Book: ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину



ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину

Юрий Фельштинский,

Михаил Станчев

ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину

ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину


Юрий Фельштинский

Михаил Станчев


ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину


ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину


КИЇВ 2015

www.nashformat.ua



Вместо предисловия.

Опережая время



Я был соавтором двух книг, опередивших время на шесть лет. Пер­вую — «ФСБ взрывает Россию» — я написал в 2000 году с Александром Литвиненко. И хотя книга получила известность в России и даже была частично опубликована в Москве спецвыпуском «Новой газеты» в августе 2001 года, за пределами России этой книге не поверили: слишком густыми черными красками было описано происходившее в «демократическом» ельцинско-путинском государстве. Мы писали о том, как Федеральная служба безопасности успешно саботировала демократические реформы в стране, как умело через организованные спецслужбами теракты были спровоцированы сначала так называемая первая чеченская война, а затем и вторая, начатая в сентябре 1999 года. Мы подробнейшим образом проанализировали произошедшие в сентябре 1999 года в нескольких российских городах теракты и пришли к выводу, что за этими терактами, приведшими ко второй чеченской войне, стояли российские спецслужбы, ставившие своей целью привод к власти своего человека — директора ФСБ Владимира Путина.

Но в 2001 году во все это трудно было поверить. Прошло пять лет. В ноябре 2006 года в Лондоне был отравлен Александр Литвиненко. Причины, по которым было совершено это убийство и его история — отдельный детективный сюжет. Но сейчас нам важно подчеркнуть другое: именно после отравления Литвиненко в Лондоне смертельным радиоактивным ядом западное общественное мнение, не только в Великобритании, но и во всем мире, поверило содержанию книги «ФСБ взрывает Россию». Все описанное там теперь стало казаться банальной истиной; и даже странно было, что раньше ее не замечали. В 2007 году книга была опубликована в двадцати странах.

В 2008 году вместе с моим российским коллегой Владимиром Прибыловским я написал фундаментальный труд «Корпорация: Россия и КГБ во времена президента Путина». В книге рассказывалось о том, как в течение 10 лет, с 1991-го по 2000 годы, КГБ, переименованное в ФСБ, пыталось захватить власть и контроль над всей Россией, включая недра, финансы и экономику этой огромной страны, как провалились первые две попытки захвата власти, предпринятые в августе 1991 года (так называемый августовский путч) и в марте 1996 года (заговор руководителя СБП президента Ельцина генерала Александра Коржакова); как в результате этих двух провалов КГБ/ФСБ радикально изменило тактику, поставив задачей захват в стане не власти, через переворот, путч или заговор, а должности — законно, через общегосударственные выборы. Должность нужно было захватить только одну. Но это была должность президента России. И для этого умело и высокопрофессионально дряхлеющему и морально уничтоженному двумя чеченскими войнами Ельцину в обмен на полный иммунитет и неприкосновенность ему и членам его семьи были подложены на выбор три кандидата: Евгений Примаков, старый агент КГБ и бывший директор Службы внешней разведки России; Сергей Степашин, бывший директор Федеральной службы контрразведки, один из организаторов первой чеченской войны; и Владимир Путин — директор Федеральной службы безопасности Российской Федерации. На ком бы ни остановил свой выбор Ельцин, власть все равно оказалась бы в руках спецслужб (бывшего КГБ). Повезло Путину. Так легла карта, что Ельцин отказал Примакову, торопившемуся скинуть Ельцина с престола еще до истечения его срока через сговор с антиельцинским парламентом; и Степашину, вступившему в сговор (или только так показалось руководителю президентской администрации Александру Волошину) с претендующим на пост президента России мэром Москвы Юрием Лужковым. Путин в списке был последним. На нем и остановился Ельцин. В августе 1999 года Путин был передвинут с должности директора ФСБ на должность премьер-министра России. А в сентябре были произведены теракты, в результате которых погибли почти 300 человек и была начата вторая чеченская война; 31 декабря 1999 года Ельцин добровольно и преждевременно ушел в отставку, сделав Путина исполняющим обязанности президента страны; т.е. действующим президентом — еще до общероссийских выборов; и 26 марта 2000 года Путин, как было объявлено, победил на формальных президентских выборах, получив чуть больше 50% голосов избирателей (если верить официальным данным).

Войдя в должность, Путин кардинально и радикально изменил систему государственной власти в России: фактически распустил верхнюю палату парламента, Совет Федерации; фактически уничтожил самостоятельность и выборность губернаторов; вернулся к советской системе жесткого контроля центра (Кремля); провозгласил так называемую «вертикаль власти»; взял под свой контроль основные средства массовой информации; постепенно ликвидировал свободу слова; сделал контролируемыми все ступени выборов; сделал абсолютно послушным парламент, ставший всего лишь штампом для заготовленных в Кремле указов.

Но поскольку период правления Путина пришелся на неслыхан­ный в истории рост цен на сырье и полезные ископаемые, Путин поднял уровень благосостояния в стране, позволил развиваться и расцветать рыночной экономике; сформулировал определенный кодекс, правила игры, которые должны были усвоить и принять все ее участники — так называемая элита. Кодекс этот был очень прост: те, кто планировал конкурировать за власть с Кремлем, подлежали уничтожению (экономическому и даже физическому). Тем, кто хотел всего лишь разбогатеть, разрешено было со временем стать членом корпорации «Россия», во главе которой стоял председатель Совета директоров корпора­ции — Владимир Путин. Вот только состав Совета директоров корпорации и количество акций, принадлежащих каждому его члену, оставались строжайшей государственной тайной, о которой можно было только догадываться.

Настораживающим фактором было то, что с момента прихода к власти в 2000 году Путин стал назначать на высшие государственные должности бывших и действующих сотрудников силовых ведомств, либо людей, про которых было известно (или были серьезные основания считать), что они являются агентами спецслужб. Формально говоря, никаких законов при этом Путин не нарушал. И в результате через несколько лет страна оказалась в прямом и переносном смысле в руках ФСБ. Бывшие офицеры КГБ занимали теперь не только высшие государственные должности, но и входили в советы директоров или даже руководили крупнейшими российскими экономическими структурами, прежде всего в сырьевом и финансовом секторах.

Тем не менее до 2008 года в вину Путину можно было поставить главным образом желание узурпировать власть, чтобы несметно обогатить пайщиков корпорации «Россия». И пока за пределы страны, известной миру как Российская Федерация, не устремлялись взоры маленького диктатора, США и Европа не готовы были видеть в нем угрозу в том классическом смысле, каковую представляли для цивилизованного мира Ленин, Сталин, Хрущев или Брежнев. Путин мерещился самым прогрессивным, самым предсказуемым и даже самым проамериканским лидером, с которым когда-либо приходилось иметь дело иностранным правительствам, за исключением Михаила Горбачева и Ельцина в начале его правления. Путин казался человеком, с которым всегда можно договориться. Так было, пока в августе 2008 года российские войска не начали военные действия против Грузии.

История российско-грузинской войны запутанна и сложна, и задействованные в дезинформационной войне российские средства массовой информации сделали многое для того, чтобы перекричать всю мировую прессу. С большим трудом находя на карте даже Грузию, не говоря уже об Абхазии и Южной Осетии, западное общественное мнение не в состоянии было разобраться в этом действительно сложном противостоянии небольших кавказских народов, то мирно сосуществующих, то враждующих друг с другом. Когда в том же августе стало понятно, что у российской армии нет планов войти в Тбилиси и захватить всю Грузию, западные державы вздохнули спокойно и убрали географические карты на полки. Постепенно российско-грузинский конфликт отошел в прошлое и был предан забвению. Абхазия и Южная Осетия, в которой остались российские войска, провели референдумы и провозгласили независимость, признанную из значимых государств только Россией. А Грузия в знак протеста разорвала с Россией дипломатические отношения.

На этом фоне и была издана в 2008 году книга «Корпорация: Россия и КГБ во времена президента Путина». Нечего и говорить, для своего времени, как и «ФСБ взрывает Россию», она оказалась абсолютно некстати. Про несостоявшуюся большую войну России с Грузией все как раз пытались забыть, и жесткая коллективная биография Путина и КГБ, в котором Путин проработал всю жизнь, очень мешала этой удобной забывчивости.

Как историк по образованию и профессии, я привык измерять сроки годами, десятилетиями, веками. Хорошая книга от плохой отличается тем, что выдерживает испытание временем. Написанные мною книги не устаревают. Должен добавить: к сожалению. Я бы очень хотел, чтобы устарела «ФСБ взрывает Россию», и даже «Корпорация». Но прошли все те же шесть лет, и оказалось, что нарисованный в 2008 году в книге «Корпорация» портрет Путина и созданной им системы вовсе не гротеск и не преувеличение, а сильно смягченная действительность.

Мы стеснялись называть Путина Гитлером. Не потому, что он родился и жил в другой стране, то дружившей, то воевавшей с нацистским лидером. Мы считали, что Путин не тянет на Гитлера, потому что до марта 2014 года ему было важно оставаться членом европейского сообщества: несмотря на подрывы домов в сентябре 1999 года в России, несмотря на новую войну в Чечне, на подавление свобод собственных подданных, на войну 2008 года против крошечной Грузии.

В марте 2014 года Путин перешел Рубикон. Он вычеркнул себя из европейского и мирового сообщества; он показал, что корпоративные финансовые интересы страны отходят на второй план перед национальными, точнее, националистскими и геополитическими интересами России, как видит их Путин. А видит Путин Россию исключительно как новою поднимающуюся из руин империю. Причем возрождает эту империю он: Владимир Путин.

Путин — безответственный и необразованный упрощенец. Он очень плохо знает историю, и не случайно канцлер Германии Меркель (которая свою историю хорошо знает) сказала, что президент России живет в другом мире. Она не имела в виду, что Путин сошел с ума. Она имела в виду, что Путин оперирует понятиями, давно отжившими — из XIX и первой половины ХХ веков, когда все мыслили в формате захвата территорий и объединения наций.

Россия уже вела войну в Крыму в 1853—1856 годах, и Россия эту войну проиграла. Путин разговаривает сегодня с миром с позиции силы — как в свое время Гитлер. Но Гитлер все-таки опирался на блок с Италией и Японией, а с августа 1939 года еще и на союз со Сталиным — и все равно проиграл. Россия в деле захвата Крыма оказалась в абсолютной изоляции. Ее не поддержала ни одна страна (кроме пары африканских). Даже Китай ограничился вежливым нейтралитетом.

Аналогия между мартом 1938 года, когда Гитлер сначала захватил Австрию, а затем, в сентябре того же года, Судеты, и Путиным, оккупировавшим в марте 2014 года Крым, настолько очевидна, что сравнение Путина с Гитлером не сходит с газетных полос и уст политических и общественных деятелей. Даже Хиллари Клинтон сравнила Путина с Гитлером. Но вопрос не в том, является ли Путин Гитлером и идет ли он по его стопам (является и идет). Вопрос, что делать и чего ждать всем нам, знающим историю гитлеризма. Если бы Гитлер остановился в марте или сентябре 1938-го, или даже в марте 1939-го, после оккупации Чехословакии, он вошел бы в историю Германии как выдающийся политический деятель и остался бы в памяти немецкого народа фюрером, объединившим этнических немцев в границах новой германской империи. Но он не остановился, потому что немцев нужно было «спасать» и «объединять» во всей Европе. 1 сентября 1939 года он начал военные действия против Польши, не сознавая, что начинает войну, которая войдет в историю как Вторая мировая, искренне не желая и не планируя вести большую войну.

Путин тоже не остановится. Как и Гитлер, Путин не может остановиться. Потому что русских «притесняют» не только в Украине. Крым не может стать концом националистических и имперских устремлений российского пожизненного президента. Пожизненного — потому что по новой российской конституции Путин имеет право остаться президентом сначала до 2018 года, до следующих президентских выборов, а затем еще и переизбраться на следующие шесть лет — до 2024 года (к концу этого срока он как раз достигнет возраста Сталина).

Видя навязчивую аналогию, зная историю Второй мировой войны, задним числом оглядываясь на 1938 год, что могли и должны были сделать западные демократические страны? Начать войну с Гитлером в 1938 году? Заключить глобальные антигерманские международные соглашения и изолировать Германию, введя против нее всевозможные санкции? Выжидать, ничего не делая, надеясь, что пронесет? В 1938 году Европа выбрала последний вариант: выжидать и ничего не делать. Через полтора года, по дороге отдав еще и остатки Чехословакии, она все равно оказалась вовлеченной в войну, начатую Гитлером, причем даже возможности капитулировать Гитлер никому не предоставил. Он предоставил возможность умереть или победить. Мы знаем, кто победил в этой войне и как закончили Гитлер, Германия и немцы — поражением, разоренной страной и Нюрнбергским процессом.

Я думаю, что Нюрнбергский процесс над Путиным будет проходить в Севастополе. Все подсудимые, кроме тех, что покончат с собой, доживут до дня, когда им будет зачитан приговор. Я хочу, чтобы эти будущие подсудимые (по крайней мере, некоторые из них) услышали свои имена уже сейчас: это министр иностранных дел России Сергей Лавров, исполняющий сегодня при Путине функции Риббентропа, повешенного по приговору Нюрнбергского трибунала; это министр обороны России Сергей Шойгу; это Вячеслав Сурков, политический и идеологический автор проекта «Захват Украины»; это бывший директор ФСБ и нынешний секретарь Совета Безопасности Николай Патрушев, ответственный за силовые и карательные операции в войне с Украиной; это русский фашист Дмитрий Рогозин; это средневековый мракобес-националист Александр Проханов и душитель свободы на российском телевидении Константин Эрнст; это и те, кто по долгу службы остаются за кадром: генералы КГБ/ФСБ Сергей и Виктор Ивановы и Игорь Сечин. Это все члены российского парламента и Совета федерации, сначала давшие санкцию на ввод российских войск в Украину, затем на аннексию Крыма.

Мы вспомним и молчание Анатолия Чубайса, послушного раба, ни в чем не возражающего начальству; и стыдливое полуоправдательное заявление Александра Волошина — одного из создателей нынешней путинской «вертикали власти»; и всегда лавирующего Владимира Познера, выпущенного на западные каналы точно так же, как выпускали его в начале 1980-го, когда советская армия вошла в Афганистан, и он объяснял на родном английском — ни капельки не краснея — что речь идет об «ограниченном контингенте» и «освободительной миссии». Мы вспомним всех, но это будет чуть позже — когда демократия одержит свою очередную победу.

В марте 2014 года демократический мир стоял перед сложной дилеммой, точно так же, как это было в 1938-м: начинать войну с Путиным в 2014 году? Заключить глобальные антироссийские международные соглашения и изолировать Россию, введя против нее всевозможные санкции? Выжидать, ничего не делая, надеясь, что пронесет? К сожалению, не пронесет. Я делаю два прогноза, один из которых сбудется. Они отличаются только годом календаря. Первый основан на истории Германии: сентябрь 2015-го. Второй исходит из судьбы моих книг («ФСБ взрывает Россию» и «Корпорация: Россия и КГБ во времена президента Путина»), опередивших время на шесть лет: сентябрь 2020-го. Мир может разделиться на пессимистов и оптимистов и выбрать одну из этих дат начала Третьей мировой войны.

Европа победит в этой войне, потому что Россия не в состоянии вести ее против всего человечества. Результатом этой войны будет распад Российской Федерации, на фоне которого развал Советского Союза в 1991 году покажется скромной репетицией перед премьерой. Я далек от мысли, что у России сегодня хватит внутренних сил для того, чтобы остановить надвигающуюся катастрофу. Путин — агрессор и поджигатель войны. Эта война принесет России позор, разорение и смерть. Украинцы доказали на Майдане, что готовы умереть за свою свободу. Неочевидно, что русские готовы умереть за имперские амбиции Путина. К тому же за всю историю демократический мир не проиграл ни одной схватки. Он выходил победителем из всех битв.



Юрий Фельштинский

Бостон, 2014

Глава 1.

Украина: экскурс в историю



С исторической точки зрения Украине не повезло. Будучи в центре Европы, она оказалась между четырьмя различными пластами цивилизации — западной и восточной, северной и южной. Для Украины это стало если не трагедией, то вечной проблемой. С самого начала своего существования, народам, населявшим эту территорию, приходилось отбиваться то от западных, то от восточных соседей. На нее нападали с севера скандинавские племена, с юга — крымские татары и турки. Украина постоянно находилась в поисках союзников для того, чтобы уцелеть. Но то, что Украина являлась сердцем Европы, оставляло стратегический шанс стать зоной мира, а не конфликтов, мостом взаимопонимания и партнерства между цивилизациями, различными по ментальности и культуре, по религии и традициям.

Проблема Украины была и в том, что она постоянно была частью другого государства или чужой империи. Только «с третьей попытки»: после Богдана Хмельницкого в 1654 году, проф. Михаила Грушевского в 1917 году, распада СССР в 1991 году — Украина приобрела наконец свою независимость. Что представляет собой Украина сегодня? Это одно из крупнейших государств Восточной Европы, второе после России европейское государство (603,5 тысяч квадратных километров), сравнимое с Францией и Германией. По состоянию на 2014 год — Украина насчитывает до 43 млн постоянных жителей, занимая, таким образом, тридцать первое место в мире. Население по стране распределено неравномерно. Наиболее плотно заселены индустриальные восточные области (Донецкая, Луганская, Днепропетровская, Харьковская) и прикарпатские области (Львовская, Ивано-Франковская, Черновицкая). Относительно редко заселены отдельные районы украинских Карпат, Полесья и южных областей (Волынская, Житомирская и Херсонская).

Украину издревле населяют различные народы. Сегодня на этой земле мирно сосуществуют и живут украинцы, русские, белорусы, евреи, поляки, татары, болгары и другие — всего более ста больших и малых национальностей. Украинцы являются титульной нацией, составляющей большинство населения страны — около 78% практически во всех регионах, за исключением Крыма. Русские составляют вторую по численности группу населения Украины — около 18% и живут в основном в восточных и южных областях страны. Потом идут белорусы, молдаване, крымские татары и болгары. Православное население является преобладающим (88%) и относится к Украинской православной церкви (Московского патриархата), Украинской православной церкви (Киевского патриархата) и Украинской автокефальной православной церкви (в основном, украинская диаспора за рубежом). Канонический статус (признание со стороны автокефальных поместных православных церквей) имеет лишь Украинская православная церковь (Московский патриархат). Многочисленные попытки объединиться и создать единую поместную церковь успехов не дали. Общее количество католиков в стране достигает 4,8 млн человек. Мусульмане живут в основном в Крыму (крымские татары) и по различным данным насчитывают от 500 тыс. до 2 млн человек.

Украина омывается на юге Азовским и Черноморским морями; на западе граничит с Польшей, Словакией, Венгрией, Румынией и Молдавией, на севере и северо-востоке — с Белоруссией и Россией. Самая большая сухопутная граница у Украины с Россией и Белоруссией — чуть более 3 тысяч километров. Морские границы с Россией составляют 1355 километров, но до сих пор не урегулированы. Географический центр Европы (по измерениям, проведенным, с одной стороны, военным ведомством Австро-Венгрии в 1887 году, а с другой — советскими учеными после Второй мировой войны) располагается на территории современной Украины, недалеко от города Рахов Закарпатской области.

После распада Советского Союза, до 1994—1996 годов, Украина стала третьей после США и России ядерной державой. Именно Украина показала миру, что человечеству можно и нужно отказаться от ядерного оружия и сосредоточить свои усилия на мирном развитии. Это страна знаменитой княгини Ольги, великого князя Ярослава Мудрого и «вольного казачества», не побоявшегося в свое время бросить вызов турецким султанам, страна гетмана Войска Запорожского Богдана Хмельницкого и митрополита Петра Могилы, украинских гетманов Петра Сагайдачного и Ивана Мазепы — в 1994 году нашла в себе силы отказаться от ядерного оружия, заручившись гарантией территориальной целостности крупнейших государств мира — России, США, Франции, Великобритании и Китая.

Украина — страна не только легендарного футбольного тренера Валерия Лобановского, знаменитых футболистов Олега Блохина и Андрея Шевченко, не только известных всему миру братьев Кличко — абсолютных чемпионов мира по боксу, но и не менее известных поэтов и писателей Тараса Шевченко и Ивана Франко, Леси Украинки, философа Григория Сковороды и совсем еще молодых поэтов и писателей, ученых и амбициозных политиков нового поколения. Украина по праву может гордиться и своими учеными, нобелевскими лауреатами — физиологом Ильей Мечниковым, физиком Ландау и экономистом Саймоном Кузнецом, инженером Евгением Патоном, хирургом Николаем Амосовым и многими другими. Чтобы понять суть происходящих в Украине событий, необходимо обратиться к ее корням и собственному историческому опыту.


Что такое «Украина»?

Само название «Украина» имеет свое историческое объяснение. Термин этот впервые упоминается в Ипатьевской летописи 1187 года и, по мнению ряда ученых, происходит от древнерусского слова «окраина», применяемого изначально к пограничным землям Киевской Руси, потом Польского государства, а затем и Российской империи. Именно это толкование термина было в ходу у историков. До конца XIII столетия этот термин встречается в летописях и означал разные «Украины»: земли, смежные с «ляхскими» от Волыни в бассейне Левобережья по среднему течению Южного Буга, и северо-восточную часть Галицкой земли и так называемой Переяславской земли (часть киевской и черниговской земли). В XVI столетии термином «Украина» обозначали приграничные земли между Великим княжеством Литовским и Османской империей (земли запорожских казаков и Дикого поля). Встречались и термины «Украинская Малороссия», «Литовская Украина», «Польская Украина», «Казачья Украина», но они не прижились. После создания Новороссийского края чаще можно было встретить термин «Малороссия», под которым подразумевались украинские земли, простирающиеся на юго-востоке[1].

Впоследствии наиболее употребляемым стал термин «Слободская Украина». С этим термином связывают пограничные, «окраинные» тер­ритории, о чем писал и проф. Грушевский. Так что под «окраинными» территориями подразумевалась не отсталость, на чем настаивают российские антиукраинские пропагандисты, а пограничные районы, поскольку земли Дикого поля и Запорожской сечи были на стыке трех империй — Российской, Османской и Речи Посполитой.

С конца XVI и вплоть до XVIII века «Украина» становится конкретным географическим понятием, равноценным названиям других историко-этнографических регионов (Волынь, Подолье, Северщина, Червонная Русь, Запорожье). С XVIII века это понятие становится общеизвестным наравне с церковным термином «Малороссия». В противовес «окраинному» термину, некоторые украинские историки и лингвисты выдвигают версию, о том, что название «Украина» происходит от слова «край», «краина» (укр. «країна»), то есть просто «страна», «земля, заселенная своим народом», называемого украинцами[2]. При этом утверждается, что в украинском языке термины «україна» и «окраїна» всегда четко различались по смыслу[3]. «Украина» — как отдельная и независимая территория, а «окраина» — лишь приграничная территория. Однако по мере роста национального самосознания украинцев понятие «Украина» стало восприниматься не только как географический термин, но и как название этнического пространства, ставшего вполне самодостаточным на рубеже XIX и XX веков[4].


Откуда есть и пошла земля украинская?

Первые Homo erectus (человек прямоходящий), по мнению уче­ных-археологов, появились на территории Украины миллион лет назад, мигрируя из Передней Азии через Балканы и Центральную Европу — «настоящие европейцы». Потом, более 150 тысяч лет назад, появились и другие «европейцы» — неандертальцы, а 30 тысяч лет назад — кроманьонцы, почти наши современники. Важное место в истории Украины занимает трипольская культура в IV—III тыс. до н. э. в Дунайско-Днепровском междуречье, наибольший расцвет которой пришелся на период между 5500 и 2750 годами до н. э. Ареал ее распространения — правобережная Украина, Молдавия, восточная Румыния, а также Венгрия. Трипольская керамика занимала одно из видных мест в Европе того времени по совершенству выделки и росписи[5]. Некоторые украинские ученые считают, что именно трипольцев можно считать «прародителями» украинцев. По крайней мере, им удалось убедить в этом предыдущего президента Украины Виктора Ющенко.

Археологи до сих пор спорят относительно присутствия киммерийцев в Южной части Украины и в других регионах, но многие авторы связывают «киммерийскую эпоху» (вторая половина VIII—VII веков до н. э.) с Северным Причерноморьем. Им на смену в VII веке до н. э приходят скифы, вытеснившие киммерийцев из украинских степей. Считается, что скифы создают свое первое государственное образование — Скифское государство, павшее под ударами сарматов в 200 году до н. э. Параллельно со скифами древние греки в Северном Причерноморье начинают основывать свои первые колонии (Херсонес, Ольвия и др.). В III веке н. э. с северо-запада на территорию Украины переселяются готы, которые здесь создают свое королевство. В 375 году н. э. готы терпят поражение от гуннов, пришедших из глубин Азии, и переселяются за Дунай, в пределы Римской империи, где со временем создают свои королевства. Держава гуннов, потерпев несколько поражений от римлян и союзников, быстро утрачивает силу и распадается. После нашествия гуннов гегемония над нынешней территорией Украины в конце V века переходит к славянским племенам. Левобережная часть территории Украины с Таврией попадает в зависимость от Хазарского каганата. Северо-западные области Украины в настоящее время считаются наиболее вероятным местом зарождения славян: русичей, полян, древлян, северян, бужан, тиверцев, уличей, волынян и других.


Времена Киевской Руси и ее распад (882—1240)

Именно эти племена и стояли у основ зарождения древнерусского государства, сначала со столицей в Нижнем Новгороде, а потом в Киеве, известного миру как Киевская Русь. Киевская Русь занимала огромную по тем временам территорию — от Таманского полуострова на юге; реки Днестр и верховьев Вислы — на западе; и до верховьев Северной Двины на севере. Видимо, поэтому Карл Маркс сравнивал ее по территории с империей Карла Великого.

Киевская Русь является и колыбелью православного христианства: здесь в 988 году князь Владимир крестил своих подданных. Во главе церкви стояли митрополиты, назначаемые Византией. Сын Владими­ра — Ярослав, известный миру как Ярослав Мудрый, сумел обезопасить границы Киевской Руси, развить торговые отношения с византийцами, хазарами, скандинавами, народами Европы и Азии. Считая династические браки важнейшим элементом средневековой дипломатии, Я. Мудрый, которого в шутку называют «тестем Европы», сам, будучи женатым на Ингигерде — дочери шведского короля Олава, сумел удачно выдать замуж и своих дочерей: Анастасию — за венгерского короля Андраша, Елизавету — за норвежского короля Гардрада, а Анну, известную как Анна Киевская — за французского короля Генриха I (Анна стала королевой Франции). Так что Ярослава Мудрого по праву можно считать одним из первых сторонников Евросоюза и интеграции Украины и остальной Европы.

Вообще, за период существования Киевской Руси, вплоть до ее распада, можно насчитать более 100 династических браков, львиную долю которых составляли русско-польские браки, русско-половецкие, русско-венгерские, византийские, немецкие, литовские, болгарские, норвежские, английские, австрийские и хорватские. Как видим, уже тогда Киев стремился породнится с Европой.

После смерти Ярослава Мудрого начались междоусобные войны между князьями отдельных удельных княжеств Киевской Руси. И хотя Владимиру Мономаху удалось ненадолго укрепить центральную власть, дезинтеграция Руси оказалась необратимой. К тому же половцы осуществляли постоянные набеги на южные рубежи Киевской Руси, и значительной части населения пришлось искать спасения в более спокойных ростово-суздальских землях, где были основаны новые города. В российской истории замалчивается тот факт, что коалиция из одиннадцати русских князей, возглавляемая Мстиславом Андреевичем, сыном владимиро-суздальского князя Андрея Боголюбского, взяла штурмом Киев в 1169 году и подвергла его двухдневному разграблению. Как свидетельствуют источники, два дня суздальцы, смоляне и половцы грабили и жгли «мать русских городов». Множество киевлян было уведено в плен. В монастырях и церквах воины забирали не только драгоценности, но и всю святость: иконы, кресты, колокола и ризы. Половцы подожгли Печерский монастырь. Софийский собор, имевший статус митрополии, был разграблен наравне с другими храмами. «И было в Киеве у всех людей стоны, и печаль, и скорбь неутешимая».

В Киеве вокняжился младший брат Андрея Боголюбского Глеб, сам Андрей остался во Владимире, ставшем центром великокняжеской власти, куда вскоре после взятия Киева ханом Батыем переехал киевский митрополит Максим, после чего Киев утратил свой столичный статус. В 1362 году город был окончательно присоединен к Литве[6].


Галицко-Волынское княжество (1199–1392 гг.) и период польско-литовского управления (1385–1795 гг.)

Одним из самых больших княжеств периода политической раздробленности Киевской Руси было Галицко-Волынское княжество, насчитывавшее 116 тыс. кв. км и более 200 тысяч населения. Княжество охватывало галицкие, перемышльские, звенигородские, волынские, луцкие, полесские и холмские земли, а также территории современных Подолья, Закарпатья и Молдавии. Князь Даниил Галицкий даже принял титул «короля Руси» от папы римского Иннокентия IV. Несмотря на вассальные отношения с Золотой Ордой, Галицко-Во­лынское княжество проводило самостоятельную внешнюю политику в Центральной и Восточной Европе, конкурируя с Польским и Венгерским королевствами, а также с княжеством Литовским, поддерживая партнерские отношения с Римом, Священной Римской империей и Тевтонским орденом. В 1321 году литовский князь Гедимин после битвы на реке Ирпень окончательно разбил разрозненные войска киевских князей и захватил Киев, подчинив себе также Белгород и Переяславль, попавшие под власть Литвы почти на 200 лет. В Галиции под натиском местных бояр от власти был отстранен князь Владимир Львович, последний представитель династии Рюриковичей, и на его место поставлен Болеслав Тройденович, известный как Юрий Галицкий, женатый на дочери литовского князя Гедимина, являвшейся также сестрой жены польского короля Казимира III. В 1387 году Казимир III присоединил к Польше Галицкую и Холмскую земли. Буковина в 1359 году отошла к Молдавскому княжеству, а Закарпатье вошло в состав Венгерского королевства. Однако в 1392 году Галицко-Волынское княжество было разделено между Королевством Польским и Великим княжеством Литовским. Таким образом, земли современной Украины в XIII—XIV столетиях были разделены между соседними государствами.

Чуть ранее, после подписания Кревской унии 1385 года, положившей начало союзу между Польшей и Литвой, литовский князь Ягайло женился на польской королевне Ядвиге и стал польским королем (под именем Владислав), потомки которого правили в обоих государствах последующие три века. Приняв католичество, Владислав и Ядвига способствовали принятию католицизма в Литве. Но не все православные князья восприняли сближение с Польшей, из-за чего на протяжении ста лет случились три гражданских войны, в результате которых некоторые украинские города — Киев, Львов, Владимир-Волынский, а значительно позже (с 1760 года) Умань — получили собственное самоуправление, так называемое «магдебургское право». Насаждение католицизма привело к отделению Черниговских земель к Великому Московскому княжеству под знамя православия[7].

После Люблинской унии 1569 года в результате объединения была образована конфедерация из двух государств — Польши и Литвы, известная в истории как Речь Посполитая (1569—1795), во главе с монархом (Королем польским и Великим князем литовским) и сеймом — так называемая «шля­хет­ская демократия». Новоявленные шляхтичи (привилегированное сословие — польское дворянство) активно обживали богатые и малозаселенные земли Украины. Появились латифундии — Замойских, Жолкевских, Калиновских, Конецпольских, Потоцких, Вишневецких, Браницких и других шляхтичей.



За весь период своего существования Речь Посполитая пережи­ла три раздела, пока в 1795 году она не была поделена между Россией, Пруссией и Австрией. Пруссия получила столицу страны и основную часть старопольских земель; Австрия — Краков и Люблин с прилегающей территорией, в том числе и всю Галицию; Рос­сия — западнобелорусские и западноукраинские земли (без Львова), большую часть Литвы и Курляндию. Значительная часть литовских земель, входивших ранее в состав польского государства (в том числе Сувалки), отошла к Пруссии. Однако в последующие столетия были предприняты попытки восстановления Речи Посполитой. Так, в 1807 году Наполеоном было создано Варшавское герцогство, а во время Январского восстания (1863—1864) и в 1920-е годы Юзеф Пилсудский выдвинул идею создания «Междуморья» — конфедерации Польши, Литвы, Белоруссии и Украины. Кстати, современ­ная Польша называет себя наследницей Речи Посполитой[8].


Запорожское казачество и Гетманщина

Весьма показательным в истории Украины является история казачества. В XV веке значительные земли в южной части Украины были незаселенными и назывались Диким полем. Именно сюда и в низовья Днепра (за днепровские пороги — отсюда и название «Запорожская сечь») стали стекаться беглые крестьяне из Речи Посполитой и русских земель, именовавшие себя казаками. Сами «сечи» (а их было более семи) находились на островах реки Днепр, где было удобно прятаться и обороняться, и откуда легко было осуществлять набеги на Крымское ханство и земли Речи Посполитой.

Среди многочисленных восстаний против польско-литовского владычества наиболее успешным можно считать восстание под предводительством гетмана Богдана Хмельницкого (1648—1654), приведшее к появлению автономного административно-территориального образования Гетманщина (1649—1782). Первоначально Хмельницкий пытался найти поддержку у Османской империи и даже подписал с нею договор в 1649 году. Не получив твердых гарантий (турецкий султан лишь попросил крымского хана оказать Хмельницкому помощь), он одновременно начал переговоры с другими потенциальными союзниками. Но не найдя поддержки, начал сближение с русским правительством, которое оказывало его «Войску Запорожскому» военную и материальную поддержку, признало Хмельницкого гетманом (правителем) и предложило его войску принять русское подданство.

В 1653 году Хмельницкий послал посольство в Москву к царю Алексею Михайловичу с прошением принять «всю Малороссию его и все Войско Запорожское в вечное свое твердое владение, подданство и покровительство». И собравшийся в мае 1653 года в Москве Земский Собор обсудил вопрос присоединения Войска Запорожского к Русскому государству и принял единодушное решение о принятии его в состав России. После интенсивного обмена дипломатическими миссиями между Гетманщиной и Москвой в январе 1654 года в городе Переяславе, недалеко от Киева, состоялся тайный совет представителей запорожского казачества, давших клятву на верность России. Съезд этот в истории получил название Переяславской Рады. Некоторые исследователи считают, что эта идея не нашла широкой поддержки у украинского казачества, и поэтому всего около 300 представителей казацкой верхушки решили судьбу Украины на многие столетия вперед. В самом договоре между Россией и Украиной нет слов о присоединении (в советской исторической литературе был распространен термин «воссоединение», хотя он тоже не соответствовал истине, так как нечему было воссоединяться), а говорится о протекторате, что свидетельствует об автономном статусе Украины, сохранении привилегий и вольностей как для казацкой аристократии, так и для широких масс казачества, земли и имения которых не отнимались, и дети их такие же «вольности имели, как предки их и отцы их».

Поддержка Московией украинских казаков в борьбе за их освобождение привела к началу русско-польской войны (1654—1667), закончившейся перемирием 1667 года, по которому к Московскому княжеству отходили земли восточнее реки Днепр (Левобережная Украина), а западнее — Правобережная Украина — оставались под властью Речи Посполитой, что было закреплено в 1686 году русско-польским договором. После смерти Богдана Хмельницкого в Украине началась так называемая руина (1657—1687) — период тридцатилетнего политического кризиса Гетманщины и гражданской войны, вызванные стремлением казацких старшин завоевать власть, с одной стороны, а с другой — стремлением Османской империи, Швеции, Речи Посполитой и Московского государства взять под свой контроль территории, подконтрольные Войску Запорожскому. В результате польско-турецкой войны (1672—1676) Подолье (части Хмельницкой, Винницкой и Тернопольской областей) перешло под власть Османской империи, а в 1678 году турки напали на территории, контролируемые русским государством. Не получив помощи от поляков, российские войска пошли на перемирие с турками, подписав с ними так называемый Бахчисарайский договор, по которому граница между Османской империей и Российским государством определялась по реке Днепр. Киев оставался под контролем России, а Запорожье — под контролем Турции (до 1699 года); земли между Днепром и Южным Бугом оставались незаселенными.

В соответствии с подписанным в 1686 году вечным миром между Россией и Польшей украинские гетманы на Левобережной Украине должны были его не нарушать, а также стремиться поддерживать дружеские отношения и с Крымом. Запорожские казаки, с которыми России приходилось вступать во временные союзы, тем не менее, еще сохраняли свою пошатнувшуюся независимость и имели собственное общинное управление, где все вопросы решались на общем собрании.

Гетманщина имела административно-территориальные границы с Россией, за товары взымались таможенные пошлины. На территории, подвластной украинским гетманам, сохранялось право частной собственности, российские законы не распространялись на эту территорию (действовала судебная система по нормам Литовского статуса). Максимального развития Гетманщина достигла при гетмане Иване Мазепе (1687—1708), который поддерживал торговые отношения с европейским странами (хотя дипломатические отношения ограничивались Москвой), войны и смуты прекратились, сельское хозяйство развивалось благодаря свободному труду украинских крестьян, не знавших уз крепостничества. Система налогов, введенная Мазепой, привела к расцвету экономики, появлению в городах зданий и церквей в стиле украинского барокко. Строились монастыри и храмы, развивалось книгопечатание, Киево-Могилянка приобрела статус академии. Мечтой Мазепы было объединение Левобережной и Правобережной Украины в единое государство европейского типа с сохранением традиционной системы казацкого строя.

Несмотря на хорошие личные отношения с Петром Великим, Мазепа с трудом уговаривал его делать какие-либо уступки украинцам и все более жаловался, что «Москва хочет взять в тяжкую неволю всю Украину». Мазепа поддерживал Петра в его походах на Азов, в Северной войне, вынужден был содержать за счет украинцев российские войска, что вызывало недовольство среди крестьян. Украинских казаков призывали в ряды российской армии, но командирами назначались не казацкие старшины, а русские или иностранные командиры, относящиеся с недоверием и презрением к казачеству. Петр все более требовал с Мазепы денег на строительство новой России и переплавки колоколов на оружие, что вызвало недовольство Мазепы, отказавшегося разрушать церкви, в которые сам он вкладывал огромные средства. Когда же Мазепа обратился к Петру с просьбой оказать помощь в борьбе против поляков, грозившихся завоевать Украину, русский царь ответил отказом, сказав, что и «десяти человек выделить не может», поставив под сомнение обязательство России защищать украинцев от польского завоевания, что было предусмотрено договором 1654 года, где Россия выступала гарантом территориальной целостности и независимости Украины. Все это, в конечном счете, послужило причиной того, что Мазепа, разуверившись в союзе с Россией и в возможности с ее помощью решать какие-либо проблемы, начал искать контакты со шведами. Желая сохранить хоть какую-то свободу и территориальную целостность, Мазепа перешел на сторону шведского короля Карла XII. В ответ Петр объявил Мазепу предателем и князь Меньшиков в назидание потомкам вырезал практически всех жителей Батурина — резиденции Мазепы, а поддержавшие гетмана запорожские казаки подверглись нападению российской армии, в результате чего Запорожская сечь в 1709 году была разрушена.

Однако с течением времени, после окончания русско-турецкой вой­ны 1668—1774 годов, когда набеги татар и турок с юга прекратились, необходимость в запорожском казачестве отпала и указом Екатерины I Запорожская сечь была в 1774 году ликвидирована. Часть казачества ушла за реку Дунай, а другая — в район Северного Кавказа, на территорию, называемую Кубанью. Власть гетманов постепенно стала терять свое значение, а после принятия Россией указа о создании губерний (1781 год), Гетманщина была окончательно ликвидирована[9].

Переход украинских земель под власть России вселял надежду у простого люда, что наступят определенные перемены, но кроме поворота от церковной унии к православию ничего существенного не произошло. На правобережной части Украины, которая была для царского российского правительства не более чем присоединенными польскими провинциями, продолжали сохраняться прежние польские порядки (в основном, в плане культурно-просветительской жизни и образования), а в левобережной части большая часть украинского крестьянства попала под власть российских помещиков.


Новороссия, Донбасс и Слобожанщина

В результате екатерининских черноморских походов и создания Новороссийского края украинские земли попали полностью в орбиту России. Было возвращено крепостное право, ликвидирована автономия и введены российские законы. Последним гетманом в истории Украины в составе Российской империи был Кирилл Разумовский. После ликвидации казачества и упразднения Гетманщины зажиточные слои украинского казачества, как и польская шляхта, стали интегрироваться в состав российского дворянства; многие становились влиятельными политиками, например, глава Синода Феофан Прокопович, генерал-фельдмаршалы Алексей и Кирилл Разумовские, канцлер России Александр Безбородко. Украинской знати были выделены обширные земли на юге Российской империи, объединенные позже под общим названием «Новороссия». Сам термин появился еще в 1764 году, когда территория дислокации гусарских полков новосербского военного корпуса, в которых состояло все местное мужское население, была преобразована в Новороссийскую губернию, куда вошли Славяносербия и Украинская оборонительная линия. Первоначально Новороссия охватывала территорию Бахмутского уезда (ранее входившего в Воронежскую губернию), Миргородского и Полтавского полков (из Гетманщины). C 1765 года центром губернии был Кременчуг.

Освоение Новороссии приобрело массовый характер с конца XVIII века под руководством князя Потемкина, имевшего для выполнения этой задачи от императрицы Екатерины II почти неограниченные полномочия. При нем к Новороссии было присоединено историческое Запорожье, построен новый центр, названный в честь великой императрицы — Екатеринослав (1776). В 1778 году самым юго-западным городом Новороссии стал Херсон. В 1783 году Новороссия приросла Крымом. В административном плане Новороссийская губерния существовала в период правления Екатерины II с 1764 по 1775 годы. После последнего третьего раздела Польши в 1795 году Галиция отошла к Австрии, а другая часть Правобережной Украины — к Российской империи. Крымское ханство получило в 1774 году статус независимого государства, но через десять лет этот статус потеряло. Более того, на присоединенных степных территориях бывшей Запорожской сечи, Северного Причерноморья и Тавриды вместо казацких и татарских поселений возникли новые поселения и города, заселенные русскими: Запорожье (1770), Кривой Рог (1775), Екатеринослав (нынешний Днепропетровск — 1776), Херсон, Мариуполь (1778), Севастополь (1783), Симферополь, Мелитополь (1784), Николаев (1789), Одесса (1794), Луганск (1795) и другие.

Русский царь Павел I указом от 12 декабря 1796 года возродил Новороссийскую губернию, где уездными городами были Бахмут, Екатеринослав, Елисаветград, Константиноград, Мариуполь, Ольвиополь, Павлоград, Перекоп, Ростов, Симферополь, Тирасполь, Херсон. Она существовала по 1802 год, после чего была разделена на Николаевскую, Екатеринославскую и Таврическую губернии. В 1803 году Николаевская губерния была переименована в Херсонскую. Новороссийско-Бессарабское генерал-губернаторство просуществовало до 1873 года. Именно на эти земли царские власти призывали переселиться и «задунайских» переселенцев-славян, находившихся под гнетом Османской империи, а также поляков, немцев, французов, шведов и швейцарцев из Европы, массовые переселения которых приходятся на начало XIX века. Переселенцам гарантировался статус свободных колонистов, освобождение на некоторое время от налогов и от службы в армии. Следует заметить, что коренного русского населения на этой тогда еще не заселенной территории и в помине не было, так как вместо татар и ногайцев сюда переселили «задунайских переселенцев», перемешанных с местным населением — молдаванами и влахами, цыганами и евреями. По одной только Херсонской области украинцы составляли 71%, а русское население всего лишь 5%[10].

После 1917 года термин «Новороссия» вышел из употребления, так как значительная часть ее земель была включена большевиками в состав Украинской ССР. В независимой Украине этот термин также не пришелся по душе «новоукраинцам» с советским менталитетом. Ему предпочли термин «Юго-Восточная Украина», что более точно отражало суть вещей. Но термин «Новороссия» вновь стал актуальным в 2014 году, когда на востоке Украины был создан самопровозглашенный конфедеративный союз Донецкой и Луганской народных республик под общим названием «Новороссия», хотя эти территории никогда ранее в Новороссию не входили. На этот термин также претендуют сторонники федерализации в Одесской и Николаевской областях.

Еще один регион, находящийся под прицелом не только российской и украинской политики, но и международной общественности, — это Донбасс. Исторически сложившийся регион, куда входят северная часть Донецкой (без Приазовья) и южная часть Луганской (за исключением северной части — Слобожанщины) областей Украины (так называемый малый Донбасс). Большой Донбасс включает в себя также части Днепропетровской (Украина) и Ростовской (Россия) областей. В начале XVIII века на этой территории был открыт Донецкий каменноугольный бассейн площадью около 60 тысяч км² с суммарными запасами угля 140,8 млрд тонн до глубины 1800 метров. Его промышленное освоение началось с конца XIX века. Сюда переселялись обычные рабочие и специалисты из Олонецкой, Липецкой и Ярославской губерний для работы на создаваемых чугунолитейных заводах. Основными центрами добычи стали Донецк, Красноармейск, Макеевка, Лисичанск, Горловка, Ровеньки, Красный Луч и другие. Основную массу переселенных также составляли украинцы с Правобережной Украины. По результатам первой ревизии (переписи) населения в Российской империи 85% жителей Новороссии составляли украинцы, или, как их тогда называли, «малороссы»[11]. Но главными инвесторами в этот регион в то время были бельгийцы, начавшие добывать уголь и строить металлургические заводы. Не случайно эту территорию называли «десятой бельгийской провинцией». Россия, ставшая заложницей своей собственной отсталости, открыла двери для иностранных инвесторов из Европы и Америки, которые привнесли новые технологии в производство металла, так необходимого российской военной промышленности, а пригнанные из сел крестьяне выполняли роль дешевой рабочей силы. Таким образом, тесное переплетение исторического развития, интересов и хозяйства двух областей Украины — Донецкой и Луганской — обусловили неформальное объединение их в общий историко-культурный и экономический регион.

Третьим важным историческим регионом на северо-востоке Украины является Слобожанщина. В настоящее время этот термин употребляется как собирательное название частей Харьковской, Сумской, Полтавской, Луганской и Донецкой областей с украинской стороны и Белгородской, южных районов Курской и юго-западных районов Воронежской областей России. Само название происходит от типа поселений — слобода (свобода), имеющих значительно большие привилегии, чем глубинные области России[12].

В XVI—XVIII веках этот приграничный край Московского государства при поддержке царских властей активно заселялся в основном выходцами опять-таки с правобережных украинских земель, находящихся под властью Речи Посполитой, и беглыми крестьянами из России. Переселенцы заселялись с целью несения сторожевой и военной службы вблизи крепостей Белгородского пограничья, преграждая таким образом дорогу татарам в Московское государство[13]. Все эти регионы — Слобожанщина, Новороссия, Донбасс и Крым — составляют огромную территорию юго-востока Украины, густо заселенную и развитую в промышленном отношении.


Украинский вопрос в XIX веке

К концу XVIII — началу XIX веков регионы Слобожанщина, Новороссийский край, Правобережье со всем Поднепровьем, земли войска Запорожского, Донбасс и Таврия (вместе с Крымом) составили так называемую «Великую Украину» в составе Российской империи. После многочисленных переселений, как внутренних, так и иностранных, население на этой территории представляло целую палитру различных народов — украинцев, россиян, евреев, поляков, сербов, болгар, немцев. Самыми многочисленными из этих народов были евреи, расселенные по всему Правобережью и Подолью. После ряда административно-территориальных реформ эта богатая и обширная территория была разделена на девять новообразованных губерний Российской империи: Черниговскую и Полтавскую (бывшая территория Гетманщины); Харьковскую (бывшая Слобожанщина); Екатеринославскую и Херсонскую (Новороссия); Киевскую, Волынскую и Подольскую (Поднепровье и Правобережье). Кроме того, этнографически можно отнести к Украине и северную часть Таврической губернии. Немало было украинцев и в пограничных уездах Бессарабии (нынешнее Приднестровье).

XIX век был веком усиления национально-этнического фактора в Европе в целом и в Российской империи, в частности. На начальном этапе этот фактор характеризовался ограничением интересов лишь в культурной и образовательной сфере, когда зарождающаяся национальная интеллигенция интересовалась главным образом вопросами изучения этнографии, фольклора, языка и литературы. Это не представляло непосредственной угрозы для самодержавия, в высших кругах которого благосклонно относились к зарождению интереса к культурно-национальным вопросам украинского народа. Более того, после польского восстания 1830—1831 годов официальный Петербург даже способствовал в некоторой степени зарождению украинофильства с целью ослабления польского влияния в Правобережной Украине. Создаваемые тогда тайные общества и братства (Кирилло-Мефодиевское братство, «Громада», журнал «Основа» и др.) поддерживали украинскую национальную идею и стояли на чисто просветительских и народнических позициях, не ставя политических задач самоопределения. Сформулированная российским историком Алексеем Миллером, идея «большой русской нации», включавшей в себя все славянские народы, населявшие империю, не допускала и мысли о национальном самоопределении[14]. Тем не менее в Юго-Западном крае Российской империи (Волынь, Подолье и Киевская область) было отмечено появление тайных обществ при активном участии польских деятелей национально-освободительного движения, ставивших политические цели и занимавшихся распространением идей автономии. Миллер отмечает, что накануне отмены крепостного права царское правительство способствовало изучению в школах родного языка среди местного населения (первые два года обучения), Министерство просвещения выделяло необходимые средства на издание учебников и литературы на украинском языке, проводились благотворительные балы с целью сбора средств на издание украинской литературы. Правда, в российском обществе возникла дискуссия — считать ли язык, на котором говорили жители Украины, малороссийским наречием или самостоятельным украинским языком. Прогрессивная часть российского общества воспринимала украинский язык как самостоятельный, другая считала его «наречием русского языка, испорченного польским влиянием».

Однако после второго польского восстания 1863 года, когда поль­ская интеллигенция пропагандировала тезис об исторической общности «трилистника» — Польши, Литвы и Западной Руси — и когда делались обещания создать независимое украинское государство «от Кавказа до Карпат», российские власти усмотрели в украинском национальном движении явный «сепаратизм», что повлекло за собой репрессии против видных деятелей украинского национально-освободительного движения — Драгоманова, Антоновича, Чубинского и др. В результате появился так называемый Валуевский проект (по имени министра внутренних дел Российской империи Петра Валуева), предусматривавший запрещение издания учебной литературы на «малороссийском языке», кроме «изящ­ной», т. е. художественной литературы. Как считал сам Валуев, поводом для создания подобного циркуляра «послужили обстоятельства чисто политические — попытка осуществления сепаратистских замыслов… под предлогом распространения грамотности и просвещения»[15]. Сам циркуляр, явившийся результатом польского восстания, напугавшего царизм, по мнению исследователей, был началом общегосударственной политики по великорусской ассимиляции Украины.

Следующим шагом, являвшимся продолжением Валуевского проекта по устранению «украинского вопроса» с политической и церковной сцены Российской империи, было подписание императором Александром II в мае 1876 года «Эмского указа» в германском городке — Бад-Эмс, направленного на ограничение преподавания украинского языка в Российской империи и издания какой-либо литературы на украинском языке. По мнению помощника попечителя Киевского учебного округа М. В. Юзефовича, обвинившего украинских просветителей в том, что они хотят «вольной Украины в форме республики, с гетманом во главе», следовало запретить преподавание украинского языка и издание литературы на этом языке в России. Поэтому указ этот известен как «Закон Юзефовича».

Эмским указом запрещалось ввозить из-за границы без специального разрешения на территорию Российской империи книги, написанные на украинском языке, издавать оригинальные произведения и делать переводы с иностранных языков. Исключение делалось для «исторических документов и памятников» и «произведений изящной словесности», с рядом оговорок и при условии предварительной цензуры. Так, запрещалась украинская орфография «кулишовка» и допускалась лишь «общерусская орфография» — «ярыжка». Запрещалось также ставить украинские театральные представления (запрет снят в 1881 г.), печатать ноты с украинскими текстами; печатать любые книги на украинском языке; устраивать концерты с украинскими песнями. В начальных школах запрещалось преподавание на украинском языке, а книги, изданные на этом языке, изымались из школьных библиотек. Также была закрыта газета «Киевский Телеграф», а из Киевского университета были уволены профессора-украинцы — М. Драгоманов, Ф. Вовк, С. Подолинский и др. Вместо неблагонадежных преподавателей-украинофилов назначались преподаватели-великороссы. Драгоманов и Грушевский вынуждены были перебраться во Львов (где они могли свободно работать). Австро-венгерские власти, под властью которых тогда находились галицкие земли, разрешали украинцам иметь свои издания, изучать свой язык в школе и основывать свои театры, развивать украинскую культуру, в то время как валуевские директивы и эмские указы царя запрещали это в России. Напомним лишь, что действие Эмского указа формально прекратилось только в годы первой русской революции 1905 года, хотя запрет на «все украинское» продолжался вплоть до Первой мировой войны.

Великие потрясения начала ХХ века, вызванные революциями и мировой войной, и поиски новых земель привели к массовым миграциям украинского населения, в основном малоземельного, в Поволжье, Северный Кавказ, на Дальний Восток, а также в Соединенные штаты, Канаду, Бразилию и Аргентину.


Революция и гражданская война в Украине

К началу ХХ века украинские земли находились в составе двух империй: Российской (территории на левом и правом берегах Днепра, в Причерноморьи, в составе Юго-Западного края, Малороссии и Новороссии) и Австро-Венгерской (Закарпатье, Восточная Галиция и Северная Буковина). В смысле географическом украинские земли были разделены на две части: Левобережную, исконно тяготевшую к Польше, Австрии и Венгрии, и Правобережную — тяготевшую к России. Государственным языком на территории Украины считался русский.

После Февральской (по западному календарю — Мартовской) революции 1917 года в России Украина вновь предъявила свои права на независимость, и весной 1917 года в Киеве украинскими политическими партиями была создана Центральная Рада (парламент). Большевики, со своей стороны, тоже пытались взять власть в Киеве, но эта попытка была нейтрализована. Тогда в декабре 1917 года большевики покинули Киев, перебрались в Харьков и там провозгласили себя органом советской власти Украины. Одновременно из Москвы по решению советского правительства на помощь украинским большевикам были посланы войска для захвата власти в Украине. Красная армия успешно наступала и вот-вот могла занять Киев. В связи с этим Центральная Рада приняла решение о немедленном провозглашении независимости и создании 22 января 1918 года (по новому стилю) Украинской народной республики, построенной на принципах федерализма.

После создания Украинской народной республики со столицей в Киеве ее президент, известный ученый-историк профессор Михаил Грушевский, поставил вопрос о статусе украинского языка как государственного, создал Украинскую академию наук (1918), кафедры украиноведения в университетах и т.д. Известный украинский писатель В. К. Винниченко также поддерживал идею введения украинского языка как государственного: «На Украине — народ украинский, поэтому для него как украинского народа должны быть все учреждения: правительство, администрация, школа, суд, а также и армия», — писал он.

Параллельно украинское правительство безуспешно вело переговоры с советским московским правительством о признании Украинской народной республики. Со всей остротой встал тогда впервые в новейшей российско-украинской истории вопрос о Крыме и приграничных территориях. Эти переговоры были приостановлены с подписанием в марте 1918 года Брест-Литовского мирного соглашения между Россией и странами Четверного союза. В рамках общего соглашения был заключен также сепаратный договор между Германией, Австро-Венгрией и их союзниками, с одной стороны, и Украиной — с другой. Под этим договором вынуждена была поставить свою подпись и советская Россия.

Под определение «Украина» по договору изначально подпадали девять губерний: Киевская, Черниговская, Полтавская, Харьковская, Херсонская, Волынская, Подольская, Екатеринославская и Таврическая (без Крыма). Вскоре, однако, от советской России отошли в пользу Украины Курская и Воронежская губернии, область войска Донского и Крым. На части территории Донбасса в январе 1918 года было объявлено о создании Донецко-Криворожской Республики во главе с местным лидером Сергеевым (Артемом). Республика заявила о своем отделении от Украинской советской республики. Это вызвало недовольство большевистского руководства, в частности В. Ульянова-Ленина. Не нашла поддержки эта идея и у местного населения, поэтому довольно скоро Донецко-Криворожская Республика прекратила свое существование.

Германия взяла на себя роль защитницы Украины от анархии и большевиков. Однако мир, который она заключала с Радой, был «хлебный», а не политический. И тот факт, что немцы и австрийцы вывозили из страны продовольствие, делал Германию и Австро-Венгрию в глазах населения ответственными за экономические неурядицы. Ревнители украинской независимости были настроены теперь против Германии, так как видели в немцах оккупантов. Сторонники воссоединения с Россией были настроены антигермански, поскольку считали, что под давлением Германии Украина провозгласила независимость и отделилась от России. В конце концов антинемецки были настроены все слои украинского населения.

Со временем против Германии стало выступать даже зависимое от нее правительство Центральной Рады. Немецкое правительство сделало из этого соответствующие выводы: 28 апреля 1918 года Германия осуществила в Украине государственный переворот, арестовала правительство и поставила у власти марионеточное правительство гетмана Павла Скоропадского.

После окончания Первой мировой войны, бегства немцев и австро-венгров из Украины и аннулирования Брест-Литовского мирного соглашения «украинский вопрос» был решен большевиками военным путем. Красная армия постепенно заняла Украину и провозгласила там советскую власть. Введение на Украине «военного коммунизма», неотъемлемыми компонентами которого были красный террор и так называемая продразверстка, когда у крестьян забирали все ими произведенное по низкой фиксированной цене, к лету 1919 года вызвали острое недовольство украинского народа. Реквизиции продуктов, производимые большевистскими «продовольственными отрядами» в пользу Красной армии и советского правительства приводили к бунтам. Власть в стране ускользала из рук большевиков. Украина погрязла в гражданской войне и междоусобицах. Поднялись такие самостийные лидеры, как украинский националист Симон Петлюра, с одной стороны, и анархист Нестор Махно — с другой.

Большевики умело использовали разногласия украинских лидеров в своих интересах, разбив Петлюру с помощью армий Махно и уничтожив затем махновские части. К 1921 году советская власть была установлена на большей части Украины и была образована Украинская советская социалистическая республика (УССР). Однако некоторые западноукраинские земли не вошли в состав советской Украины и досталась Румынии, Чехословакии и Польше. В декабре 1922 году УССР вместе с Белоруссией и Закавказьем под эгидой советской России создали новое государственное образование — СССР, просуществовавшее до 1991 года.

Победившие на Украине большевики стали осуществлять там политику русификации: внедрения русского языка в школах и вузах, что вызвало недовольство среди украинского населения. Несмотря на принятие «Декларации прав народов России», в которой были зафиксированы принципы свободного развития и равноправия народов, их право на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства, в Украине уже тогда на практике начала внедряться сталинская модель национального вопроса: насильственное введение русского языка в национальных республиках.

Христиан Раковский, председатель первого советского украинского правительства, изначально проводил именно такую политику, но натолкнувшись на массовое противостояние украинцев русификации, сумел убедить большевистское руководство в необходимости изменить тактику. Именно он, начиная с 1921 года, под влиянием известного русского писателя-гуманиста В. Г. Короленко, настоял на введении изучения украинского языка в вузах и школах республики. И уже в 1923 году в Украине было провозглашено равенство русского и украинского языков в рамках официально объявленной новой советской политики «культурно-национальной автономии» для народов, населявших СССР. Одновременно началась «коренизация» («украинизация») партийного и государственного аппаратов в национальных республиках — на руководящие государственные и партийные должности на местах стали назначать выходцев из национальных республик, в случае Украины — украинцев. С этого времени советское руководство стало оказывать содействие в развитии украинского языка и даже украинского радиовещания, направленного на украинцев, проживших в Украине и за ее пределами — в других советских республиках, например в России, и в других странах: Польше, Чехословакии и Румынии.

В 1920-е годы в Украине были образованы партийные коммунистические подразделения, работавшие с национальными меньшинствами. Их работу координировал подотдел национальных меньшинств Центрального комитета коммунистической партии Укра­ины. Было создано четыре секции: еврейская, немецкая, польская и болгарская; началось формирование тринадцати национальных районов (семь немецких, четыре болгарских, один польский и один еврейский).

Политика «коренизации», будучи методом большевистского на­ционально-государственного строительства, предусматривала под­го­товку, воспитание и выдвижение кадров коренной национальности, учет национальных факторов при формировании партийного и государственного аппаратов, организацию сети учебных заведений разного уровня, открытие газет и журналов на родном языке, книгоиздательство на языках коренных национальностей; глубокое изучение национальной истории, возрождение и развитие национальных традиций и культуры, равенство региональных языков. Суть политики состояла в попытке большевистского руководства контролировать процессы национально-культурного возрождения в Украинской ССР и других республиках СССР[16].

Исследователи выделяют три периода в культурной политике большевиков: период русификации 1917—1922 годов; период украинизации 1923—1932 годов; и период советизации, начавшийся в 1933 году под лозунгом борьбы сталинского правительства с украинским «национальным уклоном». К этому времени в Украине, как и в России, Сталиным была проведена насильственная коллективизация, приведшая к ликвидации крестьянского частного хозяйства и созданию плохо функционирующих колхозов. Многих зажиточных украинцев переселили в Сибирь, Алтайский край, Забайкалье и на Дальний Восток.

Как следствие на Украине начался голод, унесший жизни миллионов людей. В дополнение к этому с 1933 года в Украине начались массовые репрессии, и наиболее известных деятелей украинской культуры, интеллигенции, украинской элиты отправили в лагеря и тюрьмы. В 1938 году советское правительство объявило о завершении украинизации и взяло курс на «ускоренную ассимиляцию» украинцев с русскими[17]. Именно в рамкам программы «ассимиляции» в восточные регионы Украины (Харьковскую, Запорожскую, Луганскую и Донецкие области) стали направлять рабочую силу из России, навсегда осевшую на Украине и занятую преимущественно на строительстве новых промышленных гигантов, возводимых в Украине в рамках еще одной глобальной сталинской программы — индустриализации СССР. По окончании строительного этапа приезжие оставались работать на этих объектах. Именно так появились крупные промышленные города, населенные приезжими, в основном русскими.


Украина между Сталиным и Гитлером

В преддверии Второй мировой войны, согласно пакту Риббентропа — Молотова, подписанного советским и германским правительствами в августе 1939 года, практически вся Западная Украина, Западня Белоруссия, а в 1940 году еще и части Бессарабии и Северной Буковины, область Герца, отошли к СССР и «влились в дружную семью народов».

Следует заметить, что аннексированные у Польши по договору Риббентропа — Молотова земли Западной Украины, никогда в СССР и Российскую империю не входили, а являлись составной частью Польши и Речи Посполитой. Годом ранее, в 1938 г. в результате Мюнхенского сговора автономная Карпатская Украина, входившая в Чехословакию, была передана Венгрии. Большая часть западноукраинского и западнобелорусского населения и жителей Молдавии были затем выселены советским правительством в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию. Значительная часть украинского населения этих областей вынуждена была позже эмигрировать в США и Канаду. Один из авторов этой книги — Михаил Станчев — как раз и родился в депортации, в Казахстане, куда были высланы его родители. Для жителей западноукраинских областей это было настоящей трагедией. Многие города и села опустели в буквальном смысле слова, а оставшиеся жители испытали на себе «новый советский порядок».

Депортированное население, те, кто выжил, вернулось в родные края только после смерти Сталина и начавшейся в СССР десталинизации, после 1956 года. При этом жители западноукраинских городов и сел, высланные из Украины, с легкой руки Сталина получили ярлык «бандеровцы» — по имени Степана Бандеры, украинского национального лидера, боровшегося за национальные украинские интересы сначала в Польше, а в конце и после Второй мировой войны — в советской Украине. И до сих пор этот термин «бандеровец» используется российской и пророссийской пропагандой для нагнетания напряженности и провоцирования вражды между западными и восточными регионами Украины.

В результате нападения гитлеровской Германии на СССР и начавшейся войны 1941—1945 годов Украина оказалась оккупированной нем­цами территорией, разделенной на рейхскомиссариат «Украина» и дистрикт «Галиция». В состав рейхскомиссариата вошла большая часть территории Украины (за исключением Транснистрии[18], оккупированной королевской Румынией), части Белоруссии и центральных и южных областей России. Столицей рейхскомиссариата был город Ровно, но такие крупные города Украины, как Харьков, Ворошиловград (Луганск) и Сталино (Донецк) в рейхскомиссариат не входили. По всей вероятности, немцы рассчитывали создать новый рейхскомиссариат, куда бы вошли вышеуказанные города и территория европейской России.

В дистрикт «Галиция» (со столицей во Львове) вошли территории Львовской, Станиславской и Тернопольской областей, включенные в состав генерал-губернаторства Польши. Но если на территории Галиции, где официально выходили газеты на украинском языке, а из местных жителей формировались полицейские отряды и даже гренадерская дивизия СС «Галичина», украинские националистические организации чувствовали себя относительно вольготно, то на территории рейхскомиссариата «Украина» к украинским националистическим организациям — ОУН (А. Мельник), Украинский центральный комитет (В. Кубийович), Украинский национальный совет (А. Ливицкий) и др. — немцы относились настороженно. Попытка Украинской повстанческой армии начать борьбу за установление независимого государства под протекторатом Германской империи не нашла поддержки у немцев, в результате чего руководители повстанческого движения, в частности Степан Бандера и его братья, были арестованы и отправлены в концлагеря Заксенхауз и Освенцим, где и просидели до конца войны.

Последователи Бандеры развернули партизанскую войну против гитлеровцев. На западноукраинских землях наиболее крупным партизанским формированием была Украинская повстанческая армия, а на советской территории — партизанские соединения Ковпака и Медведева, действовавшие под командованием советской армии. О борьбе Украинской повстанческой армии, воевавшей в тылу гитлеровцев, советская пропаганда не обмолвилась ни словом (за исключением слова «бандеровцы»), зато успехи советских партизан превозносились всеми советскими средствами массовой информации.

Предпосылки украинского коллаборационизма, насчитывавшего примерно 250 тысяч человек (второго по величине после российского) кроются в самой истории Западной Украины, находившейся долгие годы под властью Австро-Венгрии, где многие украинцы учились в школах на родном языке, а в вузах — на немецком. После распада Австро-Венгрии украинцы поневоле оказались гражданами различных государств — Венгрии, Чехословакии, Румынии и Польши, где подвергались в разной степени ассимиляции со стороны новых властей. Присоединенные территории Западной Украины к СССР надеялись на получение определенных прав и свобод, но вместо этого, советская власть осуществила принудительное выселение украинцев в Сибирь, насильственную сталинскую коллективизацию и массовые репрессии на присоединенных территориях. Все это не могло не сказаться на умонастроении галичан. Поэтому неудивительно, что галичане восприняли приход немцев как новую «освободительную миссию», дававшую многим украинцам надежду добиться желанной независимости. Но и здесь жители Западной Украины жестоко ошиблись. Германия не была намерена создавать независимое украинское государство даже под своим протекторатом (а ярые поборники независимости Украины были отправлены в немецкие концлагеря). Тем не менее оккупационный режим на этой территории был либеральнее, чем в другой ее части, где полицейские отряды, набранные из местных жителей, выполняли главным образом охранные и хозяйственные функции.

Еще до германского нападения на СССР при участии украинских националистических лидеров Я. Стецько, С. Бандеры и А. Мельника были созданы военизированные отряды (батальоны «Роланд» и «Нахтигаль»), которые, по мнению их идеологов, должны были стать основой Украинской освободительной армии, как армии независимого украинского государства. Однако германское командование использовало эти отряды с целью ведения диверсионных и антипартизанских операций на советской территории. Как не оправдавшие надежд Вермахта эти два батальона вскоре были объединены в один батальон охранной полиции.

В 1944 году из числа добровольцев, в основном из этнических украинцев Львовского и Краковского округов, немцами была создана дивизия СС «Галичина». Первый ее состав (более 15 тысяч) потерпел сокрушительное поражение под Бродами. В ноябре 1944 года добровольческая стрелковая дивизия «Галиция» получила свое название — дивизия СС «Галичина». Она насчитывала более 12 тысяч добровольцев, используемых для ведения антипартизанских действий в странах юго-восточной Европы, в частности для подавления Словацкого восстания и борьбы против югославских партизан. К началу 1945 года дивизия СС «Галичина» насчитывала уже более 20 тысяч человек и была самой большой дивизией в составе СС, используемой для военных операций в Австрии и Германии. В апреле 1945 года дивизия официально была переименована в 1-ю Украинскую дивизию Украинской национальной армии под командованием Павла Шандрука. Под этим именем она и сдалась американцам и англичанам в начале мая 1945 года, а большая часть членов дивизии эмигрировала после войны в США и Канаду.

Вал Второй мировой войны прокатился из конца в конец Украины дважды — сначала с запада на восток, затем с востока на запад. В войну погибло свыше пяти миллионов жителей Украины, а около двух миллионов было угнано на принудительные работы в Германию. На территории Украины было разрушено около 700 городов и поселков и 28 тысяч сел. Свыше 10 миллионов человек остались без крова. В свете этих цифр заявление президента России Владимира Путина о том, что СССР в Великой отечественной войне мог бы обойтись и без украинцев, выглядит политически некорректным.

После окончания Второй мировой войны Украина в современных границах полностью перешла под контроль Советского Союза. В 1945 году к Украинской Советской Социалистической Республике (УССР) было присоединено Закарпатье, до 1918 года находившееся под властью Австро-Венгрии. После окончания Первой мировой вой­ны на территории Закарпатья стояли чешские и румынские войска, а в 1920 году Закарпатье вошло в состав Чехословакии как Подкарпатская Русь, просуществовавшая до 1939 года. В марте 1939 года Подкарпатская Русь провозгласила независимость как Карпатская Украина, но тут же была аннексирована Венгрией.

После прихода на эти территории советских войск в октябре 1944 года было вновь провозглашено создание нового независимого государства — Закарпатской Украины — со своей Народной Радой. Но и эта независимость долго не просуществовала, и уже в июле 1945 года Закарпатье было присоединено к УССР. Для видимости соблюдения Сталиным международных демократических норм Украина и Беларусь (Белоруссия) вошли в качестве «самостоятельных» государств в состав новосозданной Организации Объединенных наций, хотя никакой самостоятельной роли в ООН они не играли. И армия, и внешняя политика Украины и Беларуси были составной и неотъемлемой частью вооруженных сил и внешней политики СССР. На всем своем протяжении в период с 1944 по 1991 годы УССР полностью зависела от политики Москвы, и любые проявления самостоятельности карались самым жестоким образом и навешиванием ярлыка «националиста» или «бандеровца». Даже верный слуга КПСС, Первый секретать ЦК Компартии Украины и член Политбюро ЦК КПСС Петр Шелест был обвинен в национализме и снят со всех госдарственных постов за вполне безобидную книгу «Україно наша Радянська» («Украина наша советская»), изданную не на русском, а на украинском языке, а также непозволительную для советского партйного руководителя такого ранга политическую оплошность — лично защищать украинских писателей Ивана Драча и Николая Винграновского от обвинений в национализме. Не простили П. Шелесту кремлевские хозяева и другие «уклоны в национализме» как историко-культурный заповедник на Хортице, музей народной архитектуры и быта Украины в Пирогове, многотомную «Историю городов и сел Украинской ССР» и дворец культуры «Украина», построенные и написанные в период его правления.

Как советская республика, Украина играла важную роль в народнохозяйственном комплексе СССР, а ее восточные районы были опорой советского военно-промышленного комплекса, угледобывающей и металлургической промышленности, наукоемких технологий и студенчества. В годы горбачевской перестройки и всеобщей гласности оказалась «разбуженной» украинская часть советской интеллигенции, все более приобретающей национальную окраску, что было продемонстрировано первыми демократическими выборами в Верховный Совет УССР, депутаты которого провозгласили Декларацию о государственном суверенитете Украины.

Глава 2.

Трудный путь Украины в большую Европу



Крушение советской империи

1991 год. Пожалуй, один из знаковых периодов советской истории. Михаил Станчев (соавтор этой книги), будучи депутатом городского совета, работал в мэрии города Харькова, «поднимал» международные связи города. Несмотря на свой огромный экономический и научный потенциал (в городе работали 240 промышленных предприятий, 143 научно-исследовательских института, 23 высших учебных заведения) — для новоявленной украинской элиты Харьков был провинциальным городом.

Столичный Киев всегда ревностно относился к Харькову как к своему естественному сопернику. Харьков по праву считали «третьим» городом, «сборочным цехом» Советского Союза. На территории города находились такие гиганты, как Харьковский тракторный и авиационный заводы, Турбоатом, производящий атомные турбины, Харьковский танковый — родина знаменитого Т-34. В Харькове в 1938 году группой ученых во главе с академиком Ландау впервые в мире было расщеплено атомное ядро. Харьковский императорский университет был одним из четырех старейших университетов Российской империи. Среди его известных воспитанников были композиторы, писатели, поэты и ученые — Микола Лысенко, Исаак Дунаевский, Михаил Костомаров, Дмитрий Яворницкий, Олесь Гончар. Почетными докторами университета в разные годы стали Лев Толстой и Дмитрий Менделеев, немецкий естествоиспытатель Александр фон Гумбольт (Alexander von Humboldt) и писатель Иоганн Вольфганг Гете (J. W. Goete); шотландский геолог Импи Мурчисон (Roderick Impey Murchison); британский проповедник и философ-марксист Джон Льюис (John Lewis); французский писатель-сказочник Эдуард Лабуле (Labule Eduard).

Когда 19 августа 1991 года в Москве начался августовский путч, организованный КГБ и высшей партийной номенклатурой, многие чиновники Харькова предлагали сразу же «сдаться Москве». Связь с Москвой в те дни была блокирована. В горсовете находился единственный телекс, подаренный городом-побратимом Нюрнбергом (тем самым, где после окончания Второй мировой войны проходил процесс над главными нацистскими преступниками). Через «нюрнбергский телекс» руководство Харькова держало связь со штабом Ельцина. Новоизбранный мэр города Евгений Кушнарев проявив мужество, выступил на центральной площади города перед многотысячным митингом и призвал не поддаваться на провокации и поддержать «ельцинскую демократию». Через три дня в Москве путч был подавлен. 24 августа Верховная Рада (парламент) Украинской советской республики провозгласила независимость Украины.

Для легализации этого решения 1 декабря 1991 года в Украине был проведен референдум по вопросу о независимости. Надо сказать, что это был второй референдум на эту тему. Первый был проведен в марте 1991 года, еще до путча. Тогда голосовавшие во всем Советском Союзе граждане должны были ответить на два вопроса: «о необходимости сохранения СССР как обновленной федерации равноправных суверенных республик» и о желании конкретной республики остаться «в составе Союза Советских суверенных государств на основе Декларации о государственном суверенитете». В Украине на первый вопрос положительно ответило 70,2% голосовавших, а на второй — 80,2%[19].

После этого начался длительный процесс по подготовке и подписанию нового Союзного договора. Само подписание было намечено на 20 августа, но оно не состоялось, так как 19 августа в Москве произошел путч. Не исключено, что заговорщики торопились именно потому, что знали о намеченном на 20 августа подписании Союзного договора и пытались таким образом предотвратить реформирование СССР. 20 августа подписано, действительно, ничего не было — было не до подписаний, нужно было сопротивляться заговору. Через несколько дней путч был подавлен.

На референдуме 1 декабре 1991 года в бюллетень был включен вопрос: «Подтверждаете ли Вы акт провозглашения независимости Украины?» Явка на референдум по республике составила 84,18%. 90,32% голосовавших ответили «да, подтверждаю»; 7,58% ответили: «нет, не подтверждаю»[20]. Одновременно с референдумом в Украине были проведены президентские выборы.


Президент Леонид Кравчук

Абсолютно все президенты, избранные после распада СССР всенародным голосованием и ставшие президентами (за исключением Белоруссии, которая избрала в 1994 году Александра Лукашенко), были высшими партийными работниками, чаще всего первыми секретарями советских республик, иногда — членами (как в случае Украины) или кандидатами в члены (как в случае России) Политбюро ЦК КПСС. Иными словами, все президенты новоявленных независимых государств (кроме Лукашенко) были номенклатурными работниками ЦК КПСС. Избранный 1 декабря 1991 года президентом Украины Леонид Кравчук не был исключением. С 1988 года он был заведующим идеологическим отделом и секретарем ЦК КПУ, с 1989 года — кандидатом в члены Политбюро ЦК КПУ, с 1990-го — членом Политбюро ЦК КПУ, вторым секретарем ЦК КПУ, членом ЦК КПСС, председателем Верховного Совета УССР. После неудавшегося августовского путча Кравчук вышел из рядов коммунистической партии (как сделали и все остальные — из тех, кто решил остаться в «постсоветской» политике).

К моменту начала президентской кампании в Украине бывший номенклатурный работник компартии Украины уже числился беспартийным, и именно так представлял себя избирателям. Не удивительно, что его кандидатура была поддержана на выборах бывшими соратниками по запрещенной к тому времени в Украине компартии: представитель компартии на выборах Александр Ткаченко снял свою кандидатуру в пользу Кравчука. Одновременно Кравчука поддержала и часть национал-демократов, которые разрекламировали сохранившего пост председателя Верховной Рады Украины Кравчука как «батька незалежності». В результате Кравчук получил 61,6% голосов избирателей и стал первым демократически избранным президентом Украины.

Через неделю, 8 декабря 1991 года, Кравчук подписал с президентом России Борисом Ельциным и Председателем Верховного Совета Белоруссии Станиславом Шушкевичем соглашение о ликвидации СССР и создании Союза независимых государств (СНГ). Подписано соглашение было в Беловежской пуще, под Брестом (Беларусь), и вошло в историю как «Беловежское». Через два дня Верховные Советы Украины и Белоруссии ратифицировали это соглашение, а 12 декабря о том же объявила Россия.

Скорость, с которой бывшие советские республики начали присоединяться к Беловежскому соглашению, просто ошеломляет. 21 декабря к Соглашению присоединились Азербайджан, Армения, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Таджикистан, Туркмения, Узбекистан. Эти страны подписали в Алма-Ате совместно с Белоруссией, Россией и Украиной Декларацию о целях и принципах СНГ и протокол к соглашению о создании СНГ. А 25 декабря Михаил Горбачев, оставшийся президентом распавшегося СССР, сложил с себя полномочия президента и заявил об отставке[21].

Теперь, обретя политическую независимость, республикам необходимо было заняться созданием рыночной экономики. Что же представляла из себя Украина после провозглашения независимости в конце 1991 года?

Еще до официального подписания Беловежского соглашения, 2 сентября 1991 года, Председатель Верховного Совета Украины (и будущий президент) Леонид Кравчук с трибуны 46-й сессии Генеральной ассамблеи ООН заявил о намерении Украины «стать непосредственным участником европейского процесса и европейских структур». В это время Украина по своему промышленному и военному потенциалу занимала седьмое место в мире. На момент распада СССР она была одной из наиболее развитых союзных республик. Даже сельское хозяйство Украины по советским меркам было передовым. Украина имела достаточное количество научных, инженерных и управленческих кадров. В стране существовала широкая сеть научных институтов и промышленных предприятий, мощный военно-промышленный комплекс (основной потенциал которого был сосредоточен в Юго-Восточной части Украины), включающий ведущие в СССР предприятия по выпуску ракет, большегрузных транспортных самолетов и танков. К началу 1992 года на территории Украины находились 1240 ядерных боеголовок, 133 стратегические ракеты РС-18, 46 стратегических ракет РС-22, 564 крылатых ракет для бомбардировщиков и около 3000 единиц тактического ядерного оружия.

Полномасштабный кризис 1990-х годов, охвативший все бывшие советские республики, особенно остро отразился на Украине, как самой крупной и тесно связанной с Россией республике. Начавшийся разрыв экономических связей, причем весьма осознанный, инициированный бывшей советской партийной номенклатурой и КГБ, скорее походил на саботаж и вредительство, хотя общественности преподносился как «естественный» результат распада СССР, создания рыночного хозяйства и приватизации промышленных объектов. Стратегическая задача противников распада СССР, не сумевших в августе 1991 года предотвратить развал советской империи, заключалась в том, чтобы довести предприятия до полного банкротства и затем через финансово-промышленные группы, работавшие под партийной и кагэбэшной «крышей», забрать их за бесценок и либо сохранить для себя, либо с выгодой перепродать. При этом никто не занимался реальной экономикой, реформированием производства и вкладыванием денег. Наводнившие Украину фирмы, с «иностранными» названиями, главным из которых было слово «инвест», к загранице обычно имели слабое отношение и использовались исключительно для оформления перепродаж. На переведенные еще до августа 1991 года по указанию и под контролем КГБ за границу средства через заграничную агентуру советских спецслужб за рубежом создавались фирмы и банки, которые инвестировали в себя советские «партийные деньги» (т.е. бюджетные деньги советского государства), затем закупали за границей товары и, используя созданный советским правительством товарный голод и отсутствие конкуренции и рыночной системы, продавали втридорога завозимый ими товар, обходя по дороге любые налоги за счет пробитых для своих фирм таможенных льгот. Бывшие партийные функционеры и офицеры спецслужб почти мгновенно становились миллионерами. Во главе банков и фирм оказывались партийные или комсомольские партаппаратчики, сотрудники спецслужб и их агентура. Независимые бизнесмены, как правило, подавлялись, либо должны были «лечь» под чью-то мощную «крышу», обычно спецслужб или бандитов, причем последние со временем вынуждены были передать свою клиентуру все тем же спецслужбам.

Приходящие и уходящие администрации, начиная от президен­тской и кончая региональными, областными и районными — за­нимались одним и тем же: растаскивали государство по своим карманным структурам или банальным образом разворовы­вали его, «распиливая» бюджетные деньги. Лозунги при этом могли быть разные: за евроинтеграцию, за союз или воссоединение с Россией... Но эти лозунги становились тактическим оружием для про­ведения операции по присвоению собственности или «ос­­во­е­­нию» бюджетных средств. Практиковались многолетние задержки по выплате заработной платы для работников промышленности, учителей и других «бюджетников», т.е. людей, получавших зарплату из рук государства — а таких было большинство. Инфляция с 1992 по 1994 годы достигла тысячи процентов. Приватизация советской государственной экономики, прежде всего промышленности, сопровождалась значительной коррупцией. Экономическое состояние страны в целом было катастрофическим.

7 июня 1993 года в Донбассе началась бессрочная забастовка шахтеров. 17 июня Верховная Рада Украины по требованию шахтеров назначила на 26 сентября референдум о доверии (недоверии) президенту и парламенту. Однако после консультации с президентом Верховная Рада в последний момент отменила референдум и назначила досрочные выборы: парламентские — на 27 марта и президентские на 26 июня 1994 года. (Очередные парламентские и президентские выборы должны были бы состояться соответственно в марте 1995 и конце 1996 годов.)

Кравчук, пришедший к власти на волне независимости, за недолгие месяцы правления не смог сформулировать свое политическое кредо. То он был за сотрудничество с европейскими структурами, то за Союз с евразийскими на просторах Содружества независимых государств (СНГ). Народ прозвал его единственным президентом, который смог «пробежать между каплями дождя», причем в результате украинскому народу не удалось ни в новую Европу войти, ни в старую Россию вернуться. На выборах 1994 года Кравчук, несмотря на хорошие отношения с Россией, позиционировал себя как «национальный политик», имел широкую поддержку в западных районах Украины и противопоставлял себя выступавшему за более тесные связи с Россией бывшему премьер-министру Леониду Кучме. Последний в июле 1994 года победил Кравчука во втором туре и стал президентом Украины.


Будапештское соглашение, 1994

С момента распада Советского Союза Вашингтон был очень обеспокоен наличием ядерного арсенала в Украине, Белоруссии и Казахстане, полученного этими республиками в результате ликвидации СССР. Уничтожение ядерного оружия в новых государствах, отделившихся от России и не подпавших под старые международные договоренности, стало приоритетным направлением внешней политики США в отношении этих стран. Москва тоже не против была лишить своих новых соседей статуса «ядерных держав». Билл Клинтон, ставший президентом США в 1993 году, и Борис Ельцин в России делали многообещающие заявления относительно «экономических стимулов» и благоприятного политического климата в мире для Украины, лишь бы та согласилась вернуть ракеты и боеголовки на территорию Российской Федерации.

Вашингтон прибегал в том числе и к политическому нажиму. В частности, был отменен официальный визит Клинтона в Киев для встречи с президентом Кравчуком. Но, если под давлением двух сверхдержав у Белоруссии и Казахстана ядерное оружие удалось изъять еще в 1992 году, Украина разоружаться не спешила, прежде всего под влиянием лидеров Украинского Народного Руха (партии) в лице Вячеслава Чорновила, убеждавшего президента Кравчука не делать этого. Именно Чорновил высказывал вслух опасения относительно угрозы, исходящей из России, требуя гарантий безопасности от международного сообщества.

Эти гарантии были даны в 1994 году. 5 декабря в Будапеште во время встречи на высшем уровне был подписан Меморандум о гарантиях безопасности в связи с присоединением Украины к Договору о нераспространении ядерного оружия. Украина взяла на себя обязательства придерживаться трех неядерных принципов: не принимать, не производить и не приобретать ядерное оружие. В ответ США, Великобритания и Россия пообещали Украине:

– уважать независимость, суверенитет и существующие границы Украины;

– воздерживаться от угрозы силой или ее применения против территориальной целостности или политической независимости Украины;

– воздерживаться от экономического принуждения, направленного на то, чтобы подчинить своим собственным интересам осуществление Украиной прав, присущих ее суверенитету, и таким образом обеспечить себе преимущества любого рода;

– добиваться незамедлительных действий Совета Безопасности ООН по оказанию помощи Украине как государству-участнику Договора о нераспространении ядерного оружия, не обладающему ядерным оружием, в случае если Украина станет жертвой акта агрессии или объектом угрозы агрессии с применением ядерного оружия;

– не применять ядерное оружие против любого государства-участ­ника Договора о нераспространении ядерного оружия, не обладающего ядерным оружием;

– Российская Федерация, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, Соединенные Штаты Америки и Украина будут консультироваться в случае возникновения ситуации, затрагивающей вопрос относительно этих обязательств.

Позже под этим документом поставили свои подписи Франция, Канада и Китай, а Украина, помимо предложения о посредничестве в переговорах о безопасности с Россией, получила от Европы и США приглашение принять участие в программе «Партнерство ради мира» и начать сотрудничество с НАТО. Казалось, ничто больше не угрожало безопасности Украины. Ее суверенитет и неприкосновенность территорий была надежно обеспечена международным сообществом.

В 2009 году, после вторжения российских войск в Грузию, последовавшего в 2008 году, экс-секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Владимир Горбулин призвал пересмотреть Будапештский меморандум, как не оправдавший надежд и созвать международную конференцию с целью «начать процесс демилитаризации Черного моря»[22]. Сегодня очевидно, насколько прав оказался Горбулин и насколько актуальным было его предложение. Он хотел, чтобы в конференции приняли участие не только государства-гаранты, но и другие ведущие мировые державы, например, Германия. После оккупации Крыма и денонсирования в одностороннем порядке российско-украинского соглашения о Черноморском флоте в марте 2014 года Россия — один из гарантов Будапештского соглашения — вряд ли на такую конференцию явится.


Президент Леонид Кучма

Во время предвыборной кампании 1994 года лозунг Кучмы «За союз с Россией!» сыграл свою важную роль. Ностальгирующая по старой жизни, когда все были бедными, но счастливыми, славянская душа, восприняла Кучму как лучшего кандидата, указывающего верно избранный путь — «Вперед, к прошлому!» Но действительность оказалась совсем иной: превращать Украину в старый Советский Союз Кучма не планировал. Именно при Кучме начали формироваться и набирать силу финансово-промышленные кланы, стали создаваться новые политические партии, например Партия демократического возрождения Украины, плавно переросшая в Народно-демократиче­скую партию Украины, которой симпатизировал сам Кучма.

Набравшись сил в результате массовой приватизации государственного имущества, новая финансово-промышленная украинская элита стала «покупать» своих депутатов. Видя, что эти депутаты защищают не столько интересы элиты, сколько свои собственные, элита сама начала поглядывать на политические кресла, обещавшие даже большие прибыли, чем бизнес в Украине. Зачем на кого-то надеяться, когда можно самим управлять государством и принимать выгодные для твоего бизнеса законы.

Кстати, о законах. В 1995 г. вышел указ президента Украины о создании финансово-промышленных групп «с целью содействия структурной перестройке экономики Украины, ускорению научно-технического прогресса, повышению конкурентоспособности» ук­ра­инских товаров. Этот законодательный акт дал неограниченные возможности тем ФПГ, которые были близки к властным структурам и фактически создавались ими. Антимонопольный комитет с согласия Кабинета Министров Украины мог дать ФПГ статус дозволенного (естественного) монополиста, если последние выполняли государственные программы по развитию приоритетных отрас­лей экономики Украины[23]. Самое главное — ФПГ пользовались финансовыми льготами, низким налогообложением, что фактически позволяло безнаказанно отмывать деньги в огромных масштабах. Важным элементом при создании ФПГ было наличие своего коммерческого банка, через который проводились все финансовые операции. В наблюдательные советы таких групп включались чиновники высокого ранга (напрямую или через подставных лиц).

Фактически все крупнейшие ФПГ Украины были объединены в Союз промышленников и предпринимателей, который как общественная организация имел право вносить свои предложения при подготовке экономических законов и лоббировать их в парламенте. Многие руководители Украины, например Кучма и бывший премьер-министр А. Кинах, после ухода в отставку занимали посты председателей этого союза. Сращивание власти и бизнеса было более чем очевидно.

Необходимо подчеркнуть, что эти группы, контролировавшие предприятия, производившие в советские годы львиную долю украинского ВВП, не собирались серьезно инвестировать в развитие экономики новой Украины, как и не собирались внедрять новые технологии и инновации в производство, хотя таких изобретений в стране было более чем достаточно. ФПГ старались уменьшить издержки контролируемых ими предприятий, постепенно вытесняя долю государства в собственности этих предприятий и приватизируя их практически за бесценок.

Желая иметь максимальный спектр возможностей, группы формировались посредством неформальных отношений. Именно этот факт объясняет непрозрачную структуру собственности тех групп, которые были созданы в период действия этого указа (он был отменен в 1999 году). Примерами таких групп являются ФПГ «Финансы и Кредит», ФПГ «Приват-Инвест», ФПГ «УкрСиббанк».

Одной из ведущих финансово-промышленных групп в Украине стала «Систем Кэпитал Менеджмент» (АО «СКМ»), основанная в 2000 году для управления активами в горнодобывающей, металлургической и энергетической отраслях и возглавляемая одним из богатейших людей Украины Ринатом Ахметовым. В последующие годы в составе группы «СКМ» появились новые направления бизнеса, была проведена корпоративная реструктуризация, в ходе которой активы АО «СКМ» в рамках отдельных отраслей были объединены в специализированные холдинги. Создавались и дочерние компании за рубежом, в частности в Лондоне. В состав группы входили более 100 предприятий, на которых работало свыше 300 тысяч человек.

АО «СКМ» работает в Украине, России, США, Италии, Великобритании, Швейцарии и Болгарии. В 2011 году было принято решение о разделении функций владения и стратегического управления бизнесом. В результате проведенных преобразований АО «СКМ» сконцентрировалась на стратегическом управлении бизнесом, а функция владения корпоративными правами всех активов (как украинских, так и зарубежных) была передана в SCM Holdings Limited. При этом акции и АО «СКМ», и SCM Holdings Limited с 2012 года стали принадлежать непосредственно Ринату Ахметову (ранее Ринат Ахметов владел компанией SCM Holdings Limited опосредованно, через АО «СКМ»).

К сегодняшнему дню, ФПГ разделили между собой сферы влияния на всей территории страны. Главными являются группировки Донецка и Днепропетровска. Каждая из них имеет свои партии и своих лидеров. Донецк традиционно поддерживал Партию регионов Украины во главе с Виктором Януковичем, а Днепропетровск — партию «Батьківщина» во главе с Юлией Тимошенко. Именно они определяли политический климат в стране, периодически осуществляя по цвету партий то «оранжевые», то «бело-голубые» революции, главной целью которых было перераспределение финансовых ресурсов и захват высших государственных постов.

Сразу же после распада СССР и объявления независимости Украины большая часть общества, особенно молодежь, надеялась, что страна пойдет по европейскому пути. Определенный оптимизм в этом плане давали и обещания тогдашнего украинского руководства. После завершения первого президентского срока президент Кучма, выставляя в 1999 году свою кандидатуру на новый срок, выдвинул в качестве предвыборного лозунга евроатлантическую интеграцию Украины. Даже министра иностранных дел поменяли. МИД Украины тогда возглавил ярый сторонник евроатлантизма, представитель Украины в НАТО Борис Тарасюк. Основные дипломатические усилия были направлены на то, чтобы добиться подписания с ЕС ассоциированного членства и получить от ЕС хоть какой-то обнадеживающий сигнал относительно европейской перспективы Украины. В Верховной Раде даже был создан Комитет по вопросам европейской интеграции, а в Кабинете министров Украины целое министерство по тем же вопросам.

Однако Европа не спешила. Продолжалось, начатое сотрудничество Украины с НАТО в рамках «Программы ради мира», проводились многочисленные саммиты Украина-ЕС на которых тщательно анализировались конкретные шаги Украины по направлению выполнения Маастрихтских и Копенгагенских критериев. На всех саммитах Европейская комиссия неизбежно повторяла одно и то же: мы поддерживаем намерение и желание украинских властей интегрироваться в европейские структуры. При этом на всех уровнях и на всех встречах с представителями ЕС украинское руководство разграничивало перспективу вступления в НАТО и перспективу вступления в ЕС. Проблема эта, в частности, обсуждалась в 1997 году на переговорах председателя Верховной Рады лидера социалистической партии Мороза и премьер-министра Болгарии Ивана Костова. Когда Костов сказал, что Болгария стремится и в ЕС, и в НАТО, Мороз ответил: Украина не готова вступить в НАТО, но готова вступить в ЕС.

На словах руководство Украины было к этому готово. На деле — нет, и ничего конкретного в этом плане не предпринимало. Украина должна была провести огромную и сложную работу по адаптации украинского законодательства к европейскому, иметь действительно демократическую страну, гарантирующую свободу слова, выборность исполнительных органов, расширить местное самоуправление, обеспечить независимость судов и свободу прессы. Не говоря уже о соответствовании экономическим критериям ЕС. Между тем в стране продолжался системный кризис экономики. В результате первого этапа массовой приватизации был расхищен и перестал функционировать уникальный научно-технический и промышленный потенциал Украины; правящая элита не слишком торопилась отстроить новую государственную машину. Европа за всем этим молча наблюдала и, видя беспомощность и беспечность украинцев, дальше обещаний не шла. Вследствие управленческого кризиса в верхах в середине и конце 1990-х годов началось падение ВВП и гиперинфляция. В августе 1996 года валюта была девальвирована в 100.000 раз. Украина значительно превзошла уровень аналогичных проблем в России и Белоруссии. Соответственно, и спад производства в Украине был более значительным, чем у соседей.

Все это делало развитие украинской государственности более проблематичным, а кризис — затяжным. Поляризация в обществе усилилась. Богатые богатели, бедные беднели. Олигархия захватила все этажи власти и парламент. Власть стала крайне болезненно относиться к критике. Про Европу забыли, про европейский выбор Украины — тем более. Зато про Украину вспомнила Россия.


Несостоявшийся президент Евгений Марчук

Собственно, Россия про Украину никогда не забывала — по крайней мере, по линии спецслужб. Важнейшим российским агентом в Украине был непотопляемый генерал КГБ, а позже — украинский политик, Евгений Марчук.

Марчук родился в Украине в 1941 году, окончил Кировоградский педагогический институт им. Александра Пушкина, где учился в 1958—1963 годах по специальности учитель украинского языка и литературы и учитель немецкого языка. Уже в студенческое время был завербован КГБ. После окончания института стал оперуполномоченным областного управления КГБ, затем старшим оперуполномоченным, заместителем начальника отдела, начальником отдела, заместителем начальника управления, начальником инспекции КГБ УССР. Работал в Пятом управлении КГБ (борьба с инакомыслием), возглавлял Пятое управление КГБ УССР. В 1988 году был назначен начальником управления КГБ в Полтавской области. В 1990-м, будучи уже генералом, был назначен первым заместителем руководителя КГБ УССР. С июня по ноябрь 1991 года занимал пост государственного министра УССР по вопросам обороны, государственной безопасности и чрезвычайным ситуациям. В этой должности он встретил августовский переворот 1991 года и полностью и безоговорочно поддержал ГКЧП (Государственный комитет по чрезвычайному положению).

Разумеется, после провала путча Марчук... остался на своем посту и в ноябре 1991 был назначен первым председателем Службы безопасности Украины (СБУ), правопреемницы КГБ УССР. Тогда же он возвел себя в чин генерал-лейтенанта, а в августе 1992 года — в чин генерал-полковника. На посту руководителя СБУ Марчук оставался до 1994 года. Незадолго до ухода с этого поста, 23 марта 1994 года, он возвел себя в чин генерала армии Украины. В июле 1994 года Марчук оставил должность главы СБУ и был назначен вице-премьером по вопросам государственной безопасности и обороны в кабинете Виталия Масола. Должности этой ранее не существовало. Она была создана исключительно ради того, чтобы на нее назначили Марчука.

С 31 октября 1994 года Марчук являлся первым вице-премьером, председателем Комитета при президенте Украины по борьбе с коррупцией и организованной преступностью, а 6 марта 1995 года он был назначен исполняющим обязанности премьер-министра Украины. 8 июня 1995 года он стал премьер-министром и занимал эту должность до 27 мая 1996 года, когда был отправлен в отставку с формулировкой «за формирование собственного политического имиджа».

Интересную зарисовку о назначении Марчука премьер-ми­нист­ром оставил нам в интервью директору украинской секции радио «Свобода» Роману Купчинскому Николай (Микола) Мельниченко, офицер охраны президента Кучмы, участвовавший в проекте по несанкционированному записыванию своего шефа:

«Когда Кучма назначил Марчука премьер-министром, меня удивило, какой роскошный банкет устроил вновь назначенный пре­мьер-министр для так называемой политической элиты в зоне государственных дач. Это в Пуще. Там, действительно, столы ломились. Я себе [задал] вопрос: за счет кого этот банкет был устроен? Это меня так поразило! Я тогда понял, что, ну, может что-то тут не то. Может, действительно нужно благодарить президента за то, что он назначил на должность премьер-министра? Это для меня такое впечатление было сильное».

Мельниченко несколько неожиданно расставил акценты: получалось, что Марчук таким образом благодарил Кучму за назначение, хотя какая польза была Кучме от этого банкета?

Какие силы извечно продвигали Марчука, остается загадкой. Но именно потому, что силы эти очевидным образом видны не были, можно предположить, что этими силами были коллеги Марчука по его старой службе в КГБ, спецслужбы России.

Профессионально Марчук был исключительно непригодным че­ловеком. С 1991 по 1994 годы, когда Марчук возглавлял СБУ, эта служба не отследила и не возбудила ни одного дела по факту разворовывания государственной собственности, где фигурировали бы высшие должностные лица. Президент Кучма, назначивший его премьер-министром, подчиненного своего тоже не любил:

«Оказавшись за столом председательствующего, — вспоминал Куч­ма, — Марчук проявил полное отсутствие вкуса к ежедневной хозяйственной работе и желания ее выполнять, неугомонную страсть к многословию… Сначала я относил это на счет желания Марчука самому разобраться во всех проблемах совершенно, как он любит говорить, «с лабораторной точностью», собрать о них исчерпывающую информацию. Но вскоре начал подозревать, что он просто не хочет, просто боится принимать решения, а страх этот базируется на непонимании экономических механизмов, попытках дистанцироваться от любых непопулярных шагов. Очевидно, длительная работа в КГБ научила Марчука только собирать информацию (причем для того, чтобы на ее основе решения принимали другие!), но внедрять собранное в интересах экономики он не умел. На дворе лето, потом осень 1995 года. Впервые начинают накапливаться значительные задолженности по пенсиям и зарплатам, которые растут из месяца в месяц. Производство падает. А Кабмин явно не успевает за ситуацией, изыскивая возможности заморозить ее, тормозит с принятием решений, неадекватно реагирует на проблемы промышленности и сельского хозяйства. Возможно, это — элементарная некомпетентность? Такая же, как, например, решение председателя Государственной комиссии по денежной реформе Марчука осенью 1995 года, вопреки рекомендациям экспертов, все же не вводить гривну?»

Конечно, нельзя удержаться от вопроса: зачем же назначать такого непригодного человека премьер-министром. Но Кучма почему-то назначил.

Будучи премьер-министром Украины, Евгений Марчук, допускавший вероятность своей скорой отставки, в декабре 1995 года принимал участие в довыборах народного депутата Верховной Рады Украины от одного из округов и прошел в Раду, где оставался депутатом до апреля 1998 года, возглавив в парламенте фракцию с безвкусным названием «Социально-рыночный выбор».

В октябре 1996 года в Киеве была основана газета «День». Основал ее Евгений Щербань, украинский олигарх и политик середины 1990-х, в 1995-1996 годах самый богатый олигарх Донбасса, главный акционер крупнейшего в Украине холдинга «Индустриальный Союз Донбасса», который объединял сотни крупных предприятий Донецкой и Луганской областей. 3 ноября 1996 года Щербань был убит (годом ранее, 15 октября 1995 года, был убит предыдущий «хозяин Донбасса» и самый богатый олигарх Донбасса Ахать Брагин). Оба эти убийства совершила «банда Кушнира». Исполнители со временем были убиты или задержаны. Но заказчики этих убийств определены и найдены не были.

Щербань был убит на летном поле в донецком аэропорту, когда возвращался из Москвы на собственном Як-40 с юбилея Иосифа Кобзона, известного певца, бизнесмена, многолетнего агента КГБ СССР. В подготовке убийства участвовало не менее десяти человек. Непосредственно убийство совершили два преступника (предположительно принадлежавшие к солнцевской ОПГ) — Вадим Болотских («Москвич») и Геннадий Зангелиди («Зверь»). Болотских и Зангелиди проникли на территорию аэропорта на автомобиле по фальшивым документам, при себе у них была летная и милицейская формы. Когда Шербань вышел из самолета, Болотских выстрелил ему в затылок, а Зангелиди в панике из автомата начал беспорядочно расстреливать сопровождавших, после чего оба прыгнули в машину и скрылись, автомобиль затем сожгли на окраине. Кроме Щербаня погибли также его жена, авиатехник, и бортинженер самолета, который от полученных ранений скончался в больнице. В перестрелке Зангелиди случайно задел Болотских, которому была сделана подпольная операция.

Именно после этого убийства на первые роли в Донбассе вышла альтернативная донецкая группировка — Рината Ахметова и Виктора Януковича, а значительная часть имущества Евгения Щербаня оказалась в собственности Рината Ахметова, который с того времени стал богатейшим олигархом не только Донбасса, но и всей Украины.

Операцию разрабатывал главарь группы Кушнир. В какой-то момент он был арестован в Украине, помещен в СИЗО города Донецка и убит в камере при загадочных обстоятельствах. В 2000 году в России удалось арестовать и вывезти в Украину Болотских (Зангелиди был к тому времени уже мертв). В 2003 году Болотских был осужден на пожизненное лишение свободы, причем утверждал, что за убийство не получил вознаграждения, а выполнил задание по просьбе «друзей».

Итак, убийство было подготовлено в Москве, осуществлено москвичами, Щербань возвращался в тот день тоже из Москвы от агента КГБ-ФСБ Кобзона. Убийца Болотских, он же Вадик «Москвич», считался специалистом по диверсионным мероприятиям, проучился чуть больше года в милицейской «вышке» в России по антитеррористическому профилю, затем ушел в армию, работал во внутренних войсках. После армии год проработал в охране какого-то московского кооператива, затем следы его потерялись, и выплыл он уже в качестве главного специалиста по диверсиям как человек некоего «Синяка» (Синякина) — авторитета из Москвы, занимающегося торговлей оружием под крышей российских спецслужб.

Убийство Евгения Щербаня стало одним из самых громких уголовных дел в истории независимой Украины. Журналист Сергей Кузин (автор книги «Донецкая мафия») считает, что Щербаня и Брагина — убили по заказу российских преступных групп, которые хотели контролировать приватизацию в Донбассе. В пользу этой версии говорит тот факт, что Вадим Болотских был причастен к обоим убийствам — Брагина и Щербаня. Бывший премьер-министр Украины Виталий Масол, побывавший премьер-министром дважды — во времена УССР в 1987—1990 годах и в первые годы независимости в 1994—1995 годах, заявил, что, по его мнению, Щербаня убил Виктор Янукович: «Я, например, считаю, что Щербаня убил Янукович. Убрал со своего пути. Это же Донецк... Я Щербаня знал. Он приходил ко мне, когда я был премьером. Попросился быть моим внештатным советником. Я ему даже пропуск выдал. Он мне нравился своими здоровыми соображениями. И здесь Щербаня убивают. Директор шахты Ампилов, которому я три дома построил, рассказал, как это дело сделали».

В деле Щербаня почему-то нет показаний Рината Ахметова, который был партнером Брагина и Щербаня по Индустриальному Союзу Донбасса и который больше других выиграл от убийства конкурента.

Но был и еще один человек, который неожиданным образом выиграл от убийства Щербаня: Марчук, получивший после гибели Щер­баня только что основанную им газету «День». Это была единственная информационно-аналитическая ежедневная газета со сформированной аудиторией. Сделав из газеты оппозиционную, Марчук сумел привлечь и высококлассных авторов, заменил старого главного редактора — Владимира Рубана, на нового: редактором издания стала бывшая пресс-секретарь Марчука Лариса Ившина, впоследствии ставшая его супругой.

Постепенно Марчук становится известным и влиятельным пар­ламентским политическим деятелем. На парламентских выборах в марте 1998 года он выставлен как № 2 по списку Социал-демо­кра­тической партии Украины (объединенной) и во второй раз избирается депутатом Верховной Рады. С мая по декабрь 1998 го­да он возглавляет парламентскую фракцию СДПУ(о). Тогда же он принимает решение принять участие в очередных президентских выборах и стать следующим президентом Украины.

Конкурировать Марчуку предстояло прежде всего с самим Кучмой, действующим президентом Украины. Другим опасным конкурентом был Павел Лазаренко, премьер-министр Украины с мая 1996 по июль 1997 года. После отставки он перешел в оппозицию Кучме и в 1998 году вместе с возглавляемой им партией «Громада» прошел в Раду.

Однако в президентской кампании Лазаренко участвовать не пришлось. 9 февраля 1999 года генпрокурор Украины потребовал от Верховной Рады лишить Лазаренко парламентской неприкосновенности, 15 февраля Лазаренко покинул страну, а 17 февраля 310 депутатов из 450 проголосовали за лишение Лазаренко депутатской неприкосновенности и дали согласие на его арест. 20 февраля Лазаренко был задержан в аэропорту Нью-Йорка за нарушение визового режима и по подозрению в попытке незаконно въехать в Соединенные Штаты. В ответ Лазаренко запросил в США политическое убежище, но вместо убежища в 2000 году получил обвинения в вымогательстве, отмывании денег и мошенничестве. По разным сведениям, к моменту ареста Лазаренко имел на американских счетах от 114 до 477 млн. долларов. Похищенными из этих средств считалась сумма от 200 (по данным ООН) до 320 млн. долларов (по данным генпрокуратуры Украины). В результате Лазаренко был арестован в США, приговорен к длительному тюремному заключению и многомиллионному штрафу. Украинские власти неоднократно обращались к США с просьбой о выдаче Лазаренко, однако американская сторона отказывала в экстрадиции, ссылаясь на отсутствие между Украиной и США соответствующего договора. Так что волею судеб, генпрокуратуры и Кучмы Лазаренко из президентской гонки 1999 года выбыл.

Теперь оставалось только разделаться с самим Кучмой, и Марчук встал на путь, который нельзя было квалифицировать иначе как государственная измена. C весны 1999 года начались тайные записи разговоров, происходящих в кабинете президента Украины. Один из участников этой операции — офицер охраны Кучмы Николай Мельниченко — неоднократно утверждал впоследствии, что начал записывать Кучму по своей инициативе еще в 1998 году. В это трудно поверить. Более безынициативного и осторожного человека, чем Мельниченко, не создавала природа. Записи 1998 года предъявлены не были. Сам Мельниченко указывал на то, что ему помогали «свои люди» и что эти «свои люди» выводили его затем на Марчука:

«Кучма боялся, очень боялся двух людей — Лазаренко и Марчука. Очень сильно боялся. И в первую очередь, он боялся Лазаренко. Больше всего. Они обсуждали вопрос, что нужно нейтрализовать и убрать Лазаренко. С Лазаренко я не общался. ...Но после того как Лазаренко арестовали... когда он поехал в Америку... оставался Марчук. То есть, Марчук — это тот человек, который после Лазаренко представлял наибольшую опасность для Кучмы. И я начал искать выходы на Марчука. Но на сегодняшний день те люди, которые мне помогали, они в опасности, и я фамилии их не хочу называть — через каких людей я вышел на Марчука... Я выходил на Марчука довольно долго, более месяца где-то, а может, и более двух месяцев. Через своих людей я выходил на Марчука».

Естественнее предположить, что идея завербовать сотрудника охраны Кучмы и записывать разговоры в кабинете президента для использования полученной информации против Кучмы во время предвыборной президентской кампании 1999 года пришла в голову либо Марчуку, либо его московским кураторам, в том же 1999 году пробивавшим на президентскую должность в России коллегу Марчука по КГБ подполковника Владимира Путина. В случае победы с 2000 года КГБ получило бы власть не только в России, но и в Украине. Мельниченко вспоминает:

«Задумка была какая? Чтобы собрать доказательства, указывающие, что Кучма действительно преступник, и что такой человек не может находиться на должности президента Украины. И записи эти — как одно из вещественных доказательств всего этого. ...У меня уже была довольно неплохая коллекция по записям и была информация, подтверждающая, что Кучма нарушает Конституцию и Уголовный кодекс...

Наша встреча состоялась с Марчуком в начале весны 1999 года. Я ему представился, я ему показал удостоверение, тогда я уже был в звании капитана, и должность у меня была — старший офицер безопасности Управления государственной охраны Украины. Я ему представился, я ему сказал: так и так, я — такой-то, и имею доказательства, что Кучма — преступник. Я записываю Кучму и хотел бы, чтобы Кучма не был президентом, потому что он преступник. И спросил совета у Марчука. У нас был разговор с глазу на глаз. ...C Марчуком я не смог разговаривать по телефону, так как его телефоны прослушивались. Прослушивались как городские телефоны, так и правительственные телефоны. Потому что он был соперником Кучмы на президентских выборах. ...Мне Марчук был намного ближе по духу, так как он все-таки из спецслужбы...

Он спросил: как с деньгами? Я сказал: очень тяжело с деньгами... На некоторую поддержку он тогда дал... тысячу марок одной купюрой... чтобы купить батареи, на один день, на один день, батарейки стоили... там специфические батарейки идут, в этот диктофон СБУ... где-то 1,5 доллара одна батарейка. ...Тогда надо было 6 батареек. То есть, 10 долларов просто на один день на одни батарейки идет. На кассеты, на вот эти, которые в Яву, — это 100 долларов идет на день. Чтобы ... покупать эти кассеты — 100 долларов кассета...»

Так что год работы обходился Мельниченко только в расходах на батарейки и кассеты в 40 тысяч долларов. Кто-то же их должен был постоянно выдавать?

«Тогда мы назначили следующую встречу, — продолжает рассказывать Мельниченко. — Он мне нарисовал место, где мы должны встретиться. Он нарисовал это на... на Конституции Украины. Кстати, его рисунок до сих пор у меня есть — где мы должны встретиться и как. Ну, Марчук говорит, что зло нужно убирать, и будем убирать. Ну, тогда у меня крылья выросли, и было согласовано, что максимум после первого тура президентских выборов Кучмы, ну, с помощью и этих записей, Кучмы не должно быть...

Я с Марчуком встречался — я не могу сказать, сколько раз: где-то около десяти раз я встречался с ним. В разных местах. Ну, это то место, где он рисовал. Мы обменялись информацией, каким образом можно нам друг друга найти. Это были и пейджеры, и условные знаки, и мобильные телефоны. Он мне дал свой тайный мобильный телефон, который имел только для общения со мной. Это все было... в начале весны 1999 года… Я активнее начал работать и записывать Кучму. У нас была уверенность, что Кучма как президент отбывает уже последние свои месяцы, ну максимум — это октябрь-ноябрь 1999 года...

Встречались очень интересно. Был на то время у Марчука водитель Толя, по-моему. И я ждал в том месте, в котором мы договорились. В тот день приехал джип Марчука, но Марчука самого не было. Двери открылись, я увидел этого человека. Я сел, и мы поехали отрываться от хвоста. Мы назначали встречи очень поздно, где-то либо в двенадцать часов, либо в час ночи, либо в два часа ночи — когда было видно, что машин нет и хвоста нет. И так на склоне то место было — как спускаться с улицы Банковая к театру Леси Украинки. Фу, сорри, к театру Франко. Возле метро — или Институтская, или Банковая. Уже не помню, сверху идет. Я там ждал, джип остановился, я быстренько сел, и нас отвезли, джип отвез на встречу с Марчуком. Я ему всю эту информацию рассказал, он очень благодарил. Мы обменялись, что встретимся в следующий раз уже в другом месте — это было возле комиссии Верховной Рады Украины, там неподалеку от нашего управления. И время мы согласовали, чтобы это было где-то уже близко, ну, после второго часа ночи это было, точно...

Одна из таких информаций, что... была передана... когда я записывал, то это был, кажется, май месяц... Зашел к Кучме Рябец — это глава Центральной избирательной комиссии Михаил Рябец. Он докладывал Кучме, каким образом Рябец в лице Центральной избирательной комиссии не допустит Марчука к участию в президентской кампании. Я это все прослушал, я был шокирован, что они собираются Марчука снять с регистрации, вернее, не снять, а не допустить к регистрации как кандидата в президенты. Я связался с Марчуком, и мы срочно встретились. Я передал ему эту кассету.

Скажем так, на тот момент еще по своим каналам, через своих людей, на которых я выходил, через которых мы срочно с Марчуком связались в том месте, которое он нарисовал, и я ему передал кассету, рассказал схему. Марчук очень поблагодарил. И… говорит: все, будем в контакте. Мы обменялись — где мы будем встречаться в следующий раз. То есть, мы меняли места нашей встречи каждый раз... Например, сегодня мы встретились на Севастопольской площади, завтра встретились возле театра Леси Украинки…»

Меньше всего на свете Марчук думал о своем агенте Мельниченко. Больше всего — о себе и победе на президентских выборах. Получив от Мельниченко кассету, он позвонил Рябцу и сказал, что ему известно о планах Кучмы не допустить Марчука к выборам. Сам Мельниченко узнал об этом случайно, когда прослушал еще через день запись разговора Рябца с Кучмой в прослушиваемом кабинете:

«...Где-то ближе к обеду заходит к Кучме Волков Александр Михайлович, известный олигарх, и говорит: Леонид Данилович, у нас есть две новости. Одна из новостей — очень неприятная. Говорит: Марчуку известно все, о чем вы вчера тут с Рябцом договорились, как его снять с регистрации — он об этом все знает. Он сегодня позвонил Рябцу и слово в слово рассказал механизм, каким образом Центральная избирательная комиссия не допустит Марчука к участию в президентской кампании. ...Рябец позвонил по телефону мне и сказал, что так и так. И Рябец клянется, что он никому не говорил. ...А об этом вы говорили вчера, и только вы знали. ...Либо Рябец рассказал, либо вы, либо вас подслушивают. И Кучма сразу же набрал Деркача и дал ему команду срочно провести проверку».

Мельниченко спасла случайность:

«...Мне позвонил по телефону заместитель начальника отдела опе­ративно-технического Гаранин Александр Николаевич. И говорит: Коля, что у вас там за проверка? Я говорю: какая проверка?

— Ну, в кабинете Кучмы, какая проверка?

Я говорю: я ничего не знаю. Говорю: я сейчас уточню.

Я пошел к начальнику охраны президента Мовчану Борису Ивановичу. Я говорю: так и так, у меня информация такая...

Потом он пошел к Кучме. Кучма говорит: да. Через два часа у меня в кабинете проверка. Ну, мне начальник охраны говорит: да, Коля, через два часа проверка, там машины уже стоят, из СБУ приехали 15 человек, но ты все контролируешь, чтобы оно было под контролем, чтобы никто ничего. Я говорю: есть.

...То есть, мне было поручено, чтобы я контролировал все это. Я тогда поставил Мишу Сорока, есть такой у нас сотрудник из охраны президента. Как только Кучма вышел из помещения, из своего кабинета, я сразу зашел со своим сотрудником. Я говорю: да, вон там стой, смотри туда. Я моментально вытянул диктофон и спрятал его. Это все за такие считанные секунды...

Я взял эту запись, которой он... планировалось снять Марчука. Не допустить к участию в президентской кампании. Передал Марчуку. А на следующий день — эта команда. Для того чтобы сделать срочную проверку кабинета у Кучмы. И СБУ приехало, и я не понимал, каким это образом, как могло случиться, что Кучма прерывает свой рабочий день, выезжает, и сразу уже 15 офицеров СБУ с машинами, с аппаратурой — на проверку кабинета. Я этого не мог понять. И только благодаря тому…, я же говорю, мне жизнь спасло то, что чисто организационно я смог сделать так, чтобы я контролировал. И я находился утром, с 7-и часов, и до 11-и, до 12-и часов, до часа ночи — я каждый день был в Администрации президента и контролировал, чтобы никто не смог сделать подобное. И говорю, это мне спасло жизнь.

...Я потом Марчука вызвал и говорю: что же ты, говорю, падла, делаешь. То есть, он чисто подставил, просто взял и подставил. Для него, я вот так понял, в таком случае, человеческая жизнь ничего не стоит. Как так можно было? Можно было другими словами. Можно было немного позже. Можно было еще каким-то образом. Ну как так? Это для меня было, ну, не понятно. Он говорит: ну, так получилось. Тему замяли».

Первый тур президентских выборов был намечен на 31 декабря 1999 года. Однако до первого тура Кучму снять не удалось: Кучма намеревался в выборах участвовать. «Другие записи, которые я записывал в 1999 году, — вспоминал Мельниченко, — я периодически отдавал Марчуку... У Марчука была довольно серьезная информация, которая бы позволила Кучму снять как президента уже в 1999 году». Тем не менее Кучму «не сняли». Тогда стали обсуждать план «снятия» Кучмы после первого тура. Планировалось, в частности, установить «систему видео-наблюдения» в кабинете Кучмы и снимать все происходящее «на второй день после первого тура президентских выборов», чтобы записать разговоры, которые будут свидетельствовать о нарушении Кучмой предвыборной кампании первого тура. Эти записи должен был получить от Мельниченко Марчук и использовать их затем для отстранения Кучмы от участия в президентских выборах второго тура. Но за несколько дней до 31 декабря Марчук операцию отменил: «...У нас состоялась встреча с ним где-то за несколько дней до первого тура, — вспоминал Мельниченко. — Он говорит: нет, ничего не будем делать, ничего не нужно. Как мне потом стало известно из записей, Марчук встречался с Волковым. Волков Александр Михайлович — это человек, которого завербовало КГБ в свое время и держало на компромате. Эту информацию докладывал Деркач Кучме... И Марчук вел переговоры с Кучмой относительно первого тура президентских выборов, о том, чтобы Марчук занимал должность секретаря Совета национальной безопасности и обороны».

И понятно, почему. Дело в том, что в первом туре президентских выборов Марчук к финишной линии пришел пятым, набрав чуть больше 8%. Ему все равно не суждено было стать президентом Украины. А раз так, выгоднее было не скидывать Кучму, а договориться с ним о занятии должности секретаря СНБО, что Марчук и сделал. Во время последней встречи с Мельниченко он сказал ему, что больше «не надо ничего записывать». Мельниченко не послушался, записал, и тут же понял, почему Марчук просил прекратить записи:

«Он просил у Кучмы для себя бизнес. Ему Кучма давал бизнес. Это некоторые предприятия, которые Марчук просил. Но, не знаю, к счастью или к сожалению, эта информация есть только у меня. Там Марчук просил дать ему одну шахту, там об энергетике. Я эти записи отдельно [храню]. Там он также выступает как, я бы сказал, человек, который давит свободную прессу. ...Мое убеждение, что Марчук очень хотел. Но очень хотел — что? Снять Кучму или самому стать президентом и бороться с коррупцией? Это вопрос интересный. Потому что Марчук — это не есть одна личность. В Марчуке живут еще несколько Марчуков. И я думаю, что они находятся в конфликте друг с другом. С одной стороны, Марчук хочет добра, с другой — другой Марчук не хочет зла для себя».

На должности Секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины Марчук находился до 25 июня 2003 года, когда был назначен министром обороны. На этой должности Марчук оставался чуть больше года: 27 сентября 2004 года он вынужден был подать в отставку, формально — из-за взрывов на артиллерийских складах в Артемовске и Новобогдановке. Реально еще и потому, что срок правления президента Кучмы подходил к концу, и шансов занимать столь высокую должность при новом президенте у Марчука не было. Как и в 1998 году он попробовал вернуться в большую политику, может быть даже в президентство, через Верховную Раду. Марчук вышел из СДПУ(о) и в декабре 2004 года создал Партию свободы, главой которой был избран. Однако на парламентских выборах 26 марта 2006 года, где Марчук выступал под № 1 блока партий «Евгений Марчук — единство», он получил лишь 0,06 % голосов и в парламент не прошел, после чего ушел из большой политики.

Так закончилась карьера генерала Марчука, несостоявшегося пре­­зидента Украины от ФСБ России.

Глава 3.

Убийство Георгия Гонгадзе




Президент Ричард Никсон прожил долгую и интересную жизнь. Но в американскую историю он вошел прежде всего как фигурант дела «Уотергейт», из-за которого в конце концов вынужден был уйти в отставку. Президент Леонид Кучма в отставку не ушел, хотя весь второй срок его президентства был омрачен делом об убийстве Георгия Гонгадзе.

Гонгадзе исчез поздно вечером 16 сентября 2000 года. Подготовив очередной номер интернет-газеты «Украинская правда», главным редактором которой была (и остается) Алена Притула, Гонгадзе поехал домой и исчез по дороге. Домой он не вернулся. И никто его больше не видел. Позже стало известно, что журналиста убили 17 сентября. Его обезглавленное тело нашли 2 ноября в Таращанском лесу примерно в 100 км от Киева.

Георгий Гонгадзе родился 1 мая 1969 года в Тбилиси в семье грузинского диссидента и режиссера Руслана Гонгадзе и украинки Леси Гонгадзе (Корчак). Еще до падения Советского Союза он был призван в армию и служил в Афганистане. По примеру отца Гонгадзе включился в оппозиционное движение, возглавив информационный центр Народного фронта Грузии. В 1989 году он переезжает в Украину в родной город матери — Львов. После смерти отца Георгий вступил в повстанческую армию в Абхазии, снял несколько документальных фильмов о грузино-абхазском конфликте, был тяжело ранен и вскоре вновь вернулся в Украину. Закончив факультет иностранных языков Львовского национального университета, Гонгадзе стал главным режиссером в творческом объединении «Центр Европы», ведущим телепрограмм на львовском телевидении. В 2000 году он создает интернет-сайт «Украинская правда», в котором резко критикует режим Леонида Кучмы, публикуя сенсационные материалы о президенте и его ближайшем окружении. Получая в связи с этим постоянные угрозы в свой адрес и заметив слежку за собой со стороны милиции, Гонгадзе незадолго до исчезновения, 14 июля 2000 года, обратился с открытым письмом к Генеральному прокурору Украины Михаилу Потебенько, в котором предупреждал правоохранительные органы страны о неминуемой трагедии.

Между тем в 1999–2000 годах в кабинете президента Украины Леонида Кучмы производились несанкционированные записи ряда разговоров президента и его посетителей. Речь шла по крайней мере о 600 часах записей. В конце 2000 года один из офицеров охраны президента майор Николай (Мыкола) Мельниченко выехал за пределы Украины и сделал заявление о том, что несанкционированные записи в кабинете Кучмы производил он. Одновременно 28 ноября 2000 года видный украинский политик, спикер парламента, лидер Социалистической партии Александр Мороз, с трибуны парламента озвучил отрывки из «записей Мельниченко», в кабинете Кучмы, где обсуждался Гонгадзе. Мороз обвинил в причастности к организации исчезновения журналиста Гонгадзе президента:

«Сползанию общества во тьму криминала и бандитизма надо положить конец. Поэтому, имея достаточные основания, обязан заявить, что заказчиком исчезновения журналиста Георгия Гонгадзе является Президент Украины Леонид Кучма, причем заказчиком, который систематически контролировал ход своего поручения. В курсе подготовки этого заказа с самого начала был глава Администрации президента Владимир Литвин. Непосредственным разработчиком сценария и организатором осуществления операции является министр внутренних дел Украины Юрий Кравченко»[24].

На последовавшей затем пресс-конференции член социалистической партии Юрий Луценко озвучил запись, на которой президент просил министра Кравченко «разобраться» с журналистом.

Здесь необходимо сделать небольшое отступление: в 2002 Николай Мельниченко передал имевшиеся в его распоряжении записи Юрию Фельштинскому, который взял на себя руководство проектом по расшифровке пленок. В течение нескольких месяцев собранная Фельштинским группа специалистов, включавшая профессионалов СБУ, специализировавшихся на прослушке, занималась в Вашингтоне расшифровкой пленок, благодаря чему большая часть разговоров была транскрибирована. По этим причинам в распоряжении авторов настоящей книги есть все расшифрованные тексты «пленок Кучмы».

При всей кажущейся простоте и очевидности обвинений против президента Кучмы, выдвинутых Морозом на основании пленок в связи с исчезновением и убийством Гонгадзе, следует указать, что сами записи не очевидным образом указывают на то, что президент Кучма дал указание убить Георгия Гонгадзе. Можно даже утверждать, что любой квалифицированный юрист легко докажет в суде, что на основании записей сделать вывод о причастности Кучмы к убийству Гонгадзе невозможно. Безусловный факт, однако, заключался в том, что президент Кучма, и об этом записи очевидным образом свидетельствовали, относился к Гонгадзе крайне отрицательно, и его реплики могли быть восприняты подчиненными как указание наказать или даже убить оппозиционно настроенного журналиста. Приведем максимально полную (на данный момент) подборку отрывков из разговоров президента Украины, в которых упоминался Гонгадзе. Упоминаний этих много. Следует подчеркнуть, что почти все записи в кабинете украинского президента оказались исключительно плохого качества и буквально расшифровывались специалистами, причем, несмотря на предпринятые усилия, многие тексты не поддавались транскрибированию. Незаконченность фраз и не всегда ясный смысл не являются, таким образом, следствием неправильного перевода с украинского или с «суржика» (смеси русского и украинского), на котором велись беседы в кабинете Кучмы, а свидетельствуют, увы, об ужасном уровне изначальной записи.


Запись разговора Леонида Кучмы c председателем

парламентского комитета по свободе слова и печати

Александром Зинченко, 13 мая 2000 г.

[Кучма по селектору спрашивает у помощника, есть ли Зинченко, дает команду пригласить.]

Кучма: [Говорит по телефону] Добрый день! Ой, слушай, да тут мне, блядь, я с Зайцем полтора часа, блядь, вместо 30 минут тут боролся, блядь.

[Заходит Зинченко.]

Зинченко: Можно?

Кучма: Да, блядь, заморочил голову, я уже не знал, как, я говорю: «Пусть заходит Зинченко». [Громко смеются.]

Зинченко: Леонид Данилович, спасибо, что приняли. Ну, если можно, я очень коротко. Есть несколько таких уже набежавших проблем и пару более серьезных, если будет время, потом обсудим. Из набежавших — это две даты: 6 июня — день журналистов, и я бы внес предложение попробовать инициировать, вы знаете, проблема свободы слова, журналисты и так далее. [...]

Кучма: Как в «Зеркале недели» по свободе слова собирают журналистов самых, самых оппозиционных — шваль, блядь, извиняюсь, там есть и талантливые журналисты. Ну, какая-то Коробова, блядь, ну у нее черный [слово неразборчиво], черноротая. А грузин там этот.

Зинченко: Гонгадзе.

Кучма: Георгадзе, блядь.


Запись разговора Леонида Кучмы с телеведущим

Вячеславом Пиховшеком, 12 июня 2000 г.

Пиховшек: Я хотел спросить — не знаю, видели ли вы, — о том сюжете на ОРТ, что Кучму избрали при помощи криминальных сил. Я не знаю, кто за этим стоит, но все те структуры, они, если выходит какая-нибудь информация на свет, ее начинают перепечатывать, обмусоливать все эти вещи и так далее. Была встреча криминальных авторитетов в Харькове, и была договоренность, чтобы поддержать на выборах Кучму.

Кучма: Ну, это ж ты понимаешь, это ж абсолютно, так сказать...

Пиховшек: Нет, я понимаю, но надо ж ответить.

Кучма: Сейчас там поразбираются, так сказать. За теми статьями в «Независимой газете» стоит Гонгадзе.

Пиховшек: Совсем шизанулся уже.

Кучма: Но его финансируют. Я не хочу сейчас [этим] заниматься, перепроверяют.

Пиховшек: Юля [Тимошенко]?

Кучма: Да нет, эти же друзья, так сказать.

Пиховшек: Ага.

Кучма: Поэтому разбираться нужно.


Запись разговора Леонида Кучмы c руководителем СБУ

Леонидом Деркачем, 12 июня 2000 г.

Деркач: Так, Леонид Данилович, тут я оставлю это вам, да?

Кучма: Оставляй.

Деркач: И еще сразу одно. Может, почитаете буквально три минуты. Вот это почитайте. Это то, кто организовал вот эту вот статью, что следующий украинский Путин — это Андрей Деркач. Вот это вот вся эта, Гонгадзе этот.

Кучма: Гонгадзе это?

Деркач: Да, да.

Кучма: Так ты за этим можешь следить, это самое?

Деркач: Да и так уже пиздец ему будет. Я его, блядь, задрочу до конца. [Михаил] Бродский деньги давал, блядь.

Кучма: А?

Деркач: Бродский деньги давал ему […]

Деркач: Да, да, может быть, там была чуть более полная. Там никакого, там все в том режиме, в котором видели. Что это этот, чего Гонгадзе еще скотина — я просто, чтобы вы знали. Значит, то, что он написал эту статью, то хрен с ним, то все дурь, она никому не нужная. Но вот в чем дело [быстро листает документы, невнятно говорит несколько слов] вот написал такие вот стишки против вас, что вроде мы с вами друг на друга [одно слово неразборчиво]. Ну, не читайте, грязь дурацкая. Это сделал этот газету интернетовскую. Мы его сейчас будем давить за это. [...]

Кучма: Гонгадзе! Давай, я почитаю. Ну, так разберись с ним, как следует, это ж мразь последняя.

Деркач: Георгадзе поставим на место.


Запись разговора Леонида Кучмы с руководителем СБУ

Леонидом Деркачем, 22 июня 2000 г.

Кучма: Хорошо. Значит, ты однозначно говоришь этого самого, грузина этого, Георгадзе, блядь, финансирует Бродский, да?

Деркач: Ну, у нас такая информация. Я говорю: мы его взяли сейчас плотно, но что-то, полностью...

Кучма: Не надо мне Медведчуку говорить: «Что же ты, блядь, Бродского на Георгадзе...»

Деркач: Подождите, немного [...].


Запись разговора Леонида Кучмы c главой администрации президента Украины Владимиром Литвиным

и неизвестным, 3 июля 2000 г.

[Кучма говорит по селектору с Литвиным].

Кучма: Добрый день.

Литвин: Добрый день.

Кучма: Ты это мне давай этого самого, по «Украинской правде», по этому, э-э-э, когда будешь решать, что с ним делать. Он просто оборзел уже ж.

Литвин: Мне дело нужно.

Кучма: А?

Литвин: Дело мне нужно.

Кучма: Хорошо. [...]

[В кабинет входят, судя по голосам, двое, Литвин и неизвестный]

Неизвестный: Разрешите, пожалуйста?

[Кучма листает бумаги.]

Кучма: «Украинская правда» — это просто, блядь, конечно, уже оборзела, я посмотрел. Подонок, бля. Грузин же, грузин этот.

Литвин: Гонгадзе или как его?

Кучма: Гонгадзе. Ну кто-то же его финансирует?

Литвин: Ну, он активно сотрудничает и с Морозом, и с «Гранями». [...]

Кучма: В суд может дать, пусть юристы... да подать в суд? Этим же прокуратура занимается?

Литвин: Я думаю, Кравченко сказать, чтобы они другими методами подействовали.

Неизвестный [с кавказским акцентом]: Нет, пусть Кравченко скажет на меня. [...]

Кучма: Ну, просто, блядь, уже ж есть какие-то меры, блядь, это самое, сука, блядь.

Литвин: Его сейчас надо...

Кучма: Депортировать, депортировать его, блядь, в Грузию и выкинуть там на хуй. Отвезти его в Грузию и кинуть.

Литвин: Имел раговор...

Кучма: Чеченцы нужно чтобы украли и выкуп...

Неизвестный: Только так.

Запись разговора Леонида Кучмы с министром внутренних дел Юрием Кравченко, 3 июля 2000 г.

Кучма: Чтоб я не забыл. Есть такой Гонгадзе.

Кравченко: Я что-то такое имя припоминаю.

Кучма: Ну, подонок, блядь, высшей меры.

Кравченко: Гонгадзе? Он уже где-то у нас проходит.

Кучма: Значит, то, что он пишет все время там, какая-то «Украинская правда» — и в интернете шурует. Понимаешь?

Кравченко: Да.

Кучма: Ну, кто его финансирует точно?

Кравченко: Данилыч, ну, у меня есть опыт...

Кучма: А главное, что его нужно, я говорю, не я, а Володя [Литвин] говорит, нужно, чтобы чеченцы его украли и вывезли в Чечню на хуй и выкуп попросили.

Кравченко: Ну, мы его где-то... Я вам скажу: это такие люди капитальные, что мы рассортировали, до сих пор нет — не распространяет ничего.

Кучма: Ну, а этого в Грузию отвезти и бросить там?

Кравченко: Да я решу, я решу. Данилыч, значит, по первому поручению, или, будем говорить, не поручению. Первое: к этому начальнику РЕС — Добродский, помните, что в Черниговской области говорил, что: “Пусть вам президент платит”.

Кучма: Да-да-да-да-да, в Бахмачи.

Кравченко: Да, значит, заместителя уже «опустили», да, на него завели уголовное дело.

Кучма: Ага.

Кравченко: По 165-й — это служебные, значит, нарушения, и 187-й, так что, я думаю, что мы где-то на этой неделе... Мы ему покажем, кому что говорить.

Кучма: Да-да, пусть знает. [...] А Гонгадзе, кроме того что он сотрудничает с Морозом, он же для Мороза там пишет в его «Грани»... Эти все… что его финансируют... Бродский...

Кравченко: Ну, это такая скотина, что может быть. Я не удивлюсь, если у них там есть и с социалистами связи, это такое что... Данилыч, ну мы тут с ним разберемся, я думаю, что это...

Кучма: А Бродский — это ж Медведчук и Суркис, в первую очередь Суркис.

Кравченко: Ну, то, что у них есть связь, это ж 100 процентов.

Кучма: Нет, так сейчас они... Я ж помню тогда игру вокруг этих «Киевских ведомостей». Суркис — да я на этого, блядь, жида… а сейчас, я почитал там несколько этих самых, разговоров ихних.

Кравченко: Да ну, он же... У них была тогда такая методика, да она и осталась, они создают проблему, а потом вроде как идут к человеку, помогают, а потом оно получается, что человек становится зависимым, и это таким образом значит где-то... Это большой спектакль на такой почве, наверное, национальный, они разыгрывали и оно попадалося, ну это ж такое дело, сколько не хитри, но там же оно и завершится. Ну, это, наверное, и все.


Запись разговора Леонида Кучмы с руководителем СБУ

Леонидом Деркачем, 3 июля 2000 г.

Деркач: Леонид Данилович!

Кучма: Привет тебе! А как вы узнали? Я только прочитал это, значит, «Украинская Правда»...

Деркач: А! Да это сука этот... Ведем дело, сейчас по всем каналам его слушаем, вот, все связи его близкие выявляем, вот, и полез он сейчас уже к Морозу.

Кучма: Я слышал, что он с Морозом там тоже.


Запись разговора Леонида Кучмы с министром внутренних дел Юрием Кравченко, 10 июля 2000 г.

Кучма: Чтобы я не забыл, этот самый же, грузин этот…

Кравченко: А я, мы работаем по нему. Значит…

Кучма: Я говорю: вывезти через, выкинуть, отдать чеченцам, пусть выкуп.

Кравченко: Мы продумаем. Мы сделаем так, как положено.

Кучма: Или привезти туда, раздеть, блядь, без штанов оставить, хай, сидит, говнюк.

Кравченко: Мы сделаем...

Кучма: Говнюк он просто, блядь…

Кравченко: Сегодня мне докладывали, мы там ему делаем установочку. Изучаем, где он ходит, как ходит. Мы немножко так, немножко нужно изучить, а потом мы сделаем. У меня сейчас команда боевая, орлы такие, что сделают все, что хочешь. Данилыч, значит, вот такая ситуация. […]


Запись разговора Ленида Кучмы с министром внутренних дел Юрием Кравченко, 30 августа 2000 г.

Кравченко: Три дня, как мертвый. Да еще локоть болит. У меня, наверное, что-то с суставами. Леонид Данилович, ну, что нового. Значит...

Кучма: Гонгадзе там, блядь?

Кравченко: Послезавтра, послезавтра. Мы сегодня там вскрыли [одно слово неразборчиво].

Кучма: За Головатым смотрят?

Кравченко: Да смотрят! Нашли две или три его связи. Я хочу его хлопнуть тут на... Значит, нашли две дачи, где они... Два хлопца, значит, за ним следят. Я хочу его просто в наглую, так, в лоб, это будет самый хороший вариант, потом… Все то, что поручали — все работает. Ну, я думаю, что у Гонгадзе… Ну, будет видно, как оно получится. Я там посмотрел еще его материалы, с Интернета повытягивал. Это он.


Запись разговора Леонида Кучмы с министром внутренних дел Юрием Кравченко, 11 сентября 2000 г.

Кучма: Я тебя приветствую. Прошу. Чтобы я не забыл. Гонгадзе продолжает.

Кравченко: Да, я сейчас. Мы там прокололись.

Кучма: Там есть команда, во главе которой стоит — имя мне этот самый сказал...

Кравченко: Значит, написал жалобу Генеральному прокурору. Но я думаю...

Кучма: Кто?

Кравченко: Он. Немножко я тут прокололся. Но я теперь думаю, почему прокололся. Я грешу на замначальника по оперативной города Киева Опанасенко. Ну, что Опанасенко... Ну у меня тут группа — она закрыта, так? Опанасенко через своих начал пробивать, что это за машины, и написал Потебенько, значит, жалобу.

Кучма: Кто? Опанасенко?

Кравченко: Нет, нет — Гонгадзе. Ну тут он указывает номера, которые уже уничтожены, значит, год тому назад. Я немножко тут тактику меняю, потому что я просто хочу поэтому, я хочу убрать этого Опанасенко. У меня закрались сомнения, когда мне доложили аж туда, в Киргизию, что Опанасенко интересуется номерами. Так я сказал: «Подождите, чтобы оно...» Приезжаю, говорят, жалоба есть. Я его сделаю, Леонид Данилович. Я сделаю! Я просто, чтобы оно не то не получилось... Но он будет сделанный. Он тут пишет, что это «может быть расчет за мои дела». Это такое...

Кучма: Но тут он грязь такую выбрасывает в российские эти самые...

Кравченко: В интернет?

Кучма: Не в интернет, а вчера из России... […]

Кравченко: Я Гонгадзе не выпускаю, потому что для меня этот вопрос уже тоже... В экипаже есть контакты. Я за ним сейчас бросил наружное наблюдение. Я хочу его контакты подызучить, что оно...

Кучма: А у Гонгадзе есть там команда — тридцать там что ли, строчат эту грязь.

Кравченко: Нет, три человека. У меня есть они. У меня все они есть. Но я хочу с него начать. Ну, я еще посмотрю по реакции, как генеральный отреагирует. Мандражируют, номера снимают, так что я не знаю.

Кучма: Ну, а чего генеральный должен на каждую блядь?..

Кравченко: Ну, это же заявление.

Кучма: Ну и что — заявление.

Кравченко: Ну я посмотрю, как они будут реагировать.

Кучма: Почему каждая срань должна писать на генерального прокурора?


***

Любой объективный читатель, прослушав эти сумбурные тексты, обязан был прийти к выводу, что президент Украины мог иметь непосредственное отношение к организации похищения или даже убийства журналиста Георгия Гонгадзе. Но столь же очевидно и другое: ни в каком беспристрастном суде записи разговоров из президентского кабинета по совокупности причин не могли считаться достаточным доказательством для осуждения Кучмы. При том, что записи, конечно же, были аутентичные, доказать в суде, что они не были смонтированы или что в них не было внешнего вмешательства, было невозможно; качество записей было отвратительным, и расшифровки поддавались двойному, не всегда очевидному толкованию; из разговоров следовало, что президент Кучма крайне негативно относился к Гонгадзе и даже предлагал то депортировать его в Грузию, то отдать его на похищение «чеченцам». Тем не менее ни в одном из многочисленных разговоров не прозвучало однозначного указания (приказа) убить Гонгадзе, хотя такой приказ можно было отдать четко и ясно, коротко, один раз, не возвращаясь больше к теме Гонгадзе. Таким образом, с юридической точки зрения, Кучма в деле о причастности к убийству Гонгадзе был неуязвим даже при наличии записей.

Возникал, однако, еще один достаточно важный вопрос: с ведома генерала Марчука Николай Мельниченко проводил несанкционированные записи вплоть до убийства Гонгадзе и прекратил их в скором времени после. Иными словами, Кучму записывали ровно до тех пор, пока не набралось достаточное количество компромата. После убийства Гонгадзе люди, контролировавшие записи, посчитали свою работу законченной: теперь Кучма находился в их руках. Одного громкого убийства было, как казалось, достаточно.

В октябре 2000 года несанкционированное прослушивание кабинета президента Украины было остановлено. Последние записанные разговоры, касавшиеся Гонгадзе, относились к периоду, когда журналист уже был похищен и убит, хотя не очевидно, что обсуждавшие Гонгадзе в кабинте Кучмы люди, в том числе сам Кучма, Леонид Деркач, Юрий Кравченко и другие знали о том, что Гонгадзе нет в живых. Очевидных указаний на это в сделанных после 16 сентября 2000 года записях не имеется. «Мельниченко не обнародовал ни одной записи разговоров между президентом и министром [Кравченко], который должен был бы состояться после исчезновения журналиста», — пишет автор книги об убийстве Гонгадзе Ярослав Кошив[25]. И это служит косвенным доказательством того, что Кучма не очевидным образом имел отношение к организации убийства Гонгадзе. Возможно, именно по этой причине генерал Марчук приказал Мельниченко остановить прослушивание разговоров в президентском кабинете: после 16 сентября отсутствие разговоров, доказывающих причастность президента Кучмы к убийству, становилось невыгодным для Марчука указанием на то, что Кучма не давал приказа убить Гонгадзе.

Когда в ноябре 2000 года было найдено тело Гонгадзе, страна уже была готова к взрыву. Общественное мнение твердо верило в то, что приказ похитить и зверским образом умертвить Гонгадзе исходил от президента Украины. Имя Гонгадзе не сходило с газетных полос и телевизионных программ. Публикации исчислялись десятками тысяч. В декабре начались массовые акции протеста, инициированные группой общественных деятелей Украины, возмущенных творящимся беззаконием, с требованиями отставки президента, министра внутренних дел, генерального прокурора и начальника Службы безопасности Украины, а также проведения независимой экспертизы по делу Гонгадзе. Участники протестов выступили за «изменение системы социальных, экономических и политических отношений в Украине», в том числе за ликвидацию системы «президентского авторитаризма» и переход к парламентской республике. Акцию протеста поддержали 24 политические партии, общественные организации и движения, среди которых были Социалистическая партия Украины, Украинская республиканская партия, партия «Реформы и порядок», Украинская национальная ассамблея — Украинская народная самооборона (УНА-УНСО), ряд левых партий, в том числе Украинский коммунистический союз молодежи. «Кучмагейт» сумел причудливо объединить в один блок, казалось бы, несоединимое — от социалистов до националистов.

Движение набирало обороты. 30 января 2001 года оппозиция начала вторую волну антикучмовских выступлений. Новый палаточный городок был разбит в Киеве на Крещатике (на Майдане, где был разбит предыдущий палаточный городок, власти начали проведение ремонтных работ в рамках подготовки празднования 10-летней годовщины независимости Украины). В день открытия парламентской сессии 6 февраля оппозиция организовала демонстрацию в центре Киева под лозунгом «Украина без Кучмы». В ответ правительство перешло в наступление. Палаточный городок был атакован милицией; 13 февраля была арестована Юлия Тимошенко; и в тот же день было опубликовано «письмо трех» — президента Кучмы, председателя Верховной Рады Ивана Плюща и премьер-министра Украины Ющенко, в котором они осуждали действия протестующих и называли их фашистами. (Ющенко, конечно же, не предполагал, что через некоторое время ему самому, вместе с некоторыми из этих «фашистов», придется возглавлять оппозиционное движение и свергать режим Кучмы.) В конце февраля Генеральная прокуратура Украины была вынуждена под давлением общественности признать факт смерти Гонгадзе[26] и открыть уголовное дело по статье «умышленное убийство». 2 марта Кучму подверг резкой критике известный американский финансист и общественный деятель Джордж Сорос:

«Запад должен занять четкую позицию, осудив действия и поведение Кучмы. Международное сообщество не должно ни при каких условиях иметь дело с господином Кучмой до тех пор, пока не завершится независимое расследование и виновные не будут наказаны. Население должно знать, что Запад на его стороне и будет противостоять любым попыткам Кучмы уклониться от ответственности».

Сорос призвал президента Кучму уйти с должности и отдать власть премьеру Ющенко на время расследования смерти Гонгадзе.

Между тем Кучма еще 19 февраля заявил, что готов поклясться на Библии и на Конституции Украины, что не отдавал приказа убить Гонгадзе. В начале марта палаточный городок на Крещатике был снесен милицией. 6 марта 2001 года партия «Трудовая Украина», возглавляемая Сергеем Тигипко, близко связанного с семьей Кучмы и его зятем Пинчуком, наняла фирму «Крол» (Kroll) для проведения «объективного» расследования убийства и проверки заявлений о том, что убийство Гонгадзе было осуществлено по распоряжению президента Украины и что он был каким-то образом замешан в этом убийстве. Эксперты «Крола» (как и ожидалось) пришли к выводам, что оснований так считать нет:

«Нет никаких убедительных оснований считать, что Президент Кучма «заказал» убийство журналиста Гонгадзе или что [он] каким-либо образом был в этом замешан. Нет также свидетелей исчезновения и фактического убийства Гонгадзе. Поэтому обвинения должны базироваться на существующих доказательствах и записях разговоров, касающихся журналиста, если эти записи достоверны. При этом ни обстоятельства его исчезновения, ни состояние целостности доступных нам записей не доказывают отношения к этому президента».

Все это время в Украине продолжались протесты. 9 марта возле здания администрации президента произошли столкновения с милицией, более 200 человек были арестованы, около пятидесяти, в основном члены УНА-УНСО, осуждены за организацию массовых беспорядков. Однако, несмотря на это, по крайней мере в 15 регионах были созданы новые палаточные городки, ставшие очагами акций протеста против существующего режима. Во многих городах губернаторами и мэрами организовывались ответные митинги в поддержку Кучмы, однако это не могло изменить общий антикучмовский дух протестного движения.

Параллельно продолжалось формальное расследование убийства Гонгадзе. Кучма объявил, что берет дело Гонгадзе под свой личный контроль. При этом генпрокуратура пыталась направить общественность по ложному следу, утверждая, что убийство было совершено «из хулиганских побуждений» двумя уголовниками, якобы погибшими в декабре 2000 года. В это, однако, уже никто не верил. Появившаяся информация о причастности сотрудников МВД Украины к убийству журналиста то подтверждалась, то опровергалась следствием. Только 22 октября 2003 года генеральный прокурор Украины Святослав Пискун подписал ордер на арест начальника департамента внешнего наблюдения МВД Украины генерала Алексея Пукача, сотрудники которого вели слежку за Гонгадзе. Однако «самостоятельность» генерального прокурора, напавшего на верный след, не понравилась Кучме. Уже 28 октября он принял решение снять Пискуна с должности, и 18 ноября тот был уволен вместе со своим заместителем. Следственную группу, ведшую дело Гонгадзе, переформировали, а арестованного генерала Пукача 5 ноября выпустили на свободу (он был вторично арестован только 1 марта 2005 года).

В июне 2004 года британская газета The Independent опубликовала материалы следствия, которые содержали показания заместителя главы Управления по борьбе с организованной преступностью Киевской области подполковника милиции Игоря Гончарова, арестованного в мае 2003 года по обвинению в убийстве одиннадцати лиц и скончавшегося то ли от отравления, то ли от удара по голове в заключении 1 августа 2003 года. Гончаров утверждал, что похищение и убийство Гонгадзе было осуществлено подконтрольными бандитами по указанию МВД Украины, а именно — по приказу министра внутренних дел Юрия Кравченко, действовавшего по поручению президента Кучмы. Непосредственным участником убийства Гончаров называл своего коллегу офицера милиции Юрия Нестерова. Нестеров в свою очередь высказал предположение, что убийство Гонгадзе было заговором российских спецслужб и что сам подполковник Гончаров принимал участие в заговоре, имевшем целью «убить Гонгадзе и возложить вину за это на президента Украины Кучму»[27].

22 мая 2005 года Нестеров дал интервью в программе «Закрытая зона» с ведущим Владимиром Арьевым, где указал, что Гончаров был агентом ФСБ и сотрудничал с генералом Марчуком. Он также сообщил, что в распоряжении Гончарова записи Мельниченко были еще до того, как 28 ноября 2000 года их обнародовал Мороз.

1 марта 2005 года новый президент Украины Виктор Ющенко, пришедший к власти благодаря Оранжевой революции, вспыхнувшей отчасти именно из-за убийства Гонгадзе, объявил о том, что личности убийц журналиста установлены. На следующий день восстановленный в должности генерального прокурора Святослав Пискун предоставил общественности всю имевшуюся информацию об убийстве Гонгадзе. Он сообщил, что в убийстве принимали участи четыре офицера милиции, из которых двое уже арестованы, один скрывается, и один является свидетелем. Пискун сказал, что знает имена заказчиков, но не может пока их назвать.

Тем не менее в те же дни стало известно, что одним из подозреваемых, вызываемых на допрос в генпрокуратуру, является бывший министр внутренних дел Юрий Кравченко. Допрос был назначен на 10 часов утра 4 марта. Однако допрос этот не состоялся: тремя часами ранее Кравченко был найден мертвым с двумя пулевыми выстрелами в голову. По версии заместителя генпрокурора Виктора Шокина, несмотря на то что выстрела было два, это было самоубийство. Министр внутренних дел Юрий Луценко, тем не менее, считал, что Кравченко был убит. Он оставил, однако, предсмертную записку: «Мои дорогие. Я не виновен ни в чем. Простите меня. Я стал жертвой политических интриг президента Кучмы и его окружения. Ухожу от вас с чистой совестью. Прощайте»[28].

Глава 4.

Парламентские и президентские выборы, 2002—2004



 Виктор Ющенко и Юлия Тимошенко

Виктор Андреевич Ющенко был известным пчеловодом и больше, чем власть, любил пчел. Родившись в небольшой украинской деревушке с ничего не обещающим названием Хоруживка, что находилась на востоке Украины в Сумской области, он получил там среднее образование. В школе по воспоминаниям учителей он был прилежным учеником, но без амбиций на лидерство. После окончания Тернопольского финансового института служил в рядах Советской армии, а после демобилизации работал на рядовых должностях в колхозной системе. Затем Ющенко работал в различных подразделениях украинских банков в Сумской области и Киеве, стал членом команды тогдашнего председателя нацбанка Украины Вадима Гетьмана. Последний выдвинул Ющенко на руководящие должности сначала в Агропромбанк СССР, затем в банк «Украина». С 1983 года по рекомендации Гетьмана Ющенко стал третьим по счету главой Национального банка Украины.

На этом посту Ющенко удалось предпринять несколько важных реформ. На его долю пришлась денежная реформа при введении в оборот национальной валюты — гривны. Он же был инициатором создания Государственной казны и создания монетного двора в Украине. Находясь под пристальной опекой Вадима Гетьмана, он редко принимал самостоятельные решения, но взял на себя ответственность за проведение денежной реформы, причем пообещал населению, что от реформы оно не пострадает. Успешное проведение денежной реформы, введение и укрепление национальной валюты выдвинуло Ющенко в ряды лучших банкиров мира, а Европейский банк реконструкции и развития номинировал его как лучшего банкира года. Популярность Ющенко стремительно росла. Именно в этой связи он решил участвовать в предвыборной кампании президента Кучмы (на второй срок) и в конечном итоге был предложен Кучмой на пост премьер-министра страны. Пост вице-премьера в правительстве Ющенко заняла Юлия Тимошенко.

Тимошенко курировала топливно-энергетический комплекс. Находясь на этой должности, она вела политику, не устраивающую ближайшее окружение президента, в частности его зятя В. Пинчука и главу СБУ Л. Деркача, представляющих семейный клан Кучмы. «Донецких» Н. Азарова и В. Януковича и «киевских» В. Медведчука и Г. Суркиса Тимошенко тоже не устраивала. Именно она настояла на реальной приватизации трех областных энергораспределительных компаний (семь предыдущих были приватизированы братьями Суркисами за бесценок). Она же публично обвинила «Нафтогаз Украины» в воровстве российского газа и сокрытии реальных задолженностей перед Россией, что привело к отставке руководства корпорации «Нафтогаз Украины». Затем Тимошенко настояла на увольнении министра топлива и энергетики Украины Сергея Тулуба (представителя донецкого клана). Из-за разногласий с ней вынужден был подать в отставку министр экономики Сергей Тигипко, близкий к днепропетровскому семейному клану президента. Тигипко, в частности, был инициатором схемы краткосрочных кредитов, когда правительство, не имея сбалансированного бюджета, одалживало у частных банков под высокий процент (до 70% годовых) деньги для выплат зарплат бюджетникам и пенсий пенсионерам. Тигипко до занятия правительственной должности был главой «Приватбанка» и лоббировал его интересы. Практику краткосрочных кредитов прекратил Ющенко, сбалансировавший государственный бюджет.

Кроме этого, Ющенко и Тимошенко заставили крупный бизнес вывести свои империи из тени и начать платить государству налоги, отказаться от скрытых бартерных сделок, лишавших бюджет денег. Ющенко и Тимошенко добились также, чтобы налоговая служба во главе с Н. Азаровым была выведена из подчинения президенту и переподчинена правительству, лично премьер-министру. Они же внесли от имени правительства еще в июне 2000 года на рассмотрение парламента закон, отменяющий запрет бартерных и вексельных операций в украинской энергетике, что позволило в шесть раз увеличить поступления денежных средств в государственный бюджет. Этот смелый шаг правительства Ющенко со временем позволил государству расплатиться с долгами перед пенсионерами, студентами и бюджетниками. При этом в Раде фракция «Батьківщина», подконтрольная Юлии Тимошенко, заняла антикучмовскую позицию по «делу» Гонгадзе», обвиняя в гибели журналиста президента.

В этой ситуации близкие к президенту донецкие и киевские олигархи, чьи интересы ущемила Тимошенко, легко убедили Кучму избавиться от Тимошенко проверенным способом: подключить прокуратуру, открыть уголовное дело против вице-премьера, скомпрометировать ее и как государственного чиновника, и как предпринимателя. По постановлению Генеральной прокуратуры Украины, в августе 2000 года были арестованы муж Тимошенко Александр и друг детства Тимошенко Валерий Фалькович, входившие в руководство принадлежавшей Тимошенко компании «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ). 5 января 2001 года прокуратура возбудила два уголовных дела против самой Тимошенко, а 19 января по представлению генерального прокурора Украины Михаила Потебенько Кучма подписал указ о ее отставке.

Тимошенко обвиняли в том, что ее корпорация незаконно вывела из Украины более 1 млрд 100 млн долларов. 13 февраля Тимошенко была арестована в связи с предъявленными обвинениями, а также в связи с обвинением в перечислении на швейцарские счета бывшего премьер-министра Павла Лазаренко около 80 млн долларов. Перевод был осуществлен в период, когда Лазаренко являлся премьер-министром. Тимошенко обвиняли в даче взятки. Наконец, ее обвинили еще и в причастности к российскому финансовому скандалу в Министерстве обороны РФ, главным фигурантом которого был начальник главного финансового управления российской армии генерал-полковник Георгий Олейник. Генерала обвинили в превышении служебных полномочий и перечислении в Украину на счета ЕЭСУ 450 млн долларов в счет поставок материально-технических ресурсов для российского военного ведомства. Впрочем, Олейник вскоре был оправдан «в связи с отсутствием состава преступления».

Просидев более полутора месяцев в Лукьяновской тюрьме Киева, Тимошенко вскоре была освобождена решением суда под подписку о невыезде и переведена из следственного изолятора в больницу. В марте 2001 года, из больницы, она потребовала отставки президента Кучмы и заявила, что будет бороться за пост президента страны, а подвластная ей партия «Батьківщина» присоединилась к Форуму национального спасения (ФНС), также требующего отставки президента. Увидев, что Тимошенко решительно настроена бороться, Кучма вновь попытался упрятать ее за решетку. Прокуратура Украины опротестовала перевод Тимошенко в больницу, и Киевский суд постановил вернуть Тимошенко в тюрьму. Ющенко, намеревавшийся встретиться с бывшим вице-премьером в больнице, назвал это решение «демонстрацией силы» и призвал президента наладить диалог с оппозицией. Адвокаты Тимошенко сумели обжаловать решение Киевского суда в Верховном Суде Украины, и тот отменил решение о повторном аресте. Выйдя на свободу, Тимошенко вновь заявила о своем намерении баллотироваться на пост президента: «Если я увижу на Украине настоящего лидера, который готов жизнь отдать за страну... то я готова в его избирательном штабе стирать белье. Но я пока не вижу этой команды. Я хочу сформировать ее сама».

После публикаций в конце 2000 года аудиозаписей о возможной причастности президента Кучмы к исчезновению и смерти журналиста Георгия Гонгадзе и начала массовых протестов под названием «Украина без Кучмы» правление Кучмы стало настолько непопулярным, что движение поддержали 24 политические партии, и оно приобрело всеукраинский масштаб. Организаторами протестов были лидер студенческих волнений 80—90-х годов Владимир Чемерис и социалист Юрий Луценко. Манифестанты требовали отставки президента и его ближайшего окружения — министра внутренних дел, главы Службы безопасности Украины и Генерального прокурора, а также проведения независимой экспертизы по делу Гонгадзе. Под давлением общественности Кучме пришлось в конечном итоге отправить их в отставку.

В то же время на Донбассе произошло еще одно резонансное убийство украинского журналиста — директора телекомпании ТОР города Славянска Игоря Александрова, зверски забитого бейсбольными битами в помещении собственной телекомпании. В 2000—2001 годах Александров вел телепрограмму «Без ретуши», рассказывавшую о связях донбасской милиции и прокуратуры с организованной преступностью в регионе. В очередной передаче планировалось продемонстрировать видеозапись, на которой члены краматорской организованной преступной группировки «17-й участок» обсуждали, сколько они заплатили или должны заплатить своим покровителям в милицейских и прокурорских погонах. Именно эта передача так и не состоялась — в июле 2001 года Александрова убили.

Получили огласку и другие скандалы, связанные теперь уже с незаконной торговлей оружием. Сначала Украине досталось от США и ООН в связи с поставкой тяжелого вооружения македонцам, воевавшим у себя в стране с албанцами. Последние при поддержке Армии освобождения Косово и американцев предприняли ряд успешных военных операций в Македонии, поставив под угрозу сохранение мира внутри страны. У президента Кучмы сложились довольно тесные и дружеские отношения с молодым и энергичным президентом Республики Македония Борисом Трайковски. Македонские дипломаты, военные и бизнесмены стали вести интенсивные переговоры с украинской стороной о поставках вооружения для македонской армии. Прямого международного запрета на такого типа поставки не было. Тем не менее украинские военные старались действовать осторожно, поскольку государственный секретарь США Кондолиза Райс во время встречи с Кучмой настоятельно убеждала украинскую сторону оружия македонцам не поставлять. По линии Комиссии ООН по контролю над вооружениями также была предпринята энергичная атака на украинских дипломатических представителей за рубежом с целью воздействовать на Украину в этом вопросе. И хотя в конце концов украинцы пообещали приостановить поставки оружия в третьи страны, в Македонию, Китай и Иран оружие было поставлено. В Македонию танки Т-72 и вертолеты; в Китай и Иран шесть авиационных крылатых ракет Х-55 большой дальности, способные нести ядерные боеголовки. Авторитет Украины как партнера по международным переговорам был окончательно подорван.

Разумеется, на Кучму усилилось международное давление. Действия президента были подвергнуты резкой критике. Запад открыто заявлял теперь о поддержке Ющенко как альтернативной Кучме фигуры. В довершение всего 4 октября 2001 года во время учений войск ПВО в Крыму украинская ракета сбила над акваторией Черного моря пассажирский самолет ТУ-154М российской авиакомпании «Сибирь», осуществлявшего рейс из Тель-Авива в Новосибирск со 144 российским и израильскими пассажирами и 12 членами экипажа на борту. Первоначально украинская сторона категорически отрицала свою причастность к катастрофе, но международные эксперты доказали вину военного ведомства Украины. В результате Украина вынуждена была признать свою вину, и между Россией, Израилем и Украиной было достигнуто трехсторонне соглашение о выплате семьям погибших финансовых компенсаций, что, впрочем, затянулось на долгие годы.

В разгар политического кризиса 2001 года, в который были втянуты многие исполнительные структуры, в том числе администрация президента и практически весь кабинет министров, Кучма судорожно искал варианты уцелеть. Миллиардер Сорос предложил тогда президенту Украины уйти и назначить своим преемником Виктора Ющенко, которого открыто поддерживал Запад. Но единственный вывод, который сделал Кучма из рекомендации Сороса, что для удержания власти в своих руках он должен устранить явных и скрытых конкурентов, прежде всего Ющенко.

Уход из правительства Юлии Тимошенко означал неминуемую отставку кабинета Ющенко. Противостояние между окружением Кучмы и правительством перенеслось в стены украинского парламента. Виктор Медведчук — вице-спикер парламента — настаивал на формировании коалиционного правительства, хотя законодательная база для реализации этой идеи отсутствовала. Ющенко он пригрозил тем, что если коалиционное правительство не будет сформировано, 5 апреля 2001 года во время отчета правительства он будет отправлен в отставку. Такую позицию Медведчука Ющенко назвал «хорошим прологом для дестабилизации ситуации в стране» и потребовал встречи с президентом и вице-спикером парламента для обсуждения предъявленного премьер-министру ультиматума. Кучма дал понять, что поддерживает в этом вопросе Медведчука и стоит за создание коалиционного правительства. Однако Ющенко решил бороться до конца.

Выступая в парламенте 26 апреля, во время рассмотрения вопроса о вотуме недоверия его правительству премьер-министр заявил, что парламент идет на поводу у кланово-олигархических группировок, являясь их рупором. Он предложил на время приостановить любые политические акции для постепенной передачи власти в стране другим людям, но подчеркнул, что «не уйдет из политики», хотя «демократия в Украине потерпела серьезное поражение». Ющенко тогда произнес фразу, ставшую крылатой: «Я уйду, чтобы вернуться!» На следующий день, 27 апреля, Кучма подписал указ о его отставке, поручив правительству выполнять свои обязанности до формирования нового кабинета. Ющенко отказался, заявив президенту, что должность «исполняющего обязанности не для него».

Многие украинские и зарубежные аналитики сошлись во мнении, что правительство Ющенко впервые за десять лет независимости Украины попыталось экономическими методами реформировать политическое устройство страны, не полагаясь на международную финансовую помощь; что оно решило если не полностью, то частично проблему долгов по пенсиям и заработной плате; предприняло смелую попытку реформирования одного из самых коррумпированных секторов экономики — топливно-энергетического комплекса, нарушив тайные схемы перераспределения прибыли и утечки капиталов за границу. Легальный и законный возврат финансовых средств в государственный бюджет и прозрачная приватизация крупнейших промышленных предприятий заложили основы промышленного роста и международных экономических связей Украины.

Отставка правительства Виктора Ющенко показала, что кланово-олигархическое окружение президента Кучмы (а позже президента Ющенко и особенно президента Януковича), для которых характерны временные консенсусы с целью перераспределения собственности, и их индивидуальные и корпоративные интересы привели к формированию в стране элиты стяжателей, к застою не только экономических, но и демократических процессов. Любое реформаторское правительство стало для этих людей угрозой.

На фоне серой массы безликих политиков Ющенко и Тимошенко стали наиболее яркими харизматичными личностями в Украине того времени. Поэтому народ поверил именно в них. При этом Ющенко не производил впечатления волевого человека. Тимошенко же, наоборот, выглядела отчаянной и смелой. «Единственным мужчиной в украинской политике» ее назвали совсем не случайно, перефразируя слова украинского писателя Ивана Франко о Лесе Украинке, назвавший ее «единственным мужчиной в украинской литературе».

Украинское общество, уставшее от политических дрязг и разборок между президентской, правительственной и парламентской ветвями власти, всегда считало, что после смены того или иного президента, правительства и даже перевыборов Рады в стране наступит долгожданное благополучие. Но каждый раз результатом борьбы являлось перераспределение власти, собственности и денег между новыми субъектами политической активности и появление новых политических объединений со старыми игроками. Пока парламент голосовал за отставку правительства Ющенко, у его стен собралась семитысячная толпа сторонников премьер-министра, считавших его правительство реформаторским, боровшимся за интересы страны и народа. Юлия Тимошенко тогда же заявила, что поддержит кандидатуру Ющенко на очередных президентских выборах 2004 года и создала инициативную группу из 50 партий и организаций по проведению референдума (который не состоялся) об отставке Кучмы.

На предполагаемом референдуме население должно было ответить всего лишь на один вопрос: «Считаете ли вы, что Леонид Кучма за уничтожение прав и свобод украинского народа в соответствии с принципами верховенства права должен провозгласить заявление об отставке, согласно статьям 108, 109 Конституции Украины». Понятное дело, власти референдум не разрешили. Тогда неугомонная Тимошенко в июле 2001 года выступила с инициативой создания предвыборного блока «Форум национального спасения» (ФНС), куда первоначально вошли семь партий: «Батькивщина» Юлии Тимошенко, «Собор» Анатолия Матвиенко, Украинская христианско-демократическая партия (УХДП) Олеси Сергиенко, Украинская республиканская партия (УРП) Левка Лукьяненко, Украинская консервативная республиканская партия (УКРП) Степана Хмары, Украинская социал-демократическая партия (УСДП) Василия Онопенко и Патриотическая партия Украины (ППУ) Николая Габера. После переименования ФНС в Блок Юлии Тимошенко (БЮТ), в него вош­ла также Украинская национально-консервативная партия (УНКП) Олега Соскина.

Пытаясь снизить политическую активность Тимошенко, Генеральная прокуратура Украины в конце января 2002 года выписала новый ордер на ее арест и «посадила» ее под подписку о невыезде (ранее отмененную судом). 29 января 2002 года, направляясь в своем «мерседесе» на заседание Апелляционного суда, Тимошенко попала в автомобильную аварию и была госпитализирована.

Приближались парламентские выборы-2002. Вся политическая жизнь страны была подчинена подготовке к этому главному событию года, которое должно было кардинально изменить политический ландшафт и жизнь Украины. Ющенко и Тимошенко, оказавшись отстраненными от власти, стали готовиться к выборам, собирая вокруг себя многочисленных сторонников, искренне веривших, что дуэт Ющенко — Тимошенко кардинально изменит ситуацию в государстве.


Парламентские выборы 2002 года

Важной особенностью предвыборного периода стала перегруппировка политических сил и блоков, часть которых пыталась судорожно удержать власть; другая — захватить ее. Согласно новому закону в Украине была создана система выборов, при которой 50% депутатов избиралось по партийным спискам, а 50% — в мажоритарных избирательных округах. Чтобы пройти в парламент, партия или политический блок должны были перейти четырехпроцентный избирательный барьер. В то время как Тимошенко формировала оппозиционный блок под своим именем, бывший премьер-министр Ющенко объявил о намерении создать оппозиционный блок политических партий под названием «Наша Украина». В феврале 2002 года этот блок был официально зарегистрирован. В него вошли 10 партий: Народный Рух Украины, Украинская народная партия, Либеральная партия Украины, Конгресс украинских националистов, Христианско-демократический союз, Молодежная партия, партия «Реформы и порядок» и другие.

На состоявшихся в марте 2002 года парламентских выборах в Верховную Раду, в которых приняли участие 62 политические партии, объединенные в 30 избирательных блоков, по итогам голосования в общегосударственном многомандатном округе четырехпроцентный рубеж преодолели: блок «Наша Украина» во главе с Ющенко — 23,55%; Коммунистическая партия Украины (КПУ) — 20,01%; блок «За единую Украину» (В. Литвин) — 11,79%; БЮТ — 7,25%; Социалистическая партия Украины (СПУ) Александра Мороза — 6,87%; Социал-демократическая партия Украины (объединенная) (СДПУ/o/) Виктора Медведчука — 6,27%. Блок «Наша Украина» Виктора Ющенко получил поддержку в центральной и западной части Украины; коммунисты — на юго-востоке Украины и в Крыму; блок «За единую Украину» — на юге и востоке. Народный Рух — имел свой постоянный электорат в Западной Украине. Блок Юлии Тимошенко был поддержан в основном в Киеве и Днепропетровске.

В самой Раде нового созыва партии и блоки, победившие на выборах, образовали свои фракции. Блок Виктора Ющенко «На­ша Украина» получил 112 мест, «За Единую Украину» — 101 мандат, коммунисты — 65, объединенные эсдеки — 24 места, социалисты — 23, а Блок Юлии Тимошенко — 22. Остальные 103 места в парламенте распределили между собой представители мелких партий, вошедших в парламент по мажоритарным округам и беспартийные. Если посты спикера и вице-спикеров в упорной борьбе завоевали представители «Единой Украины» («Еды») и объединенных эсдеков, то руководство ключевыми парламентскими комитетами перешло в руки «нашистов» (так называли членов фракции «Наша Украина»).

Ющенко и его сторонникам удалось выиграть парламентские выборы, но переговоры по формированию парламентского большинства он проиграл. Как часто бывает в политике, побеждают одни, а выигрывают — другие. Борьба за парламентское большинство, а как следствие этого и борьба за пост премьер-министра, длилась с мая по декабрь 2002 года. Пропрезидентские силы, воспользовавшись неоднородностью оппозиции, не сумевшей выработать четких принципов взаимодействия, привлекли на свою сторону социалистов и коммунистов и сформировали парламентское большинство. Завоевав большинство в парламенте, сторонники президента Кучмы расчистили себе дорогу к власти, усилили экономическое и политическое влияние в стане, восстановили прежние коррупционные схемы приватизации, использовали возможность назначения на высокие государственные должности угодных им лиц и, наоборот, увольняли тех, кто стоял на их пути.

Впервые за годы независимости Украины было образовано коалиционное правительство. Только это оказалось коалиционное правительство во главе со ставленником Рината Ахметова и донецкого клана, премьер-министром Виктором Януковичем. Оппозиции ничего не оставалось, как продолжать бороться за дальнейшую демократизацию и вырабатывать новую стратегию борьбы за власть на предстоящих теперь уже президентских выборах.


Президентские выборы 2004 года

К президентским выборам стороны начали готовиться задолго до того, как они были официально объявлены. Большинство украинских избирателей продолжали верить и надеяться, что эти президентские выборы станут переломными в истории страны. Господствующая верхушка понимала, что честные и демократические выборы она не выиграет, но сдавать свои позиции не собиралась и придумывала механизм продления своего существования. Такой механизм нашелся. Конституционный суд, находившийся под контролем президента Кучмы и его сторонников, признал, что в соответствии с новой украинской Конституцией 1996 года президент Кучма находился у власти всего один срок, поскольку на первый срок он был избран до принятия новой Конституции Украины. Следовательно, постановил суд, Кучма может выдвигаться на второй срок на предстоящих выборах 2004 года (хотя Кучма и находился у власти уже полных два срока). Подконтрольные правительству украинские СМИ стали разъяснять народу «правильность» выводов Конституционного суда, а сам Кучма внимательно следил за реакцией общества, не зная, выдвигаться ли ему или отказаться участвовать в президентских выборах и поддержать кандидатуру Ющенко.

В то же время Кучма понимал, что Ющенко, а уж тем более Тимошенко, придя к власти, Кучму не пожалеют и, скорее всего, привлекут к уголовной ответственности либо за коррупцию, либо, что еще хуже, за убийство Гонгадзе. Оставался еще один вариант: поддержать донецкий клан, предлагавший своего представителя в президенты — В. Януковича, у которого при всех его минусах был один плюс: он, безусловно, не мог иметь своей целью посадить бывшего президента Кучму за решетку.

Еще один кандидат — Виктор Медведчук, занимавший к тому времени должность руководителя администрации президента Украины, — тоже обещал Кучме, что в случае своей победы не даст «Данилыча» в обиду и гарантирует ему (как Путин Ельцину) спокойное существование. Оба кандидата не имели широкой народной поддержки, но имели за собой сильные кланы, готовые драться за свое выживание до конца. Оппозиция тем временем перешла в наступление, разъясняя народу конституционную «уловку» Верховного Суда Украины. В итоге Леонид Кучма отказался от участия в президентской гонке, поставил на Януковича (и проиграл все).

Дождавшись прояснения ситуации с действующим президентом, в предвыборный марафон ринулась целая рать кандидатов (26 человек), каждый из которых пытался убедить избирателей, что именно он сможет изменить жизнь рядовых людей к лучшему. Такого огромного количества претендентов, желающих осчастливить многострадальный украинский народ, Украина за все годы независимости еще не видела. Самым излюбленным занятием кандидатов было очернить своего конкурента, в силу чего предвыборная президентская кампания 2004 года оказалась самой грязной с точки зрения использования предвыборных технологий.

На программы кандидатов никто не обращал внимания, так как они практически ничем не отличались. Среди общего однообразия тем не менее выделялись два Виктора: Янукович и Ющенко. Совершенно разные и непохожие другу на друга кандидаты очень скоро определились как основные. Кандидатом от власти был действующий премьер-министр Виктор Янукович. Его открыто поддерживала Россия, надеявшаяся через Януковича установить полный политический и экономический контроль над Украиной. Одновременно бывший донецкий губернатор был надеждой украинской олигархии, особенно донецкой.

Родившись неподалеку от города Енакиево в семье машиниста паровоза Федора Владимировича Януковича и медсестры Ольги Семеновны Леоновой, Виктор Янукович рано остался без матери и воспитывался своей бабушкой Кастусей Янукович. Окончив с неплохими оценками среднюю школу, он работал на Енакиевском металлургическом заводе и параллельно учился в горном техникуме при заводе, а позже закончил Донецкий политехнический институт. В 17 лет он был впервые осужден на три года за участие в ограблении, но, не успев выйти из одной тюрьмы, тут же попал в другую — на два года, за избиение (нанесение телесных повреждений средней тяжести). Судимости эти были позже сняты «из-за отсутствия состава преступления», на что впоследствии неоднократно указывал Янукович и его сторонники.

Более двадцати лет работал Янукович руководителем ряда донецких предприятий, что позволило ему прорваться к власти и с 1996-го по 2001 год быть главой Донецкой областной государственной администрации и областного Совета. Затем он закончил факультет международного права Украинской академии внешней торговли и, уже будучи губернатором (что всегда подозрительно), защитил докторскую диссертацию по вопросам управления развития инфраструктуры большого промышленного региона (Донбасса). Вслед за этим Янукович получил звание профессора, но при указании этого звания в анкете написал его с двумя буквами «фф» и с одним «с» — «проффесор». Так его и стали звать с тех пор в Украине — «проффесор Янукович».

Донецкий клан выдвинул Януковича для лоббирования своих интересов на общегосударственном уровне. «Большое Я» (еще одна кличка Януковича, в узком кругу его сторонников) успешно с этой задачей справлялся — до определенного момента. Власть пыталась создать положительный имидж своему кандидату всеми возможными и не всегда законными средствами, используя имеющиеся для этого в ее распоряжении административные ресурсы, демагогию и… компромат против политических противников. Накануне выборов действующий премьер-министр предпринял несколько популистских шагов, например, увеличив заработную плату и пенсии, растратив с этой целью бюджетные ресурсы и чуть не приведя экономику всей страны к коллапсу.

Оппозиция сосредоточила свои силы вокруг Виктора Ющенко, который на тот момент имел самый высокий рейтинг в стране. Тимошенко очень хотела стать президентом, но понимала, что ее час еще не пришел. Поэтому она встала под знамена «Нашей Украины» и оставалась незаметной тенью своего бывшего шефа. Европа тоже не скрывала своих симпатий к оппозиционному кандидату, рассчитывая таким образом постепенно вывести Украину, находящуюся в центре Европы, из-под российского влияния. Сам Ющенко, по его собственному признанию, не очень хотел биться за президентский престол, но подчинился желанию избирателей.

Все проводимые различными социологическими службами опросы показывали, что лидерами в предвыборной гонке являются Ющенко и Янукович. За ними шли Виктор Медведчук, лидер коммунистов Петр Симоненко и лидер социалистов Александр Мороз. Янукович и Ющенко не уступали друг другу. На финиш они пришли практически вместе. Обнародованные 31 октября 2004 года официальные результаты выборов показали ничейный результат: Ющенко получил 39,87% голосов; Янукович — 39,32%. Явка избирателей оказалась рекордно высокой — 75%. Наблюдатели отметили, что в ходе предвыборной кампании имелись многочисленные нарушения. Насколько эти нарушения могли повлиять на результат выборов, никто сказать не мог. Но, поскольку ни один из кандидатов не набрал больше 50%, необходимые для победы в первом туре, на 21 ноября был назначен второй тур голосования.

Географически симпатии избирателей разделились на две части. Центральные и западные области Украины проголосовали за Ющенко. За исключением Закарпатской области, где живут русины и венгры, население этих областей в основе своей говорило на украинском языке и являлось прихожанами Украинской греко-католической и Украинской православной церкви Киевского патриархата. Юго-восточные регионы и Республика Крым, где жители предпочитали говорить на русском и были прихожанами Украинской православной церкви Московского патриархата, голосовали за Януковича.

Избирательная кампания второго тура голосования оказалась особенной. Пропагандистские и административные ресурсы партии власти, которую представлял Янукович, были брошены на поддержку кампании. Телеканалы и средства массовой информации, подконтрольные власти, тоже работали на своего кандидата. Во всех городах Украины красовались портреты Януковича, который в своей предвыборной программе даже пообещал сделать русский язык вторым государственным языком.

Владимир Путин дважды приезжал в Киев, чтобы засвидетельствовать свою поддержку пророссийскому кандидату. Все лидеры стран СНГ (кроме президента Грузии Михаила Саакашвили, поддержавшего Ющенко) тоже дружно включились в пропагандистскую кампанию, уверяя украинский народ в вечной дружбе, в важности сохранения налаженных еще с советских времен народнохозяйственных связей и кооперации. Лейтмотивом выступлений было то, что с приходом к власти Януковича Украина займет достойное место в Содружестве независимых государств и станет локомотивом в создании единого экономического и таможенного пространства, а ее экономика сможет выжить и процветать только в тесном сотрудничестве с Россией и другими странами СНГ. Особую «озабоченность» у соседей Украины, в первую очередь у России, вызывало «угнетенное» положение русскоязычного населения и ситуация с ущемлением русского языка в Украине. Пророссийские и российские аналитики пугали украинцев тем, что в случае прихода к власти Ющенко Украина вступит в НАТО и попадет в финансовую зависимость от Международного валютного фонда и США.

Тогда же по приказу Кучмы в прессе была распространена информация, что жена Виктора Ющенко Екатерина Чумаченко является сотрудником Центрального разведывательного управления и направлена Соединенными Штатами Америки в Украину для того, чтобы стать агентом влияния. В публикациях утверждалось, что ее специально «прикрепили» к в то время председателю Национального банка Украины Ющенко, что их первая встреча в самолете, где места их оказались рядом, и последующий брак тоже были организованы ЦРУ с целью шпионажа. Более драматичных по своему накалу страстей и нарушений президентских выборов в истории Украины не было.


Отравление Виктора Ющенко и попытка фальсификации выборов

Если предположить, что несанкционированное записывание разговоров в кабинете президента Кучмы в 2000 году производилось генералом Марчуком (за которым стояли российские спецслужбы) c целью вынудить Кучму уйти в отставку и уступить власть пророссийскому кандидату, нужно признать, что операция закончилась провалом: Кучма, несмотря на целую череду скандалов и революций, в отставку не ушел. Он оставался на посту президента Украины до конца своего конституционного срока. В 2004 году Россией была предпринята вторая попытка захвата контроля над Украиной. В сентябре 2004 года во время предвыборной президентской кампании, в которой двумя главными конкурентами были прозападный Виктор Ющенко и пророссийский Виктор Янукович, Юшенко был отравлен.

Отравление произошло вечером 5 сентября во время ужина на даче у первого заместителя председателя СБУ генерала Владимира Сацюка, где бывший премьер-министр кандидат Ющенко встречался с руководством СБУ.

Оставим в стороне многочисленные версии, запущенные для дезинформации в прессу и самими отравителями, и политическими противниками Ющенко (Партия регионов, КПУ, администрация президента Кучмы) о том, что никакого отравления не было, а была реакция организма Ющенко на съеденные суши. Как вскоре стало известно, Ющенко отравили диоксином. Этот диагноз поставили врачи венской клиники «Рудольфинерхаус», куда 10 сентября был доставлен отравленный Ющенко. Симптомы отравления: острый панкреатит, желудочно-кишечные боли, острая боль в спине, кровоточащие язвы. По мнению врачей, яд в организм Ющенко попал за пять дней до госпитализации, а именно 5 сентября. Внешний вид Ющенко изменился до неузнаваемости. Лицо его было изуродовано. Он находился между жизнью и смертью; примерно месяц после отравления не в состоянии был выступать. Между тем выборы были назначены на 31 октября. А Ющенко существенную часть драгоценного предвыборного времени президентской гонки должен был тратить на интенсивное лечение. Рейтинг Ющенко пошел вниз. Если бы Ющенко умер в результате отравления либо снял свою кандидатуру с выборов по состоянию здоровья, его пророссийский конкурент Янукович оставался бы единоличным лидером президентской гонки.

Прокуратура возбудила уголовное дело по факту отравления Ющенко. Главным подозреваемым был Сацюк. Его несколько раз допрашивали, но официальных обвинений ему не предъявляли и не арестовывали. После всех допросов и экспертиз прокуратуре так и не удалось доказать, что Ющенко отравили именно на ужине у Сацюка и что Сацюк к этому был причастен. Он оставался свидетелем до тех пор, пока не сбежал за границу. Не сразу стало известно, что «заграницей» оказалась Россия. И когда уже при победившем президенте Ющенко Украина запросила у России выдачи Сацюка, российское правительство ответило, что Сацюк получил в России политическое убежище и депортирован быть не может[29].

21 ноября 2004 года, в день второго тура голосования, была сделана еще одна попытка избавиться от Ющенко, а заодно и от Тимошенко. В этот день городская милиция задержала в центре Киева на пересечении улиц Владимирской и Саксаганского двух российских граждан, москвичей, с тремя килограммами взрывчатки в машине. Задержанными оказались 35-летний Михаил Николаевич Шугай и 33-летний Марат Борисович Москвитин. Вторая машина с взрывчаткой была припаркована около предвыборного штаба Ющенко на улице Боричев Ток, 22А, напротив резиденции посла США. В машине было «готовое взрывчатое устройство с радиоэлектронным управлением»[30]. Шугай и Москвитин сознались, что за деньги должны были совершить теракты против Ющенко и Тимошенко.

Кто именно стоял за организацией этого покушения, осталось неизвестным, тем не менее косвенные улики указывали на руководство МВД Украины.

Уже при новом президенте в украинских СМИ была опубликована оперативная запись телефонного разговора между начальником отдела наружного наблюдения Алексеем Даниловичем Прилипко (Прылипко) — должность, ранее занимаемая генералом Пукачом, и Сергеем Клюевым — братом руководителя предвыборной кампании Януковича и бывшего вице-премьер-министра Андрея Клюева. Прилипко же в прошлом занимал должность заместителя Пукача, и в 2000 году именно он организовывал слежку, предшествующую похищению и убийству Гонгадзе (которое на момент второго тура президентских выборов 2004 года раскрыто еще не было). Вот запись этого телефонного разговора:

Клюев: Добрый день.

Прилипко: Добрый.

Клюев: Это, Клюев, один короткий вопрос… подскажите адрес центрального нашего оппонента.

Прилипко: По памяти — Ярославская.

Клюев: Ярославская?! А как там дальше?

Прилипко: Один дробь что-то там... сейчас я секунду и я вам перезвоню.

Клюев: Ну, перезвоните мне, пожалуйста.

Прилипко: Ало.

Клюев: Ало.

Прилипко: Ну самый большой, это тот, что я назвал, Ярославская 1/3.

Клюев: Минуточку. Ярославская...

Прилипко: Там большой трехэтажный дом, угловой, и тут же на Подоле есть два офиса Боричев Ток.

Клюев: Боричев Ток.

Прилипко: Да, 8а и 22.

Клюев: А основной где?

Прилипко: Это первый, что я назвал, самый первый.

Клюев: Там где Юля и т.д.

Прилипко: Нет, у Юли свой...

Клюев: А где все руководство, есть, где они собираются? Ну все-таки, есть же, где они собираются в основном.

Прилипко: Вот это — на Боричев Ток, все службы в Ярославской, все в одном квадрате, как бы...

Клюев: А то место, где собирается руководство, где это?

Прилипко: Они бывают на Ярославской 1/3д, у него 8а... там тоже проводит встречи в более узком кругу, и 22 тоже, по-моему, есть.

Клюев: Такого места основного, как у нас, там нет.

Прилипко: Его кабинет на 8а находится.

Клюев: А как там, охраны много?

Прилипко: Да много, там американское посольство рядом, там техника задействована серьезная.

Клюев: Во всех трех, да.

Прилипко: Да, да.

Клюев: Ясно. Но кое-какие позиции есть там у нас. А вход там свободный, как там вход? Там на входе полная куча, да?!

Прилипко: Да, да там служба стоит.

Клюев: Ладно, хорошо, спасибо.

Прилипко: Спасибо, до свидания.

21 ноября покушение не состоялось. Однако в этот день было совершено другое преступление: Центральная избирательная комиссия Украины объявила предварительные результаты второго тура президентских выборов, согласно которым с преимуществом в 3% победил занимавший должность премьер-министра Виктор Янукович.

Обнародованные результаты второго тура шокировали всех. Вспомнилось «мудрое» наставление Иосифа Сталина: важно не то, как голосуют, а то, как считают. И посчитали! Председатель Центральной избирательной комиссии юрист Сергей Кивалов объявил, что по предварительным данным Центризбиркома убедительную победу одержал Виктор Янукович, набравший 49,42% против 46,69%, набранных Ющенко. Электоральные географические предпочтения остались те же: центр и запад Украины — за Ющенко, юго-восток и Крым — за Януковича.

Проблема с результатами голосования оказалась в том, что, согласно опросам (экзит-поллам), результаты выборов были прямо противоположными: победил Ющенко. Кроме того, были выявлены многочисленные нарушения. Массовым явлением было разрешение избирателям голосовать по так называемым открепительным талонам, и многие активные сторонники Януковича разъезжали по стране и голосовали по несколько раз. В восточной части Украины (особенно на Донбассе), голосовавшей в основном за Януковича, между первым и вторым турами произошло значительное увеличение числа избирателей — почти на 20% по сравнению с первым туром. В некоторых избирательных участках доходило до того, что число голосовавших превышало число официально зарегистрированных избирателей. Студентам, заключенным и военнослужащим «настоятельно предлагалось» голосовать за Януковича. Стало ясно, что власть обманула народ и украла у Ющенко победу. Такого мнения придерживалось и большинство избирателей, и вся оппозиция, и широкая международная общественность. Все официальные наблюдатели влиятельных международных организаций (ОБСЕ, ПАСЕ, Европарламент, Парламентская ассамблея НАТО, Совет Европы) открыто и решительно заявили о масштабных фальсификациях, допущенных во время президентских выборов в Украине, их недемократичности и несоответствии европейским стандартам.

Стала появляться информация о том, как именно люди президента Кучмы и премьер-министра Януковича фальсифицировали результаты. Были записаны СБУ раскрывавшие подлог телефонные разговоры заговорщиков. Оказалось, что результаты голосования в регионах сначала пересылались в штаб Януковича, где в данные вносились изменения, и лишь оттуда отправлялись в компьютер Центральной избирательной комиссии Украины. Организацией компьютерных фальсификаций занимался все тот же Сергей Клюев. На правительственном уровне ему помогали брат Андрей Клюев, вице-премьер-министр правительства, старший советник премьер-министра Эдуард Прутник, глава администрации президента Виктор Медвечук, старший советник президента Сергей Левочкин, бывший советник Кучмы по проведению выборов Юрий Левенец и специалист по компьютерам Зимин. Техническая поддержка осуществлялась украинской компанией «Укртелеком» под руководством Григория Джексона. Все это происходило при попустительстве главы ЦИК Сергея Кивалова[31].

Для создания дополнительных голосов, которые должны были быть прибавлены к процентам Януковича, по всей стране урны для голосования заполнялись сотнями тысяч поддельных бюллетеней, напечатанных в России. В телефонных разговорах с российскими участниками заговора эти бюллетени для конспирации назывались «печенье».

24 ноября Кивалов объявил, что по официальным подсчетам ЦИК Янукович победил и является президентом. Однако на следующий день Верховный Суд Украины постановил не объявлять Януковича победителем, пока не будут рассмотрены жалобы Ющенко на возможные фальсификации. Одновременно объявленные ЦИК результаты выборов отказалась признать Верховная Рада.

27 ноября стороны сели за стол переговоров с участием президента Польши Александра Квасьневского, представителя Евросоюза Хавьера Солана, председателя Государственной думы России Бориса Грызлова и спикера Верховной Рады Владимира Литвина. Кучма настаивал на том, чтобы протестующие прекратили блокирование зданий Кабинета Министров, администрации президента и Рады. Ющенко не отступал. Тогда Кучма решил прибегнуть к силе. Поздним вечером 28 ноября заместитель министра внутренних дел Сергей Попков приказал 10-тысячному отряду милиции очистить центр Киева от демонстрантов. Однако на стороне протестующих выступила армия, противопоставившая себя МВД. «Зачистка» центра Киева не состоялась.

Глава 5.

Оранжевая революция



Фальсификация выборов всколыхнула огромные массы населения Украины. В западных и центральных областях начались массовые демонстрации с требованием пересмотреть результаты выборов. На фоне массовых акций гражданского неповиновения в стране начался очередной политический кризис. Он вошел в историю Украины как «оранжевая революция» — по цвету флага и шарфика основного претендента на пост президента Виктора Ющенко.

Вся предвыборная кампания Виктора Ющенко была оранжевого цвета. Оранжевые ленточки, шарфики, галстуки, шапочки использовались как отличительный знак сторонников Ющенко. Его сын «запатентовал» оранжевый цвет, и «уличная индустрия» массово продавала все оранжевое всем желающим. Сторонники Януковича собирались под бело-голубыми знаменами. Фактическим центром «оранжевой революции» был центр Киева — площадь (по-украински — майдан) Независимости, на которой непрерывно проходили многотысячные митинги протеста в течение двух месяцев. Со временем это место стали называть одним словом: Майдан.

Принято считать, что революция началась 21 ноября 2004 го­да, когда после объявления предварительных результатов Виктор Ющенко и его команда, не дожидаясь официальных результатов, призвали избирателей собраться вечером на митинг и защитить свой выбор. На митинге Ющенко заявил, что результаты выборов сфабрикованы, призвал объявить всеобщую политическую стачку и не расходиться, пока не будут пересмотрены результаты голосования.

На центральной площади столицы начали возводить палаточный городок. Комендантом Майдана стал сторонник Ющенко Роман Бессмертный (позже, уже в бытность Ющенко президентом, он станет его представителем в парламенте). Если в самом начале движение на Майдане носило хаотический характер, то со временем простые киевляне, а затем и бизнесмены стали спонсировать протестующих: был установлен палаточный городок, подвозились продукты, медикаменты и дрова, чтобы митингующие могли греться у костров. Была сооружена огромная сцена, на которой выступали лидеры оппозиции и многочисленные артисты, дающие свои концерты бесплатно (по крайней мере, на первом этапе).

Оппозиционные фракции потребовали созвать внеочередное заседание парламента уже на следующий день, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Однако коммунисты и проправительственные фракции на заседание, разумеется, не явились. На этом заседании Ющенко принял присягу как президент Украины, что вызвало новую массовую волну поддержки. В центре столицы теперь собирались от 500 тысяч до 1,5 млн протестующих.

Следует заметить, что действия милиции и отрядов специального назначения были относительно нейтральными и вежливыми. Силы правопорядка не реагировали на провокации. Несмотря на крупное сосредоточение войск МВД в столице, удалось избежать кровопролития. Сдержано вели себя обе стороны — и оппозиция и власть. Столичный майдан распространился в провинции. Как и в Киеве, жизнеспособность майданов в регионах стала возможной, благодаря активной поддержке бизнесменов среднего класса, выделявших людей и деньги для строительства палаточных городков, обеспечение протестующих продуктами и медикаментами.

Несмотря на массовые протесты, ЦИК 24 ноября обнародовала официальные результаты и объявила победителем Виктора Януковича. Тогда митингующие взяли в осаду президентский дворец и здание Кабинета Министров. Для противовеса протестующим в столицу из восточной части Украины и особенно из Донбасса стали стягивать сторонников Януковича, разбивших свой палаточный городок в саду напротив здания Кабинета Министров. Обсуждалась возможность присылки из Донбасса в Киев более 300 тысяч шахтеров, которые «сотрут с лица земли» майдановцев и не допустят к власти Ющенко. Тем не менее, число сторонников Януковича в Киеве не превысило 20 тысяч человек. В основном это были шахтеры, которым на время участия в протестах выплачивались зарплата и «командировочные». Ночевали они в вагонах поездов, расположенных на запасных путях киевского железнодорожного вокзала. Возникла угроза силового противостояния двух лагерей и применения властью силы для разгона демонстраций.

Экстренно собравшийся 27 ноября украинский парламент принял постановление о политическом кризисе в стране, официально признал факт фальсификации выборов, фактически аннулировав их результаты, выразил недоверие ЦИК и призвал к мирному разрешению конфликта. В западных областях страны органы местного самоуправления приняли решения о признании легитимным президентом Виктора Ющенко. В восточных регионах лидеры Донецкой, Луганской и Харьковской областей выступили с инициативой созвать всеукраинский съезд местных Советов с целью создания автономного государства и признания легитимности избрания президентом Януковича.


Юго-Восточная Украинская автономная республика

В противовес событиям, происходящим в западных областях Украины и в Киеве, 28 ноября 2004 года в Северодонецке (Луганская область), состоялся съезд депутатов всех уровней юга-востока Украины, вошедший в историю как «Северодонецкий съезд». Определяющую роль в организации съезда сыграли решительные действия губернатора Харьковской области, известного политика Евгения Кушнарева. В нем приняли участие около 3500 делегатов из 17 областей восточной и центральной Украины и Крыма, в том числе 159 депутатов Верховной Рады Украины. Целью съезда была выработка общей стратегии по стабилизации ситуации в стране в случае обострения конфликта.

На съезде звучали заявления о том, что в случае прихода к власти Ющенко и его «оранжевой команды» депутаты юго-восточных регионов и Крыма оставляют за собой право на ответные действия, вплоть до создания Юго-Восточной автономии. При этом глава Луганского областного совета Виктор Тихонов подчеркнул, что целью съезда является создание Совета регионов, не ставя пока вопрос об автономии, который должен быть решен, по мнению собравшихся, референдумом. Делегаты съезда были единодушны в том, что «оранжевая революция» в Киеве является государственным переворотом, и призвали жителей юга-востока Украины бороться против «оранжевой чумы».

Еще до начала съезда ряд областей Украины приняли постановления об изменении системы государственного устройства, направленные на расширение полномочий регионов. Так, 24 ноября 2004 года сессия Луганского областного совета большинством голосов решила создать Автономную Юго-Восточную Украинскую Республику и обратилась к президенту России Путину за поддержкой. 27 ноября внеочередная сессия Харьковского областного Совета постановила создать исполнительные комитеты областного и районных Советов Харьковской области и наделить их полномочиями органов государственной власти.

Председателем областного исполнительного комитета сессия избрала действующего губернатора области Евгения Кушнарева. Именно на него при обострении политической ситуации была возложена функция координации действий с Донецким, Днепропетровским, Запорожским, Луганским, Одесским, Херсонским, Николаевским областными советами, Верховным Советом Крыма и Севастопольским городским советом с целью создания Юго-Восточной автономии. Харьковская область по инициативе Евгения Кушнарева прекратила перечисления средств в республиканский бюджет до стабилизации политической обстановки в Киеве. В это же время представители Одесского областного и городского советов объявили о намерении собрать Ассамблею народных депутатов всех уровней от областей Юга и Востока Украины, чтобы принять решение о провозглашении Новороссийского края как свободной самоуправляемой территории.

На Северодонецком съезде были представлены Донецкая, Днепропетровская, Житомирская, Запорожская, Кировоградская, Лу­ганская, Николаевская, Одесская, Полтавская, Сумская, Харьковская, Херсонская, Черниговская области, Крымская автономия и Севастополь. Не прибыли на съезд представители Черкасской и Закарпатской областей. По заявлению организаторов делегаты из Черкасской и Закарпатской областей не смогли приехать на съезд только по техническим причинам. Кандидат в президенты Янукович на съезд опоздал. Выступивший первым на съезде председатель Донецкого областного совета Борис Колесников предложил в случае избрания «нелигитимного» президента Ющенко провести на Юго-Востоке Украины референдум о недоверии власти и о создании Юго-Восточной украинской республики на основах федерализма со столицей в Харькове, как бывшей столице советской Украины:

«Ситуация выходит из-под контроля. Мы до последнего момента надеялись на спокойное разрешение конфликта. Но сейчас уже понятно, что это стало невозможным принципиально. Мы обязаны защищать интересы своих избирателей. И если нам не дадут защитить свой выбор, мы готовы идти на крайние меры. В этом случае мы предлагаем: выразить недоверие всем высшим органам государственной власти, которые нарушили закон. Создать новое юго-восточное украинское государство в форме федеративной республики. Столицей нового государства станет Харьков, таким образом, будет восстановлена первая столица независимой Украинской республики».

Все понимали, что «главные слова» скажет губернатор Харьковской области лидер политического объединения «Новая демократия» Евгений Кушнарев. Выступление его действительно было эмоциональным и решительным:

«Нет сомнения, что в течение недели на Украине осуществлялся тщательно спланированный и подготовленный, великолепно профинансированный антигосударственный переворот. По самым современным технологиям оболванивания людей пытались любым методом, в том числе и силовым, воцарить на трон самозванного президента… Но не надо испытывать наше терпение… на любой выпад у нас есть достойный ответ — вплоть до самых крайних мер. И я хочу напомнить горячим головам под оранжевыми знаменами: от Харькова до Киева — 480 километров, а до границы с Россией — 40! (Аплодисменты). Мы хотим жить в государстве, где каждый человек защищен. Защищены его права, его культура, его язык, его история, его традиции и его обычаи. Мы понимаем, что восток имеет серьезнейшее отличие от Галичины, мы не навязываем Галичине наш образ жизни, но мы никогда не позволим Галичине учить нас, как нужно жить! Мы должны защитить, сохранить главный духовный стержень, который нас объединяет, нашу веру. Мы не примем навязываемый нам образ жизни, мы не примем чужие символы, наш символ — православие! Дорогие друзья, мы хотим спокойно жить, работать, созидать, творить, но над нашей страной, над нашим будущим нависла страшная оранжевая угроза. Поэтому еще раз призываю всех быть непоколебимыми, стать в полный рост и отстоять наш выбор».

Присутствующий по приглашению организаторов съезда мэр города Москвы Юрий Лужков, известный своими антиукраинскими высказываниями еще в Севастополе, тоже блеснул красноречием:

«На Украине сейчас действуют две полярные силы. С одной стороны, грубое вмешательство в дела Украины, с другой — Россия, которая с полным уважением относится к суверенитету страны. Я, как мэр Москвы, готов снять свою любимую кепку, чтобы быть похожим на Виктора Януковича».

Все ждали выступления кандидата в президенты, будучи уверенными, что Янукович станет консолидирующей фигурой в борьбе против сторонников оранжевой революции и призовет к решительным действиям. Однако его выступление разочаровало присутствующих, ожидавших, что их лидер займет непримиримую позицию:

«Я никогда не предам вас, я всегда буду идти вместе с вами. И то, что примете вы, будет для меня закон. ...Еще немного — и все рухнет. Давайте постараемся найти решение, не прибегая к радикальным мерам. Если прольется хоть одна капля крови, этот поток уже не остановить. Защита законов и прав людей — наша цель. Пожалуйста, примите то решение, которое обеспечит целостность в стране и порядок в государстве…»

В конечном итоге съезд закончился предъявлением ультиматума, что если победит Ющенко, Юго-Восток оставит за собой право на адекватные действия, направленные на защиту прав граждан своих регионов, вплоть до создания Юго-Восточной украинской автономной республики. Решено было создать Межрегиональный совет органов местного самоуправления украинских регионов с центром в Харькове. В Луганской и Донецкой областях было принято решение о проведении в первой половине декабря 2004 года референдума по вопросу обретения статуса самостоятельных республик в составе украинской федерации. Кроме того, Луганский и Донецкий областные Советы вслед за Харьковским заявили о переподчинении себе милиции и других госструктур и о прекращении перечислений денег в госбюджет.

На 11 декабря был назначен Второй съезд Юго-Восточных регионов с целью принятия более конкретных и решительных мер по созданию автономного государства, но съезд не состоялся. Ни у Януковича, ни у окружавших его людей не было четкого понимания того, что же они хотят на самом деле: сдаться или бороться, отделиться от Украины или оставаться ее автономной частью, или присоединиться к России. Через десять лет, в 2014 году, все повторилось вновь. Съезд в Харькове стоял перед той же дилеммой, с той только разницей, что в 2014 году Янукович на съезде вообще не появился.

Уже после прихода Ющенко к власти против организаторов съезда 2004 года губернатора Харьковской области Кушнарева и председателя Донецкого областного совета Колесникова были возбуждены уголовные дела по обвинению их в сепаратизме и «попытке насильственного изменения границ Украины». Оба они были заключены в тюрьму, однако вскоре уголовные дела были закрыты «за отсутствием состава преступления» и заключенные были выпущены. Но призывы к федерализации и автономии Востока Украины и Крыма, требования укрепления традиционных связей с Россией с этого времени стали постоянным фактором украинской политики. Уже тогда Украина условно разделилась на восточную и западную. Политическая и деловая элита этих украинских половинок придерживались противоположных взглядов: желание пойти по европейскому пути развития было присуще западным регионам Украины. Желание укрепления связей с соседней Россией и создания федеративного государства овладело Востоком.


Победа Виктора Ющенко

В разрешение политического конфликта, разгоревшегося в Украине, вмешался Европейский Союз, прислав в Киев посреднические миссии ОБСЕ и ЕС, а также представителей России, Польши и Литвы, для переговоров с действующим президентом Украины Кучмой и претендентами на этот пост — Януковичем и Ющенко. В результате интенсивных переговоров было достигнуто компромиссное решение — переголосование второго тура, т.е. назначение нового, третьего, тура выборов. Но произошло это только после окончательного вердикта Верховной Рады Украины (ВРУ), куда Ющенко подал жалобу о признании незаконными действия ЦИК, объявившего 26 ноября Януковича победителем второго тура, и об отмене результатов голосования как фальсифицированных.

Заседание ВРУ сделали открытым и транслировали по телевидению, чтобы вся страна могла следить за процессом. Суд вскрыл значительные злоупотребления и фальсификации во время проведения выборов: афера с открепительными талонами, позволяющая ездить по стране и голосовать несколько раз; появление в списках избирателей мертвых душ, т.е. людей уже умерших, но внесенных в списки как голосующих. К тому же число бюллетеней на многих участках превышало реальную численность голосовавших.

Еще до объявления решения ВРУ президент Кучма срочно вылетел в Москву для консультаций с Путиным, с которым встретился прямо в аэропорту. Путин уже попал в неудобную ситуацию, когда поспешил поздравить Януковича с победой, хотя Янукович еще не выиграл. Повлиять на результаты выборов после того, что случилось, Путин уже не мог, и открыто вмешиваться во внутриукраинский конфликт не стал. Возможно, в необходимости соблюдать нейтралитет Путина убедил Кучма. По крайней мере после возвращения Кучмы из Москвы, 3 декабря 2004 года, впервые в современной истории Украины Верховный Суд признал, что определить победителя не представляется возможным, и на 26 декабря назначил переголосование.

7 декабря президент Кучма согласился с решением суда, а также с требованием Ющенко отправить в отпуск премьер-министра Януковича (на его место в качестве и.о. премьер-министра был назначен Николай Азаров) и сформировать новую Центральную избирательную комиссию для подсчета результатов. На заседание Верховной Рады 8 декабря были внесены соответствующие изменения в действующие украинские законы о выборах президента и местного самоуправления и в Конституцию, ставшие прологом политической реформы, о необходимости которой так долго говорили оппозиционеры. Парламент утвердил и новый состав ЦИК. В тот же день, 8 декабря, президент Кучма, присутствовавший на заседании парламента, прямо в парламенте подписал утвержденные Радой законы. Политический кризис, казалось, был преодолен. Массовые протесты прекратились, но палаточный городок на площади Независимости остался.

Третий тур президентских выборов в Украине оказался под пристальным вниманием международных наблюдателей, которых съехалось в Украину более 12 тысяч. Каждая из политических партий тоже имела практически на всех избирательных участках страны своих наблюдателей. Движущей политической силой, которая поддерживала Ющенко, была коалиция «Сила народа» (в которой объединились блок Ющенко «Наша Украина» и БЮТ). Также договор о поддержке Ющенко подписала Социалистическая партия Украины. В состав «Нашей Украины» входило около десятка партий национально-демократического направления, в том числе Народный Рух Украины и Украинская народная партия. Главными действующими лицами на политической сцене «оранжевой революции» были, несомненно, Ющенко и Тимошенко, дополнявшие друг друга.

Несмотря на отдельные попытки украинских центральных властей изменить ситуацию в пользу своего кандидата Януковича, случилось то, что обязано было произойти еще во втором туре: повторное голосование, проведенное 26 декабря, зафиксировало победу Ющенко с отрывом около 8%. Ющенко получил почти 52% голосов; Янукович — чуть больше 44%. При этом, как и ожидалось, центральные и западные регионы Украины отдали свои голоса Ющенко, а Юго-Восток и Крым — Януковичу. Выборы были признаны соответствующими международным стандартам, без существенных нарушений.

Виктор Янукович подал жалобу, аналогичную той, что ранее подавал Ющенко, в Верховный Суд Украины. 20 января Верховный Суд отклонил жалобу Януковича и ЦИК опубликовала результаты выборов. В Украине наступило всеобщее ликование, люди поздравляли друг друга с заслуженной победой, считая ее своей личной победой над авторитаризмом, бюрократией и олигархией. Граждане Украины впервые поверили, что родилась новая демократическая Украина, которая должна пойти по пути европейской цивилизации и что партийно-хозяйственный феодализм, господствовавший в стране, наконец-то закончится. Смена политической элиты в Украине, коренное изменение внешнеполитической ориентации, позволили многим аналитикам говорить о череде «цветных революций» в мире. Оранжевая революция в Украине следовала модели революции в Сербии, когда граждане боролись против режима Слободана Милошевича; «революции роз» в Грузии; «кедровой революции» в Ливане; «тюльпановой революции» в Киргизии. Характерной особенностью «цветных» революций была их патриотическая и националистическая окраска, спонтанность, сверхреволюционаризм, радикализм и даже экстремизм, а главной движущей силой всех революций — молодежь, в особенности студенчество. Все эти революции начинались с недовольства результатами выборов, где побеждали кандидаты от власти, и заканчивались массовыми беспорядками и протестами в стране до тех пор, пока протестующие не добивались победы своих сторонников.

20 января Ющенко сложил с себя депутатские полномочия. Верховная Рада назначила инаугурацию нового президента на 23 ян­варя 2005 года. На инаугурацию съехались главы государств и правительств многих стран ближнего и дальнего зарубежья. Официальная церемония прошла в Верховной Раде, где председатель ЦИК объявил результаты выборов. Затем председатель Конституционного суда сообщил об отсутствии препятствий для выполнения новоизбранным президентом своих обязанностей. После этого Ющенко вышел на трибуну и принес присягу украинскому народу, положив руку на Конституцию Украины и на Пересопницкое Евангелие, на котором присягали и предыдущие президенты страны. Получив удостоверение президента и символы государственной власти, Ющенко обратился с инаугурационной речью к присутствовавшим в зале. После этого спикер парламента объявил о сложении полномочий правительства в связи с избранием нового президента.

Формально став президентом, Ющенко в сопровождении семьи пошел на Майдан, где его ожидало около полумиллиона человек, встретившие его бурными овациями и криками «Ющенко, Ющенко!» Впервые, за годы своей независимости, победу на президентских выборах в Украине действительно одержал народ. Обращаясь к своим сторонникам, Ющенко сказал:

«После Оранжевой революции мы стали жить в другом государстве — стране, где будут честные журналисты, судьи и чиновники. Сегодня Украину знают во всем мире. Теперь все знают, что она не просто находится в Европе, но и является ее центром».

Обращаясь к своему сыну, Ющенко сказал: «Ты имеешь ту страну, которой не было у меня. И мы создали ту Украину, где не будет стыдно никому из нас». «Я верю, что вы не отдадите нашу победу!», — закончил Ющенко, обращаясь к собравшимся на площади.

Он посетил в тот день многие места в столице, где его ожидали простые люди, от чистого сердца поздравлявшие его и себя с победой. Вечером в Народном доме впервые состоялся президентский бал в честь коронации Ющенко. Создавалось впечатление, что Украина дышала воздухом свободы. Но это была лишь иллюзия.


Феномен Юлии Тимошенко

Вряд ли кто возьмется оспаривать, что своим успехом во многом Ющенко был обязан своей ближайшей соратнице Юлии Тимошенко. Женщине, на которую не жалели эпитетов: сначала «Леди Ю» и «Оранжевая принцесса» или «Принцесса оранжевой революции»; после неоднократных попыток власти спрятать ее за решетку: «Жанна Д’арк» и даже «Графиня Монте-Кристо» (из-за ее заключения в женской Качановской колонии в Харькове).

В период Оранжевой революции Тимошенко пользовалась осо­­бой популярностью среди народа. С нею и Ющенко украинцы связывали европейское будущее страны. Харизматичная личность Тимошенко, ее напористость, бесстрашие, за которое ее прозвали «самурай в юбке», сделали ее любимицей Майдана. Юля умела себя подать… Когда проходила общественная инаугурация президента Ющенко на Майдане, люди ждали его появления и встретили Ющенко бурным ликованием. Чуть позже, в нарушение протокола, на что тогда никто не обратил внимания, появилась королева Майдана Тимошенко, которую народ встретил с еще большим ликованием. Внешне Юля выглядела действительно как королева. Она всегда умела хорошо выглядеть, в отличие от своих безликих «собратьев по борьбе».

Исследователи биографии Тимошенко отмечали ее «феноменальность», подчеркивая те или иные качества как политика, человека и просто женщины. Возможно, ее феномен кроется в действительно трудном детстве, когда отец оставил их с матерью одних. Мать — простой диспетчер таксопарка в Днепропетровске — из последних сил растила свою дочку, пытаясь сделать все от себя зависящее, чтобы ребенок не чувствовал себя обделенным. С детства Леди Ю научилась принимать самостоятельные решения, защищать себя от назойливых мальчишек, куклам предпочитала мужские игры — футбол, волейбол, настольный теннис. В старших классах Юля стала заниматься спортивной гимнастикой, заработав звание кандидата в мастера спорта среди юниоров. Спортивный характер, сформированный в детстве, пригодился уже во взрослой жизни, когда пришлось играть с мужчинами в действительно «мужские игры».

После окончания школы Юлия поступила в Днепропетровский горный институт, но поняв, что это не ее призвание, забрала документы и поступила на экономический факультет Днепропетровского государственного университета, который закончила с отличием. В 18 лет она вышла замуж за Александра Тимошенко, отец которого был известным в городе партийным функционером, а в 19 лет родила свою единственную дочь Евгению.

В середине 1980-х годов, в самый разгар перестройки, Тимошенко поняла, что инженером-экономистом много не заработаешь, и активно вступила в ряды советских кооператоров, организовав кооператив «Терминал», занимавшийся видеопрокатом. Не без помощи Днепропетровского обкома комсомола, где заведующим отделом пропаганды был Сергей Тигипко, молодой и предприимчивой Юле удалось открыть во многих районах города видеосалоны.

Многие кооператоры того времени, чтобы не платить государству налоги, регистрировали свои фирмы в офшорных зонах или создавали совместные предприятия. Раем для советских кооператоров был «офшорный» остров Кипр. Так Юля стала генеральным директором украинско-кипрской корпорации «Украинский бензин», монополистом в обеспечении агропромышленного сектора нефтепродуктами и горюче-смазочными материалами. Параллельно она создает международный концерн «Сиаль», занимавшийся добычей природного камня. Кроме того, Леди Ю получила 25% акций Токовского месторождения красного гранита — единственного в мире, а в середине 1990-х вместе с В. Пинчуком создала корпорацию «Содружество», специализирующуюся на газе.

Но главным приобретением Ю. Тимошенко в бизнесе было знакомство в 1995 году с полновластным хозяином Днепропетровской области Павлом Лазаренко, ставшим в 1997 году Премьер-министром Украины. Близкое знакомство с Лазаренко позволило Тимошенко стать основным игроком на газовом рынке Украины, вытеснив оттуда своих бывших партнеров. Ее компания «Украинский бензин» переродилась в украинско-британскую корпорацию «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ) с уставным капиталом в 10 млн. долларов, контролирующую 25% украинской экономики. Оттеснив другого близкого Кучме олигарха — Игоря Бакая, Тимошенко стала практически единственным поставщиком российского газа в Украину, за что и получила свое очередное званиие «газовая принцесса».

Тимошенко стала членом партии «Громада», основанной Лазаренко, и была избрана депутатом Верховной Рады. К тому времени ее состояние (по данным британской газеты «Таймс») доходило до 6 млрд долларов и она была самой влиятельной женщиной в стране. Авторитетный инвестиционный форум в Польше номинировал ее даже на звание «Человек года» в Центральной и Юго-Восточной Европе.

Интерес к Ю. Тимошенко, как к женщине, со стороны мужчин и политиков был понятен. Но близко к себе она никого не подпускала; доступ к ней был весьма ограничен. Одни боялись ее влияния, другие — характера. Но общественный интерес к ней, как к даме высшего света, никогда не угасал. Женщин очень интересовало, какой косметикой она пользуется (говорили, что только французской фирмы A-Studio, духи Angel), какую одежду любит (замечено было, что от Chanel и Dolce & Gabbana). Мужчинам нравилось, как она всегда великолепно выглядела. Это завораживало многих. Ее модельеры и визажисты создали узнаваемый сегодня образ Тимошенко с золотистыми волосами и неизменной косой. Ей писали письма, признаваясь в любви, обычные граждане. Но это уже была любовь другого типа, и в этом, возможно, крылась разгадка еще одного ее феномена: всенародной любви.

Став олигархом, она была интересна обществу как бизнесмен. Став публичным человеком — она привлекала к себе внимание как политик, умеющий грамотно и безжалостно вести борьбу со своими оппонентами. Ее выступлениям — ярким и увлекательным — мог позавидовать любой оратор. В отличие от своих косноязычных коллег-мужчин, Тимошенко ярко, свободно и доходчиво выступала перед массами на русском и украинском языках; говорила то, что народ хотел слышать. Поэтому ее слушали и слышали.

Феномен Тимошенко заключался еще и в том, что она была болезненно самолюбива и тщеславна. Для достижения своей цели она готова была идти до конца, на пути перешагивая через многих. Главной целью и смыслом ее жизни оставалась борьба за власть, за самую высокую ее ступень, за президентство. Ради достижения этой цели она готова была идти на временные компромиссы даже со своими врагами. Но в отличие от всех остальных, она работала только на себя, была бескомпромиссна и категорична, независимо от должности, которую занимала, ни на секунду не забывая, что конечной целью является президентство. Проиграв очередные президентские выборы, она на время уходила в тень, но всегда возвращалась, возобновляя борьбу за высшую государственную должность Украины.

Глава 6.

Виктор Ющенко — Дон Кихот от политики



В 2005 году президентство Ющенко обещало радужные перспективы. Все тогда дружно ругали «режим Кучмы» и также дружно хвалили нового президента и его команду, называя его «надеждой нации», а его любимое выражение «люби друзи» стало повсеместно употребляться среди населения, не без доли иронии. Вступив в должность президента Украины на волне эйфории, Ющенко пришлось сразу же взяться за решение целого комплекса проблем страны. В своей инаугурационной речи 23 января новый президент объявил, что главными его задачами будут беспощадная борьба с коррупцией, разделение бизнеса и политики, приверженность свободе слова и открытость власти.

Ющенко начал с реформы бюрократической машины. Администрация президента была переименована в Секретариат. На должность руководителя Секретариата был назначен глава избирательного штаба Ющенко Александр Зинченко. Новый президент объявил о сокращении чиновничьего аппарата, поменял всех глав областных администраций в стране и уволил свыше 18 тысяч сотрудников. Во главе Кабинета Министров встала Юлия Тимошенко. Как и в годы прежних администраций, началась борьба с политическими противниками, на которых органы прокуратуры стали заводить уголовные дела, обвиняя их в том числе в сепаратизме.

Ющенко сразу же дал понять, что главной стратегической вне­шнеполитической целью его правления будет ориентация на Европу при сохранении позитивных тенденций в украинско-российских отношениях. Поэтому свой первый официальный визит президент Ющенко осуществил именно в Россию, куда прибыл 25 января. Перед самым вылетом, стоя на трапе самолета, он заявил о том, что назначает премьер-министром Юлию Тимошенко, и этим развеял ходящие по Киеву слухи о том, что кандидатура премьера будет утверждаться в России. «Это был жесткий ответ Кремлю: Киев намерен строить отношения с Москвой на совершенно иной, нежели прежде, основе, — писала российская газета «Коммерсантъ». — По замыслу новых украинских властей это должны быть отношения равноправных партнеров, а не младшего и старшего брата. А, возможно, в роли старшего брата выступит уже Украина».

Деликатность ситуации состояла еще и в том, что в момент назначения Тимошенко премьер-министром — в России на нее было заведено уголовное дело, и Россией она была объявлена в международный розыск. Но про уголовное дело Тимошенко после визита Ющенко в Москву все забыли, а сам Ющенко заверил президента России в дружеских намерениях украинского народа. Ющенко подтвердил, что Россия была и остается стратегическим партнером Украины, и он хочет отстраивать украинско-российские отношения на доверительных и взаимовыгодных началах.

Через несколько дней Ющенко должен был прибыть в Брюссель, но назначенная на 27 января поездка его была неожиданно отменена из-за «погодных условий». В столицу Евросоюза Ющенко прибыл лишь в феврале. Здесь он пытался убедить европейских чиновников в желании Украины стать если не полноправным членом ЕС, то по крайней мере ее ассоциированным членом с перспективой вступления в европейское сообщество. Руководство ЕС заверило украинцев в поддержке евроинтеграционного курса Украины, но подчеркнуло, что Украина еще не готова для вступления в Евросоюз. У Украины не оставалось иного выхода, как броситься в «братские объятия» русского медведя.


«У моего правительства чистые руки и воровать оно никогда не будет»

Во время церемонии инаугурации 23 января 2005 года новоизбранный президент бросил ставшую крылатой фразу: «У моего правительства чистые руки, и воровать оно не будет». Ему поверили, хотя и не все, потому что Ющенко не всегда выполнял свои обещания. Указанием на это было назначение на высокие государственные должности по принципу кумовства или близкого родства. Кум Петр Порошенко был назначен главой Совета национальной безопасности и обороны (СНБО). Кум Олег Рыбачук — вице-пре­мьером по вопросам евроинтеграции. Кум Юрий Павленко — министром по делам семьи, молодежи и спорта. В Харькове родной племянник Виктора Ющенко (сын его старшего брата Петра), Ярослав Ющенко, несмотря на молодой возраст и отсутствие какого-либо опыта управленческой работы, стал заместителем губернатора. Еще один кум, Александр Черевко, был назначен главой Черкасской областной государственной администрации. Известная украинская певица Оксана Билозир, которая была близка к семье Ющенко и крестила одну из дочерей Порошенко, получила пост министра культуры. Не на пользу Ющенко пошел и скандал с его сыном Андреем, разъезжавшим по столице на шикарном лимузине с мобильным телефоном за несколько тысяч долларов.

Первым камнем преткновения для Ющенко стала конституционная реформа, в соответствии с которой президентско-парламентская система власти должна была стать парламентско-президентской. Предыдущему президенту, Леониду Кучме, удалось подготовить эту реформу для принятия новой властью, однако последняя не спешила ее реализовывать, оправдываясь тем, что избранный президент Ющенко получил достаточно широкий вотум доверия со стороны народа и не обязан передавать часть своих полномочий Раде. Тем не менее перед парламентскими выборами 2006 года Ющенко все-таки пришлось пойти на реализацию этой реформы и согласиться ограничить свои полномочия, которые ему пришлось делить с Кабинетом Министров и премьер-министром. В итоге это привело к постоянному перетягиванию каната из стороны в сторону, к перманентному конфликту с Кабинетом Министров, к отставкам правительства. Страдало прежде всего дело. Население ждало реальных изменений, а не извечных перестановок в правительстве. Между тем глобальных преобразований в экономике и политике не происходило. Более того, разразившийся скандал между премьер-министром Тимошенко и главой СНБО Порошенко привели не только к отставке правительства Тимошенко, но и к разочарованию широких народных масс в идеалах Оранжевой революции и ее лидерах.

Борясь за сокращение чиновничьего аппарата, Ющенко одновременно увеличил численность своего Секретариата до 600 человек. Расходы из госбюджета на содержание Секретариата Ющенко составили 1,5 млрд гривен, в то время как расходы на содержание Верховной Рады составляли «всего лишь» 1 млрд, а на содержание правительства — 500 миллионов гривен. Все решения, принимаемые в государстве, контролировались и окончательно утверждались Секретариатом, а человек, его возглавлявший, стал вторым по влиянию человеком в государстве.

Умышленно или нет, Ющенко полностью скопировал систему, созданную в 2000 году в России. После прихода Путина к власти руководитель его администрации Александр Волошин опубликовал (за подписью Путина) указ, согласно которому руководитель Администрации президента (АП) России становился вторым человеком в государстве, поскольку абсолютно все бумаги, все назначения, награждения и повышения в стране должны были отныне производиться по согласованию с руководителем администрации президента. И поскольку руководитель АП назначался самим президентом, отвечал только перед ним и снят мог быть только им, получалось, что этот абсолютно назначенный, а не избранный народом человек, был вторым человеком в стране, никому, кроме президента, неподотчетным.

Именно деятельность Секретариата в конечном итоге привела к росту недовольства в Украине и падению рейтинга Ющенко. Под влиянием обстоятельств ему пришлось незначительно сократить численность государственного аппарата. Собственно, любое правительство, приходящее к власти, начинает с сокращения государственного аппарата как минимум на 10%, одновременно увеличивая контрольные или другие функции государства, что в результате приводит к увеличению численности того самого аппарата, который изначально требовалось сократить. Ющенко умудрился сформировать три центра власти: Секретариат президента, Кабинет Министров и СНБО. Секретариат дублировал функции правительства и вмешивался в его политику. Без окончательного согласования с Секретариатом ни одно постановление правительства не выходило в свет. Это само по себе создавало предпосылки для будущих противоречий и столкновений. Расширение численности до 220 человек и полномочий СНБО, имеющего право корректировать и вмешиваться в подготовку решений правительства (т.е. фактически тоже дублирующего функции правительства) создало еще большее напряжение в государственном управлении и почву для личных обвинений в адрес друг друга таких амбициозных политиков, как Тимошенко (Кабинет Министров) и Порошенко (СНБО).

Возможно, Ющенко рассчитывал, что в этой ситуации всегда будет в роли третейского судьи «разделять и властвовать», но именно это его и погубило. Народ воспринимал лидеров Оранжевой революции Ющенко и Тимошенко как единое целое, как команду единомышленников, взаимно дополняющих друг друга. А они оказались лебедем, раком и щукой из известной басни русского баснописца Крылова. Начавшиеся распри между бывшими соратниками разочаровали их сторонников, и рейтинг «оранжевых» начал стремительно падать.

И все-таки, несмотря на ограниченные возможности президента определять экономическую и социальную политику, особенно после внесения изменений в Конституцию Украины, Ющенко смог частично реализовать провозглашенную им программу «Десять шагов навстречу людям». В стране несколько повысился уровень жизни, увеличилась помощь матерям при рождении ребенка: за первенца выплачивали 12 тысяч гривен, за второго ребенка — 25 тысяч, за третьего и последующих — 50 тысяч гривен. «Матери-героини» начали получать вознаграждение в десятикратном размере прожиточного минимума. В итоге впервые в Украине стал наблюдаться рост рождаемости, причем неплохими темпами: в 2009 году в Украине родилось более полумиллиона детей, что явилось наивысшим показателем за все годы независимости государства.

В 2007—2008 годах Ющенко ввел в практику проведение ин­тер­нет-акций «Спроси президента», считая, что это будет способствовать установлению обратной связи с народом и повысит его собственный рейтинг (здесь тоже Ющенко скопировал нововведение Путина, общавшегося в эфире с «народом»). Но однажды, получив вопрос: «Уважаемый господин президент, скажите, пожалуйста, сколько нам (простым людям) нужно вам заплатить, чтобы вы вместе со всеми депутатами Верховной Рады, министрами, членами правительства навсегда выехали за границу и не мешали Украине нормально развиваться?» — Ющенко обиделся, и подобные акции больше не проводились.

Важными социальными программами, провозглашенными Ющен­ко в период его правления, были программы по строительству доступного жилья, в котором нуждались более 17 млн граждан Украины. Но обещания так и остались обещаниями и не были реализованы ни им, ни его преемниками. В 2007 году на встрече с украинскими бизнесменами Ющенко инициировал программу поддержки малообеспеченных детей, многодетных семей, детей-сирот и проблемных детей, лишенных родительской заботы, и внес на рассмотрение парламента вопрос о поддержке семей, взявших детей на усыновление, считая, что каждый ребенок, оставшийся без родителей, должен найти семью. Эти программы поддержали известные украинские олигархи Виктор Пинчук и Ринат Ахметов, а также другие бизнесмены, благодаря чему программу удалось реализовать и создать национальную государственную поддержку усыновления.

Одним из главных направлений своей деятельности Ющенко считал реформирование судебной системы, МВД, органов прокуратуры и СБУ. Однако громко заявленная реформа правоохранительной системы не только не была проведена, как этого ожидали в обществе, но еще больше запутала систему взаимоотношений законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти. Все, что удалось Ющенко, это поменять кадровый состав, назначив на должности своих сторонников, ограничив при этом их влияние и раздробив все эти службы на более мелкие структуры, ставшие самостоятельными. Исключительной популярностью и поддержкой всех автомобилистов пользовалась проведенная Ющенко реформа ГАИ: на национальном совещании сотрудников ГАИ президент неожиданно объявил о ликвидации этой структуры. (Эта служба была, однако, восстановлена при Януковиче.) Желая численно сократить Службу безопасности Украины и выделив в отдельные структуры Службу специальной связи и охраны информации и Службу внешней разведки, Ющенко автоматически увеличил ее численность, подпитав их солидным бюджетом, и способствовал появлению новых силовых академий. Кроме академий МВД и СБУ, появилась и Академия внешней разведки.

Ющенко планировал провести, но не довел до конца, медицинскую реформу. Собственно, все, что он успел, это провести совещание о необходимости проведения реформы для сохранения бесплатных медицинских услуг. В результате было увеличено бюджетное финансирование государством медицинских учреждений, где приверженцы клятвы Гиппократу (а не Пифагору, как сказал однажды Янукович) могли выполнять свой профессиональный долг. Но медицинскую систему это не изменило, эффективность оказания медицинских услуг не улучшилась. Пациенты вынуждены были приходить к врачам со своими бинтами и лекарствами в одних случаях, с деньгами и подарками — в других.

Ющенко искренне хотел довести до конца «дело Гонгадзе», арестовать и осудить не только исполнителей этого убийства — сотрудников МВД, исполнивших приказ о нейтрализации неугодного журналиста, но и неустановленных заказчиков преступления. Многочисленные разбирательства этого дела, однако, привели лишь к бегству или гибели ключевых свидетелей, подозреваемых и обвиняемых. Главного свидетеля — министра внутренних дел Юрия Кравченко — нашли мертвым на его загородной даче за день до вызова в генпрокуратуру. Заказчики при этом со всей определенностью названы не были и, соответственно, остались на свободе.


Конфликт Ющенко — Тимошенко

Уже в первые месяцы пребывания на президентском посту Ющенко и его окружение стали терять мандат доверия, полученный на Майдане в 2004 году. Казавшийся идеальным сочетанием в предвыборной гонке дуэт Ющенко — Тимошенко начал давать первые трещины. Отчасти это случилось, потому что в возглавляемом Тимошенко правительстве практически не было ее сторонников (кроме председателя СБУ Александра Турчинова), и ни один член БЮТ не стал в Украине губернатором. Так что позиция премьер-министра не была сильной и опиралась только на поддержку самого Ющенко. При этом в начавшемся противостоянии Ющенко и Тимошенко министры и губернаторы поддержали «принцессу» Оранжевой революции, а не президента.

Так как между Ющенко и Тимошенко существовала предварительная договоренность о назначении Тимошенко премьер-министром, Ющенко обязан был доверить ей самостоятельно сформировать правительство из своих единомышленников и тем возложить на Тимошенко политическую ответственность за проводимую ею политику. Но этого не произошло. Правительство Тимошенко оказалось не командой единомышленников, а кабинетом министров, составленным на компромиссных началах различными политическими силами, пришедшими к власти.

Кроме того, при формировании правительства был нарушен основной принцип разделения бизнеса и политики. Министрами становились ангажированные бизнесом лица, к каковым относилась и сама Тимошенко. Тем не менее это было самое молодое и европейски ориентированное, тринадцатое по счету правительство независимой Украины, и даже силовые министерства в нем впервые возглавляли гражданские лица. В состав Кабмина была введена должность вице-премьера, отвечавшего за европейскую интеграцию, а в каждом министерстве были созданы соответствующие подразделения, отвечавшие за это направление. Во главе Министерства иностранных дел Украины был поставлен сторонник НАТО и европейской интеграции Борис Тарасюк.

Возглавляемое Тимошенко первое правительство Ющенко, несмотря на некоторые разногласия с президентским окружением и СНБО, все-таки пыталось реализовать предвыборные обязательства, взятые на себя «оранжевыми» лидерами. Были повышены в полтора-два раза зарплаты, пенсии и стипендии. Для предотвращения скупки земель олигархами, иностранцами и иностранными компаниями фракция Тимошенко в парламенте не допустила принятия законов о продаже земли и добилась введения моратория на продажу сельскохозяйственных угодий. Этот популистский шаг Тимошенко привел к конфликту с Ющенко, считавшим, что в стране необходимо ввести частную собственность на землю, создать земельный рынок и дать возможность всем, кто может ее обрабатывать и повышать производительность сельского хозяйства, покупать ее.

Многие аналитики считали, что основная причина разногласий в «идеальном дуэте» скрывалась не столько в личной неприязни, сколько в различном видении перспектив проведения реформ, их форм и методов, а также в защите интересов различных финансово-промышленных групп. Так, Тимошенко обвиняла президента в лоббировании интересов швейцарской компании «РосУкрЭнерго», одна половина которой принадлежала российскому Газпрому, а вторая — другу Ющенко, Дмитрию Фирташу, и регионалам в лице Ахметова, Бойко и Левочкина[32].

Ющенко и Тимошенко расходились также в вопросе передачи шельфа Черного и Азовского морей в длительную аренду компании «Венко», за которой стояли Фирташ и Ахметов. Если посмотреть на результаты голосования в Верховной Раде, то именно голосами «регионалов» и «нашистов» в апреле 2006 года было принято постановление парламента об аренде шельфа компанией «Венко»[33]. Тимошенко посчитала это предательством экономических интересов Украины и образно заявила, что Ющенко усыновили олигархи из регионов, возглавлявшие компании РосУкрЭнерго и «Венко Прикерченская». В этом вопросе ее союзником неожиданно оказался президент России Владимир Путин: он поддержал Тимошенко в ее попытке убрать из поставок российского природного газа в Украину всех посредников и договориться о поставках Газпромом газа непосредственно украинской государственной компании «Нафтогаз Украины».

Тимошенко решила стоять до конца в проводимой ею кампании «Контрабанде — стоп» — по выводу из тени олигархического бизнеса, не платящего государству налоги, что задело не только крупные, но и средние (в основном посреднические) компании. Особенно жестокая борьба развернулась при массовой реприватизации трех тысяч предприятий, приватизированных прежней властью с помощью коррупционных схем. В результате программа пересмотра приватизационных решений старой власти и массовая реприватизация собственности была сорвана. Самым громким и, пожалуй, единственным масштабным пересмотром, предпринятым по настоянию Тимошенко, стала реприватизация одного из крупнейших металлургических комбинатов «Криворожсталь». Комбинат был приобретен по довольно низкой цене — за 800 млн долларов — компанией «Интерпайп» Виктора Пинчука, зятя тогдашнего президента Украины Леонида Кучмы. Заявив, что приватизация была осуществлена в нарушение установленных норм, правительство Ющенко — Тимошенко объявило о новом тендере и перепродало комбинат за 4,8 млрд долларов английскому металлургическому магнату индийского происхождения Лакшми Миталлу. Деньги от этой сделки получила казна Украины.

Открытым был оставлен вопрос по реприватизации других крупных предприятий, принадлежащих финансово-промышленным груп­­пам Рината Ахметова и Виктора Пинчука[34]. Последние, разумеется, заинтересованы в пересмотре результатов приватизации не были. Началось противостояние большого бизнеса политике Тимошенко, доходившее до откровенного саботажа. Искусственно были организованы в стране бензиновый и сахарный кризисы. Цены подскочили на 50%. Тимошенко не отступила, бензинно-сахарный сговор был преодолен решительными действиями ее правительства. Противостояние продолжалось. В июне 2005 года для умиротворения финансово-промышленных кругов Украины Ющенко, Тимошенко и спикер парламента В. Литвин подписали меморандум о гарантиях прав собственности и обеспечении законности при их реализации. Кроме того, на заседании СНБО, где председателем являлся крупный украинский бизнесмен Порошенко, президент Ющенко раскритиковал Тимошенко за «масштабную реприватизацию» и давление на оптовых продавцов бензина. Начался открытый конфликт между Тимошенко и Порошенко, который планировал занять место премьер-министра после ее отставки.

Это был далеко не единственный фронт борьбы Леди Ю. Она объявила еще одну войну: прежде всего российским нефтяным компаниям «Лукойлу», ТНК-ВР и «Татнефти», контролировавшим внутренний рынок нефтепродуктов в Украине. Был запрещен реэкспорт российской нефти с территории Украины (что вызвало недовольство министра юстиции, украинца американского происхождения Романа Зварича, подавшего в отставку). Началось административное давление украинского правительства на российские нефтя­ные компании, контролировавшие нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ), поставлявшие нефтепродукты на Украину.

Чтобы не зависеть от российских НПЗ, Тимошенко предложила создать новые государственные автозаправочные станции (АЗС), построить свой НПЗ в Одесском порту и перерабатывать там нефть, закупаемую в ближневосточных и других странах, причем поставки Украине нероссийской нефти Тимошенко предлагала значительно увеличить. Эти намерения были блокированы лично президентом Ющенко, вмешавшимся в конфликт и издавшим указ об отмене государственного регулирования цен на нефтепродукты, что свело на нет борьбу Тимошенко против российских нефтеперерабатывающих компаний в Украине.

Хотя во время празднования Дня независимости Украины 24 ав­густа 2005 года Ющенко заявил, что правительство Тимошенко явля­ется наиболее успешным за все годы независимости страны, тлеющий конфликт между тремя центрами власти — Ющенко, Тимошенко и Порошенко — давал о себе знать все больше и больше. Ющенко дал негласное поручение Порошенко курировать межгосударственную двустороннюю украинско-российскую комиссию, созданную по инициативе Ющенко и Путина. Президент заявил, что именно СНБО (а не правительство) должно быть «единственным местом, где будут приниматься стратегические решения». Таким образом, Ющенко делегировал ряд полномочий, принадлежавших ранее премьер-министру, секретарю СНБО.

Публично Ющенко категорически отрицал вероятность того, что этот конфликт может привести к отставке премьер-министра или всего правительства. Тем не менее эта отставка произошла, хотя внешне вызвана она была абсолютно посторонним событием. Неожиданно и демонстративно в отставку подал государственный секретарь Украины Александр Зинченко. На собранной им пресс-конференции Зинченко выступил с обвинениями в коррупции против ряда соратников президента Ющенко, а Порошенко обвинил чуть ли не в заговоре. «Большинство украинцев не понимают, что происходит в стране, — сказал Зинченко. — В окружении президента достаточно порядочных людей, но небольшая группа авантюристов-политиков пытается воспользоваться достижениями Оранжевой революции... Секретарь СНБО Петр Порошенко, первый помощник президента Александр Третьяков, депутат Николай Мартыненко и несколько их партнеров реализуют сценарий использования власти в собственных целях... Порошенко незаконно влияет на судей, систематически пользуется телефонным правом, «крышует» взяточничество на таможне и заставляет представителей бизнеса делиться с ним прибылью и активами... В своих действиях Порошенко прикрывается именем президента. Именно прикрывается, поскольку президент не давал ему таких полномочий».

Порошенко все обвинения в свой адрес категорически отвергал: «Я хотел бы услышать хоть один конкретный факт по отношению к любой из фамилий, которые были названы. Будут факты — мы их расследуем. Но такого факта не было названо!.. Я бы очень хотел подать в суд» (в суд Порошенко не подал). Он утверждал также, что у президента к нему не было никаких претензий, и сам Зинченко тоже никогда ранее их не предъявлял: «Президент мне ни разу не говорил ни о каких претензиях в мой адрес. Я думаю, Зинченко обманывает, утверждая, что он уже два-три месяца сообщал что-то такое президенту. Единственное, в чем у нас в свое время были противоречия с Зинченко, это то, что секретариат президента до сих пор осуществляет управление правоохранительными органами на Украине. Я предлагал госсекретарю решить эту проблему, но не получил поддержки». Он признал лишь то, что боролся против принудительного изъятия Никопольского ферросплавного завода: «Я считаю, что Никопольский ферросплавный должен быть собственностью частной структуры. Но это моя позиция как представителя власти: я считаю, что тот ущерб, который страна понесла в результате реприватизации, намного превышает полученную прибыль»[35].

Тем не менее 8 сентября 2005 года в связи с начавшимся правительственным расследованием обвинений, выдвинутых Зинченко, Порошенко подал заявление об отставке с поста главы СНБО: «Я понимаю, что мое пребывание на должности секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины может быть расценено как возможность давления на ход расследования. В связи с этим, а также для предупреждения появления спекулятивных заявлений об использовании мной служебного положения для влияния на ведение прозрачного и объективного расследования я принял решение и вчера подал президенту Украины заявление о своей отставке с должности секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины». В тот же день Верховная Рада Украины 269 голосами «за» лишила его как представителя исполнительной власти депутатской неприкосновенности, а Служба безопасности Украины начала расследование по поводу обвинений в коррупции Порошенко, первого помощника президента Александра Третьякова, руководителя парламентской фракции «Наша Украина» Николая Мартыненко и ряда других высокопоставленных должностных лиц.

В результате разразившегося скандала Ющенко 8 сентября 2005 года отправил правительство Тимошенко в отставку. На следующий день этому событию были посвящены передовицы всех основных газет мира. Американская The New York Times, в частности, писала:

«Оранжевая революция заканчивается, по крайней мере ее первый акт. Президент Украины Виктор Ющенко после многих месяцев становившихся все более неприличными споров уволил своего харизматичного премьер-министра и назначил вместо нее временного опекуна.

Уволенная премьер-министр Юлия Тимошенко не сделала никаких заявлений — пока. Но она обязательно что-нибудь скажет. Ее зажигательные речи были одним из важных факторов в народном восстании, которое прошлой осенью привело к власти г-на Ющенко, и она, несомненно, повернет это свое оружие против президента и его нового правительства, особенно с учетом того, что на март следующего года запланированы выборы в украинский парламент.

Все это является серьезным ударом по надеждам и ожиданиям, связанным с будущим Украины, а также по реформаторам в Белоруссии и других бывших советских республиках.

Возможно, эти ожидания всегда были нереальными. Люди, объединившиеся в своем стремлении свергнуть одно правительство, как это сделали украинцы своими многочисленными демонстрациями, не обязательно единодушны в отношении того, каким должно быть следующее правительство, а союз между г-ном Ющенко, в прошлом премьер-министром и главным банкиром страны, и г-жой Тимошенко, которая сделала состояние в газовом бизнесе, всегда был шатким.

Г-н Ющенко и г-жа Тимошенко, сражаясь между собой из-за контроля над прибыльными отраслями экономики, из-за отношений с Россией и из-за того, как справиться с высоко взлетевшими ценами на энергоносители, бесцельно растратили кинетическую энергию, которая была выработана на улицах Киева. Создалось впечатление, что у правительства не было конкретной цели.

Уволив правительство, г-н Ющенко заявил, что его единственной целью является обеспечение стабильности. Но украинские демонстранты хотели перемен. Если г-н Ющенко надеется спасти хоть что-то из их душевного настроя, ему нужно убедить свою страну и очень настороженный Запад, что он не только верит в демократию, свободные рынки и главенство закона, но также способен повести Украину в этом направлении».

20 сентября 2005 года генеральный прокурор Святослав Пискун заявил, что генпрокуратура не нашла доказательств причастности Порошенко, Мартыненко и Третьякова к коррупционным действиям. Ющенко отправил правительство в отставку напрасно. Впрочем, 10 октября та же украинская генпрокуратура сообщила, что возбудила уголовное дело против Порошенко по подозрению в противодействии работе двух фирм, возводивших в Киеве здание на улице Грушевского, 9-а. Обвинение было предъявлено по ст. 205, часть 3, УК Украины, предусматривавшей лишение свободы сроком от 5 до 10 лет. Дело это развития не получило. Но в охватившем Украину очередном политическом кризисе общественное мнение страны оказалось не на стороне Ющенко. На парламентских выборах в марте 2006 года Блок Юлии Тимошенко впервые обошел «Нашу Украину» Ющенко по числу депутатов: оппозиционный БЮТ получил 129 депутатских мест, а президентская «Наша Украина» — всего лишь 81 место. Напомнм, что на предыдущих парламентских выборах 2002 года от БЮТ было избрано 22 депутата, а от «Нашей Украины» — 112.


Правительство Юрия Еханурова и газовый конфликт с Россией

После отставки правительства Тимошенко Ющенко предложил воз­главить правительство своему близкому другу, в ту пору губернатору Днепропетровской области, Юрию Еханурову, опытному хозяйственнику и состоявшемуся политику. По окончании Киевского института народного хозяйства в 1973 году Ехануров работал в строительной индустрии на руководящих должностях. В независимой Украине он был председателем Фонда государственного имущества и министром экономики в правительстве Пустовойтенко. Став депутатом, он занял в Раде пост заместителя председателя Комитета экономической политики парламента, а затем в администрации президента Кучмы отвечал за взаимодействие с регионами и про­­ведение административной реформы. В правительстве Ющенко (при президенте Кучме) Ехануров занимал пост первого вице-пре­мьера, а после парламентских выборов 2002 года вновь стал депутатом и возглавил Комитет по вопросам промышленной политики и предпринимательству. С апреля 2005 года он был губернатором Днепропетровской области.

Кандидатура Еханурова на должность премьер-министра в сентябре 2005 года большинством парламента поддержана не была. Еханурову при голосовании не хватило трех голосов. Из-за этого президенту пришлось искать поддержки Януковича и Партии регионов. Эта поддержка была обещана, но лишь в обмен на очередные уступки. Фракция регионалов поддержала Еханурова, зная, что теперь, на очередных парламентских выборах 2006 года, верх одержит именно она. Коммунисты и объединенные социал-демократы Виктора Медведчука, также получившие дозу обещаний в обмен за отказ от противостояния Еханурову, при вторичном голосовании за кандидатуру премьер-министра воздержались. В результате Ехануров прошел, но оказался окутанным сетью обязательств, взятых на себя как им самим, так и президентом.

Во время премьерства Еханурова (с сентября 2005 по август 2006 года) разгорелся «газовый» конфликт между Украиной и Россией, вызванный стремлением российского монополиста Газпром привести цены за поставку газа в бывшие республики СССР в соответствие с международными рыночными ценами. После распада Советского Союза проблема взаимоотношений по газовым контрактам из хозяйственной постепенно превращалась в политическую. Россия стала использовать газ для давления на бывшие советские республики, полностью зависевшие от российских поставок.

Изначально в среднем цена на российский газ составляла 50 долларов за 1000 кубометров. Постепенно в ходе двусторонних переговоров с каждой из стран СНГ Россия стала увеличивать цену до 100—115 долларов. Для Белоруссии как члена Союзного государства цена осталась прежней, а для прибалтийских и кавказских стран цены повышались в зависимости от уровня состояния двусторонних отношений. Чем хуже отношения с Россией, тем выше цена.

Не избежала этой участи и Украина. Уже в марте 2005 года, еще при Тимошенко, «Нафтогаз Украины» предложил Газпрому отказаться от бартерных схем и перейти к прямой оплате деньгами, одновременно пересмотрев и цену за транзит российского газа через газотранспортную систему Украины и доведя ее до уровня 1.75—2 доллара за 1000 кубометров за 100 км пути. Ранее Газпром платил 1,09 доллара. До лета стороны отрабатывали разные варианты соглашений. В конце концов Газпром настоял на цене в 160 долларов за тысячу кубометров при повышении тарифа за транзит до 1,60 доллара. В то же время Словакия, Чехия и Германия брали с Газпрома за транзит от 3 до 5 евро за 1000 кубометров на 100 км. Так что украинская сторона оказывалась в очевидном проигрыше, и российское предложение было Украиной отвергнуто. До конца 2005 года стороны так и не смогли прийти к согласию.

Отказ Украины подписать договор привел к отмене визита российского премьера в Киев, и Россия в одностороннем порядке подняла цену на газ до 230 долларов. Это был откровенный шантаж. Украинская делегация буквально накануне Нового, 2006 года, прервала переговоры в Москве и вернулась в Киев. Между тем наступила зима. Российская сторона развернула антиукраинскую пропаганду, пытаясь свалить вину на Украину за недопоставки газа в Европу. Многие европейские страны были обеспокоены сложившейся ситуацией и призывали стороны договориться на взаимоприемлемой основе. В конце концов в связи с неподписанием договора о поставках газа Газпром с 1 января вообще прекратил его поставку в Украину.

Накануне, 31 декабря 2005 года, президент Путин, выступая на Со­вете безопасности Российской Федерации, заявил, что «Украи­на — это не абстрактное начальство на Украине. Украина — это не нефтегазовые бароны, которые, в любом случае всегда обеспечат свои интересы (или корпоративные, или личные). Украина — это прежде всего братский нам украинский народ. И мы должны подумать о всей совокупности отношений России и Украины: поэтому поручаю правительству Российской Федерации и Акционерному обществу «Газпром» обеспечить в первом квартале 2006 года поставки газа на Украину по условиям и ценам 2005 года при условии подписания украинскими партнерами до конца текущего дня контракта, предложенного Газпромом, с переходом на рыночные цены со второго квартала 2006 года. В случае отсутствия ясного ответа будем считать, что наше предложение отклонено».

В ночь с 3 на 4 января 2006 года Газпром и «Нафтогаз» достигли договоренности об условиях поставок газа через швейцарскую посредническую компанию РосУкрЭнерго (RUE) и об условиях транзита российского газа в Европу сроком на пять лет. Компания-посредник зарабатывала на перепродаже российского газа Украине около полутора млрд долларов. В соответствии с договором Газпром обязался поставить Украине газ в первом квартале 2006 года по цене 95 долларов за тысячу кубометров, а затем по «европейской рыночной цене» в 230 долларов. Одновременно Газпром и «Нафтогаз Украины» договорились передать РосУкрЭнерго свои контракты на закупку в 2006 году 56 млрд кубометров газа из Средней Азии — у Туркменистана, Узбекистана и Казахстана, хотя Украине так и не удалось договориться о прямых поставках газа из Туркменистана.

Президенты России и Украины заявили, что «газовый конфликт» между двумя странами исчерпан. Но если на политическом уровне конфликт посчитали исчерпанным, то на уровне взаимоотношений двух хозяйственных субъектов проблемы остались и время от времени приводили к обострению отношений. В частности, после подписания газовых соглашений с Россией Верховная Рада Украины заслушала отчет правительства Еханурова об обеспечении государства энергоносителями и, оставшись неудовлетворенными достигнутыми результатами, проголосовала за отставку правительства. Ющенко с трудом сумел уговорить парламент до очередных парламентских выборов считать правительство временным, в надежде на то, что новый состав Рады отменит свое же решение.


Парламентские выборы 2006—2007 годов

Критика правительства Еханурова и требования его отставки носили предвыборный характер. Сами выборы состоялись 26 марта 2006 года, но предвыборная кампания началась значительно раньше, и все политические (и не только) скандалы между президентской и парламентской ветвями власти происходили под углом зрения будущих выборов. Разлад в лагере «оранжевых» и фактический распад пропрезидентской коалиции оказался на руку «бело-голубым» регионалам Виктора Януковича. Изменилась и сама выборная система. Предыдущие выборы проходили по смешанной пропорционально-мажоритарной системе при четырехпроцентном проходном барьере. Выборы в парламент 2006 года происходили только по пропорциональной системе, и партиям и блокам необходимо было перейти трехпроцентный барьер. Если в выборах 2002 года участвовали 33 политические партии и объединения, то в 2006 году их было 45. Главными фаворитами были Партия регионов, Блок Юлии Тимошенко, Народный Союз «Наша Украина», Социалистическая (СПУ) и Коммунистическая (КПУ) партии Украины. Они и прошли в новый парламент. Партия регионов получила 186 мандатов; БЮТ — 129; Народный союз «Наша Украина» (НСНУ) — 81; СПУ — 33; КПУ — 21. Регионалы получили поддержку в семи областях юга-востока Украины, а также в Крыму, отобрав традиционный электорат у коммунистов; БЮТ победила в 12 центральных областях и Киеве, а «Наша Украина» довольствовалась победой исключительно в западных областях страны. Присутствующие на выборах более 3500 международных наблюдателей заявили, что выборы прошли без нарушений и соответствовали международным стандартам.

Парламентские выборы в марте 2006 года имели особое значение для политической жизни Украины и лично для президента Виктора Ющенко, так как в результате политической реформы и внесенных в Конституцию изменений часть полномочий президента переходила Верховной Раде. Парламент получал право по представлению президента назначать премьер-министра страны, министров обороны и иностранных дел; премьер-министр получал право назначать других членов кабинета.

Несмотря на то что пропрезидентская «Наша Украина» заняла третье место, Ющенко пытался воссоздать «оранжевую коалицию» в Раде, ведя переговоры с БЮТ и партией социалистов. Только в этом случае коалицией были бы получены желаемые 243 мандата. Почти столько же собрал бы блок Партии регионов, социалистов и коммунистов — 240 мандатов. Так что основная борьба в Раде шла за голоса социалистов.

Попытка создать «оранжевую коалицию» продолжалась три ме­сяца, и к 22 июня было объявлено о ее создании в составе БЮТ, НСНУ и СПУ. Однако в коалиции не было единого мнения о кандидатуре спикера парламента. 27 мая члены фракции блока «Наша Украина» приняли решение выдвинуть на должность председателя Верховной Рады Порошенко. 30 июня заместитель руководителя фракции СПУ Василий Цушко заявил, что его фракция поддержит кандидатуру Порошенко на пост главы ВРУ. Но 6 июля лидер фракции СПУ Александр Мороз заявил, что часть фракции СПУ за Порошенко голосовать не будет и предложил взамен свою кандидатуру.

Порошенко снял свою кандидатуру на должность главы Верховной Рады и призвал лидера СПУ Александра Мороза последовать его примеру. Мороз ответил отказом и на следующий день, 7 июня принял предложение Партии регионов и коммунистов создать коалиционный блок с ними в обмен на обещание Партии регионов и Компартии Украины поддержать его кандидатуру при выборе председателя Рады. Коалицию, в которую в результате вошли Партия регионов, СПУ и КПУ, назвали «антикризисной». Имея 240 манда­тов в парламенте и опираясь на новую Конституцию, коалиция выдвинула на пост премьер-министра страны Виктора Януковича, а на пост спикера парламента — лидера социалистов Александра Мороза. Президент Ющенко подписал указ о назначении Януковича премьер-министром, но попытался саботировать назначение Мороза, надеясь на усиление своей позиции в парламенте.

Длившиеся с августа по сентябрь 2006 года переговоры между Ющенко и Януковичем ни к чему, однако, не привели. Тем не менее в сентябре стороны подписали «Универсал национального единства», в котором декларировались цели европейской интеграции и возможного вступления Украины в НАТО, констатировалась необходимость деполитизации государственной жизни, создание пра­вовых основ для нормального функционирования оппозиции и обращалось внимание на необходимость создания в стране условий для формирования рынка земли с целью ее приватизации. «Уни­версал» подписали все партии, кроме БЮТ. Коммунисты подписали «Универсал» с оговорками, касавшимися административно-тер­риториального устройства страны, украинского языка, вступления Украины в НАТО и свободной продажи земли.

Тимошенко не подписала «Универсал», поскольку считала, что он является результатом сговора Ющенко с регионалами. Во многом она была права. В обмен на создание правящей коалиции и смешанного правительства, в которое должны были войти представители Партии регионов, социалистов, «Нашей Украины» и коммунистов, Партия регионов соглашалась не возражать против декларируемого курса на европейскую интеграцию и возможность вступления Украины в НАТО, но не собиралась быть апологетом этой политики. В общественном сознании укоренилось мнение, что Ющенко был вынужден подписать «Универсал» с Партией регионов в силу сложившихся обстоятельств: выхода СПУ из «оранжевой коалиции» и переходом Александра Мороза на сторону регионалов и коммунистов. В декабре 2010 года на сайте WikiLeaks были опубликованы секретные доклады посла США на Украине. В них указывалось, что 22 марта 2006 года, то есть за четыре дня до дня голосования на парламентских выборах-2006, министр обороны Украины Анатолий Гриценко, входивший в ближайшее окружение Ющенко, встретился с послом США для важного разговора. Гриценко сообщил послу, что провел переговоры с Ахметовым (которого посол назвал «крестным отцом Партии регионов») об отношении Партии регионов к НАТО. По мнению Гриценко (в чем министр обороны настойчиво убеждал посла), коалиция «Нашей Украины» и Партии регионов была вполне возможна и в случае ее создания ПР не станет стремиться к пересмотру планов Ющенко относительно вхождения Украины в НАТО (при условии, что министром обороны Украины останется Гриценко).

Хотя Ющенко не удалось договориться с лидерами «антикризисной коалиции» о создании широкой парламентской коалиции, при формировании правительства (этот процесс затянулся на четыре с половиной месяца) удалось договориться о вхождении в правительство Януковича восьми министров от БЮТ и «Нашей Украины», в том числе Гриценко как министра обороны и Тарасюка как министра иностранных дел. Министром внутренних дел стал Юрий Луценко. Все трое придерживались прозападной ориентации. Однако работа такого правительства не спорилась, так как многие министры расходились во взглядах с премьер-министром Януковичем. Так, во время своего визита в Брюссель в сентябре 2006 года Янукович заявил, что «Украина не готова к вступлению в ЕС и НАТО», мотивируя это отсутствием политического и гражданского консенсуса в обществе. По мнению Януковича только всенародный референдум мог решить вопрос о том, двигаться Украине в сторону евроатлантической интеграции или нет. И хотя теоретически ничего неправильного в такой формулировке не было, в контексте украинской политики заявление Януковича означало полное и резкое изменение всей предшествующей украинской политики, направленной на европейскую интеграцию. Неудивительно, что Ющенко и его сторонники назвали позицию Януковича «предательством национальных интересов Украины», тем более что из Брюсселя премьер-министр осуществил незапланированный визит в Москву, где встретился с Путиным и Медведевым для обсуждения общего расширения украинско-российского сотрудничества в сфере экономики и договорился о снижении цены на российский газ для Украины до 95 долларов за тысячу кубометров. Это было вознаграждение Украине за смену проевропейского политического курса на пророссийский.

В октябре 2006 года фракция «Наша Украина» заявила о выходе из парламентской коалиции и о переходе в оппозицию к правительству Януковича. Из «антикризисной коалиции» фракцией были отозваны ее министры. В стране начался новый политический кризис, продолжавшийся практически весь 2007 год. Оставшиеся в правительстве «по квоте президента» министры обороны и иностранных дел заявили, что будут продолжать ориентацию на Европу в рамках программы «НАТО — Украина» и подготовки фундамента для ассоциированного членства Украины в Евросоюзе. Тогда Янукович потребовал их отставки и 1 декабря 2006 года добился решения парламента уволить оппозиционных ему министров с занимаемых должностей. В ответ президент Ющенко отказался подписать указ об их освобождении. В стране начался полномасштабный политический кризис.


Политический кризис 2007 года

Основными предпосылками этого кризиса была борьба премьер-министра Виктора Януковича за расширение своих полномочий и ограничение таковых у действующего президента Виктора Ющенко. Несмотря на то что президент не признал правомерным решение парламента об отставке министров иностранных дел и обороны, Янукович продолжал настаивать на своем праве назначать и освобождать министров. По его инициативе парламент в январе 2007 года принял, несмотря на вето президента, «Закон о Кабинете министров», который ограничивал полномочия президента. Янукович пытался также расширить поддерживавшую его коалицию до 300 депутатов за счет перебежчиков из БЮТ и «Нашей Украины», пытаясь преодолеть таким образом вето президента и иметь возможность вносить изменения в действующую Конституцию. Кризис достиг своей кульминации, когда 2 апреля 2007 года Ющенко издал указ о досрочном прекращении полномочий Верховной Рады и назначил новые выборы на 25 мая. Правящая коалиция, разумеется, с этим не согласилась, отказалась выделить средства на проведение досрочных выборов и начала организовывать многочисленные протесты в столице. Поскольку опорой Януковича был Донбасс, оттуда за материальное вознаграждение в столицу на митинги стали свозить шахтеров. Эти организованные Януковичем митинги так и называли: «привозные митинги».

Правящая коалиция оспорила правомерность указа президента о роспуске парламента в Конституционном суде. Суд пытался избежать окончательного и однозначного решения, не желая быть втянутым в «разборки» Ющенко и Януковича. Со своей стороны оппозиция также призвала своих сторонников к протестам. Началось очередное противостояние, и с определенной периодичностью митинги продолжались до зимы 2007 года.

В политические разборки были втянуты внутренние войска МВД и спецотряды, которые блокировали те или иные правительственные учреждения. Министр обороны Гриценко заявил, что будет исполнять приказы главнокомандующего страны Ющенко (а не премьер-министра Януковича). Возникла угроза вовлечения в конфликт вооруженных сил, однако попытки сосредоточить их в столице успеха не имели. Министр железнодорожного транспорта отказался перевозить вооруженные воинские части в столицу. Началась кадровая чехарда в силовых структурах, когда в результате неисполнения или недостаточного рвения защищать президента Ющенко уволил председателя Конституционного суда и ряд судей (по «президентской квоте»), а также Генерального прокурора Украины.

В результате длительных переговоров кровавых столкновений удалось избежать. Ющенко согласился перенести выборы с мая на июнь, затем на июль 2007 года. Многие наблюдатели считали, что в ходе этого кризиса Ющенко (в отличие от Тимошенко) не всегда занимал последовательную позицию и пытался найти компромисс с Януковичем, что только затягивало кризис. Несмотря на это, БЮТ, «Наша Украина» и общественное движение «Народная самооборона» оказывали Ющенко полную поддержку и бойкотировали более двух месяцев заседания Рады, фактически парализовав ее работу. В конце концов, после длительного противостояния, стороны пришли к соглашению о проведении досрочных парламентских выборов 30 сентября.

Готовясь к выборам, политические партии Украины стали проводить консультации с целью создания предвыборных блоков и выработки совместной стратегии. Всего в предвыборную гонку включились 20 партий и блоков, почти вдвое меньше, чем на предыдущих выборах. Партия регионов, коммунисты и социалисты шли на выборы самостоятельно. Блок Юлии Тимошенко включал в себе партию «Реформы и порядок», социал-демократическую партию и непосредственно «Батькивщину». В блок «Наша Украина — Народна самооборона» (НУНС) вошли десять политических партий, среди которых были гражданская партия «Пора», Украинский Народный Рух, Народная, Республиканская и Европейская партии.

В августе 2007 года Ющенко и Тимошенко встретились и обговорили вопрос о создании коалиции демократических сил в парламенте в случае победы на выборах. Но в результате голосования больше всего мест вновь получила Партия регионов (175), потеряв по сравнению с предыдущими выборами 11 мест. Блок Юлии Тимошенко получил 156 мест, прибавив 27 мандатов, а блок «Наша Украина — Народная самооборона» занял третье место с 72 мандатами, потеряв 9 депутатов. Коммунистическая партия традиционно, опираясь на свой «красный электорат» получила 27 мест (на 6 мест больше, чем прежде). СПУ, «зарекомендовавшая» себя перебеганием из одного лагеря в другой, в парламент вообще не прошла. Ее место занял блок Владимира Литвина (бывшего спикера парламента) в составе Народной и Трудовой партий. Он получил 20 мест.

В результате достигнутой договоренности между Ющенко и Тимошенко, БЮТ и НУНС составили коалицию и смогли обеспечить себе большинство в 228 мест (от общего количества депутатов Рады в 450 человек) с правом формирования Кабинета Министров. Было ясно, что новое правительство вновь возглавит Тимошенко, и президенту Ющенко вновь пришлось «играть дуэтом» на политической авансцене страны. Партия регионов вместе с коммунистами составили «конструктивную» оппозицию, а блок Литвина занял выгодное место буфера между правящей коалицией и оппозицией. С формированием в декабре 2007 года нового правительства политический кризис в Украине закончился. Но ожидаемое избирателем избавление так и не пришло. Политический кризис просто перешел в новую фазу.


Второе правительство Юлии Тимошенко (2007—2010)

Выборы Юлии Тимошенко на пост премьер-министра в парламенте проходили не гладко. Несмотря на наличие новой «оранжевой» коалиции, обеспечивающей ей необходимое количество голосов, Тимошенко 11 декабря 2007 года не была утверждена с первой попытки. За нее проголосовало 225 депутатов при 226 необходимых. Не хватило одного голоса. Как потом выяснилось, два депутата проголосовали «за», но электронная система голосования дала сбой и не учла эти два голоса. 18 декабря было проведено второе поименное голосование, без использования электронной системы, простым поднятием руки и голосом, по списку, который зачитывал председатель счетной комиссии. В результате поименного голосования Тимошенко по представлению президента страны была избрана премьер-министром. В тот же день парламент утвердил новый состав правительства, в который вошло четыре вице-премьера и 22 министра. Первым вице-премьером, как и ожидалось, стал Александр Турчинов. Практически все министры были представителями коалиции — БЮТ и НУНС. Силовые министры — обороны (Юрий Ехануров), внутренних дел (Юрий Луценко), министр иностранных дел (Владимир Огрызко) вошли в состав правительства по президентской квоте по представлению премьер-министра.

Неожиданно для многих Ющенко назначил на пост Секретаря СНБО Раису Богатыреву — представительницу Партии регионов. Очевидно, сделал он это для создания противовеса Тимошенко, тем более что в парламенте должен был рассматриваться новый Закон о кабинете министров, значительно расширяющий полномочия президента через СНБО.

Правительство представило в парламент законопроект «О государственном бюджете Украины на 2008 год и внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины», который был принят во втором чтении буквально накануне Нового 2008 года. В середине января Тимошенко представила в Верховную Раду свою программу «Украинский прорыв: для людей, а не для политиков», носившую скорее популистский характер и не содержащую программу практических мероприятий по улучшению благосостояния украинского народа. Во время избирательной кампании эта программа была представлена как предвыборная и называлась «Украинский прорыв: к справедливой и конкурентоспособной стране». При этом многие обвиняли Тимошенко в плагиате, поскольку само название было взято из книги бывшего премьер-министра Украины и бывшего секретаря СНБО Анатолия Кинаха с таким же названием. Правда, Анатолий Кинах не обиделся, назвав это «конструктивным плагиатом».

Представленная Тимошенко программа была подвергнута всесторонней критике на заседаниях комиссий, и, прежде чем ее утвердить на пленарном заседании парламента, в нее внесли свыше 300 поправок. При этом критики считали, что программа страдала отсутствием конкретных сроков ее исполнения и финансовой обеспеченности. Тем не менее приоритетными задачами правительства, согласно программе, оставались увеличение зарплат и пенсий, развитие промышленности, усиление борьбы с коррупцией. Кстати, именно повышение зарплат и пенсий остались в памяти людей спустя годы после ухода Тимошенко, хотя было одно популистское обязательство. Речь идет о выплате по 1000 гривен вкладчикам бывшего Сбербанка СССР как компенсации за потерю сбережений из-за начавшейся в СССР гиперинфляции. Понятно, что обещание правительства выплатить населению порядка 200 дол. на бывшего вкладчика было воспринято населением с энтузиазмом. Со временем желающие оформили банковские карточки, на которые должны были быть переведены деньги. Но на это ушли годы.

В 2008 году Тимошенко вновь с большим рвением взялась за программу пересмотра результатов приватизации. В списке компаний, предложенном Кабинетом министров, были такие крупные промышленные объекты, как Одесский припортовый завод и «Укртелеком», против приватизации которых Тимошенко выступала в годы своего первого правительства. Предполагалось реприватизировать также Луганский тепловозный завод. Как и прежде, Ющенко попытался приостановить реприватизации и обратился к правительству с просьбой ничего не предпринимать до принятия закона Украины «О государственной программе приватизации» и выработки согласованного подхода всех ветвей власти к приватизационному процессу. В целом согласившись с президентом, Тимощенко внесла в закон существенные поправки. Суть поправок она сформулировала на брифинге в Кабинете Министров 23 января 2008 года: «Мы хотим, чтобы в законе появилась норма, что при невыполнении условий приватизационного договора, такой приватизационный договор будет расторгаться без возврата тех денег, которые заплатили за предприятие».

В январе 2008 года в стране разразился очередной политический кризис, связанный с тем, что министр иностранных дел Владимир Огрызко во время встречи в штаб-квартире НАТО в Брюсселе 18 января вручил ее генеральному секретарю письмо, подписанное президентом Виктором Ющенко, премьер-министром Юлией Тимошенко и спикером парламента Арсением Яценюком, о стремлении Украины присоединиться к «Плану действий относительно членства в НАТО» на саммите в Бухаресте в апреле 2008 года. Содержание этого письма до его отправки в Брюссель не было доложено кабинету министров и депутатам Рады. Общественное мнение Украины в вопросе о вступлении в НАТО было расколото. И это дало основания фракциям коммунистов и регионалов в парламенте выступить с резкой критикой в адрес Ющенко, Тимошенко и Яценюка. В написанном ими 21 января 2008 года заявлении, в частности, указывалось:

«Подписание Ющенко, Тимошенко, Яценюком письма-обра­ще­ния к руководству НАТО по сути означает начало процедуры вступления Украины в НАТО... Боясь своего народа, кулуарно, втроем, за закрытыми дверями решает она [власть] судьбу нашего государства. При этом ни парламент, ни правительство, ни какие-либо другие коллегиальные органы этот вопрос не рассматривали. Опираясь на мнение абсолютного большинства граждан Украины, наших избирателей, мы требуем отзыва ''письма трех''. Мы обращаемся к руководству НАТО с тем, что ''письмо трех'' не выражает волю украинского народа, не является предметом политического консенсуса, а вносит дополнительное напряжение в украинское общество, что неминуемо приведет к ухудшению отношений Украины с Североатлантическим альянсом. В связи с этим фракциями Партии регионов и Коммунистической партии Украины принято решение блокировать работу украинского парламента, требуя от подписантов — Ющенко, Тимошенко, Яценюка — отозвать письмо о присоединении Украины к НАТО. Обращаем также внимание председателя Верховной Рады, что при подписании письма Вы вышли за рамки конституционных полномочий и требований Регламента Верховной Рады. В связи с этим мы просим Вас отозвать Вашу подпись под данным письмом. В противном случае мы будем действовать адекватно, исходя из законодательства нашего государства».

Разразившийся скандал по поводу «тайных переговоров» с НАТО парализовал работу на два месяца. Регионалы и коммунисты заблокировали трибуну. Только 6 марта 2008 года парламент начал функционировать, после того как был принят вариант постановления Партии регионов, в котором указывалось, что решение о вступлении Украины в НАТО «принимается по результатам референдума, который может быть проведен по народной инициативе».

Через полгода, 16 сентября 2008 года, в Украине случился новый кризис. Он был вызван распадом в Раде правящей «демократической коалиции». «Наша Украина» — «Народная самооборона» и БЮТ разошлись во время обсуждения в парламенте вопроса о вооруженном российско-грузинском конфликте. Ющенко и его сторонники поддержали Грузию и выступили с осуждением российской агрессии. Тимошенко заняла более спокойную позицию, призвав обе стороны к прекращению кровопролития и к мирному разрешению конфликта, за что подверглась резкой критике со стороны «Нашей Украины» и Секретариата президента, фактически обвинившего Тимошенко в предательстве национальных интересов.

Критика Тимошенко Секретариатом президента Украины началась уже в августе 2008 года, в самый разгар российско-грузинской войны. Замглавы Секретариата президента Андрей Кислинский обвинил премьер-министра «в системной работе в интересах России», указав, что «дороги назад у нее нет. Именно этим продиктована ее позиция в отношении войны в Грузии». Позиция Тимошенко в грузинском вопросе действительно не выглядела бескорыстной. Дело в том, что в эти самые месяцы Тимошенко была вовлечена в сложнейшие газовые переговоры с правительством России, и «нейтралитет» Тимошенко в российско-грузинской войне был скорее платой Путину за сговорчивость России в газовом вопросе.

Ющенко пытался склеить расколовшуюся коалицию, но попытка эта оказалась безуспешной. Не достигнув цели, 8 октября Ющенко издал очередной указ о роспуске Верховной Рады и назначил досрочные парламентские выборы на 7 декабря. Теперь настала очередь Тимошенко заявлять о незаконности указа президента. Вместе со своими юристами в течение двух дней Тимошенко готовила правовое обоснование для своей жалобы, и 10 октября на основании жалобы премьер-министра Окружной административный суд Киева приостановил действие президентского указа о досрочных выборах. Вслед за этим «оранжевым» пришлось прибегнуть к переговорам с буферным блоком Владимира Литвина и пообещать Литвину пост спикера в Верховной Раде в обмен на вхождение в «демократическую коалицию». Сделка состоялась. 8 декабря новоизбранный спикер парламента Литвин объявил о восстановлении коалиции. Правительство Тимошенко избежало отставки и приступило к продолжению намеченных планов. Планы были грандиозные: урегулировать извечный украинско-российский газовой конфликт.



 Очередной газовый конфликт с Россией

Разразившийся в начале 2008 года газовый конфликт с Газпромом был связан непосредственно с попыткой Тимошенко убрать частную структуру РосУкрЭнерго как посредника между Украиной и Россией. Получив предварительную поддержку российской стороны, украинское правительство заявило о прекращении деятельности этой компании, задолжавшей к тому моменту Газпрому за газ почти полтора миллиарда долларов. Как заявила в этой связи Тимошенко в феврале 2008 года, «Украине и России в области снабжения газом никаких посредников не нужно, и правительство будет очень четко стоять на этих позициях». Тогда же, находясь с визитом в Москве, она действительно сумела договориться о том, что поставки российского газа в Украину будут осуществляться напрямую в соответствии с договором между Газпромом и «Навтогазом Украины».

Российская сторона предложила Тимошенко создать совместное российско-украинское предприятие для продажи газа внутри Украины, но премьер отвергла это предложение, подчеркнув, что «Нафтогаз Украины» самостоятельно, без участия России, в состоянии обеспечить реализацию российского газа на внутреннем рынке.

Достигнув соответствующих договоренностей о прямых поставках, Тимошенко поставила вопрос о том, что накопившиеся долги за газ это не государственные долги Украины России, а долги фирмы-посредника РосУкрЭнерго, которая должна оплачивать их Газпрому сама. Посредническая компания, однако, выплачивать долги не планировала. К моменту переговоров в Москве они составляли уже 2,2 млрд долларов. РосУкрЭнерго пыталась перекинуть долг на украинский бюджет, и неожиданно была поддержана в этом вопросе президентом Ющенко.

Противоречия, таким образом, были урегулированы. В октябре 2008 года между Украиной и Россией был подписан меморандум, предусматривавший ликвидацию посредников с 1 января 2009 года и определявший условия поставки газа в Украину на ближайшие годы. При этом Тимошенко, поняв, что проплаты России долга Рос­УкрЭнерго в 2,2 млрд долларов не избежать, предложила выкупить в счет этого долга закачанный в хранилища РосУкрЭнерго в Украине российский газ общим объемом более 11 млрд кубометров.

Подписанный меморандум предполагал поэтапный трехлетний перевод Украины на рыночные цены российского газа, с одной стороны, и на украинские тарифы транзита этого газа в Европу, с другой. Кроме того, стороны договорились о совместном экспорте свободных объемов российского газа из украинских подземных хранилищ, превышающих потребности украинского рынка. При этом Тимошенко заверила европейские страны, что меморандум предусматривает обеспечение бесперебойного транзита российского газа в Европу на долгосрочной основе.

Подписание нового контракта на базе условий, оговоренных в подписанном меморандуме, намечалось на 31 декабря 2008 года. РосУкрЭнерго, понимая, что ее отстранили от поставок российского газа, делало все возможное для того, чтобы сорвать подписание этого контракта, опираясь на поддержку Секретариата президента Украины. Несколько позже, 19 января 2009 года, председатель правления Газпрома Алексей Миллер признал, что попытки срыва переговоров имели место: «Да, действительно, в конце декабря [2008 года] премьер-министры России и Украины пришли к соглашению, и наши компании были готовы договориться о цене газа 235 долларов за 1000 кубических метров при условии совместных экспортных операций с территории Украины. РосУкрЭнерго тогда предложил покупать газ для Украины по цене 285 долларов».

Для российской стороны такое предложение очевидным образом было выгодно. Для украинской — столь же очевидно выигрышным не казалось, поскольку у компании-посредника Украина должна была покупать газ не по 235 дол. за 1000 кубометров, а по цене выше 285 дол. Тем не менее неожиданно для украинской стороны 31 декабря 2008 года президент Украины дал указание руководителю «Нафтогаза Украины» Олегу Дубине прервать переговоры в Москве, не подписывать соглашение с Газпромом и немедленно покинуть Россию. Делегация «Нафтогаза» была отозвана, причем в срыве переговоров Ющенко обвинил Тимошенко, указав, что она работает на Россию, правительство которой пошло ей навстречу в газовых переговорах в обмен на ее пассивную позицию в грузинском вопросе.

Тимошенко в долгу не осталась и уже в середине января 2009 года открыто заявила в прессе, что «переговоры, которые успешно двигались начиная с 2 октября 2008 года, по обеспечению Украины природным газом по цене $235 для украинских потребителей и транзит в пределах 1,7—1,8 [доллара на 1000 кубометров на 100 км пути] — были сорваны тем, что, к сожалению, украинские политики пытались сберечь РосУкрЭнерго, как теневого коррупционного посредника… Переговоры между двумя премьер-министрами, а потом между НАК «Нафтогазом» и Газпромом разрушались теми политическими силами на Украине, которые получили и планируют получать коррупционную выгоду от работы РосУкрЭнерго[36]».

1 января 2009 года Газпром объявил, что прекращает поставки газа Украине в связи с неподписанием общего соглашения. Новую цену Газпром предполагал исчислять, основываясь на восточно-европейских ценах для российского газа. Премьер-министр России Путин дал понять, что теперь Украине придется платить 470 долларов за тысячу кубометров. Одновременно резко сократились поставки российского газа в Европу, шедшие по украинскому газопроводу. И 6 января европейские страны призвали Россию и Украину как можно быстрее урегулировать спорные вопросы и возобновить регулярные поставки газа.

18—19 января стороны вернулись за стол переговоров и продолжили их с тех пунктов, которые оставались недообсужденными к 31 декабря 2008 года. Совладельцы РосУкрЭнерго с украинской стороны — Дмитрий Фирташ и Иван Фурсин — были обвинены российской стороной в связях с криминальным авторитетом Семенем Могилевичем и объявлены в розыск. Сам Могилевич разыскивался многими странами, но преспокойно жил на даче под Москвой и даже появлялся на светских раутах. Цена на российский газ для Украины составила в конечном итоге 232,98 доллара за 1000 кубометров — с учетом 20-процентной скидки, о которой договорились Россия и Украина. Транзитная цена была доведена до 2,7 доллара за 1000 кубометров на 100 км пути, что, по мнению российской стороны, соответствовало среднеевропейской цене, хотя цена транзита российского газа в Словакию и Чехию на тот момент составлял 4 доллара, а в Германию 4 евро.

Важным элементом общего соглашения было фиксирование тарифов, по которым российский газ должен был поставляться потребителям в Украине. Сразу же после подписания контракта СНБО «рекомендовал» Национальной комиссии регулирования электроэнергетики Украины (НКРЭ) повысить цены на газ для групп населения, потребляющих большие объемы газа, вначале на 35%, а затем еще на 5—10%. Разумеется, речь шла не только о населении, но и о промышленности, сосредоточенной в основном в восточных районах Украины. Тимошенко выступила категорически против повышения тарифов на газ. Тем не менее «Нафтогаз Украины» тарифы на газ повысил. В июне 2009 года Тимошенко пришлось вмешаться в вопрос о тарифах открыто: «Я категорически возражаю против повышения цены на газ для людей. Я взяла обязательство, что в течение этого года цена на газ для населения не изменится, и я буду своего слова придерживаться… Когда людям и так тяжело, еще поднимать для них цены на газ, и я не понимаю эту команду Президента». В конечном итоге Тимошенко своего добилась: тарифы увеличены не были.

Пытаясь снизить уровень энергетической зависимости Украины от России, правительство Тимошенко планировало разработать программу энергосбережения и диверсификации источников энергоресурсов. Тимошенко также предлагала искать варианты поставок энергоресурсов из других регионов мира: Средней Азии, Азербайджана, Ближнего Востока, арабских стран и даже Европы. Преодолев сопротивление команды Ющенко по газовому вопросу, Тимошенко во второй половине 2009 года пыталась договориться с Януковичем о создании коалиции в парламенте между БЮТ и Партией регионов, дабы добиться абсолютного большинства и внести изменения в Конституцию с целью еще больших ограничений полномочий президента. Однако Янукович не рискнул пойти на союз со своей вечной соперницей и в решающий момент вышел из переговорного процесса.

Глава 7.

Президент Янукович, 2010—2014



Президентские выборы 2010 года

Эпоху правления Ющенко — Тимошенко будут еще долго анализировать экономисты, историки и политологи. Как отмечают некоторые наблюдатели, проблема даже не в асинхронности дуэта Ющенко — Тимошенко, не в том, что они так и не стали союзниками и на всем протяжении своего совместного политического сожительства видели друг в друге соперников. Проблема в том, что эти люди не смогли изменить существующую в Украине политическую систему, искоренить авторитаризм и коррупцию, лишь укрепившуюся при Ющенко, изменить партийно-олигархическую структуру. Именно поэтому сменивший Ющенко Янукович сумел развернуть Украину в авторитаризм времен Кучмы. Как заметил один из лидеров движения «Украина без Кучмы» Владимир Чемерис, «Украина осталась с Кучмой, только теперь он имеет другую фамилию». Теперь фамилия была Янукович.

Попытка договориться с Януковичем и Партией регионов о создании политической коалиции ни у Ющенко, ни у Тимошенко успеха не имела. Во-первых, потому что сами бывшие «оранжевые» соратники и партнеры не смогли найти общий язык. Во-вторых, Янукович, имевший к тому времени достаточно высокий рейтинг в стране, в то время как рейтинг Ющенко упал до 3%, опирался и на мощную политическую партию, и на донецкий клан в лице главного спонсора миллиардера Рината Ахметова. Так что договариваться Янукович ни с кем не стал. Было очевидно, что брать власть он будет самостоятельно, не исключая, однако, возможных союзов с партиями «третьей силы», т.е. партиями-новичками, с которыми можно будет сотрудничать на будущих парламентских выборах, чтобы обеспечить пропрезидентское стабильное большинство в парламенте.

В июне 2009 года Верховная Рада приняла решение о проведении президентских выборов 25 октября 2009 года. Но после того как президент Ющенко опротестовал это решение в Конституционном суде, украинский парламент назначил новую дату выборов — 17 января 2010 года. Выборы проводились, как и прежде, по системе абсолютного большинства. Если кто-то не набирал абсолютное большинство, то должен состояться второй тур, куда войдут два кандидата, набравшие наибольшее количество голосов. Во втором туре победившим будет тот, кто наберет голосов больше.

Сама предвыборная кампания началась задолго до формального объявления о начале: политические партии пытались реанимировать свои распавшиеся союзы и коалиции, дабы оказаться на парламентской скамье. В предвыборную президентскую гонку включились 18 официально зарегистрированных кандидатов (15 мужчин и три женщины). 10 кандидатов были самовыдвиженцы. Остальные — от партий. Сорока кандидатам по разным причинам отказали в регистрации. Средний возраст кандидатов составил 50 лет.

Среди кандидатов заметную роль играли Виктор Янукович (Партия регионов), действующий премьер-министр Юлия Тимошенко (партия «Батькивщина»), действующий президент Виктор Ющенко (самовыдвиженец), Арсений Яценюк (партия «Фронт перемен»), Сергей Тигипко («Сильная Украина») и Петр Симоненко (КПУ). Все остальные кандидаты играли скорее техническую, нежели политическую роль, тем более что о многих из них избиратели слышали впервые. Проводимые с июня по декабрь 2009 года социологические опросы показывали, что несомненными лидерами предвыборной президентской гонки будут Виктор Янукович и Юлия Тимошенко, предварительный рейтинг которых колебался между 26—30% у Януковича и 15—18% у Тимошенко. На третью позицию в рейтинге вышел молодой и энергичный Яценюк, экс-спикер Верховной Рады и экс-министр иностранных дел в правительстве Тимошенко. Четвертое место занял Сергей Ти­гипко, выдвинувший умеренную, но достаточно четкую программу. На пятом месте прочно обосновался со своим неизменным пенсионно-ветеранским электоратом лидер украинских коммунистов Петр Симоненко. Действующий президент Украины Ющенко довольствовался шестым местом.

Проведенный общественной организацией «Женские альтернативы» общественный мониторинг программ претендентов показал, что у большинства кандидатов нет определенности во внешнеполитической стратегии развития страны и взгляды их иногда совершенно противоположны — от союза с Россией до вступления в НАТО. Тимошенко и Ющенко видели Украину в Европейском союзе, а Янукович придерживается внеблокового статуса страны, но при этом считал, что необходимо восстановить дружеские связи с Россией и странами СНГ, одновременно стремясь войти в состав стран «двадцатки».

Пожалуй, лишь один из претендентов, глава Украинской народной партии Юрий Костенко, официально указал в своей предвыборной программе на необходимость вступления Украины в НАТО. При этом все кандидаты были едины в своих призывах окончательно определиться с главным направлением внешней политики государства с учетом интересов страны как в восточном, так и западном направлениях.

Что касается социальной сферы, то практически все претенденты включили в свои программы пункты о борьбе с безработицей, повышении рождаемости, необходимости предоставления качественных медицинских услуг, социальные гарантии... Но при этом ни один из претендентов так и не раскрыл механизмов реализации своих обещаний, т.е. каким образом они собираются это делать.

Разумеется, что вопросам образования и науки в программах кандидатов также уделялось большое внимание, с той лишь разницей, что претенденты на высший государственный пост никак не могли для себя определить, присоединяться ли украинскому высшему образованию к европейской системе или отстаивать национальную. При этом все были едины в необходимости создания современной материально-технической базы в учебных заведениях, прекрасно осознавая, что вряд ли это удастся когда-либо сделать из-за вечного дефицита денег.

Многие кандидаты старательно избегали вопроса о статусе Крыма, российского Черноморского флота и Севастополя, за исключением Ющенко, который считал, что российский Черноморский флот может находиться в Севастополе до 2017 года. Коммунисты, как всегда, были верны своей коммунистической традиции — из года в год повторять одну и ту же программу, не предлагая путей ее реализации.

Несмотря на наличие положенных для кандидата программ, рядовой украинский избиратель эти программы обычно не читал и голосовал по обыкновению не разумом, а полагаясь на свое чувство, которое подсказывало, что надо голосовать не столько «за», сколько «против». При таком чувственно-эмоциональном подходе к голосованию в списках кандидатов оставались только те, за которых меньше всего проголосовали против. Действующий президент Ющенко обещал, что выборы пройдут демократично и без применения административного ресурса, поэтому на многочисленных билбордах в стране можно было видеть портреты не столько действующего президента, сколько Януковича и Тимошенко. Неудивительно, что первый тур президентских выборов прошел тихо и спокойно, без характерного выливания ушатов грязи на головы конкурентов и без нарушений правил предвыборной гонки: претендентам предоставлялись равные возможности не только на телевизионных площадках, но и на площадях украинских городов.

Как и ожидалось, первые экзит-поллы показали, что наибольшее количество голосов получили Янукович и Тимошенко. Окончательный подсчет первого тура показал, что Янукович набрал 35,32% (чуть более 8,5 млн голосов избирателей), а Тимошенко — 25% (чуть более 6 млн избирателей). Третью строчку в президентской гонке занял Сергей Тигипко с чуть более 13% поданных за него голосов, четвертое место — Арсений Яценюк (6,96%) почти вдвое отставший (по предварительным соцопросам) от своего ближайшего конкурента. Действующий президент Украины Ющенко занял скромное пятое место с 5,45%. Его результат по сравнению с другими президентами оказался рекордно низким за всю историю независимой Украины. Украинцы впервые дали понять, что им «надоели» одни и те же лица в политике, и поэтому каждый пятый избиратель в стране отдал свои голоса за новых лидеров — Тигипко и Яценюка. Скомпрометировавшие себя политики остались позади и не оказали никакого влияния на ход выборов, а их партии раскололись.

Янукович и Тимошенко по сложившейся избирательной традиции разделили свой электорат в восточных и западных областях. Янукович со свойственной ему пророссийской риторикой был недосягаем для своих конкурентов в юго-восточных регионах страны. Харьковская, Днепропетровская и Запорожская области, а также Крым отдали за него более 60% голосов, а Донецкая и Луганская — более 75%. Даже в Закарпатской области Януковичу удалось забрать 30% избирателей, благодаря русинам, населявшим эту область и традиционно голосовавших за прорусских кандидатов в парламент или в президенты.

Тимошенко поддержали центральные и западные регионы страны, ориентировавшиеся на европейский вектор развития. Она отобрала голоса Виктора Ющенко в его же областях, однако на своей родной Днепропетровщине поддержку не получила, набрав еле-еле 15% голосов. Любимыми «вотчинами» Юлии стали Волынская (почти 54%), Винницкая (43%), Житомирская (32,6%), Черниговская (42,7%) и Киевская область со столицей. Интересно отметить, что в местах лишения свободы, где заключенные участвовали в выборах, бывший зэк Янукович не имел особого успеха. Леди Ю получила там более 50%, а ее конкурент Янукович — 25%.

Международные наблюдатели позитивно оценили первый тур президентских выборов, считая, что он прошел по всем европейским канонам при свободной конкуренции кандидатов и без серьезных нарушений. Как заявил специальный координатор миссии наблюдателей ОБСЕ Жоао Суареш, «эти выборы были очень хорошими. Это были высококачественные выборы», «шаг вперед по сравнению с предыдущими выборами». При этом Суареш отметил, что избирательная кампания прошла спокойно и организованно, а опасения по поводу массовых фальсификаций не оправдались.

Разрыв голосов между Януковичем и Тимошенко после первого тура составил 10%, что потребовало от кандидатов приложить максимум усилий для победы во втором туре. У Тимошенко после первого тура, когда из предвыборной борьбы выбыли ее бывшие соратники по Оранжевой революции и по многочисленным парламентским коалициям, отнимавшие голоса ее электората, казалось, теперь было много шансов сократить разрыв и даже одержать победу.

Второй тур президентских выборов был назначен на 7 февраля. Уже на третий день после первого тура Тимошенко пыталась договориться со своим земляком Тигипко и его партией «Сильная Украина», а также с Яценюком и его «Фронтом перемен», чтобы они поддержали ее кандидатуру, пообещав им в случае победы высшие государственные посты. Тигипко был обещан пост премьер-министра. Яценюку — тот же пост.

Однако лидеры этих партий, учитывая настроение своих избирателей, дистанцировавшихся и от Тимошенко, и от Януковича, не стали давать Тимошенко обещаний. В свою очередь Виктор Янукович поступил также, предложив лидерам партий, не вышедших во второй тур, отдать голоса за него, пообещав в случае, если станет президентом, распустить парламент и назначить досрочные выборы.

Янукович и его окружение прекрасно понимали, что если Тимошенко проиграет президентские выборы, она постарается взять реванш на парламентских выборах, поэтому одна из задач, которую ему придется решать как новому президенту — нейтрализация и изоляция Тимошенко, вечного противника на политическом небосклоне страны.

В отличие от первого тура, во втором в борьбе все средства были хороши. Забрала были опущены, битва была жесткой и жестокой. Состоявшийся 7 февраля 2010 года второй тур голосования окончательно определил победителя в президентской гонке в Украине. Им стал лидер Партии регионов Виктор Янукович, получивший 48,95% (12.481.268 избирателей). Юлия Тимошенко набрала 45,47% (11.593.340 избирателей).

Электоральная география претендентов осталась прежней — юго-восток и Крым за Януковича, центр и запад — за Тимошенко. Поскольку каждый из кандидатов ассоциировался с определенным цветом (бело-голубой у Януковича и оранжевый у Тимошенко), некоторые наблюдатели не без иронии заметили, что в период президентской компании 2010 года Украина была окрашена не в традиционный сине-желтый цвет, а в оранжево-голубой.

Небезынтересно отметить, что в бланке для голосования, кроме фамилий кандидатов в президенты, имелся и пункт «против всех», отобравший у основных конкурентов более 1 млн избирателей. В первом туре голосования, желая отобрать голоса у Тимошенко, один из кандидатов в президенты Украины — Василий Гуменюк — изменил даже перед выборами свою фамилию на «Противсіх», набрав, правда, всего 0,16% (чуть более 40,3 тыс. голосов). Во втором туре он призывал своих сторонников голосовать за Януковича. Сразу же после выборов он вернул свою настоящую фамилию, с которой он участвовал (правда, безуспешно) на парламентских выборах 2012 года.

Сразу же после объявления официальных результатов Януковича стали поздравлять руководители государств. Первыми поздравили Россия, Беларусь, Польша, США и Казахстан. Тимошенко отказалась признать результаты выборов и подала исковое заявление в Высший административный суд (ВАС) Украины об обжаловании результатов голосования, настаивая на сопоставлении более чем 900 списков избирателей со списками государственного реестра избирателей, что затянуло бы процесс пересчета голосов на несколько месяцев. Впрочем, через несколько дней, видимо, не веря в успех своей апелляции, она отозвала иск из ВАС, мотивируя это тем, что суд отказывается рассмотреть доказательства фальсификаций на выборах и допросить свидетелей.

Инаугурация состоялась 25 февраля 2010 года. В отличие от предыдущих церемоний передачи власти в Украине, когда в соответствии с государственным протоколом предыдущий президент присутствовал на инаугурации новоизбранного, ни президент Ющенко, ни премьер-министр Тимошенко, ни первый президент Украины Леонид Кравчук на церемонию не явились, продемонстрировав миру свое недовольство результатами голосования. Из прежних президентов присутствовал один Кучма. Янукович же, вступив в должность, ревностно взялся за реализацию своей главной административной задачи: отправить правительство Тимошенко в отставку и нейтрализовать ее как политического противника и как бизнес-конкурента.


«Дело» Юлии Тимошенко

Напомним, что правительство Тимошенко было сформировано бла­годаря наличию парламентского большинства, образованного бло­ком Юлии Тимошенко (БЮТ) и «Наша Украина — Народная самооборона» (НУНС). Но коалиция постепенно распадалась: еще в сентябре 2008 года из коалиции вышла группа «За Украину», входившая в состав НУНС. Блок Владимира Литвина после победы Януковича на президентских выборах 2010 года вышел из коалиции, предвидя, что Тимошенко — «битая карта», и в обмен на обещание Януковича сохранить за ним пост спикера. Лишившись большинства в парламенте, Тимошенко понимала, что ее дни как премьера сочтены. Президент Янукович несколько раз предлагал Тимошенко подать в отставку и уйти в оппозицию, однако упрямая и бескомпромиссная Леди Ю не соглашалась.

3 марта 2010 года Верховная Рада Украины большинством голосов выразила недоверие правительству Юлии Тимошенко. За решение проголосовало 243 народных депутата (в том числе семь депутатов от БЮТ). 11 марта 2010 года Верховная Рада Украины 237 голосами «за» отправила кабинет министров Тимошенко в отставку. В самом парламенте, как это уже не раз бывало, произошло очередное переформатирование коалиции. Блок Литвина присоединился к новой коалиции «Стабильность и реформы» (названной журналистами «коалицией тушек»), куда вошли, кроме Литвина, регионалы и коммунисты, а также депутаты, покинувшие фракции БЮТ и НУНС.

Оппозиция обвинила власть в «антиконституционном перевороте в парламенте и правительстве», но отставка правительства Юлии Тимошенко была лишь прелюдией. Началось политическое преследование бывшего премьер-министра и лидера политической партии «Батькивщина» Тимошенко. Уже 28 апреля новый премьер-министр Николай Азаров заявил в парламенте, что «действия правительства Тимошенко нанесли ущерб государству в 100 млрд гривен, в связи с чем Тимошенко и должностные лица должны понести уголовную ответственность». Это решение послужило политическим сигналом к началу репрессий против Тимошенко и ее сподвижников. Сразу же после майских праздников Генеральная прокуратура Украины восстановила «дело Тимошенко» от 2004 года, приостановленное Кучмой, по которому она обвинялась в «попытке дать взятку» (на основании записанного на видео разговора Тимошенко с судьей) с целью повлиять на решение судьи, который вел дело ее свекра Геннадия Тимошенко и главного бухгалтера ЕЭСУ. 17 мая Тимошенко была вызвана в Генеральную прокуратуру на допрос.

Параллельно с этим, правительство решило провести аудит фи­нансово-экономической деятельности Кабинета Министров 2007–2010 годов, возглавляемого Тимошенко. Правительство Азарова поручило привлечь к аудиту вашингтонскую компанию Trout Cacheris, PLLC, известную в США по скандальному случаю с Моникой Левински. В качестве субподрядчиков выступили еще две фирмы: Akim Gump и агентство расследований Kroll Inc., привлекаемое ранее окружением Кучмы в связи с «делом Гонгадзе». За аудит правительство должно было заплатить 10 млн долларов бюджетных денег, хотя Азаров позже отрицал это.

Ведущие мировые аудиторские компании неоднократно заявляли, что Trout Cacheris, PLLC по сути своей не является аудитором. Сама Тимошенко в бытность свою премьер-министром регулярно привлекала к аудиту правительства всемирно известную аудиторскую компанию «Эрнст и Янг», которой все доверяли. В противоположность этому, постоянным клиентом Akim Gump являлся известный олигарх и конкурент Тимошенко Дмитрий Фирташ; услугами этой адвокатской компании пользовался и Ринат Ахметов. Компания «прославилась» и в России, где безуспешно искала золото КПСС, а затем занималась делом ЮКОСа. В Украине, проработав 86 дней, юристы компании получали от 1000 до 1500 долларов в час.

Незаметно, под шумок «дела Тимошенко», Конституционный суд Украины на закрытом заседании 30 сентября 2010 года отменил Конституцию 2004 года, признав неконституционным «Закон о внесении изменений в Конституцию» от 2004 года в связи с «нарушением процедуры его рассмотрения и принятия». Украина вновь вернулась к президентско-парламентской форме правления, на чем настаивали Янукович и его окружение.

Дождавшись окончания выборов в местные органы власти, Кон­трольно-ревизионное управление (КРУ) объявило об окончании американскими компаниями правительственного аудита. Тимошенко обвинялась в нецелевом использовании 320 млн евро, полученных в рамках Киотского протокола: полученную из Японии сумму правительство Тимошенко перенаправило в Пенсионный фонд, вместо того чтобы, как это было предусмотрено протоколом, реанимировать лесные насаждения в стране[37]. В 2009 году правительство Тимошенко заключило несколько соглашений с государственными органами и корпорациями Японии и Испании по продаже принадлежащих Украине квот на выбросы парниковых газов на общую сумму 319,9 млн евро, которые стали источником финансирования специального фонда госбюджета, откуда должны были финансироваться проекты, направленные на сокращение выбросов или увеличение поглощения парниковых газов в стране. Однако полученная сумма действительно была перенаправлена в Пенсионный фонд Украины для выплаты пенсий и надбавок, а также на покрытие текущих расходов ряда госучреждений. 2 декабря 2010 года Тимошенко впервые вызвали в Генеральную прокуратуру на допрос, где ей предъявили обвинение. 30 декабря допрос продолжился. Тимошенко допрашивали 12 часов. Все обвинения в свой адрес она отрицала и считала, что сам факт получения Украиной денег от Японии следует считать ее заслугой, а не преступлением.

В январе 2011 года ей предъявили новое обвинение — в закупке в конце 2009 года тысячи автомобилей «Опель Комбо» для нужд сельской медицины. Закупка не была предусмотрена госбюджетом. При этом Генеральный прокурор Пшонка заявил, что не обвиняет Тимошенко в хищении денег или причинении ущерба, но лишь «в нецелевом использовании бюджетных средств, превышении служебных полномочий; нарушении бюджетного законодательства и злоупотреблении служебным положением, приведшим к тяжким последствиям».

В свою очередь, Тимошенко обратилась к авторитетной американской юридической фирме Covington & Burling и крупной аудиторской компании BDO USA, которая имела филиалы в более чем ста странах мира, с просьбой расследовать обоснованность выдвинутых против нее обвинений. Выводы американских компаний были в пользу Тимошенко. В частности, американские юристы указали на то, что полученные от Киотского протокола деньги были сняты со счетов в декабре 2010 года, а правительство Тимошенко отправлено в отставку уже в марте 2010 года. Получалось, что деньги были нецеленаправленно потрачены правительством Азарова. В связи с этим Европейский парламент выразил обеспокоенность «ростом выборочного преследования лидеров политической оппозиции на Украине… особенно в случае Тимошенко» и подчеркнул «важность гарантирования максимальной прозрачности расследований, судебных преследований и судов», а также предостерег «против любого применения уголовного права как инструмента достижения политических целей». Более того, возникшая вокруг Киотского протокола ситуация привела к расследованию на уровне Организации Объединенных Наций, направившей в Украину своих экспертов.

24 мая 2011 года, в День международного праздника славянской письменности и культуры, Тимошенко была приглашена в Генеральную прокуратуру Украины для предъявления ей обвинения и ареста. Поставленная об этом в известность, Тимошенко «пригласила» на свой акт задержания послов ведущих европейских государств и США, а также посла Евросоюза, которые выразили свой протест в связи с незаконным задержанием Тимошенко. Многие иностранные дипломаты потребовали личных встреч с Пшонкой и президентом Януковичем. Ряд государственных деятелей Европы и США в связи с планируемым арестом Тимошенко звонили Януковичу, высказывая свою озабоченность. Янукович дал команду отступить. Вместо обвинения Тимошенко зачитали решение о закрытии уголовного дела и освобождении.

Однако вслед за этим против Тимошенко стали возбуждать новые уголовные дела. Прежде всего вспомнили о газовых соглашениях с Россией, подписанных ее правительством в 2009 году. В Верховной Раде в этой связи по инициативе Партии регионов была создана Временная следственная комиссия с целью поиска «признаков государственной измены в сфере экономической безопасности Украины». Через месяц, 11 апреля, комиссией был представлен доклад, в котором Тимошенко обвиняли в подделке директив по газовым соглашениям при переговорах с Россией, а регионалы обвинили Тимошенко в «предательстве национальных интересов Украины», подписании «кабальных для Украины соглашений» и сговоре в пользу России при подписании газовых контрактов.

В тот же день Генеральная прокуратура, основываясь на выводах комиссии, возбудила против Тимошенко уголовное дело «за превышение власти и служебных полномочий при заключении газовых соглашений». Тимошенко подозревалась в нанесении ущерба в размере 195 млн долларов. Обвинения против Тимошенко поддержали владелец РосУкрЭнерго Дмитрий Фирташ и (что уж совсем не ожидалось) бывший президент Украины Виктор Ющенко и лидер партии «Фронт перемен» Арсений Яценюк, заявившие, что «Тимошенко работала на Россию», «предала Украину за год до Януковича» и «тянет нас в кабалу к Москве».

24 июня 2011 года Генпрокуратура Украины предъявила Тимошенко обвинение по части 3-й статьи 365-й Уголовного кодекса Украины: «Превышение власти или служебных полномочий, повлекшее тяжкие последствия» (от 7 до 10 лет лишения свободы). В обвинении указывалось, что «премьер-министр Украины Тимошенко Ю. В., действуя умышленно, в личных интересах, осознавая беспочвенность и необоснованность требований российской стороны на переговорах при ее участии и участии руководства правительства Российской Федерации, ОАО «Газпром» и НАК «Нафтогаз Украины»… решила согласиться на указанные невыгодные для Украины условия»[38]. Тимошенко также инкриминировали превышение полномочий по закону «О Кабинете министров» о единоличном подписании «директив правительства». Экс-премьера обвинили в нанесении ущерба в 195 млн долларов, что имело тяжкие последствия для компании «Нафтогаз Украины».

Тимошенко и ее адвокаты отрицали предъявляемые обвинения и доказывали, что проведенный в 2009 году международный аудит компании «Нафтогаз Украина» не выявил превышений затрат, а общая стоимость «технологического газа, израсходованного в 2009 году», была меньше чем в 2008 году[39]. Относительно «директив Кабмина» Тимошенко парировала, что директив правительства она не подписывала, а подписала директиву премьер-министра министру топлива и энергетики, который в свою очередь дал указание «Нафтогазу Украины» подписать договор. И поскольку министерство, возглавляемое Дубиной, имело исключительное право по управлению «Нафтогазом Украина», для подписания договоров директив правительства не требовалось[40].

В свою очередь Юлия Тимошенко подала в окружной суд Манхэттена (Нью-Йорк) встречный иск против швейцарской компании Фирташа РосУкрЭнерго с требованием вернуть Украине газ в объеме около 12 млрд кубометров. Дело в том, что «Нафтогаз Украина» выкупила этот объем газа по решению Стокгольмского арбитражного суда (от 8 июня 2010 года), где украинскую сторону представлял министр Юрий Бойко, имевший отношение к компании Рос­УкрЭнерго. Однако это разбирательство ничем не закончилось, так как Тимошенко и Фирташ, вызванные в Нью-Йорк в качестве свидетелей, в суд не явились[41].

Временная депутатская комиссия, занимавшаяся расследованием деятельности правительства Тимошенко, вспомнила и о якобы имеющемся долге принадлежавшей Тимошенко компании ЕЭСУ перед Министерством обороны России на сумму более 300 млн долларов, которую Тимошенко так и не вернула. Из этого комиссия сделала вывод, что Тимошенко потратила эти деньги на свою президентскую кампанию в обмен на подписанные газовые соглашения. При этом правительство Азарова официально заявило, что Украина не будет рассчитываться с Россией за долги ЕЭСУ.

Российская сторона никак не отреагировала на эту дискуссию в Украине. Между тем в октябре 2008 года премьер-министры России и Украины Путин и Тимошенко подписали межправительственный меморандум о цене на газ на 2009 год — 250 долларов за 1000 кубометров. Ющенко этим остался крайне недоволен и потребовал прекратить переговоры и отозвать украинскую делегацию из Москвы. Формальным предлогом для отзыва послужило заявление главы Газпрома А. Миллера о том, что российская сторона не подпишет новый договор по газу, пока не будет погашена имеющаяся украинская задолженность перед Россией.

В ответ на демарш украинского руководства Газпром в январе 2009 года предложил новую цену для Украины за российский газ — 400 долларов за 1000 кубометров (с учетом накопившегося долга со стороны РосУкрЭнерго на сумму 1,7 млрд долларов). Из-за этого переговоры зашли в тупик. Однако Тимошенко удалось в результате длительных и сложных консультаций найти взаимоприемлемое решение как по цене за газ, так и по транзиту российского газа через Украину. В конечном итоге ей фактически удалось даже снизить цену на 2009 год до 232 долларов за 1000 кубометров при том, что мировые цены за газ были значительно выше.

Сам суд над Тимошенко по «газовому вопросу» начался в Печерском суде Киева 24 июня 2011 года. Судья для ведения дела был назначен лично президентом Януковичем, без объявления конкурса и сдачи необходимых экзаменов в высших судебных инстанциях, что, конечно же, являлось серьезным нарушением законодательства и говорило о сговоре президента и суда, ведущего дело Тимошенко. Накануне утром перед зданием суда собралась многотысячная толпа сторонников экс-премьера, депутаты и представители международных организаций. Тимошенко потребовала объединить ее дело с другими делами, в частности по таможне и «Нафтогазу», или даже прекратить дело без рассмотрения «как явно сфальсифицированное», но суд отклонил ее просьбу. Тогда Тимошенко выступила с 40-минутной речью, где раскрыла многие тайны по газовым соглашениям, заключенным украинским правительством до нее. Она требовала привлечь к уголовной ответственности бывших премьер-министров и даже президентов, покупавших российский газ по еще более высоким ценам.

22 июля прокуратурой было зачитано обвинение Тимошенко, подготовленное в явной спешке и содержащее многочисленные ошибки. Все обвинения в свой адрес Тимошенко отвергла. Начались допросы свидетелей, среди которых были министры, чиновники, депутаты и даже экс-президент Ющенко. Судья разрешил также выступить двум представителям защиты Тимошенко. Однако выступавшие со стороны обвинения свидетели дали показания в пользу Тимошенко, из-за этого была прекращена прямая трансляция заседания суда (и оставшиеся там депутаты снимали процесс на свои мобильные телефоны).

Многие из свидетелей, приглашенных обвинением, показали, что подписанные Тимошенко газовые соглашения не нанесли ущер­ба государству, так как цена была оптимальной с учетом скидки на газ, которую добилась экс-премьер, и за счет выкупа газа из газовых хранилищ Украины. Представитель Института государства и права Украины попытался разъяснить суду, что премьер не превысила своих полномочий, так как подписала «директивы пре­мьер-министра», а не «директивы Кабинета Министров». По своему статусу Тимошенко имела право давать указания и поручения «Нафтогазу Украины» как структуре, подчиненной Кабинету министров Украины, и закон, таким образом, не нарушила. Олег Дубина, бывший глава «Нафтогаз Украины», также выступавший в качестве свидетеля, указал, что Россия сознательно повышала це­ну на газ, дабы проблема «газовых соглашений» из экономической переросла в политическую.

Из-за частых пререканий с судьей и непредвиденных реплик со стороны Тимошенко во время выступления свидетелей судья неоднократно выдворял Тимошенко из зала, а 5 августа она была арестована прямо в зале суда «за системные нарушения» и за то, что она «препятствовала допросу свидетелей». Арестовали ее как раз в тот день, когда в суде выступал в качестве свидетеля премьер-министр Украины Николай Азаров.

По мнению самой Тимошенко, ее арестовали из-за ее неудобных вопросов премьер-министру по поводу коррупционных связей Азарова и РосУкрЭнерго, а также бизнеса его сына, основанного на бюджетных ассигнованиях. Арест Тимошенко в зале суда можно было объяснить и тем, что в этот период многие «свидетели обвинения», в частности бывший замгенпрокурора Татьяна Корнякова и экс-министр экономики Украины Юрий Продан, стали давать показания, оправдывавшие Тимошенко, что явно не понравилось «сценаристам» судебных слушаний.

Факт ареста Тимошенко вызвал волну возмущения со стороны митингующих, каждый раз собиравшихся у здания суда и пытавшихся прорваться в здание через задний дворик. Однако бойцы ОМОН (отряд милиции особого назначения) сумели вывезти Тимошенко в следственный изолятор Лукьяновской тюрьмы в Киеве. Ситуация была неоднозначной. Тимошенко справедливо считала, что Янукович планирует ее убийство. Поэтому после ареста она выступила с соответствующим заявлением: «Я хочу заявить, что у меня нет никакой склонности к самоубийству. Трюки, которые они проделали с Кирпой и Кравченко, им повторять не стоит. Я никогда не покончу свою жизнь самоубийством».

Разразился международный скандал. Многие страны высказали неудовлетворение ходом судебного процесса, имеющего политический характер. Европейский союз, США и лидеры ряда государств выразили свою озабоченность случившимся и потребовали немедленно освободить бывшего премьер-министра Украины. Даже российский МИД выступил с заявлением, что все договоры между двумя странами были заключены в соответствии с национальным законодательством обоих государств, международным правом и указаниями президентов России и Украины.

С большим интересом общественность ожидала выступления Ющенко. Его показания вызвали полярную реакцию: «радостную» у сторонников власти, негативную у сторонников Тимошенко. Ющенко заявил, что Тимошенко скрывала от него реальную цену на газ и что он не отзывал главу «Нафтогаза» Дубину с переговоров. Между тем многочисленные свидетельства очевидцев указывали на обратное, а российская сторона подчеркнула, что переговоры были прекращены по указанию Ющенко. Поведение на суде Ющенко было явно продиктовано защитой интересов посреднической фирмы РосУкрЭнерго, хотя сам Ющенко на суде свою причастность к этой компании отрицал.

При выходе из зала суда сторонники Тимошенко, скандируя «Позор!», закидали автомобиль экс-президента Украины яйцами. Комитет противодействия диктатуре, состоявший из одиннадцати оппозиционных партий, потребовал от «Нашей Украины» исключить Ющенко из числа почетных председателей партии, а Тимошенко в знак возмущения отказалась задавать Ющенко вопросы, отметив только, что не согласна с его показаниями. Она отметила, что будет давать свидетельские показания только после того, как к делу будут приобщены подписанные в 2009 году контракты между «Нафтогазом Украины» и Укртрансгазом о закупке технического газа, определявшие цену за газ, и аудиторский отчет международной аудиторской компании Ernst & Young по деятельности НАК «Нафтогаз Украины» за 2009 год, свидетельствовавший об отсутствии убытков у «Нафтогаза Украины» по «техническому газу» при реализации договоренностей между Украиной и Россией. Эти важные документы, однако, так и не были приобщены к делу. Вместо них судья принял во внимание «Комиссионную справку по отдельным вопросам финансово-хозяйственной деятельности НАК «Нафтогаз» за 2008—2009 год», составленную по указанию Азарова группой экспертов без привлечения международных независимых аудиторов. К делу не были приобщены также документы, представленные экс-министром экономики Проданом, показывавшие, что никаких директив Кабмина не было, а были «директивы» премьер-министра Тимошенко, допускаемые законом.

Генеральная прокуратура строила свои обвинения на том, что регламент Кабинета Министров не предусматривает за премьер-министром права издавать личные директивы. Поэтому Тимошенко судили не только «за нарушение закона», но и за «действия, которые в законе не описаны как «разрешенные»», хотя в ходе судебного разбирательства было выявлено, что на документах, выданных экс-главе «Нафтогаза Украины» Дубине, было написано только слово «директивы» (без слова «правительства»), а внизу стояла подпись Тимошенко как премьер-министра.

В судебном процессе в сентябре 2011 года был объявлен небольшой перерыв «для ознакомления с материалами дела». Политические аналитики считали, что это было связано с проводившимися тогда переговорами Украины и ЕС в связи с подготовкой договора об ассоциации Украины с Европейским союзом. Европейская комиссия поставила одним из условий такого подписания «прекращение преследования оппозиции» и, в частности, Юлии Тимошенко. Пункт этот оставался одним из важных требований ЕС к политическому руководству Украины во время всего переговорного процесса об ассоциированном членстве страны в ЕС.

11 октября 2011 года суд признал Тимошенко виновной по части 3-й статьи 365-й Уголовного кодекса Украины (превышение власти и служебных полномочий) и приговорил ее к семи годам тюрьмы с запретом занимать государственные должности в течение трех лет после отбытия срока. Суд также удовлетворил гражданский иск «Нафтогаза Украины», который требовал от Тимошенко компенсации убытков, причиненных этой компании в результате подписания соглашений в январе 2009 года на сумму 189,5 млн долларов США. Сама Тимошенко заявила, что ее судят не за подписание соглашений, а за то, что в результате был устранен посредник РосУкрЭнерго. Одновременно Янукович захотел убрать ее как своего политического противника и конкурента на президентских выборах 2015 года. Янукович в ответ назвал арест Тимошенко «досадным случаем», мешающим европейской интеграции Украины, и этим ограничился, не подчеркнув, что приговор зачитывал назначенный им судья.


Харьковские соглашения 2010 года

Упрятав Тимошенко за решетку, Янукович активно занялся внешней политикой. Первым делом он решил отблагодарить Россию за поддержку в президентской гонке, поэтому 21 апреля 2010 года без предварительного обсуждения с парламентом Украины или с общественностью Янукович подписал в Харькове с президентом Российской Федерации Дмитрием Медведевым так называемые Харьковские соглашения, предусматривавшие кардинальные изменения в условиях договора по базированию Черноморского флота России в Крыму.

Харьков был выбран местом для подписания соглашений не случайно. В народе Харьков давно именовали «столицей украинско-российских отношений» из-за проводимых там регулярных встреч первых лиц обоих государств. И на этот раз «первая столица Украины», находившаяся на поддерживавшем Януковича востоке, была избрана местом для подписания важных внешнеполитических документов с Россией.

Переговоры проводились по широкому спектру вопросов украинско-российских отношений, но главными из них были взаимосвязанные договоренности по газу и Черноморскому флоту. В соответствии с дополнением к контракту от 19 января 2009 года, подписанному еще Тимошенко, Россия пошла на уступки в цене на газ, согласившись снизить цену на 30%, но не более чем на 100 долларов за тысячу кубометров. Формально говоря, снижена была не цена, а таможенные платежи, которые Украина теперь не должна была России платить. Правда, для снижения таможенных платежей требовалось решение правительства России, а оно принято в конечном итоге так и не было. Кроме того, в соглашении указывалось, что фактическая цена на природный газ, поставляемый в объеме свыше 30 млрд кубометров в 2010 году и 40 млрд кубометров в год, начиная с 2011 года снижению не подлежит. Но фактическая цена в документе не была зафиксирована, поэтому стороны могли в будущем эту цену корректировать.

Реально эта цена была идентична той, о которой на 2009 год в свое время договорилась Юлия Тимошенко, посаженная Януковичем в тюрьму. Но Тимошенко настояла на взаимоувязке цены на газ с ценою на транзит российского газа через Украину — повышение цены на газ вело к автоматическому повышению цен его транзита. В «Харьковских соглашениях» Януковича этот пункт отсутствовал. Правда, Янукович настоял, чтобы из газового контракта 2009 года был изъят пункт 6.6, который предполагал штрафные санкции для Украины, если она приобретала газа на 6% меньше месячного объема поставок[42].

В нарушение дипломатического протокола «Дополнение» было подписано только на русском языке, а не на русском и укра­ин­ском — официальных языках обеих стран. Существенных изменений в подписанное в 2009 году Тимошенко общее соглашение внесено не было. Но в обмен на незначительные коммерческие уступки в газовом договоре Янукович пошел на важные стратегические уступки в вопросе о Черноморском флоте, пойдя на нарушение 17-го пункта Конституции Украины, недвусмысленно указывавшего, что «на территории Украины не допускается размещение иностранных военных баз».

ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину

Следует отметить, что все предыдущие президенты Украины, за исключением Ющенко, закрывали на это глаза в обмен на непрозрачные схемы украинско-российских газовых договоренностей. При Ющенко был четко поставлен вопрос о том, что 28 мая 2017 года, по истечении срока базирования российского Черноморского флота, все объекты его дислокации (а их было более 4600) должны были быть перебазированы на территорию России. Это обошлось бы российскому бюджету (по оценкам экспертов) примерно в 10 млрд долларов. Украина же получала от России в счет аренды за базирование российского Черноморского флота ежегодно 100 млн долларов. За 10 млрд она могла оставаться в Крыму еще сто лет.

По новому соглашению, утвержденному президентом Януковичем, срок аренды российским Черноморским флотом баз в Севастополе продлевался на 25 лет, до 2042 года, и российская сторона получала разрешение на модернизацию устаревшего российского флота советских времен. Главная проблема Черноморского флота для России состояла в том, что российский Черноморский флот имел серьезные ограничения в тоннаже из-за определяемых Турцией ограничений при прохождении военных судов через Дарданеллы. Обеспечить себе стратегическое преимущество в Черноморском регионе Россия была не в состоянии. В Румынии, Болгарии и Турции находились военно-морские базы НАТО. 6-й флот США контролировал Средиземное море. Запланированная Россией закупка двух новейших вертолетоносцев «Мистраль» у Франции не сильно меняла общий баланс сил[43].

Буквально через неделю после подписания соглашения о Черноморском флоте состоялась его ратификация в парламентах обеих стран. Если в России эта процедура прошла незамеченной, то в Киеве разыгралась настоящая драма. Депутаты от оппозиции блокировали трибуну, закидали спикера Рады яйцами и не давали возможности обсуждать вопрос о ратификации. Некоторые депутаты стали бросать дымовые шашки, превратив сессионный зал парламента в настоящее поле битвы. Но, несмотря на «боевые условия», в которых пришлось работать членам контролируемого Януковичем украинского парламента, 27 апреля большинством голосов «Харьковские соглашения» были ратифицированы. Оппозиция в знак протеста накрыла свои места сине-желтым знаменем Украины и покинула зал заседаний[44].


Создание Януковичем «вертикали власти»

Как и многие его предшественники, Янукович начал с модной для широких народных масс темы сокращения чиновничьего аппарата. Даже собственную администрацию он намеревался сократить на 20%. Обратно переименовав Секретариат (Ющенко) в Администрацию президента, он назначил его главой миллионера Сергея Левочкина, владевшего портфелем ценных бумаг иностранных компаний и рядом миноритарных пакетов акций украинских предприятий, в том числе Крымсода (химическая отрасль), Газтэк (дистрибуция газа), Укрречфлот и Inter Media Group. Сам Левочкин по жизни «сопровождал» Януковича, когда тот был еще губернатором Донецкой области, помощником президента Кучмы и премьер-министром. Теперь он возглавил аппарат президента страны.

Уже в феврале 2010 года, сразу же после своего избрания, Янукович создал Национальный антикоррупционный комитет, Комитет экономических реформ при президенте и Совет регионов с целью взаимодействия центральных органов власти и органов местного самоуправления. Он дал понять, что украинский язык останется единственным государственным языком (вопреки своему предвыборному обещанию предоставить русскому языку статус второго государственного языка), подчеркнув при этом, что Украина будет неукоснительно придерживаться Европейской хартии региональных языков. В 2012 году Верховной Радой Украины действительно был принят закон о региональных языках, который по сути был прикрытием легализации русского языка как официального в юго-восточных регионах и в Крыму. В то же время попытка компактно проживающих национальных меньшинств (румын, поляков, болгар и других) использовать этот закон для придания своим языкам статуса региональных успеха не имела.

К концу первого года своего правления Янукович ограничил государственное регулирование хозяйственной деятельности, исключив 23 вида регулируемой хозяйственной деятельности из общего списка в 66. Для субъектов инвестиционной деятельности был упрощен порядок получения услуг, хотя это и не привело к «нашествию» иностранных инвесторов в Украину. Янукович отменил воинскую повинность в виде прохождения обязательной воинской службы, сделав акцент на профессиональной армии, которая, впрочем, не была создана как боеспособная воинская единица.

Под Новый, 2011 год, несмотря на многочисленные протесты мелких и средних предпринимателей, был принят новый Налоговый кодекс Украины. Предусматривая сокращение местных налогов втрое, он не изменил налоговое бремя для отечественного производителя. Наоборот, мелкий и средний бизнес стали еще более зависимыми от органов власти, с которыми они должны были делиться своими доходами. Зато наступил рай для украинских миллиардеров, связанных с властью. Все крупные компании, имевшие близкие связи с президентом и его окружением, смогли значительно увеличить состояния. Только за первый год правления Януковича число украинских «олигархов» увеличилось с 8 до 21. Вместе они оценивались в 58 млрд долларов, что примерно на 20 миллиардов превышало расходную часть бюджета Украины[45].

Решив исправить ошибки Ющенко по децентрализации власти, Янукович стал создавать свою «вертикаль». Для начала он добился того, что его партия в союзе с коммунистами и блоком Литвина, а также отколовшимися от «Батькивщины» и «Нашей Украины» депутатами, создала правящую коалицию «Стабильность и реформы», усилиями которой, собственно, и было отправлено в отставку второе правительство тогда еще не арестованной Тимошенко. После этого, Янукович приступил к замене губернаторского корпуса страны и глав администраций районов в регионах. Были заменены все ключевые министры и судьи Конституционного суда, введенные по квоте президента.

Но самое главное, что удалось сделать Януковичу, это отменить политическую реформу 2004 года и вернуть себе полномочия главы исполнительной власти. После обращения 252 послушных Януковичу депутатов парламента в Конституционный суд Украины были признаны неконституционными изменения, внесенные в Конституцию 2004 года при Ющенко. Это позволило правящему большинству изменить форму правления в стране и вернуться из парламентско-президентской республики в президентско-парламентскую. Баланс властных полномочий был изменен в пользу президента, подчинившего себе и исполнительную власть. После этого Янукович ввел цензуру на средства массовой информации, а олигархи из ближнего его окружения стали собственниками крупнейших средств массовой информации. Оппозиция могла лишь констатировать установление в стране автократической системы правления президента и беспомощно протестовать против узурпации Януковичем государственной власти.

В сфере внешней политики известный своей пророссийской позицией Янукович неожиданно для многих раскритиковал идею создания союза России, Белоруссии и Украины, а 1 апреля 2010 года заявил, что «стратегическим направлением украинской внешней политики является интеграция в Европейский Союз». При этом он ликвидировал межведомственную комиссию по вопросам подготовки Украины к вступлению в НАТО и Национальный центр по вопросам евроатлантической интеграции, созданные в 2006 году Ющенко, а в июле 2010 года подписал закон об основных направлениях внутренней и внешней политики государства, в котором окончательно отказался от курса на вступление в НАТО, заявив о внеблоковом статусе Украины.

Объявив о крестовом походе против коррупции, Янукович и его окружение взяли на вооружение рейдерскую систему захвата бизнеса как у своих политических конкурентов, так и у своих же союзников. Эксперты ОБСЕ зафиксировали более 50 случаев рейдерских захватов бизнесов окружением Януковича с использованием коррумпированных правоохранительных органов, судов, прокуратуры, налоговой инспекции и министров. Собственников заставляли делиться своим бизнесом, отдавая 50%, а то и отбирали весь бизнес через суды. По данным Антирейдерского союза предпринимателей Украины за время президентства Януковича атакам со стороны «семьи» подверглись не менее 7 тысяч украинских компаний, а в сферу «корпоративного интереса» «семьи Януковича» входила, собственно, вся Украина.

Рейдерство Януковича было обусловлено необходимостью получить полтора миллиарда долларов для президентской кампании 2015 года — для подкупа 15 миллионов избирателей, исходя из расчета 100 дол. за голос. Вот как описал эту систему председатель Антирейдерского союза Андрей Семидидько:

«Рейдеры оперировали несложными методами. Например, нужно было найти прибыльную компанию. Затем — инициировать проверку налоговой [полицией], и по ее результатам возбудить уголовное дело. На основании материалов дела происходила так называемая фиксация собственника, на которого выходили рейдеры с предложением. Обычно вариантов было немного: ему предлагалось платить регулярную «дань» в размере 30—50% от прибыли компании — либо уступить право собственности. При этом либо часть компании выводилась в офшор, либо изменения в составе собственников просто не регистрировались — то есть де-юре состав собственников оставался прежний, но де-факто существовал протокол заседания, согласно которому одни собственники уходили, а другие заходили… При Януковиче были созданы идеальные условия для рейдерства. Вся система была выстроена так, что на противоправный отъем собственности с готовностью шли все сопричастные лица. При этом масштаб явления вышел далеко за рамки «покрытия нужд» непосредственно самой «семьи». Иногда люди «работали», прикрываясь «семейными интересами»… Нередко, когда соответствующая «разнарядка» опускалась на уровень области — к прокурору или чиновнику... суммы поборов вырастали вдвое — за счет личных аппетитов чиновника. В сферу такого интереса «семьи» попадали вполне публичные и крупные компании».

Так со счетов всемирно известной водочной компании Nemiroff на основании уголовного дела за три года были выведены свыше 50 млн долларов на подставные фирмы, близкие президенту Януковичу[46].

Уголовное преследование политических противников коснулось не только Юлии Тимошенко и министра внутренних дел Юрия Луценко, но и министра экономики Богдана Данилишина, министра обороны Валерия Иващенко, депутата Игоря Маркова и экс-замглавы «Нафтогаза Украины» Игоря Диденко, экс-председателя таможенной службы страны Анатолия Макаренко и многих других. Янукович даже замахнулся на бывшего президента Леонида Кучму, которому инкриминировали причастность к убийству журналиста Георгия Гонгадзе, что позволило Януковичу держать в страхе не только Кучму, но и все окружение бывшего президента.

Правление «проффесора» Януковича запомнится потомкам не только отсутствовавшими экономическими реформами и внеполитическими шараханьями то в сторону Евросоюза, то в сторону Таможенного союза с Россией, но и чрезвычайно замедленной речью и многочисленными стилистическими ляпами. Он называл известную российскую поэтессу Анну Ахматову — Анной Ахметовой, а известного русского писателя Антона Чехова причислял к украинским поэтам. Он считал, что известный ученый-славист Гулак-Артемовский был из донбасского города Артемовска. Он делил Евразию на Азию и Евразию, а выступая перед жителями Кировограда называл их жителями Чернигова. Словакию он называл Словенией, а Иран путал с ураном. На переговорах с президентом Туркменистана он заявлял, что Украина всегда дружила с Казахстаном, а студентам-медикам советовал быть верными клятве Пифагора.

Созданная Януковичем по аналогии с российской жесткая вертикаль власти, казалось бы, гарантировала спокойствие и порядок в стране, а постоянные словесные казусы, случавшиеся с малограмотным президентом, забавляли тех, у кого хватало чувства юмора, чтобы смеяться над новоявленным диктатором. Украина постепенно сжималась, словно пружина, чтобы распрямиться на Майдане в 2014 году.

Глава 8.

Проблема европейской интеграции



2013 год был относительно спокойным для украинской политики. Президент Виктор Янукович разъезжал по Европе и убеждал наивных европейцев, что хочет в Европу. И не только он, но и вся семья президента, все правительство, вся украинская элита — тоже хотели в Европу, чтобы отдохнуть и проверить свои зарубежные счета. Для постсоветской Украины в этом желании не было ничего нового. Все предшественники Януковича: Леонид Кравчук, Леонид Кучма и Виктор Ющенко — тоже планировали добиться включения Украины в Евросоюз. По крайней мере, на словах.

Под вступлением в ЕС на самом деле имелся в виду первый этап процедуры: подписание Соглашения об ассоциации Украины с ЕС (Ukraine — European Union Association Agreement). Переговоры между Украиной и ЕС о заключении такого соглашения были начаты еще в 2007 году. Новое соглашение должно было явиться заменой существующего соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Европейскими сообществами и Украиной. Соглашение об ассоциации было призвано обеспечить качественно новый, более глубокий формат отношений и послужить стратегическим ориентиром в проведении системных социально-экономических реформ в Украине, широкомасштабной адаптации законодательства Украины к нормам и правилам ЕС. Текст Соглашения не упоминал перспективы вхождения Украины в Евросоюз, но и не отрицал возможности вступления в ЕС. Подписание Соглашения переводило отношения Украины с ЕС на новый уровень: от партнерства и сотрудничества — к политической ассоциации и экономической интеграции. Многие украинцы упрощенно считали, что это и есть объединение с Европой.

Важным элементом Соглашения было положение о создании углубленной и всеохватывающей зоны свободной торговли, перспектива появления которой взбудоражила представителей промышленных кругов, тесно связанных с российским бизнесом. Россия увидела в происходящем потенциальную угрозу, поскольку вступление в ЕС было несовместимо с вступлением в так называемый Таможенный союз, которым заправляла Россия. Вступление в Таможенный союз означало экономическую ориентацию Украины на Россию и подчинение украинской экономики российской. Вступление в ЕС — ориентацию на Европу. По этой причине Россия и некоторые «деловые круги» Украины (особенную активность в этом отношении проявляла организация «Украинский выбор» Виктора Медведчука, бывшего руководителя Администрации президента Кучмы, многолетнего агента КГБ-ФСБ и приближенного Владимира Путина) начали пропагандистскую кампанию о том, что подписание договора о зоне свободной торговли с ЕС погубит экономику Украины, поскольку приведет к резкому сокращению торгово-экономических отношений с Россией. Одновременно, как утверждала российская сторона, создание зоны свободной торговли приведет к тому, что дешевые западные товары, попавшие в Украину, нелегальным способом будут доставляться в Россию и ударят по российскому производителю.

Тем не менее в Украине основная часть населения поверила в намерение властей пойти по пути евроинтеграции и поддерживала эту идею. Многочисленные евросаммиты и встречи, консультации, подготовка самого Соглашения, казалось бы, говорили о неотвратимом — о перспективах ассоциированного членства, хотя такого термина в базовых соглашениях с ЕС не существует. Предполагалось, что будет подписано Соглашение о стабилизации и ассоциации (аналогичное соглашениям ЕС с Албанией, Сербией, Черногорией и Боснией и Герцеговиной), или Соглашение Украины об ассоциации с ЕС, типа того, что было подписано Македонией в 2001 году, с той лишь разницей, что Киев подпишет документ в два этапа: сначала политическую часть, затем экономическую.

Смысл подписания такого соглашения состоял в том, что Украина брала на себя обязательства проводить политические реформы, должные поднять страну до европейских стандартов. В частности, необходимо было провести соответствующие изменения в украинском законодательстве, доведя его до европейских норм, провести реформу судебной системы, в том числе и прокуратуры. Особенно соблазнительными для украинских политиков были перспективы подписания Договора о зоне свободной торговли и безвизовом режиме. В сознании украинцев сложилось упрощенное представление, что в этом случае произведенные в Украине товары беспошлинно будут продаваться в Европе, а европейские — в Украине, в то время как безвизовый режим позволит рядовым украинцам свободно путешествовать по Европе и работать там. Отношение к вхождению в Евросоюз было поэтому достаточно потребительское. Вхождение в Евросоюз казалось бесплатным билетом в цивилизованную, сытую, спокойную европейскую жизнь.

Реальность была куда более сложной. Да, путешествовать по Европе можно было бы без виз. Но права на трудоустройство ассоциация с Евросоюзом не давала. Европейский рынок труда планировал защищать себя от украинских гастарбайтеров (которые и без вхождения Украины в Евросоюз, по мнению многих, наводнили Европу, особенно Италию и Испанию). Товары, производимые в Украине, должны были предварительно получать европейские «сертификаты качества», за выдачу которых нужно было платить. Получение сертификатов само по себе не было гарантией того, что украинские товары будут поставляться в Европу и свободно там продаваться. Чтобы это произошло, крупнейшие украинские производители (про небольших и говорить не приходится) должны были интегрироваться в европейские торговые сети и получить право реализации в них своих товаров. После этого доведенным до европейских стандартов украинским товарам позволено было начать конкурировать с европейскими в чисто коммерческом, капиталистическом смысле этого слова. Но в этот момент могло обнаружиться, что украинские товары неконкурентоспособны, поскольку многие европейские фирмы получали дотации от своих правительств и поставляли товары на рынок по ценам, ниже украинских. Европа скорее всего была заинтересована в основном в продукции «первичной переработки» — металлах, зерне, минеральных удобрениях и программном обеспечении. Здесь Украина действительно была конкурентоспособна.

Противники евроинтеграции пугали украинцев тем, что ведущие промышленные предприятия Украины, да и вся экономика страны, обязаны рухнуть из-за наплыва европейских товаров и невозможности конкурировать с экономикой Европы. В Украине даже ведущие предприятия с трудом выживали, не имея современного маркетинга и рынка сбыта. Капиталовложений в производство было мало, оборудование устарело. Известный Запорожский автомобильный завод, производящий нечто похожее на автомобили, на внутреннем рынке мог конкурировать с «Мерседесом» только в плане цены. Знаменитые шахты Донбасса, на которых из года в год гибли шахтеры, за редчайшим исключением не были затронуты модернизацией. По стандартам Европы их скорее всего нужно было бы закрыть из-за давно нарушенной техники безопасности. Этот список устаревших предприятий-полубанкротов можно было бы продлить до бесконечности. Вывод был прост: за последние десятилетия отделившаяся от СССР Украина безумно отстала от Европы.

В экономической сфере одним из главных условий сближения с европейской экономикой была легализация теневого бизнеса Украины. Теневой бизнес всегда являлся основой любой кланово-олигархической системы власти. Вся украинская государственная машина, сверху донизу, была построена и держалась на так называемых откатах и взятках. В легализации черного бизнеса не были заинтересованы ни чиновники, получавшие взятки, ни не платившие налоги бизнесмены. Заинтересованы же в белом бизнесе были те, кто работал честно и налоги государству исправно платил. Таких было мало.

Готова ли была политическая власть в Украине на столь радикальный шаг: разрушить систему взяточничества и «откатов» для всей государственной бюрократии в обмен на перспективу вступления в Евросоюз? До конца 2013 года казалось, что готова. Но на проведение необходимых политических и экономических реформ могло уйти много лет, причем временное расстояние этого пути зависело в том числе и от желания (или нежелания) правительства и общества решительно двигаться в этом направлении.

Со стороны Европы были и свои политические требования, естественные и привычные для Европы, не быстро реализуемые для Украины: политическая стабильность в стране; наличие политического консенсуса всех представленных в парламенте (Раде) политических партий; желание народа, выраженное через референдум, о вступлении в Евросоюз и о курсе на евроинтеграцию; реальная, а не просто провозглашенная защищенность прав и свобод граждан украинским законодательством, подстроенном под общеевропейские стандарты; независимость судов, в беспристрастность которых должен был верить каждый гражданин или юридическое лицо (и это, пожалуй, был один из самых серьезных и сложных моментов, так как украинские суды были абсолютно коррумпированным инструментом центральной и местной власти).

Европейский союз держался на «трех китах» — экономика и социальная политика; международные отношения и безопасность; правосудие и внутренняя политика. Критерии, принятые решением Европейского совета в Копенгагене еще в 1993 году, предусматривали наряду с вышеназванным равные права граждан в управлении государством (от местного самоуправления до национального); свободные выборы при тайном голосовании; право создавать политические партии без помех со стороны государства; справедливый и равный доступ к свободной прессе; свобода профсоюзов и личного мнения; законодательное ограничение исполнительной власти; независимость судов от власти и верховенство закона как средства защиты от произвола властей; права человека (сформулированные Всеобщей декларацией прав человека и Европейской конвенцией прав человека); уважение и защита прав национальных меньшинств и равенство языков.

Что касается экономических критериев, сформулированных в Маастрихтской конвергенции 1992 года, то здесь ситуация была еще сложнее. Украина должна была получить статус страны с рыночной экономикой. Означало это следующее: поддержка отечественного производителя и освобождение от налогов на начальной стадии; наличие государственных программ и фондов поддержки приоритетных сфер экономики (особенно сельского хозяйства); право производителя самому решать, что и как производить; свободное ценообразование; наличие свободной конкуренции; ограничение монополий; разделение власти и бизнеса; конкурентоспособность отечественного производителя с европейским; система гарантий частных вкладов; цивилизованная процедура банкротства и приватизации.

Кроме того, дефицит бюджета должен был составлять менее 3% от ВВП, а долг правительственного сектора — менее 60% от ВВП. Требовалась стабильность обменного курса. Украина не менее двух лет должна была обеспечивать стабильность обменного курса своей валюты по отношению к евро. Стабильность цен определялась размером инфляции, которая не должна была быть более чем на 1,5% выше среднего уровня инфля­­ции трех стран — членов ЕС, достигших лучших результатов в сфере стабильности цен. Наконец, важнейшим критерием оставалась адаптация украинских национальных законов к европейским нормам. Могла ли Украина за относительно короткий исторический срок удовлетворить эти условия? Могла, если бы захотела. Но пока что — на уровне 2013 года — единственный критерий, которому соответствовала Украина, был географический: она находилась в Европе.

На заседании стран членов СНГ в Минске в октябре 2013 го­да Янукович вновь повторил, что «главным приоритетом Киева является подписание соглашения об ассоциации Украины с ЕС. Этот вопрос обсуждению не подлежит». Тем не менее, из Минска Янукович вернулся другим человеком. Похоже, что во время конфиденциальной встречи с Путиным последний сделал Януковичу предложение, от которого тот не смог или не захотел отказываться. Янукович вдруг вспомнил о нерушимой дружбе российского и украинского народов и заявил о необходимости взять таймаут для решения вопроса о подписании договора об Ассоциации с Евросоюзом. Одновременно Янукович и украинское правительство начали обсуждение с Евросоюзом экономического пакета, необходимого Украине в случае ее вхождения в ЕС. Цифры назывались астрономические. Украина предполагала, что потеряет от 150 до 500 млрд долларов из-за прекращения торговли с Россией, которая при мягком варианте развития событий начнет экономически бойкотировать Украину, а при жестком — объявит формальные санкции. Такого финансового пакета или займа Европа дать Украине не могла. Россия, в свою очередь, предложила Украине 15 млрд долларов кредита и значительное снижение цены на газ в случае отказа Украины от европейского курса.

По поручению Януковича после минской встречи премьер-министр Украины Николай Азаров начал зондировать общественное мнение страны и объяснять украинскому народу, как плохо будет жить без России и каким туманным видится будущее Украины в Европейском союзе. Многое из того, что говорил Азаров, соответствовало действительности. В конце концов Украину в Евросоюз могли не пустить, потому что от Соглашения об ассоциации до Соглашения о вступлении в Евросоюз дистанция большая. В частности, программа ЕС «Восточное партнерство», принятая по инициативе Польши и Швеции, подразумевала сотрудничество с такими странами постсоветского пространства, как Азербайджан, Армения, Белоруссия, Грузия, Молдавия и Украина, но не подразумевала соглашение о членстве в ЕС, а рассматривалась лишь как шаг к началу переговоров о заключении соглашения об ассоциации, поскольку соглашение об ассоциации было единственной дорогой, ведущей в Евросоюз.

Переговоры с европейскими партнерами о предоставлении Украине грандиозного финансового пакета ничем не увенчались. Обещание России дать кредит в 15 млрд долларов было выполнено лишь частично: были переведены первые 3 млрд долларов. Затем начался Майдан.

Глава 9.

Майдан



Слово «Майдан» в украинской политике имеет свое особое значение и свой морально-этический смысл. Майдан олицетворяет собой дух украинских революций XXI века. Это и движение «Украина без Кучмы» 2000 года, и движение «Восстань, Украина» 2002 года, и Оранжевая революция 2004 года, и конечно же, Майдан 2014 года.

Пожалуй, нигде в Европе за последнее десятилетие не произошло столько революций, сколько на украинском Майдане. Они имели разные причины и разные последствия. Но их объединяет одно — все они были вызваны социальными причинами: борьбой против автократии, узурпации власти кланами, бесправия народа, всевластия олигархии, разгула коррупции. Тем не менее до 2014 года революции в Киеве не приводили к смене политической системы. В этом смысле их нельзя было считать классическими революциями, подобными революциям начала ХХ века. Одни политические партии и олигархические кланы сменяли другие, власть захватывала новая группа лиц, преследующая свои собственные экономические интересы, и революции затухали, не приводя к серьезным последствиям и изменениям в жизни граждан страны и даже столицы.

Майдановские революции проводились не только в одном и том же месте, но и по одному и тому же сценарию. За 100—200 метров от Майдана киевляне жили своей обычной жизнью — бабушки гуляли с внуками, мамы и папы ходили на работу. Дети ходили в школы и институты. Все смотрели «Майдан» по телевизору — и в Украине, и за ее пределами. Важнее было другое: политическое самосознание украинцев было воспитано именно этими половинчатыми незавершенными революциями 2000—2004 годов. Главный вывод, к которому постепенно пришли все участники событий, что Майдан не более как символ, что восстанием Майдана революции не свершить, что революция — это несколько большее, чем скопление толпы людей на площади, даже если эта площадь находится в Киеве и называется площадью Независимости.

Для Украины «Майдан» стал национальным брэндом, парадигмой — исходной концептуальной моделью поведения. В конце 2013 года, в связи с неподписанием в Вильнюсе соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС, появилось новое словосочетание: «Евромайдан». В Украине слово «евро» было к тому времени популярным и не только потому, что олицетворяло валюту. Оно становилось приставкой к названию многих брэндов, предметов и событий. Чемпионат Европы по футболу назвали «Евро-2012», так же назвали и чемпионат Европы по баскетболу «Евробаскет-2014». В Украине даже плохой ремонт назывался «евроремонтом» (за «евроремонт» строитель мог взять больше денег, чем за обычный, а хозяин готов был больше заплатить — только за слово «евроремонт»). Появились даже «еврозаборы» (не станем описывать, чем такой забор отличается от обычного европейского или американского, — ничем не отличается). Но в политическом лексиконе ключевыми словами в ноябре 2013 — феврале 2014 гг. стали «Евромайдан» и «Автомайдан».

Итак, с чего все началось? 13 ноября 2013 года бывший министр внутренних дел Украины в нескольких правительствах, один из организаторов массовых акций «Украина без Кучмы» и Оранжевой революции Юрий Луценко[47] призвал оппозиционные партии провести массовые акции в поддержку подписания правительством соглашения об ассоциации с ЕС, а 24 ноября — митинг в поддержку евроинтеграции в Киеве. Для оповещения населения были использованы все современные ресурсы, например, СМС, через которую пользователям мобильных телефонов был разослан призыв «Как получишь СМС — голосуешь за ЕС!»

21 ноября 2013 года, за несколько дней до Вильнюсского саммита Восточного партнерства, намеченного на 28—29 ноября, где должны были быть подписаны Украиной соглашения об ассоциации с Европейским союзом, правительство Украины заявило о приостановлении подготовки к заключению этого соглашения. Распоряжение об этом было официально обнародовано премьер-министром Украины Азаровым. По социальным сетям начали распространяться призывы собраться на центральной площади Киева для протеста. К 22.00 вечера на площади собрались более тысячи человек, требующих подписать соглашение. На митинге выступили лидеры оппозиции Арсений Яценюк («Батькивщина»), Виталий Кличко («Удар») и Олег Тягнибок («Свобода»), обвинившие правительство Украины в срыве евроинтеграционного курса. На следующий день, несмотря на запрет властей, протестующие начали устанавливать палаточный городок (вскоре были установлены 15 армейских палаток и 20 тентов). Подобные городки устанавливались на Майдане и рань­ше — во время протестных акций «Украина без Кучмы» и Оранжевой революции. Комендантом городка стал депутат украинского парламента от фракции «Батькивщина» Андрей Парубий.

22 ноября во многих городах Украины прошли митинги в поддержку подписания соглашения об ассоциации с ЕС. По 2—3 тысячи человек протестовали в городах Западной Украины: Львове, Ивано-Франковске, Черновцах, Ровно, Тернополе, Виннице; по 50—500 че­ловек — в городах Восточной Украины: Донецке, Кривом Роге, Сумах и Харькове.

24 ноября, как и планировалось, состоялся мирный массовый митинг. По официальным данным в нем приняло участие до 50 тысяч; по неофициальным — более 100 тысяч протестующих, 20 тысяч милиции при 40 независимых наблюдателях и журналистах. Митингующие выступили в поддержку евроинтеграции под лозунгом «За европейскую Украину» и объявили о начале бессрочной акции протеста. Выступали ораторы: организатор митинга Луценко, лидеры оппозиции — Яценюк, Кличко и Тягнибок, появляющиеся теперь только вместе. Дочь Юлии Тимошенко Евгения зачитала обращение матери, находящейся в Харьковской тюрьме. Протестующие, объявившие себя «Народным вечем», приняли резолюцию с требованием отставки правительства «за предательство национальных интересов», проведения 27 ноября внеочередной сессии Верховной Рады, срочного рассмотрения и принятия законов, необходимых для евроинтеграции Украины (сессия, однако, не состоялась). Кроме этого, оппозиция требовала роспуска парламента и проведения внеочередных выборов, прекращения политических репрессий и освобождения Тимошенко, возобновления курса на европейскую интеграцию и подписания соглашения об ассоциации на саммите в Вильнюсе 28—29 ноября. «В случае отказа президента выполнить свои конституционные обязанности и неподписания соглашения» митингующие планировали «добиваться импичмента президента Януковича за гоударственную измену и призвать все демократические страны мира немедленно применить персональные санкции против Януковича и представителей его коррумпированного режима»; провести мобилизацию всех партий, общественных организаций и граждан, выступающих за евроинтеграцию Украины, для проведения акций протеста «до полной победы». Митингующие разделились на два лагеря — «партийный» (под партийными лозунгами) на Европейской площади Киева и «общественный» на площади Независимости. Но после призыва Юлии Тимошенко убрать партийные лозунги, оба майдана объединились в один.

Часть демонстрантов попыталась прорваться к центральному входу в здание Кабинета Министров и заблокировала проезд правительственных автомобилей. В ответ у входа в здание расположились несколько сотен бойцов спецподразделения «Беркут», с которыми у небольшой группы манифестантов начались столкновения. Милиционеры применили дубинки и слезоточивый газ. Протестующие распылили газ и бросили несколько взрывпакетов.

События 24 ноября имели резонанс по всей Украине. Евромайданы прошли во всех крупных городах. Во Львове на митинге в поддержку евроинтеграции собралось около 10 тысяч человек, большею частью студенты львовских вузов. Значительно меньшее количество участников (от 300 до 500 чел.) собрали акции протеста, состоявшиеся у памятников Тарасу Шевченко в Восточной Украине — в Харькове, Херсоне, Донецке, Луганске, Николаеве и Одессе. В Харькове собралось свыше двух тысяч сторонников евроинтеграции. Многие митинги проходили под лозунгом: «Януковича в отставку!» В Луганске произошли первые стычки с местными донскими казаками. Многие сторонники евромайданов других городов Украины поехали в Киев поддержать центральный Евромайдан.

Параллельно с митингами в защиту евроинтеграции во многих городах юго-востока Украины прошли так называемые антимайданы, зачастую организованные местными властями, выступавшими на стороне президента Януковича и против европейского курса страны. Так, в Донецке, Севастополе, Одессе и Херсоне состоялись митинги, участники которых требовали вхождения Украины в Таможенный союз. Многих демонстрантов, в частности шахтеров Донецка, после ночной смены принудительно свозили на центральную площадь города. Такой же «антимайдан» был организован столичными властями в Киеве.

В преддверии Вильнюсского саммита на центральной площади Киева наступило относительное затишье. Все ожидали, что правительство услышит «мнение народа» и подпишет вильнюсский документ. Такого же мнения придерживалось и большинство международных обозревателей. В самом Киеве все еще собирались одна-две тысячи митингующих, требующих от Януковича и правительства подписания в Вильнюсе соглашения об ассоциации ЕС и Украины. Но в других городах страны акции протеста практически сошли на нет. На киевском Майдане периодически стали появляться иностранные политические деятели и участники киевского совещания ОБСЕ. Это вызывало недовольство не только украинского правительства, но и Москвы, начавшей обвинять Запад во «вмешательстве во внутренние дела Украины». Но битва за соглашение казалась выигранной. Оставалось выждать несколько дней, когда в Вильнюс для подписания должен был прибыть Янукович.

26 ноября забастовку объявили студенты некоторых вузов. Администрации Киевского национального университета и Киево-Мо­гилянской академии отпустили студентов с лекций. Поддержать их приехали студенты западных районов Украины, в частности Львова, Тернополя и Ивано-Франковска. То, что в акциях протеста активную роль стало играть студенчество, говорило не только о расширении социальной базы протестующих, но и об осознанном участии в протестном движении молодой образованной части общества, желающей видеть свою страну интегрированной в Европу, а не разворачивающейся назад в феодальные устои российского Таможенного союза. По оценкам социологов свыше 70% молодежи Украины поддерживали европейскую интеграцию и выступали против ориентации на Россию.

28—29 ноября в столице Литвы во Дворце правителей состоялся двухдневный саммит Евросоюза «Восточное партнерство», в котором приняли участие президент Азербайджана Ильхам Алиев, президент Армении Серж Саргсян, президент Грузии Георгий Маргелашвили, премьер-министр Молдовы Юрий Лянкэ, президент Украины Виктор Янукович, министр иностранных дел Беларуси Владимир Макей. Все структуры Евросоюза были представлены на высшем уровне. Несмотря на принятое 21 ноября решение украинского правительства не подписывать в Вильнюсе соглашения с ЕС, Янукович все-таки поехал в Литву в надежде убедить европейских партнеров и Россию в необходимости найти совместное решение «украинскому вопросу». При этом Янукович объявил о том, что европейский курс Украины остается неизменным. Но в это теперь мало кто верил. Председатель Европейской комиссии Жозе Мануэл Баррозу открыто дал понять, что переговоров в трехстороннем формате не будет: «Мы уже парафировали соглашение об ассоциации с суверенной страной. Когда мы достигаем двусторонней договоренности, мы не позволяем третьей стране вмешиваться в эти переговоры. Для двустороннего соглашения по торговле не может быть трехстороннего формата». Баррозу поддержала хозяйка саммита, президент Литвы Даля Грибаускайте: «Никаких сделок или сговоров с украинским руководством Европейский Союз точно практиковать не будет».

Официально встречаться по этому вопросу с Януковичем не хотел никто. Лидеры Евросоюза давали понять, что они считают вопрос решенным, но предоставляют Украине возможность подписать соглашение на второй день саммита. Для принятия рокового решения у Януковича оставались сутки. Главы государств и правительств стран ЕС, зная об уже сделанных заявлениях украинского политического руководства, все еще надеялись услышать из уст Януковича, что, собственно, планирует делать его страна: если подписывать, то когда; если брать таймаут, то на сколько; если выторговывать новые условия соглашения, то в чем эти условия должны состоять. Но президент Украины так ничего внятного и не сказал. Соглашение под давлением России просто не было подписано, хотя короткий исторический опыт независимости должен был продемонстрировать, что внешнеполитические решения, касающиеся экономических перспектив развития страны, должны приниматься руководством государства без давления извне. Тем не менее участники саммита призвали постсоветские государства Восточной Европы и Закавказья к проведению более широких демократических и экономических реформ, а также призвали Россию в интересах европейской интеграции уважать выбор своих соседей.

На второй день саммита весь мир был прикован к Вильнюсу. Руководители ЕС, Грузии и Молдовы парафировали соглашения об ассоциации. Но подпишет ли его Украина? Украина замерла в ожидании, однако чуда не случилось. Виктор Янукович не сел за стол вместе с другими участниками и соглашения не подписал.

Как только вечером 29 ноября в Киеве стало известно, что президент Янукович не подписал соглашение, к центру столицы стали стекаться массы народа. В противовес правительство организовало свой митинг в поддержку действий президента, но на Майдане собралось куда большее количество протестующих. Выступившие на митинге лидеры оппозиции призвали Януковича подать в отставку, обвинив его в государственной измене, а митингующие приняли резолюцию, в которой потребовали немедленной отставки действующего президента. К центру столицы в срочном порядке правительство стало стягивать силы, в частности спецотряд «Беркут» и подразделения МВД.

К 4 утра 30 ноября к площади были стянуты большие силы милиции и около 300 бойцов «Беркута». Под предлогом «подготовки к Новому году» началась «зачистка» Майдана. Протестующие отказались выполнить требование и оказали сопротивление милиции. Тогда в ход пошли дубинки и слезоточивый газ. Протестующих удалось вытеснить с Майдана в прилегающие улицы. Отставших демонстрантов «беркутовцы» добивали дубинками, не жалели даже девушек. Это вызвало ответное ужесточение сопротивления протестующих. В ход пошли бутылки, камни, железные прутья и палки. Свыше 30 человек было арестовано, но после составления протоколов об административных нарушениях большая часть арестованных была отпущена. Госпитализированных, однако, зачастую пря­мо из больниц доставляли в милицию для допросов.

После разгона демонстрантов в Киеве в ночь на 30 ноября на Михайловской площади вновь начался массовый митинг, насчитывавший свыше 15 тысяч участников. Это свидетельствовало о решительности демонстрантов бороться до победного конца. В ночь на 1 декабря в бой с милицией вступили бойцы так называемого «Правого сектора», лидеры которого долгое время держали себя в тени. В частности, «Правый сектор» участвовал в столкновениях с внутренними войсками и спецподразделениями МВД Украины, охранявшими здание администрации президента, в захвате нескольких административных зданий в Киеве и в штурме президентского дворца на ул. Банковой. Тогда же были сформированы и отряды «Самообороны Майдана» во главе с комендантом Майдана Андреем Парубием.

«Правый сектор» был неформальной правоэкстремистской гру­ппировкой, объединившей активистов ряда украинских националистических (национально ориентированных) организаций. В состав «Правого сектора» входили украинская националистическая организация «Тризуб» ім. Степана Бандери, «Патріот України» (Со­ціал-національна асамблея), УНА-УНСО, «Білий Молот», «Карпатська Січ», а также фанаты футбольных клубов. Агитацию, сбор средств и вербовку «Правый сектор» осуществлял, в том числе, через УНА-УНСО, имевшую статус легальной партии. Именно через нее «Правый сектор» из Киева осуществлял координацию действий по захвату областных госадминистраций на западе Украины в январе 2014 года.

Многие лидеры оппозиции обвиняли «Правый сектор» в провоцировании милиции и «Беркута» на жесткие действия против демонстрантов, в результате чего под дубинки милиции и спецназа зачастую попадали случайные люди, причем ранения получали и участники протестов, и сотрудники милиции. Лидером «Правого сектора» является Дмитрий Ярош, руководитель украинской националистической организации «Тризуб» ім. Степана Бандери. По мнению Яроша Майдан был лишь удобным поводом для начала «национальной революции», которая должна была завершиться «полным устранением режима внутренней оккупации и созданием украинского национального государства с системой всеохватывающего национального народовластия».

Наряду с «Самообороной Майдана» «Правый сектор» составлял костяк Майдана и исполнял функции охраны как внешней, так и внутренней. Политических требований первоначально «Правый сектор» не выдвигал. Как о самостоятельной общественно-политической силе «Правый сектор» заявил о себе несколько позже, когда стал претендовать на роль третьей стороны в переговорах между властью и оппозицией. Основными требованиями «Правого сектора» были немедленная отставка президента Януковича, роспуск Верховной Рады, наказание руководителей силовых ведомств и исполнителей «преступных приказов», в результате которых были убиты около сотни украинских граждан.

После победы Евромайдана Д. Ярош был назначен заместителем секретаря СНБО Украины, а в марте 2014 года выдвинул свою кандидатуру на президентских выборах. Из числа бойцов «Правого сектора» и «Самообороны Майдана» была затем сформирована Национальная гвардия Украины, и 22 марта 2014 года было объявлено о переформировании «Правого сектора» из общественного движения в партию на основе партии «Украинская национальная ассамблея». Политическое влияние «Правого сектора», однако, ос­тавалось слабым. На президентских выборах 2014 года за Яроша проголосовало меньше избирателей, чем за известного украинского бизнесмена еврейского происхождения Вадима Рабиновича.

1 декабря силовая акция правительства спровоцировала митингующих на захват административных зданий, в частности Киевской мэрии, и дала повод оппозиции сформировать Штаб национального сопротивления, расположившийся в захваченном повстанцами здании профсоюзов на площади Независимости. «Правый сектор» сделал своим штабом гостиницу «Днепр», также находящуюся в эпицентре событий. Начали формироваться отряды самообороны, куда люди записывались добровольно. Лидеры оппозиции призвали к формированию в областях Украины стачечных комитетов с целью проведения национальной стачки протеста, а Виталий Кличко обратился к львовянам с призывом принять участие в Народном вече «За европейскую Украину». В ответ из Львова в Киев приехало свыше 10 тысяч человек.

Из различных частей столицы демонстранты начали сходиться к центральной площади Киева, где и должно было состояться Народное вече. Впереди несли большой флаг Украины, за флагом шли лидеры оппозиции Арсений Яценюк, Виталий Кличко и Олег Тягнибок. На Майдане собралось более 100 тысяч человек. В демонстрации приняли участие и европейские дипломаты: вице-президент Европарламента Яцек Протасевич, бывший председатель Европарламента Ежи Бузек, бывший глава польского правительства, лидер партии «Закон и справедливость» Ярослав Качиньский.

Во время митинга и выступлений оппозиции возле администрации президента Украины произошли стычки демонстрантов с милицией и отрядом «Беркут», охранявшими президентский дворец. Против милиции был использован трактор, попытавшийся протаранить цепь «Беркута». Некоторые из демонстрантов стали использовать бутылки с зажигательной смесью, камни и металлические цепи. Прибывшие на место беспорядков депутаты от оппозиции Петр Порошенко и Александра Кужель призвали демонстрантов не поддаваться на провокации оплаченных правительством «титушек»[48], но были скинуты с трактора, с которого выступали, и удалились. Позже они появились вместе с лидерами оппозиции, в том числе с Виталием Кличко. Последний попытался успокоить людей, говоря о попытке провокации со стороны властей с целью разгона Народного вече, и призвал демонстрантов вернуться на площадь: «Я призываю всех остаться сегодня на Майдане… мы делаем все, чтобы вас защитить… мы должны всех мобилизовать в стране и не потерять инициативу». Он сказал, что в Доме профсоюзов все, кто останутся сегодня и завтра, могут согреться, получить горячее питание и переночевать».

В тот же вечер демонстранты пытались снести памятник Ленину, но спецподразделение «Беркут» помешало этому. Лидер партии «Батькивщина» Александр Турчинов призвал блокировать прави­тельственные здания и центральную часть города. В результате начавшихся столкновений пострадало свыше 165 человек, в том чи­сле 50 сотрудников правоохранительных органов. Свыше 100 че­ловек были госпитализированы с черепно-мозговыми травмами и химическим ожогами глаз от применения слезоточивого газа. По всей стране начались массовые митинги в поддержку киевского Майдана с требованиями отставки президента и правительства, прежде всего министра внутренних дел генерала Захарченко и генерального прокурора Пшонки.

2 декабря митингующие захватили Октябрьский дворец культуры, чтобы участники Майдана могли там ночевать, греться, получать горячую пищу. На самом Майдане стали устанавливать пункты горячего питания и обогрева, медицинские палатки для оказания первой медицинской помощи пострадавшим. В этот же день колонна из 300 автомобилей (на которых были установлены маленькие украинские флажки), получившая название «автомайдан», пыталась прорваться к загородной резиденции президента Януковича «Межигорье». Их остановила милиция и спецназ. Тогда же митингующие заблокировали улицу Грушевского и вход в Кабинет Министров, чтобы сотрудники не могли попасть на работу. Начали возводиться баррикады вокруг Майдана и на улице Грушевского — как с целью обороны, так и с целью блокады правительственного квартала. Везде создавались «центры обогрева» для участников Майдана, поскольку стоял десятиградусный мороз. Но по домам люди не расходились.

Практически весь центр Киева был блокирован протестующими, но это не вызывало раздражения у киевлян, многие из которых добровольно приходили помогать пищей, одеждой и лекарствами. В столицу из других регионов правительством начали стягиваться внутренние войска, дополнительные силы милиции и спецназа для охраны правительственных учреждений. Президент и правительство потребовали от оппозиции разблокировать государственные учреждения, чтобы не мешать работе правительственных учреждений, но эти требования были проигнорированы митингующими, решительно требовавшими отставки правительства.

3 декабря оппозиция внесла проект постановления о выражении вотума недоверия правительству. Но он не был принят, а квартал вокруг администрации президента был заблокирован со всех сторон. Эти события не могли не отразиться на правящей верхушке. О выходе из Партии регионов заявили известные украинские политические деятели Давид Жвания, Инна Богословская, Николай Рудьковский и Владимир Мельниченко. Подал в отставку глава администрации президента Сергей Левочкин. Средства массовой информации, особенно телевидение, без купюр и цензуры освещали события на Майдане. Люди по всей Украине и за ее пределами видели, что происходит в Киеве, уровень массовости беспорядков и жестокости власти при разгоне демонстрантов. Группой инициативных журналистов было создано Общественное телевидение, круглосуточно освещающее события на Майдане и вокруг него.

От разгона Янукович поспешил дистанцироваться, сказав, что «глубоко возмущен» действиями правоохранительных органов. Одновременно он призвал демонстрантов к прекращению протестных действий: «Я подтверждаю — мы едины в выборе нашего общего европейского будущего. Вчера завершился вильнюсский саммит, который показал — у нас с европейскими коллегами есть общее понимание проблем, которые существуют, и есть общее желание работать над их преодолением», — заявил Янукович, делая вид, что теперь снова готов рассматривать вопрос о вхождении Украины в ЕС. Но было уже поздно: его не слышали и ему не верили. Революция в Киеве началась. Остановить ее теперь было невозможно.

Силовой разгон участников Майдана по-разному оценили официальные власти в различных регионах страны. Областные советы Закарпатской, Ивано-Франковской, Тернопольской и Львовской областей в основе своей осудили действия властей и отозвали полномочия областных администраций; фракции Партии регионов в Западной Украине объявили о самороспуске. Восточные районы поддержали мероприятия «по наведению порядка в стране», подтвердили право людей на самовыражение, но призвали оппозицию воздерживаться от необдуманных действий, которые могут привести к гражданской войне в Украине.

Несколько иной была реакция Республики Крым, Верховный Совет которой поддержал решение правительства и президента приостановить процесс евроинтеграции, высказавшись против «действий деструктивных оппозиционных политических сил», призывая правительство в Киеве «навести порядок» и при необходимости «ввести чрезвычайное положение». Обращаясь к крымчанам Верховный Совет Крыма призвал «направить все усилия на сохранение Крыма как территории стабильности и межнационального согласия и укреплять дружеские связи с Россией».

Осудили действия властей и некоторые украинские дипломаты, в том числе представитель Украины в ООН Юрий Сергеев, а также представители украинской диаспоры во многих странах Европы, Америке и Канаде. В надежде успокоить оппозицию и спасти ситуацию Янукович принял отставки главы Киевского МВД Валерия Коряка и министра внутренних дел Виталия Захарченко. Последний вынужден был извиняться перед общественностью за превышение полномочий милицией и спецназом. Однако власть Януковича это спасти уже не могло.

На протяжении декабря по стране непрерывно продолжались акции в поддержку киевских демонстрантов. Проходившее в это время в Киеве заседание комиссии ОБСЕ привело на площадь некоторых евродепутатов из Европейской народной партии, которые выступили в поддержку оппозиции. Приехавшие в Киев Верховный представитель Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности, вице-президент Европейской комиссии Кэтрин Эштон и замгоссекретаря США Виктория Нуланд встретились с президентом Януковичем, доведя до него точку зрения Европы и США о необходимости разрешения всех вопросов мирным путем. Нуланд на следующий день, появившись на Майдане, раздавала митингующим хлеб и печенье, что выглядело весьма комично, так как этого добра хватало с избытком[49]. Американские политики никак не могли понять, что не еда нужна была протестующим, а реальная поддержка США в борьбе со ставшим уже ненавистным партийно-олигархическим режимом Януковича.

Между тем, пока Нуланд кормила «нуждающихся» хлебом и печеньем, правительство Азарова согласилось на переговоры с оппозицией при условии разблокирования административных зданий, однако оппозиция настаивала на отставке и освобождении участников митингов, арестованных милицией. Власти обвиняли арестованных в намерении захватить власть неконституционным путем. В те же дни группа активистов, возглавляемых депутатом парламента от фракции «Свобода», снесли памятник Ленину на Бессарабской площади Киева, установленный там еще в 1946 году. Это послужило своеобразным сигналом к низвержению во многих городах Украины памятников вождю мировой революции, ассоциирующемуся с советской властью и Россией.

Вечером 7 декабря Янукович провел первый раунд переговоров с лидерами оппозиции, требовавшими амнистии арестованных майдановцев, отставки правительства и досрочных президентских выборов. Компромисс не был достигнут, но диалог власти с протестующими начался. 19 декабря Верховная Рада постановила освободить арестованных. Кроме того, в практику протестующих вошли так называемые Народные вече, периодически проходившие на центральной площади. 22 декабря состоялось очередное «Народное вече», принявшее решение о создании Народного объединения «Майдан», в руководство которого вошли лидеры революции и известные политические деятели, артисты и активисты Майдана. На вече присутствовали и известные российский оппозиционеры Илья Яшин и Константин Боровой. Борьба продолжалась.

Глава 10.

«Бандеровцы» как пропагандистский бренд




Бандеровцами изначально называли членов Организации Украинских националистов (ОУН), которую возглавлял Степан Бандера; членов Украинской повстанческой армии (УПА), а также всех ук­раинских националистов, считающих себя последователями ОУН. Главной целью бандеровцев была борьба за независимость и территориальную целостность Украины. Бандера и его сторонники в 1930-е годы ХХ столетия боролись против «ополячивания» украинского народа, затем против советской оккупации Украины (1939—1941), потом против германской оккупации — в годы Второй мировой войны. Поэтому понятие «бандеровцы» (а не «бендеровцы») использовалось для обозначения всего украинского национального подполья и идеологии украинского национализма. Украинские националисты использовали это слово со знаком плюс, противники украинского национализма — со знаком минус.

В СССР понятие «бандеровец» стало нарицательным, и это клеймо вешалось на любого, кто проявлял хоть малейшие патриотические чувства к Украине, независимо от отношения к самому Бандере. С 2014 года — в ходе российско-украинского противостояния — брэнд «бандеровцы» снова стал активно использоваться, теперь уже российской пропагандой и пророссийски настроенными активистами на востоке Украины. «Подмена понятий» стала одним из основных инструментов пропагандистской войны российского правительства против Украины.

Последнее зарегистрированное советскими правоохранительными органами вооруженное сопротивление советской власти бандеровцы оказали 14 апреля 1960 года. Группу из трех человек возглавляла Мария Пальчак. Два ее товарища при задержании застрелились. Сама она была осуждена, отсидела много лет в советских лагерях, вышла и вернулась в Украину[50].

Уже в годы независимости Украины вопрос о статусе бандеровцев расколол общественное мнение. Одни считали бандеровцев врагами, другие — борцами за национальное освобождение украинского народа и создание независимого государства. В 1995 году Львовский областной совет принял решение о признании УПА воюющей стороной, а ее ветеранов — борцами за свободу Украины. Созданная в 1997 году при украинском правительстве комиссия экспертов должна была исследовать деятельность бандеровцев. Выводы комиссии были сообщены после прихода к власти Виктора Ющенко. Члены ОУН–УПА были охарактеризованы как борцы за свободу своей страны, а ветеранов этих организаций приравняли по статусу к ветеранам Великой отечественной войны. Реакция в обществе на выводы комиссии была неоднозначной, причем недовольными оказались и ветераны Великой отечественной войны, и участники украинского национального движения. На фоне этого недовольства Ющенко сделал еще один неординарный шаг: присвоил посмертно звание Героев Украины лидерам движения Степану Бандере и Роману Шухевичу.

После получения Украиной независимости началась героизация бандеровцев и Бандеры. Многие улицы в городах Западной Украины были названы его именем; Бандере были поставлены памятники. Появились многочисленные политические партии сторонников идеологии и взглядов Бандеры. Самой массовой стала партия «Украинский Народный Рух». Ей на смену пришла затем партия украинских националистов «Свобода» во главе с Олегом Тягнибоком. Эта партия формально объявила себя последовательницей идеологии ОУН.

На националистических позициях стояла также организация УНА–УНСО (Украинская национальная ассамблея — Украинская народная самооборона), расколовшаяся впоследствии на более мел­кие партии. В период Майдана УНА–УНСО преобразовалась в «Правый сектор» во главе с Дмитрием Ярошем — лидером партии «Тризуб» им. С. Бандеры.

И поскольку «бандеровцам» никто ни разу так и не дал возможности выступить в свою защиту и рассказать о себе, предоставим им эту возможность на страницах этой книги.


Выдержки из брошюры 1948 года, найденной в селе Тысив

Долинського района Ивано-Франковськой области 13 июня 2005 г.

ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ: Битва за Украину


Большевистские поработители боятся, что народные массы СССР узнают правду о бандеровцах.

По всей Украине, а может быть, и по всему Советскому Союзу, наверно, нет сегодня ни одного человека, ничего не слыхавшего о той революционной антибольшевистской борьбе, которую вот уже на протяжении четырех лет, главным образом в западноукраинских областях, ведет украинский народ.

По всей Украине, а может быть, и по всему Советскому Союзу, наверно, нет сегодня ни одного человека, ничего не слыхавшего о бандеровцах. Героической борьбы миллионов не удалось скрыть от народных масс Советского Союза даже большевистским поработителям. Известия об этой борьбе различными путями облетели все огромные советские просторы, и сегодня знают о ней уже почти все подсоветские люди.

Несмотря на то что до сегодня о нас, бандеровцах, о нашей революционной антибольшевистской борьбе, слыхали уже почти все подсоветские люди, однако они не всегда знают о нас правду.

Многие из подсоветских людей, веря большевистской пропаганде, думают, что мы, бандеровцы — на самом деле «украинско-немецкие националисты», то есть гитлеровские или, как в последнее время клевещут большевики, — англо-американские агенты, что мы на самом деле «кулаки» или «буржуи», что мы на самом деле — «бандиты», сидящие в лесу и пребывающие в подполье только потому, что «опасаемся народного правосудия».

Все то, что говорит о нас большевистская пропаганда, — бесстыднейшая, цинически подлая ложь. Большевистские враги народа ширят эту ложь о нас, чтобы скрыть от народных масс Советского Союза подлинный национально- и социально- освободительный характер нашего движения.

Они именно боятся, чтобы народные массы Советского Союза, познав действительные цели нашей борьбы, ее прогрессивный, народно-освободительный характер, «не заразились» революционными, «бандеровскими» идеями и по примеру украинского народа сами не стали на путь освободительной антибольшевистской борьбы. Большевистские империалисты понимают, что это значило бы конец их господству над народами Советского Союза, их смерть.

Чтобы не допустить этого, чтобы иметь возможность и дальше безнаказанно угнетать и эксплуатировать десятки народов Советского Союза, сотни миллионов трудящихся, большевистские бандиты, с одной стороны, прилагают все усилия, чтобы физически уничтожить всех участников нашего освободительно-революционного движения, уничтожить нашу подпольную революционную организацию, и, с другой стороны, не останавливаются ни перед какой ложью, не брезгуют даже самой наглой клеветой, лишь бы только наше революционное движение в глазах народных масс запятнать, опозорить, идейно скомпрометировать и таким образом сделать его неприемлемым для народов и трудящихся масс Советского Союза.

Но это на более долгое время большевистским врагам народа никак не удастся. Подобно тому, как не удалось им скрыть от народов Советского Союза самого факта нашей антибольшевистской борьбы, так не удастся им на более долгое время скрыть от подсоветских людей и правды о подлинном характере нашего движения.

Какие бы меры большевики ни принимали, но все-таки правда о нас, бандеровцах, об освободительной борьбе украинского народа всегда пробьет себе дорогу к подсоветским народным массам. «Ложью далеко не уедешь», — говорит украинская пословица.

Рассказать подсоветским людям краткую правду о нас, бандеровцах, о нашем освободительно-революционном движении — это именно является заданием предлагаемой брошюронки.

Бандеровцы — последовательные борцы за освобождение украинского народа.

Бандеровцы — это в последнее время общеупотребляемое, популярное название всех участников повстанческой и подпольной революционной борьбы, поднятой украинским народом против немцев в период гитлеровской оккупации и продолжаемой с 1944 года против большевистских захватчиков.

Это название происходит от фамилии славного сына украинского народа, многолетнего революционного борца за свободу и государственную независимость Украины, руководителя революционной Организации украинских националистов (ОУН) — Степана Бандеры.

Организация украинских националистов, руководимая С. Бандерой, является на украинской почве единственным последовательным реализатором идеи революционной бескомпромиссной борьбы украинского народа против всех оккупантов за его национальную свободу и независимость.

Мы, бандеровцы, всегда вели самую радикальную противооккупантскую борьбу в период до 1939 года. Единственные мы, бандеровцы, организовывали активную революционную борьбу против большевистских захватчиков в 1939—41 годах.

В июне 1941 года, после отступления с части Украины большевистских армий, ОУН, руководимая С. Бандерой, образовала правительство и провозгласила восстановление независимого Украинского государства (30 июня 1941 г.).

Когда же немцы заняли враждебную позицию по отношению к этому акту и когда они арестовали руководителя ОУН С. Бандеру, новообразованное правительство во главе с премьером Я. Стецько и многих других руководящих украинцев, — ОУН во главе с С. Бандерой сразу же повела против гитлеровцев активную, сначала подпольную, а с 1942 г. — повстанческую борьбу.

С 1944 г., то есть со времени очередной оккупации всех украинских территорий московско-большевистскими империалистами, ОУН, руководимая С. Бандерой, является на украинских землях единственной организованной национальной политической силой.

Единственная ОУН, руководимая С. Бандерой, в тяжелых условиях большевистской оккупации осталась с народом на поле боя и, идя в авангарде освободительной борьбы против большевистских захватчиков, вот уже в течение четырех лет самоотверженно служит делу освобождения Украины от господства оккупантов.

В упорной борьбе ОУН, руководимая С. Бандерой, вот уже в течение четырех лет не только выдерживает бешеные атаки большевистского врага, но и на многих участках нашего революционного фронта развертывает успешное наступление.

Идейно-политический облик бандеровцев — един. Зато по своей организационно-партийной принадлежности бандеров­цы — это или: а) члены ОУН, руководимой С. Бандерой, или


б) беспартийные украинские патриоты, борющиеся за свободу и государственную независимость Украины как в Украинской Повстанческой армии (УПА), так и в революционном подполье.

УПА возникла в 1942 году в порядке развертывания украинским народом массовой всенародной вооруженной борьбы против гитлеровских оккупантов. ОУН, руководимая С. Бандерой, была инициатором, первым организатором и руководителем УПА. УПАрмией с начала ее образования и до сих пор командует один из замечательных украинских революционеров, многолетний подпольный борец за свободу украинского народа — генерал Тарас Чупрынка[51].

Как в УПА, так и в революционном подполье можно встретить тоже таких украинцев, которые в прошлом принадлежали к различным украинским политическим партиям. Всех нас сегодня объединяет освободительная борьба против большевистских оккупантов.

Наивысшее руководство всей освободительно-революционной борьбой украинского народа осуществляет Украинский Главный Освободительный Совет (УГОС; украинское сокращение УГВР — Українська Головна Визвольна Рада). УГОС — это революционный парламент и правительство украинского народа на время его освободительной борьбы.

УГОС был создан в июне 1944 года в условиях антигитлеровской борьбы УПА. Он состоит из представителей разных украинских партий и групп со всех украинских земель. УГОСовету подчиняются УПА, все украинское революционное подполье; в его состав входит ОУН, руководимая С. Бандерой, его поддерживает весь украинский народ, ведущий активную антибольшевистскую борьбу. [...]

Наиважнейшим заданием украинского народа в настоящий момент мы считаем борьбу против московско-большевистских оккупантов и их агентов — украинских большевиков — за национальное и социальное освобождение, за построение украинского, действительно независимого национального государства.

Украинские националисты не являются ни шовинистами, ни империалистами.

Мы, украинские националисты — не шовинисты. Борясь за украинское государство, мы боремся только за осуществление нашим народом тех прав, которыми уже давно пользуется преобладающее большинство народов мира и которые (права) уже давно признаны как естественные права каждого народа. Кстати, наша борьба является законной даже с точки зрения большевистских законов: конституция СССР обеспечивает каждому народу право на свободный выход из состава СССР.

Ко всем народам мы питаем искренние симпатии. Со всеми народами мира, в том числе и с русским народом, который построит свое национальное государство на своих этнографических землях, мы хотим жить в мире и сотрудничестве. Мы боремся не против соседних нам народов в целом, а только против тех империалистических сил, которые нас порабощают.

Подчеркиваем еще раз: все народы, в том числе русский и польский народы, мы ценим и уважаем и стремимся к тесной дружбе и сотрудничеству с ними. Мы ненавидим только те империалистические силы, которые нас порабощают или хотят поработить, только против них мы и боремся.

Мы, украинские националисты — также не империалисты. Независимое украинское государство мы хотим построить только на украинских этнографических землях, то есть на землях, на которых в большинстве живет украинский народ. Мы не посягаем ни на малейший клочок чужой территории.

Мы против всякого империализма — против порабощения в какой бы то ни было форме одного народа другим, против империалистических войн и захватов, против многонациональных империй. Мы за полнейшее осуществление идей свободных национальных государств всех народов мира. [...]

Мы, бандеровцы, никогда не были и не будем ничьей агентурой. В нашей борьбе за национальную независимость Украины мы ориентируемся только на собственные силы украинского народа.

В частности, мы, бандеровцы, никогда не сотрудничали с немцами, как это о нас лгут большевистские враги народа. В нашей подпольной литературе мы уже не раз широко отвечали на эту подлую клевету.

С первых же дней оккупации Украины гитлеровцами ОУН, руководимая С. Бандерой, начала против них активную подпольную борьбу. В конце 1942 года для борьбы с гитлеровцами ОУН приступила к созданию вооруженных отрядов. Эти вооруженные отряды положили начало УПА.

В течение 1942—44 гг. многотысячная УПА и революционное подполье ОУН своей вооруженной борьбой нанесли немцам значительные потери в людях, имуществе и транспорте. В 1943—44 гг. под исключительным контролем УПА были целые районы Полесья, Волыни, Карпат, отдельные лесные массивы Галиции.

Эта борьба происходила на глазах и с участием всего украинского народа. Об этой борьбе может каждому, заинтересованному в этом, рассказать каждый ребенок в западных областях, каждая украинская крестьянка. Об этой борьбе свидетельствуют сегодня еще не раскопанные большевиками, многочисленные могилы революционеров и повстанцев, павших в борьбе с гитлеровцами.

О ней свидетельствует тот факт, что в гитлеровских тюрьмах и концлагерях очутились тысячи украинских революционеров во главе с С. Бандерой, Я. Стецьком и многими другими руководящими членами нашего движения.

В немецких тюрьмах от гестаповских пуль во всех широчайших просторах Украины погибли такие руководящие бандеровцы, как Иван Клымив-Легенда (Львов), Димитрий Мирон-Орлик (Киев),


Николай Лемик (Харьковщина), Пантелеймон Сак-Могила (Киев, родом из восточных областей), Сергей Шерстюк (Кривой Рог, родом из восточных областей) и сотни других. [...]

За нами, бандеровцами, три года подпольной и повстанческой борьбы против гитлеровских оккупантов. В гитлеровцев как оккупантов Украины и врагов всех вольнолюбивых народов мы стреляли, а не сотрудничали с ними. Об этом знает не только весь украинский народ, но и весь мир.

Мы, бандеровцы — борцы за интересы трудящихся масс, а не защитники эксплуататорских классов.

Большевистские лжецы стараются представить нас перед советскими массами как защитников интересов «кулаков» или «буржуазии». Это тоже подлая ложь. Мы не имеем ничего общего с этими общественными классами ни с точки зрения целей нашей борьбы, ни с точки зрения социального происхождения и классовой принадлежности участников нашего движения.

Что касается социальных целей нашей борьбы, то мы, бандеровцы, боремся за построение бесклассового общества. Мы против возвращения в Украину как помещиков, так и капиталистов.

Мы за уничтожение в Украине нового эксплуататорского паразитического класса — класса большевистских вельмож, состоящего из заправил партии, МВД и МГБ, администрации, армии. Мы за общественную собственность на орудия и средства производства.

Против колхозов мы выступаем потому, что они являются главной причиной нищеты и гибели украинской деревни. Мы хотим, чтобы в независимом украинском государстве вопрос о форме землепользования был разрешен самим украинским крестьянством.

Какие же, имея в виду такие социальные цели нашей борьбы, из нас могут быть защитники «кулачества» или «буржуазии»?

Так же обстоит дело с тем, что касается социального происхождения участников нашего движения. «Буржуя» среди нас никто не найдет, если бы даже искал его со свечой в руках.

Нет среди нас и «кулаков». В своей общей массе западноукраинское крестьянство малоземельно или, по крайней мере, середняцкое. Малоземельные и безземельные крестьяне, батраки, середняки, рабочие, студенты, ученики средних школ, инженеры, врачи, юристы, учителя — вот кто такие по своему социальному происхождению все участвующие в нашем движении.

Разве же мы, сыновья трудящегося и эксплуатируемого народа, можем бороться за интересы эксплуататорских классов? Разве же мы можем бороться против своих отцов? Разве нас поддерживали бы столь широко украинские трудящиеся массы, когда бы мы боролись за чуждые им цели? Каждому здравомыслящему человеку должно быть ясно, что нет.

Несколько слов о нашем прошлом.

Как настоящее, так и прошлое бандеровцев — славно и героично. Многие из нас, главным образом из старших возрастом революционеров, — это многолетние политзаключенные бывших польских, румынских и гитлеровских, а потом и большевистских тюрем и концлагерей, часто приговорены к пожизненному заключению.

У не одного из них еще до сих пор виднеют близны[52] от тюремных оков. Не одному из них поломали ребра, повыбивали зубы польская полиция, румынская сигуранца, немецкое гестапо, большевистское МВД. Многие из нас встали на путь революционной, подпольной борьбы против оккупантов, имея всего лишь 14—16 лет от рождения.

В подпольных ячейках, на подпольной, революционной работе протекали наши наилучшие юношеские годы. С подпольем, с революционной борьбой связаны все наши самые пылкие юношеские мечты, самые благородные юношеские порывы.

Преследуемый полицией, всегда угрожаемый тюрьмой, концлагерем, полицейской пулей, часто не обеспеченный в материальном отношении, украинский революционер всегда мужественно, с самоотвержением, с наивысшей преданностью делу героически выполнял свои революционные обязанности — обязанности передового борца революции, организатора и руководителя народа в его борьбе против оккупантов.

Несмотря ни на какие трудности, ни на какие препятствия, мы, бандеровцы, всегда шли в народ, в народные массы, несли им революционное слово правды, своим смелым революционным действием поддерживали на духе, а часто защищали и от террора.

Для украинских народных масс украинский революционер всегда был образцом патриотизма, мужества, стойкости, героизма, лучших гражданских и революционных чеснот. Именно поэтому так сегодня народ нас любит и всячески поддерживает.

Почему мы, украинские революционеры и повстанцы, боремся против большевистских угнетателей и эксплуататоров.

Кое-кому из подсоветских людей, ослепленных большевистской пропагандой, считающих, что большевики «наилучше в мире разрешили национальный вопрос», «построили социализм» и завели «подлинно народную демократию», может быть непонятно, почему именно мы, бандеровцы, боремся против большевиков, против советской власти.

Все то, что говорит большевистская пропаганда о политике большевистской партии и достижениях советской власти, также коварная и бесстыжая ложь. Правда о Советском Союзе совершенно противоположна тому, что говорит о нем большевистская пропаганда.

Мы, бандеровцы, боремся против большевиков потому, что они как по отношению к Украине, так и по отношению к другим нерусским народам СССР проводят политику жестокого национального угнетения и экономической эксплуатации.

Украинский народ, как и каждый другой подсоветский нерусский народ, не имеет в СССР никаких национально-политических прав и находится в положении полного политического порабощения. Так называемая Украинская ССР, как и каждая т. н. союзная республика, является по существу не «независимым государством украинского народа», как об этом врут большевики, а обыкновенной административной единицей, обыкновенной бесправной губернией большевистской империи.

Ни Верховный Совет УССР, ни ее «правительство» не пользуются и тенью тех прав, которыми обыкновенно пользуются эти учреждения в действительно независимых государствах.

Так называемый суверенитет союзных республик — это только фикция, пустая фраза, служащая большевикам для обманывания трудящихся масс Советского Союза и всего мира, фраза без малейшего практического значения. Ни «Верховный Совет» УССР, ни ее «правительство» не в состоянии сделать что-нибудь самостоятельно, без согласия на это московского центра.

Украинский народ, как и каждый другой нерусский подсоветский народ, в системе большевистского СССР фактически лишен какой бы то ни было возможности свободного волеизъявления и независимого руководства своими делами. Обо всем, согласно только собственным империалистическим интересам, совершенно игнорируя потребности отдельных народов и обыкновенно вопреки их самым жизненным правам, решает большевистский империалистический центр — большевистская Москва.

Большевики экономически жестоко эксплуатируют Украину, как и каждую другую так называемую союзную республику, в экономическом отношении. Кремлевские империалисты используют Украину в первую очередь как сырьевую базу для промышленности центральных районов России. [...]

В Украине, как и в каждой другой союзной республике, большевики проводят политику жестокого культурного угнетения. За годы большевистской власти в Украине МВД уничтожило сотни украинских ученых — историков, лингвистов, литературоведов, экономистов, деятелей искусства, уничтожило сотни писателей и поэтов.

Деятелям украинской культуры запрещено творить в национальном патриотическом духе. Таким образом, полностью заторможено всякое развитие украинской культуры.

Вся жизнь в Украине русифицируется. Во всех административных, культурных и экономических учреждениях, во всех университетах, институтах фактически господствует русский язык. Его навязывают украинскому народу методами косвенного нажима. Нераздельно господствует русский язык в армии. Везде внедряется русско-шо­винистическая империалистическая идеология, преследуется каж­дая украинская империалистическая мысль, каждое патриотическое украинское чувство.

В русско-шовинистическом, империалистическом духе извращаются история Украины, история украинской культуры, ведется борьба против увлечения родным прошлым. Украинские пресса, радио, театр, литература, наука поставлены в Украине всецело на службу русификаторской политике большевистских угнетателей.

Большевистская политика в области культуры в Украине имеет целью полную культурную ассимиляцию Украины, полную ликвидацию культурной самобытности украинского народа.

Большевистские палачи массово уничтожают украинский народ физически. Три раза за время своего господства в Украине они умышленно вызывали голод. Жертвой этого умышленно вызванного голода погибли до сих пор в Украине около 8 миллио­нов украинцев.

Сотни тысяч украинских мужчин и женщин выселили в Сибирь и Среднюю Азию. Здесь они, принужденные жить в нечеловеческих условиях, массово вымирают.

Большевистские палачи уничтожили сотни тысяч украинских патриотов в тюрьмах, ссылках, концлагерях, в непосредственной борьбе, непосредственными расстрелами. Только за последние годы в борьбе против нашего освободительно-революционного движения они уничтожили несколько десятков тысяч украинцев.

Вот так на практике выглядит «наилучшее разрешение большевиками национального вопроса в СССР». Можем ли мы, украинские патриоты, спокойно соглашаться с таким положением? Можем ли мы, украинские патриоты, не бороться против большевистских поработителей, когда видим, что они готовят Украине полное уничтожение?!

Мы, украинские революционеры и повстанцы, боремся против большевиков потому, что они создали в СССР режим беспощадного социального угнетения и экономической эксплуатации трудящихся масс.

Не бесклассовое общество, не коммунизм строят в СССР большевики, а новую угнетательскую и эксплуататорскую систему. Место бывших эксплуататоров — помещиков и капиталистов — занимают сегодня новые общественные паразиты — главари большевистской партии, МВД и МГБ, администрации, экономической жизни, армии.

Эти заправилы уже определенно оформились в новый эксплуататорский класс — класс большевистских вельмож. Основой формирования этого паразитического эксплуататорского класса являются его политические привилегии: монопольное положение коммунистической партии, ее неограниченная власть, полное отсутствие контроля народных масс над коммунистами.

Располагая неограниченными политическими правами и являясь вследствие этого неограниченным хозяином всех богатств СССР, этот класс обеспечил себе все экономические преимущества в советском обществе. Создав себе роскошные условия жизни, они живут великолепно.

В то время, когда миллионы трудящихся живут в крайней нищете, в голоде, большевистские вельможи установили для себя невероятно высокие жалованья, имеют всего в изобилии: сытно кушают, нарядно одеваются, пользуются, сколько им угодно, всеми культурными благами, развлекаются. Эту удобную, роскошную жизнь большевистские вельможи обеспечили себе за счет эксплуатации подсоветских трудящихся масс — за счет эксплуатации рабочих, колхозников и трудящейся интеллигенции.

Слова Маркса о том, что «накопление богатств на одном полюсе общества всегда сопровождается нищетой на другом полюсе» (цитируем с памяти), важны не только по отношению к капиталистическому обществу, но и по отношению к советскому обществу.

Нигде в мире трудящиеся не живут в такой экономической нищете, как в СССР — в стране будто бы «победившего социализма». Нигде в мире до такой степени не эксплуатируются в такой степени физические силы трудящихся, как в СССР — государстве якобы «рабочих и крестьян». Нигде в мире трудящиеся не придавлены столь различными законами, «нормами», «планами», «обязательствами», как в Советском Союзе.

Реальная заработная плата подсоветских рабочих и служащих необыкновенно низка. Ее не хватает даже на самый низкий прожиточный минимум. Стахановщина, соцсоревнования выжимают из рабочих и колхозников все физические силы. Высокими нормами поставок большевистские вельможи грабят у колхозников все продукты их труда. Высокие налоги, постоянные и высокие займы, «добровольные взносы» вытягивают у трудящихся последнюю копейку.

Работая на войну, советская промышленность никогда не выпускает в нужном количестве товары широкого потребления, мануфактуры. Не «радостную и зажиточную» жизнь дали большевики трудящимся бывшей царской России, а новую каторгу, новое порабощение, новое социальное угнетение и экономическую эксплуатацию. Большевистские угнетатели фактически поставили трудящихся Советского Союза в положение античных рабов.

Мы, украинские повстанцы и революционеры — сыновья трудящегося народа — не можем не бороться против такой политики большевистских врагов народа по отношению к трудящимся массам подобно тому, как не могли не бороться против угнетения помещиков и капиталистов передовые трудящиеся массы царской России. Защищать интересы крестьян, рабочих и трудящейся интеллигенции, бороться за их социальное освобождение — считаем своим священным долгом.

Мы, бандеровцы, боремся против большевиков и потому, что они создали в СССР режим кровавой диктатуры компартии, режим варварского террора МВД и МГБ.

В СССР не существует никакой демократии, никаких гражданских и человеческих прав. Неограниченным, всесильным властелином жизни и смерти каждого человека в СССР является большевистская охранка — МВД и МГБ. Они шпикуют[53] за каждым подсоветским человеком, пытаются полностью контролировать всю жизнь подсоветских граждан, все их мысли и чувства.

Они беспощадно сдавливают каждую более отважную мысль. Они кроваво расправляются со всеми теми, кто в какой-нибудь форме осмеливается противопоставляться большевистскому режиму. Большевистский строй является абсолютным отрицанием всякой свободы, всякой демократии, всех достижений человечества на пути его стремлений к свободе, является прямым продолжением царского самодержавия.

Разве мы, украинские революционеры, можем без активного сопротивления смотреть на такие издевательства над людьми?! Против такого издевательства над людьми мы, революционеры, не можем не бороться. Наши наивысшие идейные лозунги — «Свобода народам! Свобода человеку!»

Мы, украинские революционеры и повстанцы, боремся против большевистских угнетателей, наконец, потому, что они преследуют нас за наш патриотизм, за нашу любовь к Украине; что они сжигают украинские избы и все имущество, вывозят в Сибирь украинское население, подвергают пыткам и сжигают живьем наших родных, отрезают нашим женщинам груди, прокалывают штыками наших детей; распинают на заборах, волочат по дорогам, увязав колючей проволокой к конским хвостам наших павших друзей-революционеров, а похороненных выкапывают из могил и тела их выбрасывают на мусор или в придорожные рвы, где их раздирают собаки; что они дерут портреты Шевченко, Хмельницкого, топчут «Кобзарь»[54], «Историю Украины».

Всю Западную Украину большевистские бандиты превратили в сплошную ужасную мясорубку. Нет здесь сегодня дома, где бы эти изверги кого-нибудь не убили, не арестовали, не вывезли в Сибирь; нет ни леса, ни рощи, где не виднелись бы разрытые повстанческие могилы, нет деревни, где бы не были сожжены, разрушены хозяйства; нет семьи, где бы мать ни оплакивала замученного в пытках сына, дочь — так же замученной матери, маленький ребенок — вывезенных в Сибирь родителей.

И за что это море горя, за что это море крови и слез?! За то только, что западноукраинский народ любит Украину — свою Родину, за то только, что он, как и любой другой народ в мире, хочет жить свободной, независимой жизнью.

Мы, украинские революционеры и повстанцы, боремся против большевистских поработителей потому, что они в колхозах впрягают женщин в бороны, принуждают их на плечах носить навоз на колхозные поля, приговаривают колхозников к многолетнему заключению за несколько колосков, которые они осмеливаются сорвать, чтобы спасти себя от голодной смерти; потому, что большевистские эксплуататоры полностью грабят у колхозников продукты их труда, выплачивают им по 300 граммов хлеба за трудодень; потому, что они столкнули украинское крестьянство на дно нищеты и страданий.

Мы боремся против большевистских поработителей потому, что украинский рабочий принужден постоянно жить на голодном пайке, выстаивать в длинных очередях за хлебом, жить в трущобах, физически истощаться необычайно высокими нормами выработка, стахановщиной, дрожать перед жестокими наказаниями за малейшее опоздание на работу.

Мы боремся против большевистских преступников потому, что они в шахты, рудники, на восстановительные работы загнали женщин, где истощается их здоровье; потому, что они оторвали матерей от их детей; потому, что десятки тысяч этих лишенных призора детей принуждены бродить сплошными толпами как беспризорные по базарам, станциям, возле ресторанов, протягивая руку за ломтиком хлеба.

Мы боремся против большевистских угнетателей потому, что они принуждают украинскую интеллигенцию выступать против своего народа, принуждают ее кривить душой, оплевывать все национальные святости, принуждают ее добавочной физической работой приобретать средства для существования, не предоставляют ей возможности свободно заниматься своим творческим трудом.

Может ли украинский патриот, видящий и понимающий всю преступность, весь бандитизм большевистской политики по отношению к украинскому народу и трудящимся массам вообще, не дать клятву бороться до последнего своего вздоха, до последней капли своей крови?

Мы, бандеровцы — украинские революционеры и повстанцы — клянемся не прекращать своей антибольшевистской освободительной борьбы — вплоть до полного освобождения Украины от большевистского господства, вплоть до полного уничтожения большевистской поработительской и эксплуататорской системы! [...]

За что мы, бандеровцы, боремся? За что борется ОУН, руководимая С. Бандерой, и УПА, руководимая генералом Т. Чупринкой?

1. За построение на украинских землях украинского независимого государства со справедливым политическим и социально-эко­номическим строем. К своей национальной независимости всегда стремились и стремятся все украинские патриоты.

Мы считаем — и это подтверждается всем историческим опытом украинского народа, опытом других порабощенных народов, — что только независимое украинское государство обеспечит украинскому народу наилучшие условия для его всестороннего духовного и материального развития, что только независимое украинское государство может быть надежной гарантией действительно свободной, действительно счастливой и зажиточной жизни украинского народа.

Лишенный своей государственной независимости, украинский народ подвергался в прошлом и подвергается сегодня со стороны оккупантов только национальному, политическому и социальному угнетению и экономической эксплуатации. Положить конец такой своей незавидной судьбе украинский народ сможет лишь тогда, когда построит свое независимое национальное государство.

2. За перестройку нынешнего СССР по принципу независимых национальных государств всех подсоветских народов. Такое разрешение национального вопроса в СССР будет единственным действительно справедливым, действительно прогрессивным разрешением. Туда стремились народы России в 1917 г. Оно нанесет смертельный удар великорусскому империализму — злейшему врагу всех нынешних подсоветских народов, опаснейшему врагу всего мира.

Мы, подсоветские люди, должны понимать, что, пока империалисты Москвы — белые или красные, царские или большевистские — будут господствовать над территорией СРСР, до тех пор они всегда будут мечтать о господстве над миром.

Пока, однако, правители Москвы будут питать такие мечты, до тех пор они всегда будут стремиться к построению как можно более сильно централизованного государства, к установлению как можно более мощной власти — к самодержавию или диктатуре; до тех пор всю народнохозяйственную жизнь они всегда будут направлять на подготовку захватнических войн; до тех пор они всегда будут стремиться к созданию крепкого и широкого аппарата угнетения, большой и мощной армии, что в результате будет приводить также к укреплению социально-экономического положения господствующего класса, с одной стороны, и ко все новому угнетению и эксплуатации трудящихся масс — с другой.

Таким образом, перестройка СССР по принципу независимых национальных государств всех подсоветских народов — это не только предварительное условие подлинного национального освобождения подсоветских народов, не только важнейший и самый существенный шаг в направлении к уничтожению великороссийского империализма вообще, а и наиболее необходимое предварительное условие подлинного социального и политического освобождения трудящихся масс нынешнего СССР, наиболее необходимое предварительное условие построения действительно справедливого, действительно прогрессивного политического и социального строя на востоке Европы и в подсоветской Азии.

3. За полное претворение в жизнь идеи свободных национальных государств мира, за устранение из международной жизни любого империализма. Мы, бандеровцы, считаем, что система свободных национальных государств, удовлетворяя естественное стремление всех народов к независимой государственной жизни и обеспечивая наилучшие условия для всестороннего их развития, создает наилучшие условия для тесного сотрудничества между народами.

Основным препятствием в международном сотрудничестве является сегодня отсутствие взаимного доверия между народами, взаимные подозрения между отдельными государствами. Это недоверие можно устранить только путем полного осуществления принципа самоопределения народов, только путем отказа в национальной политике от любого империализма.

4. За построение в независимом украинском государстве бесклассового общества, за действительное уничтожение в Украине эксплуатации человека человеком, за победу идеи бесклассового общества во всем мире, в частности на территории нынешнего СССР.

Основой этого общества в независимом украинском государстве будет, как мы об этом уже говорили, с одной стороны, общественная собственность на орудия и средства производства и, с другой стороны, подлинная демократия в области внутриполитического строя. Общественная собственность на орудия и средства производства исключит возможность образования эксплуататорских классов на экономической основе.

В противоположность тому, что мы имеем сегодня в СССР, подлинная демократия в области политического устройства исключит возможность формирования новых паразитических групп на базе политических привилегий.

5. За подлинную демократию, против диктатуры и тоталитаризма всех мастей, за свободу слова, печати, собраний, мировоззрения, за обеспечение национальным меньшинствам в Украине всех национальных и гражданских прав, против всевластия полиции, за такую власть в государстве, которая наивысшей своей обязанностью будет считать служение интересам народа, а не своим империалистическим планам.

«Не имея захватнических целей, покоренных стран и порабощенных народов в своем государстве, народная власть Украины не будет тратить времени, энергии и средств для создания аппарата угнетения и эксплуатации. Украинская народная власть все экономические ресурсы и всю человеческую энергию направит на построение нового государственного порядка, справедливого социального строя, на экономическое развитие страны и на повышение культурного уровня народа» (из Программы ОУН).

Детальная программа борьбы изложена в Программе ОУН, принятой III Чрезвычайным подпольным Съездом ОУН, состоявшимся в дни от 21 по 25 августа 1943 года. Эта Программа также массово распространена отдельной брошюркой под заглавием «За что борется УПА».

Изо всего вышесказанного о нашей идеологии и политике совершенно определенно вытекает, что между нашим бандеровским, революционным движением и фашизмом или гитлеризмом ничего общего нет. По своему существу наше движение — народное национально- и социально-освободительное движение.

Нам чужд какой бы то ни было шовинизм, мы ненавидим всякий империализм и против него боремся; мы против всякой диктатуры и тоталитаризма; мы за уничтожение всякой эксплуатации человека человеком, за построение действительно бесклассового общества. Только потому большевистские враги народа связывают нас с фашизмом, подшивают нам «агентурничество», что они не в состоянии найти против нас какой-нибудь другой аргумент.

Мы, бандеровцы, за революцию во всем СССР, за единый фронт борьбы всех угнетенных народов и трудящихся масс Советского Союза.

К реализации наших целей мы идем путем развертывания народной национально- и социально-освободительной революции как в Украине, так и среди всех других народов СССР. К борьбе вместе с нами, к борьбе за ниспровержение большевистского режима мы призываем все порабощенные подсоветские народы, трудящиеся массы всех национальностей СССР.

Большевистское ярмо одинаково давит как украинский, так и все другие советские народы. Большевистские угнетатели — одинаковые враги как украинского, так и всех других порабощенных советских народов.

Освободиться из-под большевистского ярма народы Советского Союза смогут только путем революционной борьбы против большевистских угнетателей и эксплуататоров — борьбы, которую советские народы будут вести за перестройку СССР по принципу независимых национальных государств, за подлинную демократию в области внутриполитического устройства отдельных национальных государств, за подлинно бесклассовое общество, за абсолютное устранение из взаимных отношений любого империализма, за теснейшее сотрудничество друг с другом, основанное на подлинном равноправии и взаимном уважении к своим интересам.

Чем скорее народы Советского Союза осознают необходимость революционной борьбы против большевистских угнетателей, тем короче будут их страдания — страдания рабов в большевистской тюрьме народов, тем меньше будут их жертвы, которые они ежедневно принуждены приносить в результате террористический политики большевиков, тем скорее они смогут зажить действительно свободной, действительно счастливой жизнью.

Мы стремимся к тому, чтобы выковать единый революционный антибольшевистский фронт народов Украины, Белоруссии, Прибалтики, Кавказа, Средней Азии, Сибири, народов стран Юго-Восточной и Центральной Европы, фактически оккупированных в последней вой­не большевиками.

Революционные, прогрессивные элементы народов Украины, Бе­лоруссии, Прибалтики, Кавказа и некоторых народов стран Юго-Восточной Европы в эмиграции уже сегодня объединились для общей антибольшевистской борьбы на пропагандируемой нами политической платформе в Антибольшевистский блок народов (АБН).

В эмиграции уже действуют отдельные руководящие органы АБН. Вслед за этим должно прийти к объединению активного революционного антибольшевистского фронта и внутри СССР, и в заново оккупированных Москвой странах. Это будет огромный шаг вперед на пути к ниспровержению большевистской тюрьмы народов, на пути к освобождению всех порабощенных большевиками народов.

К борьбе против кремлевских угнетателей и эксплуататоров мы призываем также русский народ.

Русские народные массы подвергаются со стороны кремлевских заправил такому же политическому и социальному угнетению, как и нерусские народы.

В 1917 году вместе со всеми народами России русский народ поднялся на революционную борьбу против царского самодержавия, против помещиков и капиталистов во имя подлинной политической свободы, во имя действительного социального равенства и справедливости, во имя действительного уничтожения в России политической и социальной реакции. Этого всего русский народ не достиг.

Большевистские узурпаторы насильственно вырвали из рук русского народа власть и, прикрываясь революционными фразами, установили на территории бывшей России новую разновидность самодержавия, построили новую эксплуататорскую систему.

Не пользовался русский народ политической свободой в царской, самодержавной России, не пользуется ею и сегодня в большевистском, диктаторском СССР. В царской России русские трудящиеся массы эксплуатировались помещиками и капиталистами, а ныне они эксплуатируются большевистскими вельможами.

Своих идей политической и социальной свободы русский народ еще не осуществил. Эти идеи ждут армию новых борцов среди русского народа.

К русским народным массам, угнетенным и эксплуатируемым прежде царизмом, а ныне большевистской кликой, к русским народным массам, имеющим отважность и находящим в себе силу подниматься на революционную борьбу против своих угнетателей, к русским народным массам, отрицающим и ненавидящим всяческий империализм, мы, украинские революционеры и повстанцы, питаем только искренние симпатии.

Мы с наибольшей радостью будем приветствовать русский народ на фронте революционной борьбы за ниспровержение большевистской поработительской и эксплуататорской системы.

Как мы смотрим на грядущую войну?

На войну между СССР и его противниками мы рассчитываем только как на вспомогательный момент в нашей борьбе, как на то благоприятное обстоятельство, которое облегчит нам освобождение собственными силами.

В основном же мы делаем ставку на силы украинского народа, на силы всех угнетенных народов Советского Союза. [...]

Почему мы должны вести нашу борьбу методом вооруженного подполья?

В террористических условиях Советского Союза мы не имеем возможности вести нашу освободительную борьбу ни в какой другой форме, как только в форме вооруженного подполья. Именно поэтому мы сегодня принуждены сидеть в лесах, в хранилищах под землей. Для борьбы с МВД и МГБ мы носим оружие.

Такие формы борьбы навязал нам враг. Понятно, что такие формы политической борьбы необычайно тяжелы. Поскольку, однако, в условиях Советского Союза такие формы борьбы являются единственно возможными формами противорежимной борьбы вообще, — мы и впредь будем бороться так, как боролись до настоящего времени. Такая тактика — единоправильна и для всех других угнетенных большевиками народов.

Предварительным условием возникновения массовой революционной антибольшевистской борьбы в СССР мы считаем воспитание революционного сознания и антибольшевистской по­литической активности угнетенных народов и трудящихся масс Со­ветского Союза.

К такому воспитанию мы стремимся как путем революционной пропаганды, так и путем непосредственной активной борьбы авангарда революции — революционных организаций — и включения в эту борьбу широких советских народных масс.

Какую непосредственную цель преследуют наши вооруженные и саботажные действия?

Наши вооруженные действия и акты саботажа своей непосредственной целью имеют следующее: лишить большевистских захватчиков возможности твердо укрепиться на оккупированных ими украинских землях, лишить из возможности безнаказанно терроризировать и грабить украинский народ и естественные богатства его земли; защищать от террора МВД и МГБ украинский патриотический элемент; срывать попытки МВД и МГБ засновать агентуру; не допустить развития большевистских, враждебных украинскому народу организаций (молодежных, культурных); уничтожать особенно активных лакеев большевистского врага и защищать от МВД и МГБ нашу подпольную организацию.

Мы, украинские революционеры и повстанцы, не боремся против советских трудящихся масс.

В нашей борьбе мы, бандеровцы, выступаем только против большевистских империалистов, то есть против партийной верхушки и всех тех элементов, которые, независимо от их социального и национального происхождения, этой верхушке верно служат.

Это подлая ложь, что мы стреляем всех подсоветских людей без разбора. Против подсоветских народных масс мы не боремся.

Это могут подтвердить тысячи подсоветских людей — колхозников, рабочих и интеллигенции, с которыми мы встречались, разговаривали, которым мы давали нашу литературу. Это могут подтвердить тысячи голодающих, которым мы помогали, чем только могли.

Мы уничтожаем только руководящих представителей партии, МВД, МГБ и все те лакейские, продажные элементы, которые активно выступают против нашего движения и враждебно относятся к украинскому народу.

Как мы, бандеровцы, смотрим на перспективы нашей борьбы?

Мы знаем, что нас в нашей борьбе ожидают большие трудности. Мы очень хорошо отдаем себе отчет в том, что наши силы — пока малы, а силы врага велики. Мы тоже даем себе отчет и в том, как тяжело вести революционную борьбу в условиях большевистской эмведовской системы.

Ибо мы верим в справедливость нашего дела и в народ. Эта вера всегда была основным источником нашей силы до настоящего времени и будет им в будущем. Мы боремся за самые родные, самые кровные интересы как украинского, так и всех других народов Советского Союза. Весь украинский народ, как и все другие подсоветские народы, не могут поэтому не пойти за нами.

Сегодня за нами активно идет значительная часть Украины. Сегодня на нашей стороне симпатии всего угнетенного украинского народа, значительной части верно проинформированных о нас трудящихся масс всего Советского Союза.

Завтра активно включится в нашу борьбу остальная часть Украины. Завтра станут на наш путь все народы Советского Союза.

Как в условиях большевистской реакции внутри СССР и в новозахваченных им странах Юго-Восточной и Центральной Европы, так и на фоне нездоровых отношений Запада мы, бандеровцы, и с точки зрения целей нашей борьбы и с точки зрения ее моральных основ репрезентируем глубочайшие, вечно живые, здоровые устремления народов и трудящихся масс к политическому и социальному прогрессу.

Силы революции, силы прогресса всегда побеждают силы реакции. Такой закон общественного развития.

В борьбе с большевистской реакцией победа будет в конечном счете за нами, бандеровцами. Уже сегодня в УПА, в революционном подполье, кроме украинцев, борются также представители иных национальностей: русские, татары, белорусы, грузины. В недалеком будущем — мы верим в это — вместе с нами на своих национальных территориях будут бороться тысячные отряды революционеров всех национальностей СССР.

Нашему оптимизму относительно будущего дает основание и то обстоятельство, что до настоящего времени, то есть на протяжении четырех лет, большевикам, МВД и МГБ не удалось нас уничтожить, не удалось разбить наши подпольные организации.

Против нашей высокой идейности, против мастерства конспирации, против нашего массового героизма и упорства становится бессильным даже МВД. Выдержав в нашей борьбе до настоящего времени, мы выдержим и в дальнейшем. Для нас это были самые первые бои с МВД и МГБ. Сегодня, когда эти бои уже за нами, мы с верой глядим в будущее.

Располагая необходимым нам опытом борьбы в условиях большевистского режима, в условиях эмведовской системы, закаленные боями, происшедшими до настоящего времени, согретые теми симпатиями, которые встречаем везде, где только появимся, среди всех народов, угнетенных большевиками, крепкие той поддержкой, которую нам самоотверженно дают украинские народные массы — мы отважно шагаем вперед, к нашей цели — к ниспровержению большевистского господства в СССР и построению независимого Украинского государства, к освобождению народов и трудящихся масс всего СССР.

Стиль нашей борьбы.

Для нас, бандеровцев, характерен отдельный высокогероический стиль революционной борьбы. В его основе лежит неслыханно высокая, беспримерная идейность участвующих в нашем движении, наш глубокий патриотизм.

Мы не признаем ни плена, ни капитуляции перед врагом. Украинские революционеры и повстанцы, как правило, не сдаются живыми в руки врага: в безвыходном положении стреляются последними собственными пулями или разрываются последними собственными гранатами.

Мы не признаем другой жизни, кроме жизни для активной борьбы за свои высокие революционные идеалы. Нашей борьбы мы не прекратим до тех пор, пока будет жить хотя бы один революционер.

Нас не пугают даже самые тяжелые трудности и опасности, даже самые тяжелые препятствия. Нас не сломит ни смерть наших друзей, ни временные неудачи в нашей борьбе. Во имя победы наших идей мы добровольно подчиняемся железной дисциплине, царящей в наших рядах.

Мы, украинские революционеры и повстанцы, продолжаем лучшие освободительные традиции как украинского, так и всех других народов в СССР.

Борясь за национальную и социальную свободу украинского народа, за государственную независимость Украины, мы, украинские революционеры и повстанцы, продолжаем дело таких ве­ликих борцов за освобождение Украины в нашей истории, как Хмельницкий, Мазепа, Петлюра, продолжаем традиции таких ос­вободительных организаций в период после 1920 г., как Союз ос­во­бождения Украины (Союз визволення України), Братство украинских государственников (Братство українських державників), боремся за осуществление мечты и идеалов таких великих украинцев, как Шевченко, Франко, Леся Украинка.

Стремясь к построению справедливого, прогрессивного политического и социального строя на территории всего СССР, к освобождению от национального и социального большевистского ярма всех народов Советского Союза, мы, бандеровцы, продолжаем традиции освободительной борьбы всех порабощенных царизмом народов, продолжаем дело всей той части русских революционеров в период до 1917 г., которая действительно хотела положить конец национальному и социальному рабству в России, которая действительно хотела завоевать для народных масс России политическую свободу и социальную справедливость.

Вот кто такие мы, бандеровцы, и за что мы боремся.

Когда-то на насмешки царских лакеев, что будто бы «гайдамаки не воины, разбойники, воры, пятно в нашей истории», великий Шевченко ответил: «Брешеш, людоморе! За святую правду, волю розбiйник не стане! Не розкує закований у вашi кайдани народ темний; не зарiже лукавого сина; не розiрве живе серце за свою Вкраїну!» («Холодний Яр»).

Эти слова великого Пророка Украины пусть будут и сегодняшним нашим ответом всем тем, которые, обмануты большевистской пропагандой, еще и сегодня смотрят на нас как на «бандитов».


***

Уже четыре года из Западной Украины на весь Советский Союз раздаются выстрелы. Уже четыре года территория Западной Украины — небольшой уголок колоссального Советского Союза — является полем необычайно упорных, героических боев.

Пусть знает каждый подсоветский человек, пусть знает каждый колхозник, рабочий и интеллигент: здесь, в Украине, впервые в истории устабилизированного[55] СССР разгорелся очаг революционной освободительной борьбы за ниспровержение большевистского поработительского и эксплуататорского режима за построение на территории нынешнего СССР действительно справедливого политического и социального строя.

Здесь впервые в истории устоявшегося СССР несколько десятков тысяч украинских патриотов — сынов трудящегося украинского народа — поклялись скорее погибнуть, нежели покорно терпеть большевистские издевательства, нежели согласиться с преступной с национальной и социальной точки зрения политикой большевистских бандитов.

Мы, бандеровцы, боремся и умираем с мыслью о будущей свободе и счастливой жизни украинского народа, с мыслью о будущей свободе и счастливой жизни всех подсоветских народов.

Мы, бандеровцы, боремся и умираем с верой, что за нами, тысячами, пойдут миллионы новых борцов со всей Украины, со всего Советского Союза и что наша борьба — борьба за свободу народов и человека — закончится победой над большевистской реакцией.

Мы, бандеровцы, боремся и умираем с чувством гордости, что в черные дни большевистской реакции нам первым приходится прокладывать путь к свободе как для всего украинского народа, так и для народов и трудящихся масс всего Советского Союза, и что история судила нам первым положить начало новому периоду для Востока Европы и большевистской Азии — периоду подлинного их национального и социального освобождения.

Мы искренне сочувствуем всем тем советским матерям и отцам, ни в чем не виноватые сыновья которых, очутившись на фронте борьбы против нас вопреки собственной воле, пали в борьбе с нами. В этом виновато МВД. Оно гнало их против нас силой. Они — жертвы эмведовского террора.

Сегодня, в начале пятого года нашей освободительной антибольшевистской борьбы, из наших революционных окопов, отражая бешеные атаки МГБ и МВД, среди трупов наших павших друзей, окровавленные, но не согбенные, мы еще выше поднимаем наше революционное знамя.

Народы Советского Союза! Советские трудящиеся массы! Смотрите на это знамя! Смотрите и читайте!

Мы за свободу народов и человека!

Мы за освобождение от большевистского национального и социального ига всех народов и трудящихся Советского Союза!

Долой большевистскую угнетательскую и эксплуататорскую систему!

К борьбе под этим знаменем, к борьбе вместе с нами мы призываем всех, кого лишь гнетет ярмо большевистских угнетателей и эксплуататоров, всех, кто лишь имеет силу и отважность бороться!

Довольно дальше терпеть большевистские издевательства и насилие! Это позор для человека — покорно переносить ярмо и кнут!

Хватит дальше быть только безмолвными рабами! Довольно дальше только тайно в себе сдавливать свой гнев и ненависть против большевистских угнетателей!

Поднимайтесь на революционную борьбу против кремлевских поработителей и эксплуататоров!

Украинцы из восточных областей Украины! Мы, украинские революционеры и повстанцы — борцы за свободу и независимость Украины, — призываем вас: включайтесь в освободительную революционную борьбу против большевистского ярма! Борьба за свободу и независимость украинского народа — священная обязанность каждого сына Украины!

Порабощенные народы Советского Союза! Белорусы, грузины, армяне, азербайджанцы, литовцы, латыши, эстонцы, карело-финны, узбеки, казахи, таджики, киргизы, туркмены, татары, калмыки, башкиры, молдаване! Поднимайтесь на национально- и социально-ос­вободительную борьбу против московских угнетателей за перестройку СССР по принципу независимых национальных государств всех подсоветских народов!

Русские! Боритесь за ниспровержение большевистской диктатуры, за уничтожение большевистской эксплуататорской системы — за демократическую Россию, за подлинное социальное равенство и справедливость!

Советские рабочие, колхозники и интеллигенты! Большевистское иго становится все тяжелей. Нищете, бедности нет конца. Нет конца террору, преследованиям. Довольно дальше покорно терпеть! Поднимайте революционную борьбу за свое политическое и социальное освобождение!


***

Да здравствует освободительная борьба украинского народа за украинское независимое государство!

Да здравствуют ОУН и УПА — боевой авангард украинского народа в его борьбе за национальную и социальную свободу!

Да здравствует Степан Бандера — руководитель украинского освободительно-революционного движения — искренний друг всех народов и трудящихся масс Советского Союза!

Да здравствует генерал Тарас Чупрынка (псевдоним Романа Шухевича) — главный командир УПА, бесстрашный борец за свободу украинского и всех других народов СССР!

Да здравствует национально- и социально-освободительная революционная борьба всех порабощенных народов СССР!

Да здравствует революционная борьба трудящихся масс СССР за социальное равенство и справедливость, за подлинное бесклассовое общество!

Смерть Сталину и его клике — злейшим врагам народов и трудящихся масс Советского Союза!

Май 1948 г.

Глава 11.

Революция продолжается




В канун Нового 2014 года и в дни Рождественских праздников, участники снежной революции не покидали Майдан. Основная часть, правда, разъехалась по домам, многим студентам пришлось поехать готовиться к экзаменам и сдавать зимнюю сессию, хотя главный экзамен в своей жизни они уже сдали. При этом центральная власть, чтобы как-то сгладить конфликт и вину за разгон Евромайдана 19 декабря, приняла закон «Об устранении негативных последствий и недопущении преследования и наказания лиц в связи с событиями, имевшими место во время проведения мирных собраний».

В тот же день законопроект был рассмотрен и принят парламентом. Его поддержало подавляющее большинство представителей всех парламентских фракций, за исключением фракции коммунистов. Было решено освободить от ответственности людей, принимавших участие в акциях протеста и массовых мероприятиях в период с 21 ноября 2013 года и до момента вступления закона в силу. В решении украинского парламента также указывалось, что все уголовные и административные дела, открытые в связи с майдановскими событиями, подлежали закрытию, новые не могли открываться, а уже арестованные подлежали освобождению.

12 января 2014 года состоялось очередное Народное вече, на котором собрались до 100 тысяч человек. Возле резиденции Януковича «Межигорье» дежурили «автомайдановцы», которые провели свой митинг. За два дня до этого протестующие попытались блокировать здание суда, в котором проходил суд над их товарищами, в результате чего вновь произошли стычки с милицией и отрядом «Беркут». Под влиянием этих событий Верховная Рада 16 января приняла ряд «диктаторских» поправок к законам, принятым ранее простым поднятием рук, без предварительного обсуждения текстов депутатами. Президент подписал «принятые» законы уже на следующий день, 17 января. Однако оппозиция категорически выступила против их принятия, окрестила их «законами диктатуры», а 16 января — «черной пятницей».

Законы от 16—17 января содержали ряд новых ограничений и усиливали ответственность за некоторые уже предусмотренные законодательством нарушения, многие из которых касались участия в акциях протеста. В частности, были приняты законы, разрешающие правительству блокировать «по решению экспертов» вебсайты оппозиции, об административной ответственности за установку без разрешения властей палаток, сцен и звуковой аппаратуры для проведения митингов, о запрете нахождения на демонстрациях в масках и с оружием, о необходимости регистрации политических организаций, финансируемых из-за рубежа, причем трактовка того, что считалось финансированием «из-за рубежа», оставалась за правительством.

Реакция на эти законы была неоднозначной и в Украине, и в Европе. Некоторые европейские лидеры, в частности министры иностранных дел Великобритании и Германии, подчеркнули, что эти законы «ограничивают личную свободу граждан и отдаляют Украину от Европы». И хотя Венецианская комиссия ЕС сочла их «соответствующими европейской практике», в Украине принятие новых «драконовских мер» вызвало новую, еще более мощную волну недовольства, прокатившуюся по всей стране. Вот в чем состояли эти законы, по крайней мере некоторые из них:

– за движение в колонне более 5 автомобилей — изъятие водительских прав на два года;

– за деятельность информационного агентства без государственной регистрации — конфискация техники и продукции, плюс штраф;

– за нарушение порядка мирных собраний, за участие в них в касках и масках, с использованием огня и в униформе — арест на 10 суток;

– за установление палаточных городков, сцен и звуковой аппаратуры без разрешения милиции — до 15 суток ареста;

– за неуважение к суду — до 15 суток ареста;

– неисполнение условий по ограничению доступа к интернету — штраф 6800 гривен, а за невыполнение «законных требований» работников СБУ — штраф не менее 2000 гривен;

– протокол об административных нарушениях можно не составлять и не вручать подозреваемому в нарушении, достаточно одних лишь свидетелей;

– блокирование доступа к жилью наказывается лишением свободы на 6 лет;

– распространение экстремистских материалов — лишением свободы на 3 года;

– групповое нарушение общественного порядка — 2 года, массовые беспорядки — от 10 до 15 лет тюрьмы;

– сбор информации о «беркутовцах», судьях и др. — 3 года; угроза милиционеру или другому представителю порядка — 7 лет тюрьмы;

– неправительственные организации (НПО), финансируемые из-за рубежа, должны платить налог на прибыль и официально называться «иностранными агентами».

– государство может запретить доступ к интернету;

– человека могут осудить, даже если он отсутствует в суде, т.е. заочно;

– общественные объединения считаются таковыми, если принимают участие в политической деятельности и намереваются влиять на решения органов власти. Такую деятельность и ее финансирование должно разрешить государство;

– народного депутата можно лишить неприкосновенности и дать согласие на его арест без рассмотрения профильным комитетом Верховной Рады, уже на пленарном заседании Верховной Рады;

– сотрудники «Беркута» и чиновники, совершившие преступления против активистов Майдана, освобождаются от уголовной ответственности.

Все эти изменения, призванные ужесточить контроль власти над гражданами, лишить их права на организованную оппозицию, вызвали новую бурю протестов и требования отмены. Депутат Вадим Колесниченко от правящей партии регионов, один из парламентских «ястребов», ставший инициатором этих изменений, заявил об их полном соответствии американским и европейским нормам и о том, что принятые законы являются внедрением в Украину европейских стандартов.

19 января оппозиция заявила, что Украина превращается в полицейское государство, и потребовала отмены пакета законов. Собравшаяся на очередное Народное вече толпа потребовала создания «народного правительства» и досрочных президентских вы­боров. Протестующие пыталась пробраться к Верховной Раде, чтобы требовать от депутатов отмены «диктаторских законов» и, двинувшись по ул. Грушевского, начали штурм правительственного квартала. Милиция и «Беркут» преградили демонстрантам путь. Начались столкновения. Демонстранты закидали силовиков камнями, фейерверками и «коктейлями Молотова», подожгли несколько грузовиков. Силами порядка были применены водометы.

20 января Совет министров иностранных дел ЕС обратился к властям Украины с предложением пересмотреть принятые законодательные акты, которые, по мнению европейских политиков, «значительно ограничивают права украинских граждан на свободное волеизъявление, свободу слова, деятельность прессы и общественных организаций». Но в тот же день силы правопорядка избили около 30 журналистов, освещавших события, что вызвало новую волну недовольства. Один из лидеров оппозиции, Виталий Кличко, вечером 20 января встретился с Януковичем и призвал его убрать «Беркут» и отряды «титушек», финансируемых властью. Президент пообещал создать правительственную комиссию для разрешения конфликта.

Футбольные фанаты нескольких городов объединились с целью защиты мирного населения от беснующихся толп «титушек», избивающих зачастую ни в чем не повинных людей. Оппозиция призвала милицию и «Беркут» перейти на сторону народа, что и произошло в западных областях Украины. Президент Янукович тем временем позвонил лидеру партии «Батькивщина»[56] Арсению Яценюку и предложил ему возглавить правительство, но Яценюк предложение не принял.

Появились первые жертвы Майдана, убитые огнестрельным оружием. Около 50 человек были захвачены и увезены в неизвестном направлении. Появилось и видео, где милиционеры, заставили одного из участников демонстрации раздеться догола на морозе, да еще и фотографировались с ним. Сюжет этот вызвал понятное возмущение не только в Украине, но и во всем мире. Волны протеста в Украине прокатились по всем регионам и приобрели необратимый характер. В западной Украине — во Львове, Луцке, Ровно, Тернополе, Черновцах, Ивано-Франковске — были захвачены областные государственные администрации. Губернаторы ряда областей под давлением протестующих подали в отставку. Попытки захвата органов власти были предприняты в Черкассах, Житомире и Полтаве. В Киеве на ул. Грушевского начали возводить баррикады; ряд министерских зданий был захвачен.

24 января представители Евросоюза и оппозиции вновь встретились с президентом для урегулирования ситуации. Янукович пообещал не привлекать к ответственности митингующих и амнистировать их. Виталию Кличко удалось на время уговорить людей на Майдане и на ул. Грушевского сохранять перемирие, пока идут переговоры. Известного спортсмена, учитывая его популярность в народе, оппозиция активно использовала для успокоения ситуации в самые критические дни января и февраля. (После победы оппозиции его «успешно столкнули» с предвыборной президентской гонки. Политика — не ринг, где побеждает сильнейший.)

28 января под давлением массовых протестов в Украине и критики европейской общественности Верховная Рада и Янукович вы­нуждены были отменить принятые 16 января законы. При этом украинский парламент установил уголовную ответственность за отрицание или оправдание преступлений фашизма и за осквернение или разрушение памятников, построенных в память борцов против нацизма. Однако захваты зданий, где располагались государственные органы власти, и митинги в поддержку Евромайдана продолжились по всей стране, в том числе в центральной части, на севере, востоке и юго-востоке Украины.

Параллельно с митингами в поддержку Евромайдана в городах юго-восточной Украины стали формироваться группы активистов пророссийской направленности, призывающие к защите своих территорий от националистов и экстремистов. Так, в Одессе пророссийски настроенное движение «Молодежное единство» начало формировать «Народные дружины»; в Харькове образовали отряд «Оплот», в Севастополе — пророссийский отряд байкеров «Ночные волки». Севастополь и Крым в целом высказались за «наведение порядка в стране и введение чрезвычайного положения», призвали местное правительство сформировать собственные отряды самообороны для защиты населения полуострова, выйти из правового поля Украины и создать Федеративное государство Малороссия. Уже в этот период крымские власти дали понять, что они настроены решительно против проукраинских элементов в Крыму и, если правительство в Киеве не предпримет действенных мер, они готовы взять власть на полуострове в свои руки.

Первой политической жертвой Майдану стало правительство Азарова во главе с премьер-министром. Впервые вопрос о недоверии правительству оппозиция поставила в парламенте после срыва подписания соглашения об ассоциации Украины и ЕС, 25 ноября 2013 г. Однако резолюция не получила необходимых голосов из-за того, что за него проголосовали только оппозиционные партии, а коммунисты, регионалы и независимые проголосовали против. Выступая в Раде перед голосованием, премьер обещал коренные кадровые перемены, несколько раз подчеркнув, что правительство будет продолжать курс на евроинтеграцию, но это скорее звучало как издевательство, нежели как оправдание.

Коммунисты предложили свой проект резолюции об отставке правительства, с которым согласились и оппозиционеры, однако в последний момент коммунисты отозвали свои подписи, и резолюция снова была провалена. Очевидно было, что правящая партия пыталась спасти ситуацию, полагаясь на помощь коммунистов и независимых депутатов, однако дальнейшее обострение политической ситуации в стране и возобновившиеся после Нового года демонстрации вновь поставили вопрос об отставке правительства Азарова на повестку дня.

Президент Янукович, пытаясь спасти правительство и премьер-министра, обещал его переформатировать, но 28 января загнанный в угол Азаров сам подал в отставку и вскоре покинул страну. Вместе с Азаровым в отставку ушло и его правительство. Исполнение обязанностей премьер-министра были возложены на первого вице-премьера Сергея Арбузова.

После отставки Азарова парламент немедленно отменил большинство из принятых 16 января законов, направленных против Майдана и демонстрантов. Партия власти в парламенте настаивала на введении чрезвычайного положения в стране, однако ни президент, ни парламент на это не пошли, боясь эскалации напряженности в стране, уже и так «накаленной» до предела. В кулуарах украинского парламента начались тайные переговоры (подкрепленные финансовыми проплатами украинских олигархов) о переходе части депутатов из разваливающейся фракции Партии регионов к оппозиции. Тем временем Майдан избрал на своем вече Народную раду Украины. Аналогичные Рады начали создаваться в западных регионах страны. Некоторые подразделения милиции и спецподразделение «Альфа» заявили о переходе на сторону майдановцев.

1 февраля лидеры Евромайдана Кличко и Яценюк приняли участие в Мюнхенской конференции, где провели ряд встреч с государственным секретарем США Джоном Керри и европейскими руководителями, заявившими о своей поддержке оппозиции и готовности оказать финансовую помощь Украине для преодоления экономических трудностей. В Киеве состоялся круглый стол, на который были приглашены все бывшие президенты Украины — Леонид Кравчук, Леонид Кучма и Виктор Ющенко. Президент Янукович, соглашаясь на диалог (при условии разблокирования восставшими зданий государственных органов) и готовый под давлением обстоятельств пойти на компромиссы, назвал при этом действия оппозиции экстремистскими и поставил знак равенства между демонстрантами, борющимися за европейский путь развития страны, и украинскими националистами.

Между тем, почувствовав, что почва уходит из-под ног Януковича, Москва заявила об отсрочке в предоставлении Украине очередного транша займа из общей обещанной суммы в 15 млрд долларов, подчеркнув, что предоставление очередного транша зависит от формирования нового правительства страны. При этом Кремль призвал украинскую оппозицию отказаться от «кампании ультиматумов и угроз», которые «противоречат заявлениям о приверженности оппозиции демократии и европейским ценностям».

В это время в российском городе Сочи открывалась зимняя Олимпиада. Президент Украины Янукович решил, что его присутствие на Олимпиаде событие куда более важное, чем непосредственные государственные дела в Киеве и выяснение отношений с митингующими. Разумеется, в Сочи украинский президент не только гордо размахивал флагом своей страны с трибуны официальных гостей, но и провел «политические консультации» с Путиным относительно ситуации в Украине и денег, которые Москва, вопреки ожиданиям Януковича и предварительным договоренностям, перестала платить.

В те дни Виталий Кличко призвал парламент вернуться к Конституции 2004 года, провозглашавшей переход от президентско-парламентской к парламентско-президентской форме правления государством. Это предложение поддержал Яценюк, указавший, что готов возглавить новое украинское правительство, если страна вернется к Конституции 2004 года. Яценюк заявил, что правительство будет составлено из представителей оппозиционных партий и активистов Майдана.

Следует отметить, что Юлия Тимошенко, находившаяся тогда еще в харьковской тюрьме, обратилась к своим соратникам с требованием отказаться от возвращения к Конституции 2004 года и готовиться к президентским выборам, на которых после выхода из тюрьмы она видела себя основным кандидатом. Тимошенко искренне надеялась, что будет поддержана избирателями и станет следующим президентом Украины. Но Майдан поддержал призыв оппозиции к возвращению Конституции 2004 года, а Европарламент принял резолюцию по ситуации на Украине, в которой призвал Евросоюз начать подготовку адресных санкций в отношении зарубежных поездок, активов и недвижимости украинских чиновников, парламентариев и олигархов, ответственных за применение силы против протестующих и гибель оппозиционных активистов.

В Киеве тем временем разгорелся скандал, связанный с оглашением телефонного разговора заместителя Госдепа Виктории Нуланд («Нуланд-гейт») с послом США в Украине. Из разговора стало ясно, что США делают ставку на Яценюка как нового главу правительства. Ничего неожиданного в такой позиции американцев не было. Тем не менее это привело к осложнениям в отношениях между Яценюком и Кличко. Последний отказался от участия его партии в составлении правительства (за исключением поста вице-премьера) и сосредоточил свои усилия на предвыборной президентской кампании. Однако выход Юлии Тимошенко из тюрьмы и ее заявление об участии в президентской гонке спутало все карты Кличко. Он оказался за бортом большой политики.

В день, когда Верховная Рада должна была принять решение о возврате к Конституции 2004 года, «Правый сектор» и «Самооборона Майдана» в масках и с битами провели предупредительный митинг у стен украинского парламента с целью оказать давление на депутатов. На центральной площади Киева жители предложили провести акцию «За чистый Киев» и убрать накопившийся мусор в центре города. Но протестующие восприняли эту акцию как попытку властей убрать баррикады, и представители «Самообороны Майдана» разогнали собравшихся на субботник жителей, а лидеры оппозиции призвали украинцев записываться в отряды самообороны и организовывать майданы в восточных областях Украины. Этим, в свою очередь, воспользовались пророссийские организации, начавшие агитацию против «Правого сектора» и киевского Майдана.

Столкновения между демонстрантами возобновились 18 февраля, в день заседания Верховной Рады, когда оппозиция требовала вернуться к Конституции 2004 года. Силы правопорядка преградили путь демонстрантам по дороге к парламенту. Те стали забрасывать милицию и «Беркут» камнями и бутылками с зажигательной смесью. Были подожжены грузовики, преграждавшие путь демонстрантам.

В самом парламенте правящая партия пыталась в ответ на попытку оппозиции внести проект постановления о возврате к Конституции 2004 года, создать комиссию о подготовке соответствующего решения. Оппозиция не согласилась и блокировала трибуну; правящая партия покинула зал заседаний. Коммунистам прорваться к трибуне оппозиционеры тоже не дали. В результате проект постановления о возврате к Конституции 2004 года был зарегистрирован и ситуация в парламенте успокоилась. Но на подступах к парламенту столкновения продолжались. Были захвачены Дом офицеров, превращенный в «пункт скорой помощи», и подожжен офис Партии регионов, причем один из сотрудников офиса погиб.

События, произошедшие после этого, без преувеличения можно назвать трагическими. Силы правопорядка стали оттеснять демонстрантов обратно на Майдан, освобождая правительственный квартал. Началась «антитеррористическая операция» по очистке правительственного квартала, продолжавшаяся почти сутки. 25 человек были убиты, более 350 ранены (200 госпитализированы).

Согласившись на переговоры с оппозицией, Янукович выдвинул требование прекращения вооруженного сопротивления демонстрантов, которые к вечеру 18 февраля были практически заблокированы на Майдане внутренними войсками и «Беркутом». Для ожидаемого отхода людей с Майдана были оставлены две улицы. После этого силовики приступили к зачистке самой площади.

Лидеры националистической партии «Свобода» призвали жителей западных областей Украины ехать в Киев и поддержать демонстрантов. В ответ власти заблокировали возможное продвижение транспорта по основным магистралям страны в сторону столицы. Железная дорога практически не работала. Через Киев проезжали только транзитные поезда, пассажиры которых с удивлением смотрели на пустые перроны Киевского вокзала. Было приостановлено телевещание одного из центральных телеканалов. Кличко и Яценюк призвали к досрочным президентским и парламентским выборам, обратились к президенту с требованием встретиться, объявить перемирие, вывести «Беркут» из Киева и отозвать милицию.

В регионах вновь начались захваты административных зданий. В Днепропетровске, Николаеве, Херсоне, Полтаве, Чернигове, Хмельницком и Житомире и в областях этих городов были разрушены памятники Ленину (движение это получило название «ленинопад»). Часть из них была заблаговременно демонтирована сторонниками коммунистической партии и спрятана. При этом уголовные дела о разрушении памятников правительством открыты не были из-за «отсутствия состава преступления и из-за того, что эти памятники не являлись культурным наследием». Было снесено и демонтировано 70 памятников и бюстов вождя революции. Попытки разрушить памятники Ленину были предприняты также в Харькове, Луганске, Донецке и Запорожье, но местные власти предотвратили снос.

Встреча Яценюка и Кличко с президентом Януковичем в ночь с 18 на 19 февраля все-таки состоялась, однако ни к каким результатам не привела. Стороны ограничились взаимными обвинениями и компромисса не достигли. Наутро протестные действия вновь возобновились. Демонстранты в Киеве заняли Главпочтамт, консерваторию и Госкомтелерадио. Начался захват складов с оружием и строительство баррикад на ул. Грушевского, ведущей к парламенту. Фонды музея истории Киева, где было в том числе и оружие, находящиеся под охраной силовиков, оказались ночью разграбленными. Власти тем временем стали возводить бетонные преграды возле Верховной Рады, а из Днепропетровска в столицу была вызвана 25-я воздушно-десантная бригада для усиления охраны складов с оружием.

Одновременно Служба безопасности Украины (СБУ) объявила о проведении «антитеррористической операции» по всей Украине. Возникший пожар в здании профсоюзов, где находился центральный штаб по руководству восстанием, привел к гибели более сорока человек. Практически во всех западных регионах Украины возобновились захваты протестующими зданий областных государственных администраций, СБУ, МВД и прокуратуры. Было уничтожено огромное количество документов и оргтехники. Украина запылала с новой силой.

20 февраля, несмотря на согласие Януковича на проведении досрочных президентских выборов, митингующие, вооруженные чем попало, в том числе и оружием, начали оттеснять правительственные войска с центральной площади города в сторону парламента, Дома правительства и президентского дворца. Началась паника, с обеих сторон появились новые жертвы. Демонстранты стали закидывать сотрудников «Беркута» и милиции бутылками с зажигательной смесью и булыжниками. Силы правопорядка стали отступать к правительственному кварталу, отстреливаясь резиновыми, а затем и боевыми патронами. С крыш правительственного квартала снайперы стали стрелять по демонстрантам. Ситуация стала неуправляемой.

Встреча лидера «Правого сектора» Яроша с президентом Януковичем тоже не дала положительных результатов. Президент предложил Ярошу подписать соглашение о неприменении «Правым сектором» силы, но последний отказался, заявив, что украинцы будут стоять до конца. В этот злосчастный день со стороны демонстрантов и силовиков от огнестрельного оружия погибло около ста человек. Стреляли и те, и другие.

Известие об этом ужасном событии облетело весь мир. Позже все начнут обсуждать происшедшее и строить гипотезы относительно того, кто и откуда стрелял. Одни утверждали, что стреляли с крыши Киевской консерватории, другие — что с крыши Дома профсоюзов, третьи — что с крыши гостиницы «Украина». СБУ и МВД — с одной стороны, «Правый сектор» и «Самооборона Майдана» — с другой и наоборот, обвиняли в кровопролитии друг друга. Подозреваемыми оказались и спецслужбы России, и даже США. Некоторые высказали предположение о причастности олигархических структур, имеющих свои «спецназы» и заинтересованные в том, чтобы свалить своего делового конкурента — Януковича. Затем появилась информация о причастности грузинских снайперов. Но доказать толком никто ничего не мог.

Важно и другое: расстрел демонстрантов и силовиков состоялся за день до планируемого подписания Декларации о политическом урегулировании между властью и оппозицией — документа, которого ждали все и который, как считалось, станет основой для мирного урегулирования ситуации и постепенного, последовательного разрешения конфликта. Подписание Декларации было сорвано, а «дело киевских снайперов» легло на полку нерасследованных убийств.

21 февраля c целью разрешения политического кризиса в Украине и прекращения массового кровопролития состоялись переговоры между президентом Януковичем и лидерами оппозиции Яценюком (от Всеукраинского объединения «Батькивщина»), В. Кличко (от партии «Удар») и О. Тягнибоком (от Всеукраинского объединения «Свобода»). Переговоры проводились при посредничестве министра иностранных дел Германии Франка Вальтера Штайнмайера, министра иностранных дел Польши Радослава Сикорского, руководителя департамента континентальной Европы Министерства иностранных дел Франции Эрика Фурнье, а также спецпредставителя президента России Владимира Лукина. Правда, Лукин, принимавший участие в этих переговорах, поставить свою подпись под соглашением отказался, объяснив позицию своей страны так: «Москва решила не подписывать эти соглашения по очень правильной причине, на самом деле — не очень понятна ситуация с тем, кто является субъектом этого соглашения»; в соглашении «не видно сил и лиц, которые должны это реализовывать». Россия оказалась последовательной в своей непоследовательности. Позже, когда бежавший из Украины Янукович оказался в России, он вспомнил об этом соглашении и настаивал на его выполнении. В этот момент ему очень бы помогла подпись под документом Лукина. Но ее не было. Вот текст соглашения, которое подписали все участники встречи, кроме России:


Соглашение об урегулировании политического кризиса на Украине

Обеспокоенные трагическими случаями потери жизней в Украине, стремясь немедленно прекратить кровопролитие, решительно настроенные проложить путь к политическому урегулированию кризиса, мы, нижеподписавшиеся стороны, договорились о следующем:

1. В течение 48 часов после подписания данного соглашения будет принят, подписан и обнародован специальный закон, который восстановит действие Конституции Украины 2004 года с изменениями, внесенными до этого времени. Подписанты заявляют о намерении создать коалицию и сформировать правительство национального единства в течение 10 дней после этого.

2. Конституционная реформа, уравновешивающая полномочия президента, правительства и парламента, будет начата немедленно и завершена в сентябре 2014 года.

3. Президентские выборы будут проведены сразу после принятия новой Конституции, но не позднее декабря 2014 года. Будет принято новое избирательное законодательство, а также сформирован новый состав Центральной избирательной комиссии на пропорциональной основе в соответствии с правилами ОБСЕ и Венецианской комиссии.

4. Расследование недавних актов насилия будет проведено под общим мониторингом власти, оппозиции и Совета Европы.

5. Власть не будет вводить чрезвычайное положение. Власть и оппозиция воздержатся от применения силовых мер.

Верховная Рада Украины примет третий закон об освобождении от ответственности, который будет распространяться на те же правонарушения, что и закон от 17 февраля 2014 года.

Обе стороны будут прилагать серьезные усилия для нормализации жизни в городах и селах путем освобождения административных и общественных зданий и разблокировки улиц, скверов и площадей.

Незаконное оружие должно быть сдано в органы Министерства внутренних дел Украины в течение 24 часов с момента вступления в силу вышеупомянутого специального закона (п.1 настоящего Соглашения).

После указанного периода все случаи незаконного ношения и хранения оружия подпадают под действующее законодательство Украины. Силы оппозиции и власти отойдут от позиций противостояния. Власть будет использовать силы правопорядка исключительно для физической защиты зданий органов власти.

6. Министры иностранных дел Франции, Германии, Польши и Специальный представитель Президента Российской Федерации призывают к немедленному прекращению всех видов насилия и противостояния.

г. Киев, 21 февраля 2014 года

От власти: Президент Украины Виктор Янукович

От оппозиции: лидер партии «Удар» Виталий Кличко, лидер ВО «Батькивщина» Арсений Яценюк, лидер ВО «Свобода» Олег Тягнибок.

Засвидетельствовали:

От Европейского Союза: федеральный министр иностранных дел Федеративной республики Германия Франк Вальтер Штайнмайер, министр иностранных дел Республики Польша Радослав Сикорский и руководитель департамента континентальной Европы Министерства иностранных дел Французской республики Эрик Фурнье.

Однако уже 21 февраля, после того как на Майдане публично объявили о подписании соглашения, «Правый сектор», «Самооборона Майдана» и «Автомайдан» выразили свое неудовлетворение результатами переговоров и постепенностью политических реформ. Кроме того, они настаивали на немедленной отставке президента (хотя это не было предусмотрено соглашением от 21 февраля), роспуске Верховной Рады и наказании руководителей силовых ведомств Украины, отдавших приказы о расстреле демонстрантов. Лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош назвал соглашение от 21 февраля «очередным замыливанием глаз» и отказался его выполнять. В ночь на 22 февраля отряды «Самообороны Майдана» и «Правого сектора» полностью захватили правительственный квартал. Под контролем майдановцев оказались здания Верховной Рады, администрации президента, Кабинета Министров и Министерства внутренних дел. В Киев для охраны Евромайдана приехало более сотни милиционеров и афганцев с табельным оружием, перешедших на сторону протестующих. В ряде западных областей отряды милиции и «Беркута» также перешли на сторону восставших. Многие отряды милиции в Киеве вместе с отрядами самообороны теперь патрулировали столицу. Один за другим начали подавать в отставку начальники: ушел глава киевской милиции, руководство Генштаба украинской армии ушло в знак протеста против втягивания в конфликт вооруженных сил. Отряды самообороны вместе с присоединившимися отрядами милиции стали полностью контролировать столицу.

Глава 12.

Смена власти или смена олигархий?




Утром 22 февраля, как всегда в 10 часов утра, началось заседание Верховной Рады. Однако спикера парламента на месте не оказалось, поэтому заседание открыл вице-спикер Руслан Кошулинский. Он зачитал заявление об отставке спикера Владимира Рыбака[57] и вице-спикера Игоря Калетника.

Узнав об отставке спикера и его заместителя, а также и о том, что президент Янукович незаметно исчез из Киева, оппозиция перешла в наступление по захвату законодательной, а потом и исполнительной власти. Накануне ночью в стенах Верховной Рады проходили закулисные переговоры между партийными фракциями, в результате чего оппозиция смогла переманить на свою сторону часть депутатов от Партии регионов, практически всех независимых депутатов и даже часть коммунистов. В результате была собрана необходимая квота для принятия Радой решений. Около 240 депутатов начали почти единогласно поддерживать предлагаемые решения.

Прежде всего Верховная Рада Украины заявила, что берет власть в свои руки. Тут же, до обеда, новым спикером парламента от оппозиции был избран один из лидеров «Батькивщины» Александр Турчинов. Рада приняла постановление о том, «что В. Ф. Янукович самоустранился от выполнения конституционных обязанностей, что угрожает управлению государства, территориальной целостности и суверенитету Украины, массовому нарушению прав и свобод граждан», в связи с чем на 25 мая 2014 года были назначены досрочные президентские выборы.

Вместе с Януковичем бежали из страны его верные соратники — Генеральный прокурор Украины Виктор Пшонка, министр внутренних дел Виталий Захарченко, министр по сборам и доходам Александр Клименко. Верховная Рада объявила также о возвращении к Конституции 2004 года, в соответствии с которой в Украине устанавливается парламентско-президентская форма правления. Тогда же ВРУ назначила Турчинова и исполняющим обязанности президента.

Депутаты оппозиционных партий требовали принятия других жестких мер, в том числе отмены Коммунистической партии. Партия регионов и коммунисты отмалчивались. Были назначены новые министр внутренних дел и Генеральный прокурор, ревностно взявшиеся за наведение в стране порядка. Усиленно формировался и новый состав правительства, главным образом из представителей «Батькивщины».

С формированием правительства тройственная оппозиция (или как ее называли «три в одном») фактически распалась. Представители партии «Удар» Виталия Кличко остались без министерских портфелей, хотя в «группу влияния» Кличко входили и.о. министра обороны адмирал Игорь Тенюх, и.о. министра иностранных дел Андрей Дещица и председатель СБУ Валентин Наливайченко. Сам Кличко заявил, что его партия сосредоточится на подготовке к президентским выборам, поэтому участвовать в формировании правительства не будет.

22 февраля из тюрьмы была освобождена Юлия Тимошенко, немедленно вылетевшая в Киев. На следующий день она предстала перед Майданом, надеясь, что ее встретят как триумфатора. Но триумф не состоялся. Юлию встретили неоднозначно: одни с радостью, другие — с недоверием. Принцесса Майдана 2004 года не стала королевой Майдана 2014 года. И Тимошенко улетела на лечение в Германию. Ее политические перспективы современниками оценивались по-разному: одни предлагали ей уйти из политики, другие советовали бороться за президентское кресло, что отвечало и настроению самой Леди Ю.

По решению новых властей отряды «Беркута» и МВД были выведены из Киева, и всю вину за происходившее новая власть возложила на силовые структуры. В частности, решением правительства был ликвидирован «Беркут», обвиненный в превышении служебных полномочий. Часть «беркутовцев» бежала в Крым и перешла на сторону России, приняв российское гражданство. Позже эти люди были использованы Россией для организации беспорядков на востоке Украины. Практически все руководство МВД и в центре, и на местах было уволено. Разумеется, это привело к тихому саботажу остальной милицией своих непосредственных обязанностей: призванная охранять общественный порядок, милиция фактически самоустранилась от службы, спокойно наблюдая, как на площадях тех или иных городов представители различных политических формирований избивали друг друга.

Киевские события явно напугали партию власти, которая 22 февраля по инициативе харьковского губернатора Михаила Добкина решила созвать съезд так называемого Украинского фронта, на который приехали депутаты местных советов юга-востока Украины и Крыма, в основном из Партии регионов. Из народных депутатов на съезд прибыли Вадим Колесниченко и Олег Царев. Кроме того, на съезде в качестве гостей присутствовали губернаторы соседних российских областей — Белгородской, Курской, Воронежской и Ростовской, а также делегация Российской Государственной думы. Съезд проходил в окруженном сторонниками Евромайдана харьковском Дворце спорта, скандировавшими «Восток и Запад вместе!», «Банду — вон!», «Зеку — нары!», «Харьков, вставай!», «Милиция с народом, а мусора с уродом!» и прочее и прочее. Так что работать съезду было сложно.

Сбежавший из Киева президент Янукович, оставив жену в Донецке, объявился в Харькове с новой подругой. Он планировал выступить на съезде и возглавить поход с востока Украины на Киев. Но на съезде Янукович не появился, а обратился с видеообращением к народу Украины и заявил, что является законно избранным президентом страны и подписывать изданные в его отсутствие решения Верховной Рады не собирается (о чем Рада Януковича, собственно, и не просила).

Вопреки ожиданиям, харьковский съезд не стал делать резких заявлений относительно территориальной целостности Украины и принял ни к чему не обязывающую резолюцию, в которой не были упомянуты «автономия» и «федерализация» Украины. Все свелось к тексту, что, «учитывая события последних дней в Киеве, органы местного самоуправления на местах берут на себя ответственность за обеспечение порядка на местах до восстановления конституционного порядка и законности, а также легитимации новой власти». Собственно, из-за этого постановления участников харьковского съезда и назвали «сепаратистами», поскольку делегаты поставили под сомнение легитимность и конституционность центральной власти.

Организаторы съезда явно нервничали, торопили выступавших и призывали делегатов выйти к враждебно настроенным людям, собравшимся на митинг возле Дворца спорта. Куда-то исчезли харьковские руководители губернатор Михаил Добкин и мэр Харькова Геннадий Кернес, оставив в недоумении даже приглашенных ими же гостей из России. Через пару дней они снова появились в Харькове, объяснив свое отсутствие срочной служебной командировкой. Вскоре после этого Добкина уволили и посадили под домашний арест, а Кернесу был предъявлен ряд обвинений (которые он не признал). Тогда его тоже посадили под домашний арест, не слишком жесткий. А в конце апреля во время утренней пробежки на Кернеса было произведено покушение. С тяжелым пулевым ранением его доставили в больницу, а затем перевезли в Израиль, где хирурги спасли ему жизнь.

Янукович тем временем в своих видеообращениях заверил свой народ, что будет с ним «до самой смерти», затем попытался через Харьков, Донецк и Луганск вместе со своей подругой (не путать с оставленной в Донецке женой) покинуть Украину, но пограничные службы его не выпустили. Тогда президент уехал в Крым, откуда его «этапировали» в Россию, в Ростов-на-Дону. Этот город и стал его временной зарубежной резиденцией. В Москву Януковичу ехать очевидным образом запретило российское правительство. С конца февраля по апрель он появлялся на пресс-конференциях в Ростове и делал разного рода заявления относительно ситуации в Украине, призывая Россию «восстановить законность» в его стране. В это время Янукович стал уже политическим трупом. Наверное, именно поэтому в прессе неоднократно сообщалось о том, что Янукович умер.

Новая украинская власть, которую не признала Россия, но признали страны Западной Европы и США, а также многочисленная украинская диаспора за рубежом, начала осуществлять первые шаги. 27 февраля Верховная Рада назначила на должность премьер-министра Украины Арсения Яценюка. Спикер и исполняющий обязанности президента Украины Турчинов тогда же подписал в Раде указ о назначении Яценюка премьер-министром и попросил пересесть в правительственную ложу. В своем обращении к парламенту новый премьер заявил, что страна находится в опасности, казна по вине прежнего правительства пуста, но курс на европейскую интеграцию будет незыблем. Было срочно сформировано новое правительство. 16 членов правительства представляли Западную Украину. Три человека были с юго-востока. Четыре — были уроженцами России. Не вошли в правительство представители Партии регионов, Коммунистической партии и партии «Удар». Только четверо имели опыт государственной деятельности. Семь человек состояли в «Батькивщине», четверо — в «Свободе», остальные были беспартийные. Имелась и «квота» Майдана: министры культуры, спорта, образования и здравоохранения. Юлии Тимошенко удалось пролоббировать своих кандидатов: спикера парламента Александра Турчинова, премьер-министра Арсения Яценюка, министра внутренних дел Арсена Авакова и министра энергетики Юрия Продана. Сам Арсений Яценюк создал свое лобби из министров экономики и юстиции, экономического развития и председателя Национального банка. Петру Порошенко (одному из неформальных лидеров оппозиции) удалось продвинуть в правительство «своих» вице-премьеров Виталия Ярему и Владимира Гройсмана, на которых он мог рассчитывать в случае победы на президентских выборах. Несмотря на то, что Виталий Кличко отказался от участия в правительстве, он имел свой «силовой блок», находившийся под его влиянием: министр обороны адмирал Тенюх (несмотря на то, что был членом «Свободы»), министр иностранных дел Андрей Дещица, председатель СБУ Валентин Наливайченко.

Пройдя «согласование» через народное «чистилище» Майдан, правительство ревностно взялось за работу. Главной задачей было залатать дыры, образовавшиеся в государственном бюджете из-за предыдущей власти. Три миллиарда долларов, выделенных Россией еще правительству Януковича, заканчивались, новые кредиты Россия новой власти давать отказалась. Тогда украинское правительство обратилось к ЕС и США за помощью. Основные средства — 17 миллиардов долларов — мог выделить Международный валютный фонд при соблюдении Украиной определенных политических и экономических условий. Яценюк обратился к США и ЕС с просьбой заблокировать активы «семьи» Януковича и других представителей прежней украинской власти в зарубежных банках, что вскоре и было сделано, но о возвращении этих средств в Украину речь пока что не шла. В связи с этим и был поднят вопрос о возвращении в государственный бюджет всех финансовых средств, вывезенных олигархами за границу, но инициатива эта развития не получила — в ней оказались не заинтересованы прежде всего сами олигархи.


Донецкий клан

После смещения «семьи Януковича» к власти в Украине пришли политические силы, поддерживаемые очередными олигархами. Собственно, это были те самые олигархи, которые прежде поддерживали старое правительство (открыто) и оппозицию (тайно). Расчет всегда строился на том, что с правившим большинством нужно дружить, а оппозиционное меньшинство поддерживать, так как в случае падения правительства к власти придет поддерживаемая тобою оппозиция и твои экономические интересы все равно будут учтены. Лозунг «Долой старых олигархов, да здравствуют новые!» не был провозглашен лишь по той причине, что власть в Украине постоянно менялась, а олигархи оставались те же. Часть олигархов вполне комфортно заседала в парламенте страны: 20 богатейших членов Украинской Рады обладали общим достоянием в 8,6 млрд долларов. Половина этого состояния приходилась на депутатов В. Новинского, П. Порошенко, К. Живаго и С. Тигипко.

Корни этого явления уходили в эпоху становления независимости и передела собственности между основными игроками на политической сцене — бывших президентов и премьеров, руководителей спецслужб и силовых министерств, основным занятием которых было улучшение благосостояния, но не страны в целом, а только своего собственного. Консолидированный капитал украинских олигархических групп по оценкам специалистов составлял более 83 млрд долларов. Основными «движущими силами» украинской политики и экономики были и оставались донецкий и днепропетровский кланы. «Донецкие» переживали свой ренессанс трижды — при Ефиме Звягильском, при Вадимире Щербане и при Викторе Януковиче.

Несмотря на то, что на Донбассе сосредоточено около 50% ме­таллургической промышленности страны, практически вся уг­ле­добывающая промышленность, предприятия тяжелого маши­ностроения и энергетики, в Киеве за редким исключением господствовали днепропетровцы, которые еще с советских времен сидели на политическом олимпе. Тем не менее, центр вынужден был считаться с донецким лобби. Донецкими были, в частности, и.о. премьер-министра Звягильский и вице-премьер Валентина Ландик — собственник процветающего предприятия по производству холодильников «Норд»; в угольном министерстве и министерстве энергетики от донетчан руководил В. Тулуб. Донецкие умело использовали профсоюзы шахтеров, самые сильные в стране, и левые политические силы в лице коммунистов. Руководитель украинской компартии П. Симоненко был в свое время секретарем Донецкого обкома комсомола.

После ухода Звягильского (забравшего себе в собственность одну из самых прибыльных шахт Донбасса — шахту им. Засядько) к середине 1990-х годов интересы донбассцев в правительстве лоббировали однофамильцы Евгений Щербань (владелец сети автозаправочных станций в области, а также корпораций «Атон», «Амест» и «Гефест»; депутат украинского парламента в середине 1990-х) и Владимир Щербань — в то время глава Донецкого областного совета и Донецкой областной государственной администрации. Они пытались подчинить себе так называемых металлургических баронов, чем и объясняется целая серия убийств в области, в том числе и самого Евгения Щербаня.

Владимира Щербаня металлургические и угольные бароны вытеснили с Донбасса. Сначала он вынужден был довольствоваться должностью Сумского губернатора; затем покинул Украину. Гибель Е. Щербаня и уход В. Щербаня в другой регион совпали с восходом днепропетровского клана во главе с Павлом Лазаренко и его верной помощницы Юлии Тимошенко, которые сумели распространить свое влияние на Донбасс.

И только с приходом к власти Виктора Януковича и его команды регионалов донецкие задержались в Киеве надолго. Бывший мэр Донецка и старый друг Ефима Звягильского Владимир Рыбак занял кресло спикера Верховной Рады, Андрей Клюев — место первого вице-премьера; уроженец России Николай Азаров, будучи председателем Партии регионов Украины, получил пост премьер-министра. Все ключевые посты в администрации президента, правительстве, парламенте, в силовых ведомствах, прокуратуре, в центре и в областях, заняли представители Партии регионов. Опорой режима Януковича стали олигархические группировки Ахметова и Фирташа.

Ахметов был главным спонсором Партии регионов. Состояние его оценивалось в 22—25 млрд долларов. По версии Bloomberg на 2012 год он занимал 26-е место в списке самых богатых людей мира. Основатель финансово-промышленной империи «Систем Кэпитал Менеджмент» являлся еще и собственником донецкого футбольного клуба «Шахтер».

Империя Рината Ахметова — это группа донецких кланов, куда входят несколько известных политиков и бизнесменов: сам Ринат Ахметов, Борис Колесников, братья Клюевы, Юрий Иванющенко, известный как Юра Енакиевский, и «семья Януковича». Являясь основными спонсорами Партии регионов, Ахметов и его партнеры поставили президентом страны Виктора Януковича. Внутри группы партнеров Ахметова также происходит постоянное соперничество, что, безусловно, сказывается на перераспределении бизнеса внутри империи Ахметова и ситуации в партии.

Ведущую роль в группе донецких кланов играет сам Ринат Ахметов, без которого не проходило ни одно назначение или снятие в Украине. Его СКМ, оборот которой составляет около 24 млрд долларов, а чистая прибыль — около 2 млрд долларов, контролирует различные секторы украинской экономики. Чтобы были понятны масштабы и сферы влияния структур Ахметова в Украине, остановимся на важнейших из них. В горно-металлургической отрасли СКМ через подвластный ей «Метинвест холдинг» объединяет 24 предприятия, базирующихся в Украине, Европе и США, причем управляющая компания зарегистрирована в Нидерландах. Холдинг (партнером Ахметова здесь выступает миллиардер российского происхождения Вадим Новинский) контролирует ряд горнообогатительных комбинатов в Кривом Роге, занимающихся добычей и производством окатышей и железорудного концентрата для заводов Ахметова Запорожсталь, Мариупольский металлургический комбинат (ММК), Азовсталь и Енакиевский металлургический завод. К его империи также относятся Краснодонуголь, Авдеевский коксохимический завод, Харцызский трубный завод и Дунайская судоходная компания.

В энергетической сфере Украины господствует Донбасская топ­ливно-энергетическая компания (ДТЭК). Это предприятие вертикальной интеграции, создающее производственную цепочку от добычи и обогащения угля до генерации и дистрибуции электроэнергии. Добычей занимаются 29 шахт: Павлоградуголь, Добропольеуголь, шахта «Комсомолец Донбасса», Свердловантрацит, Ровенькиантрацит, шахта «Белозерская» и другие. Обогащением угля занимаются 12 обогатительных фабрик. Генерацией и распределением электроэнергии — Донецкоблэнерго, Киевэнерго, Днепроэнерго и Крымэнерго. Предприятия ДТЭК, на которых работает около 140 тыс. человек, находятся в Донецкой, Днепропетровской, Запорожской, Луганской, Львовской, Ивано-Франковской и Винницкой областях, в Крыму, Киеве и Ростовской области России. Одним из последних приобретений Ахметова стала покупка за 1 млрд долларов американской угледобывающей компании United Coal Company (UCC).

Ахметову принадлежат в Украине три банка: Первый украинский международный банк (ПУМБ), банк «Ренессанс кредит» и Донгорбанк, а также две страховые компании, составляющие группу АСКА. Не без внимания олигарха осталось и медиапространство. В 2013 году он купил бывшую государственную компанию «Укртелеком», а его медиагруппа «Украина» контролирует телеканалы «Украина», «Донбасс», «34», «НЛО-ТВ», каналы «Футбол-1» и «Футбол-2». Вместе с создателем Украинского медиа-холдинга харьковским бизнесменом Борисом Ложкиным Ахметов основал Интернет-холдинг Digital Ventures, включающий в себя ряд украинских газет и журналов, а также сеть современных бизнес-центров и пятизвездочных отелей в Киеве и Донецке. Поэтому неудивительно, что на практике Ринат Ахметов может вторгнуться в любую из отраслей экономики Украины и установить там свои правила игры.

Другом и бизнес-партнером Ахметова является другой представитель донецкого клана, политический соратник Януковича, бывший вице-премьер Украины и бывший министр инфраструктуры Борис Колесников. Человек с донецкой земли, рожденный в Мариуполе, он получил торговое образование. Позже закончил Донецкую академию управления. Начав с торговой деятельности, Колесников включился в деятельность политическую, став председателем Донецкого областного совета, одним из руководителей Партии регионов и депутатом Верховной Рады. Будучи вице-премьером и министром инфраструктуры, Колесников отвечал за подготовку Украины к Евро-2012 — чемпионату Европы по футболу, проводившемуся в том числе и в Украине. За короткий срок под его руководством была построена вся инфраструктура чемпионата Европы по футболу. Его менеджерские качества по достоинству были оценены руководителями ФИФА. Основные футбольные клубы Украины были, однако, к тому времени раскуплены, и Колесников, страстный любитель хоккея, стал владельцем хоккейного клуба «Донбасс». Его состояние по оценке журнала «Фокус» составляло в 2011 году 292 млн долларов, причем сам Колесников считал эту цифру сильно заниженной, поскольку вложил свыше 200 млн долларов в животноводство и 250 млн долларов в строительство новой кондитерской фабрики «Конти-Русс» в Курске, в России.

Эксперты журнала «Корреспондент» по состоянию на 2011 год насчитали у него активов на 448 млн долларов, присвоив Колесникову в своем рейтинге «Золотая сотня» 28-е место. Кондитерский рынок Колесников делил вместе с известным в этой области бизнесменом Петром Порошенко, причем фабрики у них были и в Украине, и в России. Колесников контролировал ЗАО Производственное объединение «Конти» (кондитерская), ЗАО «Юг», Группу «Конти», имел также интересы в дочернем предприятии (ДП) «Конти-Инвест».

Представителями донецкого клана были также братья Андрей и Сергей Клюевы. Оба были уроженцами Донецка, после окончания Донецкого политехнического университета занялись бизнесом. Андрею и Сергею Клюевым принадлежат активы промышленно-инвестиционной корпорации «Укрподшипник», в которую входят около 30 предприятий цветной металлургии и топливно-энергетического комплекса, страховые компании и банки. Они владеют шестью компаниями, связанными с «Укрподшипником», и банком в Австрии. Клюевыми была в какой-то момент предпринята попытка купить австрийский банк Burgenland, но местные власти в этом праве им отказали, предпочитая оставить собственниками банка австрийцев. Близкие к Януковичу, братья возвысились и на украинской политической арене. Сергей стал депутатов Верховной Рады, а Андрей — первым вице-премьером, секретарем СНБО, а во время политического кризиса в Украине зимой 2013—14 года — главой Администрации президента Януковича.


Семья президента

Разумеется, бизнесмен, ставший высокопоставленным чиновником и продолжающий в то же время заниматься своим бизнесом, напрашивается на обвинение в нечистоплотности и часто таким бывает. Но что же тогда говорить о политике, ставшем крупным бизнесменом именно тогда, когда занимает высокий правительственный пост, особенно тогда, когда это пост президента страны? Таким бизнесменом во время своего президентства стал Виктор Янукович. По оценке старшего научного сотрудника Института международной экономики имени Петерсона (Швеция), в прошлом советника правительства Украины по экономическим вопросам Андерса Аслунда, состояние семьи Януковича составляет 12 миллиардов долларов, причем в состав «семьи президента» входили не только сыновья Януковича, реально руководившие делами «семьи».

По данным МВД Украины более 50 банков были вовлечены в отмывание денег «семьи» Януковича. Многоэтажный офис «семьи Януковича» находился в центре Киева. В нем производилось обналичивание денег. В этой цепи немалую роль играл ставший первым вице-премьером Сергей Арбузов, начинавший карьеру под патронтажем своей матери — директора банка «Донеччина», и затем пересевший в кресло управляющего Национальным банком Украины.

Были друзья-счастливчики. Молодой харьковский друг сына президента — Сергей Курченко в 28-летнем возрасте после окончания двух высших учебных заведений переехал из Харькова в Киев и в одночасье превратился в миллиардера, скупающего украинские бизнесы и активы: предприятия, стадионы, футбольные клубы... Для начала он объединил в группе компаний «Газ Украина» примерно 55 компаний газовой отрасли, зарегистрированных в Харькове и Крыму. «Газ Украины» с оборотом более 10 млрд долларов контролировала теперь 18% украинского рынка газа. Разумеется, «газовая принцесса Украины» Юлия Тимошенко, находясь в тюрьме, чувствовала себя еще неуютнее, видя, как ее бизнес переходит в другие руки. Но отнимались и другие бизнесы. Так, футбольный клуб «Металлист» и стадион были забраны у харьковского бизнесмена Ярославского.

Позже Курченко сменил стратегию и создал группу компаний «Восточно-Европейская топливно-энергетическая компания» (ВЕТЭК), скупавшую в Украине и за рубежом (в частности, в Германии) бензозаправочные станции и нефтеперерабатывающие заводы. Чтобы подчинить себе СМИ, Курченко по указанию сына Януковича скупил активы медиа-холдинга UMH group (United Media Holding group), основанного другим харьковчанином — Борисом Ложкиным. Последний, в свою очередь, объединил свой бизнес с Ринатом Ахметовым. Так что «семья Януковича» забрала часть бизнеса у своего же спонсора Ахметова.

Янукович прекрасно понимал, что для укрепления личной власти ему надо ограничить и влияние оппозиции, и влияние своих же соратников в Партии регионов, и коллег по бизнесу, даже если это его собственные бывшие спонсоры и партнеры. Начал Янукович с олигархов, вытесняя, оттесняя, экспроприируя, покупая по заниженным ценам части бизнеса у Рината Ахметова, Дмитрия Фирташа, Игоря Коломойского и Виктора Пинчука. Для этих рейдерских захватов были использованы Сергей Курченко и ему подобные способные молодые бизнесмены, построившие целую цепь фирм по перепродаже чужого бизнеса и отмывке денег, получаемых из государственного бюджета. Разумеется, вся эта схема могла существовать при закрывающих на все глаза генеральном прокуроре, министре внутренних дел и СБУ. Эти люди тоже стали членами «семьи президента». Генеральный прокурор Украины г-н Пшонка и его сын собирали «дань» в виде взяток и «откатов» с бизнесменов. По этому поводу украинцы с присущим им юмором отметили, что главным деловым качеством украинского менеджера является не маркетинг, а «откатинг». Но откатинг-менеджерами могли быть только люди, близкие к правящей верхушке. В этом смысле членами «семьи Януковича» были еще и министр внутренних дел генерал Захарченко и глава Службы безопасности Украины Александр Якименко, главным делом которых было нахождение бизнесменов, готовых платить «семье» дань.

Собственно, именно после того, как на эти высшие государственные посты были назначены люди Януковича — Пшонка, Захарченко и Якименко, а министром по доходам и сборам стал Александр Клименко, возглавлявший еще и таможенную службу Украины, украинским олигархам стало ясно, что «семья президента» занимается «беспределом» и договориться с Януковичем по-доброму ни о чем нельзя. В когда-то лояльном Януковичу донецком клане началась необъявленная война президенту и его приближенным. Как предсказывал в 2012 году один из исследователей, и оказался удивительно точен в своих прогнозах, «резкое усиление клана «семья Януковичей», ущемляющего интересы олигархов-миллиардеров, приведет в 2013 году к резкому обострению отношений в Украине и прогнозируемым публичным противостояниям с целью попытки смещения клана Януковичей и его ближайших приближенных»[58].

В автократических странах связанный с властью бизнес процветает до тех пор, пока не рушится власть. Тогда валится и бизнес, и правящие партии. Не случайно, как только Янукович покинул пределы Украины, лидер фракции ПР в парламенте поспешил заявить, что ПР не имеет «ничего общего с семьей Януковича» и дистанцировался от своего патрона. Понятно, что, находясь при власти, «бизнесмены», купившие себе места под самой «крышей», пытаются, пока они при власти, быстро обогатиться и вывезти свои капиталы за рубеж, диверсифицировать их и спрятать под чужими именами. Во времени они сильно ограничены, им это понятно. Пока Кучма, Тимошенко и Янукович были у власти, их окружение сказочно обогатилось, выбивая финансовую базу из-под ног своих противников или даже сажая их в тюрьму. Пример с Ю. Тимошенко (в России в роли Тимошенко был Михаил Ходорковский) в этом смысле был самым наглядным. То, что дело ее было политическим, понимали все. То, что правящая «семья Януковича» пыталась развалить ее бизнес, было не менее очевидно. На этом фоне абсолютно бессмысленным был вопрос о том, совершала ли Юлия Тимошенко экономические преступления с точки зрения действующего уголовного законодательства Украины (таким же бессмысленным был вопрос о том, совершал ли Ходорковский преступления с точки зрения действующего уголовного законодательства России).


Днепропетровская группа

Днепропетровский клан в отличие от донецкого начал формироваться еще при Леониде Брежневе — Генеральном секретаре ЦК КПСС, уроженце Днепропетровска. Клан этот занимал ведущие партийно-политические посты как в Москве, так и в Киеве. В 1960—70-е годы по Москве ходил анекдот о трех этапах российской истории — допетровском, петровском и днепропетровском. Более половины кадрового потенциала украинской партийно-номенклатурной власти составляли днепропетровцы. Владимир Щербицкий — первый секретарь ЦК Компартии Украины, Валентина Шевченко и Алексей Ватченко, возглавлявшие в разное время украинский Верховный Совет в застойные советские времена, были из Днепропетровска. Если опорой донецких были шахты и металлургические предприятия, то днепропетровцы полагались на военно-промышленный комплекс региона.

После объявления независимости Генеральный директор «Южмаша» Леонид Кучма стал премьер-министром страны, и дела днепропетровцев пошли вверх. Будучи еще комсомольцем, Александр Турчинов — заведующий отделом пропаганды и агитации Днепропетровского обкома комсомола — помогал молодому и энергичному молдавскому парню из села Дрэгэнешть Лазовского района Молдавской ССР Сергею Тигипко (оба учились в Днепропетровском металлургическом институте) стать первым секретарем Днепропетровского обкома комсомола. Последний в свою очередь помог пока еще никому не известной, но достаточно энергичной, привлекательной и самолюбивой Юле Тимошенко поставить на ноги бизнес видеосалонов в Днепропетровске. То, что С. Тигипко переехал в Днепропетровск и вошел в днепропетровский клан, неудивительно, поскольку его отец, Леонид Тигипко, был секретарем Днепропетровского горкома Компартии Украины. Понятно, что с помощью отца С. Тигипко сумел основать и возглавить финансовую империю — группу «ПриватБанк», ставшую финансовой опорой днепропетровского клана Украины.

В 1992—1993 годах в результате массовых забастовок шахтеров донецкие во главе с Ефимом Звягильским на некоторое время потеснили днепропетровцев, использовав игру на валютных курсах и перетянув на себя часть финансовых потоков страны. Однако на счастье днепропетровцев ставший президентом в 1994 году Кучма вернул позиции своих земляков в центре и на местах. В Киев Кучма «подтянул» своих соратников — Владимира Горбулина, ставшего секретарем Совета национальной безопасности и обороны; Валерия Шмарова, первого и единственного министра обороны из числа гражданских; Владимира Яцубу — партийного функционера, ставшего заместителем главы администрации президента Кучмы, а затем и министром; Леонида Деркача, возглавившего таможенный комитет, а затем Службу безопасности Украины. Деркач даже основал в своем родном городе Академию таможенной службы Украины. В итоге к концу 1996 года днепропетровский клан доминировал во всех ветвях государственной власти.

Особую роль среди «днепропетровцев при власти» играл назначенный премьер-министром в мае 1996 года бывший губернатор Днепропетровской области Павел Лазаренко, начавший формировать в правительстве свою группу, контролирующую топливно-энергетический комплекс страны. Лазаренко включил в свою команду Сергея Тигипко, ставшего вице-премьером, и Юлию Тимошенко, возглавившую «Единые энергетические системы Украины». В парламенте Лазаренко основал депутатскую фракцию «Единство». Но сам Кучма к этому времени стал тяготиться усилением влияния Лазаренко и в июле 1997 года отправил его в отставку. Тогда Лазаренко перешел в оппозицию Кучме, создал свою партию — «Громаду» — и в 1998 году прошел в парламент и возглавил в Раде партийную фракцию.

Дальнейшая судьба Лазаренко стала поучительным примером и для бизнесменов-политиков, конфликтующих с властью, и для правителей, планировавших расправиться со своими конкурентами политиками-бизнесменами. 9 февраля 1999 года Генпрокурор Украины потребовал от Верховной Рады лишить Лазаренко парламентской неприкосновенности. 15 февраля под угрозой ареста Лазаренко покинул Украину. 17 февраля 310 депутатов из 450 проголосовали за лишение Лазаренко депутатской неприкосновенности и дали согласие на его арест. 20 февраля по требованию украинских властей Лазаренко был задержан в аэропорту Нью-Йорка, но обратился к американским властям с просьбой о предоставлении политубежища. Вместо убежища Лазаренко в 2000 году вручили обвинения в вымогательстве, отмывании денег и мошенничестве. Объем средств, переведенных Лазаренко в США, оценивался в 114 млн долларов, и американская прокуратура потребовала заключить Лазаренко в тюрьму на срок до 18 лет и выплатить штраф в размере 66 млн долларов. Лазаренко посадили. Он вышел лишь в 2003 году, под залог в 86 млн долларов. С 2003 до 2009 года он оставался под домашним арестом.

В Калифорнии Лазаренко владел недвижимостью, и по этой причине судебный процесс по его делу проводился в Сан-Франциско. В 2006 году все деньги на его счетах (порядка 477 миллионов долларов) были заморожены, а 25 августа 2006 года он был приговорен к девяти годам тюремного заключения и штрафу в 10 млн долларов. Чуть позже по решению судьи сумма доказанных финансовых злоупотреблений сократилась примерно на 5 млн долларов, и из обвинения исчезли наиболее скандальные эпизоды, связанные с деятельностью компании Юлии Тимошенко «Единые энергетические системы Украины». Все эти годы его адвокаты подавали апелляцию за апелляцией. Когда эти возможности были исчерпаны, Лазаренко поместили в федеральную тюрьму США.

Для Кучмы Лазаренко представлял угрозу даже под стражей. Украинские власти неоднократно обращались к США с просьбой о выдаче Лазаренко, однако американская сторона отказывала, ссылаясь на отсутствие между Украиной и США договора об экстрадиции. В марте 2006 года на украинских местных выборах Лазаренко был заочно избран в Днепропетровский областной совет от «Громады». Но Центральная избирательная комиссия Украины отказалась зарегистрировать его кандидатом в депутаты, и «Громада» отказалась принимать участие в парламентских выборах 2007 года. В октябре 2012 года из американской тюрьмы Лазаренко подал запрос на участие в очередных выборах в Раду. В регистрации ему снова было отказано, но не из-за совершенных им преступлений, а потому, что он не жил в Украине последние пять лет.

1 ноября 2012 года Лазаренко был переведен из федеральной тюрьмы в иммиграционную. Американские власти посчитали срок его заключения исчерпанным, но оставили за собой право определить, может ли он, как бывший преступник, продолжать находиться в стране. Лазаренко поместили в тюрьму для иммигрантов неподалеку от городка Аделанто в Калифорнии. Ему были разрешены 30-минутные свидания с родственниками через стекло, без права получать передачи. Правда, сам Лазаренко мог заказывать продукты и личные вещи, кроме видеоигр. Тогда же в связи с ранее выдвинутым против него обвинением в мошенничестве и отмывании денег, был конфискован его калифорнийский дом, оцененный в 6,6 млн долларов. Слушание его иммиграционного дела было назначено на май 2013 года.

Тем временем бывшая подчиненная Лазаренко Юлия Тимошенко уверенно продолжала дело своего шефа. Она продолжала контролировать деятельность ЕЭСУ и создала собственную фракцию «Батькивщина», взамен развалившейся из-за ареста Лазаренко «Громады». Днепропетровский клан, как и ранее донецкий, распался на несколько групп. В «президентскую команду» Кучмы вошли Олег Дубина (первый вице-премьер), Иван Кириленко (министр аграрной политики), Юрий Смирнов (министр внутренних дел), Валерий Пустовойтенко (премьер-министр и министр транспорта), Иван Сахань (министр труда и социальной политики), Александр Шлапак (министр экономики), Владимир Яцуба (госсекретарь Ка­бинета Министров). К «семерке» с декабря 1994 года примыкал председатель Верховного Суда Украины Виталий Бойко. Правда, вместе всех их можно было видеть разве что на светских раутах, да на футбольных матчах.

Бывший руководитель СБУ Леонид Деркач и его сын Андрей особых позиций в бизнесе не сохранили. У Андрея Деркача остались некоторые позиции в сфере СМИ. Он активно лоббировал интересы российских компаний в Украине вместе с миллиардером и бывшим кандидатом в президенты Вадимом Рабиновичем. В частности, они помогли «Сибирскому алюминию» Романа Абрамовича и Олега Дерипаски завладеть Николаевским глиноземным комбинатом.

Бывший президент Леонид Кучма удержался на плаву прежде всего потому, что его зять Виктор Пинчук контролировал продажу газа и прокат труб в Украине. Его концерн «Интерпайп» контролировал деятельность ряда трубопрокатных заводов Днепровского региона и предприятий черной металлургии. «Интерпайпу» также принадлежали контрольные пакеты акций Никопольского ферросплавного завода и ряда горно-обогатительных комбинатов. Как и положено олигархам, Пинчук владел также частью медиарынка (сотовым оператором «Киевстар» и газетой «Факты»). Приобретенный с помощью своего тестя крупнейший в Восточной Европе «Криворожсталь», был, однако, утерян во время президентства Ющенко и правления Тимошенко, возглавлявшей правительство при Ющенко.

Благодаря связям бывшего президента Пинчук проводил важнейшие бизнес-форумы в Ялте, куда приглашались не только крупнейшие международные компании и медиа-холдинги, но и известные мировые политики. Понятно, что такого не мог позволить себе ни один другой украинский олигарх. Группа Пинчука имела тесные связи с российской прокремлевской «Альфа-групп» Михаила Фридмана и Петра Авена и Могилевским металлургическим комбинатом в Белоруссии.

Пожалуй, самые серьезные позиции занимала группа Ю. Тимошенко. Имея непомерные политические и экономические амбиции, она не побоялась восстать против президента Кучмы, спровоцировала ряд политических скандалов и фактически возглавила оппозиционную «Нашу Украину», формальным лидером которой был Виктор Ющенко. Ей удалось стать премьер-министром Украины, вернуть могущество своей газовой империи, забрать у группы Пинчука (фактически Кучмы) «Криворожсталь» и продать ее на открытом аукционе индийским братьям-олигархам. Никто, как Юлия Тимошенко, не знал так тонкости российского политеса и не умел периодически договариваться со всеми и обо всем. При всей обворожительности ее натуры, Юлия Владимировна не могла идти на компромиссы — ни в сфере бизнеса, ни в сфере политики. В этом она походила только на одного человека — премьер-министра и президента России Владимира Путина. У обоих был один и тот же принцип обмена мнениями: заходишь со своим мнением, уходишь — с моим.

По этой причине основной задачей донецких, пришедших к власти во главе с Януковичем, было разрушить газовую империю Тимошенко и скомпрометировать ее как политика. Повод для этого нашелся: газовые договоры с Россией по заоблачным ценам. Дальше все оказалось в руках украинского правосудия, которое, как всегда, справилось с поставленной перед ним задачей. В результате Юлия Тимошенко была приговорена к семи годам заключения, а ее бизнес между собой стали делить ее тюремщики.

Еще одной днепропетровской группой была группа «Приват» во главе с Игорем Коломойским, Геннадием Боголюбовым и Алексеем Мартыновым. При Януковиче она сумела не только удержать, но и усилить свои позиции. В группу входили не только банк с одноименным названием, но и более 100 предприятий в Украине и за ее пределами. Начав с продажи оргтехники и импорта кроссовок и телефонов, группа постепенно начала скупать активы металлургических, ферросплавных и нефтеперерабатывающих предприятий. Благодаря связям Игоря Коломойского, братьев Суркисов и Виктора Медведчука группа «Приват» скупила 40% акций «Укрнафты», поставив во главе своего человека. Кроме этого, группа стала собственником компании «Прикарпатнефть». Шуточный девиз Коломойского «я не плачу налогов и не возвращаю долги» стал девизом всей группы. Ей даже удалось невозможное — отобрать у россиян Кременчугский нефтеперерабатывающий завод.

После прихода к власти оппозиции Игорь Коломойский предложил себя в качестве губернатора Днепропетровской области с целью навести там порядок и спокойствие, что ему удалось сделать частично, и этим Коломойский гарантировал себе и своей группе возможность влиять на будущую украинскую политику.

Глава 13.

Кому принадлежит Крым?




Еще в ноябре 2013 года прежнее руководство Крыма выступило в поддержку позиции президента Украины Виктора Януковича и правительства Азарова и высказало «озабоченность» действиями оппозиции, угрожающими политической и экономической стабильности в стране. Буквально на следующий день после разгона Евромайдана в Киеве, 21 ноября, Верховный Совет Крыма поддержал решение Януковича приостановить подписания соглашения об ассоциации Украины с ЕС и призвал население полуострова «укреплять связи с Россией».

В первых числах декабря крымский парламент и правительство Крыма приняли ряд воззваний к руководству Украины с требованием навести порядок в стране и ввести чрезвычайное положение, а 3 декабря президиум Верховного Совета Крыма предложил президенту Украины и кабинету министров рассмотреть вопрос о возможности вступления Украины в Таможенный союз (ЕврАзЭС), возглавляемый Россией. Прорусски настроенные общественные организации Крыма, в частности партия «Русский блок», в рядах которого было немало агентов ФСБ, призвали к формированию на полуострове и, в частности, в Севастополе отрядов самообороны с целью защитить город и в «случае государственного переворота» выйти из состава Украины. Так называемый Севастопольский координационный совет уже тогда призвал к созданию федеративного государства Малороссия с политической ориентацией на Россию. В общественное сознание местного населения на протяжении многих лет внедрялась идея, что Крым — исконно русская земля и что полуостров по праву принадлежит России.

Однако заглянем в историю. Самым древним населением Крыма по мнению ученых следует считать киммерийцев, заселивших Северное Причерноморье в VIII—VII веках до н. э., а также тавров (отсюда — и название края — Таврида), живших, по словам Геродота, «войной и грабежом» в период с VI по I века до н. э. После нашествия гуннов (375 год н. э.) и падения Боспорского царства постепенно, начиная с IV—V веков н. э., восстанавливалась власть Римской (Византийской) империи. В последующие века Крым захватывали хазары, а потом армяне, образовавшие ряд своих колоний уже в XII—XV веках.

С 1239 года крымские земли, завоеванные монголо-татарами, становятся частью Золотой Орды, а с середины XV века начинаются войны генуэзцев с христианским княжеством Феодоро (или Готия), состоящим из крымских готов, греков и аланов, за земли южного Крыма. При этом татары мирно сосуществовали, торгуя с прибрежными генуэзскими факториями (Генуэзская крепость была в Судаке). В этот же период, в восточную часть Крыма заселилось и множество адыгов[59].

Уже в тот исторический период население крымского полуострова представляло собой различный спектр народов, населявших эти земли: кыпчаки (половцы), готы, греки, аланы, армяне и даже русины, поселившиеся в городах. Чуть раньше, до разгрома Хазарского каганата в Х веке, здесь проживали и исповедовавшие иудаизм караимы, часть которых вместе с татарами позже была переселена в Литовское княжество. Потомки их ныне живут в Литве и Гродненской области в Беларуси.

Население, населявшее так называемый Крымский Юрт, все больше стремилось к независимости от золотоордынских ханов, власть которых к началу XV века начала ослабевать. При поддержке Литовского княжества и местной крымской знати в 1441 году было образовано самостоятельное крымское ханство во главе со своим первым ханом Хаджи Гиреем I, правившим Крымом до 1466 года.

Хаджи Гирей I предположительно родился в городе Лида (Беларусь), так что белорусы с полным правом тоже могут претендовать на Крым. С 1478 года вплоть до 1774 года, на протяжении почти трех веков, территория Крыма находилась под властью Османской империи, правители которой строго следили за состоянием дел в Крымском ханстве и взимали все причитавшиеся налоги. Османы держали в Крымском ханстве свои гарнизоны и чиновничий аппарат. Правила ханством династия Гиреев, причем власть переходила от одного родственника к другому достаточно часто, обычно в результате интриг, убийств и переворотов.

Обладая определенной самостоятельностью в Османской империи, Крымское ханство служило своеобразной буферной зоной между Турцией и Московией, ведя постоянные опустошительные набеги на русские земли, угоняя рабов, которых продавали на невольничьих рынках Востока. Претендуя на Поволжье и Астрахань, крымские ханы осмелились напасть даже на Москву, сжечь ее в 1571 году и взять в плен более 50 тысяч русичей. Вплоть до времен Петра Великого (с некоторыми перерывами) Русь платила дань крымским ханам, находившимся под протекторатом Порты.

Правление хана Ислам Гирея III (1644—1654) совпало с эпохой Богдана Хмельницкого и присоединения Малороссии к России. Хан оказывал военную помощь украинскому гетману Хмельницкому в Освободительной войне с Польшей. Через него гетман вел тайные переговоры о протекторате Османской империи над Украиной, ничем, однако, для Украины не завершившиеся.

В годы правления Селим Гирея I (1671—1678) Крымское ханство воевало вместе с турками сначала против Польши, затем против России. Но война с Россией шла неудачно, и после безуспешной осады Чигирина в 1677 году Селим-Гирей был лишен ханского престола и сослан на остров Родос, а на его место был посажен Мюрад Гирей I (1678—1683), которому пришлось продолжать войну с русскими. В 1678 году Чигирин был взят, а в 1684 году на ханский трон снова взошел Селим Гирей I, правивший до 1691 года, затем с 1692 по 1699 годы и в 1703—1704 годах.

После Полтавской битвы 1709 года, в 1710 году, между крымским ханом Девлетом Гиреем II, преемником Ивана Мазепы Пилипом Орликом и запорожцами был заключен договор о борьбе Украины за освобождение от московского владычества. Крымский хан обещал способствовать отделению Левобережной Украины от Московского государства и ее присоединению к Правобережной Украине с целью воссоздания единого независимого украинского государства. Но хотя Россия и представляла теперь для Крымского ханства непосредственную угрозу, неудачный Прутский поход Петра в 1711 году притормозил по крайней мере на четверть века намерения России овладеть Крымом и выйти на Азов[60].

Во времена русско-турецкой войны 1735—1739 годов, когда Крымское ханство было вынуждено воевать на стороне Турции против Персии, российская армия, воспользовавшись этим, в 1736 году разорила столицу Крымского ханства Бахчисарай, перебив местное население. Через год российская армия снова вступила в Крым и опустошила его, что стало для ханства национальной катастрофой. Хан Менгли Гирей (1725—1730; 1736—1741) задумал отомстить России, но поход его против России в 1738 году окончился неудачно.

В 1768 году Крымское ханство приняло участие в войне против России на стороне Турции. Основной целью войны для России было получение выхода к Черному морю. Турция же рассчитывала получить Подолию и Волынь, расширить свои владения в Северном Причерноморье и на Кавказе, захватить Астрахань и установить протекторат над Речью Посполитой. В ходе войны русская армия под командованием Петра Румянцева и Александра Суворова разгромила турецкие войска в битвах при Ларге, Кагуле и Козлуджи, а средиземноморская эскадра русского флота под командованием Алексея Орлова и Григория Спиридова нанесла поражение турецкому флоту в Хиосском сражении и при Чесме. 21 июля 1774 года Османская империя подписала с Россией Кючук-Кайнарджийский договор, по которому Крымское ханство формально обрело независимость под протекторатом России. Турция выплатила России контрибуцию в 4,5 млн рублей и уступила России северное побережье Черного моря вместе с двумя важными портами. В состав Российской империи вошли теперь Северный Кавказ и Новороссия.

Сторонников России в Крыму было мало, поэтому «избранный» на Кубани прорусски настроенный Шагин Гирей (командир Кубанской орды) был водворен с помощью русских войск и ногайцев в Бахчисарае в качестве крымского хана, ставшего последним ханом в истории Крыма. Желая укрепить российское влияние в Крыму, командовавший в то время российскими войсками в Крыму Суворов переселил в Азовскую губернию против их воли часть христианского населения: в том числе греков в Мариуполь, а армян в Нахичевань, построив при этом так называемую Днепровскую защитную линию от набегов крымских татар, состоящую из семи крепостей, простиравшихся от Днепра до Азовского моря[61].

Несмотря на реформы, проводимые Шагин Гиреем, крымчане так и не смирились с прорусским ставленником, пытавшимся реорганизовать управление в Крымском ханстве по российскому образцу. Против него восстали даже его братья, не говоря уже о простых крымчанах. Оказавшись свергнутым, Шагин Гирей обратился за помощью к России. Екатерина Великая отправила князя Потемкина подавить восстание и присоединить Крым к России, что и было сделано в 1782—1783 годах. Изданный в 1783 году манифест Екатерины присоединил Крымское ханство и Таманский полуостров к Российской империи, а отрекшийся от престола Шагин Гирей поселился первоначально в Тамани, а затем в Воронеж и Калугу. Эмигрировав в Османскую империю в 1787 году, Шагин Гирей был выслан на остров Родос, а затем казнен по приказу турецкого султана Абдул-Хамида I.

В 1791 г. по условиям Ясского мира Турция вынуждена была признать аннексию Крыма. С 1802 года Крым вошел в состав новообразованной Таврической губернии Российской империи, в которую вошли три материковых уезда и пять уездов полуострова. Как таковая, Таврическая губерния просуществовала вплоть до окончания гражданской войны в советской России 1921 году. Ранее, в XIX веке, в результате Крымской войны 1853—1856 годов, Россия потеряла право держать флот на Черном море и строить военные арсеналы на черноморском побережье, но сумела удержать ряд крымских городов, в частности Севастополь.

После Февральской и Октябрьской революций 1917 года, в результате распада Российской империи, Крым первоначально не входил в состав новообразованной Украинской Народной республики. Однако после прихода к власти в Украине гетмана Скоропадского и оккупации Украины германскими войсками Крым вошел в состав Украинской Державы, и по условиям Брестского мира 1918 года Советская Россия вынуждена была признать Крым украинской территорией.

РСФСР вела переговоры с Украиной, в том числе и относительно крымских территорий, но присутствие германских войск в Украине отодвинуло планы советской власти завладеть полуостровом на неопределенное время. Разразившаяся в советской России гражданская война привела к многочисленной смене на территории Крыма различных правительств «белого» и «красного» толка. В Крыму провозглашалась и Советская Социалистическая Республика Тавриды, и Крымская Советская Социалистическая Республика.

Однако в историю гражданской войны Крым вошел прежде всего как последняя территория, удерживаемая Белой Добровольческой армией под командованием генерала барона Петра Врангеля. В ночь на 8 ноября 1920 года Южный фронт Красной армии под общим командованием М. В. Фрунзе начал генеральное наступление, целью которого было взятие Перекопа и Чонгара, и прорыв в Крым. В наступлении были задействованы части 1-й и 2-й Конных армий, а также 51-я дивизия Василия Блюхера и армия Нестора Махно. Командовавший обороной Крыма генерал Александр Кутепов не смог сдержать наступления, и красные с тяжелыми потерями прорвались в Крым.

Остатки белых частей, приблизительно 100 тыс. человек, были эвакуированы из Крыма в Константинополь. И врангелевская крымская эвакуация надолго стала в военной истории примером образцовой морской эвакуации армии: во всех портах был абсолютный порядок, и все желавшие смогли попасть на пароходы. А генерал Врангель перед тем, как покинуть Россию, лично обошел все русские порты на миноносце, чтобы убедиться, что пароходы, везущие военных и беженцев, готовы выйти в открытое море.

После захвата Крымского полуострова большевики провели в Крыму массовые аресты и расстрелы. По оценкам советских историков в период ноября 1920 — марта 1921 года были казнены от 52 до 56 тысяч человек. По оценкам зарубежных историков — от 60 до 120 тысяч.

В октябре 1921 года в составе РСФСР была образована Автономная Крымская Советская Социалистическая Республика. А в конце 1922 года было объявлено об образовании Союза Советских Социалистических республик, основными территориальными единицами которого стали РСФСР и советская Украина. Однако и после 1922 года территориальные изменения в РСФСР и УССР производились. Так, в состав Украины в Донецкую губернию был включен Таганрогский округ, возвращенный в РСФСР только в 1925 году.

В ходе Второй мировой войны в Крыму произошли новые трагические события. По обвинению в сотрудничестве с немецкими оккупантами в мае-июне 1944 года из Крыма были насильственно депортированы крымские татары, армяне, болгары и греки. А после окончания Второй мировой войны автономия Крымской Советской Социалистической Республики была упразднена; практически все татарские, греческие и болгарские населенные пункты были переименованы на русский лад. В июне 1946 года была образована Крымская область в составе РСФСР, а город Севастополь был выделен в отдельный административно-хозяйственный центр.


1954: Передача Крыма Украине

История передачи Крыма из состава РСФСР в состав УССР уже обросла многочисленными и зачастую противоречивыми легендами. Реальность оказалась значительнее прозаичнее. Близился 1954 год — год «300-летия воссоединения Украины с Россией». КПСС и советское правительство решили отметить этот знаменательный юбилей подарком для Украины: братской республике решили подарить Крым, который был получен советской Россией в 1921 году, в конце гражданской войны. Идею дарения Крыма приписывают Никите Хрущеву, выходцу с Украины, который, еще будучи первым секретарем ЦК Компартии Украины, дескать, обдумывал этот план, осуществленный в канун юбилея.

25 января 1954 года на заседании Президиума ЦК КПСС под председательством Георгия Маленкова протоколом № 49 был утвержден проект Указа Президиума Верховного Совета СССР о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР в следующей формулировке:

«Учитывая общность экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи между Крымской областью и Украинской ССР, Президиум Верховного Совета РСФСР постановляет: передать Крымскую область из состава РСФСР в состав Украинской ССР».

19 февраля 1954 года был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР (на котором председательствовал Климент Ворошилов) о передаче Крыма из состава РСФСР в состав УССР. Правда, перед заседанием Президиума Верховного Совета СССР состоялось заседание Президиума Верховного Совета РСФСР, на котором решение было принято «единогласно», а выступивший против передачи области Украине первый секретарь Крымского обкома партии был снят с должности и переведен «на повышение» заместителем министра сельского хозяйства РСФСР в Москву. Позже был принят Закон СССР от 26 апреля 1954 года «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР».

Ни под одним из этих документов не стояла подпись Хрущева.

На ближайшей 5-й сессии Верховного Совета РСФСР 3-го созыва, 2 июня 1954 года делегаты единогласно проголосовали за приведение российской Конституции в соответствие с общесоюзной; закон «О внесении изменений и дополнений в статью 14-ю Конституции (Основного Закона) РСФСР» был опубликован, и все вопросы, касающиеся законности оформления передачи Крымской области с точки зрения советского законодательства были закрыты.

Не следует считать, что это была единственная передача территории одной советской республики — другой. Мы упоминали уже отъем Таганрогского округа в пользу России в 1925 году. Но кроме этого, Карельская АССР была передана в состав Карело-Финской ССР; Молдавская АССР, находившаяся в составе Украины, была передана во вновь образуемую Молдавскую ССР. Механизмы были использованы те же: согласие на изменение границ и состава административно-территориального деления было получено на 3-й сессии Верховного Совета РСФСР 1-го созыва 2 июня 1940 года. Поэтому, если признавать за советским правительством право на пересмотр границ внутри СССР, следует отметить, что с правовой точки зрения передача Крымского полуострова из состава РСФСР в состав Украинской ССР в 1954 году была произведена законно.

Причины передачи Крыма Украине кроются не в юридической казуистике. Они диктовались экономической целесообразностью. После депортации в 1944 году коренных народов Крымского полуострова — татар, греков, армян и болгар, ведших преимущественно сельскохозяйственный образ жизни, привыкших выращивать урожаи в засушливых степных условиях, переселенцы из российской глубинки не имели опыта ведения хозяйства в подобных условиях, да и не желали заниматься этим достаточно тяжелым трудом. Попытка переселенцев-россиян выращивать в степном Крыме традиционную для них картошку и капусту успеха не имела. А за садами и виноградниками ухаживать они не умели.

Многие россияне переселялись с учетом пенсионного возраста, чтобы на старости погреть косточки на крымском солнышке. Привыкшие в основном жаловаться, люди писали о неустроенности, о нехватке жилья и продовольствия. Регион становился депрессивным. Кроме того, в этот период началось строительство грандиозного по тем временам Северо-крымского водоканала от Каховского водохранилища на Днепре. Вести финансирование подобных масштабных гидротехнических работ было удобнее в рамках одной союзной республики.

Таким образом, когда Владимир Путин в марте 2014 года во время подписания договора о принятии Республики Крым в состав Российской Федерации подчеркнул, что инициатором передачи Кры­ма Украине «был лично Хрущев», стремившийся заручиться под­держкой украинской номенклатуры или загладить свою вину за организацию массовых репрессий на Украине в 1930-е годы», президент России проявил абсолютное невежество: в 1954 году Хрущев единолично не мог решать судьбу Крыма.

В июле 1990 года, после принятия Декларации о независимости Украины, последняя вышла из состава СССР вместе с Крымом, и в России по этому поводу протестов слышно не было. Факт передачи Крымской области был подтвержден затем двусторонним Российско-Украинским договором от 19 ноября 1990 года, по которому стороны взаимно отказались от территориальных претензий, и закреплен в договорах и соглашениях, подписанных правительствами стран СНГ. В феврале 1991 года по результатам референдума была восстановлена Крымская АР (в составе Украины).

После подписания Беловежских соглашений о расформировании СССР 8 декабря 1991 года осторожный Кравчук на всякий случай спросил у Ельцина: «А что будем делать с Крымом?» — «Да забирай!», — ответил Ельцин. Так что Крым был подарен Россией Украине к тому времени трижды: в 1954, 1990 и 1991 годах.

В подписанных договорах о дружбе и сотрудничестве между Украиной и Россией неоднократно декларировалась территориальная целостность Украины. В частности, 1 мая 1992 года прокоммунистический Верховный Совет РСФСР принял постановление № 2809-1, которое признавало постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 года «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР» «не имеющим юридической силы с момента принятия», ввиду того что оно было принято «с нарушением Конституции (Основного Закона) РСФСР и законодательной процедуры». Но даже это постановление предусматривало, что урегулирование вопроса о Крыме могло происходить лишь путем межгосударственных переговоров России и Украины с участием Крыма и на основе волеизъявления его жителей.

Буквально через несколько дней после принятия постановления от 1 мая 1992 года Верховный Совет РСФСР выступил с обращением к Верховной Раде Украины, в котором, отметив проблему государственной принадлежности Крыма, заверил украинцев в братском к ним отношении и в мирных намерениях:

«Сейчас в России ширится и укрепляется общественное мнение о принятии эффективных мер по защите государственных интересов Российской Федерации, выдвигаются требования о правовой оценке решений, связанных с передачей Россией Украине Крыма. Вынося сегодня этот вопрос на заседание Верховного Совета Российской Федерации, мы ни в коем случае не преследуем задачу выдвижения каких-либо территориальных претензий к Украине, братскому украинскому народу. Задача в другом — сказать о реальном крайне неблагополучном состоянии дел в самом Содружестве. Привлечь внимание общественности каждой из стран СНГ к реальной политике своих правительств, деятельность которых зачастую не учитывает стремления всех народов жить в мире и согласии с народами бывшего Советского Союза. Интересам народов отвечает всемерное укрепление Содружества и развитие интернациональных процессов.

Оставаясь приверженной принципу неприкосновенности границ, существующих в рамках СНГ, в том числе между Российской Федерацией и Украиной, Россия намерена строго придерживаться основополагающих принципов Устава ООН, СБСЕ, равно как и положений Минского соглашения о создании СНГ и Алма-Атинской декларации.

Верховный Совет Российской Федерации исходит из того, что диалог по данному вопросу должен развиваться цивилизованно, вести к поискам взаимопонимания, а не к обострению отношений в рамках Содружества и расшатыванию его устоев. В настоящий момент всем, кому дороги идеалы демократии и справедливости, необходимо проявить в отношении Крыма мудрость, ответственность и сдержанность, обеспечить строгое соблюдение прав всего населения Крыма, в том числе крымско-татарского народа.

Верховный Совет Российской Федерации обращается к президенту Украины, Верховному Совету Украины с призывом воздержаться от каких-либо действий, направленных на подавление свободного волеизъявления населения Крыма, имеющего в соответствии с международными нормами полное право самостоятельно определить свою судьбу.

Верховный Совет России от имени российских народов подтверждает свои дружеские чувства народам братской Украины, выражает надежду, что наш голос будет услышан и все вопросы российско-украинских отношений будут решаться мирным путем политических переговоров с целью достижения справедливых договоренностей, отвечающих интересам сторон и способствующих миру и согласию. Верховный Совет надеется, что такой же подход будет проявлен и со стороны Украины и ее высших органов власти»[62].

5 мая 1992 года Верховным Советом Крыма был принят акт о провозглашении государственной самостоятельности Республики Крым — создании суверенного государства Республика Крым. На следующий день, 6 мая, была принята Конституция Республики Крым, определившая Республику Крым как демократическое государство, а город Севастополь — как город с особым статусом и как неотъемлемую часть Крыма. 13 мая Верховная Рада Украины приостановила действие постановления Крымского Верховного Совета как противоречащее конституции Украины, а 21 мая Верховный Совет Крыма отменил свое же постановление от 5 мая. Вопрос о независимости Крыма был, таким образом, на время закрыт, хотя альтернативное название, напоминающее о суверенитете государства — Республика Крым — стало сосуществовать наряду с Крымской АР.

В 1993 году в Республике Крым была введена должность президента Республики, которую занял представитель пророссийского блока «Россия», возвративший своим указом действие Конституции Крыма 1992 года. Киев отреагировал на это в целом негативно. В сентябре 1994 года Верховная Рада Украины переименовала Крымскую АР (Республику Крым) в Автономную Республику Крым, а 17 марта 1995 года принял закон Украины «Об отмене Конституции и некоторых законов Автономной Республики Крым», в связи с чем были также отменены многие принятые ранее правовые акты Крымской власти и упразднена должность президента Республики Крым.

Принятая в 1995 году новая конституция полуострова отменяла институт президентства, но провозглашала суверенитет Крыма и предоставляла право Верховному Совету Крыма на принятие законов. В октябре 1998 году новая редакция конституции Автономной Республики Крым сделала крымскую конституцию полностью соответствующей Конституции Украины.

В марте 2014 года, после произошедшей в Киеве революции и бегства из страны Януковича, в Крыму был произведен государственный переворот. Россия ввела на полуостров дополнительные войска (часть войск уже находилась на крымских российских базах) и под дулами автоматов провела референдум, на котором по заявлению официальных российских лиц 82% избирателей высказались за независимость Крыма и его присоединение к России. Между тем по данным независимых экспертов на референдум явилось не более 50% избирателей (в некоторых районах Севастополя эта цифра достигала 80%), а за присоединение к России проголосовали не более 30%. При этом поражала стремительность, с которой развивались события: 16 марта был проведен референдум, 17 марта — объявлены результаты; 18 марта в Кремле состоялось подписание документов о включении Крыма в состав Российской Федерации. В обычной ситуации сделать все это столь быстро было бы невозможно, не говоря уже о том, что в России, например, не проводился референдум по вопросу о принятии Крыма в состав Российской Федерации. Очевидно, что сценарий оккупации Крыма и присоединения его к России в Кремле был заранее продуман и проработан, и российское правительство торопилось принять Крым в состав Российской Федерации до того, как раздадутся многочисленные протесты международной общественности и Украины.

Кремль настолько спешил с оккупацией Крыма, что преждевременно отлил медаль «За возвращение Крыма», на оборотной стороне которой был указан срок проведения операции: 20.02.2014—18.03.2014. 20 февраля в Украине у власти еще находился президент Янукович, и именно в это день в Киеве на Майдане произошел расстрел демонстрантов правительственными войсками. Назначенный на 16 марта крымский референдум 20 февраля был далекой формальной перспективой. Как же тогда нужно было воспринимать слова Путина о том, что Россия не готовилась к вторжению в Крым и приняла решение войти в Крым только 22 февраля, после «свержения легитимного президента Украины В. Януковича» (бежавшего именно в Крым, а уже из Крыма — в Россию).


2014: Захват Крыма Россией

К марту 2014 года Крым, конечно же, представлял собой лакомый кусочек, напрашивающийся на российскую агрессию. Россия уже имела в Крыму военно-морские базы и в общей сложности свыше 4600 объектов военной инфраструктуры, позволяющей ей в военном отношении контролировать полуостров. Наличие на этом известнейшем курорте бывшего Советского Союза огромного количества вилл и шикарных особняков создавало дополнительный стимул захвата для российских олигархов, чиновников и генералитета армии. Многочисленные крымские санатории и базы отдыха могли бы быть приватизированы окружением Путина или отданы в распоряжение российской номенклатуры.

На территории Крыма находятся огромные залежи нефти — 10 нефтяных месторождений с запасом в 47 млн тонн; газа — 27 газовых месторождений с запасом в 165,3 млрд кубометров; 7 месторождений с 18,2 млн тонн газового конденсата. Кроме того, на шельфе Черного моря находятся еще 5 месторождений газа и 3 газоконденсатных месторождения; на Азовском шельфе — 6 газовых месторождений. Ресурсы сланцевого газа на шельфе Крыма Украина оценивала в 40 млрд долларов. Были и другие полезные ископаемые: железная руда, минеральные соли, строительное сырье...

Однако экономические моменты отступали перед имперскими, политическими и геополитическими. Оккупация Крыма российской армией в марте 2014 года стала первым этапом грандиозного плана президента Путина по воссозданию Российской империи. Любой серьезный стратегический план всегда состоит из многочисленных блоков. Одним таким блоком было присоединение Украины к России. Другим — присоединение Беларуси (Белоруссии). Третьим — захват Прибалтики. Были и какие-то другие части, о которых пока что можно только догадываться. Например, довольно много в последнее время официальные лица России говорили о Приднестровье, куда иначе, как через Украину, не попасть. Присоединение Украины по изначальному плану Путина могло происходить поэтапно или одномоментно. Это был лишь вопрос технологий и военных возможностей: просчитать все заранее до марта 2014 года было сложно. Очень многие факторы были неясны: уровень сопротивления украинцев, уровень возмущения в мире, масштабы санкций против России, степень готовности российских солдат убивать украинцев и степень готовности украинцев умирать за свою страну.

Неожиданно для России, Украины, да и всего мира, Крым был сдан украинской стороной без боя. В марте 2014 года не сразу стало понятно, хорошо это или плохо, какой сигнал это посылает всем вовлеченным в конфликт сторонам: агрессору — России, с одной стороны, Европе и США — с другой. Абсолютно всеми бескровная сдача Крыма была расценена как слабость Украины и как ее молчаливое согласие с тем, что Крым является «исконной русской землей». Однако этот «сигнал» сослужил Путину плохую службу: президент России теперь не сомневался, что без боя будет сдана вся Украина. Российское правительство немедленно приступило к организации пророссийских восстаний в восточных районах Украины с требованием референдумов, проводимых на уровне регионов, по вопросу о присоединении восточноукраинских регионов к России. Предполагалось, что под влиянием беспорядков на востоке Украины Киев согласится на проведение референдумов в восточных регионах страны; что Россия признает результаты референдумов, если они окажутся в пользу России, или не признает — если они окажутся в пользу Украины. И в том, и в другом случае Россия сможет затем ввести в восточные регионы Украины войска под предлогом защиты прав русскоговорящего населения, как это ранее было сделано в Крыму. Российский генштаб планировал затем двинуть свои армии на юг Украины в направлении Одессы, наступая из Крыма и с востока, отрезать Украину от Черного моря, выйти к Приднестровью и объявить о создании нового государства, никогда ранее не существовавшего на карте: Новороссии.

Глава 14.

«Русская весна» в Кремле и на юго-востоке Украины




После крымских событий в марте 2014 года на юго-востоке Украины заговорили о бандеровской угрозе. Основанием для таких опасений послужили многочисленные заявления националистической партии «Свобода» и представителей «Правого сектора» о том, что после Киева они пойдут на восток. Однако ни в украинскую столицу, ни на восток правые партии не пошли. А на состоявшихся президентских выборах кандидат от «Правого сектора» получил 0,7% голосов (для сравнения украинский олигарх еврейского происхождения Вадим Рабинович получил 2,27% голосов избирателей, т.е. оказался в три раза популярнее).

Во время Евромайдана как в Киеве, так и на Востоке Украины проводились митинги сторонников Евромайдана, требовавших обуздать олигархию и свергнуть режим Януковича. Но с течением времени лозунги протестующих на юго-востоке стали меняться, хотя население регионов оставалось тем же. Юго-восток Украины становился базой для борьбы против «бандеризации» Украины, а процесс пробуждения там общественности получил название «Русской весны».

На самом деле «русская весна» была не чем иным, как российской диверсионной операцией, проводимой в Украине российскими спецслужбами с целью дестабилизации политической ситуации. С февраля 2014 года в операции «Русская весна» были задействованы три силы: местная российская агентура и агенты влияния; местные пророссийские «сепаратисты» и «ополченцы»; кадровые диверсанты спецподразделений российских ГРУ и ФСБ, из тех, что в советские времена засылались в Африку и Латинскую Америку для разжигания там мятежей и гражданских войн. Только говорить теперь можно было не на португальском или испанском, а на родном русском, что сильно упрощало работу диверсантов и усложняло борьбу с ними правоохранительных органов Украины. Своей промежуточной целью «русская весна» имела развязывание информационной войны, провоцирование межэтнических, межрелигиозных и межрегиональных столкновений и создание условий для введения в Украину российских войск для оккупации сначала части Украины, а затем и всей ее территории. Конечной политической и геополитической целью операции являлась ликвидация украинской государственности Украины.

Детонатором взрыва «русской весны» на юго-востоке Украины послужила поспешная отмена Верховной Радой Закона о региональных языках, дававшая русскоязычным украинцам практическую возможность использовать русский язык как официальный на юго-востоке Украины и в Крыму. Непродуманное решение украинских парламентариев в буквальном смысле взорвало Крым и юго-восток, и «русская весна» разлилась по Украине прежде всего под удобным для России лозунгом защиты русского языка и русскоязычного населения от «засевших в Киеве бандеровцев».

Кроме того, начатый в Киеве и на западе Украины процесс захвата сторонниками Евромайдана областных администраций, сноса памятников Ленину, расставленных по всей стране советским режимом и до сих пор не сносившихся, отстранения от власти губернаторов и мэров городов, самосуды и избиения, как, например, привязывание к «позорному» столбу губернатора Волыни, не были восприняты жителями восточных областей как справедливое, хотя до начала «русской весны» на востоке Украины Януковича и его донецкий клан тоже недолюбливали.

На этом фоне начатый 22 февраля 2014 года в Харькове на съезде местных органов власти «процесс объединения» юго-востока Украины получил распространение в Харьковской, Донецкой, Луганской и Запорожской областях. Радикальные элементы на юго-востоке теперь тоже стали захватывать областные администрации, здания Службы безопасности и МВД. Внешне протесты и беспорядки были зеркальным отражением аналогичных протестов в западной части Украины. Но содержание их было иное. На съезде в Харькове прозвучали призывы к местным органам власти взять власть в регионах в свои руки, и это было расценено Киевом как проявление сепаратизма. Сторонников этого движения стали теперь называть «сепаратистами», хотя ни на самом съезде, ни на первых демонстрациях в Харькове, Донецке и Луганске призывы к сепаратизму не звучали. Они раздались позднее — после того, как среди митингующих начали появляться молодые и агрессивные люди, прибывшие из России, в основном из приграничных с Украиной областей Российской Федерации — Белгородской, Воронежской и Ростовской.

Постепенно ситуация стала накаляться и выходить из-под контроля. Доходило до взаимных избиений. Агрессивность проявляли не столько евромайдановцы, сколько прорусски настроенные активисты, физически хорошо подготовленные к такого рода столкновениям. В битвах принимали участие не столько пророссийские общественные организации, сколько организации типа харьковского «Оплота», объединявшие в своих рядах спортсменов, профессионально занимавшихся боевыми единоборствами и умело орудовавших не только кулаками, но и бейсбольными битами. Впоследствии эти организации, как правило, уходили, например, в Донбасс и вливались в отряды местной самообороны, поддерживаемые российскими военными, переброшенными на юго-восток Украины из России и Крыма.

Митинги на юго-востоке принимали все более и более антиправительственный характер. Слышались постоянные призывы к свержению «киевской хунты» (этот термин был умело введен в оборот российской пропагандой) и присоединению к России. Состав «демонстрантов» коренным образом изменился. Они пополнились наемниками из России, отставными солдатами и офицерами из Крыма, местными пророссийски настроенными «ополченцами», нанимаемыми из местного населения за деньги, и даже уголовными элементами, освобожденными «сепаратистами» из тюрем.

Если на начальном этапе гражданские демонстрации на юго-востоке носили мирный характер, то теперь руководимые агентами российских спецслужб «демонстранты» превратились в организованные военные формирования, вооружаемые и финансируемые из источников непонятного происхождения. Под подозрением с одной стороны была Россия; с другой — скрывавшиеся в России бывший президент Украины Янукович и его люди.

Развернутая против Украины пропагандистская война российских СМИ поражала своей примитивностью и необъективностью. Но она оказалась достаточно эффективной, тем более что в этой пропагандистской войне активное участие на стороне России приняли многие видные деятели российской культуры. В противовес этому представители украинской культуры выступили с обращением к своим российским коллегам и друзьям с призывом «проявить уважение к стремлению украинского народа продолжить созидание своего государства на правовых основах после падения коррумпированного, замешанного на крови собственного народа» режима Януковича. «У нас нет фашистов, нет экстремистов, — говорилось в обращении. — Есть огромное желание жить в свободной стране. Мы призываем поддержать украинский народ в его праве отстоять свою независимость и помочь остановить войну между дружественным братским русским и украинским народами, остановить военное вторжение России на территорию Украины!»


Планы Путина

До свержения президента Януковича мало кто в Украине предполагал, что Россия может начать военное вторжение. Похоже, эту опасность не предвидели ни украинские военные, ни общество. Ситуация изменилась после российской оккупации и аннексии Крыма. Теперь российское вторжение на материковую Украину выглядело вполне реальными. Екатерина Горчинская, главный редактор издания Kyiv Post, опубликовала документ «О кризисе в Украине». По ее словам, это был полученный из надежного источника план оккупации Украины, разработанный в Совете безопасности России. Он предусматривал включение в состав России Крыма, одиннадцати украинских областей и Киева:

«Во-первых, только полное вхождение территорий русских областей Украины, а именно: Крыма, Луганской, Донецкой, Запорожской, Днепропетровской, Черниговской, Сумской, Харьковской, Киевской, Херсонской, Николаевской, Одесской областей в РФ может гарантировать мир, безопасность и процветание их населению, а также надежную защиту интересов России. Во-вторых, обеспечить реализацию этой задачи можно, лишь установив контроль над матерью городов русских, столицей Украины, городом-героем Киевом».

Документ был подготовлен задолго до начала беспорядков на востоке Украины и оккупации Россией Крыма, поскольку предусматривал разгон Майдана и роспуск Верховной Рады для установления единоличной власти Януковича. «Период хаоса» Россия планировала использовать в своих политических интересах, намереваясь, в частности, «обеспечить нейтрализацию наиболее видных представителей бандеровской оппозиции», провести «стабилизационные мероприятия» с целью создания благоприятных условий для углубления дальнейшего участия Украины в интеграционных процессах на территории СНГ и отстранения от власти сторонников вступления Украины в ЕС и НАТО.