходе его проведения.

— Значит, вы скоро покинете Блэк-Спрингс?

— Мне придется это сделать, но я очень благодарен вам за помощь и поддержку. Если бы вы, Эмили, и вы, Лоретта, мне не помогли, мне пришлось бы нелегко.

— Нам доставило большое удовольствие оказать вам помощь, — сказала Эмили.

— Право, Кен, вы очаровательный молодой человек, — прибавила Лоретта. — Я желаю вам всяческих успехов на избранном вами поприще.

— Успех мне понадобится в самом ближайшем будущем, — чистосердечно признался Кен, понимая, какие нелегкие испытания ожидают его в Грин-Ривер.

Когда ужин закончился, Кен проводил Эмили с Лореттой обратно домой.

— Благодарю вас за восхитительный вечер, — произнес он у дверей их дома.

— Большое вам спасибо за ужин.

— Не стоит благодарности, милые дамы. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Кен взглянул на Эмили, и в лунном свете она показалась ему еще прекраснее, чем раньше, — если подобное вообще возможно. Будь у него побольше времени, он обязательно нашел бы какой-нибудь предлог поговорить с ней, однако времени у него не было, его ждал Слейд. Когда Лоретта вошла в дом, Кен повернулся, чтобы уйти.

— Кен, — тихонько окликнула его Эмили, увидев, что мать уже скрылась за дверью. Кен остановился и обернулся.

— Что?

— Я просто подумала… Мы с вами еще увидимся?

Он взглянул на нее, невинную красавицу, которая могла бы сыграть важную роль в его жизни, если бы он ей это позволил. К сожалению, позволить себе этого он не мог, слишком опасна его работа. Пример тому — то, что случилось со Слейдом.

— Не знаю, — честно ответил он.

— Вот как… — разочарованно протянула Эмили.

— Спокойной ночи, Эмили, — проговорил Кен и, повернувшись, зашагал прочь, не смея оглянуться.

А Эмили так и осталась стоять на пороге, глядя ему вслед.

Он был совершенно не похож ни на кого из ее знакомых.

Как жаль, что они так мало побыли вместе. Ей бы очень хотелось узнать его получше, однако Эмили не представляла себе, как это сделать. Разочарованная, она вошла в дом.

— Кен ушел? — спросила Лоретта.

— Да. Только что.

— Он тебе понравился, как я погляжу?

— Очень. Он совсем не похож на тех парней, которые вокруг меня вьются.

— Да, дорогая. Он намного воспитаннее.

— Наверное, я его больше никогда не увижу, — вздохнула Эмили, усаживаясь на диван рядом с матерью.

Глядя на Эмили, Лоретта поняла, что она приняла нелегкое, но верное решение, о котором впоследствии не станет жалеть.

— Очень может быть, что и увидишь.

— Как это?

— Я только что решила, что мы с тобой должны поехать в Грин-Ривер на суд.

— Ты уверена, мама, что это стоит делать? Это будет для тебя нелегко.

— Еще как уверена! Я хочу увидеть, как бандиты, убившие твоего отца, получат то, что им причитается.

— Но нам придется закрыть магазин…

— Это не важно. Гораздо важнее присутствовать на суде. Я хочу быть рядом с Алисой. И мы сами услышим приговор.

— Значит, поедем завтра?

— Да. Насколько я помню, карета отбывает около полудня.

— А я напишу объявление, что магазин временно закрыт, и прикреплю его к витрине.

— Пока ты будешь этим заниматься, я соберу для нас с тобой вещи.


Распрощавшись с Эмили, Кен отправился на конюшню, чтобы купить лошадь и снаряжение, необходимые ему для поездки в Грин-Ривер. Вернувшись в отель, он снял с себя котелок и щегольской костюм. У него не было больше времени разыгрывать из себя джентльмена. Нужно было отправляться в путь, и чем быстрее, тем лучше. Прицепив к поясу револьвер, он расплатился за номер и вышел из отеля.

Выезжая из города, Кен выбросил все мысли о красотке, Эмили из головы. Слейд попал в беду, и Кен не мог отвлекаться на всякие пустяки. Кен был настоящим сыщиком и понимал, что от того, как он выполнит свою работу, зависит жизнь его друга.

Дописав объявление, Эмили вышла из дома, чтобы прикрепить его к витрине магазина. Мысли о Кене не шли у нее из головы с тех пор, как она с ним рассталась, и Эмили решила сходить в отель и оставить ему записку. Она хотела сообщить ему, что они с мамой тоже отправляются завтра в Грин-Ривер и что она с нетерпением будет ждать новой встречи с ним.

Прикрепив объявление к витрине, Эмили заперла магазин и направилась к отелю. И в этот момент она заметила одинокого всадника, скакавшего по улице ей навстречу. Густая тень скрывала Эмили, и она была абсолютно уверена, что всадник ее не заметит. Кто бы это мог выезжать из города в такой поздний час?

Когда всадник поравнялся с ней, Эмили с удивлением узнала в нем Кена. Поначалу она вообще не была уверена, что это он. Мчавшийся во весь опор мужчина мало чем напоминал того изящного, остроумного молодого человека, который так мило развлекал ее за ужином. Ни очков, ни дорогого костюма на нем больше не было. Теперь Кен выглядел как самый настоящий бандит — сильный, безжалостный и опасный.

Эмили хотела было окликнуть его, но передумала. По какой-то неведомой ей причине этот человек обманул ее, да и вообще всех жителей города. Интересно, зачем он это сделал? И внезапно Эмили как громом поразило. А что, если Кен — один из бандитов Дакоты Кида, который явился в город собрать информацию о свидетелях ограбления и пойманных преступниках? Не зная, что ей делать дальше, Эмили побежала домой рассказать матери о том, что она только что обнаружила.

Глава 9

Услышав, как за бандитами захлопнулась дверь камеры, Роб с облегчением вздохнул. Слава Богу! Наконец-то он в Грин-Ривер и преступники за решеткой.

— Ну, принимай преступничков. Они теперь целиком в твоем распоряжении, — сказал он Стиву Джонсу, вернувшись в его комнату.

— Молодец, Роб, — похвалил его Джонс.

— Осталось только пережить суд.

— Переживем. Судья Бэнкс, должно быть, уже идет сюда, чтобы переговорить с тобой. Я послал за ним своего помощника.

Роб кивнул.

— Скорее бы уж этот суд состоялся. Свидетели прибудут через пару дней, так что нужно подготовиться к их приезду.

— Я рад, что все прошло так гладко. Я получил телеграмму от Клеменса. Он сообщает, что Урсино поправляется.

— Это хорошо. — Робу приятно было узнать, что его раненый помощник благополучно добрался до города. — Есть какие-нибудь известия о Киде?

— Никаких, черт бы его побрал!

Они обменялись обеспокоенными взглядами, понимая, что преступник, по всей видимости, где-то рядом, но добраться до него пока невозможно.

— Не думаю, что он будет спокойно смотреть, как судят его товарищей.

— Я тоже не думаю, но не знаю, где мне его найти. Если я пошлю на его поиски своих помощников, у нас останется слишком мало людей, чтобы охранять тюрьму. А вдруг кто-то здесь, в городе, решит совершить на нее налет?

— Тогда лучше воздержаться от каких-либо действий.

В этот момент в контору Джонса вошел судья Бэнкс. Оба шерифа рады были его видеть. Они спросили его о том, когда он намеревается начать судебное разбирательство, и с облегчением услышали, что он хотел бы завтра выбрать присяжных, а уже послезавтра начать суд. Когда Бэнкс ушел, Роб наконец-то позволил себе немного расслабиться.

— Думаю, мне не помешает выпить, — устало проговорил он.

— Я с удовольствием присоединился бы к тебе, но думаю, мне все же лучше воздержаться от этого. Мало ли что может случиться, нужно иметь ясную голову.

— Отметим, когда закончится суд.

— Решено.

— Если тебе понадобится какая-то помощь, сразу же дай знать мне и моим ребятам.

— Не беспокойся, я так и сделаю.

Они обменялись рукопожатием, и Роб направился в гостиницу. Ему не терпелось принять ванну, побриться и выпить, и не обязательно именно в этой последовательности.

Роб увидел Алису, когда она поднималась по лестнице в свою комнату.

— Помочь донести сумку? — спросил он, подходя к ней.

— Это ты, Роб. — Алиса тепло улыбнулась. — Спасибо, но она нетяжелая. Я прекрасно справлюсь сама. Ну, как там поживают наши преступнички?

— Сидят в камере. Самое трудное позади.

— Для тебя, может быть, — тихо проговорила Алиса, понимая, насколько ей тяжело будет еще раз слушать рассказ свидетелей о том, как убили ее отца.

— Алиса, если тебе что-то понадобится, хоть какая-то малость, только дай мне знать.

— Спасибо, Роб.

— Ты собираешься сегодня ужинать? Может, поужинаем вместе? — предложил Роб.

— С удовольствием.

Договорившись встретиться через полчаса, они расстались.

Роб наскоро привел себя порядок. Несмотря на усталость, он хотел выглядеть как можно лучше. Мысль об ужине с Алисой придавала сил. В тот самый страшный момент своей жизни, думая о гибели Алисы, Роб наконец понял, какие чувства к ней испытывает. Он любит ее и хочет жениться на ней.

То, что Алису не рассердил его поцелуй и она приняла сегодня приглашение поужинать вместе, вселяло в него надежду: быть может, настанет день, когда она ответит на его чувства. Роб понимал, что сейчас нечего и думать об ухаживании: слишком мало времени прошло с тех пор, как погиб отец Алисы, и она еще не пришла в себя после всего случившегося. Но когда наконец утихнет боль утраты, он непременно расскажет ей о своих чувствах.

Через полчаса Роб вышел в холл. Алиса, вновь облаченная в свое траурное платье, уже ждала его. Они решили поужинать в маленьком ресторане при гостинице. Сев за столик, быстро сделали заказ.

— Кажется, съел бы все, что указано в меню, — сказал Роб, когда официантка отошла.

— Это понятно. Три дня питались кое-как.

— Ты хочешь сказать, что стряпня моих помощников не пришлась тебе по душе? — улыбнулся Роб. Алиса тоже улыбнулась.

— Но они же все-таки твои помощники, а не повара. Алиса и Роб с наслаждением принялись за еду, которая оказалась восхитительной.

— А знаешь, судья Бэнкс уже завтра собирается назначить присяжных, — поделился Роб с Алисой приятной новостью.

— Значит, скоро начнется суд, — задумчиво проговорила Алиса.

— Да. И скорее бы уж он закончился.

— Думаю, для нашей семьи он вряд ли когда-нибудь закончится, — печально проговорила Алиса.

— Это понятно. Быть может, хоть каким-то утешением вам послужит то, что виновные в смерти твоего отца понесут заслуженное наказание.

— Я бы все отдала за то, чтобы мой отец остался жив, — прошептала Алиса. Отец всегда был ее лучшим другом, и ей ужасно его не хватало, хотя она и не подавала вида, насколько ей тяжело.

Глядя в грустные глаза Алисы, Роб не удержался и, потянувшись через стол, накрыл ее руку своей рукой.

— Если бы я смог повернуть время вспять и заставить в тот день события идти по-другому, я бы это сделал, Алиса, поверь.

Алиса подняла на него затуманенные слезами глаза и невесело ему улыбнулась.

— Ты хороший человек, Роб. Папа очень любил тебя. Ты был для него как сын, которого он никогда не имел.

— Я бы не хотел быть его сыном, — криво усмехнулся Роб. Алиса недоуменно нахмурилась.

— Тогда мы с тобой были бы братом и сестрой, а я испытываю к тебе совсем не братские чувства, — пояснил Роб.

Алиса так и ахнула. Подобного признания она никак не ожидала. Ей всегда было приятно находиться в обществе Роба, и его поцелуй не вызвал у нее никаких отрицательных эмоций. Роб был хорошим человеком, и он ей нравился. Может быть, в будущем она и стала бы испытывать к нему какие-то нежные чувства, но не сейчас. Сейчас все ее мысли были заняты предстоящим судом.

— Я понимаю, Алиса, сейчас не время об этом говорить. Знай, ты мне очень нравишься и я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Если тебе что-нибудь потребуется, пока мы здесь находимся, дай мне знать.

— Спасибо, Роб.

После ужина Роб проводил Алису в ее комнату, но поцеловать даже не попытался. Удостоверившись, что дверь надежно заперта и Алиса будет в безопасности, он решил, что настало время выпить.

Роб знал, что Стив все еще находится у себя, охраняет бандитов, и, купив в салуне бутылку виски, отправился навестить своего друга. Пусть они не могут посидеть в салуне и отметить поимку преступников, как полагается, но пропустить стаканчик-другой в комнате Стива им не возбраняется.


Алиса стояла у окна своей комнаты, всматриваясь в ночь. Улицы были темными и пустынными. Ей стало грустно. Она чувствовала себя одинокой и потерянной. В голове стояла полная неразбериха. Во время ужина ей очень хотелось поговорить с Робом о Слейде, однако, поразмыслив немного, она решила этого не делать. Она доверяла мнению Роба, а он считал Слейда преступником. И если бы она снова подняла этот вопрос, он мог бы подумать, что она ему не верит.

Алиса никак не могла понять, почему ей не дает покоя просьба Слейда послать запрос в Денвер, в сыскное агентство. Суд начнется через день, еще есть время послать телеграмму — если она осмелится это сделать — и получить ответ. Наконец Алиса легла в постель, и последней ее мыслью, перед тем как заснуть, была мысль об отце и о преступнике, обвиняемом в его убийстве, человеке, принесшем ей столько беспокойства.


Дверь в камеру открылась, и вошел шериф. Слейд поднял голову.

— Итак, джентльмены, — сообщил бандитам Стив, — похоже, все идет по плану. Сегодня утром назначили присяжных, а завтра должен состояться суд.

— Если только до этого времени Кид нас не освободит, — заявил Джонсон.

— Пусть только попробует сюда сунуться. Мы готовы его встретить, — уверенно проговорил Стив.

— У тебя может быть тысяча человек, шериф, и все равно ты Кида не остановишь, — заявил Нэш. Его уверенность в том, что Кид их спасет, была по-прежнему непоколебима.

— Плевать нам на твой суд, — подхватил Джонсон и улегся на нары, подложив руки под голову.

— На вашем месте я не стал бы делать такие заявления, — проговорил Стив, бросив на бандитов ненавидящий взгляд.

Повернувшись, он вышел из камеры и отправился к себе в контору.

— Джонсон, — тихо позвал товарища Нэш после ухода шерифа.

— Что тебе?

— Ты и правда думаешь, что Кид не опоздает?

— Уверен. Нэш кивнул.

— Но почему его так долго нет? Я думал, он отобьет нас, когда мы ехали в город.

— Я тоже. Должно быть, что-то ему помешало. Но он не покинет нас в беде.

— А ты что думаешь, Слейд?

— Кид нас не бросит.

За время, проведенное в банде Дакоты Кида, Слейд твердо усвоил, что главарь бандитов не любит проигрывать, и не сомневался в том, что он просто ждет удобного момента, чтобы предпринять попытку освободить своих товарищей. Удар он нанесет молниеносный и смертельный, и Слейд мог лишь надеяться, что шериф готов его отразить.

— Верно, черт подери! — с чувством бросил Джонсон.

— Хорошо бы только он поскорее нас освободил, — добавил Нэш.


Ред сидел в салуне «Золотой песок», потягивая пиво и прислушиваясь к разговорам завсегдатаев. С тех пор как привезли бандитов, весь город гудел, словно разбуженный улей, и разговоры велись только на одну тему: о суде, который должен состояться завтра утром. Из всего услышанного Ред понял: горожане считают, что суд будет быстрым. Нужно было как можно скорее вернуться к Киду и рассказать ему о том, что узнал. Допив пиво, Ред вышел из бара.

Был ранний вечер, сумерки еще не наступили, и Ред без труда рассмотрел ходивших по улицам и расположившихся на крышах домов помощников шерифа. Все они зорко следили за тем, что происходит на улицах города.

Выругавшись про себя, Ред попытался оценить их с Ки-дом шансы на спасение своих товарищей. Похоже, шансов этих не было никаких. Разве что попытаться предпринять что-то такое, что отвлекло бы внимание шерифа и его помощников. Вскочив на своего коня, Ред поскакал за город, где его дожидались Зик с Кидом, чтобы сообщить им неприятные известия.


Этот день прошел для Алисы очень спокойно. В полдень к ней зашел Роб и сообщил, что присяжные уже назначены и четверо из них женщины: Мэри Энн Бовер, местная учительница; Кей Фриз, жена священника; и еще две дамы — Клоувер Ноук и Сандра Стетсон. Он рассказал ей также, что все свидетели, кроме одного, уже прибыли в город, да и последний скоро будет. Новости эти порадовали Алису, и ей, как и всем остальным, захотелось, чтобы суд поскорее состоялся.

В течение дня Алиса пыталась хоть чем-то заняться, чтобы не думать о Слейде, однако мысли о нем не шли у нее из головы. Один раз она даже направилась к двери своей комнаты, намереваясь пойти на телеграф и послать телеграмму в Денвер, но остановилась. Она ведь и так знает, что за человек этот Слейд. Так почему у нее до сих пор есть какие-то сомнения в его виновности?

В этот вечер Алиса поужинала в одиночестве и собралась пораньше лечь спать. Ей хотелось хорошенько отдохнуть перед предстоящим днем — днем суда. Она уже собралась раздеться, когда услышала на улице какой-то шум. Выглянув в окно, она увидела, как к окраине города несется целая толпа людей.

— Что случилось? — крикнула она, высунувшись из окна.

— Пожар! Сильный пожар! Скорее все тушить!

Алиса увидела, что в небе полыхает зловещее красное зарево. В этот момент она заметила, что помощники шерифа, охранявшие заключенных, бросились на борьбу с пожаром. Остался лишь один, у входной двери. И внезапно Алиса почувствовала неладное. Крыша соседнего здания тоже была пуста. Сидевшие на ней прежде мужчины, похоже, отправились тушить пожар. Нет, что-то здесь явно не так, решила Алиса.

Нахмурившись, она вытащила из кобуры револьвер и сунула его в сумочку. Выйдя из комнаты, Алиса быстро спустилась по лестнице.

В холле не было ни души. Улица тоже была пустынна и выглядела зловеще. Издалека доносились крики горожан, пытавшихся потушить огонь, но на улице, на которой располагалась тюрьма, было тихо — слишком тихо, по мнению Алисы.

За последние несколько недель она достаточно узнала о Дакоте Киле, чтобы понять: этот бандит всегда оставляет последнее слово за собой. Он терпелив, хитер и неглуп. У него вполне хватит ума устроить где-нибудь в городе заварушку, чтобы отвлечь внимание горожан и охраны от тюрьмы, а потом напасть на нее и вызволить своих людей.

Чувство беспокойства охватило Алису с новой силой. Охрана, которую она всего несколько минут назад видела у входа в тюрьму, тоже куда-то подевалась. Увидев распахнутые двери тюрьмы, Алиса немного успокоилась. Вне всякого сомнения, охранники вошли в помещение, чтобы доложить шерифу о том, что происходит.

Алиса позволила себе немного расслабиться, однако заметив в окне конторы какие-то тени, насторожилась. Осторожно ступая, стараясь оставаться в тени, она потихоньку подошла к окну и услышала чьи-то голоса.

— Давайте пристрелим этого мерзавца! — сердито требовал какой-то мужчина.

— Нет! — раздался голос Слейда. — Выстрел тотчас же все услышат и примчатся сюда, тогда у нас не будет времени выбраться из города. Запри его в камере, и дело с концом. Пусть потом расскажет своим помощникам, как Кид их всех оставил с носом.

— Этот иуда шериф заслуживает смерти! — не сдавался первый.

— Ну как ты не понимаешь, Зик! — Раздражение Слейда явно росло. — Один-единственный выстрел — и все полетит к чертям!

— Слейд прав, — раздался голос Джонсона. — Давайте выбираться отсюда, пока у нас есть время.

Я уже достаточно насиделся в камере! На всю оставшуюся жизнь хватит!

— Я могу его пырнуть ножом. Как тех охранников, что стояли снаружи, — гнул свое Зик. — Никакого шума не будет.

— Хватит терять зря время! Запертый он никуда не денется. Пошли. Надо выбираться отсюда! — бросил Нэш.

— Отличный будет подарочек Эмерсону! — ухмыльнулся Джонсон.

Затаив дыхание слушала Алиса этот разговор. Когда голоса стихли, она попятилась от здания, лихорадочно соображая, что делать. И в этот момент заметила в глубине аллеи мужчину. Мурашки побежали у нее по спине: да ведь это сам Дакота Кид!

Алиса его сразу узнала, поскольку его портреты были расклеены по всему городу. Понимая, что нельзя терять ни секунды, она вытащила из сумочки револьвер и, несколько раз выстрелив в воздух, помчалась по улице, громко крича:

— Сюда! Сюда! Бандиты напали на тюрьму!

Поскольку раненая нога все еще давала о себе знать, Кид, устроив на окраине города пожар, послал Реда с Зиком вызволять своих ребят из тюрьмы, а сам остался сторожить лошадей. Услышав выстрелы и крики, он обернулся и, пришпорив коня, помчался к вопившей во весь голос женщине. Нужно было во что бы то ни стало утихомирить ее. Слишком многое было поставлено на карту.

Увидев, что Кид несется на нее, Алиса задрожала от страха. Бежать у нее уже не оставалось времени, и она приняла единственно верное решение. Прицелившись, она выстрелила в Кида и, отскочив с дороги, метнулась в укрытие. В этот момент послышался топот ног. Это горожане, услышав крики Алисы, уже бежали ей на помощь.

Почувствовав, как с его головы слетела шляпа, Кид, пораженный, замер, но уже через секунду, заметив бегущих людей, развернул лошадь и галопом поскакал к окраине города, крикнув по пути:

— Ред! Зик! Быстрее!

Как ни хотелось Киду пристрелить бабенку, доставившую ему столько беспокойства и сорвавшую всю операцию, но спасти свою шкуру хотелось еще больше.

— Алиса, ты где? С тобой все в порядке? — крикнул, подбегая к тюрьме, Роб.

Он помогал тушить пожар, когда его как громом поразило: что, если, пока он тут борется с огнем, Кид со своими головорезами попытается совершить налет на тюрьму? Чутье не подвело шерифа, и теперь он радовался, что не опоздал.

— Все в порядке! — крикнула Алиса Робу из своего укрытия. Она спряталась от Дакоты Кида за стоявшими перед магазином бочонками.

— Не выходи оттуда! — приказал ей Роб. Он не хотел, чтобы Алиса пострадала, пока он будет штурмом брать тюрьму.

Едва Роб успел взять под прицел дверь тюрьмы, как из нее выскочили Ред с Зиком. Они помчались к лошадям, отстреливаясь на бегу. Только Зику посчастливилось добежать до своей лошади. Ред же рухнул на землю, сраженный пулей шерифа. А Нэш с Джонсоном не смогли даже носа высунуть на улицу: в тюрьму ворвались Браун с Хоукинсом и несколько помощников шерифа Джонса, настроенных весьма решительно.

— Эй, вы, там! Только посмейте высунуться! Тут же получите пулю в лоб! — закричали они и, непрерывно стреляя, кинулись к комнате шерифа.

— Ред погиб! Кид с Зиком, наверное, тоже! — крикнул Джонсон Нэшу со Слейдом, лихорадочно отстреливаясь.

Слейд злобно выругался. Ну почему ему так не везет! Еще бы несколько минут — и он бы вырвался из этой проклятой тюрьмы! А теперь все кончено! У дверей полно народу, и ни один из этих людей не пожалеет для него пули. А на суде теперь его обвинят не только в убийстве, но и в попытке совершения побега. И ничего он не сможет сделать! Абсолютно ничего!

Пока Слейд размышлял над своей несчастной долей, Роб, пригнувшись, чтобы пули в него не попали, бросился к двери и со всего размаху толкнул ее плечом.

Влетев в комнату, он не удержался на ногах и рухнул на пол револьвер выпал из его руки и отлетел в сторону. Роб вскочил и в тот же миг очутился лицом к лицу с Брэкстоном. Бандит стоял, держа в руке револьвер, и целился прямо ему в грудь.

Роб мысленно распрощался с жизнью. У Слейда была отличная возможность убить его, и глупо было бы рассчитывать на то, что он ею не воспользуется. Каково же было его удивление, когда Слейд, подняв револьвер повыше, выстрелил в стену, прямо у него над головой. В этот момент послышался звон разбитого стекла: это Хоукинс с Брауном стали стрелять по окнам, не давая преступникам возможности скрыться этим путем.

У Роба не было времени раздумывать над странным поведением Слейда. Как только он схватил свой револьвер, в комнату ворвались Хоукинс с Брауном и взяли бандитов на мушку.

— Бросайте оружие или будем стрелять! — приказал Роб.

Нэш с Джонсоном были вне себя от ярости. Свобода была так близко! Но теперь, если бы они попытались сделать хоть шаг, за их жизнь нельзя было бы дать и ломаного гроша. Бранясь, бандиты швырнули оружие на пол и подняли руки над головой. Слейд последовал их примеру.

Все было кончено.

— Эмерсон? Это ты? — послышался из камеры голос шерифа Джонса.

— Я! — крикнул Роб и поспешил освободить друга.

Не спуская с бандитов глаз, помощники шерифа отвели их в камеру. Входя в ненавистную каморку, Слейд не проронил ни слова, размышляя лишь о том, сколько еще часов останется до того, как петля затянется у него вокруг шеи. Похоже, не очень много, с грустью подумал он.

Когда стрельба прекратилась, Алиса вышла из своего укрытия. В револьвере у нее оставался еще один патрон, и Алиса, не выпуская из рук оружия, медленно приблизилась к тюрьме. Она видела, как Роб ворвался в помещение, и боялась, что его ранили или убили.

— Роб? — позвала она, робко подходя к двери.

— Все спокойно, можете заходить, — сказал Хоукинс, появившись на пороге.

— Роба не ранили? — с беспокойством спросила Алиса и быстро вошла в здание, желая собственными глазами убедиться, что Роб не пострадал.

— Со мной все в порядке, — заверил ее Роб, стоя у двери камеры. Он смотрел, как запирают преступников. Увидев его целым и невредимым, Алиса облегченно вздохнула и подбежала к нему. Помимо своей воли Роб ласково обнял ее за плечи.

— Ты хоть понимаешь, что сделала? — спросил он, восхищенно глядя на нее.

— А что она сделала? — поинтересовался Хоукинс.

— Алиса первая догадалась о том, что происходит. И если бы она не начала стрелять, всем бандитам удалось бы сбежать. Какая ты все-таки смелая! — воскликнул Роб, повернувшись к Алисе.

Девушка вспыхнула от смущения.

— Да я ничего особенного не сделала. Просто услышала крики, увидела пожар, и он показался мне чересчур большим. Вот я и подумала: а вдруг его подстроил Кид?

— И оказались правы, — заметил Браун. — Если бы не вы, бандитам удалось бы сбежать.

— Она даже выстрелила в Кида, — восторженно проговорил Роб.

— Но промахнулась, — откровенно призналась Алиса. — Только шляпу сбила.

— Да ну? — ахнули от удивления Браун с Хоукинсом.

— Если бы она поточнее прицелилась, пробила бы Киду голову. Но все равно только благодаря Алисе мы успели задержать остальных бандитов.»

Все направились в комнату шефа. Проходя мимо камеры, Алиса машинально взглянула на бандитов и содрогнулась: с такой ненавистью смотрели на нее Нэш с Джонсоном. Слава Богу, что они за решеткой, иначе бы ей несдобровать.

Во взгляде же Слейда Алиса не заметила никакой ненависти. Лицо его было непроницаемым, когда он смотрел, как Роб обнимает ее за плечи.

— У меня нет слов, чтобы выразить вам свою благодарность, — проговорил шериф Джонс, когда все собрались в его комнате и он закрыл дверь.

— Тебе повезло, что ты остался жив, — заметил Роб. — От этих подонков всего можно ожидать.

— Они бы и убили меня, все к тому шло. Сам не понимаю, почему они этого не сделали. Они же зарезали двух охранников, которых я поставил сторожить дверь. — Голос шерифа дрогнул от душевной боли. Похоже, он сильно переживал потерю своих друзей.

Алиса вспомнила разговор бандитов.

— Я слышала, как Слейд Брэкстон сказал, что не стоит вас убивать, потому что выстрел привлечет внимание и сбежать из тюрьмы будет невозможно.

— Мне просто повезло, что у них было мало времени. Если бы его у них было больше, они бы так же хладнокровно прирезали меня, как и моих друзей.

— Мне так их жаль, — заметила Алиса.

— Мне тоже, — сказал Джонс. — Хорошие были ребята.

— Наверное, это Зик Мэлоун их убил. Он лучше всех владеет именно ножом, — предположил Роб. — Кстати, в перестрелке погиб Ред Парсонс. Пусть это послужит тебе хоть каким-то утешением.

— Это хорошо, — мрачно проговорил шериф. — Значит, на одного бандита стало меньше. Так сколько человек осталось в банде? Только двое? Кид да Зик?

— Похоже на то. Джонс довольно кивнул.

— Отлично. Мы с ними расправимся, пусть не сразу, но в конце концов они от нас никуда не уйдут.

Шерифы обменялись понимающими взглядами. Они оба ненавидели Кида и знали, что не успокоятся, пока не заставят его заплатить за свои злодеяния.

— Мне ужасно жаль, что я сегодня его не схватил. А ведь мог бы… — вздохнул Роб, сожалея о том, что не сразу разгадал замысел бандитов.

— Ничего, рано или поздно он свое получит.

— Тебе сегодня еще понадобится помощь?

— Понадобится, Роб. Спасибо, что поинтересовался. Людей у меня осталось маловато.

— Вот только провожу Алису в гостиницу и сразу же вернусь помогать тебе охранять бандитов.

— Давай мы с тобой тоже останемся, — предложил Хоукинс Брауну.

Поблагодарив помощников шерифа, Джонс повернулся к Алисе. Она уже собралась уходить.

— Не знаю, как и благодарить вас, мисс Мейсон, — произнес он. — Если бы не вы, нам сегодня пришлось бы худо.

— Рада, что смогла хоть чем-то помочь.

— Ваша помощь просто неоценима, ведь вы помешали побегу! Если бы не вы, бандиты были бы уже сейчас далеко.

— Твой отец мог бы гордиться тобой, — подхватил Роб. — Может, вместо того чтобы работать судьей, станешь моей помощницей? Наш штат — первый, в котором женщины заняли место присяжных и мировых судей. Так почему не помощников шерифа? — Мысль работать бок о бок с Алисой с каждой секундой нравилась Робу все больше и больше.

— Думаю, я все-таки буду работать судьей. Мне гораздо больше нравится наводить порядок с помощью молотка, чем с помощью револьвера.

Алиса попрощалась с шерифом Джонсом и остальными мужчинами, и Роб повел ее обратно в гостиницу.

— С тех пор как мы отправились в эту поездку, нам на голову сваливается одно приключение за другим, — заметил Роб, когда они подошли к дверям ее комнаты. — Думаю, тебе хочется немного покоя и тишины.

— Надеюсь, я это наконец получу. Мне наших приключений надолго хватит.

Алиса стала открывать дверь, и в разговоре возникла неловкая пауза.

— Ну, спокойной ночи, Роб, — проговорила наконец Алиса, повернувшись к нему.

— Спокойной ночи, Алиса, — тихо ответил он.

В этот момент она показалась Робу настолько красивой, что он едва сдержался, чтобы не поцеловать ее. Подождав, пока Алиса запрет за собой дверь, он, как и обещал, вернулся к Джонсу, однако на протяжении всей длинной бессонной ночи мысли об Алисе не давали ему покоя.

Глава 10

Алиса проснулась за несколько часов до рассвета и больше заснуть так и не смогла. Она встала и, не зажигая света, поставила стул к окну, потом уселась на него и стала дожидаться восхода солнца.

Вот и настал этот день — день суда.

Алиса думала, что будет испытывать необыкновенный прилив сил оттого, что преступники наконец-то понесут заслуженное наказание, однако чувствовала лишь безразличие и страшную усталость. Впрочем, после беспокойной ночи это было неудивительно. Воспоминание о том, как Слейд убедил остальных бандитов не убивать шерифа и тем самым спас ему жизнь, не давало ей покоя. И вновь, уже в который раз, она подумала, что Слейд, быть может, и в самом деле вовсе не бандит и убийца, кем его все считают.

Вглядываясь в предрассветный сумрак, Алиса размышляла о том, что же ей делать. Она знала, что Роб считает Слейда виновным во всех смертных грехах, однако сама на этот счет сильно сомневалась. Сомнения эти не давали Алисе покоя и раньше, а уж теперь, после того как она подслушала разговор бандитов, они охватили ее с новой силой. Алисе припомнилось, как смотрел на нее Слейд сквозь зарешеченное окошко камеры, когда она выходила из холла вместе с обнимавшим ее за плечи Робом. А что, если…

Час спустя, когда небо на востоке посветлело, Алиса оделась. Наступивший день должен был изобиловать событиями. Она придет в суд к самому началу заседания, но сначала ей предстоит одно важное дело — она должна зайти на телеграф.


Судья Бэнкс был судьей строгим. Он не терпел никаких глупостей и придерживался того мнения, что судебное разбирательство должно идти по строго заведенному и раз и навсегда установленному порядку. Суд должен был начаться вовремя, а незадолго до его начала у здания суда и у дверей зала заседаний была выставлена вооруженная охрана. После того, что устроил вчера Кид, никакие меры предосторожности не казались излишними.

Присяжных было двенадцать: четыре женщины и восемь мужчин. Они самым внимательным образом рассмотрели все свидетельские показания и вообще производили впечатление людей умных и справедливых. Алиса осталась довольна всеми без исключения присяжными.

Быстро пролетели часы. Все свидетели, дававшие показания на предварительном слушании в Блэк-Спрингсе, приехали в Грин-Ривер и были рады рассказать все, что им известно. Одного за другим их вызывали, они давали клятву говорить правду, только правду и ничего, кроме правды, после чего рассказывали все честно и откровенно.

Когда суд удалился на перерыв, Алиса поспешила на телеграф.

— Вы не получили еще ответа из Денвера? — спросила она Джонаса Говарда, телеграфиста.

— Нет, мэм, ни единого слова, — ответил тот и, видя, как разочарована Алиса, поспешно добавил: — Но если в течение дня что-то получу, непременно принесу вам прямо в суд.

— Это было бы просто великолепно. Спасибо вам большое.

Возвращаясь обратно, Алиса всю дорогу ломала голову над тем, почему сыскное агентство Денвера так долго не может ответить на ее запрос. Если Слейд Брэкстон и в самом деле их агент, неужели они не хотят спасти его от виселицы? А если нет, так почему бы им также не уведомить ее об этом?

Слушая свидетельские показания на дневном судебном заседании, Алиса не могла отделаться от мысли, что Слейд не кто иной, как лгун и убийца. Судя по репликам присутствовавших, никто в этом и не сомневался. На следующий день показания будет давать Лес Андерсон, который на предварительном слушании уверял под присягой, что Слейд убил ее отца. Но если Слейд и в самом деле не кто иной, как преступник, почему он уговорил бандитов не убивать шерифа, когда они пытались сбежать из тюрьмы?

На этот вопрос у Алисы не было ответа. Ей оставалось только ждать новостей из Денвера и вынесения окончательного приговора.


Кен приехал в Грин-Ривер вечером, когда солнце уже садилось. Он страшно устал, однако это его мало волновало. Главное — успел. Заняв номер в гостинице и наскоро умывшись, он отправился в ближайший салун, понимая, что именно там узнает все новости о том, что происходило на суде.

— Пива, — бросил он бармену.

Тот быстро выполнил заказ. Заплатив, Кен принялся с удовольствием потягивать пенную жидкость.

— Надолго к нам в город? — поинтересовался бармен, пытаясь завязать разговор. Посетителей в салуне было немного, и он был рад увидеть новое лицо.

— На несколько дней, — ответил Кен.

— А откуда сами?

— Вообще-то из Денвера, но уже давно выехал оттуда по делам. Ну, что у вас тут, в Грин-Ривер, интересного? Вытирая стойку, бармен проговорил:

— Тут у нас за последние дни произошло столько потрясающих событий! Идет суд над гангстерами из банды Дакоты Кида.

— Да ну? Самого Дакоты Кида? Он до сих пор жив?

— Да, черт бы его побрал! И столько беспокойства всем доставляет, что только держись. Вот, например, не далее как вчера устроил пожар и, пока мы его тушили, попытался вызволить своих ребят из тюрьмы.

— И как, удалось ему это? — Кен весь напрягся, ожидая ответа. Неужели Слейд сбежал?

— Нет. Кто-то его заметил и поднял тревогу. Началась перестрелка. Два охранника были убиты. Киду, правда, удалось сбежать, но одного из его людей, Реда Парсонса, подстрелили. И тем бандитам, что сидели в тюрьме, так и не удалось сбежать.

— Повезло вам, — бросил Кен.

— И не говорите. А то бы Кид перестрелял всех жителей города, с него станется. И шерифу нашему тоже повезло. Бандиты не стали его убивать, только заперли в своей камере, а сами попытались вырваться на свободу. В общем, что здесь творилось — просто жуть! Что теперь предпримет Кид? Наверное, опять попытается спасти своих людей, но это ему не удастся. Мы теперь будем держать ухо востро!

— Да уж, здорово вы, видно, повеселились. Однако никому не пожелаешь такого веселья.

— Это точно. Жаль только наших ребят, которых убили. Хорошие были парни. Нам их будет не хватать. Сегодня начался суд, так что скоро справедливость восторжествует, недолго осталось. Всех свидетелей уже допросили.

— Думаете, бандитов приговорят к виселице?

— А как же! Теперь, после того как Кид устроил пожар, наверняка. Народ жаждет мести. Люди и раньше-то были злы на бандитов, особенно после того, что эти мерзавцы натворили в Блэк-Спрингсе. Они ведь ограбили банк и хладнокровно убили тамошнего судью Мейсона. А теперь, когда эти подонки прикончили и двоих наших, их растерзать готовы.

Кен одним глотком осушил стакан. Он узнал все, что ему было нужно.

— Спасибо за пиво, — проговорил он.

— Не за что. Захотите выпить, приходите еще.

Выйдя из салуна, Кен отправился в отель. Нельзя было терять ни минуты. Он и так уже пропустил один день суда и мог себе представить, в какой панике пребывает сейчас Слейд. Да уж, в незавидном он находится положении. Нужно спешить. Водрузив на спину лошади седельные сумки, Кен поскакал к тюрьме.

Пит Райли, охранявший контору шерифа, подозрительно взглянул на подъехавшего незнакомца. На поясе его висел револьвер, и Пит вскинул ружье.

— Что вам здесь нужно? — настороженно бросил он.

— Меня зовут Кен Ричардс. Я приехал поговорить с шерифом.

— О чем?

— Это я скажу ему, — сдержанно ответил Кен. — Если желаете, могу сдать вам свое оружие.

— Ладно. А что у вас в седельных сумках?

— Если хотите, можете осмотреть. Я тут слышал от вашего бармена, что ночью в вашем городе было не совсем спокойно.

— Похоже, у бармена язык чешется, — буркнул Райли. Забрав у Кена оружие и документы, он быстро просмотрел их и сказал, открывая Кену дверь: — Входите.

— Шериф, к вам тут пришли, — сказал он Джонсу и вышел из конторы, не спуская с двери настороженного взгляда: ему вовсе не улыбалось кончить жизнь так, как двое его погибших друзей.

Стив Джонс с любопытством взглянул на остановившегося у его стола высокого мужчину.

— Чем могу служить?

Кен взглянул на дверь камеры, за которой, по всей видимости, скрывались преступники, и довольный тем, что она заперта, а значит, никто не подслушает его разговор с шерифом, проговорил:

— Меня зовут Кен Ричардс. Я из сыскного агентства Пинкертона, начальник отделения в Денвере. Слейд Брэкстон — один из наших лучших агентов. Несколько месяцев назад мы внедрили его в банду Дакоты Кида, но теперь он вместе с другими бандитами находится у вас под стражей.

— Не может быть! — воскликнул пораженный Джонс.

Кен ожидал подобной реакции и тотчас же протянул шерифу, который никак не мог оправиться от удивления, все необходимые бумаги, удостоверяющие личность Слейда.

Джонс внимательно изучил их, прочитав по нескольку раз каждый документ, посмотрел на знакомую подпись губернатора штата, заверяющую удостоверение личности Брэкстона, и недоверчиво покачал головой:

— Но ведь есть свидетели, которые видели, как он участвовал в ограблении банка в Блэк-Спрингсе и убил Джона Мейсона. Лес Андерсон собирается завтра дать под присягой показания в том, что собственными глазами видел, как Брэкстон застрелил его.

— Этот человек лжет… или, скажем, ошибается. Сотрудникам нашего агентства потребовалось много времени и сил, чтобы создать Слейду Брэкстону репутацию злостного бандита и убийцы. Слейд отлично владеет оружием, но я вам прямо скажу — никогда и ни при каких обстоятельствах он не будет хладнокровно стрелять в человека.

— Подождите-ка минутку… — Джонс все никак не мог переварить свалившуюся на него новость. Подойдя к двери, он позвал Райли: — Беги за Робом Эмерсоном. Я хочу видеть его немедленно.

Райли помчался выполнять приказ.

— Мистер Ричардс, почему бы вам не присесть на минутку. Я только что отправил одного из своих людей за шерифом из Блэк-Спрингса. Я хочу, чтобы и он узнал обо всем, что вы мне здесь рассказали.

Кен сел на стул, и воцарилось напряженное молчание. Через десять минут в комнату ворвался Роб.

— Хорошо, что ты так быстро пришел, — проговорил Джонс. — У мистера Ричардса есть очень интересные сведения, которыми он хочет с нами поделиться.

— У мистера Ричардса? — машинально переспросил Роб и углубился в бумаги, протянутые ему Джонсом. Прочитав их, он ошарашено взглянул на Кена: — Значит, это правда…

— Так вы знали?

— Брэкстон еще в Блэк-Спрингсе пытался мне рассказать, что он секретный агент, но…

— Но его легенда оказалась настолько хороша, что вы ему не поверили, — договорил за него Кен.

— Вот именно. На всех столбах развешаны объявления, что его разыскивают за убийства, которые он совершил в Колорадо и Техасе, — запальчиво проговорил Роб, пытаясь объяснить, почему он не поверил заявлениям Слейда о том, что тот является секретным агентом.

Кен сдержанно улыбнулся.

— Когда мы посылаем наших людей на задание, мы снабжаем их достовернейшей легендой. Мы не имеем права подвергать их жизнь риску больше, чем это необходимо. Так что легенда Слейда, естественно, была очень убедительна, уж мы об этом позаботились. Не беспокойтесь, я вас ни в чем не обвиняю, просто я рад, что успел вовремя. Если у вас все еще есть сомнения в том, что я рассказал, я могу послать телеграмму губернатору штата. Он подтвердит мои слова.

— Нет-нет, это лишнее, — поспешно проговорил Роб, повернувшись к Джонсу. — Мы можем ему доверять.

— Ты в этом уверен?

— Да. Во время попытки бандитов сбежать был момент, когда Брэкстон мог запросто убить меня, но не стал этого делать. Я как раз ворвался в комнату, — начал рассказывать Роб, — и случайно выронил револьвер. А Слейд стоял совсем рядом. Ему ничего не стоило меня застрелить, но он не стал этого делать, а выстрелил в стенку, прямо над моей головой. Я уже тогда должен был понять, что он не тот, за кого мы все его принимаем.

— Но все произошло так стремительно, что не мудрено было и растеряться, — возразил Джонс.

— Да и пальба стояла страшная, — подхватил Роб. — У меня зародились кое-какие сомнения насчет Брэкстона, но в этот момент в комнату вбежали твои помощники, и мне уже было не до сомнений. Однако теперь я понимаю, почему он не стал меня убивать.

— Слейд — один из наших лучших агентов и прекрасный человек. Потому-то я и уверен, что он не мог убить судью Мейсона, — проговорил Кен. — Свидетель ошибается.

— И что же нам теперь делать? — спросил Джонс. — Может, мне поговорить с судьей Бэнксом, чтобы он освободил его?

— Нет. У меня есть одна неплохая идея, которую я хотел бы с вами обсудить. Поскольку Кид пока что не пойман, наша работа не закончена.

— Вы хотите, чтобы мы устроили Брэкстону побег? — поинтересовался Джонс.

— Нет. Вы уверены, что бандиты будут признаны виновными? Ведь суд уже почти завершился?

— Да, — в один голос сказали оба шерифа.

— Тогда я хочу, чтобы приговор был приведен в исполнение. Я хочу, чтобы Слейда повесили вместе с остальными бандитами.


На следующее утро у дверей здания суда снова выставили охрану. Судья Бэнкс и шериф Джонс не собирались допустить ничего из ряда вон выходящего.

С замиранием сердца Слейд вошел в здание суда следом за Нэшем и Джонсоном. Он знал, что суд сегодня закончится и вынесенный приговор будет не в его пользу. Жители Грин-Ривер жаждали крови — его, Слейда, крови.

Ему вспомнилось, как кто-то из помощников шерифа с издевкой посоветовал бандитам начать считать оставшиеся до конца жизни дни, и с ужасом подумал, что до смерти остались уже не считанные дни, а часы.

Направляясь к залу заседаний, Слейд с надеждой смотрел по сторонам, однако Кена нигде не было видно. Очевидно, никто так и не удосужился дать телеграмму в Денвер. Похоже, жители Грин-Ривер пребывали в полной уверенности, что он, Слейд, бандит и убийца, и все шло к тому, что его повесят за ужасные преступления, которых он не совершал.

Когда преступников ввели, зал зашумел. Взгляд Слейда скользнул по лицам собравшихся. Алиса находилась на том же самом месте, что и вчера. Слейд сразу ее заметил. Она сидела, гордо вскинув голову, и его тронуло то, с каким достоинством она держалась. Он мог себе представить, какую невыносимую муку ей доставляло то, что она вынуждена была присутствовать на суде. Как нелегко ей было, бедняжке. Слейду очень хотелось поговорить с ней хотя бы разок, объяснить, что никакой он не убийца, но он понимал, что такой возможности ему не представится. Его повесят, а Алиса будет жить дальше, уверенная в том, что он убил ее отца.

Настроение у Слейда падало с каждой минутой. Надежды его рухнули. Жизнь покатилась под откос.

В этот момент взгляд Слейда упал на сидящего рядом с Алисой мужчину. Господи, да ведь это Кен! Как же он его раньше не заметил? Ну, теперь все будет в порядке, Кен спасет его.

Слейду потребовалась вся его сила воли, чтобы не выдать своей радости, и это ему удалось. Хмуро глядя на людей, с опаской взиравших на него, он прошел к своему месту.


Алиса села там же, где и вчера, но сегодня рядом с ней уселся какой-то незнакомый мужчина. Она никогда его раньше не видела. Интересно, кто бы это мог быть? По виду — джентльмен. Костюм с иголочки, да и сам весь такой холеный. Мужчина проявлял ко всему происходящему живейший интерес.

Когда в зал ввели Слейда, Алисе стало не до незнакомца. Она попыталась смотреть в сторону, когда Слейд шел по проходу в сопровождении вооруженной охраны, но не смогла отвести от него глаз.

Судья Бэнкс призвал зал к порядку и назвал первого свидетеля. Его быстро сменил второй, потом третий. Похоже, судья собирался закончить судебное разбирательство как можно быстрее.

В полдень объявили перерыв. Алиса хотела поговорить с сидевшим рядом незнакомцем, однако тот поспешно встал и вышел из зала, прежде чем она успела вымолвить хоть слово.

Алиса последовала его примеру. Она решила пообедать в ресторане при гостинице и направилась туда, но вдруг услышала, как кто-то окликнул ее. Обернувшись, Алиса увидела сестру и мать. Обрадовавшись, она кинулась к ним.

— Вы все-таки приехали! — воскликнула Алиса, очутившись в теплых материнских объятиях.

— Не могли же мы бросить тебя одну, — сказала Лоретта, крепко обнимая дочь. — Ну, как ты?

— Прекрасно. Когда вы приехали?

— С час назад, в почтовой карете. Мы уже сняли комнату в гостинице и только отправились тебя искать, как вдруг видим — ты идешь. Ну, как дела в суде?

— Судья отпустил всех пообедать. А в два часа продолжится допрос свидетелей.

— Тогда у нас есть время пообедать, — заметила Лоретта. — И ты нам сможешь рассказать обо всех своих приключениях.

Они пошли в ресторан и заказали легкий обед. Когда все начали есть, Эмили первая напомнила сестре о ее полном приключений путешествии в Грин-Ривер вместе с Робом.

— Клеменс рассказал нам о том, что с тобой приключилось и как ранили Урсино.

— Я так счастлива, что эти негодяи тебя не тронули, — подхватила Лоретта. Когда помощник шерифа рассказал ей о том, как Алиса едва не стала заложницей и только своевременный приезд Роба спас ее, Лоретта пришла в ужас. — Слава Богу, Роб подоспел вовремя.

— После того как Клеменс с Урсино уехали в Блэк-Спрингс, я бы сказала, стало еще веселее, — заметила Алиса.

— Вот как? — встревоженно проговорила Лоретта. — А что случилось?

И Алиса рассказала матери и сестре о том, как началась гроза, как ее вместе со Слейдом смыло в реку и что было дальше.

— Боже правый! Ведь этот злостный бандит мог тебя убить! Подумать только, ты оставалась с ним совершенно одна! И как ты только все это выдержала и не испугалась? — Лоретта всегда знала, что ее старшая дочь — храбрая девушка, но ей и в голову не могло прийти, что она способна выдержать такие ужасные испытания.

— Это было нелегко, — ответила Алиса и на секунду замолчала, вспоминая все свои страхи: сначала потому, что чуть не утонула, потом оттого, что осталась один на один со Слейдом.

— Ну и как ты себя чувствовала, оставшись с этим бандитом наедине? — с любопытством спросила Эмили.

— Нормально. Он ведь был в наручниках, иначе мне бы несдобровать. Впрочем, хотя я знаю, что Слейд бандит и убийца, я почему-то совсем его не боюсь, — откровенно призналась Алиса и подумала, что единственное, чего она боится, — это его поцелуев, поскольку теряет от них голову.

— И тебе в конце концов удалось доставить Слейда к Робу?

— У меня ведь был револьвер, которым я была готова воспользоваться каждую минуту. Когда настало утро и дождь прекратился, мы отправились пешком по направлению к городу. Роб в это время тоже нас искал, и, к счастью, мы с ним встретились довольно быстро, а то я не знаю, сколько бы еще выдержала, ведь всю ночь глаз не сомкнула.

Погладив дочь по руке, Лоретта ласково ей улыбнулась.

— Ты такая храбрая, Алиса.

— Ну что ты, мама, — возразила она. — Просто я в последнее время вечно оказываюсь в самый неподходящий момент в самом неподходящем месте. Вот, например, вчера Кид попытался освободить своих людей из тюрьмы, и именно меня угораздило проходить в этот момент мимо и увидеть его.

Услышав это, Лоретта побледнела.

— Что это ты такое говоришь? Не понимаю…

Алиса быстро рассказала матери и сестре о том, что Кид устроил пожар, а сам в это время попытался освободить своих людей из тюрьмы.

— Бедняжка моя, что тебе довелось пережить, — вздохнула Лоретта, пораженная ее рассказом. Подумать только, на долю Алисы выпали такие испытания, а она все выдержала и выжила! — Не много найдется женщин, способных вынести такое.

— Спасибо, мама.

— За что?

— Я думала, ты станешь отчитывать меня за то, что я отправилась в эту поездку, а ты меня даже похвалила, — объяснила Алиса и попыталась улыбнуться.

— А какой смысл тебя отчитывать? Ведь отговорить тебя от этой поездки я все равно бы не смогла.

— Верно. Для меня было важно сюда поехать.

— Что ж, нужно радоваться тому, что все в конце концов закончилось хорошо.

Алиса с облегчением вздохнула. Какое счастье, что мама так спокойно восприняла ее леденящий душу рассказ.

— Ну, думаю, нам пора идти. Скоро закончится перерыв, — сказала она.

Алиса и Эмили с матерью вышли из ресторана и вернулись в здание суда, где заняли свои места. Незнакомец, си-, девший рядом с Алисой, так и не вернулся. В зале его нигде не было видно, и Алиса подумала, куда это он мог подеваться. Однако долго размышлять об этом у нее не было бремени: бандитов снова ввели в зал. Почувствовав, как мать вся напряглась, Алиса ласково пожала ей руку.

Судья Бэнкс и присяжные заняли свои места, и судебное разбирательство продолжилось. Вызвали свидетеля Леса Андерсона для дачи свидетельских показаний против Слейда Брэкстона.

Пока Андерсон под присягой клялся в том, что видел, как Слейд убил Джона Мейсона, Алиса смотрела на Слейда.

Она заметила, что он выпрямился и расправил плечи и замер в таком положении. Больше он ничем не выдал своих чувств. Лицо его осталось непроницаемым. Лишь один раз бросил он взгляд в сторону Алисы, словно почувствовав, что она на него смотрит. На секунду взгляды их встретились, однако Алиса не увидела в глазах Слейда ничего: ни сожаления, ни горечи.

Андерсон продолжал давать свои показания, и Алиса заставила себя оторвать взгляд от Слейда и перевести его на присяжных. Ей хотелось по их лицам понять, что они думают по поводу рассказа Андерсона о грабеже и убийстве. Свой рассказ Лес расписал такими яркими красками и снабдил такими откровенными подробностями, что на лицах женщин присяжных отразилось явное отвращение.

В этот момент мать изо всех сил сжала руку Алисы, и та поняла: ей мучительно больно оттого, что об убийстве ее мужа говорят с такой грубой откровенностью. Теперь Алиса уже не сомневалась в том, что все трое бандитов будут признаны виновными в совершенных ими злодеяниях и приговорены к смертной казни.

День клонился к вечеру, когда последний свидетель дал наконец свои показания, и суд удалился на совещание. Лоретта и дочери, поднявшись, направились к выходу. Выйдя из здания суда на улицу, они остановились, усталые и измученные, мечтая о том, чтобы суд поскорее закончился и все осталось позади.

— Как вы себя чувствуете? — с беспокойством спросил Роб, подходя к ним.

— Хорошо, — ответила Алиса.

— Тяжело еще раз переживать ужасные события того дня, принесшего нашей семье столько горя, — объяснила Лоретта, ласково улыбнувшись Робу. Ее тронула его нежная забота. — И пока этих бандитов не осудят, нам не будет покоя.

— Надеюсь, присяжные не станут тянуть с вынесением приговора, — попытался успокоить ее Роб.

— А если они признают их виновными и приговорят к повешению, когда состоится казнь? — поинтересовалась Эмили.

— Думаю, что очень скоро, — ответил Роб. — Все жители города горят желанием заставить этих мерзавцев заплатить за преступления, которые они совершили в этом городе и в Блэк-Спрингсе.

— Вы расскажете нам, какой приговор вынесет суд?

— Как только я что-то узнаю, я тотчас же вам сообщу. Если я вам еще зачем-то понадоблюсь, то найдете меня у шерифа, Стива Джонса. Я обещал ему и сегодня помочь охранять преступников.

Роб ушел, а Эмили, окинув взглядом собравшуюся возле здания суда толпу, внезапно заметила Кена Уайли и рот раскрыла от изумления: перед ней снова стоял типичный щеголь. Тот сильный, безжалостный и опасный человек, который выезжал из Блэк-Спрингса верхом на лошади несколько дней назад, бесследно исчез. Интересно, как ему удается так быстро и настолько разительно менять свое обличье? Впрочем, к чему об этом думать! Стоявший сейчас в толпе Кен был тем самым Кеном, который заинтриговал и очаровал ее. А переоделся он перед отъездом из Блэк-Спрингса, наверное, только потому, что в щегольском костюме не очень-то удобно ездить верхом.

— Кен! — окликнула его Эмили.

Увидев ее, Кен улыбнулся и направился прямо к ней.

— Я и не знал, что вы тоже поехали в Грин-Ривер на суд. Думал, что вы решили остаться дома.

Его непринужденные манеры совсем успокоили Эмили. Кен вел себя как человек, которому нечего скрывать. Да что это она себе такое выдумала! Ну какой из Кена бандит? Похоже, у нее просто чересчур разыгралось воображение.

— Вы уже уехали из Блэк-Спрингса, когда мы с мамой решили последовать вашему примеру. Сели в почтовую карету и вот сегодня утром приехали сюда. А сейчас разрешите представить вас моей сестре. Алиса, это Кен Уайли, репортер «Денвер дейли ньюс».

— Очень приятно с вами познакомиться, — проговорил Кен. — Эмили и ваша матушка рассказывали мне о вас, когда я с ними познакомился в Блэк-Спрингсе.

— Значит, вы репортер, — заметила Алиса. — Вы сидели сегодня утром в зале суда рядом со мной, и я заметила, что вы делали какие-то пометки в блокноте.

— Да. Мне поручили написать статью о банде Дакоты Кида, и как можно быстрее. То, что поймали бандитов, — просто отлично. Я как раз собирался сейчас идти в тюрьму. Шериф Джонс разрешил мне взять у них интервью.

— А зачем вам это нужно? — удивилась Эмили.

— Я хочу понять, что движет этими людьми. Почему они хотят убивать и грабить? Ведь эти бандиты — самые настоящие хищники. Почему они стали такими? Вот что я хочу понять и потом поделиться своими соображениями с читателями.

— Это так страшно.

— Но это истинная правда. Разрешите мне пригласить вас, дамы, поужинать сегодня со мной. Тогда мы могли бы поговорить на другие, более приятные темы.

— С удовольствием, — поспешно проговорила Эмили. Договорившись встретиться в ресторане гостиницы в семь часов вечера, они расстались.

— Какой приятный молодой человек, — заметила Лоретта.

— Очень приятный. Хотя, должна вам признаться, в тот вечер, когда Кен уезжал из города, он заставил меня поволноваться, — призналась Эмили.

Алиса с любопытством взглянула на сестру:

— А почему? Что случилось?

— Ничего особенного, — ответила Эмили и принялась рассказывать все по порядку: — Был уже поздний вечер, когда я вышла из дома, чтобы прикрепить к витрине магазина объявление о том, что несколько дней мы работать не будем, как вдруг увидела Кена. Он мчался на лошади по направлению к окраине города. Я его еле узнала. Он выглядел совершенно иначе.

— Как это «иначе»? — удивилась Алиса.

— Если бы я не знала, что он репортер, я бы приняла его за самого настоящего бандита. От него так и веяло опасностью. Я даже подумала: а что, если никакой он не репортер, а член банды Дакоты Кида, а в наш город приехал собрать сведения, необходимые для того, чтобы вытащить своих товарищей из тюрьмы?

— По-моему, у тебя слишком разыгралось воображение, — заметила Алиса.

— Наверное. Сейчас, когда я его увидела, я не сомневаюсь в том, что он действительно репортер, а оделся в тот вечер так только затем, чтобы доехать до Грин-Ривер. Ведь не мог же он, в самом деле, скакать на лошади в костюме и галстуке!

Всю дорогу до гостиницы Алиса молчала, погруженная в свои мрачные мысли. Суд почти закончился. Судьям осталось только вынести приговор. Это произойдет в самое ближайшее время. Наверняка Слейда Брэкстона признают виновным и повесят.

Сердце Алисы разрывалось от боли. Она пыталась хоть как-то успокоиться и не могла. На телеграмму, которую она отправила в Денвер, ответ так и не пришел, так что у нее не было никаких доказательств того, что Брэкстон — секретный агент, как он ее уверял. Значит, все, что он ей говорил, — наглая ложь, как Роб и предупреждал ее с самого начала.

Больше Алиса не могла отрицать: Слейд Брэкстон — убийца.

— Алиса, что с тобой? — с тревогой спросила Эмили, заметив беспокойство на ее лице.

— Я только что думала о Брэкстоне и о свидетельских показаниях, выдвинутых сегодня против него.

— Неудивительно, что у тебя такое лицо, — заметила Эмили, ненавидевшая этого бандита Брэкстона всем сердцем.

— Это точно, — подхватила Лоретта.

Но как удивились бы мать с сестрой, узнай они, что переживания Алисы не имеют ничего общего с ненавистью к бандиту и убийце Слейду Брэкстону.

Глава 11

Дверь в камеру открылась, и Слейд едва сдержал улыбку: вошел Кен в сопровождении шерифа. Слейд прекрасно понимал, что явились они вовсе не за тем, чтобы его освободить, и приготовился играть ту роль, которую выбрал для него его друг.

— Джентльмены, — объявил Джонс, останавливаясь перед преступниками, — это мистер Кен Уайли, репортер «Денвер дейли ньюс». Он желает взять у вас интервью, и я сказал ему, что вы с удовольствием ответите на все его вопросы.

Нэш с Джонсоном поднялись с нар и подошли к мнимому репортеру поближе.

— Значит, собираетесь писать о нас репортаж? Что ж, у нас есть что вам рассказать, правда, Нэш? — сказал Джонсон.

— А разве шериф не доложил вам о том, как Кид оставил его с носом? — подхватил Нэш. — Запер его в этой вот самой камере. Он тут отлично смотрелся, доложу я вам.

— Мы бы уже давно отсюда смотались, если бы не судья, эта проклятая Мейсон, черт бы ее побрал! — прибавил Джонсон.

— Похоже, не такой уж этот ваш Кид умный, если слабой женщине удалось сорвать его хитроумный план, — поддразнил бандитов Кен, насмешливо глядя на них. — Если он даже не смог вызволить вас из тюрьмы, на что он вообще годится?

— Дакота Кид — самый умный человек на свете, — заявил Нэш, почитавший своего вожака настолько, что готов был за него жизнь отдать.

— Что ж, насчет самого умного на свете я сомневаюсь, а вот что он умнее вас — это совершенно точно, поскольку он гуляет на свободе, а вы сидите в камере, — проговорил Кен. Он хотел как следует разозлить бандитов. Как знать, вдруг они расскажут о Киде что-то такое, что поможет его поймать.

— Вы не имеете никакого права нас оскорблять, — вмешался в разговор Слейд и, поднявшись с нар, подошел поближе к Кену. — Приговор нам еще не вынесен.

— Но в городе никто не сомневается в том, что вы виновны, Брэкстон. На суде многие свидетели подтвердили, что вы участвовали в ограблении банка и совершили убийство. Говорят…

Выразительно пожав плечами и глядя Кену прямо в глаза, Слейд запальчиво проговорил:

— Я невиновен до тех пор, пока вина моя не доказана.

— Все равно вас всех повесят, — решительно проговорил Кен.

— Вовсе нет! — заявил Джонсон. — Кид где-то рядом, и, как только ему представится возможность, он нас освободит.

— Но если вы невиновны, как утверждает Брэкстон, зачем Дакоте Киду вас освобождать? Если присяжные вас оправдают, вас и так отпустят.

— Вот и напишите в своей газете, господин репортер, что нас безвинно осудили и отдали под суд. Да смотрите, не переврите наши фамилии, — фыркнул Нэш.

— Да уж, мне бы не хотелось, чтобы в такой крупной газете, как ваша, моя фамилия была указана неправильно, — согласился Джонсон.

Кен повернулся к Слейду.

— А какие чувства испытывает человек, когда его заставляют расплачиваться жизнью за преступления, которые он не совершил? — спросил он друга, глядя ему прямо в глаза, и нацелил карандаш в блокнот, делая вид, что собирается записать то, что он ему скажет.

— Сами подумайте, мистер Уайли, — проговорил Слейд, одарив его недоброй улыбкой. — Еще раз вам говорю: я невиновен.

— Вы и в самом деле верите, что Дакота Кид сможет вас спасти? — гнул свое Кен. — Ведь вы находитесь под надежной охраной.

Нэш угрожающе двинулся на репортера.

— Киду никакая охрана не помеха. Он способен творить чудеса. Вот и сейчас вы здесь стоите, а он, быть может, за вами наблюдает. Так что на вашем месте я вел бы себя поосторожнее.

— Он верно говорит, — серьезно сказал Слейд, отвлекая внимание Кена на себя. — Если у вас хватит ума, вы и в самом деле будете осторожнее. У Кида есть свои методы по добыванию нужных ему сведений.

Притворившись, что испугался этих недвусмысленных угроз, Кен неловко попятился к выходу из камеры. Он отлично понял, на что намекал ему Слейд.

— Думаю, на сегодня достаточно, шериф Джонс, — проговорил он. — Спасибо.

— Пожалуйста. Давайте-ка, ребята, укладывайтесь спать. Нам всем хватит вчерашней беспокойной ночи, — проговорил Стив и, открыв дверь камеры, добавил: — Если я узнаю что-нибудь новенькое, тотчас же вам сообщу.

Они с Кеном вышли из камеры, и шериф закрыл дверь.

— Ну, и что вы обо всем этом думаете? — спросил он Кена.

— Я думаю, Кид и в самом деле где-то поблизости, и вы правильно сделали, что выставили вокруг города такую многочисленную вооруженную охрану. После разговора с этими бандитами я пришел к выводу, что и Алису Мейсон тоже следует охранять.

— Вы считаете, Кид попытается ей отомстить?

— Обязательно. Рано или поздно. Я уже подружился с сестрой Алисы и ее матерью, так что, думаю, мне будет нетрудно убедить их не спускать с нее глаз.

— Жаль, что до вынесения приговора мы ничего не сможем делать и нам остается только сидеть и ждать. Но после того как приговор будет приведен в исполнение, я с удовольствием продолжу охоту за Кидом и за теми, кто еще остался в его банде.

— И не только вы. Я тоже не успокоюсь, пока Кид не будет схвачен.

— Значит, то, что о вас говорят, и в самом деле верно? — задумчиво проговорил Джонс.

— А что о нас говорят?

— То, что агентство Пинкертона — это недремлющее око.

— Особенно когда его сотрудники находятся при исполнении задания, — улыбнулся Кен. — А сейчас мне пора на телеграф. Нужно отправить телеграмму в Денвер. Позже поговорим.

— Я буду у себя.


На следующее утро судебное заседание началось в десять часов, и почти сразу присяжные объявили, что достигли соглашения по данному делу.

— Как я понимаю, вы, господа присяжные, пришли к какому-то решению относительно данного дела? — обратился к присяжным судья Бэнкс, стоя перед залом, до отказа наполненным людьми.

— Да, ваша честь, — ответил старшина присяжных и передал бумагу с решением суда Джонсу, а тот отнес ее судье. Бэнкс молча прочитал документ и кивнул:

— Прошу присяжных огласить принятое ими решение.

— Мы, присяжные, считаем Слейда Брэкстона, Рика Нэша и Карла Джонсона виновными по всем пунктам обвинения.

В зале поднялся невообразимый шум, и судье пришлось стучать молотком по столу, призывая собравшихся к порядку. Холодно взглянув на осужденных, он провозгласил:

— Вы признаны виновными. Приговариваю вас к смертной казни через повешение. Приговор должен быть приведет в исполнение до заката солнца. На этом судебное заседание объявляю закрытым. — И он снова стукнул по столу молотком.

Гулом наполнился зал, когда осужденных повели к выходу. Лоретта и Эмили порывисто обнялись, не пряча радостных слез.

Алиса сидела одна, склонив голову на грудь и понуро опустив плечи. Она понимала, что должна радоваться тому, что справедливость восторжествовала, однако ощущала лишь пустоту. Умер отец, и вскоре такая же участь постигнет и Слейда. Он лгун и убийца, убеждала себя Алиса, но почему-то вспоминалось, как он спас ее от Джонсона и Нэша, когда те захватили ее в заложницы, пытаясь сбежать; как она вела его под дулом револьвера к Робу, после того как они чудом уцелели во время грозы, а он даже не попытался ее обезоружить, хотя для него это не составило бы никакого труда.

Но явственнее всего Алисе вспоминались сладостные поцелуи Слейда и то, как она со Слейдом кружилась в вихре танца. Алиса никак не могла избавиться от этих воспоминаний. Она злилась на себя за свою слабость, но поделать с собой ничего не могла. Как она ни старалась, она не в состоянии была забыть Слейда, хотя и понимала, что он бандит и убийца, что скоро его повесят и никто не станет проливать по нему слезы, кроме нее.

Когда Слейд проходил мимо, Алиса подняла голову, и взгляды их встретились. На секунду все происходившее вокруг перестало для них существовать. Они были одни в целом мире. Шум зала стих в одно мгновение. То, что жизнь Слейда кончится еще до заката солнца, перестало иметь значение. Единственное, что имело смысл, — этот взгляд, страстный, полный любви и муки.

И вот Слейд ушел. Алиса почувствовала, как на нее нахлынула безграничная тоска.

— Ах, Алиса, — словно сквозь пелену услышала она голос матери, прерывистый от едва сдерживаемых радостных рыданий. — Как же это замечательно! Наконец-то справедливость восторжествовала!

Алиса обняла мать, зная, что должна хотя бы показать, что разделяет ее радость. Лоретта никогда бы не поняла смятения чувств своей старшей дочери, да и сама Алиса с трудом его понимала. Она лишь ощущала, что Слейд Брэкстон проник в ее жизнь и настолько прочно завладел ее сердцем, что она теперь уже никогда не будет такой, как прежде.

— Может, вернемся в гостиницу? — предложила Эмили.

— Разрешите мне вас проводить, — вызвался подошедший к ним Кен.

— Ну конечно, — согласилась Лоретта. — Вижу, вы очень довольны тем, что суд наконец-то закончился и вам осталось только написать вашу статью.

— Я сегодня же пошлю в газету сообщение о том, какой был вынесен приговор, а вечером, после того как он будет приведен в исполнение, отправлю еще одно сообщение.

— Какая у вас, должно быть, интересная жизнь, — проговорила Эмили.

— Когда как. Иногда действительно довольно бурная, когда самому приходится идти по следу. А иногда довольно спокойная, как, например, сегодня, когда сидишь и ждешь развития событий, а потом и их завершения, чтобы написать о них.

— Что ж, теперь ваше ожидание окончено, — заметила Лоретта. — Справедливость восторжествовала.

Алиса молчала. На сердце ее была такая тяжесть, что ей было не до разговоров.

Слейд Брэкстон признан виновным, и жить ему осталось лишь до заката солнца.


Вокруг того места, где наспех сколачивали виселицы, собралась огромная толпа. Скоро шериф должен был привести осужденных, и горожане настроились не пропустить ничего. Никто не сомневался, что зрелище будет захватывающим. Не часто удавалось поймать бандитов из такой известной своими злодеяниями банды, как банда Дакоты Кида, и теперь жители Грин-Ривер собирались вовсю насладиться страшным спектаклем — смертной казнью.

В гостинице Алиса зашла в комнату, которую занимали Лоретта с Эмили, и выходить не спешила. Не хотелось возвращаться к себе и оставаться наедине со своими мыслями.

— Ты пойдешь смотреть казнь? — спросила Эмили у матери, когда наступил вечер.

— Нет, — поспешно ответила Лоретта. — Мне не хочется смотреть на то, как этих бандитов будут вешать. С меня довольно и того, что они заплатят за свои преступления. Надеюсь, Брэкстон будет мучиться дольше остальных. Ведь он самый ужасный из всех.

— И как только человек таким становится? — задумчиво проговорила Эмили.

— А что, если он вовсе не такой, каким его считают? — выпалила Алиса. Весь день она испытывала адские душевные муки.

Лоретта с Эмили удивленно уставились на нее.

— О чем это ты говоришь, Алиса?

— Не о чем, а о ком. Я говорю о Брэкстоне. А что, если он вовсе не тот, кем его считают?

— Но, Алиса… — начала было Эмили, однако замолчала, вспомнив тот вечер на танцплощадке, когда ее сестра, до тех пор совершенно равнодушная к мужчинам, была очарована Слейдом настолько, что потеряла из-за него голову. — Подумай, о чем ты говоришь! — продолжала она. — Ведь Брэкстон застрелил папу!

— А что, если это не он его застрелил? Что, если Лес Андерсон ошибся? Вспомни, ведь на предварительном слушании он заявил, что не может с уверенностью сказать, кто убил папу, а потом почему-то изменил свои показания.

— Но ведь Брэкстон ограбил банк! И, пытаясь скрыться, открыл стрельбу. В этом-то Андерсон совершенно прав.

— Но на самом ли деле Лес видел, что Брэкстон застрелил папу, или он просто хочет, чтобы его повесили?

— Да какое это имеет значение! — сердито выпалила Эмили.

Алиса вздрогнула, словно ее ударили, и подняла на сестру глаза, в которых отразилась душевная боль.

— Для папы именно правда имела бы решающее значение. А убить его мог вовсе не Брэкстон.

И впервые до Эмили дошло, какие страдания испытывает Алиса.

— Неужели ты до сих пор испытываешь к нему какие-то чувства? Как ты можешь? — недоверчиво прошептала она.

— Не знаю. Знаю только, что он не такой кровожадный бандит, каким его все считают. — И Алиса рассказала матери и сестре, как Слейд спас ее, когда бандиты предприняли попытку к бегству, и как не стал отнимать у нее оружие, когда они вдвоем брели после грозы, хотя вполне мог бы это сделать. — А во время нападения Кида на тюрьму я случайно услышала, как Слейд уговаривал Нэша с Джонсоном не убивать шерифа Джонса. Бандиты готовы были прикончить его, и только благодаря Слейду он остался жив. Если бы Слейд и в самом деле был таким злодеем, разве он стал бы заботиться о том, чтобы спасти жизнь Джонса?

— Но, Алиса… Ведь Брэкстона сегодня все равно повесят.

— Я знаю. — Алиса прерывисто вздохнула и, наконец-то поняв, что ей нужно делать, направилась к двери. — Я должна быть там… Я не могу допустить, чтобы он умер в одиночестве…

Алиса вышла, а Эмили с Лореттой молча уставились на закрывшуюся дверь. Наконец-то они поняли правду — Алису угораздило влюбиться в красивого и жестокого бандита, и они ничем не могут ей помочь. Смогут только утешить ее, когда жизнь этого красавца прервется, а случится это очень скоро…

Выйдя из гостиницы, Алиса направилась прямо на телеграф, где узнала то, чего больше всего опасалась узнать: ответ на ее телеграмму так и не пришел. Последняя отчаянная надежда доказать, что Слейд невиновен, умерла.

Алиса пошла вниз по улице к тому месту, где должна была состояться смертная казнь. Там уже собралась большая толпа горожан. Люди возбужденно переговаривались, обмениваясь мнениями о предстоящем зрелище. Разговоры эти поразили Алису своей жестокостью. Похоже, все жители города мечтали о том, чтобы бандиты помучились в петле подольше.

Перед глазами Алисы замелькали разные видения. То ей вдруг представилось, как в последнюю минуту перед казнью в город верхом на лошади врывается всадник с сообщением о том, что Слейд и в самом деле является секретным агентом Пинкертона… То вдруг показалось, что Кид, прорвавшись сквозь кордоны вооруженной охраны, освобождает Слейда и остальных бандитов… Она попыталась представить себе, как у нее сложилась бы жизнь, если бы не было ограбления банка и убийства отца. Наверное, она жила бы, храня в душе память об очаровавшем ее прекрасном незнакомце, подарившем ей теплым летним вечером такой сладостный и в то же время запретный поцелуй.

Алиса закусила губу, пытаясь сдержать готовые хлынуть из глаз слезы. Она должна взять себя в руки. Она должна быть сильной.

Однако чувства ее не были подвластны логике. Сердце Алисы разрывалось от горя. Она представить себе не могла, что Слейд умрет.

Алису не оставляла мысль о том, что она должна была попытаться спасти его. Но только она начала прикидывать, как это сделать, как над ухом у нее раздался голос Кена. Алиса даже вздрогнула от неожиданности, а в голову закралась неприятная мысль: а что, если репортер настолько проницателен, что сумел прочитать ее мысли?

— Ваша сестра и матушка придут посмотреть на казнь? — спросил Кен.

— Нет. Они вполне удовлетворены тем, что справедливость восторжествовала, и смотреть, как будут вешать преступников, им нет нужды.

— А вам? — спросил Кен, сверля Алису взглядом.

— Я должна была прийти, — честно ответила она.

Кен понимал, как нелегко приходится сейчас Алисе. Он получил из Денвера зашифрованную телеграмму с сообщением о том, что Алиса справлялась, в самом ли деле Слейд является секретным агентом, и понял, что она испытывает к Брэкстону нежные чувства. Однако в целях безопасности Кен отдал приказ не отвечать на эту телеграмму ни положительно, ни отрицательно. Важно было сохранить тайну Слейда. Кен не имел права рисковать жизнью своего друга и сотрудника, а потому даже мировому судье из Блэк-Спрингса не решился открыть правду.

— Хорошо, что шериф Джонс снова выставил вокруг города вооруженную охрану, — заметил Кен. — Я очень беспокоился, что Кид опять что-нибудь устроит. Чтобы спасти своих бандитов, он сегодня может пойти на самые крайние меры.

— Надеюсь, этой охраны будет достаточно, — сказала Алиса, вспомнив прошлую ночь. Она понимала, что наступает самое опасное время — время перед казнью.

— Джонс сделал все от него зависящее, разве что не попросил губернатора ввести в город войска.

Алиса кивнула и бросила взгляд на виселицы. Помост, на котором они располагались, только что закрыли тяжелой тканью, чтобы зрителям не было видно трупов.

А трупы эти скоро, очень скоро появятся, с горечью подумала Алиса.

Не более чем через два часа убийца ее отца заплатит за преступление, которое он совершил, своей жизнью. Мать и сестра получат хоть какое-то удовлетворение от того, что человек, принесший их семье столько горя, получил заслуженное наказание, но она, Алиса, будет лишена и этого. Для нее жизнь будет кончена.

Толпа загудела, когда дверь тюрьмы отворилась и судья вывел Джонсона. Руки бандита были скованы за спиной наручниками. Преступник оглядел собравшуюся поглазеть на казнь толпу с откровенной ненавистью и громко фыркнул. Шериф подтолкнул его, и они оба начали медленно подниматься по ступенькам лестницы, которая вела на помост.

Подняв голову, Джонсон увидел поджидавшую его петлю, и на мгновение на лице его отразился ужас. Он ждал, что Кид спасет его. Пора бы уж ему это сделать. Но где он? Где его обожаемый наставник?

Джонсон понимал, что с каждой ступенькой подходит все ближе и ближе к смерти, а он вовсе не хотел сегодня умирать. Он попытался убедить себя, что Кид его спасет, однако и сам понимал, что надежда эта зыбкая. Не было слышно ни выстрелов, ни криков, ни шума. Никто не спешил ему на помощь. Он был один.

Ужас и ярость охватили Джонсона. Он отказывался верить в то, что его собираются повесить. Нет, этого не может быть! На последней ступеньке бандит задержался.

— Давай, Джонсон, шевелись, — приказал шериф, подтолкнув его дулом ружья.

— Пошел к черту! — рявкнул тот. Он бы сбежал от этой проклятой виселицы, только бежать было некуда, да и не хотел он, чтобы его застрелили, как бешеного пса.

— Сначала ты к нему попадешь, парень, — насмешливо произнес Джонс, подталкивая бандита к поджидавшему его палачу. — Глаза завязать?

— Нет.

Палач накинул на шею Джонсона петлю.

— Твое последнее слово.

— Кид вас всех накажет за мою смерть! Всех до единого! — крикнул он, обращаясь к толпе.

Петля вокруг шеи бандита затянулась.


— Я должен хоть что-то сделать! — яростно воскликнул Кид, глядя, как вокруг шеи Джонсона затянулась петля.

Они с Зиком притаились в аллее и не спускали глаз с виселиц, которые с этого места были отлично видны. Схватившись за кобуру, Кид начал вытаскивать револьвер. Сейчас он проберется к виселице, и горе тому, кто попытается ему помешать! Он пристрелит каждого, кто встанет у него на пути! Он должен остановить казнь! Но едва Кид успел прицелиться, как Зик схватил его за руку.

— Остынь! — хрипло бросил он. — Мы ничем не можем им помочь!

— Но я не хочу смотреть, как они умирают!

Кид повернулся к Зику. Глаза его горели сумасшедшим огнем. Обычно это был холодный, расчетливый человек, который тщательно продумывал каждый свой шаг, и то; что он вынужден смотреть, как погибают его друзья, и не в состоянии ничем им помочь, приводило его в бешенство.

— Тогда уйди. Сейчас же уйди. Это самоубийство — пытаться остановить казнь! Везде выставлена охрана, нас ищут повсюду. Нам еще крупно повезло, что мы сумели так близко подобраться к месту казни незамеченными. Но если ты попытаешься пробиться туда, считай, что ты труп!

Кид ценил свою шкуру больше всего на свете. Зик это прекрасно знал и только на это и рассчитывал. Он понимал, что заставить Кида обуздать свою ярость можно, лишь напомнив ему о самосохранении.

— Я хочу отомстить этим подонкам, которые казнят наших ребят!

— Я знаю, как нам поступить, — произнес Зик с холодной улыбкой.

— Как?

— Мы не можем остановить казнь, но мы можем заставить этих мерзавцев страдать так же, как страдали Джонсон и Нэш со Слейдом. Мы похитим эту бабу, мирового судью, которая помешала нам вызволить наших ребят из тюрьмы. Это будет нетрудно сделать. Мы заставим шерифа и его прихвостней пожалеть о том, что они связались с Дакотой Кидом.

Кид снова бросил взгляд на виселицу, как раз в тот момент, когда открылся люк и его друг тяжело провалился в него. Джонсон умер почти мгновенно. При падении у него сломалась шея.

Сердце Кида сжалось от боли. Не хотел бы он умирать такой мерзкой смертью. И он поклялся, что никогда не даст себя повесить. И если вдруг почувствует, что его вот-вот поймают, лучше покончит с собой. Он взглянул на Зика, и тот даже вздрогнул: такой ненавистью пылали его глаза.

— Джонсон прав. Они заплатят за его смерть.

Кид увидел, как из тюрьмы выводили Нэша. Тот истошно вопил и отбивался, и его приходилось тащить силой. Нэш кричал, что Кид спасет его, не даст ему умереть такой ужасной смертью. И видя, что Нэша постигла та же участь, что и Джонсона, Кид почувствовал, как ненависть его стала еще сильнее.


— Твоя очередь, Брэкстон. Готов? — спросил Роб, когда Джонс вернулся за последним заключенным.

— Интересно, как это можно быть готовым к смерти? — невесело усмехнулся Слейд.

— Кида нигде поблизости не видно, так что, похоже, все должно пройти гладко.

— Вам легко говорить, — снова ухмыльнулся Слейд.

— Так ты готов или нет?

— Да, — ответил Слейд и нехотя вышел из камеры.

Когда Слейда вывели из тюрьмы, толпа возбужденно загудела. Словно не слыша весь этот шум, Слейд направился к виселице. Но когда он стал подниматься по ступенькам лестницы к поджидавшей его петле, взгляд его упал на ликующую толпу. Внезапно он заметил среди зрителей Алису, а рядом с ней Кена.

Слейда до глубины души тронуло скорбное выражение ее лица. На нем не видно было никакой радости по поводу того, что убийце ее отца наконец-то воздается по заслугам. Оно было печальным и строгим.

На мгновение Слейду вспомнился тот далекий вечер, когда он впервые увидел Алису на танцплощадке. Какой же она казалась тогда невинной и чистой. Слейду хотелось сбежать по ступенькам лестницы, броситься к Алисе и все ей рассказать. Она должна знать, что казнить его вовсе не собираются, что все будет хорошо.

Но это надо было делать раньше.

И Слейд поклялся, что, когда поймают Кида и выяснят, кто был его осведомителем, он пойдет к Алисе и попытается ей все объяснить. А пока придется играть свою роль — роль злостного преступника, осужденного на смерть. Оставалось лишь уповать на то, что со временем Алиса простит ему обман и поймет, почему так важно было сохранить все в тайне.

— Давай, Брэкстон, шевелись! — громким голосом приказал Джонс, великолепно играя свою роль, и подтолкнул Слейда к виселице.

Слейд стал тяжело подниматься, преодолевая ступеньку за ступенькой. Толпа зашумела еще громче. Подойдя к виселице, Слейд остановился. Палач накинул ему на шею петлю, а вместе с ней ловко, так, чтобы не заметили зеваки, и хитроумное приспособление, которое не должно было позволить петле затянуться.

— Что-нибудь хочешь сказать напоследок? — спросил Джонс.

Слейд взглянул на него, пытаясь не думать о том, что может произойти, если это хитроумное приспособление, придуманное Кеном, не сработает, и ответил:

— Нет.

Он повернулся лицом к толпе, ища глазами Алису. Последнее, что он увидел, перед тем как провалиться невредимым в люк, было ее залитое слезами лицо.

Увидев, как вокруг шеи Слейда затянулась петля, после чего он рухнул вниз и все было кончено, Алиса громко вскрикнула и пошатнулась. Она бы непременно упала, если бы Кен не поддержал ее.

— С вами все в порядке, Алиса? — заботливо спросил он.

Алиса пыталась взять себя в руки, но сознание того, что Слейда больше нет в живых, оказалось слишком мучительным. Она изо всех сил вцепилась Кену в руку. Перед глазами плыли черные круги, по лицу текли слезы, грудь сотрясали рыдания.

— Я отведу вас в отель, — предложил Кен и повел Алису прочь от этого ужасного места казни.

Жители города с сочувствием смотрели на Алису. Ни от кого не укрылось ее состояние, однако все приписывали его мучительным воспоминаниям о смерти отца.

— Брэкстон больше никого не убьет, мисс Мейсон, — проговорила какая-то женщина. Добрая душа явно пыталась успокоить Алису.

От этих слов ей стало еще хуже.

— Может быть, вам лучше пойти к маме или к сестре? — участливо спросил Кен.

— Нет! Нет… Я хочу немного побыть одна. Пойду в свою комнату. Спасибо вам, — проговорила Алиса, высвобождая свою руку, как только они с Кеном вошли в гостиницу.

— Если вам что-то понадобится, хоть какая-то малость, дайте мне знать.

— То, что нужно, мне никто не может дать, — бросила Алиса и, круто повернувшись, помчалась по лестнице в свою комнату.

Кен посмотрел ей вслед и поспешно вышел из гостиницы. Нужно было не мешкая идти в дом гробовщика, где он договорился встретиться с Робом, Стивом и Слейдом. Дел предстояло немало, а времени было в обрез.

Алиса просидела в своей комнате больше часа, когда за ней зашли мать с сестрой.

— Ты целый день ничего не ела, юная леди, так что пойдем поужинаем, — заявила Лоретта.

— Я не хочу есть, — бросила Алиса. Ей сегодня ни с кем не хотелось разговаривать.

— Ну вот еще что выдумала! — строгим голосом проговорила Лоретта. — Давай-ка поднимайся!

— Давай, давай. Она от тебя не отстанет, — подхватила Эмили.

Алисе оставалось лишь сдаться. Никакого аппетита у нее не было. Она страшно устала, и морально, и физически. Не погасив лампу, чтобы, когда вернется, в комнате было светло, Алиса послушно направилась к двери.

В ресторане в тот вечер почти не было посетителей. Принесли горячую еду, но Алиса не могла есть. Все казалось ей совершенно безвкусным. Перед глазами стояла леденящая душу картина казни: Слейд с петлей на шее.

— Разрешите сесть за ваш столик? — спросил подошедший к ним Роб.

— Конечно, Роб. Очень рада вас видеть, — улыбнулась ему Лоретта. — Садитесь.

— Спасибо.

— Вы уже ужинали?

— Нет. Помогал шерифу в тюрьме, — объяснил Роб.

Подошла официантка, и Роб заказал себе еду.

Они немного поговорили, после чего Лоретта с Эмили, уже поужинав, извинились и отправились к себе. Алиса с Робом остались одни. Разговор зашел о том, как поймать главаря банды Дакоту Кида.

— Ты имеешь хоть какое-то представление о том, где скрывается Кид? — спросила Алиса.

— Нет, Нам еще очень повезло, что он не попытался сегодня сорвать казнь. Тогда могла бы возникнуть перестрелка и пострадало бы много народа.

— Значит, никто его не видел и ничего о нем не слышал с того времени, как он попытался освободить своих бандитов из тюрьмы?

— Да, и это меня больше всего беспокоит. Посмотрела бы ты, как уверены были Джонсон и Нэш, что он их освободит. Джонсон до последней минуты не верил, что его повесят, пока ему на шею не накинули петлю.

Алиса невольно вздрогнула: слишком свежи были воспоминания о казни.

Заметив это, Роб взял ее за руку и взволнованно проговорил:

— Обещаю тебе, Алиса, я из-под земли достану этого проклятого Кида, даже если придется погибнуть!

— Не говори так! Смертей уже и так было больше чем достаточно!

— Но это и в самом деле так. Я хочу поймать Кида и Зика. Хочу остановить убийц и сделаю для этого все!

Роба так и подмывало сказать Алисе правду. Она заслуживала того, чтобы знать, что Слейд не лгал, что он и в самом деле секретный агент. Но он не мог нарушить своей клятвы. Роб собирался и дальше охотиться за Кидом, но на сей раз вместе с «пинкертонами».

— Какой ты смелый, Роб! — воскликнула Алиса.

— Скорее решительный, — криво усмехнулся Роб, а мысли у него уже приняли другое направление — как завоевать сердце Алисы. — Когда вы возвращаетесь домой?

— Завтра утром, — ответила Алиса. До того как Роб пришел в ресторан, они с мамой и сестрой уже обсудили этот вопрос.

— А я поеду послезавтра. Алиса… — Голос Роба стал серьезным, и он чуть крепче сжал руку Алисы. — Я знаю, ты еще носишь траур»по отцу, но теперь, когда почти всех бандитов повесили и опасность уже позади, может быть, мы с тобой будем чаще встречаться? Как ты на это смотришь? — И он с надеждой посмотрел на Алису.

Это признание удивило Алису. Она не нашлась с ответом, тем более что никак не могла прийти в себя после казни Слейда.

— Роб… ты… ты мне нравишься, но еще слишком рано…

Роб подумал, что Алиса имеет в виду смерть отца — слишком мало времени прошло со дня его смерти, чтобы ей с кем-то встречаться.

— Я понимаю, Алиса. Просто знай, что я всегда буду рядом и что ты мне нравишься… очень нравишься.

— Поговорим об этом позже, — предложила Алиса. Такого серьезного заявления она от Роба не ожидала. — А сейчас мне лучше пойти к себе, чтобы собраться в дорогу.

— Я провожу тебя до твоей комнаты.

— Не надо. Спасибо тебе за все, Роб. И она поднялась из-за стола. Роб тоже встал.

— Спокойной ночи, Алиса. Увидимся завтра.

— Спокойной ночи, Роб.

Он остался стоять у стола, глядя, как Алиса поднимается по лестнице, а когда она исчезла из виду, вернулся в контору шерифа. Предстояло обсудить, что делать дальше.

Алиса вернулась в свою комнату и заперла за собой дверь. Прислонившись к ней, она вздохнула и закрыла глаза. Несколько мгновений потребовалось на то, чтобы собраться с силами. Она была совершенно измучена.

Признание Роба польстило Алисе. Разумеется, Роб ей нравился, однако Алиса понимала, что пройдет еще немало времени, прежде чем она найдет в себе силы встречаться с ним или с каким-то другим мужчиной. За все время знакомства с Робом Алиса видела от него только хорошее. Она относилась к нему с большим уважением и даже смогла бы полюбить его, если бы на ее пути не встретился Слейд.

Этот бандит очаровал Алису своей красотой и потряс ее своей лживостью. Долго еще она не сможет верить людям.

Алиса с трудом заставила себя оторваться от двери. Сил у нее не было никаких. Поставив лампу на туалетный столик, она направилась к кровати, посчитав самым разумным раздеться, лечь в постель и попытаться заснуть. Утром она встанет пораньше и начнет собираться в дорогу. Алиса уже протянула руку к покрывалу, как вдруг внимание ее привлек сложенный вдвое листок бумаги. На нем размашистым почерком было написано ее имя.

Дрожащими руками Алиса взяла в руки записку, осторожно развернула ее и, прочитав, задрожала от страха. Вот что было написано на листке:


«Госпожа судья. Знай, что следующей будешь ты!

Из-за тебя повесили моих ребят, и я позабочусь о том, чтобы ты заплатила за это! Если бы ты не помешала мне освободить Джонсона, Нэша и Слейда из тюрьмы, они были бы сейчас живы.

Я расправился с твоим отцом и тебя ждет та же участь! Так что берегись, теперь ты от меня никуда не уйдешь. Дакота Кид».

Глава 12

Руки у Алисы тряслись так сильно, что она с трудом дочитала послание до конца. От страха ее прошиб холодный пот. Дакота Кид был здесь! В ее комнате! Глаза Алисы расширились от ужаса. А что, если он до сих пор прячется где-то в отеле?

Она подошла к туалетному столику, где хранила револьвер, и поспешно вытащила оружие из ящика. Если у Кида хватит наглости сейчас ворваться в ее комнату, она будет стрелять. Нет, она должна найти Роба! Нужно рассказать ему о том, что Кид здесь, в городе!

Зажав записку в кулаке, Алиса бросилась к двери. От волнения она никак не могла справиться с замком. Наконец замок поддался, и Алиса, широко распахнув дверь, выскочила в холл. Сунув записку в карман, спрятав револьвер в складках юбки и чувствуя себя так, словно избежала смертельной опасности, Алиса помчалась к комнате, которую занимали мама с сестрой. Прежде чем отправиться на поиски Роба, она должна была убедиться, что с ними все в порядке.

— Мама! Эмили! — тихонько позвала она, постучавшись в дверь.

— Да, дорогая? Роб ушел? — послышался мамин голос, а через секунду она и сама появилась на пороге.

Алисе удалось изобразить на лице беззаботность.

— Да, недавно. Ему нужно было возвращаться в контору шерифа, а я только что вспомнила, что хотела его еще кое о чем спросить. Хочу сходить к нему и поговорить, но прежде решила зайти к вам, убедиться, что с тобой и Эмили все в порядке.

— С нами все в порядке, дорогая. Мы как раз собирались лечь спать. Будь осторожна.

— Обязательно буду, не беспокойся, — ответила Алиса, незаметно сжимая рукоятку револьвера. — И постараюсь вернуться поскорее.

— Спокойной ночи, дорогая.

— Утром увидимся.

Лоретта вошла в комнату и заперла за собой дверь.

Довольная тем, что Кид не причинил ее родным никакого вреда, Алиса выбежала из отеля. Направляясь быстрым шагом к конторе шерифа, она была очень осторожна: обходила тенистые аллеи и темные входы в магазины. Кид мог притаиться где угодно, проследить за ней и, выбрав удобный момент, наброситься на нее. И Алиса держала револьвер наготове. Она была рада тому, что сообразила захватить с собой оружие. В случае необходимости она не преминет им воспользоваться.

Подойдя к конторе шерифа, Алиса увидела, что занавески на окнах задернуты. Сначала она подумала, что в конторе никого нет, но, заметив, как сквозь занавески пробивается тусклый свет, поняла: шериф должен быть на месте. Алиса не мешкая вошла в контору. Единственное, чего ей сейчас хотелось, — это как можно скорее найти Роба. Шериф Джонс сидел за столом. Услышав, что открывается дверь, он поднял голову и, увидев Алису, оторопел, Такого он никак не ожидал.

— Шериф Джонс, я…

— Мисс Мейсон? — удивленно пробормотал он, не дав ей договорить.

— Я надеялась, что… — Алиса быстро подошла к столу и только сейчас заметила, что рядом с шерифом сидит Роб. — О, Роб, ты здесь! Слава Богу! Мне нужно показать тебе кое-что важное.

Роб поспешно поднялся.

— Я нашла эту записку на моем туалетном столике. Думала, что тебе, быть может, захочется ее увидеть…

Не обращая никакого внимания на записку, Роб схватил Алису за руку, пытаясь вывести ее из комнаты, но она, не понимая, почему он так себя ведет, отдернула руку.

— Алиса, будет лучше, если мы поговорим позже. У нас тут очень важные дела, и…

Больше он ничего не успел сказать. В этот момент на пороге появились Кен и Слейд. Они были настолько увлечены разговором, что не заметили Алису.

— Никто не знает, что ты жив, кроме нас, — говорил Кен, — и мы хотим, чтобы так продолжалось еще какое-то время.

— Слейд? — Алиса ахнула и отшатнулась, словно кто-то ударил ее в грудь. Глаза ее расширились от ужаса, лицо побледнело. Переводя взгляд со Слейда на Роба и обратно, она с трудом выдавила из себя: — Ты… жив?

— Алиса, я хотел тебе все объяснить за ужином, но… — начал было Роб, понимая, что Алиса испытывает настоящий шок, и желая ее успокоить.

— Но как? — не обращая внимания на Роба, выдохнула Алиса, не отводя от Слейда глаз. — Я же видела, как они тебя повесили… — Больше сказать она ничего не могла.

Сначала при виде Алисы Слейд застыл на месте, но, заметив, насколько она потрясена тем, что он воскрес из мертвых, пошел к ней навстречу. Пришло время сказать ей правду. Он собирался сделать это позже, когда поймают Кида, но судьба распорядилась иначе.

— К веревке, на которой меня собирались повесить, было прикреплено специальное приспособление. Со стороны все выглядело как обычно, но на самом деле…

— Я тебе не верю! — выкрикнула Алиса. Радость, облегчение, счастье оттого, что Слейд оказался жив, сменилось яростью. Слейд обманул ее! Да как он только посмел! Она по нему все глаза выплакала, а он, оказывается, жив!

— Алиса, я в тот день, когда мы с тобой чуть не погибли, сказал тебе правду. Я и в самом деле секретный агент, — тихо произнес Слейд, подходя к Алисе. — Меня забросили в банду Дакоты Кида, чтобы я помог ее уничтожить.

— Но я посылала в Денвер телеграмму, как ты меня просил, а ответа так и не получила! Я много раз ходила на телеграф, все надеялась, что пришлют телеграмму… Даже незадолго до казни ходила, думала, вдруг придет ответ…

Слейд был глубоко тронут. Его так и подмывало заключить Алису в свои объятия, однако он сдержался.

— Мне так жаль, — пробормотал Слейд, понимая, что ей пришлось пережить.

Алиса смотрела на Слейда, едва сдерживая истерический смех. Он жив! А она чуть с ума не сошла!

— Это я виноват в том, что из Денвера не ответили на вашу телеграмму, — вмешался Кен. — Когда мне сообщили, что вы справлялись о Слейде, я отдал распоряжение не отвечать вам.

— Но вы же репортер! — Алиса с изумлением уставилась на Кена.

Выражение лица его изменилось, и Алиса с удивлением увидела, что вместо холеного, инфантильного джентльмена перед ней стоит умный, сильный и решительный мужчина, способный на все. Перемена была разительная и пугающая.

— Я Кен Уайли, репортер, когда мне это нужно, — пояснил он. — Во всех остальных случаях я Кен Ричардс. Мы со Слейдом работаем вместе в Денвере.

— Но ведь я мировой судья! А вы намеренно скрыли от меня правду! — Алиса разозлилась еще больше. — Вы заставляли меня думать, что Слейд — бандит и вор, хотя я сердцем чувствовала, что этого не может быть. Это из-за вас я стояла сегодня в толпе, ликовавшей по поводу того, что хладнокровный убийца получил по заслугам! Вы заставили меня поверить, что его и в самом деле вешают! Да как вы только могли?

— Я получил задание поймать Дакоту Кида, — спокойно ответил Слейд, прежде чем Кен успел что-то сказать. — Если Кид будет считать меня мертвым, мы получим больше свободы, выслеживая его.

Эти слова напомнили Алисе о том, зачем она, собственно, сюда пришла, однако не уменьшили ее гнев.

— Что ж, вам не придется ехать за тридевять земель, чтобы его найти, — выпалила она. — Взгляните на это!

И Алиса сунула Слейду записку и мрачно смотрела на него, пока он читал. Она заметила, что выражение его лица изменилось, и удовлетворенно улыбнулась.

— Что это? — поинтересовался Роб, подходя к Слейду и заглядывая ему через плечо.

— И ты тоже! Как ты только посмел! — напустилась на него Алиса, радуясь тому, что нашла новую жертву, на которую можно было излить свой гнев. — Ты же все знал, когда мы с тобой вместе ужинали, и ничего мне не сказал! Ни единого слова!

— Я не мог тебе сказать, Алиса. Я дал Слейду и Кену слово, что никому не расскажу о мнимой казни. Они хотели, чтобы Кид поверил в то, что Слейда повесили.

— Но я тоже думала, что его повесили, — дрогнувшим голосом сказала Алиса.

— Мне очень жаль, но все должно было выглядеть достоверно. Слейда обвинили в убийстве твоего отца. И если бы ты знала правду и о нем, и о том, что в действительности происходило сегодня, ты могла бы во время казни вести себя совершенно по-другому. Тогда кто-то мог бы догадаться, — пояснил Роб, пытаясь убедить Алису в том, что молчание его имело вполне конкретный смысл. Алиса холодно взглянула на Слейда:

— Если ты не виновен в убийстве моего отца, тогда кто его убил? Что случилось в день ограбления банка? Я хочу знать правду!

— Твой отец выбежал из банка, когда мы уже садились на лошадей, собираясь удирать. Я пытался помешать Зику выстрелить, но не успел, — ответил Слейд, вспоминая то злосчастное утро.

— И этот Зик все еще жив и разъезжает повсюду вместе с Кидом, — закончила за него Алиса.

— Не долго ему осталось разъезжать, помяните мое слово, — заявил Роб, чувствуя, как его решимость уничтожить остатки банды Дакоты Кида стала еще сильнее.

Слейд взглянул на зажатую в руке записку, потом на Алису и убийственно серьезным голосом произнес:

— Значит, ты только что нашла это послание в своей комнате?

Алиса кивнула:

— Да. Я обнаружила его, когда вернулась в свою комнату после ужина с Робом.

Разъяренный Роб выхватил записку у Слейда из рук и показал ее Джонсу.

— Этот подонок и в самом деле был сегодня вечером в ее комнате и никто его не видел! Комната Алисы — последняя по коридору. Чтобы добраться до нее, ему нужно было пройти по крайней мере мимо шести комнат, не говоря уж о том, что требовалось подняться по лестнице! Как он мог это проделать? Он был здесь, в городе, у нас под самым носом, а мы и знать ничего не знали! Слава тебе Господи, что Алисы не было в комнате, когда он туда вошел!

— Он бы убил ее, — тихо произнес Слейд, не в силах отвести взгляда от белокурой красавицы, которая, гордо выпрямившись, стояла рядом.

Он понимал, что Алиса все еще на него сердится и имеет на это полное право. То, что жизни ее угрожает опасность, причиняло Слейду острую боль. Вообще-то он в основном вел уединенный образ жизни, но с тех пор, как Алиса ворвалась в его жизнь, словно легкий ветерок жаркой летней ночи, мысли о ней не давали ему покоя.

— Нужно охранять Алису и днем, и ночью, — сказал Слейд. — Пока Кид с Зиком находятся на свободе, ее жизни угрожает опасность.

— Да, верно, — согласился Роб. — Завтра утром Алиса уезжает домой. А когда приедем в Блэк-Спрингс, охранять ее будет легче.

— Кид думает, что меня повесили, меня больше нет. Вот я и буду охранять Алису. Меня он не ожидает увидеть рядом с ней.

Робу не очень понравилось то, что Слейд так охотно вызвался охранять Алису.

— Мне тоже не трудно побыть с ней рядом.

Мужчины мрачно смотрели друг на друга. Каждый понимал, что другой бросает ему вызов.

Алиса стояла между ними. Она и хваталась на них за то, что они скрыли от нее правду, и опасалась, что Кид приведет свою угрозу в исполнение. Ей хотелось задать Робу и Слейду хорошую взбучку за то, что они осмелились обсуждать вопрос о ее безопасности, нисколько не считаясь с ее мнением на этот счет, словно она какая-то безмозглая дурочка.

Холодно взглянув на Роба и Слейда, она призадумалась, кого ненавидит больше — их обоих или Дакоту Кида. Вскинув для пущей убедительности револьвер, она заявила:

— Джентльмены, довожу до вашего сведения, что я вполне в состоянии сама о себе позаботиться. Благодарю вас за ваше великодушное предложение.

Слейд насмешливо улыбнулся Алисе, припомнив тот последний раз, когда она держала его под прицелом, и где это происходило.

— Я прекрасно знаю, как хорошо вы умеете обращаться с оружием, мэм.

Алиса, тоже припомнив тот день, когда она вела Слейда под дулом револьвера и как он целовал ее в пещере, мучительно вспыхнула и резко бросила:

— Это хорошо! Вот и не забывай этого, Брэкстон.

На мгновение она почувствовала, как притягивает ее его лукавая улыбка. Одного присутствия Слейда — целого и невредимого — оказалось достаточно, чтобы сердце ее радостно забилось и возникло желание броситься к нему в объятия. Она думала, что он погиб, а он здесь, с ней рядом, цел и невредим!

Раздираемая самыми противоречивыми чувствами, Алиса повернулась к мужчинам спиной и опрометью выскочила из конторы.

А мужчины так и остались стоять как громом пораженные, молча глядя ей вслед. Роб опомнился первым.

— Я иду за ней, — сказал он, пользуясь своим выигрышным положением: ведь Слейд не мог открыто расхаживать по улицам Грин-Ривер, и Роб это прекрасно знал.

Слейд, Кен и Стив так и остались стоять посреди комнаты. Они все еще не могли прийти в себя.

— Кид собирается отомстить мисс Мейсон. Конечно, она в опасности, но это тот самый шанс, который нам нужен, — заявил Кен.

Слейд бросил на своего друга взгляд, не предвещавший ничего хорошего.

— Я бы без этого шанса вполне мог обойтись. Не хочу, чтобы Алиса хоть как-то пострадала.

— Да будет тебе! Алиса теперь — хорошая приманка. Мы знаем, что Кид за ней охотится. Знаем также, что он попытается добраться до нее. Нам остается ждать, что он предпримет. Думаю, сейчас он скорее всего направляется в Блэк-Спрингс. А там будет дожидаться ее возвращения.

— Иногда мне кажется, что ты просто бесчувственный негодяй, — равнодушно заметил Слейд.

— В нашем деле приходится таким быть, — ответил Кен.


— Алиса, подожди! — закричал Роб, выбегая следом за ней из конторы шерифа.

Но Алиса и не подумала останавливаться. Все, хватит с нее! Быстрым пружинящим шагом она шла к гостинице. Роб пошел быстрее, и наконец ему удалось ее догнать.

— Прости меня, — сказал он.

Робу не хотелось ссориться с Алисой, особенно из-за Слейда Брэкстона. Алиса слышала Роба, однако, не глядя на него, продолжала идти вперед.

— Алиса, послушай. Я не хотел причинить тебе боль. Нужно было сохранить в тайне то, что Брэкстон остался жив. Они с Кеном взяли с меня слово, что я никому не выдам их секрета. У меня не было выбора.

— Я знаю, Роб. Все нормально, — холодно проговорила Алиса, по-прежнему не останавливаясь.

В голове у нее была полнейшая неразбериха, и она никак не могла понять, почему так злится. Сначала она была вне себя от горя, думая, что Слейда повесили. Но сейчас, когда выяснилось, что он жив, она пришла в бешенство! Когда она тщетно пыталась получить из Денвера подтверждение тому, что Слейд — секретный агент, а значит, невиновен, и тем самым спасти ему жизнь, она была в отчаянии. Как же ей хотелось тогда, чтобы Слейд был секретным агентом, а не хладнокровным убийцей, застрелившим ее отца! И вот сейчас, когда стало ясно, что он находится на той же стороне закона, что и она, она злится на него. Почему это происходит, Алиса не могла сказать.

В гостиницу Алиса вошла первой.

— Я провожу тебя в твою комнату и тщательно осмотрю каждый ее уголок, прежде чем уйду, — заявил Роб, полный решимости настоять на своем, если Алиса откажется от его предложения.

— Отлично. — Не останавливаясь, Алиса стала подниматься по лестнице.

— А после того как ты запрешь за собой дверь, я буду охранять тебя всю ночь.

— Спасибо.

Алиса по-прежнему не смотрела на Роба и не останавливалась, пока не дошла до дверей своей комнаты. Как только она вытащила из кармана ключ, Роб забрал его у нее и сам открыл дверь.

— Подожди здесь, — велел он.

Алиса, стоя на пороге, смотрела, как он самым тщательным образом обыскивает комнату.

Роб заглянул в маленький шкаф, потом под кровать и, не найдя там никого, проверил, тщательно ли заперто окно.

— Все в порядке, — наконец объявил он. — Никого нет. Алиса вошла в комнату, чувствуя, что напряжение немного спало.

— Если я тебе зачем-то понадоблюсь, позови. Я буду рядом, — сказал Роб, подходя к ней. — Алиса… я хочу, чтобы ты знала, я никогда не сделаю ничего такого, что причинило бы тебе боль. Никогда!

Алиса посмотрела ему прямо в глаза и увидела в них безграничную преданность. Глубина его чувств ошеломила ее. Она знала, что Роб собирается за ней ухаживать, но не догадывалась, что он испытывает к ней такие сильные чувства.

— Роб, — начала было она, но договорить не успела: не в силах больше сдерживаться, Роб заключил ее в объятия.

— Алиса, я люблю тебя, — признался он.

Роб не собирался признаваться ей в любви так скоро, но мысль о том, что Кид хочет ей отомстить, приводила его в ужас. Он представить себе не мог, что бы произошло, если бы Алиса, войдя сегодня в свою комнату, наткнулась на этого бандита.

Губы его прижались к ее губам. Как он любил ее! Жизнь готов был за нее отдать. Нет, пока он жив, он не позволит Киду причинить ей боль!

Алиса спокойно приняла поцелуй Роба. Ей было тепло, спокойно и уютно в его объятиях, но и только. Никаких других, более сильных чувств она не испытывала. Алиса знала, что Роб хороший, добрый, сильный мужчина, умеющий постоять за себя, однако она понимала, что между ними не может быть ничего, кроме дружбы. Когда Роб, выпустив Алису из своих объятий, отступил на шаг и взглянул на нее, глаза его горели таким желанием, что она поразилась.

— Держи дверь на запоре, Алиса, — посоветовал он. — Если тебе что-то понадобится, я внизу.

— Спасибо, — улыбнулась Алиса.

Смущенно кивнув, Роб вышел из комнаты. Постоял немного, пока не услышал, как щелкнул замок, и, довольный тем, что Алиса теперь в безопасности, спустился вниз посмотреть, все ли в отеле спокойно. Сегодня ночью он глаз не сомкнет. Ни один волос не должен упасть с головы Алисы, уж об этом он позаботится.


Алиса разделась и стала готовиться ко сну. У нее было такое ощущение, словно она много недель подряд находилась в страшном напряжении. Хотелось тишины и покоя. Однако она понимала, что теперь, когда Кид поклялся ей отомстить, это время еще не скоро наступит.

Она легла, собираясь заснуть, но сон все не шел. Воспоминания о Слейде не давали покоя. Алиса вспоминала, как они танцевали, как он целовал ее той ночью в лунном свете, как не позволил бандитам взять ее в заложницы, как стоял под виселицей с петлей на шее, и это последнее воспоминание оказалось самым мучительным.

Наверное, до конца дней своих она не забудет тот жуткий миг, когда люк открылся и Слейд провалился в него. Тогда она не сомневалась, что он встретил свою смерть и потерян для нее безвозвратно. И вдруг в ту же ночь она увидела Слейда живым и невредимым, и это потрясло ее до глубины души. Даже сейчас Алисе было трудно поверить в то, что смертная казнь была не чем иным, как хорошо разыгранным спектаклем. Слейд жив. Жив!

Алиса ворочалась в кровати, не в силах заснуть. Она встала и подошла к окну. Долго смотрела она на темную и пустынную улицу, стараясь не думать о человеке, чей поцелуй преследовал ее дни и ночи.


Слейд метался по комнате, как разъяренный лев.

— Я должен выйти отсюда, хотя бы ненадолго!

— Поищи где-нибудь карты. Сыграем в покер, — пытался отвлечь его от мрачных мыслей Кен.

— Я не могу здесь сидеть. Вдруг в этот самый момент Кид собирается напасть на Алису!

— Именно поэтому Роб останется рядом с ней на всю ночь.

— Рядом, говоришь? — Слейд мрачно посмотрел на Кена.

В другое время Кена позабавила бы ревность своего друга, если бы положение дел не было настолько серьезным и запутанным.

— Тебе нельзя запросто расхаживать по городу, ведь тебя повесили. Или ты уже об этом забыл?

— Ничего я не забыл! — буркнул Слейд.

Остановившись на секунду, он раздраженно провел рукой по волосам. Слишком многое не давало ему покоя, чтобы он мог угомониться. Слишком многого не мог он забыть. Он помнил губы Алисы, ее прикосновения, ее запах… Помнил, как прыгнул за ней в реку, чтобы спасти от неминуемой гибели. Но явственнее всего Слейду вспоминалось, как она заплакала, когда ему на шею накинули веревку. Она жалела его.

— Так что тебя беспокоит?

Откинувшись на спинку стула, Кен вопросительно взглянул на друга, дожидаясь его ответа. За все те годы, что они работали вместе, Слейд ни разу не позволил себе в кого-нибудь влюбиться. Он был отличным агентом — умным, решительным и, главное, хладнокровным. Для него дело всегда было превыше всего. Выслеживая преступника, он обычно забывал обо всем на свете. Именно поэтому Кену нравилось с ним работать. Но сейчас Слейда словно подменили, и эта перемена в нем беспокоила Кена.

Не дождавшись от него ответа, он заметил:

— Не стоит с кем-то связываться, когда выполняешь задание.

— Слишком поздно меня учить. Эти слова удивили Кена.

— А тебе известно, что Роб собирается жениться на Алисе, как только представится такая возможность?

Слейд бросил на друга раздраженный взгляд. Он вспомнил, как радостно обнялись Роб с Алисой наутро после бури, когда Алиса наконец-то наткнулась на отряд, сопровождавший преступников в Грин-Ривер. Да и сегодня она сама сказала, что ужинала с ним вместе.

— Если не веришь, сам у него спроси.

— Верю, верю… — буркнул Слейд.

— Просто я думал, тебе не помешает это знать.

— Это ничего не меняет. Мне все равно нужно выйти отсюда и подышать свежим воздухом. Я буду держаться в тени… В общем, приложу все усилия, чтобы меня никто не узнал.

И, не дожидаясь ответа, Слейд вышел из комнаты, низко надвинув на глаза шляпу.

— Будь осторожен, — бросил ему вдогонку Кен, понимая, что друга не остановить.

Но Слейд был уже за дверью и не слышал его. После ухода Слейда Кен с Джонсом обменялись озабоченными взглядами.

— Надеюсь, он не наткнется на кого-то, у кого больное сердце, — попытался пошутить Джонс.

— Надеюсь, он вообще ни на кого не наткнется, — проворчал Кен, которому было не до шуток. Тем не менее он понимал, что не смог бы остановить Слейда, даже если бы и попытался.

Слейд был человеком, у которого слово никогда не расходится с делом. Как и обещал, он бесшумно шел по улице, стараясь держаться в тени домов. По дороге к гостинице ему встретился только один прохожий — старый пьянчужка, направлявшийся домой. Слейд поспешно отвернулся, чтобы тот его не узнал.

Улица, расположенная за гостиницей, была пустынна, чему Слейд очень обрадовался. Интересно, где же Роб? Ведь он обещал глаз не спускать с Алисы. Быстро справившись с замком двери черного хода — ему обычно ничего не стоило открыть любой замок, — Слейд стал осторожно подниматься по лестнице. Шерифа по-прежнему нигде не было видно. Роб говорил ему, что дверь, ведущая в комнату Алисы, предпоследняя, и Слейд тихонько и быстро направился к ней, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить кого-нибудь.

Было уже поздно, и тихий стук в дверь удивил Алису.

— Кто там? — испуганно спросила она.

— Алиса, это Слейд, — раздался из-за двери тихий голос.

Услышав этот голос, Алиса почувствовала, что у нее перехватило дыхание, а сердце взволнованно забилось, однако она попыталась взять себя в руки.

— Уходи, я устала.

— Открой мне на минутку. Я хочу с тобой поговорить.

— Мы уже поговорили, — ответила Алиса.

— Наедине, — быстро добавил Слейд.

— Право, нам не о чем разговаривать. Я уже сегодня слышала столько объяснений, что мне до конца жизни хватит.

— Алиса, я видел тебя сегодня на месте смертной казни…

Голос Слейда дрогнул, и Алиса едва сдержалась, чтобы не разрыдаться. Ей так хотелось открыть дверь и броситься в его объятия, однако она тут же напомнила себе, что Слейд вместе с остальными мужчинами нагло обманул ее. Нет, она не станет открывать ему дверь!

Но тут Алиса вспомнила, что Слейд невиновен. Он не убивал ее отца. И несмотря на всю ложь и обман, разлучившие их, она любит его.

— Алиса, прошу тебя, открой! — молил Слейд. — Я только хочу задать тебе один вопрос, а потом, если попросишь меня уйти, я уйду.

Слейд не ожидал, что Алиса ему ответит, и настроение его резко ухудшилось, но в этот момент дверь медленно приоткрылась. На пороге стояла Алиса, одетая лишь в ночную рубашку и халат. Ее светлые локоны в беспорядке рассыпались по плечам, и выглядела она потрясающе красивой.

— Лучше зайди в комнату, а то тебя кто-нибудь увидит, — прошептала она, открыв дверь чуть пошире, чтобы Слейд смог войти.

Слейда так и подмывало заключить Алису в свои объятия, прижать к груди и поцеловать, но огромным усилием воли он заставил себя сдержаться. Слейд прошел мимо Алисы в комнату, снял шляпу и, держа ее в руках, подождал, пока Алиса закроет дверь.

— Алиса, я должен был увидеть тебя сегодня. Я хотел поблагодарить тебя.

— Поблагодарить? За что?

— За то, что ты отправила в Денвер телеграмму. Думаю, это решение далось тебе нелегко, особенно после того, как Андерсон дал свидетельские показания против меня. Но ты тем не менее это сделала. По какой-то причине ты мне поверила.

Алиса понимала, что должна попросить Слейда уйти. Она стоит в одной ночной рубашке, они со Слейдом одни, глубокой темной ночью… Но она чувствовала, что сейчас все это не имеет значения. Она так долго ждала этого момента и мечтала о нем. Наконец-то она наедине со своим таинственным незнакомцем, который уже таковым не является.

— Я знала, что ты не хладнокровный убийца, — тихо проговорила Алиса, глядя на него.

— Откуда ты об этом знала?

— Ты спас меня по дороге в Грин-Ривер, когда остальные бандиты хотели убить меня.

Слейд не мог больше сдерживаться. Подняв руку, он ласково погладил Алису по щеке.

— Ты просто прелесть, Алиса.

От этого нежного прикосновения Алиса затрепетала.

— Ты сказал, что хотел задать мне один вопрос, — чуть слышно прошептала она, глядя на загорелое лицо Слейда. Выражение его лица стало еще более строгим.

— Я должен знать, Алиса… я должен узнать… почему ты плакала.

— Я не хотела, чтобы тебя повесили…

— Почему? — хриплым голосом спросил Слейд.

— Потому что я люблю тебя, Слейд Брэкстон. Думаю, я полюбила тебя с самого первого дня, когда мы случайно встретились на танцплощадке.

Слейд подошел к Алисе. Он надеялся, что небезразличен ей, однако до сегодняшнего дня не был в этом уверен. Обняв Алису, он притянул ее к себе. Она и не подумала сопротивляться, и Слейд почувствовал, как дрогнуло и затрепетало его сердце.

— Я тоже тебя люблю, — признался он.

Наклонившись, Слейд ласково коснулся губами ее губ. Прерывисто вздохнув, Алиса ответила на его поцелуй. То, что она так охотно уступает ему, подействовало на Слейда возбуждающе, однако его беспокоило еще кое-что. Он вспомнил слова Кена о том, что Роб собирается жениться на Алисе.

— Алиса… — произнес Слейд, оторвавшись от ее губ и слегка отстраняя Алису от себя.

— Что? — Алиса взглянула на Слейда затуманенными глазами, не понимая, почему он прервал такой восхитительный поцелуй.

— Еще одно… Роб… Если ты пообещала выйти за него замуж, я тотчас же уйду, пока мы не сделали то, о чем могли бы пожалеть.

С нежностью глядя на Слейда, Алиса встала на цыпочки и запечатлела на его губах поцелуй.

— Мы с Робом просто друзья. Я знаю, что он любит меня, но сама никогда не отвечала на его чувства, хотя знала, насколько они глубоки.

— Так ты с ним не помолвлена?

— Нет. Роб не тот человек, с которым я хотела бы прожить всю свою жизнь. — Алиса взглянула на Слейда сияющими глазами. Как же ей повезло! Слейд жив и здоров и сегодня ночью пришел к ней. — Человека, с которым я хотела бы жить вечно, зовут Слейд Брэкстон.

Ласково улыбнувшись Алисе, Слейд снова притянул ее к себе. Больше не нужно было бороться со своим желанием. Алиса в его объятиях, она любит его.

Когда Слейд обнимал Алису в первый раз, на танцах, объятие это было поспешным; во второй раз, когда они сидели в пещере мокрые после вынужденного купания в реке, — страстным. Но сегодня… сегодня обнимая Алису, Слейд собирался выказать ей всю нежность, страсть и любовь, на которые был способен. И наклонив голову, он прильнул к ее губам таким пылким поцелуем, что у Алисы перехватило дыхание и сладко закружилась голова.

Глава 13

Когда губы Слейда страстно прижались к ее губам, Алису охватил огонь желания. Еще никогда в жизни ее не обнимали так пылко. Как это, оказывается, приятно чувствовать своей грудью широкую твердую мужскую грудь. Мускулистое, стройное тело Слейда подействовало на нее настолько возбуждающе, что захотелось прижаться к нему еще теснее.

Когда сегодня вечером Алису поцеловал Роб, она не испытала тех потрясающих чувств, которые нахлынули на нее, как только она оказалась в объятиях Слейда. С Робом Алиса чувствовала себя спокойно и уютно, в то время как поцелуи и объятия Слейда и даже его прикосновения вызывали в ней чувства, о существовании которых она даже не подозревала. Чувства эти заставили Алису забыть обо всем — кто она такая, где находится. Ей хотелось остаться в сладостных объятиях Слейда навсегда. Инстинктивно Алиса чувствовала, что они со Слейдом удивительно подходят друг другу.

Поцелуй становился все более страстным, и Алиса, все глубже погружаясь в водоворот желания, вскинула руки и, обняв Слейда за шею, еще ближе притянула его к себе.

Слейд… Он жив… Он здесь… Он пришел к ней… Алиса еще теснее прижалась к Слейду.

Глухо застонав, Слейд, не прерывая поцелуя, еще ближе притянул Алису к себе, чувствуя, как ее полная грудь прижимается к его груди. Как же, оказывается, удобно обнимать Алису. Похоже, Господь специально создал ее для него.

Не в силах совладать с собой, Слейд принялся ласкать ее спину, стройные бедра, округлые ягодицы. Его умелые ласки вызвали у Алисы прилив еще более сильного желания.

Тихонько застонав, она инстинктивно потерлась грудью о его грудь. Ей уже хотелось не только поцелуев, но и чего-то большего, хотя по наивности своей она и не догадывалась, что это «большее» означает. Не знала она также и того, что ее инстинктивные эротические движения действуют на Слейда более возбуждающе, чем подействовали бы заученные ласки самой опытной куртизанки. Она лишь ощущала, что находится в объятиях Слейда, что он целует ее, и ей хотелось, чтобы это никогда не кончилось.

Протянув руку, Слейд принялся нежно ласкать полную, мягкую грудь Алисы. Новая волна потрясающих, неведомых доселе ощущений накрыла Алису, и она глухо застонала. Ласки Слейда пробудили в ней женщину.

— Слейд… — едва слышно прошептала она.

Услышав шепот Алисы, Слейд стал понемногу приходить в себя и вспомнил наконец, где он находится. О Господи! Что же он делает? Ведь девушка, которую он обнимает, не какая-то девица легкого поведения, зарабатывающая себе на жизнь плотскими утехами, а Алиса — невинная, чистая, нетронутая Алиса. Вздохнув, Слейд, не разжимая объятий, слегка отстранил Алису от себя.

Он не может и не станет пользоваться тем, что она потеряла голову. Хотя ее поцелуи и прикосновения вызывают у него бешеное желание, он должен оставить Алису и уйти. Уйти немедленно. Слишком многое поставлено на карту.

— Алиса… — хрипловатым от переполнявшего его желания голосом прошептал Слейд и вновь прижал ее к своей груди.

— Что…

Алиса, оказавшаяся в ловушке чувств, которую Слейд едва не захлопнул, взглянула на него в некотором замешательстве. Ей было так хорошо в его объятиях, и ей так не хотелось, чтобы он разжимал их.

Слейд взглянул в затуманенные страстью глаза Алисы. Никогда еще он не видел ее такой красивой. Щеки у нее разрумянились, глаза сияли от впервые испытанного желания. Губы стали алыми и чуть припухшими от поцелуев. Слейд желал ее так сильно, как не желал еще ни одну женщину, однако он знал, что никогда не причинит ей боль.

— Я должен идти, — проговорил он, запечатлев нежный прощальный поцелуй на слегка приоткрытых губах Алисы.

— Но почему?

Слейд заставил ее замолчать еще одним поцелуем, хотя его так и подмывало подхватить Алису на руки и уложить на мягкую постель, так и манившую к себе. Его измученное желанием тело жаждало слиться с ее невинным телом. Как же ему хотелось сделать Алису своей!

— Я не могу остаться… — прошептал он, не отрываясь от ее губ.

— Но почему?

Алиса порывисто притянула Слейда к себе и, изогнувшись всем телом, поцеловала со всей страстью, на какую только была способна.

— Алиса… — Слейд крепко сжал губы, борясь с желанием, вновь охватившим его. Алиса была так хороша собой, так соблазнительна. — Я должен сейчас от тебя уйти. Я люблю тебя и если останусь, то не смогу остановиться. Я слишком тебя хочу.

— Я тоже тебя хочу. — Алиса ласково улыбнулась Слейду. Глаза ее светились любовью.

— Ты даже не знаешь, о чем ты говоришь.

— Нет, знаю.

На лице Алисы появилась такая лукавая улыбка, что у Слейда внутри все перевернулось.

— Ты уверена?

— Останься со мной, Слейд. Не уходи от меня сегодня ночью.

Алиса была невинна, однако не настолько, чтобы не понимать, что хочет заняться со Слайдом любовью больше всего на свете.

Слейд собирался вести себя как истинный джентльмен, хотел поступить порядочно, однако от такого откровенного приглашения совсем потерял голову. Он понимал, что никуда от Алисы не уйдет. Даже держать ее в объятиях было несказанным блаженством, так что запретить себе заниматься с ней любовью Слейд уже не мог.

Не сводя с Алисы любящего взгляда, Слейд подхватил ее на руки, отнес на кровать и лег рядом, приникнув к ее зовущему рту своим жадным ртом.

Невыразимое блаженство снизошло на них обоих.

Он бережно снял с Алисы халат и ночную рубашку, жадно пожирая глазами ее прекрасное тело. Сначала Алисе было немного стыдно оттого, что она лежит перед Слейдом совершенно обнаженная, но под его пылающим взглядом стыдливость ее постепенно пропала. Она видела, как сильно Слейд ее хочет и, глядя на него сияющими глазами, протянула к нему руки.

Желая подарить ей столько наслаждения, сколько он может, Слейд ласкал ее нежное тело, самые интимные места… Потом она почувствовала прикосновение его губ, от которых перехватило дыхание. Никогда в жизни Алисе не доводилось испытывать такого сладостного чувства.

Встав с кровати, Слейд принялся снимать одежду. Алиса следила за ним жадным взглядом. Слейд стянул с себя рубашку, и восхищенный взгляд Алисы скользнул по его голой мускулистой груди. Как же ей хотелось пройтись по ней руками! Слейд продолжал раздеваться и вскоре уже стоял перед Алисой обнаженный. Она с восхищением смотрела на него. Впервые в жизни ей довелось увидеть обнаженное мужское тело.

Слейд оказался великолепно сложен. Широкие плечи, мускулистая грудь, сильные руки, узкая талия и длинные ноги с хорошо развитыми икрами. Само олицетворение мужской красоты.

Страстное желание дотронуться до него, поцеловать его охватило Алису. Встав на колени, она улыбнулась Слейду.

— Какой же ты красивый, — прошептала она. Слейда удивили ее слова.

— Мужчины не бывают красивыми, — возразил он.

— А ты красивый.

Взяв Слейда за руку, Алиса притянула его к себе. Слейда не нужно было упрашивать дважды. Он поцеловал ее, сначала ласково, потом более страстно, и яростное желание, подавить которое было уже невозможно, охватило их обоих.

Не в силах больше сдерживаться, Алиса протянула руку и принялась ласкать Слейда, как он только что ласкал ее. Глухо застонав, Слейд еще сильнее впился поцелуем в губы Алисы, а она крепко обняла его руками за шею. Накрыв Алису собой, Слейд осторожно вошел в нее. Алиса почувствовала легкую боль, после чего блаженная волна восторга захватила ее.

Обхватив Слейда обеими руками, она вместе с ним задвигалась в старом как мир ритме любви. Слившись в одно целое, они наслаждались друг другом до тех пор, пока вместе не достигли упоительного экстаза.

Когда это острое, ни с чем не сравнимое чувство пронзило Алису, она тихонько застонала, а Слейд все прижимал ее к себе, смакуя тот блаженный восторг, который ей подарил.

Алиса еще никогда в жизни не испытывала такой близости и такого счастья. Она лежала в объятиях Слейда, крепко прижимаясь к нему и чувствуя себя бодрой и полной сил.

Слейд и не представлял, что любовь может быть настолько прекрасна. Он нежно прижимал Алису к себе, наслаждаясь ее близостью. Как же ему повезло, что он встретился с этой восхитительной девушкой! Казалось, сама судьба в тот вечер послала его на танцы, и Слейд был благодарен судьбе за это.

По-прежнему не выпуская друг друга из объятий, Алиса и Слейд погрузились в сон.

Было раннее утро, когда Слейд проснулся и с трудом заставил себя выпустить Алису из своих объятий. Он бы с удовольствием понежился с ней еще в постели, занялся бы с ней любовью, но у него была забота: охранять Алису и искать Кида.

— Мне пора идти, — тихо произнес он и начал одеваться.

Алиса сонно улыбнулась ему.

— Как бы я хотела, чтобы ты остался.

— Я тоже.

Слейд подошел к кровати и наклонился, чтобы поцеловать Алису. Она провела рукой по его голой груди.

— Ты уверен, что тебе нужно идти?

— Скоро рассвет… — прошептал Слейд и, с восхищением глядя на тело Алисы, подумал, что можно и не торопиться.

Потянувшись к Слейду, Алиса запечатлела на его голой груди поцелуй и, почувствовав, как он весь напрягся, улыбнулась тому, что имеет над ним такую власть.

— Но пока еще не рассвело.

— Да, — рассеянно проговорил Слейд. Он смутно припомнил, что собирался одеваться, но когда Алиса снова прижалась к нему и приникла к его губам, все мысли вылетели у него из головы, кроме одной: он жаждет снова ею обладать.

— У нас еще есть время, — прошептала Алиса.

— Да, — тоже шепотом ответил Слейд.

И они вместе упали на кровать. На этот раз их ласки были жадными и торопливыми, словно они никак не могли насытиться друг другом. Когда наконец их страсть была удовлетворена, они, поражаясь ее силе, тяжело дыша, откинулись на подушку.

Прошло довольно много времени, прежде чем Слейд понял, что пора уходить. Скоро станет совсем светло. Запечатлев последний нежный поцелуй на губах Алисы, он начал поспешно одеваться, не оглядываясь на кровать, где лежала Алиса, прекрасная, как утренний рассвет. Он боялся, что снова не сможет сдержаться. Ради Алисы он не должен поддаваться слабости. Ведь от его силы зависела ее жизнь.

— Я должен идти.

— Знаю, но мне так не хочется тебя отпускать.

От этих слов у Слейда радостно затрепетало сердце.

— После того как я уйду, запри дверь. Прежде чем я покину тебя, я хочу удостовериться, что с тобой все в порядке.

— Хорошо, но сначала поцелуй меня на прощание. Поднявшись с кровати, Алиса подошла к Слейду и обвила руками его шею.

Воспользовавшись этим, Слейд запечатлел на ее губах самый страстный поцелуй, на который только был способен.

— А теперь, когда я уйду, запри дверь. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — сказал он и, открыв дверь, глянул в коридор, не проходит ли кто-нибудь мимо. Ему вовсе не хотелось, чтобы видели, как он выходит из комнаты Алисы.

Слейд попрощался и, ласково улыбнувшись Алисе, закрыл за собой дверь.

Алиса смотрела на закрытую дверь. Произошедшее казалось ей чудесным сном. Дрожащими пальцами она заперла замок и тихонько постояла, прислушиваясь. Неужели Слейд и в самом деле был здесь, в ее комнате? Может, все это ей только приснилось? И в этот момент она услышала в холле тихие шаги. Значит, ничего ей не приснилось. Слейд и в самом деле был здесь, в этой комнате, и они любили друг друга.

Подняв руку, Алиса коснулась губ, припухших от поцелуев Слейда. И как он только осмелился прийти сюда, в отель! Ведь это так рискованно! Но как же восхитительны были его объятия и поцелуи! Она даже представить себе не могла, что такое возможно.

Отойдя от двери, Алиса надела ночную рубашку и забралась в постель, вновь переживая в памяти события сегодняшней восхитительной ночи, наполненной страстными объятиями и жаркими поцелуями.

Слезы радости навернулись у нее на глаза, и она охотно дала им волю. Когда она наблюдала за так называемой казнью Слейда, сознание того, что она ничего не может сделать, чтобы спасти его, было особенно мучительным.

Но теперь все изменилось. Слейд жив!

Несколько минут спустя Алиса уже сладко спала: сказались усталость и нервное напряжение. Сон сморил ее, унеся с собой все ужасы нескольких последних дней. Нежная улыбка играла на губах Алисы. Ей снился сильный, красивый таинственный незнакомец. И он занимался с ней любовью.

Слейд выбрался из гостиницы незамеченным, чему был очень рад. Вернувшись в контору шерифа, он нашел в ней только Джонса — Стив по-прежнему находился на своем рабочем месте. Кен отправился в свою комнату в гостинице.

— Наконец-то вернулся, — бросил Джонс вместо приветствия, когда Слейд вошел через заднюю дверь.

— На улицах все спокойно. Никто меня не видел.

— Это хорошо. А сейчас иди немного отдохни в своей камере. Только сомневаюсь, что тебе удастся как следует выспаться. Кен сказал, что вернется за полчаса до рассвета и вы вдвоем покинете город, пока еще темно.

— А кто же будет охранять Алису?

— После того как ты ушел, мы с Кеном посоветовались и решили, что лучше всего будет не отправлять Алису и ее родных в обычной почтовой карете. Роб со своими заместителями тоже собираются в Блэк-Спрингс, так что можно отправить Алису, ее мать и сестру в наемной карете, а Роб со своими ребятами будет ее сопровождать. Так гораздо безопаснее.

— Отлично придумано, — похвалил Слейд.

Его очень обрадовало то, что всю дорогу до дома Алису будет сопровождать вооруженная охрана. Было по пути несколько мест, где Кид может напасть на карету. И теперь, если он решится что-либо предпринять, ничего у него не выйдет.

— А вы с Кеном увидите их позже, днем, — прибавил шериф.

— Хорошо, — ответил Слейд.

Слейду даже хотелось, чтобы Кид предпринял попытку напасть на карету уже сегодня. Скорее бы уж схватить этого мерзавца, да и дело с концом! А пока придется затаиться и не показываться никому на глаза, поскольку, как совершенно верно сказал ему сегодня Кен, его ведь повесили.

Но мертвый ли, живой ли, он, Слейд, должен сделать так, чтобы Дакота Кид предстал перед справедливым судом. Конечно, бандит не должен причинить Алисе зло. Нужно как можно скорее избавить Алису от опасности. Уж он, Слейд, позаботится об этом.

— Когда Кен вернется, позови меня.

С этими словами Слейд скрылся в камере, которую еще совсем недавно занимал с Джонсоном и Нэшем, и, растянувшись на узких жестких нарах, принялся ворочаться, пытаясь устроиться поудобнее. Найдя наконец более или менее удобное положение, он уставился в потолок, вспоминая о мягкой широкой кровати в комнате Алисы и жалея о том, что ему пришлось вернуться в контору шерифа. Даже после целой ночи любви Слейд по-прежнему жаждал обладать Алисой. Как же ему сегодня не хотелось от нее уходить! Ну да ладно, рано или поздно настанет время, когда ему не придется этого делать.

Но сначала нужно поймать Кида.

Когда они с Кеном арестуют этого негодяя и отыщут предателя, который собирал для бандитов сведения о движении поездов и перевозке золота, можно будет подумать о совместном будущем с Алисой.

Глава 14

Настало утро, и Алиса проснулась. Но это была уже не та, вчерашняя Алиса, которой казалось, что жизнь кончена. Для сегодняшней Алисы жизнь только начиналась. Душа ее была преисполнена трепетного восторга и радости. Прошедшую ночь легко можно было принять за чудесный сон, однако Алиса твердо знала, что сон этот стал явью. Слейд жив! И он был здесь, в ее комнате! Алиса встала и принялась за повседневные дела, однако чем бы ей ни приходилось заниматься, она время от времени застывала на месте, на лице ее появлялась блаженная улыбка, а взгляд становился задумчивым.

При воспоминании о Слейде сердце ее сладко замирало. Как же ей хотелось, чтобы он был сейчас здесь, с ней рядом. Как жаль, что ему пришлось покинуть ее. Но ничего, придет время, когда он сможет остаться, и Алиса с нетерпением ждала этого времени.

Когда Алиса укладывала свои вещи, в дверь ее комнаты постучали. Сердце у Алисы радостно забилось: Слейд! Но тут же внутренний голос подсказал ей, что это не может быть Слейд. Он не рискнул бы расхаживать по городу при свете дня, ведь все считают его мертвым.

— Кто там? — спросила Алиса, подходя к двери. Она должна была удостовериться, что это не Дакота Кид пожаловал к ней в гости. Он уже вчера проник незаметно в ее комнату средь бела дня. Так что ему мешает сделать это сегодня? Но нет, сегодня у него этот номер не пройдет!

— Это Мейси, служащая отеля, — послышался из-за двери женский голос. — У меня для вас записка от шерифа Джонса, мисс Мейсон.

Алиса открыла дверь и взяла у женщины свернутый вчетверо листок бумаги, после чего, заперев дверь на ключ, села на кровать и развернула его. Записка оказалась короткой. В ней шериф сообщал о том, что взял на себя смелость нанять для Алисы, ее матери и сестры карету и что, как только они соберутся в дорогу, можно будет выезжать. Алисе приятно было узнать, что Роб со своими помощниками собирается ее сопровождать, и еще приятнее — что Слейд с Кеном догонят их вскоре. Шериф желал им всем благополучно добраться до дому и благодарил Алису за оказанную помощь.

Решив зайти к маме и сестре и поговорить с ними, Алиса быстро закончила сборы. Предстоящий разговор обещал быть интересным, хотя это слово не совсем точно подходило для описания того, что сейчас должно было произойти. Мысленно подготовившись к самому худшему, она вышла из комнаты и, пройдя через холл, постучалась в дверь маминой комнаты.

— Это я, мама, — сказала она, когда из-за двери раздался голос матери. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Конечно, дорогая, — ответила Лоретта, поспешно открывая дверь.

Войдя в комнату, Алиса уселась на стул и стала смотреть, как мама с Эмили складывают вещи.

— Ты уже собралась? — спросила Лоретта.

— Да.

— Хорошо, а то карета скоро отходит. Мы должны поторопиться.

— Я хотела с вами кое о чем поговорить, — осторожно начала Алиса.

— О чем же, дорогая?

— О поездке домой.

— А что такое?

— Похоже, наши планы придется несколько изменить.

— Изменить? — взволнованно переспросила Лоретта. — А почему? Что-то случилось?

— Даже не знаю, как сказать… — начала Алиса и замолчала.

Видя, что сестра колеблется, Эмили подозрительно прищурилась.

— В чем дело, Алиса? Что случилось?

— Ладно, — нерешительно проговорила Алиса, — я вам все расскажу, только дайте мне слово, что не станете на меня сердиться.

— А почему, собственно, мы должны на тебя сердиться? — удивленно спросила Лоретта, терзаемая смутными подозрениями.

— Потому что вчера вечером случилось кое-что такое, о чем я вам не рассказала.

— Что? — обеспокоенно спросила Лоретта.

— Когда я после ужина с Робом вернулась в свою комнату, я нашла на своем туалетном столике записку. Кто бы, вы думали, ее написал? Дакота Кид!

— Да ты что! — в один голос в ужасе воскликнули Эмили с Лореттой.

— Каким-то образом ему удалось проникнуть в мою комнату и оставить это полное угроз послание, в котором говорится, что он, Кид, убил моего отца и теперь собирается убить и меня. Якобы это моя вина, что казнили Джонсона, Нэша и Слейда, потому что я помешала Киду вызволить их из тюрьмы. И теперь я должна за это ответить.

— Боже правый… — Лоретта смертельно побледнела и, с ужасом глядя на Алису, без сил опустилась на кровать. — Все это произошло вчера, а ты говоришь нам только сейчас?

— Вчера не было никакого смысла вас беспокоить. Я пошла в контору шерифа, чтобы повидаться с Робом, показала ему записку, и они с шерифом Джонсом решили, что нам лучше всего отправиться домой в частной карете. Они считают, что так менее опасно, чем ехать в почтовой карете.

— Значит, Роб знает о том, что Кид прислал тебе записку?

— Да. Мы с ним разговаривали прошлой ночью. Он и его помощники будут нас сопровождать, чтобы помешать Дакоте Киду на нас напасть.

— Слава Богу, Роб всегда оказывается с нами, когда он больше всего нам нужен.

— Верно, — согласилась Алиса.

— Но, Алиса, зачем ты вчера отправилась в контору шерифа одна! — напустилась на сестру Эмили. — Ведь с тобой по дороге могло случиться все, что угодно!

— Я взяла с собой револьвер на всякий случай. Лоретта, по-прежнему бледная как смерть, полными ужаса глазами смотрела на свою старшую дочь.

— Знаешь, все-таки я ужасно боюсь. Этот Кид — опасный бандит и убийца, и он грозится расправиться с тобой.

— Все будет хорошо, мама, — попыталась успокоить ее Алиса. — С нами будут Роб и его помощники, так что не волнуйся.

— Но Кид так просто не откажется от задуманного…

— Поживем — увидим.

Алисе очень хотелось рассказать маме и Эмили всю правду о Слейде и Кене, однако она решила пока об этом не говорить. Шериф Джонс сообщил в своей записке, что они догонят их по дороге, таким образом, мама с Эмили скоро узнают о работе Слейда и Кена в сыскном агентстве.

А пока и сообщения о том, что Кид угрожает расправиться с ее дочерью, для мамы больше чем достаточно.

— Ты знаешь, когда мы должны выезжать? — спросила Эмили.

— Как только соберемся. Может, мне сходить к Робу и сказать ему, что вы будете готовы через полчаса?

— Это было бы неплохо, — согласились Лоретта с Эмили.

— А что, если мне пойти с тобой? — предложила Эмили. Сестры спустились вниз. В холле их уже дожидался Роб.

— Доброе утро, — приветствовал он сестер. При виде Алисы лицо его расплылось в довольной улыбке.

— И в самом деле доброе, — ответила Алиса. — Ведь мы едем домой.

И она сообщила Робу, что мать с сестрой будут готовы через полчаса и что уже можно готовить карету. Алиса попросила привязать Спартанца позади кареты. Она не собиралась оставлять любимую лошадь в Грин-Ривер.

Во время их разговора Эмили то и дело озиралась по сторонам.

— Роб, — наконец проговорила она. — А ты не знаешь, где Кен Уайли? Я не видела его со вчерашнего дня.

Роб скосил глаза в сторону Алисы и понял, что она пока что не все рассказала своим родным.

— Я слышал, что он сегодня утром выехал из города, — сказал он Эмили.

Настроение ее заметно упало.

— Ах, вот оно что… А я надеялась поговорить с ним, прежде чем он уедет в Денвер.

— К сожалению, он уже уехал, Эмили.

— Спасибо, Роб, — грустно проговорила Эмили. Она была сильно огорчена и не собиралась этого скрывать.

Договорившись встретиться с Робом через полчаса, Эмили и Алиса отправились наверх за своими вещами.

— А я и не знала, что этот репортер тебя так заинтересовал, — заметила Алиса.

— Просто он меня заинтриговал, вот и все, — деланно беззаботным тоном ответила Эмили, и Алиса поняла, что сестра кривит душой: разговор с Робом выдал ее с головой.

— Может, когда-нибудь тебе еще доведется с ним встретиться, — заметила Алиса.

— Вряд ли. Зачем такому человеку, как Кен, приезжать в наш маленький городишко! Нет, я уверена, что никогда больше его не увижу.

И Эмили печально вздохнула. Кент Уайли заинтриговал ее с первого дня их знакомства. Он единственный из всех ее знакомых не лез из кожи вон, стараясь заслужить ее расположение и вскружить ей голову. Этим он выигрышно отличался от постоянно вьющихся вокруг нее местных парней, и Эмили чувствовала, что не на шутку увлеклась им.

— Там видно будет, — сказала Алиса. — А сейчас пора ехать домой. Поговорим обо всем, о чем не договорили, по дороге.

— И как тебе удается вести себя настолько непринужденно, когда ты знаешь, что Дакота Кид по-прежнему разгуливает на свободе?

— Это только так кажется, что я веду себя непринужденно. На самом деле я ужасно нервничаю. Просто я знаю, что самое безопасное место для всех нас — это Блэк-Спрингс. Роб со своими помощниками будут охранять нас по дороге. А после того как доставят нас домой, отправятся ловить Кида. И они его обязательно поймают! Его самого и Зика Мэлоуна, тоже опасного бандита и убийцу. А когда их посадят в тюрьму, мы сможем наконец снова зажить нормальной жизнью.

— Какая же ты смелая! Меня одна мысль о том, что Дакота Кид бродит где-то неподалеку, приводит в ужас, а ты, хотя тебя он вообще решил убить, ведешь себя так спокойно!

Остановившись, Алиса взяла сестру за руку и посмотрела ей прямо в глаза.

— Может, ты будешь себя увереннее чувствовать, если при тебе будет револьвер? Я наверняка сумею раздобыть его для тебя, если ты хочешь.

— Нет, не нужно. Пока ничего не нужно.

— Все будет хорошо, верь мне. — Алиса улыбнулась, обнимая сестру.

— Ну, если ты так говоришь… — неуверенно пробормотала Эмили. Слова сестры не очень-то ее убедили.


Час спустя Лоретта, Алиса и Эмили распрощались с шерифом Джонсом и отправились домой. Спартанца привязали позади кареты вместе с лошадью Хоукинса. Сам Хоукинс сидел на козлах, а Роб и его помощник Браун ехали рядом с каретой, то и дело настороженно оглядываясь по сторонам.

Они ехали уже около двух часов, когда карета начала замедлять ход.

— Почему мы останавливаемся? — забеспокоилась Лоретта. — Что-то случилось?

Выглянув из окна, Алиса заметила вдалеке двух всадников, которые быстро их нагоняли, и улыбнулась, узнав в них Слейда и Кена.

— Ничего не случилось. Думаю, пришло время еще вам кое-что рассказать.

— Ничего не понимаю… — пробормотала озадаченная Лоретта.

— Я вам сегодня утром еще кое о чем не рассказала, потому что необходимо было выехать из города, прежде чем вы узнаете правду.

— Правду? — переспросила Эмили, озадаченная не меньше матери.

— Правду о Слейде Брэкстоне… и Кене Уайли. Или, может, мне следует называть его Кеном Ричардсом?

Мать и сестра смотрели на Алису в полном недоумении.

— Какую именно правду? — поинтересовалась Эмили, первой обретя дар речи.

— Что Слейд Брэкстон и в самом деле не солгал.

— Ничего не понимаю, — сказала Лоретта. По мере того как Алиса говорила, мать видела, что в ней происходит непонятная перемена. Голос дочери звучал почти весело, и Лоретта никак, не могла понять, чем это вызвано.

— Когда нас со Слейдом смыло в реку и мы, чудом уцелев, отправились искать Роба и его отряд, Слейд рассказал мне, что на самом деле никакой он не бандит, а секретный агент, и в банду его внедрили специально, чтобы ее уничтожить. Он попросил меня отправить телеграмму в Денвер, чтобы получить оттуда подтверждение его словам. Я ему тогда не поверила. Я считала, да и Роб тоже, что Слейд — наглый лгун. Но прошлой ночью я узнала, что Брэкстон говорил правду. Он и в самом деле секретный агент.

— Не может этого быть! — в один голос воскликнули пораженные мать и сестра.

— Очень даже может!

— Но ведь его повесили!

— Казнь Слейда была просто хорошо разыгранным спектаклем. Он по-прежнему жив и выслеживает Дакоту Кида.

— Но ведь он убийца! — пылко возразила Лоретта. — Лес Андерсон видел, как он застрелил твоего отца.

— По какой-то причине, мама, Лес солгал. Это не Слейд застрелил папу. Более того, Слейд пытался загородить его от пули, помешать Зику Мэлоуну.

— Откуда тебе все это известно?

— Мне об этом рассказал Слейд.

— Но он…

— Он жив и здоров и сейчас нас догоняет. Он тоже будет сопровождать нас в Блэк-Спрингс.

В этот момент вдалеке раздался стук лошадиных копыт, и Эмили с Лореттой удивленно переглянулись.

Алиса понимала, что маме и сестре трудно сразу переварить столько новостей, но время поджимало, и она поспешно договорила:

— А твой Кен Уайли, Эмили, вовсе не репортер «Денвер дейли ньюс». Он работает вместе со Слейдом в сыскном агентстве, и их задачей является уничтожение банды Дакоты Кида. А фамилия его не Уайли, а Ричардс.

— Быть этого не может! — воскликнула Эмили, в замешательстве глядя на сестру.

— Через несколько минут ты сама сможешь поговорить с Кеном.

— Но как же все эти объявления, в которых сказано, что Брэкстон разыскивается за грабежи и убийства?

— Агентство придумало Слейду надежную легенду, чтобы Кид принял его в свою банду. Все, что говорилось в объявлениях, — выдумка. Слейд не бандит и никогда им не был. И он не убивал папу.

Эмили и Лоретта были крайне удивлены. Все, чему они верили, оказалось неправдой, и им было нелегко это осознавать.

— Когда же ты все это узнала? — спросила Лоретта, постепенно приходя в негодование, оттого что ее так обманывали.

— Прошлой ночью. Когда я примчалась с запиской Кида к Робу, я наткнулась на Слейда и Кена. То, что Слейд остался жив, держалось ими в строгой тайне. Они хотели, чтобы Кид считал его погибшим, поэтому Слейда прятали в тюрьме, до тех пор пока не пришла пора выехать из города.

Живо представив себе сцену, разыгравшуюся в тюрьме прошлой ночью, Эмили звонко рассмеялась.

— Они, должно быть, поразились, когда тебя увидели!

— Поразились — еще мягко сказано, — усмехнулась Алиса. — Видела бы ты, как Роб пытался меня выпроводить из комнаты, прежде чем вошел Слейд! Но так и не успел.

— Наверное, ты при виде его тоже пережила несколько неприятных минут, — посочувствовала сестре Эмили. Алиса помолчала.

— И да, и нет, — ответила она наконец. — Ты же знаешь, какие я испытывала чувства к Слейду. Я все время надеялась, что смогу его как-то спасти, однако у меня ничего не вышло. В глубине души я чувствовала, что его казнь — трагическая ошибка, но не могла это доказать. Было так ужасно! И потом, после всех моих переживаний, обнаружить, что Слейд не только жив, но и не повинен в тех преступлениях, в которых его обвиняют… — Алиса прерывисто вздохнула, вспомнив, что пережила прошлой ночью.

— Я рада, что все в конце концов закончилось благополучно, — заметила Эмили, понимая, что пришлось вынести Алисе.

Однако Лоретта все никак не могла успокоиться.

— Все это так запутано, — проговорила она. — Ты говоришь, что человек, которого обвиняют в убийстве твоего отца, невиновен. Но разве он не грабил банк вместе с остальными бандитами? Ведь Лес Андерсон видел, как он стрелял.

— Да, он и в самом деле отправился с бандой грабить банк, и у него было при себе оружие. Но Слейд уверяет меня, что это не он убил папу, а Зик Мэлоун.

— Но Лес…

— Лес скорее всего хотел, чтобы Слейд Брэкстон, «злостный преступник», которого разыскивают повсюду, ответил за свои преступления. Наверное, он видел, как Слейд стрелял, и дал показания, что он убил папу, чтобы Слейд уж точно получил по заслугам.

Лоретта внезапно почувствовала, что страшно устала.

— Я знаю, Алиса, что этот Брэкстон тебе небезразличен, но мне пока что трудно представить себе его не бандитом, а честным человеком.

Алиса ласково взяла ее за руку.

— Когда я узнала, что он ни в чем не виноват, я тоже сначала никак не могла в это поверить. Однако я очень рада, что он оказался не бандитом, а секретным агентом. Теперь Дакоте Киду будут противостоять не только шерифы из Блэк-Спрингса и Грин-Ривер, но и два «пинкертона». Они обязательно отыщут Дакоту Кида и Зика Мэлоуна, мама, обещаю тебе. И эти подонки получат по заслугам.

От этих слов Лоретта немного приободрилась.

— Я только хочу, чтобы они поймали Кида и оставшихся бандитов, прежде чем эти мерзавцы привели свою угрозу в отношении тебя в исполнение.

— Не беспокойся, мама. Ничего со мной не случится.

В этот момент карета остановилась, и всадники подъехали к ней.

Алиса не стала дожидаться, пока для нее откроют дверцу. Распахнув ее сама, она выскочила из кареты. Она все утро с нетерпением ждала, когда наконец увидит Слейда. И вот ее желание исполнилось. Обернувшись, она увидела, как он спешивается, и у нее радостно забилось сердце. Алиса всегда считала, что Слейд красивый мужчина, но сегодня он показался ей просто неотразимым. Когда он, бросив поводья, направился к ней, ей пришлось призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы не броситься ему на шею. Пришлось заставить себя вспомнить, что они не одни.

— Доброе утро, Алиса, — приветствовал ее Слейд и ласково ей улыбнулся.

От этой улыбки и от взгляда его темных глаз, обещавших так много, у Алисы перехватило дыхание. Однако она сумела улыбнуться.

— Доброе утро, Слейд, — кивнула она ему. — Рада видеть тебя целым и невредимым.

— Я и сам рад, — улыбнулся Слейд.

— Ну что, никаких следов Кида? — вмешался в разговор Роб.

— Никаких, — подтвердил Слейд. — Все утро было тихо. Мы держались подальше от главной дороги и постоянно были начеку.

— Ну что ж, как говорится, отсутствие новостей тоже хорошие новости, — заметил Роб. — Как тебе там, в карете, Алиса? Удобно?

— Очень. Спасибо, Роб.

— Ну и ладно, — довольно ответил Роб. Ему очень хотелось хоть чем-то порадовать Алису, особенно после вчерашней ночи. Он прекрасно понимал, что Алиса рассердилась на него, Джонса и Кена за то, что они скрыли от нее правду о Слейде, и искал с ней примирения.

— Слейд, думаю, настало время познакомить тебя с моей мамой и сестрой, — сказала Алиса и, взяв его за рукав, подвела к дверце кареты.

Она коротко представила Слейда Лоретте и Эмили.

— Примите мои самые искренние сожаления по поводу смерти вашего мужа, миссис Мейсон, — честно сказал он, с сочувствием глядя на нее. — Жаль, что не удалось предотвратить убийство. Даю вам слово, что найду убийцу и заставлю его заплатить за содеянное.

Лоретта пока что не определилась, как относиться к Слейду Брэкстону. На суде она испытывала к нему такую ненависть, что теперь ей было трудно представить его в новой роли — роли секретного агента.

— Благодарю вас, мистер Брэкстон, — холодно ответила она, все еще не до конца ему доверяя.

— Рад познакомиться и с вами, мисс Мейсон, — проговорил Слейд, глядя на Эмили.

— Взаимно, мистер Брэкстон, — холодно бросила она и, глядя поверх головы Слейда на Кена, восседавшего на горячем жеребце, раздраженно нахмурилась. Именно таким видела она его в ту ночь, когда он галопом мчался к окраине Блэк-Спрингса, а она вешала на витрину магазина объявление. Значит, ничего ей не показалось! Кен Уайли и в самом деле обладал даром разительно меняться. Какой же он опасный человек! Никогда не знаешь, чего от него ожидать. Впрочем, секретный агент именно таким и должен быть.

— Думаю, нам лучше продолжить путь, — напомнил Роб. Ему не терпелось вернуться домой как можно быстрее. — Слейд, поезжай в карете вместе с дамами. Хоукинс привяжет твою лошадь позади кареты.

Слейд предложил Алисе руку и помог забраться в карету. Когда рука его коснулась ее руки, восторг охватил обоих. Алиса забыла обо всем на свете. Она лишь ощущала нежное прикосновение руки Слейда. Вспомнилось, как он целовал и ласкал ее всего несколько часов назад, и при воспоминании об этом Алиса залилась краской стыда.

Слейду захотелось обнять Алису за талию и помочь забраться в карету, но он понимал, что окружающим это наверняка не понравится. Придется ему, хотя это и нелегко, пока довольствоваться тем, что он находится с Алисой рядом. Слейд вспомнил о сладостных объятиях и поцелуях, которыми одаривала его Алиса всего несколько часов назад, и при воспоминании об этом у него голова пошла кругом. Как же она хороша, его милая, любимая, желанная Алиса!

Слейд стал забираться в карету, но Роб остановил его:

— Брэкстон! Постой! Возьми это с собой!

Слейд обернулся, и Роб бросил ему ружье. Кивнув шерифу, Слейд залез в карету и захлопнул за собой дверцу. Он надеялся, что будет сидеть рядом с Алисой. И — о счастье! — рядом с ней оказалось свободное место. Алиса улыбнулась Слейду, и он улыбнулся в ответ, наслаждаясь прикосновением ее теплого бедра. Бросив взгляд на Лоретту с Эмили, он заметил, что они подозрительно смотрят на него. Похоже, дорога до Блэк-Спрингса покажется ему очень долгой.

Когда Слейд сел в карету, Кен решил, что теперь может наконец объясниться с Эмили, и подъехал к окошку, возле которого она сидела.

— Доброе утро, Эмили, — приветствовал он ее, улыбнувшись.

— Здравствуйте, мистер Уайли, — сдержанно ответила Эмили, нарочно выделяя голосом его выдуманную фамилию.

— А я думал, мы договорились, что вы будете звать меня по имени.

— Верно. Но когда мы об этом договаривались, я думала, что знаю, кто вы такой, — проворчала Эмили. — В данный момент я в этом не уверена.

— Но я и в самом деле занимаюсь расследованием всяких происшествий, — заметил Кен.

— Но не для «Денвер дейли ньюс»! — отрезала Эмили.

— Иногда в этой газете и в самом деле печатаются рассказы о разных расследованиях.

— Однако пишете их не вы! Их печатают, потому что о громких событиях принято писать, независимо от того, кто их расследует!

— Эмили, простите, что мне пришлось солгать вам и вашей маме, — извинился Кен. — Мне было крайне важно узнать как можно больше о том, какие свидетельские показания выдвигаются против Слейда, с тем чтобы я мог спасти его от виселицы.

— Я это прекрасно понимаю, сэр, — презрительно бросила Эмили.

— Вот и хорошо, — ответил Кен, хотя и понял по ее тону, что она и не думает его прощать.

— Поехали! — крикнул в этот момент Роб.

Карета покатила дальше. И пассажирам, и сопровождавшим карету всадникам хотелось как можно скорее попасть в Блэк-Спрингс. Все они считали, что там будет гораздо легче защитить Алису, а сейчас главная задача Роба состояла в том, чтобы доставить ее домой в целости и сохранности.

— Мне трудно пока осознать до конца то, что произошло, — призналась Лоретта Слейду.

— Я вас прекрасно понимаю, — сочувственно проговорил Слейд, — и мне очень жаль, что вам пришлось пройти сквозь такие испытания. Именно поэтому мы изо всех сил стараемся поймать Дакоту Кида.

— Роб поймал почти всех его бандитов, — заметила Эмили.

— Роб молодец! Ни одному шерифу не удалось этого сделать. Он даже чуть не поймал самого Кида. Жаль, что тот от него удрал.

— А почему его не поймали вы? — задала Лоретта вопрос, который уже давно ее мучил. И, с осуждением пристально глядя на Слейда, продолжила: — Вы ведь столько времени провели вместе с этими бандитами и отлично знали, что таких отъявленных преступников свет белый не видывал! Так почему же вы не заманили их в засаду, где бы их всех могли переловить? Тогда мой муж остался бы жив!

Слейд понял: настал тот момент, которого он больше всего боялся, поскольку ответ, который он сейчас даст Лоретте, ничего не объяснит.

— Для нас с Кеном было важно не только арестовать членов банды Дакоты Кида. Если бы задача состояла только в этом, я бы схватил их уже в первую неделю своего пребывания в этой банде.

Однако видя расстроенное лицо Лоретты, Слейд понял, что этих слов для нее недостаточно, и добавил:

— Я сейчас не имею права вдаваться в подробности. Вы и так знаете больше, чем нужно, — вы знаете, что я жив.

Осознав наконец-то, насколько опасна работа Слейда, Лоретта со страхом взглянула на него. Долго не сводила она пристального взгляда с его решительного и умного лица, понимая, что именно ум и решительность сделали Слейда отличным и удачливым секретным агентом.

— Жаль, что мы с вами не познакомились при более приятных обстоятельствах, — наконец сказала Лоретта. — Хочу вам сообщить, что Алиса всегда считала вас хорошим человеком.

Слейд взглянул на Алису. Она смотрела на него, ласково улыбаясь.

— Алиса — необыкновенная девушка, — заметил он.

— Это верно, — согласилась Лоретта. Все это время Эмили сидела молча, не принимая в разговоре никакого участия и думая о своем. Кен поступил с ней подло. Вытянул из нее все, что ему было нужно, и бросил, и это выводило мисс Эмили Мейсон из себя. Она не привыкла, чтобы мужчины так с ней обращались, и не намерена была так это оставлять. Но ничего, она еще покажет этому мистеру Кену Уайли… или как его там… Ричардсу, где раки зимуют! Он еще долго будет ее помнить!

Быстро шли часы, и вскоре карета уже подъезжала к почтовой станции, где решено было остановиться на ночлег. За всю дорогу никаких следов Кида не было видно, и это радовало путешественников.

За две мили до станции Хоукинс остановил карету, и Слейд открыл дверцу.

— Куда ты? — удивленно спросила его Алиса.

— Чем меньше людей меня увидит, тем лучше. Но не волнуйся, до наступления ночи я вернусь и буду тебя охранять, — ответил Слейд, глядя на Алису проникновенным взглядом, так много ей обещавшим.

Подойдя к Робу, Слейд остановился рядом с ним на минутку. Мужчины перекинулись парой слов, после чего Слейд вскочил на своего коня, да и был таков. А Хоукинс стегнул лошадей, и карета покатила дальше. До станции добрались, когда на землю уже опустилась ночь.

Глава 15

— Я хочу, чтобы ты сегодня никуда не выходила, — сказал Роб, помогая Алисе выйти из кареты, когда они приехали на станцию.

— Думаешь, Кид может быть где-нибудь поблизости? — спросила Алиса.

— Мы его не видели по дороге, так что беспокоиться не о чем, но и рисковать не нужно.

— Как скажешь.

Роб проводил Алису взглядом, пока она вместе с матерью и сестрой не скрылась за дверьми станции. Убедившись, что Алиса находится в безопасности, он пошел к своим помощникам, чтобы обсудить с ними, как им лучше охранять женщин.

— Чем я могу вам помочь? — поинтересовался Кен, подходя к ним.

— Мы будем нести вахту по очереди. Начнем прямо сейчас и будем меняться через каждые два часа, — объяснил ему Роб.

— Рассчитывайте и на меня. Если хотите, я могу быть первым, а вы тем временем сможете поесть чего-нибудь горяченького. Из дома доносятся восхитительные запахи. Должно быть, жена начальника станции отлично готовит.

— Спасибо, — поблагодарил Кена Роб.

Убедившись, что они сделали все возможное для защиты Алисы, шериф и его помощники отправились ужинать, а Кен остался у двери.

Проверив оружие, он обошел вокруг дома, чтобы удостовериться, что все в порядке. Он смотрел очень внимательно, не зашевелится ли кто-то в кустах, не блеснет ли где-нибудь полоска света. Не заметив ничего подозрительного, Кен успокоился.

— Кен? — раздался у него за спиной женский голос.

Кен обернулся и вытаращил от удивления глаза. К нему направлялась Эмили, держа в руках тарелку с едой.

— Эмили, вы не должны выходить из дома. Здесь небезопасно, — заметил Кен.

— Но вы же здесь стоите, значит, в случае чего защитите меня, — проговорила Эмили, одарив Кена кокетливой улыбкой. До сих пор она не использовала для его обольщения всех своих чар и намеревалась сделать это сейчас. — Вот, я принесла вам поесть. Роб сказал, что вы вызвались первым нести вахту. Очень мило с вашей стороны ему помочь.

Кен хотел сказать, что предложил помощь вовсе не оттого, что хотел быть таким уж милым, а потому, что это его работа, но промолчал. Ему нужно было сосредоточиться на том, что он делает, но дразнящий запах еды, не говоря уж о присутствии Эмили, отвлекал его от этого.

— Очень любезно с вашей стороны, что принесли мне ужин. Спасибо.

— Кто-то ведь должен о вас позаботиться, в то время как вы заботитесь о нас, — заметила Эмили.

Около конюшни лежала охапка сена, и Кен с Эмили уселись на нее, чтобы он мог спокойно поесть.

Поглощая вкусную еду, Кен старался не думать о сидевшей рядом хорошенькой девушке. Сейчас он находится при исполнении обязанностей, так что не время заниматься любовными играми. Сам же это совсем недавно втолковывал Слейду. Но от пьянящего запаха духов Эмили, который доносил до него прохладный ночной ветерок, у Кена голова пошла кругом.

— Как вкусно! — воскликнул он. — Жена начальника станции великолепно готовит.

— Кен? — перебила его Эмили.

— Что? — отозвался Кен, не переставая жевать.

— Почему вы меня избегаете?

Эмили была сердита. Она сидит тут с ним рядом, а его, видите, ли, больше интересует еда! Да как он только смеет так себя вести!

— Я вовсе вас не избегаю, — пробормотал Кен, исподлобья взглянув на Эмили. — Я вас защищаю.

— От чего? Стоит чудесная ночь. Луна, звезды… — Голос Эмили сделался мечтательным. — И Кида нигде не видно.

Отставив пустую тарелку в сторону, Кен смущенно откашлялся и наконец решился:

— Эмили, я защищаю вас от себя.

— Что?

Кен повернулся к Эмили лицом, и его твердая решимость держаться от нее подальше поколебалась. Как же она хороша! Такой очаровательной женщины ему еще не доводилось видеть. И она здесь, с ним рядом…

— О, черт! — застонал он, теряя последние остатки самообладания, и, заключив Эмили в объятия, страстно ее поцеловал.

Эмили с жаром ответила на его поцелуй, с восторгом ощущая на своих губах его губы. Ей давно хотелось, чтобы Кен ее поцеловал, с самого первого дня их знакомства, которое состоялось в конторе шерифа, и теперь, когда желание ее сбылось, она вовсю наслаждалась этим поцелуем.

Момент для жаркого, страстного поцелуя был выбран не совсем удачно — в любую минуту мог нагрянуть Кид, — но от осознания этого было еще больше удовольствия, и Эмили вдруг почувствовала, как ее охватывает острое желание.

Из конюшни донеслось тихое ржание, и Кен пришел в себя. Мысленно выругавшись, он резко отстранил Эмили от себя и встал, чтобы быть от нее подальше. Подобное поведение во время выполнения задания могло стать для него губительным, а Кен пока что вовсе не собирался умирать.

— Эмили… — проговорил он, глядя на очаровательную девушку. Ее глаза были полны страстного огня. Кен видел, что она хочет его так же сильно, как и он ее, и тем не менее сознательно отказывался от того, чего желал больше всего на свете. — Идите в дом и не выходите оттуда, — закончил он хриплым голосом.

— А разве вам не понравилось меня целовать? — смело спросила Эмили. То, что Кен так бесцеремонно отстранил ее, вывело ее из себя, и теперь она стояла рядом с ним, гордая, как валькирия, и глаза ее горели недобрым огнем.

— Спокойной ночи, Эмили, — проговорил Кен, специально стараясь, чтобы голос ее звучал холодно и безразлично. Пусть злится на него, тогда будет держаться подальше. Сейчас не время для любовных утех. И вообще, они не в игрушки играют, а выслеживают Дакоту Кида — опаснейшего бандита. На карту поставлены многие жизни. И он, Кен, не имеет права рисковать, даже ради Эмили.

Эмили была потрясена бесцеремонным поведением Кена. Да как он смеет так себя вести! Еще никогда ни один мужчина не поступал с ней так грубо. Но хуже всего было то, что она не представляла, что ей делать дальше. На глаза у Эмили навернулись слезы, а почему, она и сама не могла понять. Наверное, от злости, решила Эмили, а вовсе не оттого, что она испытывает к Кену какие-то теплые чувства.


После того как Слейд выскочил из кареты, сел на лошадь и умчался, он отыскал для себя укромный уголок, где намеревался провести ночь. Мысли об Алисе не давали Слейду покоя. Как она? Сумеют ли ее защитить в случае опасности? По словам Роба, его помощники по очереди будут охранять Алису в течение всей ночи. Слейд с удовольствием стал бы защищать ее сам, однако ему ничего не оставалось делать, как прятаться от глаз людских. Утром он собирался догнать карету по дороге в Блэк-Спрингс.

Наскоро перекусив, Слейд внимательно оглядел окрестности и стал укладываться на ночлег. Последние две ночи он почти не спал, и ему просто необходимо было выспаться. Он попытался устроиться поудобнее, однако это ему плохо удалось: земля была каменистая и жесткая. Положив рядом с собой ружье, Слейд закрыл глаза.

Воображение тотчас же стало подсовывать ему такие обольстительные картины, что он и думать забыл о том, что лежит на жесткой земле. Он думал о той чудесной ночи, которую провел с Алисой. Вспомнилось, как он держал ее в своих объятиях, целовал ее, любил ее, пока рассвет не вырвал ее из его объятий. Потом Слейду припомнились долгие часы, которые он провел в карете, сидя с Алисой бок о бок. Как же ему хотелось заключить ее в свои объятия! Только присутствие матери Алисы и ее сестры удержало Слейда от этого.

Интересно, испытывает ли Алиса по отношению к нему такие же чувства? Когда же им еще раз доведется побыть вместе? Похоже, что нескоро, с грустью подумал Слейд.

Наконец он забылся тревожным сном. И во сне в награду за холод и неудобства к нему явилась девушка его мечты — очаровательная и желанная Алиса.


Алиса проснулась на рассвете и больше так и не смогла заснуть. Она лежала на кровати в комнате, которую занимала вместе с матерью и сестрой, и беспрестанно думала о Слейде. Как он? Все ли с ним в порядке? Как же тяжело стало у нее на сердце, когда он вчера уехал от нее. С тех пор все мысли у Алисы были только о нем. Ведь Слейд сейчас один, и если Дакота Кид выследит его, Слейду не поздоровится.

Впрочем, Роб сказал ей, что пока беспокоиться не о чем, и Алиса надеялась, что со Слейдом все в порядке. Она попыталась приободрить себя тем, что всего через несколько часов увидит своего любимого, однако эти несколько часов казались Алисе вечностью.

Алиса вспомнила, как они со Слейдом занимались любовью, и неожиданно желание вновь вспыхнуло в ней яростным огнем. Как ей хотелось вновь очутиться в объятиях Слейда! Только рядом с ним она чувствовала себя в безопасности.

Тихо поднявшись, Алиса подошла к окну. Раздвинув занавески, она взглянула на небо. К счастью, уже немного посветлело, значит, скоро настанет день, и она снова увидит Слейда.

Взглянув в сторону конюшни, Алиса увидела Роба. Он стоял с ружьем в руке, в то время как товарищи его спали крепким сном. Алиса знала, что Роб любит ее, и ей неприятно было думать о том, что рано или поздно придется разочаровать его. Понимала она также и то, что до тех пор, пока они не вернутся домой, она не сможет поговорить с ним на эту щекотливую тему: слишком много вокруг людей. Позже, когда они приедут наконец в Блэк-Спрингс, хочешь не хочешь, придется с Робом объясниться.

Глядя в окно, Алиса увидела, как из конюшни вышел Кен, и улыбнулась.

Она точно не знала, что произошло вчера между ним и Эмили, но сумела заметить, что сестра рассержена. Когда Эмили вернулась в дом, после того как отнесла Кену ужин, она и двух слов не сказала, однако Алиса заметила ее состояние. Зная, что Эмили привыкла иметь поклонников, Алиса могла лишь предположить, что дурное настроение сестры вызвано поведением Кена. Очевидно, бравый сыщик и не подумал за ней приударять, и это вывело красавицу сестру из себя: она была неприятно удивлена таким пренебрежением.

При обычных обстоятельствах сложившаяся ситуация позабавила бы Алису — нашелся хоть один мужчина, который дал Эмили от ворот поворот, — но только не сейчас, когда Дакота Кид по-прежнему разгуливает на свободе. Сейчас, когда опасность еще не миновала, не время предаваться никчемным обидам. Нужно будет сказать об этом сестре.

Из конюшни вышли Хоукинс с Брауном, и Алиса отошла от окна. Пора было будить маму и сестру и собираться в дорогу. Чем скорее они смогут тронуться в путь, тем лучше.


Насладившись обильным завтраком и быстро собравшись, путешественники поехали дальше. После восхода солнца прошло около часа.

Слейд догнал карету мили через три. Наскоро переговорив с Робом и убедившись, что ночь прошла без приключений, Слейд привязал лошадь позади кареты, а сам забрался внутрь.

— Доброе утро, — приветствовал он Алису, Лоретту и Эмили, усаживаясь. — Роб сказал, что ночь прошла спокойно.

— А как ты провел ночь? Надеюсь, ничего непредвиденного не произошло? — обеспокоенно спросила Алиса.

— Нет, все было тихо, — ответил Слейд. Не мог же он сказать, что единственное беспокойство ему доставляли думы о ней, Алисе. Впрочем, эти мысли он сумел обуздать.

Алиса была так рада видеть Слейда, что едва сдержалась, чтобы не броситься ему на шею и не расцеловать в обе щеки. Вместо этого она стала разыгрывать из себя спокойную молодую женщину, сама поражаясь своему актерскому таланту: рядом со Слейдом она чувствовала себя какой угодно, только не спокойной.

Казалось, путешествию в тот день не будет конца. Впрочем, карета катила быстро, и еще до обеда, намного раньше, чем рассчитывали, путешественники добрались до следующей станции.

— Как ты считаешь, нам лучше остановиться на ночлег на какой-нибудь станции засветло или продолжать путь, пока не стемнеет, и переночевать где-нибудь по дороге? — спросил Роб Слейда.

— Лучше ехать, — ответил Слейд. — Чем быстрее мы доберемся до Блэк-Спрингса, тем лучше.

— А ты как считаешь, Кен? — поинтересовался у Кена Роб.

— Я согласен со Слейдом. Нужно ехать дальше. Наверняка впереди найдется какое-нибудь укромное местечко, где мы сможем расположиться на ночлег.

И, взяв на станции все необходимые продукты, путешественники поехали дальше, то и дело погоняя лошадей, стремясь преодолеть как можно большее расстояние. За час до заката солнца они наконец нашли неподалеку от дороги отличное место для ночлега.

Лоретта с Эмили расположились на ночь в карете, а Алиса решила спать на открытом воздухе у костра, хотя мать была не очень довольна тем, что дочери не будет с ней рядом.

— Ничего со мной не случится, мама, — улыбнувшись, попыталась успокоить ее Алиса. — Ведь когда я ехала в Грин-Ривер, тебя тоже не было со мной рядом.

— И тогда я тоже волновалась, — невесело усмехнулась Лоретта.

— Но сейчас меня есть кому защитить. Посмотри, сколько с нами мужчин. Так что не волнуйся, все будет хорошо.

Ужин, приготовленный на костре, был неприхотливый, но сытный.

Слейд чувствовал себя на седьмом небе оттого, что сегодня ночью ему не нужно расставаться с Алисой. Всю вчерашнюю ночь он провел, беспокоясь за нее, а сегодня ему не придется испытывать этих адских мук.

— Хочется немного размяться, — произнесла Алиса после ужина, поднимаясь и сладко потягиваясь. От долгого сидения в карете у нее уже болели ноги. Алиса решила, что с ней ничего не случится. Вряд ли Кид станет нападать на нее. Было еще светло.

— Только не уходи далеко, — предостерег ее Роб.

— Я пойду с ней, — вызвался Слейд, тотчас же воспользовавшись великолепным поводом побыть с Алисой хоть немного наедине.

Алиса со Слейдом пошли в сторону скал, намереваясь скрыться за ними, чтобы никто не смог их увидеть. Прислонившись спиной к скале, Алиса взглянула на Слейда. Наконец-то они остались одни!

— Как бы я хотел не вылезать с тобой из-за этих скал до утра, — лукаво улыбнувшись, проговорил Слейд. Алиса заговорщически улыбнулась ему в ответ.

— Это было бы здорово. Если мне суждено быть похищенной, то я хочу, чтобы моим похитителем был ты.

— Я был бы просто счастлив тебя украсть. Однако мне это вряд ли удастся. Роб не позволит. Он постоянно начеку.

— Хороший он человек, — заметила Алиса.

— Еще какой хороший, — согласился Слейд и сделал по направлению к ней несколько шагов. Как же ему хотелось заключить Алису в объятия и поцеловать. Казалось, с тех пор как он делал это в последний раз, уже сто лет прошло.

— Может, нам пройти чуть дальше, вон за ту скалу. По-моему, оттуда гораздо лучше любоваться закатом, — предложила Алиса, заметив за скалой укромное местечко, где они со Слейдом могли беспрепятственно насладиться поцелуями. Там бы их никто из сидящих у костра уж точно не увидел.

— С удовольствием полюбуюсь вместе с тобой закатом, — улыбнулся Слейд.

Как только они скрылись за скалой, Слейд заключил Алису в объятия и со всей страстью, на которую только был способен, прильнул губами к ее рту. Алиса с жаром ответила на поцелуй. Ей казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как она последний раз была в объятиях Слейда.

Один жаркий поцелуй следовал за другим. Слейд наслаждался Алисой, но казалось, жажду его невозможно было утолить. Никогда прежде ему не доводилось испытывать такого острого желания, какое вызывала в нем Алиса. Если бы сейчас от него потребовали выпустить ее из своих объятий, он не смог бы этого сделать.

Наслаждаясь упоительными поцелуями, Алиса со Слейдом позабыли обо всем на свете. У них совсем вылетело из головы, что остальным путешественникам может показаться странным их слишком долгое отсутствие. Сейчас для них существовали лишь прекрасный закат да острое желание обладать друг другом.

Когда Алиса со Слейдом отправились на прогулку, Роб еще ужинал. Пока их можно было видеть, он не волновался. Когда они скрылись за скалами, он не сразу стал беспокоиться, поскольку оба были вооружены. Но когда любители вечерних прогулок не появились через несколько минут, Роб встревожился. Из-за камней не доносилось ни звука, и это еще больше усилило его волнение.

Поскольку Роб вызвался сегодня дежурить первым, он, никому ничего не сказав, отправился взглянуть, что же такое могло приключиться с Алисой и Слейдом. Остальные путешественники в это время готовились ко сну. Лоретта с Эмили уже успели забраться в карету и устраивались там поудобнее, Хоукинс с Брауном расстилали на земле одеяла, надеясь хоть немного поспать.

Прихватив с собой ружье, Роб направился в сторону скал, страшась того, что он может там обнаружить. Подойдя поближе и не услышав ни звука, Роб озабоченно нахмурился. Он постоял, прислушиваясь, но никакого разговора слышно не было. За скалой стояла мертвая тишина. Неужели Дакота Кид застал Слейда с Алисой врасплох и убил их? Не может этого быть!

Крепко сжимая в руке ружье и чувствуя, что нервы у него на пределе, Роб осторожно заглянул за скалу. Он и сам не знал, что ожидал увидеть. Скорее всего Дакоту Кида, к встрече с которым он мысленно приготовился. Но то, что он увидел, поразило Роба до глубины души: Алиса, девушка, которую он любил, была в объятиях другого!

Роб отшатнулся, словно его ударили. Алиса, его нежная, чистая, невинная Алиса отвечала на поцелуи Слейда с пылкостью куртизанки! Влюбленные были целиком поглощены друг другом и даже не подозревали о его присутствии. Роб тихонько попятился. Сердце его разрывалось от горя. Алиса любит другого…

Роб считал, что у него с Алисой может быть совместное будущее. Он хотел ухаживать за ней, после того как окончится срок траура, но, похоже, ошибся, очень ошибся. Алиса не любит его и, судя по тому, как пылко отвечает на поцелуи Слейда, никогда не полюбит. Не он мужчина ее мечты…

Роб почувствовал такую боль оттого, что Алиса любит Слейда, словно его пронзили острым мечом. Он тихонько отошел за скалу, не желая давать Алисе со Слейдом понять, что их тайна раскрыта.

Сейчас ему предстоит важное дело — доставить Алису в город в целости и сохранности. Пусть она не испытывает к нему никаких нежных чувств. Сам он no-прежнему любит ее и сделает все, чтобы обеспечить ее безопасность. По-другому поступить он просто не может.

Некоторое время спустя Алиса со Слейдом вернулись к костру. Никого, кроме Роба, не обеспокоило их долгое отсутствие.

Позже, когда Хоукинс сменил Роба на посту, тот отправился спать, однако заснуть он не мог. Он лежал, глядя на звездное небо и грустно думая о том, что той счастливой жизни, которую он придумал для себя с Алисой, никогда не будет.


Поцелуи Слейда только раздразнили Алису. Ей хотелось находиться в его объятиях всегда. Когда пришла пора возвращаться в лагерь, Алисе со Слейдом пришлось почти силой отрываться друг от друга. Они понимали, что испытывают друг к другу настолько сильную страсть, что если не остановятся сейчас, то не остановятся никогда.

— Я попросил Кена лечь с нами, — проговорил Слейд, когда они с Алисой медленно, стараясь не касаться друг друга, пошли обратно.

— Похоже, мне нечего бояться Кида, ведь меня с обеих сторон будут охранять секретные агенты, — улыбнулась Алиса.

— Вот именно, — недовольно буркнул Слейд.

Добравшись до лагеря, они расстелили у костра свои одеяла и улеглись спать, однако обоим не спалось. Слишком велик был соблазн хотя бы прикоснуться друг к другу и слишком горьким было сознание того, что они не могут этого сделать.


На следующий день, когда путешественники остановились, чтобы дать лошадям немного отдохнуть, Робу удалось остаться на минутку со Слейдом наедине. Он так долго и старательно репетировал предстоящий разговор, что теперь ему не терпелось начать его. Единственное, на что он должен был особо обратить внимание, это чтобы голос его звучал спокойно и без тени ревности.

Не то чтобы он не ревновал Слейда к Алисе. Ревновал, да еще как, и злился на своего соперника за то, что тот занял в сердце Алисы место, на которое претендовал он, Роб. Но раз уж так получилось, Робу оставалось лишь принимать вещи такими, какие они есть, и смириться с действительностью, поскольку изменить ее не в его власти. И своему удачливому сопернику Роб хотел сказать, что этот не очень приятный для себя разговор собирается завести только потому, что беспокоится за Алису и никому не позволит ее обижать, а не по какой-то другой причине.

— Брэкстон, мне нужно с тобой поговорить. Давай отойдем, — сдержанно произнес он.

Слейд послушно отошел за Робом в сторонку, подальше от всех остальных.

— Что случилось? — спросил он, когда они наконец остановились.

Повернувшись к Слейду лицом, Роб взглянул ему прямо в глаза.

— Я хочу кое-что сказать тебе по секрету.

— Что же?

— Это касается Алисы.

— А что такое? — удивился Слейд. Он никак не мог взять в толк, в чем дело.

— Как бы тебе сказать… Понимаешь, Алиса мне очень нравится. Она много для меня значит, однако я знаю, что она не отвечает мне взаимностью.

— Что-то я не понимаю…

— Я видел вас вчера вечером.

Слейда слова Роба очень удивили. Он и не подозревал, что тот подглядывал за ним и Алисой, когда они целовались за скалой. Ничего не сказав, он подождал, что Роб еще ему скажет.

— Я просто хочу, чтобы ты знал, Брэкстон. Если ты хоть как-то обидишь Алису, я сделаю так, чтобы ты об этом пожалел.

Слейд понял, как сильно Роб любит Алису. В лице шерифа она получила ярого защитника, и от этого Слейд почувствовал к нему еще большее уважение.

— Не беспокойся, Роб. Я никогда не сделаю ничего такого, что причинило бы Алисе боль.

Роб уставился на соперника мрачным взглядом, силясь понять, не утаивает ли тот что-то от него. Но Слейд смотрел на него совершенно открыто. В словах его не было ни намека на какой-то тайный смысл.

— Она необыкновенная женщина, — заметил наконец Роб.

— Ты прав. И я люблю ее.

— Значит, ты не причинишь ей зла, — утвердительно проговорил Роб.

— Как только мы поймаем Кида, я собираюсь сделать Алисе предложение.

Роб одобрительно кивнул. Если он сам не может жениться на Алисе, нужно по крайней мере радоваться тому, что мужем ее станет Слейд.

— Хорошо, что ее мужем станешь ты, — откровенно признался он. — Могло бы быть и хуже.

Слейд улыбнулся Робу, чувствуя, что напряжение между ними постепенно исчезает. Он уважал Роба и надеялся, что и тот его уважает.

— Хочу верить, что она не будет искать мне замену.

Несколько минут мужчины постояли, оценивающе приглядываясь друг к другу, после чего повернулись и пошли обратно к костру.

После разговора со Слейдом Роб почувствовал себя гораздо лучше. Жаль только, что не сумел заставить Алису полюбить себя так, как любит ее сам.

Слейд отошел от Роба, радуясь тому, что они не стали из-за Алисы врагами. Слейд хотел видеть в лице Роба друга, а не противника.

Глава 16

Взломав дверь черного хода, Зик и Кид без труда проникли в дом Мейсонов в Блэк-Спрингсе.

— Проще простого, — ухмыльнулся Зик, глядя на Кида.

— Тихо! Не хватало еще, чтобы кто-то узнал, что мы здесь, — буркнул Кид, неслышно передвигаясь по дому.

— Да ведь никого нет!

— А ты хочешь, чтобы кто-то пришел?

Бандиты зажгли одну свечу и, стараясь держаться подальше от окон, стали бродить по дому, запоминая расположение комнат. Когда придет время отплатить Алисе Мейсон, они должны быть готовы, и знание планировки дома может очень пригодиться.

— Вот бы пожить здесь, пока хозяева не вернутся, — мечтательно протянул Зик.

— Это было бы здорово, — шепотом согласился Кид. — Да и девицу нашу могли бы позабавить. Представляешь, как вытянулась бы ее физиономия, если бы она обнаружила нас у себя в комнате? А мы бы сидели, развалясь, на диване или лежали бы в ее кровати, делая вид, что так и нужно.

— Да уж, картинка получилась бы что надо! А еще лучше на этой самой кровати заняться с этой аппетитной бабенкой Мейсон любовью. Я хочу ее с тех пор, как впервые попал в этот город и пошел на танцы, где и увидел ее со Слейдом.

— Ему тогда крупно повезло, что никто его не узнал и не попытался схватить.

Зик пожал плечами, в глубине души радуясь тому, что ненавистного Слейда уже нет в живых.

— Так или иначе, везению его пришел конец. Кид кивнул в темноте.

— Я ужасно по ним скучаю, по всем троим. Они заслуживали лучшей участи, и я уж позабочусь о том, чтобы судья Мейсон ответила за все те несчастья, которые она нам причинила.

— Рад буду тебе в этом помочь.

— Не сомневаюсь.

Наконец бандиты закончили осмотр дома и добрались до спальни Алисы, где, по мнению Кида, его приятель чересчур задержался.

— Давай убираться отсюда, — прошептал Кид, горя желанием поскорее покинуть этот дом.

— Черт подери, как бы я хотел провести здесь сегодняшнюю ночь! — воскликнул Зик, выдвигая один за другим ящики комода и роясь в вещах Алисы.

— Если хочешь, возьми что-нибудь из ее вещей. Пусть она знает, что мы побывали в ее комнате и вообще можем делать все, что нам заблагорассудится.

Зик взял из ящика шелковое нижнее белье Алисы, и бандиты покинули дом.

Они затаятся и будут выжидать, а когда придет время, вовсю повеселятся с Алисой Мейсон. Особенно об этом мечтал Зик. Он намеревался как следует развлечься.

А когда с судьей будет покончено, по всему штату — в этом Кид ни капельки не сомневался — прокатится слух о том, что Дакота Кид расправился с Алисой Мейсон и что от него лучше держаться подальше. И пусть шериф и его помощники посмотрят, какая жестокая кара постигла Алису Мейсон! Пусть знают, что он, Кид, не остановится ни перед чем, чтобы отомстить за своих ребят! Дакота Кид заставит себя бояться!


На четвертый день пути ранним утром карета въехала в Блэк-Спрингс. Наконец-то путешественники без приключений добрались до дома.

И снова, опасаясь быть увиденным, Слейд вышел из кареты на окраине города. Договорились, что он окольными путями доберется до дома Мейсонов один. Теперь, когда путешественники вернулись в город, предстояло согласовать действия по охране Алисы.

Когда карета подъехала к дому, Алиса первой, радостно улыбаясь, выскочила из нее. Наконец-то они дома! Алиса, а за ней и Лоретта с Эмили поспешили к входной двери и только хотели войти, как Роб остановил их.

— Позвольте мне войти первым.

— Вы думаете, они могут поджидать нас в доме? — обеспокоенно спросила Лоретта.

— Трудно сказать, но от Кида всего можно ожидать, так что осторожность не помешает.

— Роб! — позвал его Кен. Он уже проверил дверь черного хода.

Роб поспешно подошел к нему. Увиденное поразило шерифа: замок оказался сломан, дверь слегка приоткрыта.

— Вот что я застал, — объяснил Кен, не сводя глаз с Эмили. Поняв, что в доме побывали посторонние, девушка заметно побледнела.

— О Господи! — в ужасе воскликнула Лоретта, ухватившись за руку Эмили, чтобы не упасть. Все надежды на нормальную жизнь оказались разрушены.

— Не волнуйтесь, миссис Мейсон, — проговорил Роб, пытаясь хоть как-то успокоить женщину, и вытащил револьвер. — Вы, дамы, останьтесь пока здесь с Хоукинсом и Брауном, а мы с Кеном войдем в дом.

Он посмотрел на своих помощников, дав понять, что они должны охранять женщин, и только собрался войти в дом, как из-за стоявшего во дворе небольшого амбара показался Слейд. Расставшись с остальными путешественниками, он не мешкая отправился к дому Мейсонов. Добравшись туда раньше всех, Слейд спрятался и стал поджидать приезда остальных, а услышав взволнованные возгласы, вышел из своего укрытия посмотреть, что случилось.

— Что произошло? — поинтересовался Слейд и, заметив испуганные лица женщин, положил руку на рукоятку револьвера, чтобы не быть застигнутым врасплох.

— Кто-то вломился в дом, — быстро объяснила ему Алиса.

Внезапно она почувствовала острое желание укрыться в надежных объятиях Слейда. Она привыкла быть независимой и всегда сама заботилась о себе, но сейчас почему-то с радостью очутилась бы в объятиях Слейда. Однако Алиса тотчас же взяла себя в руки, понимая, что должна быть сильной. Если заметят, что она боится, никому лучше от этого не будет.

— Вы думаете, они все еще находятся в доме? — спросила Эмили Кена, глядя на него испуганными глазами.

Кену очень хотелось сказать ей, что беспокоиться не о чем, что все будет в порядке, однако это было бы заведомой ложью.

— Не похоже, но мы все-таки должны убедиться, — ответил Кен.

С тех пор как он поцеловал Эмили на почтовой станции, она впервые обратилась к нему. Теперь Эмили прилагала огромные усилия, чтобы не обращать на Кена внимания, и поначалу он был этому только рад: можно было спокойно сосредоточиться на делах. Но когда Эмили начала откровенно флиртовать с Хоукинсом, Кен обнаружил, что это его задевает. Он пытался заставить себя выбросить все мысли об Эмили из головы, однако это оказалось не так-то просто. Единственное, что порадовало Кена, так это то, что в минуту опасности Эмили бросилась за защитой не к помощнику шерифа, а к нему.

— Подождите здесь. Мы скоро вернемся, — произнес Роб.

Вытащив револьверы, Слейд, Роб и Кен скрылись в доме, где начали осматривать комнаты. Именно Слейд обнаружил, что бандиты рылись в вещах Алисы.

— Роб, — позвал он. — Взгляни.

Увидев, что ящики комода выдвинуты, а вещи Алисы в беспорядке разбросаны по полу, Роб тихонько выругался.

— Это работа Зика Мэлоуна, — с уверенностью сказал Слейд.

— Откуда ты знаешь?

— Кид озабочен только тем, как бы ему отомстить, а вот Зик… — И Слейд рассказал Робу о ночи перед ограблением банка. — Мы должны приложить все усилия к тому, чтобы он никогда не смог до нее добраться, — закончил Слейд, кипя от негодования.

— Не беспокойся, — ответил Роб. Поступок Зика разозлил его не меньше, чем Слейда. — Мы выставим у дома круглосуточную охрану.

— Не нужно. Я останусь в доме и сам буду охранять Алису, — решительным тоном заявил Слейд. — Я не могу сопровождать ее по городу, поскольку все считают меня мертвым, но если я буду охранять ее в доме, меня никто не увидит.

Шериф понимал, что предложение Слейда не лишено здравого смысла. Если Слейд останется под одной крышей с женщинами, для Кида с Зиком, в случае если они осмелятся снова проникнуть в дом, это окажется неприятным сюрпризом. А в борьбе против этих злостных бандитов все средства хороши.

— Расскажем женщинам о том, что тут произошло, — предложил Роб. — Я отдам распоряжение, чтобы Алиса ходила каждый день с работы и на работу обязательно в сопровождении кого-то из моих людей.

И, преисполненные решимости, мужчины вышли из дома.

— Ну как? Все в порядке? — спросила Лоретта. Она была сердита и расстроена.

— Насколько мы могли судить, ничего не пропало, — успокоил ее Роб. — И ничего не разбито и не поломано. Я распоряжусь, чтобы починили замок.

— Спасибо. Если все в порядке, мы можем сейчас войти?

— Сначала разрешите мне рассказать вам о том, как мы со Слейдом и Кеном собираемся охранять Алису.

И Роб быстро рассказал Лоретте о том, что Слейд теперь какое-то время поживет у них в доме.

— Со Слейдом нам будет гораздо спокойнее, — согласилась Лоретта. Лишняя спальня у них в доме была. Ее мог занять Слейд. А знать, что в доме находится мужчина, который всегда сможет защитить ее с дочерьми в случае опасности, было приятно. — Мы пойдем на все, лишь бы помочь вам поймать Кида. Если вам что-то потребуется, только скажите.

Роб улыбнулся Лоретте:

— Непременно. Пока что мне требуется только то, чтобы вы постоянно были начеку и чтобы Кид не мог причинить вам зла.

— Об этом не беспокойтесь.

Кен взглянул на Эмили. Похоже, она уже пришла в себя.

— Как вы себя чувствуете? Лучше? — поинтересовался он. Теперь, когда испуг прошел, Эмили не собиралась показывать вида, что нуждается в поддержке Кена.

— Конечно. Хоукинс заверил меня, что все в порядке, — заявила она, с обожанием глядя на помощника шерифа.

Стиснув зубы, Кен отошел от Эмили. Черт бы побрал этих женщин!

Лоретта с Эмили вошли в дом, а Роб и его помощники начали выносить из кареты вещи».

— Пока ты не ушла… — проговорил Слейд, глядя на Алису. — Я должен сказать тебе, что кто-то из бандитов перевернул вверх дном твою спальню. Не похоже, чтобы они что-то взяли, но тебе лучше самой пойти и в этом убедиться.

На сей раз Алиса не сумела скрыть нервную дрожь.

— Ужасно осознавать, что эти подонки так легко сумели проникнуть в дом.

— Хорошо, что вас не было, когда они это сделали.

— Но в следующий раз… — не договорив, Алиса со страхом взглянула на Слейда.

— Если этот следующий раз наступит, я буду к нему готов.

Алиса с трудом улыбнулась, и они со Слейдом вошли в дом. От одной мысли о том, что бандиты сумели с такой легкостью проникнуть в их дом, у Алисы мороз пошел по коже, и в то же время, оттого что Слейд теперь будет рядом, сладко кружилась голова.


Остаток дня провели спокойно. Выяснилось, что два дня назад помощник шерифа Клеменс проходил мимо дома Мейсонов, но ничего необычного не заметил. Кен вместе с Робом и его помощниками отправились побродить по городу и поспрашивать, не видел ли кто каких-нибудь незнакомых людей и не заметил ли чего-нибудь странного, однако расспросы эти ничего не дали. Неприятно было знать, что Кид совсем недавно был в Блэк-Спрингсе, и в то же время его тайный визит вселял в Роба и остальных мужчин уверенность в то, что они поступили правильно, дожидаясь этого бандита в городе, а не начали собирать отряд и разыскивать Дакоту Кида по всему штату.

Кид заявил, что собирается отомстить Алисе, и Слейд охотно ему верил: главарь шайки никому и никогда не прощал обид.

Даже после того как замок на взломанной двери заменили, Лоретта все-таки не чувствовала себя в полной безопасности. Только присутствие Слейда помогло ей хоть как-то успокоиться. Когда пришла пора ложиться спать, Лоретта и Эмили попрощались с Алисой и Слейдом и отправились наверх, оставив их наедине в гостиной.

— Я так рада, что ты с нами остался, — сказала Слейду Алиса. — Без тебя я вряд ли бы дожила до конца дня. Умерла бы от страха.

Слейд ласково ей улыбнулся.

— Да что ты! Ведь за последние несколько недель тебе пришлось пережить и не такое, однако ты все выдержала.

— Иногда я устаю быть сильной, — призналась Алиса. — Как только подумаю, что Кид и Зик были здесь, в доме, мне хочется вопить от страха. Как же я их ненавижу!

— Не ты одна, мое солнышко, — тихонько проговорил Слейд, усаживаясь рядом с Алисой на диван.

— Слейд, хочу тебя спросить… Я тут нашла в ящике папиного стола небольшой револьвер. Может, мне носить его с собой? Как ты считаешь?

— Думаю, это было бы неплохо. Все время носить с собой шестизарядный револьвер тебе будет трудновато, а вот небольшой револьвер можно спрятать в твоем кармане.

Алиса кивнула:

— Тогда я так и сделаю. С оружием я буду чувствовать себя увереннее, ведь вы с Робом не сможете постоянно быть рядом со мной.

При упоминании о Робе Слейд решил, что пришла пора рассказать Алисе, что произошло между ним и шерифом.

— Я должен тебе кое-что рассказать… — неуверенно начал он.

— Что же? — вопросительно взглянула на него Алиса.

— Во время нашего путешествия, когда мы с тобой наслаждались созерцанием заката… — начал Слейд и, улыбнувшись, замолчал.

— И что? — поторопила его Алиса.

— Роб нес караул. Когда мы скрылись из виду, он забеспокоился и пошел проверить, все ли с нами в порядке. И он увидел нас вместе.

— Вот как? — огорченно воскликнула Алиса. — А откуда ты это узнал?

— Он сам мне об этом говорил. Я бы и раньше тебе рассказал, но с тех пор, как это произошло, мы с тобой впервые наедине.

— И как он это перенес?

— Ему было нелегко, но он теперь знает, какие чувства мы испытываем друг к другу, и пытается обуздать свою ревность.

— Мне ужасно жаль, что все так получилось… Я сама хотела ему сказать, как только вернемся в город и все немного успокоится.

— Я бы тоже ему сам сказал. Подобрал бы какие-нибудь подходящие слова. Но теперь поздно жалеть об этом.

Алиса могла только догадываться о том, что наговорили друг другу мужчины.

— Надеюсь, когда-нибудь он обретет счастье.

— Я тоже на это надеюсь. Роб его заслуживает.

Слейд ласково погладил Алису по щеке, и взгляды их встретились. Наклонившись, Слейд прильнул губами к ее губам, как мечтал сделать весь день. Как же ему хотелось, чтобы весь тот кошмар, в котором им приходится жить, уже остался позади и они с Алисой могли подумать о будущем. Однако суровая действительность не позволяла им пока что этого сделать. Сначала нужно было поймать Кида и Зика. Пока бандиты разгуливают на свободе, Слейд не мог позволить себе мечтать о счастливой совместной жизни с Алисой.

Алиса прижалась к Слейду, наслаждаясь его близостью. Еще совсем недавно она увлеченно занималась юридическими делами, которые изучала под руководством отца, и не думала, что может в кого-нибудь влюбиться. Ни один мужчина в городе не вызывал в ней ни малейшего интереса. А вот Слейду это удалось. Слейд, по мнению Алисы, был идеальным мужчиной, и она могла лишь благодарить судьбу за то, что она свела их вместе.

— Как я рада, что ты в тот вечер пригласил меня танцевать, — призналась Алиса, когда они со Слейдом наконец-то оторвались друг от друга.

Поскольку они были в доме не одни, им приходилось сдерживаться. Они бы с удовольствием занялись любовью, однако Слейд очень уважал Алису.

— Я тоже, хотя это было настоящим безумием, ведь наутро мне предстояло участвовать в ограблении банка. Наверное, я просто в тебя влюбился.

— Ты веришь в любовь с первого взгляда?

— Конечно. А почему нет? — улыбнулся Слейд.

— А как же Эмили? Неужели она не поразила тебя своей красотой? Все мужчины на танцах боролись за то, чтобы моя сестра одарила их своим вниманием.

— Твоя сестра, вне всякого сомнения, необыкновенно хороша собой, но когда я увидел тебя… — Наклонившись к Алисе, Слейд нежно ее поцеловал. — Я понял, что ты именно та женщина, которая мне нужна.

— Приятно слышать. — Алиса обняла Слейда за шею и, притянув к себе, впилась ему в губы страстным поцелуем.

Когда они наконец разжали объятия, оба тяжело дышали. Несколько минут они тихонько сидели, наслаждаясь близостью друг друга.

— Тебе повезло, что у тебя такая замечательная семья, — наконец произнес Слейд.

— Тебе бы очень понравился мой отец, — заметила Алиса, и глаза ее стали грустными. — А ты бы понравился ему.

— Должно быть, он был хорошим человеком. У него было столько друзей.

Вспоминая об отце, Алиса улыбнулась Слейду.

— Это и в самом деле так. Папа был честным и справедливым. Он всегда относился к людям доброжелательно. Наверное, мы никогда не привыкнем к мысли, что его больше нет.

— Смерть — страшная штука… — мрачно проговорил Слейд.

— Расскажи мне о твоей семье, — попросила Алиса. — Откуда ты родом?

— Я родился в Сент-Луисе. Мои родители умерли от лихорадки, когда мне было семнадцать лет. И с тех пор я живу один.

— А братьев и сестер у тебя нет? Или каких-то других родственников?

— Никого.

— И как же ты жил? Ведь когда умерли твои родители, ты был еще так молод…

Слейд слегка пожал плечами. Он предпочитал бы не вспоминать об этих тяжелых временах.

— Я отправился на запад, в Канзас, и стал работать погонщиком скота. Потом какое-то время работал окружным полицейским. Как-то мне пришлось ехать по делам в Денвер, и по дороге я познакомился с Кеном. Он предложил мне работать в сыскном агентстве, и вот с тех пор, уже более пяти лет, я там работаю.

— Тебе нравится твоя работа?

— Иногда да. Когда вижу, что преступники, которых я так долго выслеживал, наконец-то сидят за решеткой. Тогда мне кажется, что от моей работы есть какая-то польза. Но иногда, как, например, в случае с твоим отцом, хочется послать эту проклятую работу ко всем чертям.

Алиса ласково коснулась его руки.

— Я люблю тебя, Слейд Брэкстон, и знаю, что ты не виноват в убийстве моего отца. Ты никак не мог предотвратить это преступление.

Взгляды их встретились, и Слейд увидел в глазах Алисы спокойствие, одобрение и понимание, которые были ему так необходимы.

— Я тоже люблю тебя, Алиса, — сказал он.

Слейд привлек Алису к себе, с удовольствием ощущая ее мягкое, податливое тело своим телом. Губы его прижались к ее губам горячим, страстным поцелуем, за которым вот-вот должны были последовать упоительные ласки.

Глухо застонав, Слейд понял, что если тотчас же не выпустит Алису из своих объятий, произойдет то, что сейчас не должно происходить. Призвав на помощь всю свою силу воли, он отстранил Алису от себя и встал.

— Тебе сейчас лучше пойти в свою комнату и лечь спать. А я останусь внизу и буду тебя охранять.

Алисе очень хотелось поцеловать Слейда, прикоснуться к нему, однако она понимала, что он так поступает вовсе не для того, чтобы причинить ей боль. Он хочет защитить ее.

— Спокойной ночи, Слейд, — тихо произнесла она и, поднявшись, вышла из комнаты.

Слейд остался один. Глядя на дверь, через которую вышла Алиса, он задумчиво взъерошил волосы.

Если бы он знал, где прячутся Кид и Зик, он бы тотчас же помчался туда, чтобы расправиться с ними.

Его возмущало то, что он вынужден сидеть и ждать. Но на карту была поставлена жизнь Алисы, и выбора у Слейда не было.

Погасив свет и оставшись в темноте, Слейд уселся на диван, готовый, если понадобится, встретить опасность и отразить ее, хотя он очень надеялся, что делать этого ему не придется.


Ранним ясным утром Роб пришел к Алисе, чтобы проводить ее на работу. Лоретта и Эмили собирались открыть магазин, так что из дома вышли все вместе.

Когда Роб и женщины ушли, Слейд лег спать. Он должен был отдохнуть после бессонной ночи. Где-то в полдень стук в дверь разбудил Слейда. Он встал и открыл дверь. На пороге стоял Кен.

— Что привело тебя сюда? — с беспокойством спросил Слейд. — Что-то случилось?

— Нет. Все очень тихо. Я послал телеграмму в Денвер с сообщением о том, что мы приехали в Блэк-Спрингс. Если в агентстве появились новости, дадут мне знать.

— Хорошо бы они что-нибудь узнали. Это ожидание уже действует мне на нервы.

— Знаю. Я чувствую то же самое. Скорей бы уж все кончилось. Хочется, чтобы Алисе больше ничто не угрожало. Слейд кивнул.

— Как бы мне хотелось, чтобы мы наконец поймали этого мерзавца Кида. Но пока что ему удается ускользнуть от нас. Да и хитрости ему не занимать. Я находился у него в банде не одну неделю, однако так ничего и не узнал о человеке, сообщавшем ему о золоте. Я уже начинаю сомневаться, что мы вообще сможем его поймать.

— Сможем, не беспокойся. Мы делаем для этого все возможное. В последней телеграмме, которую я получил из Денвера, мне сообщили, что для обнаружения предателя в контору, ведающую железнодорожными перевозками, внедрили одного из наших людей.

— Это хорошо, — кивнул Слейд. — Нельзя дать Киду возможности ограбить еще один поезд.

— Об этом позаботятся.

— А как Эмили? — перевел Слейд разговор на другую тему.

Кен бросил на него недобрый взгляд.

— Откуда я знаю?

Слейд не смог сдержать улыбки.

— Я думал, она тебе нравится. Кен выругался себе под нос.

— Я расследую дело, и у меня нет времени на женщин.

— Ну-ну… Я тут недавно слышал, как она говорила, что помощник шерифа Хоукинс собрался за ней ухаживать, как только закончится срок траура. А мне всегда казалось, что этого она ждет от тебя.

Кен презрительно фыркнул:

— О каком ухаживании может идти речь! Да она еще совсем ребенок!

— Алиса, помнится, говорила мне, что Эмили уже почти девятнадцать.

Кен нахмурился:

— Сейчас не время связываться с женщинами.

— Даже с теми, которых любишь?

— О какой любви ты говоришь?

— Да брось ты, Кен! За все годы, что мы работаем вместе, я еще никогда не видел, чтобы ты обращал такое внимание на какую-нибудь женщину… до тех пор, пока не познакомился с Эмили.

Кен смущенно взглянул на Слейда.

— Черт подери, Слейд, мы ведь ведем расследование!

— Значит, тебе никуда не деться от Эмили еще и поэтому. Хочешь ты этого или нет, но она причастна к этому делу, и тебе придется ежедневно с ней встречаться. Так что взгляни правде в глаза. Никуда тебе от этой истории не уйти.

— Да уж, и в самом деле история, — ухмыльнулся Кен.

— Вот и мне от Алисы никуда не уйти. Я бы отдал все на свете, чтобы она была счастлива. Как бы мне хотелось, чтобы Алиса оказалась в безопасности. Я люблю Алису и не допущу, чтобы с ней что-то случилось. Я чувствую себя отчасти виновным во всех ее бедах.

— А ты-то здесь при чем? — удивленно спросил Кен.

— Если бы мне приказали поймать бандитов и только, я бы сделал это задолго до того, как Кид решил совершить налет на банк в Блэк-Спрингсе, и отец Алисы не был бы убит. В общем, не произошло бы ничего из того, что случилось.

— В жизни часто случаются события, которые невозможно предусмотреть.

— Знаю. Алиса даже сказала, что никто меня не винит, но мне так хотелось хоть что-то сделать.

— Что-то ты и делаешь. Помогаешь схватить убийцу ее отца. Как только мы поймаем Кида и Зика, виновный в смерти Джона Мейсона заплатит за это своей жизнью.

— Но я же был вместе с ними, когда это все случилось.

— Твоя задача состояла в другом. Раскрыть осведомителя.

— И наблюдать, как гибнут невинные? — Слейд сказал то, что волновало его уже в течение нескольких недель.

— Если этого требуют интересы дела, — да. Мужчины с угрюмым видом замолчали. Как это ни больно было Слейду, он понимал, что Кен прав.

— Так что ты решил в отношении Эмили? — нарушил молчание Слейд.

— Ничего, — ответил Кен.

— Ты не собираешься говорить ей о том, что любишь ее?

— Она и так это знает.

— Тогда почему ты ее избегаешь?

— Потому что пока мы с тобой ведем это дело, я не хочу, чтобы меня отвлекали.

— Но не кажется ли тебе, что, заставляя себя не думать об Эмили, ты тем самым еще больше отвлекаешься? Поговори с ней, скажи ей, что любишь ее. — Слейд подождал, что Кен ему на это ответит, однако ничего не дождался. — Ну что ты упрямишься? Пойди объяснись с ней. Самому же легче будет.

— Мне с ней не о чем объясняться, — отрезал Кен.

Слейд недоверчиво взглянул на друга.

— Ладно, дело твое. Только помни, что Хоукинс может тебя обскакать. Нельзя сказать, что Эмили к нему совсем уж равнодушна, да и Клеменс, по ее мнению, тоже очень мил.

— Рад, что они оба ей нравятся, — раздраженно сказал Кен и поднялся, собираясь уходить. — Позже поговорим.

Глядя ему вслед, Слейд непременно бы улыбнулся, однако его друг выглядел таким понурым, что ему это и в голову не пришло. Слейд знал, что Эмили, этой беспечной кокетке, понравился Кен. Он видел, как она в последние несколько дней пыталась не обращать внимания на бравого «пинкертона», однако это у нее плохо получалось. Когда она смотрела на Кена, глаза ее радостно вспыхивали, из чего Слейд и сделал вывод, что интересуют Эмили вовсе не помощники шерифа, с которыми она кокетничала напропалую, а Кен.


Кен вышел из дома в твердой уверенности ничего не предпринимать относительно Эмили. Он шел по городу, и незаметно для самого себя ноги несли его к магазину. Тогда Кен остановился и, повернув обратно, направился на конюшню. Там он оседлал лошадь, после чего поехал из города куда глаза глядят. Проезжая мимо магазина, он заметил, как оттуда вышел Клеменс. Помощник шерифа широко улыбался и казался очень довольным собой.

Кен катался больше часа, однако настроение его ничуть не изменилось. Мысли об Эмили не покидали его. Интересно, чему это улыбался Клеменс? Когда Кен вернулся в город, его благие порывы держаться подальше от Эмили, разом исчезли. Он подъехал к магазину, спешился и вошел внутрь.

— Добрый день, Кен, — приветствовала его Лоретта.

— Добрый день, миссис Мейсон, — ответил Кен, озираясь по сторонам в надежде увидеть Эмили, однако ее нигде не было видно.

— Чем могу служить?

— Я просто проезжал мимо и решил заехать и убедиться, что с вами все в порядке.

— Сегодня покупателей у нас было не много, но это и хорошо.

— Вы сегодня видели Роба?

— Нет. Заходили его помощники, Клеменс и Хоукинс, и сказали нам, что ничего нового о Дакоте Киде не слышно.

Кен кивнул. Он прекрасно понимал, чего добивается этот бандит. Он хочет заставить всех как следует понервничать. А пока все сидят как на иголках, он спокойно обдумывает свои дальнейшие действия. Кид отличается крайней осторожностью и изобретательностью. Когда он наконец нанесет удар, этот удар будет смертельным.

— Эмили только что вышла на минутку, — сообщила Лоретта. — Я дала ей небольшое поручение. Но она скоро вернется. Если хотите, можете ее подождать.

— Нет-нет… Передайте ей от меня привет, — сказал Кен и поспешно направился к двери. И зачем он только сюда пришел! Несусветная глупость!

— Кен! — окликнула его Лоретта, когда он был уже почти у двери.

Кен оглянулся. В этот момент в магазин вошла Эмили и едва не столкнулась с Кеном.

— Ой, Кен! Какой приятный сюрприз! Я и не знала, что вы к нам зашли, — прощебетала она, стараясь не обращать внимания на то, что при виде Кена у нее на секунду замерло сердце. Какой же он красивый… и какой несносный.

— Я просто зашел проверить, как идут дела, — пояснил Кен.

— А почему бы вам сегодня не прийти к нам поужинать, — предложила Лоретта.

— Спасибо за приглашение. С удовольствием приду. В каком часу?

— В половине седьмого.

— Тогда до вечера, — сказал Кен и, кивнув Эмили, вышел из магазина.

Эмили раздраженно смотрела ему вслед. Ну почему он так себя ведет? Вместо того чтобы остаться, поговорить с ней, он опрометью выскакивает за дверь.

Странно, что он согласился прийти на ужин. Наверное, сделал это только потому, что хочет увидеться со Слейдом, а вовсе не из-за нее.

— Как ты думаешь, он и в самом деле придет? — спросила она мать.

— А почему, собственно, нет?

— Не знаю… Иногда мне кажется, что он меня не любит.

— Какую чепуху ты говоришь, Эмили! Кен к тебе великолепно относится.

— А ты не будешь возражать, если я приглашу на ужин и Клеменса? — спросила Эмили, в голове которой уже созрело что-то коварное на сегодняшний вечер.

— Конечно, нет.

— Вот и хорошо.

Помогая матери, Эмили поглядывала на улицу через витрину магазина. Как только она увидит помощника шерифа, сразу пригласит его на ужин. Она покажет Кену, что с ней нельзя так обращаться. И что бы он там ни думал, есть мужчины, которые считают ее привлекательной и неотразимой.


Ужин в тот вечер, простой, но очень вкусный, понравился всем без исключения гостям. Обсуждались какие угодно темы, кроме самой важной — поимки бандитов. Собравшиеся намеренно избегали говорить об этом. Им хотелось спокойно поесть и хотя бы ненадолго сделать вид, что все прекрасно.

Когда ужин закончился, все перешли в гостиную. Кен сел рядом со Слейдом, собираясь с ним поговорить, а Эмили демонстративно уселась рядом с помощником шерифа. Как ни старался Кен сосредоточиться на том, что говорит ему Слейд, он никак не мог оторвать взгляда от Эмили. А она, казалось, была всецело поглощена тем, что рассказывал ей помощник шерифа. Так и ловила каждое его слово!

— Ну, и что ты об этом думаешь? — спросил Слейд. Он понимал, что творится в душе друга.

— О чем? — спросил Кен. — Так я и думал! Ты не слышал ни слова из того, что я говорил!

— Нет, слышал. Ты говорил о… э…

— Вот именно! — сердито сказал Слейд.

— Мама. — Эмили поднялась следом за Клеменсом. — Вернону нужно идти. Я пойду провожу его.

Не успела Эмили с помощником шерифа дойти до двери, как Кен вскочил.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — заявил он. — Завтра поговорим, Слейд. Спасибо за великолепный ужин, миссис Мейсон. Спокойной ночи, Алиса.

Слейд понял, почему его друг так заторопился — он не хочет оставлять Эмили наедине с Клеменсом.

— Ладно, завтра увидимся, — кивнул Слейд.

— Спокойной ночи, Кен, — сказала Лоретта. Когда Кен вышел из дома, Эмили стояла на крыльце и смотрела, как Клеменс шагает по улице.

— Он уже ушел? — удивился Кен. Он не сомневался, что помощник шерифа воспользуется уже наступившей темнотой, чтобы попытаться поцеловать Эмили.

Эмили повернулась к Кену.

— Да. Ему нужно идти.

— Ах вот как… Что ж, я тоже ухожу. Спокойной ночи, Эмили.

— Спокойной ночи, Кен, — произнесла Эмили и, глядя на сыщика, призывно провела языком по нижней губе. Однако Кен никак не ответил на ее призыв. Он ушел.

Эмили еще никогда не была так разгневана. Да как он только смеет так себя вести! Но что же ей все-таки делать? Интересно, что бы посоветовал ей отец, будь он жив? Скорее всего сказал бы, что надо добиться своего. И Эмили решилась.

Кен уже спустился по ступенькам крыльца. Эмили кинулась вперед и схватила его за руку.

— Вы и в самом деле собираетесь уйти, не поцеловав меня на прощание, Кен? — смело спросила она.

Не дожидаясь ответа, Эмили притянула Кена к себе и впилась страстным поцелуем ему в губы, после чего, выпустив ошарашенного Кена из своих объятий и не проронив ни слова, повернулась к нему спиной и, высоко вскинув голову, вошла в дом и захлопнула за собой дверь.

А Кен так и остался стоять, глядя на закрытую дверь, и на губах его играла глуповатая улыбка.

Эмили его поцеловала!

Глава 17

Алиса рано закончила работу и пошла в контору шерифа. Ей хотелось поделиться с Робом своими опасениями и невеселыми мыслями. После возвращения из Грин-Ривер прошло уже больше недели, однако Кид не показывался и ничего необычного не происходило. Все было тихо. Слишком тихо.

Алиса невесело усмехнулась. Какая же она все-таки странная! Нужно радоваться тому, что ничего не произошло. Нужно благодарить Бога за то, что все спокойно. Однако постоянное чувство опасности утомляло, не давало покоя.

— Алиса? — удивился Роб, когда она вошла в его комнату. Он собирался зайти за ней не раньше чем через два часа, а она сама к нему явилась. — Что-то случилось?

— Нет, все в порядке. Просто я закончила сегодня работу пораньше и хотела тебе об этом сказать. Прежде чем пойти домой, я еще зайду в магазин к маме и Эмили.

— Я провожу тебя, — предложил Роб. Он поднялся и взял шляпу.

— Спасибо.

На самом деле Алисе хотелось самой, без всяких провожатых, ходить по городу, однако она понимала, что лучше ей об этом и не заикаться: Роб рассердится. Он ей совершенно ясно дал понять, что будет сопровождать ее, куда бы она ни направилась.

Роб придержал для Алисы дверь, и они вышли из конторы. В течение последних дней Роб мало-помалу смирился с теми отношениями, которые установились между ним и Алисой, Как ни больно ему было осознавать, что, кроме дружбы, Алиса никогда ему больше ничего не предложит, приходилось с этим мириться. Роб все еще любил Алису и понимал, что никогда не перестанет ее любить. Его любовь к ней будет длиться вечно. Взглянув на шагающую рядом Алису, Роб улыбнулся: пусть она его не любит, зато он видится с ней и гуляет с ней по городу каждый день.

— Сегодня ничего нового не произошло, — заметил он. — Все спокойно.

— Это хорошо. А из Денвера Кен никакой телеграммы не получил?

— Нет. Я с ним разговаривал сегодня утром. Говорит, что там тоже все тихо.

— А может, Кид с Зиком куда-нибудь уехали? Как ты считаешь?

— Хотел бы я, чтобы они это сделали, однако никаких известий о них ниоткуда не поступало. Никаких ограблений, перестрелок… в общем, ничего. Однако если верить Слейду — а не верить ему у нас нет никаких оснований, — Кид не из тех, кто отступает от намеченной цели. Если он что-то решил, он не остановится ни перед чем. Это настырный и расчетливый тип. И как это ни тяжело, нам необходимо сохранять бдительность.

— Мне так жаль, что я доставляю тебе столько хлопот, — заметила Алиса.

— Алиса. — Роб, остановившись, серьезно взглянул на девушку. Поблизости не было ни души, и он мог говорить совершенно откровенно, не опасаясь, что кто-то услышит. — Находиться рядом с тобой — огромное удовольствие для меня.

Взглянув на Роба, Алиса ласково ему улыбнулась.

— Спасибо, Роб.

Несколько мгновений Роб не сводил с ее лица любящего взгляда. Как же он хотел, чтобы все было по-другому. Чтобы Слейд не стоял между ними! Но ничего не поделаешь, приходится мириться с тем, что преподносит тебе жизнь. И Роб пошел дальше, оглядывая улицы и аллеи зорким взглядом. Он не допустит, чтобы Алисе что-то угрожало. Ее жизнь для него бесценна.

— Привет, Алиса. Здравствуйте, Роб, — заулыбалась Лоретта, когда они вошли в магазин. — Что это вы явились в такую рань?

— Я сегодня пораньше закончила работу и решила пойти домой. А Роб, как обычно, меня провожает.

— Добрый день, миссис Мейсон, — улыбнулся Роб. — Ну, что у вас тут интересного?

— Ничего. Работаем, как обычно.

— Это хорошо. — Роб прошелся по магазину, проверяя, не притаился ли кто-нибудь в темном углу, и, никого не обнаружив, снова подошел к Алисе. — Ты хочешь остаться здесь или пойдешь домой?

— Вам требуется моя помощь? — обратилась Алиса к матери.

— Нет, мы сами справимся, — ответила она.

— Тогда Роб отведет меня домой, и я начну готовить ужин.

— Хорошо. Увидимся в шесть часов, — сказала мать.

Глядя вслед Алисе и Робу, Лоретта вспомнила, как Джон мечтал о том, чтобы они поженились. Жаль, что этого никогда не произойдет. Не то чтобы ей не нравился Слейд. За те дни, что он провел в их доме, Лоретта прониклась к нему любовью и уважением. Сильный, умный, находчивый мужчина — секретному агенту таким и положено быть — и очень красивый.

Лоретта прекрасно понимала, почему Алиса влюбилась в него. На протяжении долгих лет она и сама испытывала к Джону точно такие же чувства. Какой это был красивый, умный и деликатный человек! Лоретта тихонько вздохнула. Как жаль, что той спокойной жизни с любящим мужем, о которой она так мечтала, пришел конец! При воспоминании о Джоне, погибшем такой нелепой смертью, Лоретта почувствовала, как по щеке ее скатилась слеза. Как она по нему тоскует… Наверное, никогда уже не утихнет в ее сердце боль и не исчезнет пустота в душе.


Роб проводил Алису до дома. Слейда нигде не было видно, и Роб решил войти вместе с Алисой в дом, чтобы убедиться, что все в порядке. Дверь в комнату Слейда была открыта. Заглянув, Роб обнаружил, что Слейд спит. Осторожно прикрыв дверь, Роб спустился вниз и сказал об этом Алисе.

— Может, разбудить его? — обеспокоенно спросил он.

— Не нужно, — отказалась Алиса. — Он не спал всю ночь, и ему необходимо хоть немного отдохнуть. Пускай спит.

Роб нахмурился, и Алиса догадалась, что он за нее беспокоится.

— Не волнуйся, Роб, — сказала она. — У себя в конторе я почти весь день одна, и ничего страшного еще не произошло. Когда ты уйдешь, я запру дверь, и все будет в порядке. Если вдруг что-то случится, у меня в кармане револьвер, да и Слейд недалеко. Стоит только крикнуть, и он прибежит.

— Ну ладно, — сказал Роб, немного успокоившись. — Зайду за тобой утром.

— Вот и отлично. До завтра.

Когда Роб ушел, Алиса закрыла за ним дверь, заперла ее на ключ и облегченно вздохнула. Она дома. Еще один день позади. Поднявшись по лестнице, Алиса направилась к своей комнате. Ей пришлось пройти мимо комнаты Слейда. Она остановилась возле двери. Вдруг очень захотелось войти к Слейду. За последнюю неделю им так и не удалось побыть вдвоем, и Алиса подумала, не разбудить ли ей Слейда. Искушение оказалось настолько велико, что она осторожно приоткрыла дверь и заглянула.

Слейд спал крепким сном, лежа на животе лицом к двери. Подбородок его покрывала темная щетина. Во сне черты лица Слейда смягчились, и он казался кротким и беззащитным. Алисе показалось, что таким красивым и мужественным она его еще никогда не видела, и сердце ее дрогнуло и быстро забилось.

Она вошла в комнату и сделала несколько шагов по направлению к кровати. Слейд даже не пошевелился. Тогда Алиса подошла еще ближе, поражаясь своей смелости, однако не в силах была остановиться. Ее вдруг охватило безудержное желание заняться любовью со Слейдом.

Приблизившись к кровати, Алиса наклонилась и легонько поцеловала Слейда в щеку.

— Слейд… — прошептала она.

Слейд открыл глаза и улыбнулся. Только что ему снилось, будто Алиса находится в его объятиях, а он целует ее. На какую-то долю секунды ему показалось, что склонившаяся над ним Алиса ему только снится. Протянув руку, Слейд коснулся ее руки. Он понял, что сон закончился, а Алиса действительно стоит у его кровати.

Слейд медленно привлек Алису к себе. Она и не думала сопротивляться. Он молча подвинулся, и Алиса, поняв, что он от нее хочет, легла рядом.

— Мы одни, — тихонько прошептала она, желая поскорее поделиться своей радостью: наконец-то им никто не мешает, и они могут побыть вдвоем.

Слейд обнял Алису и притянул к себе.

— Надолго? — спросил он, понимая, что не стоит начинать того, что не сможешь закончить.

— Достаточно, — едва слышно прошептала Алиса. Она так сильно и так давно хотела Слейда, что и помыслить не могла о том, чтобы высвободиться из его объятий.

— Ты уверена? — Приподнявшись на локте, Слейд взглянул на Алису сверху вниз.

Она бросила взгляд на его широкую голую грудь, покрытую жесткими темными волосами, и, кивнув, притянула его к себе.

— Я люблю тебя, Слейд.

Слейд нежно поцеловал ее, и поцелуй этот без всяких слов сказал Алисе, что Слейд ее обожает. Протянув руку, он принялся расстегивать на платье Алисы пуговицы. Он снял платье, потом белье, и Алиса предстала перед его жадным взглядом обнаженная и прекрасная в своей наготе.

Потемневшими от страсти глазами Слейд смотрел на свою любимую и не мог насмотреться. Какая же у нее восхитительно полная грудь, округлые бедра, по которым так и хочется пройтись руками, длинные, стройные ноги! Слейд чувствовал, что его снедает яростный огонь желания, сопротивляться которому у него не было сил. Слишком долго он ждал Алису и больше ждать не мог.

Алиса вскинула руки, и Слейд с радостью вошел в ее объятия. Она раскрылась ему, как цветок раскрывается солнцу, и затрепетала, когда Слейд вошел в нее.

Охваченные блаженным восторгом, влюбленные принялись двигаться в восхитительном ритме любви. Слейд вонзался в Алису, и она с упоением встречала его. Прижимая любимого к своей груди, она ласкала его тело, упиваясь его мощью. Как великолепно они со Слейдом подходят друг другу! Они были как одно целое, и лишь это имело в данный момент значение. Все мысли об опасности вылетели у влюбленных из головы. Им казалось, что они одни на всем белом свете. Каждый старался доставить другому радость, подарить ни с чем не сравнимое блаженство.

Вот так, вместе, Алиса со Слейдом шли к самой вершине желания. Поцелуи и горячие ласки позволили им испытать всю силу и все великолепие их любви. Пламя страсти поднималось все выше, делалось все горячее, пока влюбленные не почувствовали, что возврата назад нет, что высшая степень наслаждения — тот бесценный дар, которым они мечтали наградить друг друга, — уже близко.

И вот он настал, этот волшебный миг, и волны невыразимого восторга подхватили Алису со Слейдом и понесли высоко-высоко, в неведомые дали. Сжимая друг друга в объятиях, влюбленные отдались на волю этих блаженных волн.

— Я люблю тебя, Алиса, — сказал Слейд чуть позже и, улегшись на спину, притянул Алису к себе.

Алиса прерывисто вздохнула и поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Как бы мне хотелось никуда не уходить, а оставаться в твоих объятиях до самого утра.

Слейд улыбнулся. Мысль эта ему понравилась.

— Что касается меня, то я не возражаю. По мне, так оставайся хоть вечно. Только, думаю, твоя мама этого не одобрит.

— Знаю… Я должна идти. Мама с Эмили могут вернуться в любую минуту, — тихонько сказала Алиса, не делая тем не менее ни малейшей попытки высвободиться из объятий Слейда. В них ей было так уютно.

Слейд запечатлел на ее губах нежный поцелуй.

— А что, если нам запереть дверь? Может, они не догадаются, что ты здесь?

— Думаю, что это бесполезно. Все равно догадаются.

— Плохо наше дело. — Улыбаясь, Слейд покачал головой.

— Да уж… Но запереться здесь с тобой — неплохая идея.

— Настанет время, любовь моя, когда тебе не нужно будет поспешно покидать мою кровать.

— С нетерпением буду ждать этого дня. — Алиса обняла Слейда за шею и, притянув его к себе, поцеловала.

К удивлению Слейда, его тотчас же вновь охватило страстное желание. Ни одну женщину он не хотел так, как Алису. Он снова обнял ее, но она выскользнула и, соскочив с постели, предстала перед Слейдом во всей своей восхитительной красоте.

Взяв платье и нижнее белье, Алиса принялась одеваться, и Слейд с ненавистью взглянул на одежду — ведь она скрывала от него такое совершенное тело Алисы.

— Давай я тебе помогу, — предложил он. Алиса тихонько рассмеялась, догадавшись о его истинных намерениях.

— Думаю, мне лучше сделать это самой.

— Жаль.

— Я знаю. Больше всего на свете мне хотелось бы провести остаток дня и ночь в твоих объятиям. Не так давно ты обещал мне, что мы с тобой будем скакать всю ночь, и, поверь, настанет день, когда я заставлю тебя выполнить свое обещание.

— Ты собираешься меня замучить? — улыбнулся Слейд.

— Да. Но думаю, это будет сладкая мука.

— Это верно, — задумчиво проговорил Слейд, и перед глазами его замелькали соблазнительные картины. Помотав головой, чтобы отогнать их, Слейд вылез из кровати и, подойдя к Алисе, принялся помогать ей застегивать пуговицы на платье.

— Мне больше нравится их расстегивать, — заметил он.

— Мне тоже.

И, обнявшись, Алиса со Слейдом обменялись прощальным нежным поцелуем.


— Ну, так что? Сегодня вечером мы наконец-то ее схватим? — с надеждой спросил Зик у Кида. Терпение его подходило к концу. Он уже устал ждать. В течение многих дней он упрашивал Кида, чтобы они наконец отправились мстить Алисе Мейсон, однако тот все отказывался. И вот сегодня согласился.

— Подождем до десяти часов вечера. Я хочу, чтобы в городе было тихо, когда мы отправимся к ней.

— Черт подери! Да я готов это сделать хоть сейчас! — заявил Зик.

Он представил себе, как уже сегодня ночью овладеет Алисой, и его тело тотчас же откликнулось на эти мысли. Если уж мысли о ней доставляют ему такое наслаждение, так можно себе представить, что он испытает, когда сделает Алису своей.

— Остынь! — приказал Кид. Он прекрасно знал своего товарища. Иногда тот думал не головой, а совсем другим местом.

На лице Зика отразилось недовольство.

— Ладно, пока остыну. Но так и знай, сегодня ночью она будет моей!

— Можешь делать с ней все, что тебе угодно, как только мы выберемся за город, но до этого будешь слушать меня и выполнять то, что я скажу.

Приказ этот Зику не понравился, однако спорить он не стал. Ему было ясно, что Кид прав. Главарь банды вообще отличался трезвым умом, именно поэтому Зик и примкнул к его шайке.

И Зик с нетерпением ждал. Бандиты расположились неподалеку от города, всего в часе езды, так что выезжать на дело им нужно было перед закатом солнца.

Зик понимал, что часы ожидания покажутся ему вечностью. Но награда, которую он получит, стоит того, чтобы немного помучиться. Подумав об этом, Зик довольно улыбнулся.

Когда бандиты наконец-то выехали в Блэк-Спрингс, уже почти стемнело. До окраины города добрались уже в десятом часу и окольными путями подъехали к дому Мейсонов. Оставив лошадей в укромном месте, которое обнаружили в тот день, когда обыскивали дом, дальше пошли пешком, хотя нога у Кида еще побаливала. Кид чувствовал, как мало-помалу им начинает овладевать уже знакомое нервное возбуждение, которое всегда охватывало его перед важным делом.

Зик шел с ним рядом и думал о том, что наконец-то его мечта осуществится и он насладится Алисой Мейсон.

Стук в дверь поздним вечером, когда уже стемнело, удивил всех в доме Мейсонов. Подойдя к двери, Алиса, строго следуя наставлению Слейда, спросила «кто там», прежде чем открыть.

— Это Кен. Мне нужно поговорить со Слейдом. Это важно.

Слейд распахнул дверь, держа руку на рукоятке револьвера.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он.

— Я только что получил телеграмму из Денвера, — ответил Кен, входя в дом. — Новости очень обнадеживающие, и я подумал, что вам небезынтересно будет их узнать.

Все, включая и Лоретту с Эмили, уселись за обеденный стол и приготовились слушать, что расскажет им Кен.

— Как сообщил в Денвер секретный агент, действующий в Шайенне, — начал Кен, — круг лиц, подозреваемых в выдаче бандитам сведений о перевозке золота, сузился. Осталось проверить двоих. Так что арест предателя близок. Через день-другой все будет кончено.

Эта новость порадовала Слейда.

— Отлично! Теперь главное — обезвредить Кида.

— Мы это сделаем. Не успокоимся, пока преступники не получат по заслугам, — решительно произнес Кен.

Сидящие за столом обменялись удовлетворенными взглядами, не подозревая о том, что совсем рядом, за окном, стоят Кид с Зиком, ловят каждое их слово и наблюдают за ними с бешеной злобой.

Так, значит, Слейд Брэкстон жив! И мало того, он еще, оказывается, секретный агент!

— Ах ты, сволочь! — прошипел Кид и прицелился в Слейда.

Ярость Дакоты Кида была так велика, что его всего трясло. Он стиснул рукоятку револьвера с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Так его предали! А Джонсон с Нэшем заплатили за предательство Брэкстона своими жизнями!

Вспомнив о милых его сердцу друзьях, Кид ощутил еще больший прилив ярости. Значит, казнь этого подонка Брэкстона была сплошным надувательством! Все думали, что его повесили, а он сидит тут, целый и невредимый!

Ну ничего, это ненадолго!

Кид прицелился, чтобы положить конец жизни Слейда. Еще ни одному человеку, предавшему Дакоту Кида, не удалось уйти от него безнаказанным!

— Не надо! — прошептал Зик, хватая Кида за руку. — Если ты его сейчас убьешь, нас тоже застрелят. Нас только двое, а их пятеро. Если нам удастся каким-то чудом остаться в живых, из города все равно не выберемся. Так что не пори горячку!

— Черт тебя дери! — прошипел Кид, отбрасывая руку Зика. — Что ты лезешь, когда тебя не просят! Я хочу убить этого подонка сейчас!

— Мне тоже этого хочется, но если ты сейчас выстрелишь, мы не доживем до его похорон. А мне бы очень хотелось на них побывать, уж поверь мне.

Однако Кид был так взбешен, что отказывался подчиняться голосу рассудка. Обычно спокойный и хладнокровный, он сейчас был в такой ярости, что ничего не соображал. Единственное, что ему хотелось, — это пустить в Брэкстона пулю. И он взвел курок.

— Нет! — запротестовал Зик. Ему еще никогда не приходилось выступать против Кида, но сейчас из-за того, что главарь банды не в силах держать себя в руках, он, Зик, мог поплатиться жизнью, А он пока что не собирался умирать, особенно из-за такой твари, как Слейд Брэкстон. — Только подумай о том, что ты делаешь! Нам нужен новый план. Ты хочешь убить Брэкстона. Отлично! Но он должен знать, кто его убивает и за что. Сейчас он считает себя ужасно умным. Как же, ему удалось обвести тебя вокруг пальца! Но ты ему покажешь, где раки зимуют! Он еще попомнит Дакоту Кида! Только действовать нужно осторожно. Спешить нам некуда. Время еще есть. Этим подонкам и невдомек, что нам все известно, так что превосходство на нашей стороне.

Кид жаждал мести. Он был готов убить Слейда и знал, что не остановится ни перед чем, пока этого не сделает. Однако он понимал, что в словах Зика есть здравый смысл. И Кид огромным усилием воли сумел обуздать свою ярость.

— Ладно, — сдался он. — Но долго ждать я не намерен. И потом, нужно как-то дать знать Паттерсону, что к нему подбираются ищейки. Пусть уходит, пока его еще не схватили.

Бандиты продолжили молча наблюдать за тем, что происходит в доме.

— Как только я узнаю еще что-нибудь новенькое, я тотчас же вам сообщу, — пообещал Кен и встал, собираясь уходить. — В любом случае, если я вам понадоблюсь, найдете меня в конторе шерифа.

И он взглянул на Эмили. Однако строптивая красотка разговаривала со своей матерью и не обращала на него никакого внимания. Кен рассчитывал, что Эмили выйдет с ним за дверь, но она даже не смотрела в его сторону. С ума можно сойти от этой девицы!

— Спасибо, что пришел рассказать нам последние новости, — поблагодарил Слейд Кена, провожая его до двери. Они уже подошли к двери, как Кен внезапно помрачнел.

— Что-то у меня сегодня тревожно на душе, — озабоченно проговорил он.

— У меня тоже, — признался Слейд.

— Знаешь, будь денек-другой особенно осторожен. Не может то спокойствие, в котором мы пребываем, длиться вечно. Нужно быть готовыми ко всему. — Кен взглянул в сторону, где сидели женщины. Может, Эмили все-таки сменит гнев на милость и выйдет с ним попрощаться. — Ну, я пошел.

— Ты тоже будь поосторожнее.

— Буду.

И Кен вышел за дверь.

После его ухода Эмили и Лоретта попрощались со Слейдом и отправились наверх, чтобы лечь спать. А Слейд еще собирался зайти в столовую и поговорить с Алисой.

— Что-то ты сегодня, Эмили, и двух слов Кену не сказала, — укоризненно проговорила Лоретта.

— Он не обращал на меня никакого внимания, и я решила поступить с ним точно так же. Лоретта призадумалась.

— Знаешь, — наконец сказала она, — бывают мужчины, которых постоянно требуется подстегивать, но Кен, как мне кажется, к таким не относится. Он из тех, что сами берут инициативу в свои руки.

— Я знаю, — просто сказала Эмили.

Когда они дошли до двери комнаты Эмили, девушка поцеловала мать в щеку и вскоре легла в постель. Но она долго не могла заснуть, сон все не шел. Мысли о Кене не давали Эмили покоя. Воспоминания терзали душу… Вот Кен стоит во дворе почтовой станции в лунном свете и говорит, что хочет защитить ее, Эмили, от самого себя… Вот он выбегает из дома, опасаясь, что Верной станет покушаться на ее честь, а убедившись, что все в порядке, спускается по ступенькам и не думая поцеловать ее, Эмили, на прощание… А вот совсем свежее, сегодняшнее воспоминание. Кен смотрит на нее, Эмили, однако не делает никаких попыток остаться и поговорить с ней…

Так как же ей пробиться сквозь железное самообладание этого неподдающегося человека, размышляла Эмили. Оставалось только надеяться на то, что ее новый план — план полного игнорирования Кена — даст какие-то результаты.

Тяжело вздохнув, Эмили повернулась на бок и закрыла глаза.


Кид и Зик молча смотрели, как в комнату, где осталась одна Алиса, вошел Слейд. Поговорив с ней о чем-то, он вдруг, к огромному удивлению бандитов, обнял ее и поцеловал. Алиса с готовностью ответила на поцелуй.

— Так-так… — задумчиво проговорил Кид, немного придя в себя. Он понял, как ему следует действовать. — Мы сделаем вот что…

— Что? — нетерпеливо спросил Зик.

— Используем ее, чтобы избавиться от него.

— Мне это нравится.

— То-то, — ухмыльнулся Кид. — Ну и повеселимся же мы! Брэкстон принес нам много несчастья, но заплатит сполна. Зик моментально сообразил, что задумал Кид.

— Каждое утро шериф заходит за ней и ведет ее на работу. Там-то мы ее и схватим, а когда Брэкстон узнает, что случилось, мы будем уже далеко. А потом используем ее в качестве приманки.

— Верно. И я хочу, чтобы эта приманка оставалась жива, пока мы не схватим Брэкстона. После того как я до него доберусь, делай с ней что хочешь.

Слаще этих слов Зик никогда ничего не слышал. Быстрей бы уж настал завтрашний день!

— Нужно обязательно послать телеграмму Паттерсону, — сказал Кид. — Как ты думаешь, телеграфист откроет нам свое заведение в такой поздний час?

— Если мы его как следует попросим, — ухмыльнулся Зик, вытаскивая нож. Острое лезвие зловеще сверкнуло в лунном свете.

Бандиты двинулись к телеграфу под покровом ночи, никем не замеченные. Когда они добрались до него, он был уже закрыт, однако Ральф Уайт, телеграфист, жил тут же, в задней комнате, и бандитам было об этом известно. Кпд спрятался в тени дома, а Зик принялся барабанить в дверь. Наконец дверь открылась. На пороге стоял недовольный мужчина с маленьким фонарем в руке.

— Не видите, телеграф закрыт! Что вы тут стучите? — недовольно произнес Ральф, холодно глядя на Зика.

— Мне нужно срочно послать телеграмму брату в Шайенн.

— Приходите утром, тогда и отправите, — буркнул телеграфист и начал закрывать дверь прямо перед носом у Зика, который не внушал ему никакого доверия.

Однако бедняга телеграфист не учел, с кем имеет дело. Молниеносным движением выхватив нож, Зик приставил его к горлу ошарашенного мужчины.

— Похоже, ты не понял, приятель, что для меня исключительно важно послать эту телеграмму моему брату! Ну что, будешь мне помогать или нет?

От испуга Ральф был не в состоянии вымолвить ни слова. Он только кивнул.

— Вот и хорошо, — проговорил Зик. — Люблю тех, с кем легко можно договориться. Пошли. — И он втолкнул несчастного телеграфиста в комнату и, обернувшись, сказал через плечо: — Все чисто, Кид.

Телеграфист, увидев входящего в дверь Дакоту Кида, позеленел от страха.

— Это ты! — дрогнувшим голосом пролепетал он, узнав матерого бандита, портреты которого были расклеены по всему городу.

— Только пикни — прикончу! — пригрозил ему Кид. Ральф поспешно сел за стол перед телеграфом и, взяв в руку карандаш, приготовился записать сообщение.

— Диктуйте.

— Ничего записывать не нужно! Передавай то, что я скажу, — приказал Кид и принялся диктовать: — «Харлану Паттерсону, железнодорожная компания Шайенна, штат Вайоминг». Телеграфист принялся набирать сообщение.

— «Немедленно убирайся из города. Ты засветился».

Ральф поморгал и судорожно сглотнул.

— Что-нибудь еще? Подпись?

— Больше ничего.

И Кид с Зиком обменялись многозначительными взглядами.

— Сколько я тебе должен? — спросил Зик, встав за спиной Ральфа.

— Э… Ничего. За мой счет. Рад, что смог вам помочь, — пробормотал Ральф, мечтая лишь о том, чтобы бандиты поскорее убрались.

— Ты нам поможешь еще больше, если не будешь раскрывать свой рот.

— Я никому ничего не скажу, — пообещал телеграфист, лихорадочно думая, как ему спасти свою жизнь.

Однако придумать он так ничего и не успел.

Зик ударил его сзади ножом в спину. Ральф упал лицом на стол. Подскочив к нему, Кид выбил из-под него стул, и несчастный телеграфист упал на пол. Кид несколько минут наблюдал за ним. Когда лежавший в луже крови Ральф перестал шевелиться, Кид удовлетворенно кивнул.

— Пошли отсюда.

Погасив лампу, Кид с Зиком вышли из дома и, оглянувшись, посмотрели на окна. Убедившись, что снаружи все выглядит как обычно, бандиты убрались восвояси.

А в это время в темной комнате Ральф, которого они сочли мертвым, зашевелился, чувствуя, как вместе с кровью уходит из его тела жизнь. Он понимал, что жить ему осталось недолго, однако он должен был сообщить шерифу, кто его убил и почему.

Собрав все свои силы, которых осталось очень мало, Ральф с трудом сел. Ухватившись за край стола, он, шатаясь, поднялся и нащупал на столе то, что ему было нужно: лист бумаги и карандаш. Слабеющими пальцами, пачкая все, к чему прикасался, своей кровью, Ральф написал: «Кид», потом «Паттерсон», «Железнодорожная компания» и, наконец, «Шайенн», после чего карандаш выпал из его руки навсегда.

Глава 18

— Ты, случайно, не разговаривал с Кеном вчера вечером? — спросила Алиса Роба, когда на следующее утро он, как обычно, провожал ее на работу.

— Нет. А что?

— Он вчера приходил к Слейду и сообщил ему, что получил из Денвера телеграмму. Похоже, их агентству удалось узнать фамилию осведомителя бандитов, и его вот-вот должны арестовать.

Новость эта порадовала Роба, хотя на ситуации в Блэк-Спрингсе она никак не могла отразиться.

— А о Киде они там, в Денвере, ничего не слышали?

— Ничего.

Роб молча кивнул. Что ж, похоже, испытания их еще далеко не закончены. Роб с Алисой шли по улице, здороваясь по дороге с многочисленными знакомыми. Сегодняшнее утро ничем не отличалось от других. Такое же тихое, спокойное, не отмеченное никакими событиями.

Контора Алисы находилась на втором этаже, а на первом расположился местный врач. Единственный вход в здание был с боковой стороны.

— Я приду за тобой в четыре часа, — пообещал Роб, поднимаясь по ступенькам лестницы. — Если захочешь уйти раньше, пошли кого-нибудь сообщить мне об этом.

Обычно Роб всегда сам открывал дверь и проверял, нет ли кого-нибудь в комнате. Он никогда не оставлял Алису, не убедившись, что все в порядке.

И Кид с Зиком это знали. Им удалось в течение нескольких дней, оставаясь незамеченными, следить за Алисой и Робом. Заранее подобрав ключ к замку на двери конторы Алисы, они этим утром преспокойно открыли дверь, вошли и стали поджидать свои жертвы. Настала пора действовать.

Зик был настолько возбужден, что всю ночь не сомкнул глаз. Он лежал и думал об Алисе Мейсон. Скоро она будет целиком в его власти, и он наконец-то сможет насладиться ее восхитительным телом. Даже сейчас, когда Зик с ножом в руке поджидал Роба, на губах его играла блаженная улыбка.

Кид тоже был возбужден, однако совсем по другой причине. Ему хотелось поскорее встретиться лицом к лицу с Брэкстоном. Заранее написав записку, он оставил ее на столе Алисы. Там ее наверняка найдут, но когда это произойдет, он и Зик вместе с пленницей Алисой будут уже далеко.

Наконец бандиты услышали, как в замке повернулся ключ и дверь открылась. Стоя на пороге, Роб вытащил револьвер и вошел в комнату, готовый ко всяким неожиданностям. Однако Зика, притаившегося за дверью, не заметил. С ножом в руке Зик бросился на шерифа. Увидев бандита, Роб обернулся, чтобы предупредить Алису, но не успел — острое лезвие вошло ему прямо в горло, и Роб повалился на пол.

Все произошло в какую-то долю секунды. Ничего не подозревающая Алиса шла следом за Робом. Увидев, что он падает, она все поняла и, издав отчаянный вопль, повернулась, чтобы бежать прочь.

Но Кид все предусмотрел. Не успела Алиса и глазом моргнуть, как он подскочил к ней и, схватив за талию, зажал рукой рот. Быстро втащив Алису в комнату, он захлопнул за собой дверь.

Алиса отчаянно брыкалась и извивалась всем телом, пытаясь освободиться. Она попробовала высвободить хотя бы одну руку, чтобы добраться до лежавшего в кармане маленького револьвера, однако все было напрасно. Силы оказались слишком неравными.

— Я поймал ее! — ликующим голосом крикнул Кид и потащил Алису в глубину комнаты, подальше от окон. — Шериф мертв?

— Мертвее не бывает, — удовлетворенно заявил Зик и, вытерев окровавленное лезвие о штаны, повернулся к Киду: — Тебе помочь?

— Свяжи ей за спиной руки, пока я ее подержу. Брыкается, мерзавка!

Ухмыльнувшись, Зик взглянул на Алису. Глаза ее были полны ужаса и злости, и это еще больше возбудило его.

— Ничего, скоро мы с тобой позабавимся, крошка. Думаю, тебе это понравится.

С этими словами Зик быстро связал у Алисы за спиной руки, после чего Кид отпустил ее, но ненадолго, лишь для того, чтобы сунуть ей в рот кляп.

— Вам это так не пройдет! — только и успела крикнуть Алиса.

— Да ну! Ты так считаешь? Но мы уже сделали все, что нам нужно, — сказал Кид со зловещей ухмылкой. — Посмотри-ка на своего защитничка! Он даже себя не смог защитить. Надо быть более осмотрительным.

Алиса взглянула на распростертое на полу тело Роба, и сердце ее сжалось от боли. Ее верный друг погиб от руки подлого убийцы! И все из-за нее… Слезы покатились у Алисы по щекам.

— Смотри-ка, Зик, она по нему плачет! Может, он ей нравится даже больше Брэкстона? А уж как она любит Брэкстона, нам хорошо известно, — заметил Кид.

При упоминании фамилии Слейда глаза Алисы удивленно расширились.

— Да-да, детка, мы знаем о том, что Брэкстон — секретный агент, и мы собираемся лично поблагодарить его за то, что он для нас сделал. И на этот раз ты нам не сможешь помешать, как в тот день, когда из-за тебя мы не сумели спасти своих ребят!

Алиса бросилась к двери, совсем забыв, что руки у нее связаны за спиной. Она должна выбраться отсюда! Должна предупредить Слейда, что бандитам все про него известно! Вдогонку ей послышался издевательский смех. Без труда поймав Алису, Кид крепко прижал ее спиной к своей груди.

— Куда это ты собралась, сука! — горячо прошептал он и, взглянув на Зика, распорядился: — Оттащи труп в угол, чтобы его не было видно из окна. Пускай думают, что все в порядке. Нужно, чтобы погоню за нами выслали как можно позже.

Зик быстро выполнил приказ.

— А теперь выйди за дверь и проверь, все ли спокойно. Через секунду Зик вернулся.

— Никого нет. Если мы выйдем прямо сейчас, то незаметно доберемся до наших лошадей.

— Отлично! Давай выбираться отсюда.

Держа в руке револьвер, Кид вывел Алису из комнаты. Зик вышел вслед за ними и аккуратно запер дверь. Бандиты делали все, чтобы замести следы.

Алиса лихорадочно молилась, чтобы хоть кто-нибудь увидел, как они спускаются по ступенькам крыльца. Может, кто-то будет проходить мимо и заметит, что бандиты увозят ее. Но и улица, и переулок оказались пустынны. Было раннее утро, и вокруг не было ни души.

Кид с Зиком все предусмотрели. Никем не замеченные бандиты добрались до лошадей, вскочили на них, а Алису перекинули через седло третьей лошади, которую привели с собой, и, быстро привязав, накрыли холщовым мешком. Когда выедут за город, они посадят ее на лошадь, а пока необходимо везти тайно.

Бандиты поехали не спеша, выбирая тихие улочки и стараясь держаться в тени деревьев. Они не хотели привлекать к себе внимание.

Алиса пыталась сообразить, как сбежать от бандитов. Однако она понимала, что пока ей это никак не удастся. Важно остаться в живых, чтобы дождаться удобного случая и отомстить за Роба и за отца. В ее памяти возникла ужасная картина — окровавленное тело Роба распростерто на полу ее конторы. Она понимала, что никогда это не сможет забыть. За несколько секунд был убит Роб, а сама она была схвачена безжалостными преступниками. Алиса понимала также, что Роба нельзя обвинить в беспечности: еще стоя на пороге комнаты, он вытащил револьвер. Однако нападение было молниеносным, наглым и дерзким. Зик показал себя именно таким, каким описал его Слейд: безжалостным убийцей, человеком без совести и чести, и Робу было против него не выстоять.

Сознание того, что она не сумела никак помочь ему, терзало душу Алисы, не давая покоя. Ведь у нее был в кармане револьвер, однако она так и не успела вытащить его. Чувство вины жгло душу Алисы. Может быть, все-таки была хоть какая-то возможность спасти Роба? Однако ответа на этот вопрос Алиса не находила.

Впрочем, теперь уже поздно было об этом думать. Как они все время и опасались, Кид, этот матерый бандит, в конце концов сделал свое черное дело.


В десятом часу утра в контору шерифа ворвался Бретт Ли, местный бизнесмен.

— Где шериф Эмерсон? — еще с порога крикнул он. Помощник шерифа Хоукинс, заметив, что на вошедшем лица нет, так и подскочил.

— Он пошел по делам. А что? Что случилось?

— Ральфа убили!

— Ральфа? — переспросил потрясенный Хоукинс и, схватив ружье, опрометью выскочил из комнаты и помчался следом за Бреттом к телеграфу.

Около здания уже начала собираться толпа. Расталкивая зевак локтями, Хоукинс ворвался в помещение телеграфа. Одного взгляда на Ральфа оказалось достаточно, чтобы понять: беднягу телеграфиста убил Зик Мэлоун. Ральф был убит ножом в горло, точно так же как и два помощника шерифа, когда бандиты напали на тюрьму в Грин-Ривер.

— Черт! — выругался Хоукинс и опустился около трупа на колени. Тот уже окоченел, из чего помощник шерифа сделал вывод, что Ральф был убит не под утро, а ночью. — Бретт, беги в контору судьи Мейсон. Посмотри, нет ли там Роба. Он провожал ее сегодня утром на работу. Может, все еще там.

— Бегу! — крикнул Бретт и помчался за шерифом. Кен как раз выходил из ресторана, где только что позавтракал, когда увидел, что возле телеграфа собирается толпа. Обеспокоенный, он подошел узнать, в чем дело.

— Что случилось? — спросил он какую-то женщину, стоявшую с краю.

— Какой ужас! — воскликнула та и подняла на Кена искаженное страхом лицо.

— Да что случилось?

— Убили Ральфа.

— За шерифом Эмерсоном послали?

— Помощник шерифа Хоукинс уже пришел на телеграф и только что послал Бретта за шерифом.

Протолкнувшись через толпу, Кен вошел в здание узнать, не может ли он чем-нибудь помочь.

— Как он был убит? — спросил Кен Хоукинса.

— Ножом и, похоже, поздно ночью, — пояснил Хоукинс.

Кен подошел к телу. Бросив взгляд на пол, он заметил записку в луже высыхающей крови. Кен осторожно поднял ее. Хотя бумага была вся пропитана кровью, можно было разобрать, что на ней написано несколько слов. Кен мрачно взглянул на Хоукинса.

— Наверняка это сделал Мэлоун.

— Но зачем ему было убивать беднягу Ральфа? — недоуменно спросил Хоукинс.

— Раз здесь был Зик, то и Кид наверняка тоже. Я думаю, им нужно было отправить минувшей ночью какую-то телеграмму. — И Кен показал помощнику шерифа записку. — Похоже, телеграфист хотел дать нам знать, кто его убил и почему.

Хоукинс принялся внимательно рассматривать кое-как написанные буквы.

— Кид… Паттерсон… Железнодорожная компания… Шайенн… Что бы это могло означать?

Кен нахмурился, вспомнив свой вчерашний разговор со Слейдом. Неужели Киду с Зиком каким-то образом удалось их подслушать?

— Я должен тотчас же отправить телеграмму в Денвер. В Шайенне сейчас ведется расследование, связанное с бандой Кида, и эта записка может иметь к нему самое непосредственное отношение.

Хоукинс кивнул.

— Так, значит, Кид и в самом деле был ночью в городе?

— Да. — Вспомнив об Алисе и поняв, какая опасность ей угрожает, Кен похолодел. — Кто-нибудь видел сегодня утром Алису?

— Я не видел, — ответил Хоукинс, — но я сегодня утром замещал Роба в конторе, пока он провожал судью Мейсон на работу. Он пошел за ней, как обычно, где-то часов в восемь.

— А где он сейчас?

— Не знаю… — обеспокоенно проговорил Хоукинс, хотя вообще-то был не из тех людей, которые волнуются без причины. — Он так и не вернулся на работу. Я подумал, может, Роб проверяет, все ли спокойно в городе.

Кен бросился к двери, крикнув на ходу:

— Соберите всех помощников шерифа!

Хоукинс, вне себя от волнения, выскочил за ним следом. Одного из собравшихся у телеграфа горожан он послал за Клеменсом и Брауном, другого — за доктором.

А Кен помчался к конторе Алисы.

В это время Эмили работала в магазине. Они открылись только час назад, и от посетителей не было отбоя. Эмили выкладывала на витрину товары, когда заметила, что перед телеграфом начинают собираться люди. «Интересно, что там случилось?» — подумала она. В этот момент из здания телеграфа выскочил Кен и направился в ее сторону. Эмили охватило недоброе предчувствие.

— Что случилось, Кен? — крикнула она, не успел он еще дойти до магазина.

Остановившись перед витриной, Кен поспешно объяснил:

— Ночью убили телеграфиста. Мне необходимо как можно скорее отыскать Роба. Вы его видели?

— После того как он утром зашел за Алисой, не видела.

— Никуда из магазина не выходите, — приказал Кен, — а если увидите Роба, скажите ему, чтобы не мешкая шел на телеграф. Хоукинс уже там.

— Хорошо.

— Эмили! — позвала ее Лоретта и вышла из магазина посмотреть, что происходит.

Подойдя к матери, Эмили поделилась с ней последними новостями.

А Кен помчался к конторе Алисы. Прибежав туда, он увидел Бретта. Тот уже стоял у двери и барабанил в нее что есть силы.

— Она там? — спросил Кен.

— Похоже, там никого нет, — ответил Бретт.

Охваченный беспокойством, Кен тоже поднялся на крыльцо. Алиса должна быть у себя в конторе! Да и Роб, поскольку его нигде больше нет в городе, должен там быть!

— Дайте мне взглянуть. — Кен отстранил Бретта и заглянул в окошко.

Алисы нигде не было видно. И вообще комната казалась пустой. И все же Кен почувствовал неладное. Он подергал за ручку двери. Дверь оказалась заперта. Тогда Кен решительно навалился плечом, пытаясь ее взломать.

— Что вы делаете? — испуганно крикнул Бретт. Ему доводилось видеть Кена в городе, однако он представления не имел, кто это такой и почему он так интересуется Алисой Мейсон. — Кто вы такой? Что вы себе позволяете? Я сейчас же пойду к Хоукинсу и приведу его сюда!

— Меня зовут Ричардс, Кен Ричардс. Я секретный агент из Денвера, и мне необходимо поймать банду Дакоты Кида.

Узнав о том, что Кен секретный агент, Бретт сразу же проникся к нему уважением.

Больше Кен ничего объяснять не стал, у него не было на это времени. Необходимо было выяснить, где Роб и Алиса.

Наконец дверь поддалась, и Кен, ворвавшись в комнату, сразу же все понял.

— Бегите за Хоукинсом! Быстрее! — приказал он Бретту, увидев распростертое тело Роба.

Бретт вошел в комнату спросить, зачем Кену понадобился помощник шерифа, и взгляд его упал на безжизненное тело шерифа.

— Он мертв?

— Похоже. Бегите за Хоукинсом!

Бретт опрометью выскочил за дверь, а Кен склонился над Робом. Может быть, шериф только ранен, и его еще удастся спасти. Однако Кен быстро понял: Роб мертв и, похоже, в смерти его повинен все тот же Зик. Бандиту удалось каким-то образом нанести шерифу смертельный удар, прежде чем шериф успел выстрелить. Если бы Роб выстрелил, пусть даже неудачно, на звук выстрела сбежалось бы полгорода.

Боль, гнев, отчаяние наполнили душу Кена. Какая бессмысленная смерть! Погиб такой хороший, умный, честный человек! Ну ничего, недолго бандитам радоваться. Он, Кен, отомстит за смерть друга! Кен осмотрел всю комнату, однако Алисы нигде не нашел. Значит, бандиты забрали ее с собой. Скорее бы уж пришел помощник шерифа, чтобы он, Кен, мог отправиться за Слейдом. Нужно как можно быстрее пускаться в погоню за бандитами. Промедление может оказаться губительным. Кид и так уже, похоже, отъехал далеко от города, ведь с тех пор, как он схватил Алису, прошло не менее двух часов.

Кен направился к двери и, выглянув на улицу, с облегчением заметил Хоукинса. Тот со всех ног мчался к конторе Алисы. Следом за ним, к досаде Кена, бежала Эмили. Вот ее-то Кен сейчас меньше всего хотел видеть. Не нужно, чтобы она видела труп Роба. Это зрелище не для молоденькой девушки.

Кен в последний раз оглядел комнату, намереваясь спуститься вниз и там поговорить с Хоукинсом, чтобы Эмили не увидела следов разыгравшейся трагедии. И в этот момент он заметил на столе Алисы записку, написанную размашистым почерком.

Кен тотчас же узнал этот почерк. Им же было написано угрожающее послание, которое Кид оставил Алисе в комнате отеля в Грин-Ривер. Схватив листок, Кен быстро пробежал его глазами.


«Брэкстон!

Я знаю, что ты жив и что ты — подлый сыскарь. Я захватил с собой твою зазнобу. Зик мечтает с ней порезвиться, так что, если хочешь увидеть ее живой, приезжай завтра на рассвете к каньону Латтимер. Только один и без оружия, тогда твоя баба останется жива. Если выкинешь какой-нибудь фокус, — ей не жить.

Мы тебя ждем.

Кид».


Только Кен закончил читать записку, как в комнату ворвался Хоукинс.

— Что здесь происходит?! — закричал он. Следом за помощником шерифа вбежала Эмили.

— Где Алиса? — спросила она, озираясь по сторонам.

— Эмили! Алиса! — послышался с крыльца голос Лоретты. Она поднималась по ступенькам, желая убедиться, что с дочерью все в порядке.

— Они убили Роба, — сказал Кен. Только сейчас Хоукинс заметил на полу безжизненное тело своего друга.

— О Боже! Нет!

Ему сегодня утром уже пришлось столкнуться со смертью Ральфа, но смерть Роба оказала на помощника шерифа гораздо более сильное впечатление, ведь Роб был его другом. Хоукинс уважал его и восхищался им. И вот теперь шериф мертв. Убит подлым бандитом… Горе Хоукинса было безгранично.

— Да что случилось? — настойчиво спросила Эмили и, отстранив Кена, загораживающего ей дорогу, вошла в комнату.

В ту же секунду взгляд ее упал на лежавшее на полу тело Роба. Девушка пошатнулась и наверняка упала бы, если бы Кен не поддержал ее, обняв за талию. Эмили в испуге прижалась к нему. Ей была так необходима его поддержка.

— Эмили! — послышался совсем рядом голос Лоретты.

— Мама… прошу тебя… не входи… — с трудом выдавила из себя Эмили.

Кен поспешно вывел Эмили за дверь, чтобы она поговорила с матерью на крыльце.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он, заметив, что Эмили сильно побледнела и вся дрожит.

— Нормально… Но где Алиса?

— Они схватили ее.

Эмили взглянула на Кена полными страха и злости глазами.

— Берите Слейда и отправляйтесь в погоню за этими мерзавцами! — голосом, звенящим от ненависти, крикнула она. — Вы не должны допустить, чтобы они издевались над моей сестрой! Верните ее домой! И пусть эти презренные негодяи ответят за все свои злодеяния!

Спокойно встретив взгляд Эмили, Кен с уверенностью сказал:

— Мы приложим для этого все силы.

— Эмили!

Эмили выскочила за дверь и закрыла ее за собой, не давая матери войти в комнату. Кен услышал, как Лоретта спросила, где Алиса, как Эмили стала ей рассказывать о том, что произошло, и как заплакала несчастная женщина. Хорошо хоть, они знают, что Алиса жива… пока жива. Кен повернулся к Хоукинсу.

— Вот, читайте! — И он вручил ему записку. Когда Хоукинс закончил читать, лицо его исказилось от ненависти.

— Мы едем с вами! — заявил он, отдав записку Кену. Кен кивнул.

— Я пойду сейчас к Слейду, покажу ему записку, а потом дам вам знать, что мы решили. Времени у нас немного, так что действовать нужно быстро.

— Если вам что-то понадобится, побыстрее сообщите. Роб хотел посадить этих мерзавцев в тюрьму. И я даю слово, что жизни своей не пожалею для того, чтобы поймать бандитов и расправиться с ними! — яростно воскликнул он.

Кен прекрасно понимал, какой гнев бушует сейчас в душе Хоукинса. Он повернулся и вышел.


Полчаса спустя Слейд шагал по улицам Блэк-Спрингса, не обращая внимания на недоуменные взгляды и испуганные перешептывания прохожих. Следом за ним шел Кен. Друзья направлялись в контору шерифа.

Когда Слейд вошел в комнату, Хоукинс, сидевший в этот момент за столом, поднял голову. Помощник шерифа был не из тех, кого можно легко запугать, однако при виде Слейда по спине у него пробежал холодок. Никогда еще за все время работы Хоукинсу не доводилось видеть человека, который выглядел бы настолько зловеще.

Облаченный во все черное, в надвинутой на глаза шляпе, с револьвером за поясом и ружьем в руке, Слейд казался человеком, от которого лучше держаться подальше. Впрочем, таким он и был на самом деле. Лицо его оставалось бесстрастным, лишь плотно сжатые губы да напряженность во всем теле ясно давали понять, что Слейд пребывает в ярости. Повстречались бы ему сейчас бандиты — от них бы только клочья полетели!

— Ну что, уже выезжаете? — спросил Хоукинс.

— Да. Лошадей уже взяли.

— Мы с Брауном поедем вместе с вами, а Клеменс заменит нас во время нашего отсутствия. Урсино уже почти поправился и при необходимости может ему немного помочь.

— Когда вы будете готовы? — спросил Кен.

— Через десять минут.

— Отлично. Мы подождем вас на улице. И Слейд с Кеном вышли за дверь, собираясь в последний раз проверить, хорошо ли оседланы лошади.

— Если поедем быстро, доберемся до каньона засветло, — заметил Слейд.

— А если бандиты нас увидят?

Слейд взглянул на своего друга и начальника с укором.

— Не увидят. Мне уже приходилось бывать с ними в этом каньоне, и я хорошо все рассмотрел. Кид с Зиком будут ждать меня на рассвете, а я явлюсь раньше. Не допущу, чтобы Алиса осталась в руках Зика на ночь! Этот подонок может сделать с ней все, что угодно.

Кен прекрасно понимал волнение Слейда. Он бы испытывал точно такие же чувства, если бы бандиты схватили Эмили. Вспомнив про Эмили, Кен бросил взгляд в сторону магазина: Эмили стояла в дверях и наблюдала за ним и Слейдом.

— Я хочу поговорить с Эмили и Лореттой, — произнес Кен.

— Я тоже пойду с тобой.

Мужчины направились к магазину. Увидев это, Эмили позвала мать, и обе они вышли на улицу.

— Ах, Слейд! Слава Богу, что вы пришли! — воскликнула Лоретта и, рыдая, бросилась ему на грудь. — Умоляю вас, спасите Алису! Теперь, когда Роб погиб, вся моя надежда на вас с Кеном!

Слейд крепко прижал плачущую женщину к своей груди.

— Я обязательно верну вам дочь, миссис Мейсон. Даю слово!

Лоретта подняла к Слейду залитое слезами лицо. Губы его были плотно сжаты, однако в глазах светилась доброта. Протянув руку, женщина коснулась его щеки.

— Спасибо вам.

Пока Лоретта разговаривала со Слейдом, Кен подошел к Эмили.

— Когда мы уедем, с вами будет все в порядке?

— Да, — ответила она.

Ей очень хотелось зарыдать, броситься Кену на грудь, однако она сдержалась. Сколько же произошло событий всего за один день и одну ночь! Убили телеграфиста, потом Роба, похитили Алису… Эмили страшно было даже подумать, что может случиться с ее сестрой, но и за Кена она беспокоилась. Всем было известно, как жесток Кид и его бандиты. Если им удастся схватить Кена и Слейда, они их не пощадят.

— Обещайте мне, что будете осторожны, — попросила она Кена.

— Не волнуйтесь за меня. Со мной все будет в порядке. Нужно молить Господа о том, чтобы он помог нам вернуть вашу сестру.

— О, Кен…

— Пожелайте мне удачи.

Больше Эмили не в силах была сдерживаться. Она так боялась, что Кена могут убить, как убили Роба, и она его больше никогда не увидит. Эмили подошла к нему, обняла за шею и, не проронив ни слова, крепко поцеловала его в губы. Кен был потрясен и обрадован таким откровенным проявлением чувств.

— На удачу, — сочла нужным пояснить Эмили и, взглянув на Кена блестящими от слез глазами, попыталась отстраниться от него. — Будьте осторожны.

Однако Кен и не подумал ее отпускать. Ему невыносима была мысль о том, что Эмили будет беспокоиться за него, и, схватив ее за руку, он вновь привлек ее к себе. Не говоря ни слова, он прильнул к ее губам долгим поцелуем.

— Мы вернемся, не беспокойтесь, — произнес он, оторвавшись наконец от ее губ. — И привезем вашу сестру с собой.

Эмили слегка улыбнулась. Она не хотела, чтобы Кен уезжал от нее с тяжелым сердцем.

— Когда вернетесь, жду от вас полного отчета обо всем, что произошло, мистер… Уайли.

— Дам вам отчет с огромным удовольствием.

— Буду ждать.

— Слейд! Кен! — позвал мужчин Хоукинс.

— Будьте осторожны, — крикнули им вслед Лоретта с Эмили.

Глядя, как всадники скачут к окраине города, Эмили не могла сдержать слез.

В этот момент к Эмили с Лореттой, торопясь, подошла Дарлин Хейз и, не скрывая удивления, спросила:

— Лоретта, с кем это ты сейчас разговаривала? Не со Слейдом ли Брэкстоном?

Только сейчас Эмили с Лореттой вспомнили, что в городе все считают Слейда мертвым. Можно себе представить, какой поднимется переполох, когда узнают в городе, что «бандит» цел и невредим.

— Да, Дарлин, со Слейдом.

— Но… но… — От возмущения женщина задохнулась.

— Никакой он не бандит, — объяснила Лоретта, — а секретный агент, которого направили в банду Дакоты Кида со специальным заданием.

— Слейд Брэкстон — секретный агент?!

— Да. И казнь его была фальшивой. На самом деле Слейд остался жив и продолжал охотиться за Дакотой Кидом.

— Боже правый! — воскликнула Дарлин, с изумлением глядя на Эмили с Лореттой. — И когда вы все это узнали?

— Мы узнали правду о том, кто такой Слейд на самом деле, когда были в Грин-Ривер, — объяснила Эмили. — Кен Ричардс — тоже секретный агент и работает вместе с ним. Они взяли с нас слово никому ничего не рассказывать о Слейде. Нужно было молчать, чтобы Киду случайно ничего не стало известно.

— Ну и молодцы же вы! Никому не сказали ни слова! Представляю, как вам было тяжело хранить все в секрете так долго! — воскликнула Дарлин, потрясенная новостями. — Если бы им только удалось привезти назад Алису…

— Они ее привезут, — убежденно сказала Лоретта. — Ведь они пообещали. Схватят Кида, а Алису привезут домой.

— Будем молиться за них.

— Обязательно.

— Лоретта! — послышался за ее спиной мужской голос. Обернувшись, Лоретта увидела Эла Карсона. Репортер мчался к ним со всех ног. Лицо его было взволнованным.

— Что случилось, Эл? — с беспокойством спросила Лоретта, опасаясь, что произошло еще что-то ужасное.

— Это правда — то, что я слышал? Правда, что Слейд Брэкстон жив и ускакал из города вместе с Хоукинсом? Значит, это Брэкстон убил Роба? А я думал, что его повесили! Вы что-нибудь об этом знаете?

— Давай зайдем в магазин, Эл, и я все расскажу тебе, — сказала Лоретта, понимая, что разговор предстоит долги и.

А Эмили на минутку задержалась у дверей, глядя в ту сторону, куда ускакали Кен, Слейд и два помощника шерифа. Она молила Господа о том, чтобы он сохранил им жизнь и помог привезти Алису домой.

Досадуя на себя за то, что ничем не может им помочь, Эмили зашла следом за матерью и репортером в магазин. Она понимала, что следующие несколько дней окажутся самыми длинными в ее жизни.

Глава 19

Алиса испытывала такие муки, что едва не заплакала от радости, когда бандиты наконец-то прекратили бешеную гонку и остановились.

— Ну так как? Хочешь ехать, как полагается, крошка? — спросил Зик, стягивая с нее мешок.

Если бы рот у Алисы не был забит кляпом, она высказала бы этому подонку Зику все, что о нем думает, однако такой возможности ей не предоставили. Впрочем, она сильно сомневалась, что бандиты были бы довольны ее мнением о них.

Зик принялся развязывать на Алисе веревки, шаря при этом руками по ее телу. Алисе были настолько омерзительны его прикосновения, что она с ненавистью смотрела на бандита.

— Ну-ну… Какая ты, однако, злючка, — ухмыльнулся Зик. — Как ты думаешь, Кид, сегодня ночью она будет такой же строптивой?

— Наверное, еще хуже, когда узнает, какой подарочек мы приготовили ее хахалю! — ответил Кид.

В глазах Алисы промелькнул страх, и Зик это заметил.

— А знаешь, Кид, похоже, Брэкстон ей очень нравится. — Зик схватил Алису за руку, притянул к себе и заглянул ей в глаза, после чего покачал бедрами, намекая на то, что он собирается с ней сделать сегодня ночью. — Детка, я заставлю тебя забыть о нем. После меня ты не захочешь больше никакого другого мужчину.

Если бы во рту Алисы не было кляпа, ее бы наверняка вырвало. Никогда в жизни и ни к одному человеку она не испытывала такой ненависти, как к Зику Мэлоуну. Ведь этот подонок убил ее отца! Подлый, злобный, отвратительный человечишка, без совести и чести, и что самое страшное — гордящийся тем, кто он такой.

— Пошли, Зик, — приказал Кид. — Они наверняка уже пустились за нами в погоню, а я хочу быть готовым, когда Брэкстон утром появится.

— А если он не приедет? — специально для того, чтобы поддеть Алису, спросил Зик. — Что, если она ему не настолько нравится, чтобы бросаться ее спасать?

— Все равно приедет, нравится она ему или нет, — заметил Кид. — Этот сыскарь не успокоится, пока один из нас не умрет.

— Ну что ж, завтра в это время Брэкстон уже будет трупом.

С этими словами, легонько отстранив Алису от себя, Зик вытащил нож. Алиса похолодела: неужели он собрался ее убить?

— Что, боишься меня? — ухмыльнулся Зик, заметив, что пленница вся дрожит от страха. — Это хорошо.

Повернув Алису к себе спиной, Зик принялся разрезать веревки, которыми были связаны ее руки.

Алисе нестерпимо хотелось вытащить из кармана юбки револьвер и пристрелить негодяя, однако она усилием воли подавила это желание. Сейчас для этого не время и не место. Кроме того, в стволе ее револьвера всего один патрон. И как бы проворно она ни действовала, ей не хватит времени на то, чтобы застрелить Зика, а потом, схватив его револьвер, убить Кида. Так что, несмотря на свое незавидное положение, придется ждать.

— А теперь давай-ка я свяжу тебе руки впереди, чтобы ты могла ехать верхом, — сказал Зик.

Алиса не сразу выполнила его команду, тогда он схватил ее за плечи и изо всех сил тряхнул.

— Когда я тебе что-то приказываю, крошка, ты сразу же выполняй! — рявкнул он, приблизив к лицу Алисы свое лицо.

Но на сей раз Алиса взглянула на бандита без страха. Зик это заметил и, злобно ухмыльнувшись, произнес:

— Так, значит, ты меня больше не боишься. Ну-ну… Может, в таком случае рассказать тебе, что я для тебя приготовил на сегодняшнюю ночь?

Алиса не мигая смотрела на бандита. Она и не подумала вырываться, когда он принялся связывать ей руки впереди. Он связал их еще крепче, чем прежде, и Алиса машинально пошевелила запястьями, пытаясь ослабить узел.

— Нужно будет взять тебя не спеша, чтобы нам обоим было приятнее, — глумливо произнес Зик. Он оглядел Алису с головы до ног, и его похотливый взгляд остановился на верхней пуговке ее платья. — Уж я постараюсь доставить тебе удовольствие. Правильно я говорю, Кид? — спросил он, обернувшись к нему.

Кид расхохотался:

— Насколько я знаю, ты всегда стараешься ублажить своих баб.

Подняв нож, Зик шагнул к Алисе. Глаза его злобно блестели. Алиса ахнула от ужаса. Сейчас он ее зарежет! Она уже приготовилась к страшной смерти. Все, конец… Каково же было ее изумление, когда Зик молниеносным движением срезал с ее платья верхнюю пуговицу. Слава Богу! Она уж подумала, что он хочет перерезать ей горло. Впрочем, похоже, он и не собирался этого делать, а просто решил поиграть с ней, как кошка с мышкой, насладиться своей безграничной властью над беззащитной женщиной.

— Так намного лучше, — удовлетворенно проговорил Зик, глядя на обнажившуюся грудь Алисы. Протянув руку, он провел рукой по ее шее до того места, где платье все еще было застегнуто. — Теперь мне будет веселее ехать дальше. Буду смотреть на твое голенькое тело и радоваться.

— Поехали, Зик, — нетерпеливо бросил Кид.

Зик быстро убрал нож. Он и сам понимал, что пора ехать.

— Залезай на лошадь, — приказал он Алисе.

Алиса повернулась к лошади и брезгливо поморщилась, почувствовав на своей талии руки Зика, пытавшегося ей помочь. Поставив ногу в стремя, она скинула с себя ненавистные руки бандита и сама забралась в седло.

— Веди себя прилично и не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус, — предупредил Алису Кид, подъезжая к ней. — Если Зику ты нужна живой, то мне наплевать, живая ты или мертвая. Советую это помнить!

Алиса похолодела от страха, однако попыталась это скрыть. Она понимала, что Киду ничего не стоит ее убить.

Бандит подъехал к ней еще ближе. Алиса даже почувствовала на своем лице его зловонное дыхание.

— Помни, никому — я повторяю, никому! — еще не удавалось обмануть меня и остаться безнаказанным! Брэкстон свое получит и ты тоже! Джонсон и Нэш погибли только из-за тебя!

И глаза Кида наполнились такой холодной, убийственной ненавистью, какую Алисе еще никогда не приходилось видеть. Она-то думала, что ужаснее Зика нет человека на свете, а оказывается, с Кидом его и не сравнить. Этот матерый бандит не остановится ни перед чем, чтобы отомстить. И внезапно Алисе стало страшно не только за себя, но и за Слейда. Только бы его не убили!

— Поехали! — бросил Кил, отъезжая от Алисы.

Он поскакал вперед, Алиса за ним. Последним ехал Зик. Он смотрел, как поднимаются и опускаются бедра Алисы, подчиняясь ритму скачки, и чувствовал приятное возбуждение. Сегодня ночью эта строптивая красотка будет целиком и полностью принадлежать ему! Скорее бы уж настала эта блаженная ночь! И всю оставшуюся дорогу до каньона воображение подсовывало Зику картины, одну восхитительнее другой.

Алиса чувствовала себя страшно уставшей и измученной. Тело ломило так, словно его избили дубинкой. Лишь мысль о том, что в кармане платья лежит револьвер, согревала душу. Алиса знала, что, когда придет время, она без колебания воспользуется оружием.

Она вновь вспомнила о Слейде и Кене. Как было бы хорошо, чтобы они уже сейчас, не дожидаясь завтрашнего дня, отправились ее спасать. Если кто-то и сумеет ее спасти, то только Слейд.

Бандиты и Алиса ехали уже много часов подряд. Остановились один раз, чтобы лошади могли отдохнуть, да и то ненадолго. День уже клонился к вечеру, когда наконец-то добрались до узкого каньона.

Одного взгляда на него Алисе оказалось достаточно, чтобы понять, почему для встречи со Слейдом Кид выбрал именно это место. Все подступы к каньону великолепно просматривались. И уже за милю бандиты могли увидеть любого, кому вздумалось бы заехать в эти места. Алиса поспешно оглянулась в тщетной надежде, что подмога уже подоспела, однако позади не было ни души. Кид великолепно все рассчитал. Бандиты выбрались из города никем не замеченные и намного опередили своих преследователей.

Интересно, когда приедет Слейд, подумала Алиса. А что, если уже после того, как Зик выполнит свою угрозу с ней поразвлечься?

От этой мысли мурашки пробежали по телу Алисы. Огромным усилием воли она взяла себя в руки. Ну уж нет! Она так легко этому бандиту не уступит! Не станет перед ним пресмыкаться, умолять, чтобы он ее пощадил! Не доставит ему такого удовольствия! Он может взять ее силой, но добровольно она ему никогда не сдастся! Какие бы страдания ей ни пришлось вынести, она не подчинится Зику, этому омерзительному подонку! Он хочет сломить ее силу воли? Не выйдет! Не бывать этому!

— Остановимся здесь, — предложил Кид, когда они добрались до поляны, расположенной неподалеку от маленького ручья. — Лучшего места, чтобы дождаться Слейда, и не придумать.

Скалистые стены каньона представляли собой надежную защиту от любой атаки. Они казались неприступными, да скорее всего такими и были.

Подойдя к Алисе, Зик протянул руки, намереваясь взять ее за талию и помочь спрыгнуть с лошади на землю, однако Алиса твердо решила не позволять гнусному бандиту касаться ее тела своими грязными руками. Подняв ногу, она изо всех сил ударила Зика прямо в грудь.

Не ожидавший ничего подобного, бандит пошатнулся и чуть не упал на землю. Кид издевательски расхохотался. Такого унижения Зик не в силах был стерпеть.

— Значит, по-хорошему не хочешь? — процедил он сквозь зубы и отступил, дожидаясь, пока Алиса сама спрыгнет с лошади.

Едва она это сделала, как он с силой толкнул ее, и Алиса упала на колени.

— Вот так и будешь передо мной стоять, сука! На коленях! Запомни это! — рявкнул он.

Стоя на коленях в грязи, Алиса с ненавистью взглянула на бандита, однако тот прошел мимо, не удостоив ее даже взглядом.

Бандиты принялись устраиваться на ночлег. Они собирались провести в каньоне только одну ночь, так что приготовления были недолгими.

— Сначала ты будешь караулить, — приказал Кид Зику. — Если увидишь хоть что-то мало-мальски подозрительное, дай мне знать. Мы не должны рисковать.

— А что с ней будем делать? — спросил Зик, кивнув в ту сторону, где стояла Алиса.

— Она, конечно, никуда не денется, но я думаю, все-таки лучше ее привязать где-нибудь на видном месте, на случай, если вдруг Брэкстону придет в голову пробраться сюда и освободить ее. Если это произойдет, первая моя пуля будет для нее.

Зик кивнул.

— А куда ее привяжем?

Оглядевшись по сторонам, Кид заметил невысокое деревце, которое счел идеальным для выполнения своего замысла.

— Вон к тому дереву, — показал он. — Привяжи ее к какой-нибудь ветке так, чтобы руки были над головой.

Зик подошел к Алисе, намереваясь выполнить то, что приказал Кид. Ему было приятно осознавать, что Алиса будет привязана прямо у него перед глазами. Сидя в карауле, он станет любоваться ее соблазнительным телом, а это куда лучше, чем рассматривать унылый пейзаж.

— Пошли, крошка. Пришла пора немного повеселиться, — проговорил он, похотливо глядя на Алису, и, схватив ее за руку, потащил к дереву.

Там он ловко привязал ее к ветке так, как сказал Кид. Алиса стояла перед бандитом, совершенно беззащитная. Руки были связаны над головой, так что никакой возможности освободиться у нее не было.

— Ты так здорово смотришься, — издевательски бросил Зик. — Впрочем, ты мне всегда нравилась. Вытащить у нее изо рта тряпку? — спросил он Кида.

— Конечно. Пусть кричит сколько хочет. Все равно ее никто не услышит, — ответил главарь.

Зик развязал тряпку, которой бандиты заткнули Алисе рот, еще когда схватили ее, и, потянув, вытащил кляп изо рта. Бандит ожидал, что Алиса тотчас же начнет кричать и ругаться, однако она продолжала молча смотреть на него.

— Что это с тобой, крошка? Тебе нечего сказать? — с издевкой спросил Зик, наклоняясь к Алисе.

Ярость девушки была так велика, что она не раздумывая плюнула бандиту в лицо.

Громко выругавшись, Зик выхватил из-за пояса нож. Вытерев щеку тыльной стороной ладони, он с нескрываемым бешенством взглянул на наглую девицу. Его так и подмывало тотчас же проучить ее, однако он сдержался.

— Ладно. Я с тобой потом разберусь. — Бандит холодно улыбнулся. — А сейчас, может, сделать тебе что-то такое, о чем ты могла бы подумать на досуге? Что скажешь?

И, глядя на грудь Алисы, Зик поднял нож и срезал с платья девушки еще одну пуговицу. Пуговица упала на землю, и Алиса громко ахнула. Довольно ухмыляясь, Зик срезал еще одну пуговицу. Когда он наконец остановился, платье было расстегнуто до пояса. Слава Богу, что под платьем на Алисе была рубашка. Однако полная грудь все равно была видна.

— Когда Кид меня сменит, мы с тобой отлично развлечемся, — пообещал Зик, плотоядно ухмыляясь, и прижал холодное лезвие ножа к обнаженной груди девушки.

Алиса не ответила. Затаив дыхание, она со страхом ждала, что будет дальше.

— Да, отлично, — повторил бандит, глядя девушке прямо в глаза.

Взгляд его не предвещал ничего хорошего, однако Алиса, делая вид, что ничуть не боится, смело встретила его. И только когда Зик, захохотав как сумасшедший, повернулся и зашагал прочь, Алиса с облегчением вздохнула.

Она взглянула на небо, пытаясь определить, когда настанет закат. Солнце садилось, и Алиса со страхом поняла, что ночь близка. А с наступлением ночи к ней придет Зик…


— Еще немного осталось, — сказал Слейд Кену, Хоукинсу и Брауну, когда они почти добрались до каньона. — Сейчас нужно быть крайне осторожными. Проедем еще с милю, а потом лучше всего остановиться и дождаться темноты.

— Значит, место, которое эти бандиты выбрали, и в самом деле отличное?

— Если они остановились там, где я думаю, то оттуда им ничего не стоит нас разглядеть. Так что единственное, что нам остается, — это дождаться темноты.

— Ты уверен? — спросил Кен.

— Да. Мы не имеем права рисковать. Я должен освободить Алису. Зик положил глаз на нее еще в тот вечер, когда мы с ним приехали в Блэк-Спрингс перед ограблением банка. И сегодня ночью он, если мы ему не помешаем, получит свое. А Киду наплевать на то, что он с ней сделает. Единственное, чего ему хочется, — это расправиться со мной.

И все поехали дальше, молча, напряженно, угнетенные мрачными мыслями. Следующие несколько часов, полные смертельной опасности, решат все. И от того, насколько осторожны будут Слейд и его друзья, зависит жизнь Алисы.


Кид развел небольшой костер неподалеку от дерева, к которому была привязана Алиса, чтобы ее было лучше видно. Он не сомневался, что Брэкстон уже спешит на выручку своей зазнобе. Интересно, попытается ли он освободить ее сегодня ночью? Сделает ли такую глупость? Если да, то Алисе не жить.

Когда начнется перестрелка, первое, что он, Кид, предпримет, — это пристрелит ее. Смерть любимой женщины причинит Брэкстону невыносимую боль, что ему, Киду, и нужно. Брэкстон должен помучиться, как мучились Джонсон и Нэш, когда их вешали!

Поднявшись, Кид взял флягу и подошел к Алисе.

— Пить хочешь? — спросил он. Алиса холодно взглянула на него.

— Да, — ответила она. Пить ей не давали весь день.

Глядя, как Кид направляется к ней, Алиса едва сумела скрыть нервную дрожь. Она боялась, что, увидев ее полуголой, главарь банды захочет начать то, о чем мечтал Зик. Не проронив больше ни слова, в напряженном ожидании смотрела она на бандита. И когда Кид лишь поднес флягу к ее губам, вздохнула с облегчением.

Для Кида же состояние Алисы осталось незамеченным. Ему сегодня вообще было не до женщин. Мысли о Брэкстоне не давали ему покоя. Что же придумает этот подлый сыщик? Нужно быть готовым ко всему, что бы он ни выкинул.

Когда Алиса наконец-то напилась, Кид обвел каньон беспокойным взглядом, ожидая появления Слейда и его товарищей. Не заметив ничего необычного, он с облегчением вздохнул: похоже, пока что никакая опасность им не угрожает.

Жаль только, что скоро придется сменить на посту Зика. Киду этого не очень хотелось. Зик ждет не дождется, когда останется один на один с судьей Мейсон, которую отчего-то страстно возжелал, и не потерпит, чтобы ему мешали. Кид вовсе не собирался ему мешать. Однако в любой момент мог нагрянуть Слейд, и нужно приготовиться к встрече с ним. Какие уж тут любовные игры! Не до них сейчас! Но об этом Зику лучше не заикаться.

Когда после заката солнца прошел час, Кид наконец-то решил сменить Зика. Подойдя к нему, он сказал:

— Ладно, можешь идти. Теперь я подежурю. Зик взглянул на своего главаря лихорадочно блестящими глазами. Наконец-то Алиса будет его!

— Это хорошо. Мне сейчас найдется чем заняться.

— Я об этом догадался. Только давай потише. Сунь ей в рот кляп, если она станет вопить. Никаких криков нам не нужно. Брэкстон может разгуливать неподалеку.

— Да, да… — рассеянно пробормотал Зик.

Ему меньше всего сейчас хотелось слышать о Брэкстоне. Не до этого подонка ему сейчас. Тело его истосковалось по Алисе. Скорее бы уж она стала его! Он возьмет ее столько раз, сколько сможет.

Зик, весь горя от нетерпения, направился к дереву, к которому привязал Алису. Ему еще ни одну женщину не приходилось ждать так долго, как он ждал ее. Он вспомнил о том вечере, когда впервые увидел Алису на танцплощадке. Все было бы совершенно по-другому, если бы он тогда убил Слейда, а потом схватил Алису и занялся с ней любовью. Впрочем, тогда Кид наверняка разозлился бы на него, поскольку ограбление банка, которое они так тщательно спланировали, могло бы наутро и не состояться. Но если бы он, Зик, в тот вечер избавился от Брэкстона, Джонсон с Нэшем до сих пор были бы живы.

— Добрый вечер, дорогуша, — проговорил он и, положив на землю ружье, шагнул к Алисе. — По-моему, ты по мне соскучилась.

— Ошибаешься, Мэлоун, — тихо сказала Алиса. — Вовсе я по тебе не соскучилась.

— Это плохо. А вот я еле дождался, пока мы с тобой останемся наедине.

И Зик сделал неприличный жест, ясно показывающий его намерения.

Алису передернуло от отвращения, и она поспешно отвернулась. Мерзкий, отвратительный негодяй! Как жаль, что она не может схватить свой револьвер и пристрелить его, прежде чем он успеет до нее дотронуться!

— Хочешь я разрежу веревки? Только скажи, и я все для тебя сделаю, — сладким голосом проговорил Зик, решив поначалу немного умаслить Алису. Может, сговорчивее станет. Впрочем, станет она сговорчивее или нет, не имело такого уж большого значения. По доброй воле или силой, он ее возьмет. Алиса все равно станет его.

— Пошел к черту!

— Ну что ты, киска, сейчас я отправлюсь в рай, а не в ад! — И Зик сладострастно ухмыльнулся. — Пришла пора немного повеселиться.

Алиса почувствовала, что ее сейчас стошнит. Этот мерзавец еще не дотронулся до нее, а ей уже дурно. Она принялась исступленно молиться о том, чтобы Слейд поскорее приехал и спас ее от ужасного бандита, который собирается надругаться над ней. Однако Слейда нигде не было видно. Он не очень-то спешил ей на выручку.

Алиса понимала, что шансов на спасение у нее не так-то много — револьвер хоть и лежит в кармане юбки, но до него не добраться — и рассчитывать она может только на себя. Однако она знала, что должна приложить все усилия к тому, чтобы спастись, хотя сделать это будет нелегко. И тем не менее она выберет подходящий момент, вытащит из кармана револьвер и пристрелит Зика.

— Вот так… Давай я развяжу тебе руки, чтобы ты могла так же насладиться нашей близостью, как и я, — проговорил Зик, разрезая веревки.

Руки у Алисы болели так, словно были налиты свинцом. Она едва могла ими шевелить. Алиса потерла запястья. Когда она будет стрелять в Зика, нельзя допустить, чтобы дрогнула рука. Ведь у нее только один патрон. Если она хочет пережить эту ночь, нужно действовать быстро и наверняка.

Алиса стояла, глядя на Зика, и ждала, что он будет делать дальше.

— Ну пошли, детка, — тихо проговорил бандит. Ему и самому не верилось, что момент, которого он так долго ждал, наконец-то настал. И он шагнул к Алисе.

— Нет! — воскликнула она и попятилась.

Рванувшись к ней, Зик схватил ее за руку. Вот еще, станет он с ней церемониться! Она принадлежит ему и будет делать то, что он захочет!

— Ты моя! Пора бы тебе к этому привыкнуть! — тихо, с угрозой в голосе проговорил он и потащил Алису к костру, возле которого предусмотрительно расстелил мешок.

Грубо толкнув Алису на землю, бандит, не отрывая от нее взгляда, принялся расстегивать ремень. Расстегнув, снял его и отбросил в сторону. Глаза его похотливо блестели. Опустившись рядом с Алисой на колени, он протянул к ней руку.

— Не трогай меня, Мэлоун, а не то, клянусь, я тебя убью!

— Ладно, поговорили, и будет! А теперь давай-ка займемся любовью. Задирай свои юбки и раздвигай ноги! Я не собираюсь больше зря тратить время!

С этими словами Зик навалился на Алису и принялся целовать ее шею и грудь горячими, мокрыми губами.

Паника охватила Алису. Она чувствовала, что ее вот-вот вывернет наизнанку. Хотелось кричать от отчаяния и собственного бессилия. Алиса взглянула в ту сторону, где сидел Кид. Тот наблюдал за барахтающейся парочкой с нескрываемым интересом. Тогда Алиса попробовала вытащить из кармана юбки своей револьвер, но Зик, перехватив ее руки, закинул их ей за голову. Алиса отчаянно сопротивлялась, пытаясь сбросить Зика, однако это оказалось ей не под силу: бандит был слишком тяжел.

— Ну же, детка, — бормотал он, сопя, — покажи, на что ты способна.

Опустив руку вниз, Зик задрал Алисе юбку и принялся поглаживать ей ноги своими мерзкими заскорузлыми пальцами. Алиса задохнулась от отвращения. Извиваясь всем телом, она попыталась вывернуться из-под насильника, но все было тщетно.

— А знаешь, я должен перед тобой извиниться, — сказал Зик, продолжая поглаживать ее. — Мне ужасно жаль, что так получилось с твоим отцом.

Алиса, которая еще секунду назад исступленно барахталась, пытаясь сбросить ненавистного бандита, при упоминании об отце замерла.

— Что? — изумленно воскликнула она.

— Мне очень жаль, что я убил Джона Мейсона.

— Ах ты, сволочь! Как ты смеешь упоминать его имя! Ты, гнусный насильник! Мерзкий убийца!

— Это ты верно говоришь, киска, — ухмыльнулся Зик. — Многих я поубивал. — Охваченный воспоминаниями, он даже на секунду прекратил свои грубые ласки. — Видишь ли, я вовсе не целился в тот день, когда мы грабили банк, в твоего отца. Он просто попался мне под руку. Я хотел убить Брэкстона, но промахнулся и попал в старика.

— Да как ты смеешь!

— Еще как смею, детка. Видишь ли, именно из-за тебя я стрелял в Брэкстона. В ту ночь, когда я увидел тебя на танцах, я тебя захотел. — Для пущей убедительности Зик покрутил бедрами, чтобы Алиса его лучше поняла. — Я сказал старине Слейду, чтобы он привел тебя ко мне. Я бы с тобой немного позабавился в глубине аллеи. Я уже тогда тебя хотел так же сильно, как сейчас. — И Зик похотливо прижался к Алисе своими чреслами.

— Ты просто чудовище!

— Ты бы так не говорила, моя крошка, если бы я тогда показал тебе все, на что способен, — усмехнулся Зик, глядя на Алису сверху вниз. — Но в ту ночь Слейд заявил мне, что ты не для таких, как я. Он даже смазал мне по физиономии, чтобы до меня лучше дошло. Но я думаю, этот мерзавец сильно ошибался. Видел бы он нас сейчас. Ведь ты наслаждаешься каждой минутой, проведенной со мной, правда, цыпочка?

— Ненавижу тебя, Мэлоун! — яростно воскликнула Алиса и принялась брыкаться что есть силы, пытаясь во что бы то ни стало высвободиться.

— Можешь меня ненавидеть сколько тебе угодно, крошка, но что из того? Это из-за тебя погиб твой отец. Если бы Слейд позволил мне развлечься с тобой, вместо того чтобы защищать, твой отец был бы до сих пор жив.

Алису охватило такое бешенство, какого ей не доводилось испытывать никогда в жизни. Ей уже было не до собственного спасения. Теперь ею овладело одно-единственное желание: прикончить этого подонка Зика. Алиса резко рванулась в сторону, и ей каким-то непостижимым образом удалось отпихнуть Зика и высвободить руку. Но только она попыталась запустить ее в карман юбки и вытащить револьвер, как Зик перехватил ее руку.

— Что это ты собралась делать? — удивился он, раздраженный отчаянными попытками Алисы высвободиться. — Лежи спокойно, сука! Хватит дергаться! Я хочу получить то, что мне причитается.

С этими словами бандит рванул на Алисе рубашку, обнажив полную грудь. Алиса попыталась оттолкнуть насильника, чем окончательно вывела его из себя. Размахнувшись, он ударил ее по лицу с такой силой, что рассек губу.

Алиса громко вскрикнула от боли.

Глава 20

Слейд направился к тому месту, где, по его расчетам, остановился Кид. Он предварительно договорился, что Кен поедет по южному краю каньона, а Хоукинс по северному. Браун должен был остаться у входа в каньон вместе с лошадьми, спрятаться и зорко смотреть, не появится ли Алиса. Кто знает, может, ей удастся сбежать от бандитов. В этом случае Браун должен был позаботиться о ней до возвращения остальных членов отряда.

Слейд медленно шел по каменистой местности, стараясь держаться подальше от дороги и обходя те места, где его мог увидеть Кид. Внезапно тишину ночи прорезал пронзительный крик Алисы, и у Слейда все внутри оборвалось.

Пренебрегая всеми мерами предосторожности, он рванулся вперед. Слейд рассчитывал действовать быстро и осторожно. Нужно было захватить бандитов врасплох и обезвредить их, прежде чем они успеют совершить еще какое-то черное дело. Однако крик Алисы все изменил. Действовать не спеша уже не было времени. Алиса в опасности, и он, Слейд, должен ее спасти!


Пощечина Зика не только не усмирила Алису, но и окончательно вывела ее из себя. Она стала брыкаться еще яростнее, стараясь высвободиться из ненавистных объятий бандита.

— Да заткни ты ее! — взревел Кид. — Сунь тряпку в рот, если по-другому не можешь!

— Ладно!

Влепив Алисе пощечину, Зик собирался запугать ее, подавить ее сопротивление. Он хотел, чтобы она взмолилась о пощаде, просила его не бить ее больше. Однако бандит просчитался. Алиса не собиралась сдаваться без боя. Ну ничего! Он, Зик, тоже не лыком шит! Он не потерпит, чтобы эта маленькая сучка брыкалась как бешеная! Он возьмет ее силой, и произойдет это уже сейчас! Слишком долго он с ней возится. Хватит уже разговоры говорить, пора переходить к делу! Зик зажал Алисе рот рукой, чтобы она наконец-то замолчала, не подозревая о том, что тем самым предоставляет ей возможность дотянуться до револьвера.

— Тебе помочь? — крикнул Зику Кид, наблюдая за его безуспешными попытками усмирить строптивую девицу. — Могу ее для тебя подержать, если ты сам не в состоянии. А может, тебе еще как-то подсобить?

— Нет, черт подери! Не нужна мне твоя помощь! Нам просто приятно немного повозиться друг с другом, вот и все! — отрезал Зик.

Он был зол: на Алису — за то, что наглая девчонка добровольно ему не сдается, а на себя — за то, что вынужден с ней бороться. И еще на Кида — за его издевки. Впрочем, сопротивление Алисы только раззадорило Зика. Он знал, что чем больше она будет брыкаться, тем приятнее будет ею обладать. В общем-то этот бандит не любил покорных женщин. Он твердо придерживался того мнения, что секс должен быть грубым.

Алиса успела сунуть руку в карман, где находился револьвер. Зик уже задрал ей юбку до пояса и заерзал, стягивая с себя штаны.

— Вот так-то лучше, киска, — пробормотал он, почувствовав, как рука Алисы скользнула между его и ее телом, и решив, что непокорная девица наконец-то смирилась и сама начинает его ласкать. — Тебе понравится, вот увидишь… Давай я тебе немного помогу. Положи-ка сюда свою руку… — подбодрил он Алису, улыбнувшись. Желая возбудить себя еще больше, он решил поддразнить Алису, чтобы она немного посопротивлялась ему. — А знаешь, если бы был жив твой отец, он бы не возражал против того, чтобы мы с тобой занимались любовью. Он бы даже с удовольствием на нас посмотрел. Ведь ты такая красивая, и я…

Эти слова оказались последними в жизни Зика Мэлоуна. При упоминании об отце Алису обуяла такая ярость, что она вообще перестала что-либо соображать. Она только знала, что ненавидит Зика Мэлоуна так, как ей еще никогда никого не доводилось ненавидеть в жизни. Единственное желание снедало ее душу: отомстить за смерть отца и Роба. Не вынимая револьвер из кармана, она ухватилась за его рукоятку и, направив дуло Зику в живот, спустила курок.

Тишину ночи разорвал выстрел.

Зик вздрогнул всем телом.

— Ах, ты сука… — в ужасе ахнул он и мешком упал на Алису.

Услышав крик Кида и видя, что он помчался к ней, Алиса, не мешкая ни секунды, скинула с себя мертвого Зика и схватила его шестизарядный револьвер, — бандит бросил его рядом с собой на землю, перед тем как заняться своим гнусным делом. В этот момент раздался выстрел. Пуля ударила в землю прямо рядом с Алисой, и она, быстро вскочив, метнулась в темноту, подальше от костра. Укрывшись за скалой, Алиса прицелилась и выстрелила в Кида, он в этот момент как раз выскочил на поляну.

— Зик! Какого черта! — завопил ничего не понимающий бандит и поспешно отскочил в сторону.

Алиса молча притаилась за скалой. Она не хотела, чтобы Кид понял, где она прячется. У нее было только пять пуль, и она не могла позволить себе потратить их впустую. Алиса принялась горячо молиться, чтобы в беспросветной ночной тьме Слейд услышал выстрелы и пришел к ней на помощь.


Услышав выстрелы, Слейд со всех ног помчался к костру, вне себя от страха, что Алису могли ранить или убить. Он должен добраться до нее! Должен ее спасти!

Не думая об опасности, Слейд вытащил револьвер и понесся к мерцавшему во тьме костру. Добежав до поляны, на которой горел костер, Слейд остановился. Неподалеку от костра лежало тело Зика, однако ни Алисы, ни Кида не было видно.

— Алиса! — крикнул Слейд.

В этот момент у него над головой просвистела пуля и врезалась в ветку дерева. Слейд моментально пригнулся и бросился в укрытие.

— Что-то ты рановато явился, Брэкстон! — послышался из темноты голос Кида. ~ Я написал, что буду ждать тебя на рассвете.

— Я торопился встретиться с тобой, вот и прискакал пораньше! — прокричал Слейд в ответ.

— Это хорошо. Значит, раньше покончим с этим делом.

— Это с каким же делом?

— А вот с каким! Пора тебя убить, Брэкстон!

— Слейд! Будь осторожен! — закричала Алиса, давая тем самым ему понять, что она цела и невредима и что Киду не удалось ее схватить.

— Не высовывайся! — крикнул ей Слейд.

— Это почему же, мистер сыщик? Боишься, что я ее убью? — с издевкой произнес Кид.

— Мы с тобой должны сами разобраться со своими делами, Кид. Она здесь ни при чем!

— Вот и ошибаешься. Еще как при чем! Из-за нее мы не смогли совершить налет на тюрьму в Грин-Ривер и спасти наших ребят! Если бы не она, Джонсон и Нэш были бы до сих пор живы!

— Может, да, а может, нет. Не забывай, Кид, что ты и меня собирался освободить. И уж я бы тебя, да и твоих головорезов, наверняка прикончил бы, не сомневайся, с помощью Алисы или без нее. Впрочем, что сейчас об этом говорить. Дело прошлое. Давай-ка лучше бросай оружие и выходи!

— Как же! Держи карман шире!

— Ну тогда пеняй на себя! — крикнул Слейд.

Крепко сжимая рукоятку револьвера, Кид внимательно огляделся, пытаясь определить, где скрывается Брэкстон, и немного отошел в сторону, надеясь, что ему удастся заметить или его самого или Алису. Они оба заслуживали смерти, и если ему удастся подстрелить девицу, Брэкстон наверняка выскочит из своего укрытия.

А в это время Слейд медленно двинулся вокруг поляны, пригнувшись к земле, в ту сторону, где, по его предположению, находилась Алиса. Он благодарил Бога зато, что она до сих пор жива, и был твердо намерен позаботиться о том, чтобы Алиса оставалась цела и невредима.

— Кид, послушай! — крикнул он. — У меня по обе стороны каньона люди! Тебе не выбраться! Лучше сдавайся!

Молчание было ему ответом. Слейд остановился, прислушался, не донесется ли какой-нибудь шорох, но ничего не услышал. Все было тихо. Тогда Слейд решил как можно быстрее перебежать на другую сторону поляны, что он и сделал. Кид тотчас же выстрелил. Слейду только чудом удалось избежать смерти.

Все это время Алиса пряталась за скалой, держа наготове револьвер Зика. Когда Кид выстрелил в Слейда, она, в свою очередь, пальнула в бандита, но промахнулась. Кид поспешно скрылся за скалой.

Услышав выстрел, Слейд понял, что Алиса находится неподалеку. По-прежнему пригибаясь к земле, он пробирался в ту сторону, откуда донесся выстрел. Наконец он увидел свою любимую. Алиса обернулась и бросилась к Слейду. Обхватив девушку обеими руками, Слейд крепко прижал ее к себе.

— Как ты? С тобой все в порядке? — прошептал Слейд, оглядывая Алису с головы до ног. Он успел заметить, что ее одежда разодрана, а лицо изранено.

— Теперь, когда ты здесь, все просто великолепно, — прошептала Алиса в ответ, прижимаясь к Слейду всем телом, не желая выпускать его из своих объятий.

Взяв Алису за плечи, Слейд на секунду отстранил ее от себя и заглянул ей в глаза.

— Слава Богу! — прошептал он.

— Я убила Зика. Застрелила его из своего револьвера, — тихо призналась Алиса, с беспокойством глядя на Слейда.

— Я горжусь тобой. Если кто и заслуживал смерти, так это Зик.

— Я никогда не думала, что способна убить человека, но… — Алиса замолчала. Ей не давала покоя одна мысль, и Алиса решила поделиться ею со Слейдом. — Но этого подонка я пристрелила с радостью.

Слейд ласково коснулся щеки Алисы, понимая, какие чувства она сейчас испытывает.

— Не переживай, ты все сделала правильно. Ты должна была защищаться. Если бы ты не убила его… — Слейд замолчал. Ему даже представить себе было страшно, что бы могло произойти с Алисой, если бы он не подоспел вовремя.

— Но ведь я — мировой судья! Я должна действовать в рамках закона! — казнила себя Алиса. — А я застрелила Зика… Должна была застрелить… Ведь он убил моего отца, и Роба, и еще бог знает скольких людей!

— Он бы и тебя убил, если бы ему представилась такая возможность. Так что ты правильно поступила, что выстрелила в него. Ты убила его защищаясь, — просто сказал Слейд. — Нужно благодарить Бога за то, что у тебя с собой оказался револьвер. Я так переживал за тебя, когда Кен сказал мне, что убили Роба, а тебя похитили…

Слейд нежно поцеловал ее, стараясь не коснуться чуть вспухшей губы.

— О, Слейд… — вздохнула Алиса, вспоминая тот ужас, который испытала в день похищения.

— Мы должны покончить с Кидом сегодня же, здесь же, — заявил Слейд, словно прочитав ее мысли, и бросил взгляд на другую сторону поляны, пытаясь высмотреть бандита. — Ты не видишь, где он прячется?

— Когда он в последний раз стрелял в тебя, то сидел в кустах вон за тем большим камнем, — сообщила Алиса, показывая Слейду, где именно скрывался Кид.

— Оставайся здесь и прикрой меня. Кен с Хоукинсом тоже скоро сюда придут. А я попытаюсь обойти вокруг поляны и напасть на Кида сзади.

— Хорошо. Только будь осторожен, Слейд. Он собирается убить тебя.

— Я знаю.

И Слейд с мрачной решимостью отстранил от себя Алису. Ему предстояло закончить работу, которую он начал много месяцев назад. Пришла пора раз и навсегда расправиться с Дакотой Кидом.

Обычно когда Кид попадал в затруднительное положение, он бывал предельно собран, осторожен и расчетлив. Но сегодня обычная выдержка ему изменила. Бандит пребывал в ярости. Зик погиб, и теперь он один вынужден противостоять Брэкстону. Кид понимал, что может легко ускользнуть, скрыться под покровом тьмы и расправиться с проклятым сыщиком позже, однако терпение его уже подошло к концу. Он не может больше ждать! Он должен убить Брэкстона сейчас же, сию же минуту!

— Кид! Сдавайся! — снова крикнул Слейд.

— Никогда, Брэкстон!

Еще чего захотел! Если он сдастся, его наверняка повесят. Ну уж нет! Настоящий мужчина должен, если придется, умереть в бою, а не болтаться на виселице!

— Тебе нас не одолеть! У входа в каньон тебя уже поджидают мои люди!

— Да плевать я на них хотел! Прежде чем они до меня доберутся, я успею прикончить тебя и твою бабу! — крикнул Кид и, безумно расхохотавшись, выстрелил в ту сторону, откуда донесся голос Слейда.

В этот момент откуда-то сверху просвистела пуля, и Кид понял: люди Слейда его засекли. Ну уж нет! Он не станет здесь рассиживаться и ждать, когда его схватят! Если ему суждено умереть, он прихватит с собой и проклятого Брэкстона! Из-за этого мерзавца погибли отличные ребята — Джонсон, Нэш и Зик. Теперь настал его черед умереть!

Переполненный жаждой мщения, Кид выстрелил несколько раз в ту сторону, где, по его предположению, находился Брэкстон. Заметив его среди скал, он выстрелил еще раз и выскочил из своего укрытия, собираясь броситься за своим недругом и пристрелить его. Этот подонок заслуживает смерти!

Увидев, что Кид помчался за Слейдом, Алиса выстрелила в бандита, но промахнулась. Обернувшись, Кид ответил выстрелом на выстрел, после чего устремился к тому месту, где в последний раз видел Слейда. Алиса выстрелила еще раз, потом еще, но Кид бежал слишком быстро, и она никак не могла в него попасть. Когда у Алисы осталась последняя пуля, она решила приберечь ее на всякий случай: вдруг Кид окажется неподалеку от нее и она сможет в него попасть.

— Ты покойник, Брэкстон! — закричал Кид, приближаясь к нему.

Хотя выстрелы Кида раздавались все ближе, Слейд не стал прятаться. Обернувшись и глядя Киду прямо в глаза, Слейд выстрелил в него. Пуля угодила бандиту в грудь.

— Нет, это ты покойник! — сдержанно проговорил Слейд, глядя, как ярость на лице бандита сменяется недоумением.

— Увидимся в аду, подонок! — поняв наконец, что произошло, прохрипел Кид и рухнул на землю.

Слейд, не шевелясь, молча смотрел на него. Кид не двигался. Вот и все. С Дакотой Кидом и его бандой было покончено.

— О, Слейд! — крикнула Алиса и, выскочив из своего укрытия, бросилась Слейду в объятия.

Испытывая невероятное облегчение оттого, что Алиса спасена, Слейд прижал ее к себе. Слава Богу! Она в безопасности.

— Слейд? Как вы там, в порядке? — послышался сверху голос Кена.

— Да. У нас тут все нормально.

— А где Кид?

— Убит! — крикнул Слейд.

— Мы сейчас спустимся!

— Подожди здесь, я пойду посмотрю, в самом ли деле я его убил, — сказал Слейд Алисе.

Выпустив ее из своих объятий, он пошел к Киду. Бандит лежал, распростершись на земле. Слейд не испытывал никакого торжества: слишком большой ценой досталась победа, слишком много было потерь. Где бы ни появлялась банда Дакоты Кида, всюду она несла с собой смерть. И Слейд был рад тому, что с бандой наконец-то покончено.

Он подошел к Киду, на ходу убирая револьвер. Сегодня больше не будет никаких убийств. Склонившись над бандитом, Слейд уже собрался вынуть у него из руки револьвер, как вдруг Кид открыл глаза.

Глядя на Слейда с нескрываемой ненавистью, бандит, собрав последние силы, поднял револьвер и с диким хохотом выстрелил Слейду прямо в грудь.

Слейд машинально сделал несколько шагов, потом обернулся, с любовью взглянул на Алису и рухнул на землю.

— Слейд! — в ужасе воскликнула Алиса и, подбежав к Киду, выпустила в него последнюю оставшуюся в ее револьвере пулю.

Эпилог

Год спустя

Услышав тихий плач ребенка, Алиса пошевелилась и проснулась. Но только она хотела встать и подойти к сыну, как плач неожиданно стих. Алиса обеспокоенно нахмурилась и в этот момент услышала шепот Эмили.

— Ш-ш, не плачь, — успокаивала она своего племянника. — Сегодня утром с тобой побудет тетя Эмили. Пусть мама с папой поспят подольше.

Улыбнувшись, Алиса снова откинулась на подушку. Как это мило, что Эмили заботится о малыше. Нужно будет потом, после того как она немного отдохнет, не забыть поблагодарить ее.

— Может, стоит почаще приглашать в гости Эмили с Кеном? — спросил Слейд хрипловатым после сна голосом и притянул жену к себе.

— Я нисколько не возражаю. С тех пор как они поженились и переехали в Денвер, где Кен работает в сыскном агентстве, мы с ними не так-то часто видимся. Может, предложишь ему место своего помощника? — с улыбкой спросила Алиса.

На самом деле она сильно сомневалась, что Кен примет это предложение, поскольку у себя в агентстве он занимал высокий пост. Слейд как раз перед свадьбой ушел из агентства и стал шерифом Блэк-Спрингса.

— Нам с тобой можно немного понежиться в постели, — с улыбкой сказал Слейд.

— Ты так считаешь? — кокетливо улыбнулась Алиса. — Признаться, я чувствую угрызения совести. Валяюсь здесь с тобой в постели, в то время как Эмили нянчится с нашим сыном.

Притянув Алису к себе, Слейд жадно приник к ее губам. За все те месяцы, что они были женаты, он никогда не уставал любить ее, самую прекрасную женщину на свете.

Алиса с жаром ответила на поцелуй и, обняв Слейда за шею, крепко прижалась к нему. Она любила мужа всем сердцем и хотела, чтобы он знал об этом.

Не раз за месяцы, прошедшие со дня их свадьбы, зловещие воспоминания о его поединке с Кидом заставляли Алису содрогнуться. Она не могла без страха вспоминать о той минуте, когда проклятый бандит едва не отнял у нее любимого человека. Слейд значил для Алисы так много, что если бы его убили, она бы тоже умерла — от разрыва сердца. Алиса каждый день благодарит Господа за то, что он спас Слейду жизнь и что ее любимый не погиб от ужасной раны.

Когда Слейд оторвался от ее губ, Алиса принялась покрывать поцелуями его шею. Наконец губы ее добрались до груди Слейда, и Алиса приникла губами к страшному рубцу.

— Я чуть не потеряла тебя в тот день, — проговорила Алиса, глядя на Слейда сияющими глазами.

— От меня не так-то легко избавиться, — улыбнулся Слейд. — Думаю, ты связалась со мной навечно, моя дорогая.

— Это именно то, чего мне хочется больше всего на свете, — улыбнулась Алиса.

— Я люблю тебя, Алиса, — прошептал Слейд.

— Я тебя тоже, — ответила Алиса, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете.

У них со Слейдом было все для счастья — сын, Джон Роберт, и страстная любовь.

И любовь эта будет длиться вечно.


home | my bookshelf | | Всего дороже |     цвет текста