Book: Никто, кроме тебя



Никто, кроме тебя

Джулия Кеннер

Никто, кроме тебя

Никто, кроме тебя

Лорин Маккенне, по многим причинам.

И Кэтрин Элизабет, которая украшает мою жизнь


Глава 1

— Мне нужен самый лучший, — заявила дама, стоящая в дверном проеме.

И вплыла в мой офис. Яркая юбка обрисовывала изгибы тела с той же тщательностью, с какой «феррари» повторяет извивы дороги в Швейцарских Альпах. Движения бедер посылали мне недвусмысленные сигналы азбукой Морзе — и в первое мгновение я готов был откликнуться на них, но потом передумал.

С такими дамами никогда не знаешь, чего ждать.

По ту сторону стола у меня стоит жесткое деревянное кресло для клиентов. Не слишком удобное, чтобы они не засиживались и поменьше болтали. Дама скользнула к креслу и уселась. Короткая красная юбка задралась до бедер, обнажив эластичный ажурный верх черных чулок.

Я втянул воздух и мысленно обругал себя за то, что купил это проклятое кресло.

— Говорят, вы как раз такой и есть, — проворковала она. — В смысле, самый лучший.

Я сосредоточился на движении ее губ, покрытых кроваво-красной помадой.

— Мне нужны вы, мистер Андерсон, — закончила она.

Андерсон? Черт, что еще за Андерсон?

— У вас неверные сведения, леди, — сказал я. Какая досада, однако! — Меня зовут Монрой. Филип Монрой. Частный детектив, к вашим услугам.

— Мистер Андерсон! — просочился сквозь дверь женский голос, сопровождаемый дробным стуком. — Эй! Есть тут кто-нибудь?

Дэвид Андерсон выключил микрокассетный магнитофон, и реальность накрыла его, словно влажное шерстяное одеяло. Он понятия не имел, что за женщина ломится к нему, но, судя по звуку, отступать она не собиралась.

— Уймитесь! — крикнул Дэвид и снял ноги со стола. — Я иду!

Он со стоном выбрался из кресла и обошел сосновый кухонный стол, превращенный им в письменный. Умудрился не свалить груду коробок, набитых записями классического рока на виниловых дисках и старыми теннисками, однако со стопкой лежащих рядом с диваном романов ему повезло меньше: «Суд — это я», «Месть — мое личное дело» и другие крутые детективы разлетелись по всему полу.

— Эй! — снова воззвал голос, на сей раз не так агрессивно.

— Секундочку!

Раздраженный тем, что его прервали, и собственной неуклюжестью, Дэвид задел ногой «Мой револьвер быстр[1]». Книга заскользила по полу и остановилась рядом с древней пишущей машинкой, которую периодически приходилось чинить. Чертовски хороший роман, он не заслуживает такого обращения. Дэвид подавил желание опуститься на пол и поднять книгу. Это можно будет сделать и после того, как он избавится от особы, которая стучится в дверь. Скорее всего, это свидетельница Иеговы. Или представительница герл-скаутов. Дэвид слегка нахмурился. Если верно последнее предположение, он заберет у нее коробку «Тин минтс[2]» и тут же выпроводит ее.

— Мистер Андерсон! Пожалуйста, откройте! Тут дождь.

Он преодолел оставшуюся часть полосы препятствий, которую называл полом, и добрался до двери. Распахнул ее — и перед ним предстала мокрая крыска в белых кроссовках и промокшем насквозь желтом летнем сарафане и, что характерно, рыженькая.

Не то чтобы он ожидал увидеть даму из того эпизода, над которым только что трудился, но эта пигалица даже отдаленно на нее не походила. В отличие от изящно причесанной женщины, вызванной из небытия его воображением, девица выглядела так, словно она не стала бы расчесывать свои не слишком длинные — до подбородка — кудри, даже если бы от этого зависела ее жизнь. И никакой облегающей юбки. Легкий сарафан доходил девчонке до щиколоток, не оставляя на виду ничего более соблазнительного, чем кружевные носки и белые кроссовки.

Нет, это была не роковая женщина, но наверняка и не герл-скаут. Какое разочарование! В особенности если учесть, что она оторвала Дэвида от того, что уже начинало развиваться в чертовски хороший эпизод. Ему очень давно не приходил на ум ни один хороший эпизод, а между тем он отчаянно нуждался в хорошем эпизоде (на самом деле даже в нескольких), если надеялся когда-нибудь продать свой роман.

С творческим процессом у него что-то не клеилось в последнее время, и этот день обещал быть не лучше предыдущих.

— Черт побери, — рявкнул он, прислоняясь к дверному косяку, — хватит с меня вашей стряпни.

— Прошу прощения?

Она широко распахнула глаза, изумрудно-зеленые, обрамленные длинными ресницами. Может, сама по себе эта женщина и выглядела более чем скромно, но у нее были чертовски красивые глаза. Дэвид добавил к своему мысленному счету один балл, доведя ее оценку до полутора баллов. Полбалла за рыжие волосы. Рыженькие всегда были его слабостью.

— «Тин минтс», — сказал он, будто это все проясняло.

Не утруждая себя дальнейшими расспросами, она бросила на него тот самый взгляд — присущий всем женщинам, но явно не сочетающийся с Y-хромосомами — и осторожно приблизилась к двери.

— Можно войти?

— Это зависит от того, кто вы такая и что продаете.

Она удивленно посмотрела на него, потом оглянулась по сторонам, как если бы ответ прятался где-то на ступеньках лестницы, ведущей в его крошечную квартирку.

— Ну… я Джейси Уайлдер.

В уголке сознания возникло неопределенное ощущение, будто это имя должно о чем-то ему говорить.

— Мне назначено? — добавила она с оттенком вопроса.

А-а. Клиентка. Понятно. Что ж, это очень кстати. Раздражение Дэвида пошло на убыль. Он, конечно, чертовски нуждался в хорошем эпизоде, но еще больше — в деньгах. В последнее время его успехи как детектива были примерно на том же уровне, что и писательские.

— Да. Все правильно. Извините. — Он отступил и пропустил ее внутрь. — Сегодня утром я, знаете ли, немного рассеян.

Она проскользнула мимо него.

— Я так и поняла.

Игнорируя этот довольно дерзкий ответ, он закрыл дверь и повел девушку через комнату. Гостиная одновременно служила офисом, поэтому Дэвид направился прямиком к дивану, стоящему перед письменным столом. Подушки были погребены под грудами романов Дэшила Хэммета, криминальными журналами и рецептами десертов, выдранных из рекламных страниц «Гурме» и «Фуд энд вайн». Дэвид смахнул все это на пол и жестом пригласил девушку сесть.

— Легкое чтиво? — спросила она.

— Что-то в этом роде.

Он вытащил из груды неглаженого белья полотенце и бросил ей — не потому, что его беспокоило состояние дивана, а из желания проявить вежливость.

— Спасибо. — Промокая лицо и одежду, девушка кивнула на книги. — Полагаю, это имеет смысл. Поскольку вы пишете документальные детективы и занимаетесь частными расследованиями, изучение «Мальтийского сокола» не помешает.

Прекрасно. Единственная клиентка, которую ему удалось подцепить, и та отпускает саркастические замечания.

— Детектив, — сказал Дэвид.

— Прошу прощения?

— Пять лет назад я написал «Крадущуюся смерть». Один документальный детектив за пять лет. Это не делает меня Джоан Роулинг от криминалистики, верно?

Ее глаза расширились, а губы поджались.

— Извините. Я не хотела задеть вас за живое.

Говорила она вежливо, но, судя по выражению лица, сочла его психом.

Наверное, не стоило давать ей такой отпор, но Дэвиду до смерти надоело, что все почему-то уверены: раз он написал один документальный детектив, значит, ему ничего не стоит написать второй. Может, он и нуждается в деньгах — черт, он еще как в них нуждается! — но вот в чем он совсем не нуждается, так это в бесконечных допросах свидетелей, изучении протоколов судебных заседаний и многочасовом протирании штанов в зале суда. И конечно, существовала еще одна маленькая проблема, суть которой сводилась к тому, что, даже если бы он имел склонность проделывать все это, пока ему писать было не о чем.

Не желая вдаваться в объяснения, Дэвид просто сказал:

— Сейчас я частный детектив. Это то, чем я занимаюсь.

Не совсем правда, вообще-то, однако лишь три человека знали, что он работает над романом: его агент, его тетя Милли и — спасибо длинному языку тети Милли — его друг Финн. Тетя была убеждена, что Дэвид станет вторым Ф.Скоттом Фицджеральдом. Агент донимала его разговорами о том, что следует забыть о романах, поработать с насильниками и убийцами и выдать «на гора» очередной кровожадный документальный опус. Финн, слава богу, никаких советов по указанному поводу не давал.

Конечно, у Дэвида не было намерений излагать все это кому-то вроде Джейси Уайлдер, да она и сама не проявляла особого интереса. Ее, похоже, больше волновало, в своем ли он уме. Черт, его и самого это волновало — по крайней мере, половину времени.

Она облизнула губы и покрепче вцепилась в свою сумку.

— Ммм… Похоже, я пришла не вовремя?

Это соответствовало действительности, но вины девушки в том не было. Дэвид взмахом руки отмел ее вопрос и потер лоб, пытаясь вспомнить, почему она явилась именно сейчас.

— Подождите секундочку, ладно?

Он уселся за письменный стол, взглянул на лист записей и в верхнем левом углу обнаружил: «Джейси Уайлдер, 12.15».

— Послушайте, теперь мне совершенно ясно, что я пришла в неподходящий момент. — Девушка встала и сунула сумку под мышку. — Почему бы вам просто не назначить мне другое время?

Вялый мозг Дэвида пробудился к жизни. Единственный за последний месяц источник возможных денежных поступлений собирается уходить. Это нехорошо, в особенности теперь, когда налоговая инспекция внезапно стала его новым лучшим другом.

— Нет! В смысле, постойте. Простите, мисс Уайлдер. Так уж вышло, что голова у меня забита другим делом.

Он улыбнулся самой своей очаровательной улыбкой, ожидая, что его вот-вот поразит молния за столь наглую ложь.

Никаких молний. Вдобавок девушка откинулась на подушки и положила сумку рядом. Отлично. Дела определенно пошли на лад.

— Итак? — подбодрил ее Дэвид.

— Они сказали, что вы самый лучший. Как раз это мне и требуется, мистер Андерсон. Самый лучший. Поможете мне?

— Они? Кто конкретно?

Как он и ожидал, услышав этот вопрос, она заерзала на диване. А ожидал он такой реакции потому, что был вовсе не самым лучшим. Далеко не самым лучшим. Значит, либо она врет, либо кто-то в городе сильно заблуждается на его счет. При любом раскладе ему стало интересно.

— Неужели это так важно — кто направил меня к вам?

— Конечно, — солгал Дэвид. Он откинулся в кресле, положил ноги на стол и взглянул на девушку поверх носков своих легких кожаных туфель. — Я должен знать, какими путями ко мне поступают клиенты.

— Эллиот Тэлбот, — промямлила она.

— Кто?

Нехорошо, конечно, но Дэвид не смог побороть искушение немного помучить ее. Тем более что Тэлбот вряд ли порекомендовал бы даже такси в дождь, не говоря уж о чем-нибудь еще.

Девушка встретилась с ним взглядом.

— Эллиот Тэлбот, — повторила она более твердо.

— Ах, Эллиот! Что за парень этот Эллиот! Он, конечно, пел мне дифирамбы?

Тэлбот был одним из самых известных адвокатов Лос-Анджелеса, берущих на себя защиту преступных элементов. И еще он был настоящим слабаком, правда лишь по мнению Дэвида. Разумеется, Дэвид достаточно громко выразил это свое мнение в «Крадущейся смерти», и Эллиот затаил на него злобу. Если Джейси прислал Тэлбот, можно не сомневаться, что ее дело безнадежно.

Когда он снова взглянул на девушку поверх носков своих туфель, она покусывала нижнюю губу. На ее щеках цвел прелестный румянец. Дэвид почувствовал себя мерзавцем оттого, что поддразнивал ее.

Он опустил ноги на пол, взял карандаш и принялся крутить его в пальцах, словно миниатюрную полицейскую дубинку.

— Ладно, замнем. Не имеет значения.

Дэвид снова перевел взгляд на лист записей. Рядом с именем Джейси его собственной рукой было написано: БФ. Что это? «Банановый фостер»? Вряд ли, хотя, может, в ближайшие выходные он его и приготовит. «Бывшая фотомодель»? Дэвид окинул девушку наметанным глазом. Нет, вряд ли. Он определил, что ей лет двадцать семь, и сделал себе мысленную пометку взглянуть на ее водительские права — убедиться, что не ошибся.

«Бойфренд». Ну конечно.

— Вы ищете пропавшего бойфренда.

Она провела языком по губам.

— Да. Я так и сказала вам по телефону.

Он рассеянно кивнул, пытаясь представить себе мужчину, который сбежал от нее. Джейси, конечно, была не того типа, что нравились Дэвиду. Едва открыв дверь, он сразу понял, что она из тех, кто мечтает о лужайке на переднем дворе и качелях на заднем. Он уже проходил все это и не имел желания возвращаться к подобным прелестям. Однако некоторым мужчинам такие вещи нравятся. Интересно, почему дружок Джейси смылся?

— Расскажите мне подробности, — попросил он, поскольку Джейси, похоже, не собиралась углубляться в детали.

— Вы и так все знаете. Пропал мой бойфренд. В точности как вы сказали. Коротко и ясно.

Она сложила руки на коленях и с надеждой воззрилась на Дэвида. Он потер лоб.

— И все? Может, все-таки скажете что-нибудь еще?

— Ох, конечно! Простите. — Джейси положила сумку на колени и принялась рыться в ней. Оторвавшись от этого занятия, она одарила Дэвида улыбкой. — Понимаете, я новичок в том, что касается расследований.

— Это совсем не больно. От вас требуются две простые вещи: рассказать, что вам известно, и объяснить, что вы хотите узнать.

От накала ее улыбки все лампочки Дэвида могли бы работать несколько месяцев.

— Это я сумею. — Продолжив раскопки в своей вместительной сумке, Джейси извлекла оттуда конверт, встала, подошла вплотную к письменному столу и бросила конверт перед Дэвидом. — Вот все, что я знаю.

Дэвид распечатал конверт и заглянул внутрь: фотография и мятая салфетка. Он вытащил их и разложил перед собой.

На фотографии был изображен идущий по пляжу мужчина. Его лицо, отчасти затененное, было, однако, хорошо различимо. Судя по ракурсу, снимали откуда-то с высоты, наверное с балкона.

— Это он, — сказала девушка. — Пометку на салфетке сделала я.

Дэвид глянул на салфетку. «Алберт Элкот. Гарвард, юридический факультет».

— Значит, это и есть старина Алберт?

Ему сразу не понравился этот парень — несносный красавчик из тех, у кого в бумажнике три-четыре членских билета местных клубов. Зато понравилась идея относительно отвергнутой женщины, которая записывает имя своего любовника на салфетке. Предположим, салфетка намокает и все, что известно об этом парне, расползается вместе с размякшей бумагой. Тогда героине приходится нанимать Монроя, чтобы найти своего бойфренда, который, разумеется, так и не будет найден. И вместо него героиня влюбляется в Монроя. Если только она не…

— Мистер Андерсон?

Он вскинул голову, сумев придать физиономии бесстрастное выражение.

— Прошу прощения. Я лишь изучал его лицо. — Дэвид постучал пальцем по фотографии. — Лицо человека о многом говорит.

— А-а…

Брови у нее сошлись к переносице, но, похоже, она перестала считать Дэвида психом. И то хорошо.

Он включил магнитофон, прошептал:

— Бумажная салфетка, — и тут же снова выключил магнитофон.

Теперь-то Джейси точно решит, что он не в своем уме, но идея показалась ему слишком важной, и он не хотел забыть ее.

— Итак, это Эл? — спросил он, потирая болезненное место на шее.

Мгновение она не отвечала, таращась на магнитофон. Потом покачала головой и сказала:

— Эл. Да, это он.

— Ваш бывший бойфренд?

Слегка поерзав, она выпрямилась.

— Да. Почему вас…

— Не знаю. Наверное, потому что… Алберт. — Он произнес это имя слегка гнусаво, в нос. — Никогда не думал, что Алберты годятся в бойфренды.

Джейси прищурилась и втянула щеки, словно ей пришлось по-настоящему прикусить язык. Дэвид пожал плечами.

— Таково мое мнение, — закончил он.

— Готова поспорить, самое лучшее имя для бойфренда — Дэвид, — сказала она, скрестив руки на груди.

— Вовсе нет. Дэвиды тоже никуда не годятся, — усмехнулся он. — Поверьте, уж я-то знаю.

— Хм…

Дэвид перевел взгляд на фото, решив, что разумнее будет вернуться к делу. В конце концов, у этой девушки есть чековая книжка.

— Он закончил Гарвард?

Старина Эл, скорее всего, вылетел оттуда. Бывших студентов юридического факультета Гарварда нетрудно проследить. Ассоциация его выпускников раскинулась сетью на всю страну.

— Да. — Джейси вздернула нос. — С отличием.

— Ух ты…

Дэвид снова откинулся в кресле — покупая его, он переплатил именно за то, что в этом кресле можно было откидываться назад, не падая, — и сцепил руки за головой.

— Так вы собираетесь рассказать мне, что происходит на самом деле?

— Я… не понимаю.

Он наклонил голову набок и поднял брови, пытаясь выразить величайшее недоверие.

— Вам не нужен самый лучший детектив, мисс Джейси Уайлдер. Судя по тому, что вы рассказали, эта работа просто пустячная. Вы, наверное, и сами могли бы найти своего Алберта. — Он усмехнулся. — Отсюда вывод: вам нужен не самый лучший детектив, а самый дешевый.

Зазвонил телефон. Дэвид взял трубку, прикрыл рукой микрофон и широко улыбнулся девушке:



— Вам повезло: я как раз такой и есть.


Пока Дэвид разговаривал по телефону, Джейси грызла ноготь большого пальца. Она не была уверена, что Дэвид Андерсон ей нравится. Более того, она чувствовала, что, дай он ей только повод, она активно невзлюбила бы его. И тот факт, что он оказался достаточно проницателен, ничего в этой оценке не изменил.

Хотя какая разница, что она о нем думает? У них чисто профессиональные отношения, и пока складывалось впечатление, что он в состоянии справиться с работой. Может, он и не лучший, однако с легкостью вычислил плачевное финансовое положение Джейси, и это означает, что какие-никакие способности у него есть. Даже если сам он немного странный.

Точнее сказать, очень странный.

Вообще-то Эллиот предостерегал ее, что Дэвид чудаковат. Но при такой мамочке, как у нее, Джейси вообще не беспокоилась на этот счет. С кем, с кем, а с чудаковатыми она умела справляться.

И поскольку она не могла позволить себе кого-нибудь еще, Дэвид был как раз тем, кто ей нужен, — если она хотела найти Эла. А она хотела его найти. Правда, принимая во внимание, как она с ним поступила, оставалось лишь надеяться, что Эл хочет, чтобы его нашли.

— Прошу прощения. — Дэвид положил трубку, снова откинулся в кресле и заложил руки за голову. — На чем мы остановились?

— Я… — Джейси замолчала, не зная, что сказать дальше: до сих пор ей ни разу не приходилось нанимать частного детектива. — Что я должна сделать?

— Ну, прежде всего выписать мне чек на предварительный гонорар. И указать на нем свой адрес и телефон, чтобы мне не приходилось использовать свое потрясающее сыщицкое мастерство, разыскивая вас.

— Ох!

Как это она сама не догадалась? Джейси снова нырнула в сумку, на этот раз за чековой книжкой.

— А потом вы расскажете мне все остальное.

Она замерла.

— Я рассказала вам все.

— Простите меня, дорогая, но, может, хватит уже этого дерьма?

Позабыв про чековую книжку, Джейси выдернула руку из сумки и устремила на Дэвида сердитый, обиженный, высокомерный (так она, по крайней мере, надеялась) взгляд.

— Вы со всеми своими клиентами так грубы? Или я — какое-то исключение? А может, это ваша особая приправа к пятничному ланчу? — Она сверкнула глазами, и не потому, что Дэвид повел себя так уж непозволительно, а потому, что он снова вычислил ее. — Мне что, дадут жаркое после этого оскорбления? Нет? Или добавят еще? — Ее голос поднялся почти до крика, и она слегка убавила звук: не хватало еще охрипнуть перед каким-то там Дэвидом Андерсоном. — Предполагается, что все должны знать этот ваш хренов жаргон частных детективов?

— И вы еще говорите, что я груб?

Она нахмурилась, но не стала отвечать и крепче сжала руки на коленях, чтобы не нанести дополнительного урона своему ногтю.

Дэвид откинулся назад еще больше, и кресло угрожающе затрещало. Джейси затаила дыхание, почти не сомневаясь, что сейчас он упадет и сломает себе шею. Конечно, так думать нехорошо, но в данный момент она совсем не чувствовала себя доброй самаритянкой.

— Я не груб, — продолжал он, раскачиваясь в кресле. — Просто честен. А вот о вас такого не скажешь.

Ну, это уже чересчур. Пусть он и прав, но дело ведь не в этом!

— Мы с вами едва знакомы. Откуда вам знать, честна я или нет?

— Потому что это невозможно — по крайней мере, для женщины — не знать о своем бойфренде абсолютно ничего, кроме имени и названия учебного заведения, которое он закончил.

Джейси скрестила на груди руки.

— По крайней мере, для женщины? — повторила она, игнорируя тот факт, что он опять прав. — И как прикажете это понимать?

— Женщины пронырливы и любопытны, — ответил Дэвид с таким видом, словно сказал нечто не более оскорбительное, чем «у женщин есть волосы». — Они везде суются. Они подглядывают и высматривают. Они копаются в жизни парня, не имея на то никаких прав. И не успеет бедняга сообразить, что к чему, раз — и у него больше нет никаких секретов, он женат, имеет двоих детей, и вся его жизнь вертится вокруг дома в пригороде с тремя спальнями и двумя ванными, и у него закладная, которую ему не осилить, и лужайка, которую он должен подстригать. — Дэвид наклонился вперед, опираясь подбородком на сцепленные руки. — И знаете, что хуже всего? Его даже больше не пускают в постель.

— Нет? Откуда же тогда двое детей?

Дэвид отмахнулся от ее слов.

— Черт, да ему, скорее всего, пришлось вымаливать эту милость. Не в том суть. А суть в том…

— …что вы шовинист и неандерталец, с которым ни одна разумная женщина не захочет иметь общую закладную?

— Нет. — Явно задетый ее предположением, он вперил в Джейси ответный взгляд. — Суть в том, что вы не рассказали всего, что знаете об этом парне. А мне нужна информация. Если вы хотите, чтобы я нашел мистера Совершенство, я должен знать все.

Джейси облизнула губы. «Все» — это не ее стиль. Черт, она лишь недавно призналась своему гинекологу, что вообще имела секс. А в данном случае «все» означает, что она должна признаться этому противному, ироничному Дэвиду Андерсону, что сбежала от Эла, ошибочно приняв его за серийного убийцу. Да, это глупый поступок, однако в тот момент ей казалось, что для него есть основания.

И вот теперь, когда она точно знает, что Эл не убийца, она хочет — нет, ей необходимо — найти его. Чтобы извиниться. И если получится, начать все сначала. Но у нее нет никакого желания объяснять это Дэвиду.

— Похоже, идея рассказать мне все не слишком вас вдохновляет?

Джейси замигала и тряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями.

— Что?

— Я сказал, что должен знать все, и на этом месте вы внезапно впали в ступор.

— Я впала в ступор?! — И это говорит ей тот, кого она с трудом заставила вернуться с небес на землю? — Вовсе нет. Я просто задумалась.

— Задумались над тем, рассказывать или нет?

— Нечего рассказывать. — Она кивнула на стол. — У вас есть имя. Есть фотография. Что вам еще нужно?

В ту же секунду, как этот вопрос слетел с ее уст, она поняла, что не стоило его задавать. Разумеется, для расследования нужна дополнительная информация. Совершенно естественно. Просто она надеялась, что это удастся обойти. Все-таки вопрос слишком личный.

— Вообще-то кое-какая информация не помешала бы, — вздохнул Дэвид.

Недовольное выражение на его лице сменилось пониманием. А может, разочарованием. Джейси не настолько хорошо его знала, чтобы судить об этом.

Внезапно Дэвид отодвинул кресло назад, встал и, обойдя стол, прислонился к нему. Теперь их с Джейси разделяло не более полуметра, и неожиданно у девушки перехватило дыхание.

Он был выше, чем ей показалось вначале. Разумеется, она смотрела на него, когда он открывал ей дверь, но тогда, в запале, не обратила на него особого внимания. Пока он сидел, она отметила, что он широк в плечах, но по-настоящему разглядела его только сейчас, когда он снова встал на ноги. Приходилось признать, что при всей своей несносности этот мужчина весьма и весьма хорош собой. Крупный, однако не из тех «Гераклов» с буграми накачанных мускулов. Черты лица четкие, словно высеченные резцом, но, когда он улыбался, на щеках появлялись ямочки, и Джейси вполне могла представить себе, как он обнимает женщину или даже играет с ребенком.

И еще она ясно представила, как он вытряхивает дерьмо из плохих парней, что было очень даже неплохо, учитывая его род занятий.

Одной рукой он подтянул к себе стул и уселся на него верхом, лицом к Джейси.

— Послушайте, вообразите себе, что я ваш священник. Или ваш адвокат. Или доктор. Сами выбирайте.

Не понимая, к чему он клонит, Джейси покачала головой.

— Я к тому, — объяснил Дэвид, — что все сказанное здесь останется между нами. И поверьте, удивить меня трудно.

Что ж, ладно. Хоть она и ненавидит откровенничать на личные темы, его слова имеют смысл. И потом, не обязательно выкладывать ему все-все. Достаточно сказать лишь самое необходимое.

Джейси набрала в грудь побольше воздуха, выдохнула и начала говорить:

— Мы встретились на пляже.

— Когда?

Она подавила вспышку раздражения, вызванную тем, что он прервал ее.

— Месяца четыре назад. Я приехала в Сан-Диего на конференцию художников и решила пожить на широкую ногу — не мотаться каждый день в машине туда и обратно, а остановиться в отеле, где проходила конференция.

На самом деле это было настоящее транжирство, но она уже на восемнадцать месяцев отставала от своего графика, и эта конференция была последней попыткой добиться успеха в искусстве. Потенциальные возможности казались важнее экономии.

Дэвид вытащил из кармана блокнот и начал записывать.

— В каком отеле?

— «Монтелеон». Я хотела представить там свой портфолио.

— Вы художница?

— Коллажистка. По крайней мере, была ею.

— Понятно, — произнес он и бросил на нее ничего не выражающий взгляд, к которому она уже начала привыкать.

— Это значит, что я беру фотографии, рисунки и разные другие средства, какие нахожу подходящими, и соединяю все в единую композицию.

— А, знаю-знаю. Я тоже этим увлекался.

Джейси заинтересованно склонила голову набок.

— В самом деле?

— Ага. В детском саду.

Она молча уставилась на него.

— Прошу прощения. Язык мой — враг мой. Готовь поспорить, ваши коллажи прекрасны.

Как ни странно, его слова прозвучали искренне, но Джейси понимала, что на самом деле это всего лишь уловка. Пока что он успешно подтверждал свою репутацию чудака и малость чокнутого.

— Так почему же вы больше не коллажистка? — спросил Дэвид, произнеся слово «коллажистка» нарочито медленно и внятно.

Ей не хотелось углубляться в эту тему. Облизнув губы, она пожала плечами.

— По образованию я бухгалтер, и мне почти тридцать. Пора кончать валять дурака.

— Угу.

Дэвида, по-видимому, не очень потрясло, что она пожертвовала своей артистической душой ради сухих чисел и таблиц.

— Итак, — продолжил он, — вы сфотографировали Эла в один из тех дней, когда еще «валяли дурака».

— Да.

Вообще-то она сделала этот снимок до того, как они с Элом познакомились. Она фотографировала с балкона море и побережье в разных ракурсах, и Эл случайно оказался на заднем плане. А когда у них начался роман, про фотографию она и думать забыла. Впрочем, эту деталь Дэвиду сообщать не обязательно.

— Хорошо. Продолжайте.

— В среду конференция закончилась, но я решила остаться. Знаете, мне всегда этого хотелось — пожить в хорошем отеле на берегу моря, где тебя обслуживают и можно просто валяться на берегу и ничего не делать. К тому же для меня как для участницы конференции плата за отель до воскресенья оставалась сниженной. Вот я и сказала себе: а почему бы и нет?

— Понятно. Что дальше?

— Однажды вечером в баре я познакомилась с Элом.

Да, в общем и целом это произошло именно так. Во всяком случае, больше Дэвиду знать ни к чему.

— И у вас завязались отношения.

— Именно.

— А что потом?

— Ну… — Она покраснела. — Вы же знаете, как это бывает.

— Вы провели выходные, занимаясь чем-то нехорошим, потом ваши пути разошлись, вы родили от него ребенка и теперь хотите разыскать папашу.

— Вы в своем уме? Я никакая не мамаша! Во всяком случае, пока. И уж точно не таким образом.

Дэвид окинул ее откровенно изучающим взглядом.

— Н-да, действительно, и к тому же прошло всего четыре месяца. С того места, где я сижу, вы не выглядите беременной. — Он пожал плечами. — Хотя, конечно, из-за этого сарафана трудно что-либо понять.

Джейси втянула щеки — метод, обычно помогавший ей контролировать свой язык. А не то она объяснила бы ему — в кратких, доступных для понимания выражениях, — что он за псих. Но тогда придется искать другого детектива. А насколько ей известно, второго такого дешевого в радиусе ста миль не найти.

— Итак? — напомнил он. — Горячие денечки, но никакого ребенка? Или что?

— Мы очень хорошо провели время.

Если ему угодно истолковать ее слова в том смысле, что они все выходные безудержно предавались сексу, значит, так тому и быть.

— Угу. — Его взгляд медленно проложил жгучую дорожку по ее телу. — Как я и сказал, очень горячие денечки.

Джейси выпрямилась, игнорируя его намеки и пытаясь подавить дрожь, вызванную его бесцеремонной оценкой.

— Это были очень… приятные выходные, — произнесла она. — Но потом мы потеряли друг друга из виду.

— Почему?

— Прошу прощения?

— С чего бы это вам терять друг друга из виду? Если бы у меня с женщиной были горячие денечки, то я уж постарался бы узнать, как с ней связаться.

Кто бы сомневался!

— Между нами возникло недопонимание, — выдавила Джейси, отгоняя мысли о Дэвиде и его горячих денечках.

Он поднял бровь.

— Недопонимание? Что это значит, черт побери?

— А то и значит, что это не ваше дело. — Она вскинула голову, надеясь, что получилось высокомерно, а не так, будто она обороняется. — Суть в том, что я хочу найти его, чтобы извиниться. Для этого я здесь. — Она скрестила на груди руки. — У вас.

— Ясно. — Дэвид взял карандаш и принялся постукивать им по столу. — Что ж, давайте посмотрим, правильно ли я понял основные моменты. Вы хорошо провели время на море с мужчиной, которого практически не знали. После этого вы с ним больше не виделись, а теперь хотите его разыскать, потому что он перевернул всю вашу жизнь.

— Вы считаете меня сумасшедшей?

Если уж на то пошло, где-то в глубине души ей и самой казалось, что она немного помешалась. В особенности теперь, когда Дэвид представил все подобным образом. Но она-то знает, что все было не так. Она сбежала, потому что у нее случилось кратковременное помутнение рассудка. Теперь ей надо найти Эла, извиниться и, если получится, начать все сначала.

— Дорогая, не мое дело решать, в своем вы уме или нет. — Дэвид кивнул на ее сумочку. — Для меня главное, чтобы поступали чеки. Вы их выписываете, а я ищу нашего красавчика Эла столько времени, сколько вам угодно. — Он пристально посмотрел на нее. — Если это именно то, чего вы хотите.

— Разумеется, я этого хочу, — строптиво заявила Джейси.

— В таком случае, — усмехнулся он, — полагаю, это начало нашей прекрасной дружбы.


С точки зрения Эла, у этого ресторанчика на окраине Сан-Диего было только два плюса, и качество еды не входило в этот список. Нет, здешние обеды не имели ни единого шанса войти в ресторанный рейтинг Загата. Зато здесь были большие окна, позволяющие наблюдать за парковкой. Второй плюс — отсюда рукой подать до столь же невзрачного мотеля. Не то чтобы Эл так уж жаждал провести ночь в этом крысятнике, но на четыре звезды в данный момент у него не хватало. Если уж на то пошло, не хватало и на три.

Оставалось лишь посмеяться над иронией судьбы. Всего четыре месяца назад он был кум королю, а теперь у него, можно сказать, ни гроша. Только то, что в кошельке, да еще пара брюк, рубашка от Перри Эллиса, костюм от Армани и фальшивые часы «Ролекс», которые он походя спер у какого-то раззявы в Мехико. Да, не на такую жизнь он рассчитывал.

На парковку перед ресторанчиком въехала машина, и Эл непроизвольно пригнулся, хотя и знал, что так быстро Джо не может его выследить. Судорожно сжимая в руке потрепанный экземпляр «Фирмы[3]», он напряженно всматривался, пытаясь сквозь блики на ветровом стекле разглядеть водителя. Дверца машины отворилась, и оттуда вышла длинноногая девица-студенточка в коротеньких шортах и лифчике от бикини, с крохотной сумочкой через плечо. Эл облегченно расслабился. Не они.

Он выдохнул воздух, который непроизвольно задержал в груди. Опять удалось обставить дьявола. Он провел пальцами по волосам, гадая, когда удача ему изменит.

— Как кофе, Эл?

У столика стояла Дорис. Ее чересчур обесцвеченные волосы были взбиты в высокую прическу.

— Отличный. — Он одарил женщину своей самой обольстительной улыбкой. Пора продемонстрировать, на что он способен. Если представление удастся, будет где бесплатно переночевать. — А теперь, когда ты здесь, и вовсе бесподобный.

— Неужели?

Лицо Дорис пошло красными пятнами. Она приосанилась, швы на чересчур тесном платье натянулись.

Эл кивнул.

— Знаешь, — он развязно взял ее за руку, — я надеюсь провести сегодняшний вечер с тобой. Ужин при свечах, немного вина…

Он замолк, предоставляя Дорис самостоятельно домыслить остальное.

— Ну, я не… в общем, я…

— Надеюсь, ты не сочтешь меня слишком нахальным. Но знаешь, когда я заговорил с тобой… возникла какая-то связь. Я подумал, ты почувствовала то же самое.

Она захихикала, расплывшись в улыбке.

— Вообще-то да…

Она сделала глубокий вдох, и Эл понял, что победил. Впрочем, ничего удивительного: он умел правильно подойти к женщине.

— У меня смена кончается через час, — проблеяла Дорис.

— Отлично. — Эл поднялся. — Мне сейчас надо в магазин, купить кое-что. К концу твоей смены я вернусь.

Всю дорогу, пока он шел к двери, она провожала его обалделым взглядом. Бедняжка Дорис! Не королева красоты, но поразвлечься можно, если не зажигать света. Самое главное, есть где переночевать. А если повести себя правильно, завтра она и до Лос-Анджелеса его подбросит.



У магазина стояло несколько машин, которых он раньше не видел. Должно быть, приехали по той узкой проселочной дороге, что идет параллельно главному шоссе. Эл заколебался, но потом выругал себя за глупость. В стране он находится меньше суток. Так быстро Джо никак не мог узнать о его возвращении.

По-прежнему пребывая в некотором напряжении, он пересек парковку. В туалете должен быть автомат с презервативами. Не стоит сейчас платить на кассе, где его может запечатлеть видеокамера. В конце концов, он ведь покойник.

Едва он открыл дверь в туалет, в лицо ударил сильный запах антисептика. Эл подавил рвотный рефлекс. Эта химия не убивает микробов, а лишь скрывает их присутствие. Вытащив из раздаточного устройства бумажное полотенце, он направился к автомату с презервативами. Прежде чем прикоснуться к нему, обернул руку бумагой. Выбрал самый большой размер, с рубчиками. Когда упаковка выскочила из автомата, сунул ее в карман, после краткого колебания повторил процесс и задумался, не взять ли третью.

— Так-так-так… — Низкий голос едва не оглушил Эла и эхом прокатился по выложенному плиткой помещению. — Да ведь это тот, кто мне нужен!

Эл застыл на месте. Вдоль позвоночника змеей проскользнул ужас, словно смерть провела там своим ледяным пальцем. Повернувшись, он увидел Регги Бартона, главную «овчарку» Джо Мэлоуна. Регги нависал над Элом всеми своими двумястами пятьюдесятью фунтами и слегка смахивал на Пола Баньяна[4], только без его обаяния.

Регги ухмыльнулся, отчего длинный шрам у него на щеке выпятился и изогнулся. Сувенир на память о какой-нибудь схватке, из которой Регги, можно не сомневаться, вышел победителем. Потому что Регги всегда побеждал. Иначе Мэлоун не стал бы его держать.

— Мэлоун по тебе соскучился, Эл. — Губы Регги растянулись в подобии улыбки, обнажив желтые зубы. — Или тебя теперь зовут Чарльз?

Эл съежился. Наверно, не стоило удивляться тому, что Регги известно его фальшивое имя. Черт побери, у Джо Мэлоуна глаза и уши везде. Ведь он нашел Эла здесь, не так ли?

— Как ты меня обнаружил?

Эл задал этот вопрос, повинуясь инстинкту, который подсказывал: чем дольше Регги будет говорить, тем лучше. Не может же он одновременно и говорить, и выколачивать из собеседника мозги!

— У Джо повсюду друзья, — усмехнулся Регги. — Тебе следовало бы это знать. — Он опять растянул губы в своей саблезубой ухмылке. — Да что там говорить, у Джо на жалованье даже пограничный патруль. Эл, дружище, стоило тебе пересечь границу — и ты оказался под колпаком.

Господи боже, как он мог не подумать об этом! Эл считал, что действует очень хитро, когда пристроился к водителю, направлявшемуся в Штаты с грузом фруктов. Он был уверен, что Джо Мэлоун ни за что не узнает о его возвращении. Но это было вовсе не хитро, а очень даже глупо. И теперь, вполне возможно, ему конец.

Его опять затрясло от страха. Оставалось лишь надеяться, что он не наложит в штаны, прежде чем весь этот кошмар закончится. На самом донышке души он все же сумел найти остатки мужества — тот самый огонь, благодаря которому с самого начала ему хватило смелости пуститься в бега. Собрав все силы, он посмотрел Регги в глаза. Он по-прежнему дрожал, но, может быть — может быть! — со стороны это было незаметно.

— Чего Джо от меня нужно, Регги?

Регги тупица. Может, если изобразить невинность…

— А ты не знаешь?

Эл поднял руки, как бы сдаваясь.

— Угадал. Не знаю. Честно.

— Где товар?

Как будто этот вопрос не мучил его самого… Эл покачал головой.

— У меня его нет.

Это, по крайней мере, было чистейшей правдой. Он спрятал товар в машину прекрасной Джуди, планируя провести с ней чудную ночку, а после, еще до рассвета, тихонько исчезнуть и пересечь границу в ее драгоценном «фольксвагене». Откуда ему было знать, что это Джуди от него сбежит?

— Ты обокрал Джо Мэлоуна.

В руке Регги щелкнул, раскрываясь, карманный нож.

Эл сглотнул. Ноги у него стали как ватные, и, чтобы не упасть, он ухватился за автомат с презервативами.

— Джо никому не прощает двойной игры, — добавил Регги и принялся вычищать ножом грязь из-под ногтей.

— Что ты, какая двойная игра, — солгал Эл, не сводя взгляда с лезвия. — Разве я враг себе? Мне и в голову не пришло бы кинуть Джо Мэлоуна.

Теперь-то конечно. А четыре месяца назад он был безрассуден и очень, очень наивен. Остается надеяться, что к настоящему моменту этот недостаток характера окончательно изжит.

— Джо тебе не верит.

— Тут я бессилен, Per. Нельзя отдать то, чего нет. А у меня ничего нет.

Регги еще поиграл ножом.

— Кто эта сучка?

Эл заморгал.

— Что? Какая сучка?

— Та цыпочка, которую ты подцепил в отеле прошлой весной. Рыжая. — Регги постучал кончиком ножа по своей бритой головой. — Ты очень хитер, но я расспросил кого следует. Горничная видела тебя с телкой. Что скажешь, Эл? Товар Джо у нее?

— Конечно нет, — поспешно ответил Эл, надеясь, что его голос звучит естественно.

— Как ее зовут?

— Джуди… — Эл сглотнул. — Джуди Уайлд. — Врать не стоило, этим он лишь ускорит конец. — Но она тут ни при чем. Я с ней только переспал. Больше ничего.

— Может, и так. — Регги прищурился. Лезвие ножа со щелчком спряталось. — А может, и нет. Если окажется, что нет, ты будешь самым несчастным на свете сукиным сыном.

Эл выдохнул. Черт побери, а разве сейчас это не так?

Регги сунул нож в задний карман.

— Лучше бы тебе было не объявляться.

Эл склонен был согласиться с ним. Как только до него дошло, что Джуди смылась, он тоже сделал ноги, имея лишь то, что было в бумажнике. Но пятьдесят тысяч быстро испарились, и теперь у него осталось только пять сотенных, полтинник, три десятки да несколько однодолларовых банкнот.

Он вернулся за бриллиантами, рассчитывая забрать товар и смыться до того, как Мэлоун пронюхает, что он опять здесь. Такие у него были блестящие планы. Эл втянул носом воздух.

— Послушай, Регги. Не знаю, как проще это объяснить. У меня нет драгоценностей Джо. И у той девушки тоже нет драгоценностей Джо. Я не знаю, где они.

— Джо на это не купится.

Громадная мясная туша придвинулась еще на шаг, и Эл застыл на месте. Желудок от ужаса сжался в комок. В целом он ничего не имел против насилия, если его объектом являлся не он сам.

— Однако Джо также велел тебе передать, что он не такой уж злой, — добавил Регги. — И дает тебе еще один шанс.

— Еще один шанс? — тупо повторил Эл.

— Ты возвращаешь то, что забрал, и за это он оставляет тебя в живых. — Красный рубец на физиономии Регги растянулся и слегка побледнел. — Иначе Чарльзу Лафонтену недолго оставаться в этом мире. Да и Алберту Элкоту придется несладко. Это ясно?

— Да, — внезапно охрипшим голосом ответил Эл.

— Отлично. Потому что я с тебя не слезу.

Регги повернулся, собираясь уйти, и Эл вновь задышал. Внезапно Регги остановился.

— А, вот еще что. Джо велел кое-что тебе… дать. Небольшой стимул, чтобы ты не вздумал опять его подвести, — так он сказал.

Эл знал, что сейчас будет, но не успел даже дернуться. Кулак Регги метнулся вперед, и Эл ощутил страшную боль в челюсти. В голове билась одна мысль: если у Джуди больше нет тех бриллиантов, он покойник.

Потом все мысли и ощущения погасли.

Глава 2

Милашка в обтягивающей юбке вложила мне в ладонь две стодолларовые купюры.

— Прошу вас, мистер Монрой. Мне больше не к кому обратиться.

Я испустил громкий вздох, словно паровая машина. Сестра моей клиентки, Сара, связалась с нехорошими людьми и исчезла. От всего этого дела за версту несло серьезными проблемами, а не просто какой-то там сломанной челюстью. Нет, эта дама — источник больших неприятностей.

Однако мне необходимы были деньги, никуда не денешься. К тому же меня всегда тянуло к дамам с проблемами, в особенности к обладательницам бесконечно длинных ног и округлостей во всех нужных местах. К опасным дамам.

К счастью, в опасности я как рыба в воде.

— Ну разумеется, дорогая.

Она вознаградила меня просветленной улыбкой. Ах, какие пухлые губки! Я изобразил джентльмена и повел ее к двери. Прежде чем исчезнуть, она бросила на меня быстрый взгляд, обещающий нечто большее, нежели еще одна стодолларовая банкнота на текущие расходы.

Сэди, моя правая рука, с блокнотом наготове последовала за мной в офис. Я начал диктовать ей план действий.

— Вам нужно просто жениться на ней, — ни с того ни с сего бухнула Сэди.

Я остолбенел. Я не из тех, кого тянет жениться, да и малышка, только что исчезнувшая за дверью, тоже не походила на любительницу матримониальных радостей. Вообще-то Сэди обычно не сует нос в мою жизнь. Поэтому-то я ее и нанял. Эта девушка умеет ничего не замечать — и молчать.

Уверенный, что ослышался, я повернулся к ней.

— Что?

— Я о Джейси. Вам нужно жениться на ней.

Я нахмурился. Джейси? Даму, которая только что ушла, зовут Мэллори. Кто такая эта Джейси, черт побери?

— Дэвид! — Скрипучий голос Милли пробился сквозь туман у него в голове. — Ты слушаешь, что я говорю?

Он поморгал.

— Прости, пожалуйста. Так что ты сказала?

Милли нажала кнопку на пульте управления, и Мел Гибсон с Дэнни Гловером внезапно онемели.

— Я сказала, что тебе надо на ней жениться.

Дэвид подавился чаем, облив джинсы, и уставился на свою двоюродную бабушку, которую обычно называл тетей.

— На ней? Это на ком?

— Я о твоей новой клиентке, о которой ты мне рассказывал. О той женщине. Об уточке. — Тетя Милли улыбнулась, блеснув вставными зубами, и откусила от крошечного бутерброда с кресс-салатом. Вероятно, она была единственным человеком в Лос-Анджелесе, кто употреблял кресс-салат, и уж наверняка единственным, кто держал на кухне его запасы. — Разве не так ты называешь женщин-клиенток?

Дэвид промокнул джинсы салфеткой, и совершенно напрасно: салфетка ничего не впитала, зато к ткани прилипли бумажные ошметки. Лучше определенно не стало.

— Милли, ты, очевидно, имеешь в виду подсадную утку.

— А-а… Ну, на доносчице жениться не стоит. — Она нахмурилась. — Вроде бы такая симпатичная юная леди. Жаль.

В течение короткого мгновения безумия Дэвид раздумывал, не стоит ли объяснить тете, что Джейси не подсадная утка, а просто его клиентка. И даже если бы она не была его клиенткой, он все равно не хочет опять жениться. Дудки! А даже если бы и хотел, она не в его вкусе. Слишком ехидная и в то же время такая… домашняя, а в целом, сразу видно, первоклассная заноза в заднице. Но если он скажет все это, то кто знает, куда дальше зайдет беседа. Дэвид знал по опыту, что с тетей Милли лучше придерживаться какого-то одного направления разговора, независимо от того, каким бы извилистым оно ни было.

Так что вместо ответа он стал усердно стряхивать с ног обрывки салфетки. Бесполезно.

— Только взгляни на это. Теперь мне никуда не выйти, пока джинсы не высохнут.

Впрочем, если бы было очень надо, он бы все равно вышел. Дэвида никогда не останавливало что-либо столь нелепое, как соблюдение приличий, но ему хотелось немного поворчать.

— Ты что, собираешься куда-то?

— Не собирался, пока ты не завела этот разговор о женитьбе. Теперь мне только и остается, что искать спасения в бегстве.

Он постарался произнести эти слова с раздражением, но на тетю Милли было невозможно сердиться. Да, она любила совать нос в чужие дела, и все равно он обожал ее. Даже когда она своими замечаниями сводила его с ума.

— Глупости. Все, что тебе нужно, это найти милую девушку и остепениться. По-моему, Джейси — очень милое имя.

Дэвид почувствовал, как у него начинается головная боль. Тупая пульсация, которая будет нарастать и нарастать, пока голова не взорвется, распавшись на крошечные осколки.

— На прошлой неделе ты хотела женить меня на Дорин.

Дорин приходила к Милли убираться дважды в неделю. Приятная девушка, ничего не скажешь, однако ей было всего двадцать два, она не говорила по-английски, и вдобавок у нее уже имелся жених.

— Дорин не совсем то, что тебе нужно, — ответила Милли, слегка поджав губы.

Дэвид вздохнул.

— Именно это я и твердил тебе всю прошлую неделю, припоминаешь?

— Зато Джейси… — продолжала она с улыбкой, словно не слыша его замечания. — Джейси — вот ответ на мои молитвы.

— Угу. А потом ты решишь, что Джейси тоже не годится, и мы перейдем к следующей, верно?

— Я всего лишь говорю, что тебе нужно найти хорошую жену.

Дэвид закатил глаза. Для Милли большое значение имела доступность объекта. Джейси находилась, так сказать, под рукой, что автоматически делало ее кандидаткой номер один.

— Я уже был женат, — сказал он, прекрасно зная, что этот довод не сработает. — И поскольку я только-только избавился от уплаты алиментов предыдущей жене, то пока не созрел для новой.

Милли махнула рукой, отметая его рассуждения.

— Сьюзен не в счет. Вы оба были детьми, когда поженились.

— Да? Расскажи это моей чековой книжке.

— Она была не той женщиной, которая тебе нужна, — заявила Милли.

— А моя новая клиентка — та женщина? Интересно, как ты это выяснила?

Милли поставила чашку и взяла его за руку.

— Дэвид, мальчик мой, тебе пора остепениться.

Остепениться? Что, собственно, она о нем думает? Что он шатается где-то ночи напролет? Она должна бы лучше знать его повадки, ведь его жилище расположено на заднем дворе ее дома. Тетя Милли могла бы без труда вести учет его приходов и уходов — разве что он стал бы совершать головоломные прыжки через забор, чтобы избежать этого.

Кроме того, он совсем не жаждал «остепениться». Женился он в двадцать пять, развелся в тридцать и теперь, пять лет спустя, только-только начал приходить в себя. А его чековая книжка до сих пор «страдала». Наконец-то получив возможность радоваться жизни как неженатый, свободный от алиментов взрослый мужчина, он отнюдь не рвался взваливать на себя новую ношу. В особенности потому, что из-за бывшей жены у него возникли сложности с налоговой инспекцией, весьма плачевно сказавшиеся на его текущем материальном положении.

Нет, Дэвид не хотел жениться. Он хотел путешествовать в компании со своей портативной «оливетти». Снять квартирку в Париже и, используя ее в качестве базы, странствовать по Европе: посещать музеи, взбираться на горные вершины, гулять в парках — или печатать до тех пор, пока не отвалятся пальцы. Черт, он хотел побывать в Испании и убегать там от быков или поехать в Прованс и разыскать Питера Мейла[5]. Может, сейчас он и застрял в Пасадине, но в его намерения отнюдь не входило оставаться здесь навсегда. Как только денежная ситуация выправится, только его тут и видели.

Милли отпила глоток чая и взглянула Дэвиду в глаза.

— Тебе нужна жена, — повторила она как заклинание.

Он потер виски.

— Она просто клиентка, Милли. Я практически ничего о ней не знаю.

Милли отвернулась к телевизору и дождалась момента, когда Мел врывается в комнату как раз вовремя, чтобы доказать, что есть еще на свете герои. Как только Мел разделался с плохими парнями, Милли наклонилась к Дэвиду и похлопала его по колену.

— Пригласи девушку на завтрак под предлогом обсуждения ее дела. Потом переведи разговор на личные темы, вот и узнаешь ее получше.

И тут она подмигнула ему. Правда, правда! Его восьмидесятидвухлетняя бездетная тетя подмигнула Дэвиду.

Куда катится мир?

— Мне ни к чему узнавать ее получше, Милли. Я просто работаю на нее.

— Чепуха. — Она сделала еще глоток чая. — Нельзя же жениться на женщине, ничего не зная о ней. Я бы этого не одобрила. Даже если речь идет о такой милой женщине, как Джейси.

— Ты ведь даже не встречалась с ней, Милли. Просто видела ее мельком. Две секунды через окно. Откуда тебе знать, милая она или нет?

Слегка наклонив голову, Милли одарила его царственным взглядом старой дамы.

— У женщин есть свои способы.

Дэвид вцепился в ручки кресла.

— Я не собираюсь жениться на ней. И по правде говоря, она вовсе не милая. Если уж на то пошло, она раздражает меня, как никакая другая женщина из тех, с кем я когда-либо встречался.

Улыбка Милли увяла.

— Как ты можешь говорить такое об этой славной маленькой Джейси? У вас что, произошла стычка?

Бум, бум, бум! Головная боль стремительно нарастала. Дэвид проглотил чай, налил еще чашку и залпом выпил ее в надежде, что кофеин сумеет одолеть головную боль, вызванную явно не избытком кофеина.

— Она просто клиентка, Милли.

— Хм… — Чайная ложка Милли задребезжала о край чашки. — Для какого дела она тебя наняла?

— Ты же знаешь, я не могу рассказывать об этом.

Как он и предполагал, Милли откинулась в кресле с оскорбленным выражением на изборожденном морщинами лице.

— Почему же, Дэвид? Мы ведь одна семья. Ты можешь рассказать мне все.

— Конфиденциальность клиента, Милли.

Она отпила еще глоток чая. Дэвид пытался вычислить, что она придумает сейчас.

— Ты не можешь обмануть оказанное тебе доверие?

— Нет, не могу.

Прекрасно. Может, теперь наконец они сменят тему?

— А как насчет твоей секретарши?

— Кого-кого?

— Твоей секретарши. Ну, ты понимаешь. Твоей помощницы. Девушки, которая работает в офисе, отвечает на телефонные звонки и следит, чтобы тебя не отвлекали.

— А-а. Понятно. Вот что за секретарша. — Нет, решил Дэвид, больше не следует одалживать Милли романы Микки Спиллейна. — Если бы у меня была секретарша, ей бы я рассказал все. Но у меня ее нет.

— Конечно есть, — возразила Милли.

Она положила себе в чашку два куска сахару и подлила чаю.

— Есть? Ничего себе! Значит, она такая умелая, что я даже не замечаю ее присутствия. — Дэвид сунул в рот малюсенький бутерброд и закончил, прожевывая его: — Наверное, стоит прибавить ей зарплату.

— О, вот об этом можешь не беспокоиться. Я буду работать за гроши.

Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет! Он должен был догадаться, к чему клонится дело, но Милли заморочила ему голову этими разговорами о женитьбе. Проклятье!

— Я так не думаю, — сказал он, уже понимая, что проиграл.

Если Милли хотела чего-нибудь, Милли это получала.

А чего Милли хотела, так это женить Дэвида. Она составит свое мнение о Джейси, и если Дэвид не сумеет каким-то образом остановить ее, то его песенка спета.

— Дэвид, дорогой…

Он махнул рукой.

— Хорошо.

Он сдался еще до того, как тетя смогла пустить в ход новый аргумент, наверняка либо душераздирающий, либо хитроумный.

К чести Милли, слишком самодовольной она не выглядела. Просто кивнула и заявила, что приступит к работе в понедельник утром.

— И не беспокойся о моем жалованье. Мы что-нибудь придумаем. — Она снова отхлебнула чая. — Итак, босс, расскажи мне о нашем последнем деле.

Дэвид лишь вздохнул.

— Она наняла меня, чтобы я нашел ее бойфренда. Бойфренда, Милли. Теперь тебе ясно? Это сводит к нулю все твои матримониальные планы.

— Ох! — Она взяла бутерброд, откусила кусочек и задумчиво прожевала его. Дэвид почти что видел, как крутятся колесики у нее в голове. — Там ничего позорного не случилось?

— Нет, Милл, нет. Я же сказал тебе…

— Может, ты постараешься не найти ее бойфренда? — прервала его Милли. — Тогда она переключится на тебя.

— Переключится на меня? Премного благодарен.

Он устремил на тетю насмешливый взгляд, но она лишь пренебрежительно фыркнула.

У Милли была одна особенность… ну, на самом деле у нее было много особенностей. В основном она хотела видеть своего внучатого племянника счастливым, и он понимал это, что являлось единственной причиной, почему он терпел ее вмешательство в свою жизнь. То, что делала Милли, он позволял только ей и больше никому на свете.

Кроме того, она была сильной личностью. Умная и сообразительная, несмотря на свои годы, она с легкостью разыгрывала замешательство или даже старческое слабоумие, если это помогало добиться желаемого.

Дэвид терпел ее странности, потому что любил свою тетю. Остальной мир терпел ее, потому что когда-то она была богата, как Крез, и большинство людей думали, что так обстоит дело и сейчас. Включая саму Милли.

— Еще чаю?

Вопрос Милли оторвал Дэвида от размышлений. Он допил остывшую жидкость и встал.

— Нет, благодарю. Я хочу вернуться к себе и немного поработать.

Чашка звякнула, когда он ставил ее на полированный поднос.

— Ну, я рада, что ты ко мне зашел, дорогой, — сказала Милли таким тоном, как будто они не встречались по два-три раза на дню. — Увидимся утром в понедельник.

Она подняла голову для поцелуя, и Дэвид с удовольствием поцеловал ее, глубоко вдохнув лавандовый запах, всегда напоминающий ему о детстве.

— Только не слишком рано, ладно?

Может, стоит уволить ее прямо сейчас? Она ведь уже вытянула из него все, что хотела. Но нет, теперь Милли была полностью захвачена этой идеей насчет секретарши. Да и что ни говори, а скучной ее компанию никак не назовешь.

— Конечно. Писатели должны хорошо высыпаться, чтобы их творческий пыл не угас.

Дэвид пробормотал что-то невразумительное, подошел к маленькому письменному столу в дальнем конце комнаты и принялся проглядывать почту Милли. Обычно он тайком делал это до того, как Милли вынимала корреспонденцию из почтового ящика, но сегодня упустил момент. По счастью, его тетя еще не успела открыть свой банковский баланс, и Дэвид быстро схватил его.

— Я забираю твой банковский баланс, чтобы привести его в соответствие с твоей чековой книжкой.

— Спасибо, дорогой. Ты такой милый, что делаешь это для меня.

«Милый» казалось Дэвиду не совсем уместным словом; «безрассудный» подошло бы гораздо лучше. Незадолго до своей смерти дядя Эдгар пустил по ветру состояние Милли, оставив ей пустой банковский счет, массу долгов и выплаты по закладной. Дэвид посчитал бессмысленным рассказывать женщине восьмидесяти с лишним лет, в каком отчаянном положении она оказалась, и потому взял на себя миссию оплачивать ее долги. Для реализации этого проекта он не придумал ничего лучше, как предложить лично следить за ее ежемесячными счетами. В особенности трудно было улаживать это дело в последние месяцы, когда сам он еле-еле сводил концы с концами. Однако ради Милли он был готов затронуть даже свой неприкосновенный счет, на котором лежали сбережения «на черный день».

— Нужно обязательно пригласить сюда твою новую юную леди.

Дэвид прищурился, пытаясь понять, о чем она говорит.

— Что?

— Я о приглашении. Ты просто обязан позвать твою Джейси в гости. Пригласи ее на чай. Или, может, лучше на кино? У меня есть «Храброе сердце» на DVD.

Он подавил стон. Каким-то непостижимым образом они вернулись к тому, с чего начали.

— Она не моя, Милли. Припоминаешь? Бойфренд. Клиентка. И все такое прочее.

— Я по-прежнему считаю, что тебе не нужно усердно искать этого парня. Она никогда не узнает правды.

— Клянусь, Милли, ты доведешь меня до того, что я напьюсь.

— Ты уже опьянен, дорогой. — Она наставила на него вытянутый палец. — Может, я и стара, но не слепа.

Вот это точно. Черт, он даже не был уверен в том, что она стара. Он не знал никого другого, у кого было бы столько энергии. Не говоря уже об упорстве.

— Как только наша маленькая Джейси…

— Хватит! — оборвал ее Дэвид. — Я собираюсь выполнить порученную мне работу. Собираюсь найти этого Эла. А потом Джейси и Эл будут жить долго и счастливо. — Он посмотрел в глаза Милли. — Именно так все и произойдет.

Тетя допила чай и улыбнулась Дэвиду одной из тех своих улыбок, от которых его всегда бросало в дрожь.

— Как скажешь, Дэвид. Как скажешь.


Регги отбивал пальцами барабанную дробь по полированной поверхности маленького столика для коктейлей. Он сумел втиснуться в крошечное кресло, но чувствовал себя в нем неуютно. Он находился на охоте уже больше недели и жаждал одного: оказаться дома, завалить свою подружку и лежать, пялясь в телевизор. А вместо этого приходилось сидеть в баре занюханного отеля, прижимая к уху мобильник и вслушиваясь в дурацкую музыку, заполняющую паузу в отсутствие сигнала.

— Ты получил регистрационные записи?

Джо Мэлоун снова был на линии; его голос потрескивал и время от времени пропадал.

Регги вытянулся по стойке «смирно», хотя Мэлоун, конечно, не мог его видеть, и похлопал себя по нагрудному карману.

— Все здесь.

— Ну?

— Ох! Да.

Регги вытащил список. По-видимому, Джо сделал несколько звонков после того, как Регги сообщил ему имя девчонки Эла. В результате все, что оставалось сделать Регги, это подойти к стойке «Монтелеона» и взять предназначенный для него конверт. Регги пробежал глазами по списку.

— Джуди Уайлд тут нет, — сказал он.

Джо грубо выругался и сделал глубокий вдох.

Когда он снова заговорил, голос его звучал спокойно. Слишком спокойно, подумал Регги.

— Прочти мне имена, — велел Джо.

Регги нахмурился. Список занимал четыре страницы.

— Может, он назвал не то имя…

— Просто читай, — приказал Джо.

Регги так и сделал. К тому времени, когда он добрался до конца, голос у него начал садиться.

— Натали Вемпоул. Мартин Вейр. Джейси Уайлдер. Эми Вольф. Лесли…

— Джейси Уайлдер?

Регги зашарил взглядом по списку.

— Ну да. Так тут написано.

— А Эл сказал, что его девушку зовут Джуди Уайлд?

— Угу.

— Интересно.

Регги не понимал, что тут интересного, и прямо так и сказал.

На другом конце линии Джо втянул носом воздух.

— Джуди Уайлд. Джейси Уайлдер. Слишком много общего.

— Думаете, Эл соврал насчет того, как ее зовут? — спросил Регги.

— Возможно. Или она соврала ему. Может, эта девица нас обоих обвела вокруг пальца. А Джо Мэлоун не любит, когда его обводят вокруг пальца. Тебе ведь это известно, а, Регги?

Страх заставил Регги вскочить и снова вытянуться по стойке «смирно».

— Да, сэр. Я никогда бы…

— Хорошо.

Пауза. Потом:

— Думаю, тебе следует поболтать с мисс Уайлдер. Постарайся быть убедительным.

— Да, сэр.

— И, Регги, — добавил Джо. — Смотри, чтобы без осечки.


— Мне не следовало убегать, — сказала Джейси, расхаживая туда и обратно перед кухонным столом, сопровождаемая взглядом Таши, чье обычно оживленное лицо застыло от сосредоточенности. — Теперь Эл, скорее всего, не захочет видеть меня снова.

Таша отбросила упавший на глаза светлый локон и окунула кисть в алую краску.

— Мне казалось, найти Эла — часть твоего плана, — сказала она и с усердием, какое Джейси редко наблюдала у своей подруги, начала покрывать крапинками белую поверхность яичной скорлупы.

— Это правда.

Джейси вздохнула и провела рукой по волосам.

Найти Эла являлось первым шагом плана Джейси, который можно было бы назвать «возвращением жизни на правильный путь». Найти его и разобраться наконец, был ли он мистером То Что Надо. Не совсем типичный образ действий, но жизнь Джейси никогда не была типичной.

Хотя, возможно, скоро станет такой. В возрасте двадцати девяти лет, одиннадцати месяцев и двух дней она в конце концов предприняла серьезные шаги к тому, чтобы повернуть жизнь на правильный путь. Она нашла работу в маленькой, но престижной бухгалтерской фирме, купила ценные бумаги и подписалась на ежедневную газету. Прошлым вечером она даже выбросила свои масляные краски и акварель.

Взгляд Джейси скользнул по лежащим на столе яйцам.

— Где ты взяла эту краску?

Таша подняла на нее невинный взгляд широко распахнутых глаз.

— А что? По-моему, отличная краска. Я подумала, вдруг ты захочешь… снова…

Джейси покачала головой.

— Нет-нет. Я выбросила краски, потому что хотела их выбросить. А пятнышки у тебя получаются слишком большие. Возьми кисть поменьше.

Таша вскинула брови, но промолчала.

— Ладно. Извини. Забудь о краске. — Джейси снова провела рукой по волосам. — Моя проблема не краски. Моя проблема — Эл. Глупо было нанимать частного сыщика. В смысле, это ведь я сбежала. И теперь Эл, наверное, ненавидит меня.

— Ненавидит тебя? Ты же говорила, он от тебя в восторге. Весь уик-энд он расписывал, как много у вас общего и как остро он чувствует эту особую, магическую связь. Черт, всего один долгий уик-энд, и твой сексуальный Алджернон заявил, что сходит с ума от любви.

Джейси сердито посмотрела на подругу и поправила ее:

— Алберт.

— Знаю, но Алберт — не слишком подходящее имя для парня, который сумел выбить у тебя почву из-под ног всего за один безумный уикэнд на берегу моря.

— А Алджернон подходящее?

Джейси не стала упоминать о том, что реакция Дэвида на имя «Алберт» была в точности такой же.

Таша искоса взглянула на нее.

— Когда-то я знала одного Алджернона… — Уголок ее рта непроизвольно изогнулся вверх. — Поверь мне, Алджернон может быть очень сексуален.

Джейси махнула рукой.

— Мне следовало догадаться. Но пожалуйста, избавь меня от подробностей.

Когда еще во время совместной учебы они поселились вместе, Джейси была слегка шокирована поведением этой платиновой блондинки, внешне подражающей Мадонне и меняющей мужчин, словно предметы одноразового пользования. Забудьте о поисках идеального парня: до сих пор жизнь Таши концентрировалась вокруг поисков идеального оргазма Личная теория Джейси на этот счет состояла в том, что ее подруга уже нашла желаемое… и теперь просто пытается удержать его.

Но хотя Джейси и Таша расходились в том, что касалось мужчин, Джейси не понадобилось много времени, чтобы понять: под этими плотно обтягивающими юбками и сорвавшимися с цепи гормонами скрывается очень даже неглупая женщина, готовая для подруги практически на все. Их быстро объединила страсть к дешевому пиву, попкорну с сыром и фильмам с Харрисоном Фордом. С тех пор они были лучшими подругами.

Таша сдержала улыбку.

— Мне кажется, этот парень был абсолютно без ума от тебя.

— «Был» — вот решающее слово. — Джейси принялась грызть ноготь большого пальца. — Но я сбежала, и с тех пор прошло почти четыре месяца. — Взяв сухую кисть, она стала водить ею по ладони, бессознательно рисуя узоры. — Как думаешь, я правильно поступаю?

— В чем? Ты имеешь в виду свою навязчивую идею наладить жизнь до того, как тебе стукнет тридцать?

— Нет у меня никакой навязчивой идеи.

— А я считаю, что есть.

Джейси бросила на нее сердитый взгляд.

— Ой, перестань, — продолжала Таша, кладя покрытое крапинками яйцо в картонную коробку рядом с другими одиннадцатью, раскрашенными таким же образом. — Я же не осуждаю тебя. Просто говорю правду. Три недели ты занималась только тем, что искала эту бухгалтерскую работу, а теперь все свободное время тратишь на поиски Эла.

Джейси облизнула губы.

— И это плохо?

Она перестала выводить узоры на ладони, придвинула к себе коробку с яйцами, окунула кончик кисти в краску Таши и принялась лениво рисовать узоры на пенопласте.

Таша пожала плечами.

— В этом вся Джейси. Вроде того, что непременно нужно закончить колледж, или этого твоего плана «сделай или умри».

— Нет ничего плохого в том, чтобы иметь цель. — Джейси вскинула голову, одновременно возвысив голос. — И, черт побери, я не хочу закончить, как моя мать.

Переезжать с квартиры на квартиру, менять одного бойфренда на другого и зарабатывать гроши, продавая на улицах акварели. Нет уж, ни за что!

— Кстати, тебе пришла еще одна посылка.

— Большая?

Таша провела рукой по воздуху на уровне стола.

— И тяжелая. Я велела рассыльному оставить ее в прихожей. Между прочим, он очень мил. Может, тебе стоит переключиться на него и забыть об Эле?

— Мы оттащим ее в гараж мистера Финнегана, — игнорируя последнее замечание Таши, сказала Джейси. — Туда же, где уже лежит то, что прислала мама.

Кроме личных вещей Джейси в данный момент в гараже их соседа по улице находились семь турецких ковров, две швейцарские резные фигурки, гончарные изделия индейцев навахо и несколько разномастных коробок, которые Джейси даже не потрудилась открыть. Для ее матери подарки были эквивалентом любви. Сунь дитяти побольше подарков — и дело в шляпе, даже если каждые пять минут ты упаковываешь вещи своего единственного ребенка, чтобы перебраться в другой квартал или на другой конец страны.

— Или можно засунуть ее за диван.

— Понимаешь, именно поэтому я и придумала свой план, — сказала Джейси, снова пропустив слова Таши мимо ушей. — Я хочу иметь дом, чтобы было куда доставлять мои покупки. И я хочу прожить там до старости, чтобы потом, когда я умру, мои внуки нашли на чердаке множество всяких ценных вещей, продали их на интернет-аукционе и разбогатели.

— Странные у тебя желания, Джес.

— Я просто хочу иметь нормальную жизнь. И нормальную семью.

Конечно, кроме этого она хотела, чтобы ее работам уделялось внимание в журнале «Американское искусство» и чтобы они выставлялись в галереях на Манхэттене; она хотела иметь надежный, достойный заработок и чтобы дешевые открытки с ее рисунками продавались в маленьких магазинчиках по всей Америке.

Однако ее мама хотела того же самого — и не достигла ни одной из этих целей. В процессе борьбы за свою мечту она таскала дочь с места на место. Никаких корней, никаких связей. Никакой стабильности. А когда Джейси жаловалась, она просто пропускала ее слова мимо ушей.

Джейси вздохнула.

— Я не хочу закончить, как мама.

Таша кивнула.

— Я тебя понимаю. В самом деле понимаю.

— Вот почему я назначила день «D[6]».

План Джейси был таков: если к своему двадцать восьмому дню рождения она не добьется устойчивого успеха в искусстве, то покончит с этим и всю оставшуюся жизнь будет заполнять числами таблицы.

— И никакая я не одержимая. — Джейси нацелила на Ташу конец кисти. — Я передвигала день «D», помнишь? Целых три раза!

Когда ей исполнилось двадцать восемь, но ни одна галерея не распахнула перед ней свои двери, Джейси передвинула предельный срок на шесть месяцев. А потом еще на шесть месяцев. И еще.

Конечно, сейчас, когда впереди замаячило тридцатилетие, она больше, чем когда-либо, была недовольна собой и полна решимости. В особенности если учесть, что в ответ на разосланные ею портфолио скопилась уже целая груда писем типа «спасибо, но не стоило трудиться». Несколько раз она выставлялась в галереях и получала восторженные отзывы, однако недостаточно часто, чтобы можно было рассчитывать на надежный заработок, обеспечивающий достойную жизнь.

И вот пришло время довести задуманное до конца. Искусство, разумеется, притягивало ее, но она совершенно определенно не желала всю свою жизнь перебиваться от выставки к выставке, никогда не зная, не окажется ли очередное приглашение последним.

Нет, ей хотелось нормальной жизни, и, черт побери, Эл производил впечатление самого что ни на есть нормального человека. Юридический факультет Гарварда, прекрасный вкус в том, что касается одежды, и безупречные манеры. Мужчина, который знает, какое вино нужно заказывать к миланскому ризотто, и опускает за собой сиденье в туалете. Черт, Эл буквально источал потенциал мистера То Что Надо, о чем она и сказала Таше.

— Откуда ты знаешь, что он не псих какой-нибудь? — спросила та в ответ. — Я имею в виду, теперь мы знаем, что он не серийный убийца, но у него могут быть другие недостатки.

— Я провела с ним почти пять дней, и все это время он был само очарование.

Их мини-каникулы оказались самым романтическим временем ее жизни. Она рассказывала Элу обо всем — о своих надеждах, о своих мечтах. Он поддерживал ее, обнимал и занимался с нею любовью. Он нашептывал ей, что она не похожа на других и что он безумно влюблен.

— Это было божественно, — закончила Джейси.

— Не сомневаюсь. Так всегда бывает. Но у тебя было не слишком много мужчин. Может, Эл не так уж и отличается от всех прочих.

— Может. Но он казался другим, — сказала Джейси.

Он казался человеком того типа, который хочет иметь дом и семью.

— Он был само очарование, — повторила она, пытаясь охарактеризовать Эла одним словом.

— Тед Банди тоже был само очарование.

Джейси нахмурилась.

— Мы ведь уже установили, что Эл не серийный убийца.

— Я хочу сказать, что у него все-таки могут быть некоторые странности.

Вздохнув, Джейси провела рукой по крапинкам на яйце.

— Знаю. Поверь, я думала обо всем этом. Но я ведь не говорю, что он нормальный или что он мистер То Что Надо. Я говорю лишь, что он кажется нормальным и может быть мистером То Что Надо. Я и сбежала, потому что не была уверена.

Они с Элом встретились в баре, как она и рассказала Дэвиду. Но кое о чем она умолчала. Убедившись, что у Эла на левой руке нет кольца и даже предательской незагорелой полоски от него, она тем не менее назвалась ложным именем — Джуди Уайлд. Она никогда прежде не знакомилась в баре, и ей почему-то показалось, что так будет разумно. Он сказал, что его зовут Чарльз Лафонтен, и сначала Джейси поверила ему. Однако несколько часов спустя она поняла, что ошиблась.

Они все еще сидели в баре, пили и закусывали пикантной смесью из арахиса и посыпанных солью крендельков, когда появился какой-то парень.

— Эл! — воскликнул он. — Как дела? Это я, Роберт Крамер.

Эл — или Чарльз — посмотрел на парня с недоумением, но прежде, как заметила Джейси, он вздрогнул, и его взгляд на мгновение метнулся в ее сторону.

— Вы принимаете меня за кого-то другого, — сказал он.

— Разве ты не Алберт Элкот? — спросил Роберт. — Дело Митчелла, помнишь? Мы выступали перед судьей Макнелли сразу друг за другом.

— Простите, дружище, — сказал Эл-Чарльз.

Роберт извинился и ушел, однако Джейси уже знала правду. Она назвалась ложным именем; то же самое сделал и Эл. И этот факт способствовал тому, что томительное чувство вины, которое она испытывала, исчезло.

Незадолго до конца их уик-энда у нее возникло желание назвать ему свое настоящее имя. Однако к этому времени в телевизионных новостях замелькали сообщения об убийце из Сан-Диего. Она уделяла им не так уж много внимания, но, по-видимому, где-то в глубине сознания они зафиксировались, если вспомнить, как она в конце концов поступила.

Она смотрела новости, а Эл в это время принимал душ. Говорили о ситуации на дорогах, о погоде, о банде, расстрелянной в Лос-Анджелесе, а потом диктор вдруг объявил, что у них уже есть описание убийцы, «в котором полиция предположительно опознала жителя Сан-Диего Ал…»

Щелк! Телевизор выключился, и Джейси подскочила, резко повернувшись и оказавшись лицом к лицу с Элом-Чарльзом. Он стоял перед ней, полностью обнаженный, и держал в руке телевизионный пульт. Джейси понадобились все ее силы, чтобы не завопить и не выскочить за дверь в ту же секунду.

— Пошли вместе? — Он махнул рукой в сторону ванной. — По-моему, душ в порядке.

— К-к-конечно… — Ее взгляд заметался по комнате. — Сейчас приду. Только сначала позвоню и закажу в номер какую-нибудь закуску. И… и… шампанского.

Он послал ей воздушный поцелуй и ушел в ванную. Едва услышав, как зашумел душ, она заперла ванную на засов и из первой же попавшейся на пути автозаправки позвонила в полицию, оставив анонимное сообщение, что Алберт Элкот остановился в «Монтелеоне». Оператора службы 911 это сообщение, казалось, не слишком заинтересовало, однако Джейси посчитала, что, наверное, работа приучила их ничему не удивляться.

Вскоре после того как она вернулась в Лос-Анджелес, полиция схватила настоящего убийцу из Сан-Диего… и это оказался не Алберт Элкот. Его звали Алан Палмер. Идиотка, идиотка, идиотка!

В течение всего марта стыд мешал Джейси начать поиски Эла. Теперь, однако, в ее личной игре под названием «поиски мистера То Что Надо» других претендентов не осталось. И поскольку роковой день — который она больше не собиралась передвигать — должен был наступить всего через двадцать восемь дней, она пошла напролом и наняла Дэвида.

— Я сама все испортила, — сказала Джейси, глядя, как Таша заканчивает раскрашивать очередное яйцо.

Таша погрызла кончик кисти.

— Вполне естественная ошибка.

Джейси фыркнула.

— И сколько раз ты ошибочно принимала Боба за серийного убийцу?

— Всего два или три раза. — Таша с усмешкой посмотрела на подругу. — Насчет Боба я пошутила. Но не насчет тебя. Ты все сделала правильно.

— Я запаниковала. Услышала новости и просто-напросто запаниковала.

— Он мужчина. Довольно крупный, судя по твоему описанию. И он солгал тебе насчет своего имени. А тут выясняется, что где-то поблизости на свободе разгуливает серийный убийца, по описанию похожий на Эла. Ясное дело, ты переполошилась. Да и кто бы не переполошился на твоем месте?

— Я жалею, что все так случилось, — пробормотала Джейси.

Таша достала из другой коробки новое яйцо и опять принялась за дело.

— Может, из этого все равно ничего не вышло бы.

— А может, и вышло бы. Скорее всего, он назвался ложным именем по той же причине, что и я, — пробурчала Джейси, наматывая на палец прядь волос. — Ему даже понравилась «Люси». Парень что надо, разве не так?

Привязанность Джейси к «Люси», «фольксвагену-жуку» 1965 года выпуска, оттолкнула от нее многих парней, хотя это может показаться чистым безумием. Одни завидовали тому, что она знала, как заменить крышку распределителя зажигания, а они нет; других раздражало, когда она отменяла свидание, потому что «Люси» срочно нуждалась в ремонте и Джейси предпочитала заняться решением возникшей проблемы, а не идти в кино.

— Ну, если ему понравилась «Люси», тогда он точно в порядке. — Таша одарила ее сестринской улыбкой. — Не знаток машин, но в порядке.

Джейси улыбнулась в ответ и взяла одно из яиц.

— Слушай, зачем ты разрисовываешь эти яйца так, словно у них ветрянка?

Таша болезненно поморщилась.

— Неужели они выглядят настолько плохо?

— Смотря для чего они предназначены. — Джейси наклонилась, чтобы лучше рассмотреть яйца, но это не добавило ей новых впечатлений: те же яйца в крапинку, только с более близкого расстояния. — Ну так зачем они?

— Алое и белое. Цвета колледжа Боба.

Боб работал директором колледжа Дэвиса, дома пурпурных пантер и пурпурной гордости. Таша, по-видимому, очень глубоко прониклась духом этого колледжа.

— Я стараюсь быть славной маленькой подружкой и раскрашиваю яйца, чтобы продавать их на завтрашнем празднике колледжа. А потом я очень рассчитываю, что мы завершим вечер у него дома.

— Что, по-прежнему ничего?

— Ничего. И это сводит меня с ума. — Таша вздохнула. — Не знаю. Может, он гей.

— А может, просто славный парень.

Закатив глаза, Таша поставила третью заполненную яйцами коробку на предыдущие две и кивнула на кисть в руке Джейси.

— Наркоману требуется доза?

— Что?

Таша перевела взгляд на коробку, которую Джейси покрыла сложным алым узором. — Ты не в силах противиться искушению, верно?

Джейси нахмурилась, встала и бросила пустую коробку вместе с кистью в мусорную корзину.

— Когда ты пыталась избавиться от пяти лишних фунтов, я не разбрасывала шоколад по всему дому.

Таша рассмеялась.

— Ладно, расскажи мне об этом сыщике, которого порекомендовал Эллиот.

Таша работала юридическим консультантом в крупной фирме, где Эллиот был партнером.

— Нечего особенно рассказывать, — ответила Джейси. Устремив взгляд на еще не раскрашенные яйца, она представила себе, какими интересными, яркими узорами можно их покрыть. Но тут же покачала головой, отгоняя наваждение. — Он немного псих, но, поскольку в его задачу не входит грабить банк, думаю, мои деньги окупятся.

— Полагаешь, он справится?

— Надеюсь. Он странный, но, похоже, наблюдательный.

На самом деле это было еще слабо сказано. Когда Андерсон смотрел на Джейси, создавалось впечатление, будто он видит ее насквозь, и это раздражало.

Джейси пожала плечами.

— В любом случае, у меня нет выбора. Если я хочу найти Эла.

— Да, но как насчет главного? Сколько баллов ты ему даешь?

Джейси усмехнулась при упоминании об их любимой игре.

— Я не задумывалась об этом, поскольку наняла его исключительно за мозги.

Таша сделала большие глаза.

— Ох, ради бога!

Еле заметно улыбаясь, Джейси наклонилась к подруге.

— Ну, у него определенно есть шанс на корону.

Таша хлопнула ладонями по столу с такой силой, что яйца подскочили в коробке.

— Я так и знала! Расскажи мне все.

— Темные волосы…

— Как у кого? Как у Пирса Броснана или Брендана Фрейзера?

— Как у Брендана. В «Мумии». Такой, знаешь, обаятельный, но несобранный.

— Значит, он симпатичный?

— Очень даже. Яркие синие глаза, а плечи — как у футболиста.

— Звучит аппетитно, — подвела итог Таша и вопросительно подняла брови. — Может, тебе стоит просто забыть об Эле и переключиться на этого парня?

— Не думаю.

Он симпатичный, да, но есть в нем некоторое высокомерие. И еще какая-то сводящая с ума странность. Нет, для построения взаимоотношений материал непригодный. Кроме того, проведя с ним меньше часа, Джейси могла с уверенностью сказать, что они будут вести себя друг с другом как кошка с собакой. Полная противоположность теплым, спокойным взаимоотношениям, возникшим между ней и Элом. Нет, это определенно не тот тип мужчины, с которым она хотела бы связать свою жизнь.

— Но почему?

— Таша, за последний год я назначала свидание дюжине парней, которые по нашей оценке достойны десятки. Однако ни одного из них нельзя назвать Родственной Душой — кроме Эла. И почему-то я не думаю, что мистер Андерсон в этом отношении лучше.

— И тем не менее. — Таша начала украшать пятнышками следующее яйцо. — Насколько я знаю, прошло уже четыре месяца с тех пор, как ты…

— Таша! — Джейси вскочила и, упорно избегая взгляда подруги, начала мыть лежащий в раковине стакан, уже и без того чистый. — Даже если и так, Дэвид Андерсон меня не интересует.

— Ну и пусть не интересует. Все, что от тебя требуется, это сохранять объективность.

— Может, это все, что от тебя требуется. Мне же, чтобы взыграла кровь, нужно нечто большее.

— Уффф! — Таша шлепнула себя по заду и издала шипящий звук. — Ты меня достала.

— Кроме того, — продолжала Джейси, игнорируя последнее замечание подруги, — я даже не хочу рассматривать его кандидатуру. Говорю же тебе, он странный.

— Что значит «странный»? Из тех, для кого в женщине главное длинные ноги? Или типа «я хочу знать, чем ты занимаешься каждое мгновение своей жизни»? — спросила Таша, намекая на некоторых недавних поклонников Джейси.

Та пожала плечами, запихивая намыленную губку глубоко в стакан.

— Взять хотя бы одно. Я сидела у него на диване, а он словно витал где-то. — Джейси прополоскала стакан и поискала взглядом, что бы еще вымыть, но ничего не нашла и со вздохом повернулась к подруге. — И дома у него как после кораблекрушения.

— Может, именно в тот день у его прислуги был выходной.

— Не думаю. Там везде какие-то ящики, а весь пол усыпан бумагами.

— Ох, перестань! Он же мужчина. Чего ты ожидала?

— Он не мужчина. Он великовозрастный подросток.

У Таши дрогнул уголок рта.

— Он не мой тип, — закончила Джейси, подчеркивая каждое слово, чтобы до Таши наконец дошло.

— Если не считать его внешности.

Таша нарисовала на яйце два маленьких пятнышка и превратила их в алые усы.

— Правильно. Если не считать его внешности, он совсем не мой тип. — Джейси встретилась взглядом с Ташей, и обе расхохотались. — Мы с тобой такие поверхностные.

— Нет. Просто честные.

— Ага. И я совершенно честно говорю тебе, что этот парень меня не интересует.

Это была правда. Может, он и симпатичный, но он ужасно раздражал ее. Или просто раздражал. Что более важно, он относился к тому типу парней, которых она всегда старалась избегать.

— Жаль, — сказала Таша, закрывая коробку еще с одной дюжиной яиц.

И хотя Джейси ни за что не призналась бы в этом вслух, Таша была права… а это, конечно, создавало совсем новую проблему.

Глава 3

Улицы Лос-Анджелеса могут оказаться холодными и пустынными, в особенности если топать по мостовой в поисках того, кто не хочет, чтобы его нашли.

А именно этим я и занимался. Прочесывал боковые улочки Голливуда в поисках сестры Мэллори, Сары, и ее туповатого, но весьма опасного бойфренда Кенни Таунсенда.

Я располагал единственной фотографией: Сара в соблазнительно облегающем фигуру выпускном платье. Много лет она была хорошей девочкой и только теперь поступила плохо.

Я показал фотографию первому парню, встреченному мной на улице, — типу по имени Джонези, который работал на углу Голливуда и Вайн, продавая газеты и менее традиционную информацию.

— Сожалею, приятель. Я не видел ее. И поверь, я бы запомнил такую, если бы увидел.

Я кивнул и сунул ему десятку. Джонези был прав. Сара — незабываемая женщина. Как, впрочем, и сама Мэллори…

Я закурил «честерфилд» и прислонился к фонарному столбу в надежде, что никотин прочистит мозги. Меня не покидало чувство, что клиентка рассказала не всю правду, но я был слишком джентльменом, чтобы ставить под сомнение слова дамы. Даже такой опасной дамы, как Мэллори.

Плохо то, что данные мне указания были столь расплывчатыми. Я чувствовал себя словно один из этих неудачников, против которых ополчился весь мир…

— Очень жаль, Дэвид. — Голос Финеуса Тига, донесшийся из телефонной трубки, вернул Дэвида в настоящее. — Никаких Албертов Элкотов.

Дэвид забарабанил пальцами по крышке стола. Проклятье! Он-то надеялся, что сможет найти для Джейси старину Эла просто с помощью пары телефонных звонков. Раз, два — и готово. Потом получит некоторую сумму — и можно жить дальше.

Такие планы! И все прахом.

Он почесал макушку тем концом карандаша, в который была вставлена стирательная резинка.

— На вид ему лет тридцать, но он может быть и старше. Как далеко ты копал?

— Пятнадцать лет, — ответил Финн. — Пусто.

— А что насчет схожих имен? Какие-нибудь Элкоты вообще есть?

— Черт, Дэвид! Что ты себе воображаешь? Что мне нечем заняться, кроме как торчать здесь и взламывать архивы Гарварда?

Дэвид рассмеялся.

— Более или менее.

Финн занимался хакерством еще в те времена, когда в его распоряжении имелся лишь громоздкий компьютер «Коммодор». Способность Финна взламывать защиту компьютеров совершенствовалась по мере совершенствования защиты.

— Аu contraire[7], друг мой, — ответил Финн со смешком. — Этой ночью мне предстоит пылкое свидание. Я работаю с клавиатурой только ради того, чтобы пальцы сохраняли живость. Не хочется разочаровывать леди, знаешь ли.

— Разве это когда-нибудь случалось?

— Насколько мне известно, нет. Однако обычно я оставляю их в таком измотанном состоянии, что им не до жалоб.

Дэвид засмеялся.

— Ты ненормальный, Финн.

— Поэтому мы и друзья, Андерсон. Признайся, ты ведь скучаешь по мне.

— Черт побери, да. — Дэвид усмехнулся в телефонную трубку. — Ты единственный друг, который делает для меня работу задаром. Спенсера и Картрайта приходится подкупать пивом и пиццей.

— Послушай, ты же разоришься, если свяжешься с этими парнями.

В голосе Финна отчетливо слышалась ухмылка.

— Ни черта подобного.

Они с Финном дружили еще со времен школы, как и со Стефаном Спенсером и Майком Картрайтом. На протяжении многих лет они были неразлучны. Их дружба сохранилась и тогда, когда Майк и Стефан поступили на службу в полицию Лос-Анджелеса. Дэвид любил слушать всякие полицейские истории и даже продал некоторые из них в журналы, так или иначе связанные с криминалистикой. Поначалу ему просто нравилось проводить время с парнями, которые носят пистолеты, но впоследствии с некоторыми сотрудниками полиции у него завязалась подлинная дружба. Именно Картрайт рассказал ему о серии нашумевших убийств, которые Дэвид описал в своей «Крадущейся смерти».

Однако если Стефан и Майк давали Дэвиду представление об общей картине, то Финн со своими компьютерными навыками всегда разнюхивал для него детали. И хотя Финн в основном перестал заниматься хакерством — эта не вполне законная деятельность в рамках юридического факультета смотрелась не слишком хорошо, — время от времени он все-таки помогал Дэвиду.

— Подожди-ка секундочку, — сказал Финн, и Дэвид услышал доносившееся из Бостона щелканье клавиш.

Внутри у Дэвида все сжалось. Прошел уже год, как Финн решил поступить на юридический факультет, но это не означало, что Дэвид привык к разлуке и меньше скучал по другу.

После поступления в Гарвард Финн работал неполный рабочий день — что-то связанное с компьютерами. Удачно, учитывая дело Джейси. Однако случались такие воскресенья, когда Дэвид особенно остро чувствовал свое одиночество и мечтал об одном: чтобы его лучший друг был рядом и они могли вместе пойти на футбол.

— Порядок. — Это Финн вернулся на линию. — Я нашел двенадцать Элкотов. Восемь из них женщины, а остальные никак не подходят под описание твоего парня. — Он коротко зачитал добытые из студенческих файлов сведения, и Дэвид вынужден был согласиться с ним. — Однако есть вот что. Некий Алберт Элкот из Ван-Найса хотел поступить в Гарвард семь лет назад, но его не приняли. Думаешь, это он и есть?

— И он соврал, чтобы произвести впечатление на девушку? Возможно, — сказал Дэвид. — Черт, видно, с наскоку не получится. Можешь переслать факсом информацию о нем? Надеюсь, там есть адрес и еще какие-нибудь сведения, которые помогут найти его, если он переехал.

— Два часа за компьютером — и все, что тебе требуется, это какой-то вшивый адрес?

— Не плачься, — сказал Дэвид. — Ты не забыл? Благодаря мне твои пальцы сохраняют живость.

— Веский довод. В таком случае спасибо. Моя подружка тоже будет тебе благодарна. — Финн замолчал, и Дэвид услышал, как заверещал компьютер. — Порядок, сейчас распечатаю и перешлю. Между прочим, как насчет завтрашнего ланча?

— Черт возьми, с радостью. Давай встретимся в каком-нибудь месте, устраивающем нас обоих. Например, в Огайо.

Финн засмеялся.

— А может, у Дюпара в Лос-Анджелесе?

— Мне подходит. Однако из Бостона сюда тебе рулить и рулить. Впрочем, это же твой бензин.

— До рассвета я, сам понимаешь, буду сильно занят, а потом поеду в аэропорт. Я ведь тебе говорил: оставшуюся часть лета и следующий семестр мне предстоит работать на одного окружного судью в Лос-Анджелесе.

— Знаю. Но я думал, ты приступаешь на следующей неделе.

— Я решил выехать заранее, — сказал Финн. — Хочу немного отдохнуть в Лос-Анджелесе, прежде чем впрягаться в работу.

— Прекрасно.

Довольно сдержанное высказывание, при том, как сильно Дэвиду не хватало его лучшего друга.

— Значит, договорились? Я звякну, как только окажусь в городе. Где-то около двух. И ты расскажешь мне обо всем, что сумеешь откопать на нашего приятеля Элкота.

Они еще несколько минут поболтали, после чего Дэвид повесил трубку и в прекрасном настроении пошел принимать душ. Когда он вернулся в свой «офис», на нем было только полотенце, обмотанное вокруг бедер. Телефон звонил не переставая, и он снял трубку.

— Дэвид, дорогой, прости, что беспокою тебя в субботу да еще в такую рань, но я просто хотела спросить, как у тебя дела.

Чудо волоконно-оптической связи громко и отчетливо донесло до Дэвида бруклинский акцент Марвы Делани.

— Со мной все прекрасно. Спасибо, что побеспокоилась.

С тех самых пор, как он заявил своему агенту, что не будет больше писать документальные детективы, а хочет сочинить роман, она попеременно то впадала в депрессию, то выступала в роли его адвоката. И сегодня, можно не сомневаться, она звонила вовсе не потому, что так уж интересовалась здоровьем своего подопечного, а чтобы уговорить его отказаться от идеи романа.

— Как продвигается роман?

— Продвигается.

Что ж, это правда. Когда-нибудь Дэвид непременно его закончит.

— Может, оставишь эту затею? Я без труда продам другую «Крадущуюся смерть». Ремброук уже пообещал удвоить тебе аванс. — Она имела в виду издателя Дэвида. — Все, что от тебя требуется, это принести ему описание нового преступления.

— Мы обсуждаем это каждую неделю.

— Тебе нужно что-то есть, Дэвид.

— Для этого я и открыл детективное агентство. Оно позволяет мне сводить концы с концами.

Работая над «Крадущейся смертью», Дэвид несколько месяцев ходил по пятам за частным сыщиком, который в конечном счете раскрыл преступление. Отчасти чтобы лучше вникнуть в дело, отчасти из любопытства Дэвид и сам получил лицензию детектива и теперь время от времени зарабатывал понемногу, фотографируя подозреваемых в измене мужей и жен. Это мало что давало, в особенности если учесть, что большая часть его дохода уходила на оплату счетов Милли, но, как он и сказал, ему удавалось сводить концы с концами.

«Крадущаяся смерть» облегчила его положение, хотя и не в той мере, чтобы бросить все и отправиться в путешествие или купить «феррари». Эта книга не столько принесла ему деньги, сколько создала репутацию. До нее он был просто еще одним пишущим на свой страх и риск журналистом. После нее его стали превозносить как вторую Энн Рул[8]. Все это было бы прекрасно, если бы Дэвид хотел всю оставшуюся жизнь писать вещи, основанные на реальных событиях. Но он не хотел. Он случайно наткнулся на эту историю и написал «Крадущуюся смерть» почти что в шутку. Теперь он хотел написать детективный роман с лихо закрученным сюжетом.

К несчастью, их с Марвой взгляды на дальнейшее развитие его карьеры расходились.

— …должно же быть что-то подходящее в Лос-Анджелесе? — прорезался в его ушах голос Марвы.

— Что? — рассеянно переспросил Дэвид, потирая переносицу.

— Я говорю, тебе нужно просто найти еще какое-нибудь дело. И если уж ты отказываешься писать книгу, напиши статью — «Ярмарка тщеславия» с удовольствием станет печатать ее из номера в номер.

— Клянусь, Марва, ты сводишь меня с ума. — Она приманивала его деньгами, словно морковкой, и Дэвид категорически не желал попадаться на эту наживку. — Я хочу написать художественное произведение. Знаешь, что это такое? Вымысел. То, что я придумаю сам.

— Так напиши то, о чем я тебя говорю, чтобы продержаться, пока будешь работать над романом.

Действительно, у него мелькала такая мысль. С оплатой счетов Милли его сберегательный счет заметно сократился. И если так будет продолжаться дальше, скоро от его денег вообще ничего не останется.

Однако описывать реальные преступления… нет, это не выход. И если уж на то пошло, он с таким же успехом мог бы вернуться к журналистской работе. Нет, пусть лучше все пойдет прахом, чем он будет целыми днями сидеть за письменным столом или, хуже того, бегать по городу в поисках сенсаций.

— Ничего не получится, — сказал Дэвид. — Написать то, что ты хочешь, невозможно, просто сидя за столом. Я должен связаться с полицией и найти такое преступление, о котором еще никто не писал. Это требует времени и энергии, которых у меня в данный момент нет. Вот почему детективное агентство подходит лучше всего. Эта работа вдохновляет меня, но не иссушает.

Зато иссушает его банковский счет.

— Мне никогда тебя не понять. Ты говоришь, что нуждаешься в деньгах, и в то же время поворачиваешься спиной к прекрасной карьере.

— Ни к чему я не поворачиваюсь спиной. Я хватаюсь за любую возможность. Просто мне нужно выяснить, в состоянии ли я написать роман. А вернуться к криминальной документалистике я всегда успею… если положение станет совсем отчаянным. — Он вздохнул, вертя в пальцах карандаш. — Или найду работу, которая будет приносить постоянный заработок. Черт, я достиг кое-чего в журналистике и использую это, если не будет другого выхода.

Карандаш сломался, Дэвид состроил гримасу и уронил обломки на стол.

— Но пока я не в отчаянном положении.

Марва фыркнула и набрала в грудь побольше воздуха, очевидно собираясь разъяснить ему, что он и так в отчаянном положении, только пока не понимает этого. По счастью, в режиме ожидания загудел факс, и Дэвид воспользовался этой возможностью, чтобы прервать разговор, оставив Марву посреди Манхэттена наедине с самой собой, хмуро взирающей на телефон и проклинающей проблемного клиента.

— Андерсон, — сказал он, щелкнув переключателем.

Ответом ему послужило лишь монотонное гудение факса. Дэвид замер в ожидании, пока чудо современной техники сделает свое дело.

Не прошло и пяти минут, как у него в руках оказался факс Финна. По-видимому, старина Алберт страдал манией величия. Его выпускные оценки были самые что ни на есть средненькие. При том, какое сильное впечатление он сумел произвести на Джейси, у Дэвида складывалось впечатление, что этот Эл на редкость продувной тип.

Теперь единственной проблемой оставалось, как его найти.

По счастью, адрес парня был указан, так что особых сложностей с этим не предвиделось. Но тут возникал другой вопрос, имевший непосредственное отношение к Джейси: захочет ли она и дальше разыскивать Эла, когда узнает, что он соврал ей о том, будто окончил Гарвард?

Дэвид потянулся к телефону, чувствуя неоправданную радость по поводу того, что старина Эл, похоже, оказался пройдохой. Никакого рационального объяснения этому ощущению не было, но факт оставался фактом.

Два гудка. Три. Потом:

— Привет. Это квартира Таши и Джейси. Мы либо отключили звонки, либо нас нет дома. Пожалуйста, оставьте сообщение.

Зазвучал длинный гудок. Дэвид закатил глаза и повесил трубку. Он терпеть не мог оставлять сообщения.

Спустя несколько секунд он снова снял телефонную трубку. Нужно непременно рассказать Джейси новости об Эле. Потому что, насколько он понял всю эту историю, на том она и закончится. Дэвид распрощается с этим делом и с самой Джейси, и, по счастью, сводничество Милли закончится, не успев начаться.

Разумеется, выплаты Джейси тоже прекратятся, и придется искать другого клиента. Или написать и продать статью. В общем, сделать что-то, что принесет деньги. Так может, лучше сообщить Джейси новости лично? Тогда, пожелай она отказаться от дальнейших поисков, он сумеет отговорить ее от этого.

Телефон в его руке заверещал, и пронзительный голос автомата произнес:

— Если вы хотите сделать звонок…

Дэвид повесил трубку, недовольный ходом собственных мыслей. С одной стороны, он хотел навсегда распрощаться с Джейси. С другой стороны, он хотел продолжать заниматься ее делом… а это означало, что они будут общаться и дальше.

Не слишком радужная перспектива. Эта женщина опасна. Конечно, рыжие волосы и веснушки делали ее трогательно привлекательной, но у нее определенно не все дома. Бедняга Эл был близок к тому, чтобы его захомутала зацикленная на браке женщина, с которой он всего-то провел один долгий уик-энд. Если это не ночной кошмар любого мужчины, то Дэвид и не знал, какие слова тут подойдут лучше.

Тем не менее ему нужны деньги и, следовательно, клиент. Вывод? Ему нужна Джейси… исключительно из-за денег.

Напряжение в груди слегка ослабело. Он увидится с ней, расскажет насчет Эла и, если она пожелает покончить с расследованием, сделает все, чтобы отговорить ее от этого.

Как только у Дэвида созрел план, он принялся рыться на письменном столе, пытаясь среди бумаг, карандашей и прочего хлама отыскать ключи. И в конце концов нашел их под тенниской, которую забыл отдать в стирку. Схватив ключи, он ринулся к двери и уже начал спускаться по лестнице, когда до него дошло, что, кроме полотенца, на нем ничего нет. Проклятье!


Джейси не сводила зачарованного взгляда с маленькой лужицы, образующейся под кухонной раковиной.

— Ну, не знаю. Может, нужно постучать по трубе молотком? Мама всегда так делала.

— И что, помогало? — спросила Таша.

Джейси отползла назад, умудрившись насквозь промочить заднюю часть и колени обвисших тренировочных брюк. Выбравшись из-под шкафчика под раковиной, она уселась на пятки и взглянула на подругу.

— Не каждый раз. Но мы так часто переезжали, что научились жить с лужами.

— Прекрасно. Лучше не бывает. — Таша взмахнула щипцами для завивки волос. — У меня меньше чем через час встреча с Бобом, а я не могу уйти, потому что нашу квартиру вот-вот затопит.

— Иди-иди. Я останусь здесь и дождусь мистера Лоуэнстайна.

— Ну конечно. Можно не сомневаться, он явится не раньше Рождества.

Они оставили на автоответчике управляющего домом больше дюжины сообщений, но до сих пор он не подал никаких признаков жизни.

— Кроме того, разве ты не поедешь со мной? Или ты уже отремонтировала «Люси»?

— Нет, она все еще в мастерской, но я должна появиться в магазине не раньше шести.

Хотя теперь она и устроилась в бухгалтерскую фирму, где платили очень прилично, на работу ей предстояло выйти лишь в понедельник, а первый заработок получить спустя две недели после этого. Между тем ее банковский счет заметно страдал от посттравматического расстройства, вызванного серьезным недостатком денежных поступлений на протяжении последних двадцати девяти лет.

Поэтому когда Грегори, друг Джейси, попросил ее заменить заболевшую продавщицу, она с радостью согласилась. Грегори владел магазином подержанной одежды — не обычной, а той, которую когда-то носили актеры в различных фильмах или телевизионных программах. Местечко было спокойное, в чем-то забавное, а поскольку Джейси провела там не одну неделю, задумывая и рисуя фреску позади кассового аппарата (и в случае необходимости заменяя продавцов), она хорошо знала рабочий уклад магазина.

Таша принялась взбивать кудри.

— Если тебе нужно быть там не раньше шести, почему ты собиралась ехать со мной?

— Просто хотела немного пошататься по Променаду перед работой, — ответила Джейси. — Но ты поезжай. Я буду ждать Лоуэнстайна, а если он не появится, вызову водопроводчика. Невелика забота.

Таша посмотрела на подругу, поправляя золотистые волосы.

— И как ты потом доберешься до работы?

Хороший вопрос. Протекторы покрышек «Люси» слегка протерлись, и, возвращаясь от Дэвида Андерсона, Джейси оставила машину в «Умелых руках».

— Возьму такси. Как всегда, когда «Люси» в ремонте.

— До Санта-Моники? Это же целое состояние!

— Слушай, иди давай, а? — Джейси взмахнула рукой, как бы прогоняя птиц. — Думаю, у нас нет выбора, если мы не хотим надевать галоши всякий раз, когда вздумаем что-нибудь приготовить.

Таша хмуро посмотрела на раковину и устойчивую струйку воды, стекающей на керамические плитки пола.

— Ладно. Но за такси платим пополам.

Она перевела на Джейси непреклонный взгляд.

Джейси побожилась, что так и будет, хотя на самом деле не собиралась выполнять это обещание. В дверь позвонили, и она победно вскинула руки.

— Видишь? Лоуэнстайн получил наши сообщения. Давай быстренько одевайся. Если нам повезет, мы прямо сейчас разделаемся с этим делом и я смогу поехать с тобой.

Таша окинула ее взглядом сверху донизу.

— При условии, что ты тоже успеешь переодеться. Может, это и магазин «секонд-хэнд», но вряд ли Грегори устроит такой наряд.

Джейси закатила глаза и прошмыгнула мимо Таши в гостиную. Вытерев руки о фланелевую рубашку, украшенную изображениями Винни-Пуха, она открыла дверь.

— Спасибо, что зашли. Мы…

Она замолчала, не договорив. Это был не мистер Лоуэнстайн. В дверном проеме, заполняя его целиком, стоял Дэвид Андерсон с грудой почты под мышкой и листал каталог гончарных изделий.

Он улыбнулся, и Джейси стиснула зубы. Какого черта он тут делает?

— Никаких проблем, — заявил Дэвид и прошел мимо нее в комнату.

— Не возражаете? — ядовито спросила она, выдернула у него из рук каталог и потянулась к остальной почте, надеясь, что там нет ничего чересчур двусмысленного вроде каталога сексуальных игрушек, которыми увлекалась Таша.

— Пожалуйста, пожалуйста. Кстати, ваш счет за электричество просрочен.

Он игриво улыбнулся Джейси, и ее сердце забилось чаще. Она сказала себе, что это из-за Эла. Несомненно, Дэвид нашел его, поэтому он и здесь. Дэвид кивнул на груду почтовой корреспонденции.

— А театр «Ева» имеет в продаже подбитые мехом наручники.

Щеки у Джейси запылали, но, вопреки ее горячей молитве, пол не разверзся и не поглотил ее. Ну что ж, прекрасно. Если судьбе угодно, значит, так тому и быть.

Она выпрямилась и сумела заставить себя посмотреть ему в глаза.

— Хорошо, что вы сказали это после того, как оказались в квартире. Скажи вы это снаружи, я бы вас ни за что не впустила.

Дэвид пожал плечами.

— Я же не дурак. Где мы можем поговорить?

— Вы нашли Эла?

Проигнорировав ее вопрос, он устремился через всю комнату к дивану, едва взглянув на семидесятифунтовую богиню плодородия, выглядывающую из упаковочного ящика.

— Здесь? — спросил он, падая на диван и задирая ноги на кофейный столик.

Ну точно великовозрастный подросток!

— Не возражаете?

— Насчет чего?

Джейси махнула рукой в направлении его ног.

— А-а! Ладно. — Он стянул ноги со столика, и Джейси тут же подошла, чтобы поправить стопки журналов «Столичный дом» и «Американское искусство». — Я и забыл, что вы одна из этих.

Она подняла на него взгляд.

— Простите? Одна из кого?

— Ну, вы знаете. Из этих славных героинь журнала «Домашний очаг», неуклонно поддерживающих порядок в гостиной на случай, если вдруг им на голову свалится Римский Папа, и верящих, что все в жизни будет прекрасно, пока никто не кладет ноги на их мебель твердого дерева, в которой даже кузнечным молотом не сделаешь выбоины.

— У вас какая-то проблема?

— Эй, это не моя проблема, дорогая.

— Прекрасно.

Джейси скрестила на груди руки и сделала глубокий вдох. Потом еще один. Может, стоит закричать на него? Но какой в этом смысл?

Дэвид указал головой в сторону висящего над книжной полкой коллажа.

— Ваша работа?

Она кивнула, но не потому, что хотела обсуждать с ним свое творчество; просто зачем отрицать истину?

— Мое первое серьезное произведение. Я сделала его между средней школой и колледжем. И назвала «Незавершенное прошлое».

Она просмотрела альбомы с фотографиями всех мест, где на протяжении многих лет они жили с матерью, выбрала то, что привлекло ее внимание, и перемешала эти изображения с фотографиями из старых газет и журналов, относящихся к временам разных войн. Три центральных элемента были связаны со счастливыми моментами: фотография, сделанная во время празднования дня рождения Джейси; ее ранние детские рисунки; билет от первого спектакля, на который она ходила с матерью. Даже сейчас, когда ее техника стала значительно лучше, она все еще гордилась этой работой и тем, как сумела сбалансировать образы страдания и любви.

— Хм… — спустя минуту произнес Дэвид. — Похоже, вы тут работали сразу над несколькими проблемами, а?

Джейси разозлилась. Ее проблемы — не его собачье дело.

— У вас что, всего два установочных параметра — грубить или пребывать в кататоническом состоянии?

— Эй, я не хотел обидеть вас. Просто передал свои впечатления.

Джейси с шумом выдохнула и спросила:

— Зачем вы здесь?

Она пыталась сдержать раздражение в голосе, но не слишком преуспела. Нет, он определенно не мистер Родственная Душа.

— Вы же наняли меня, помните?

Да, это так. Не самый блестящий ход с ее стороны. Однако если он явился по делу…

— Вы нашли Эла?

Внезапно Джейси почувствовала, что не может больше оставаться на месте, и принялась расхаживать перед кофейным столиком, избавляясь от неожиданного наплыва нервной энергии.

— Не совсем.

Она замерла.

— Как прикажете это понимать? Либо вы нашли его, либо нет.

— Скажем так, я нашел место, где его точно нет. Правильнее сказать, где его не было.

Джейси потерла виски.

— Просто расскажите все как есть. У меня было чертовски трудное утро, и я не в настроении разгадывать загадки.

— Что такого неприятного случилось утром?

— Кроме вашего появления?

На его губах заиграла усмешка.

— Выяснилось, что ваш бойфренд был не совсем честен с вами.

Она нахмурилась, подумав: уж не узнал ли Дэвид каким-то образом, что Эл назвался ей фальшивым именем?

— То есть?

— Наш милый Эл никогда не учился в Гарварде.

— Ой!

У Джейси подкосились ноги, и она опустилась на край кофейного столика.

— Осторожнее. Вы можете поцарапать его.

Не вставая, она бросила на Дэвида сердитый взгляд.

— Конечно, он учился в Гарварде. Он сам мне сказал. И у него на лацкане был значок Гарварда.

— Об этом я и толкую, дорогая. Парень навешивал вам лапшу на уши.

— Как вы узнали?

— Что значит «как»? Я же классный сыщик, помните? — Он откинулся назад и широко раскинул руки по спинке дивана, словно чувствовал себя тут как дома. — Разве не за это вы мне платите?

— Вообще-то нет. — Джейси не хотела, чтобы он заметил, как сильно потрясло ее это сообщение. Она выпрямилась, стремясь придать себе более значительный вид. В конце концов, он прав насчет того, кто кого нанял. — Я плачу вам за то, чтобы вы нашли его. Я же не ЦРУ. Его происхождение и все такое прочее меня не интересует.

— Это ясно, детка. Я начал поиски с Гарварда. Выяснилось, что парень никогда там не учился. Заявление он подавал, но ему отказали.

— О господи!

Самодовольное выражение исчезло с лица Дэвида. Он слегка наклонился вперед.

— С вами все в порядке?

Джейси кивнула. Конечно, с ней все в порядке. Почему должно быть иначе? Только потому, что Дэвид Андерсон сделал выстрел наугад и попал прямо в ее лучшего и единственного кандидата на роль мистера То Что Надо?

— Возможно, существует какое-то объяснение, — продолжал он, по-видимому догадавшись, как сильно задела ее новость.

Однако этот неожиданный всплеск примиренчества заставил Джейси почувствовать себя еще хуже.

— Например?

— Черт меня побери, если я знаю.

— Ох… — вздохнула она.

— И что вы собираетесь теперь делать?

Это что, нужно решать прямо сейчас?

— Я… э-э… Мне нужно подумать. — Она махнула рукой вокруг себя. — Подождите здесь, ладно?

Джейси выскочила в коридор, скользя тапками по деревянному полу, и сунула голову в комнату Таши. Никого. Проклятье! Она бросилась в сторону кухни и остановилась в дверях. Таша схватила ее за руку и втянула внутрь.

— Я правильно расслышала? Лоуэнстайн обернулся твоим сексуальным супер-сыщиком? — Она оттащила Джейси подальше от двери, чтобы их разговор не был слышен в гостиной. — Может, мне нужно было вмешаться? — Она подняла брови. — Притвориться твоей дуэньей…

— Это не обязательно.

Тем не менее Джейси пригладила рубашку и подтянула тренировочные штаны. Естественно, Дэвиду нужно было появиться в тот самый момент, когда она выглядела сущей ведьмой. Вся одежда мокрая, словно у какой-нибудь первогодки в колледже, которую в процессе ритуала инициации заставили драить туалеты.

Она мысленно стукнула себя кулаком по голове. Какая разница, как она выглядит? Ее проблема гораздо серьезнее: что делать с Элом?

Таша пыталась промокать растущую лужу на полу бумажными полотенцами, подкладывая все новые и новые по мере того, как они пропитывались влагой.

— Так что он здесь делает? У него есть хоть какая-то ниточка?

— Я бы не назвала это ниточкой.

Джейси открыла холодильник и изучила его содержимое. На первый взгляд ничего интересного.

— А как бы ты это назвала?

Джейси глубже залезла в холодильник и за пакетом с брюссельской капустой нашла подернутую изморозью пинту орехового мороженого. Сняв крышку, она обнаружила наполовину опустошенную коробку твердого, заледеневшего мороженого, покрытого маленькими ледяными гранулами.

— Давно оно тут лежит?

— Давно мы живем в этой квартире?

— Три года.

— Вот столько и лежит.

— О господи!

Джейси понюхала мороженое, но от него пахло только холодом. Ладно, все равно. Она бедром закрыла дверцу холодильника и взяла с сушилки ложку. В данный момент ей срочно требовалось мороженое, и если лучше ничего нет, то так тому и быть.

— Ты не ответила на мой вопрос, — упрекнула ее Таша.

Она продолжала завивать волосы и одновременно промокала бумажными полотенцами воду на полу. В целом получалось эффектно.

Джейси попыталась зачерпнуть мороженое, но лишь согнула ложку.

— Джес… — не унималась Таша. — Просто скажи все как есть.

— Он не учился в Гарварде. Его заявление отклонили.

— Невероятно! — Таша покачала головой. — Человек-загадка, да?

— Похоже на то.

— Может, он шпион.

— Ой, ради бога! Шпион в Сан-Диего?

— Маловероятно, — согласилась Таша. — А может, он был женат?

Джейси задумалась.

— Вряд ли. У него не было полоски от кольца.

— И что ты собираешься делать?

Джейси едва не фыркнула. Этот самый вопрос заставил ее отправиться на поиски подруги. Но теперь… может, новое открытие не так уж и важно? Ну и что, если Эл оказался не совсем таким, как она себе представляла? Это еще не означает, что он передвинулся на ее шкале в область людей со странностями. И уж точно не меняет того факта, что отношения у них были прекрасные. Он по-прежнему ее лучший кандидат на роль мистера То Что Надо.

— Ничего я не собираюсь делать, — ответила она, гордо вскинув голову. — Попрошу Дэвида выяснить, был ли Эл женат. А насчет Гарварда… это не имеет значения. Я, к примеру, тоже не закончила Гарвард.

— Ну, это не совсем то же самое.

Таша была права, однако Джейси находилась не в том настроении, чтобы признавать это.

Таша встала. Ее светлые волосы, обычно совершенно прямые и доходящие до плеч, превратились в буйные кудри.

— Мне нужно бежать. Он еще долго тут пробудет?

— Давай-давай, иди, — поторопила ее Джейси, по какой-то непонятной причине избегая встречаться взглядом с подругой.

— О, в самом деле?

Почувствовав, как вспыхнули щеки, Джейси с трудом удержалась, чтобы не прикрыть их ладонями.

— Он пришел просто поговорить.

— Угу, — сказала Таша, устремляясь к двери. Внезапно она остановилась, бросила на Джейси хитрый взгляд и подмигнула. — Если у вас случится что-то помимо разговора, не стесняйся, ознакомься с содержимым розового чемодана рядом с моей кроватью. Уверена, что-нибудь из моего набора игрушек мистеру Андерсону понравится.

— Убирайся!

Джейси ткнула пальцем в сторону двери, и именно в этот момент в дверном проеме появился Дэвид Андерсон. Наверно, если бы он застал ее танцующей на кухне в обнаженном виде, ей и то не было бы так стыдно.

Дэвид шагнул вперед мимо Таши, которая преувеличенно изобразила, что у нее отваливается челюсть, и показала Джейси большой палец. Потом она быстро подняла руку и сделала вид, что поправляет волосы, потому что Дэвид повернулся к ней. Он протянул руку для приветствия, а Джейси снова взмолилась, чтобы земля разверзлась под ее ногами. Однако ее молитва снова не была услышана.

— Привет. Я Дэвид. А вы, по-видимому, Таша.

— По-видимому, да, — сказала Таша, оставив в покое волосы и протягивая руку Дэвиду.

— Мне казалось, я просила вас подождать в гостиной, — вмешалась Джейси, надеясь, что холодность в голосе скроет овладевшее ею чувство неловкости.

— Да, просили. Но я рассчитывал закончить наш разговор еще в этом тысячелетии. — Он одарил обеих женщин надменной улыбкой. — Не беспокойтесь, я не торчал у двери кухни, подслушивая ваш секретный разговор.

Это было уже слишком.

— Мне наплевать, что вы там говорите. — Джейси указала пальцем на дверь. — Вы уволены. Убирайтесь к черту.

— Ладно, ладно. — Дэвид поднял руки с покаянным видом, все его высокомерие мгновенно улетучилось. — Прошу прощения. Неудачная шутка. Я и вправду ничего не слышал. Если у вас действительно был секретный разговор, то он останется тайной. — Он посмотрел на Джейси. Его синие глаза почему-то внушали доверие, несмотря на все обстоятельства. — Готов побожиться.

— Жизнью клянетесь? — вопреки желанию спросила Джейси.

— Между нами, дорогая: голову на отсечение не дал бы.

У Джейси вырвался непрошеный смешок.

— Достаточно честно, я полагаю.

— Прекрасно.

Дэвид прошел в глубь комнаты, показывая всем своим видом, что недоразумение исчерпано.

— Скажите, вы видели заявление, которое Эл подавал в Гарвард? — спросила Таша.

Джейси закатила глаза.

— Разумеется, видел, — ответил Дэвид.

— Он был женат?

— Таша!

— Что? Мы же хотели это выяснить. И ты сказала, что собираешься спросить.

Дэвид покачал головой.

— Он просил, чтобы ему предоставили комнату на одного.

— Но он мог жениться позже, — предположила Таша, и Джейси чуть не придушила ее.

Дэвид усмехнулся:

— Могу проверить это, если хотите.

Он подошел к маленькому столику с желтым пластиковым покрытием, который Таша нашла на блошином рынке, подтянул к себе стул, развернул его и оседлал, положив руки на спинку.

У Джейси округлились глаза.

— Вы физически не способны сидеть нормально?

— Чего?

Она кивнула на стул.

Дэвид бросил на нее недоверчивый взгляд.

— Это вас смущает? То, как я сижу? В чем дело? Неужели Таша по совместительству еще и мисс Хорошие Манеры?

— Да нет…

— Ну спасибо, — перебила ее Таша.

— …просто… — Джейси замолчала. С какой стати пускаться в объяснения? Не стоит тратить время на человека, с которым ее мало что связывает. — Неважно. — Подойдя к раковине, она бросила на груду влажных бумажных полотенец несколько новых. — Почему вы не рассказали мне все это по телефону?

— Решили устроить тут озеро?

— Труба протекает. Вы не ответили на мой вопрос.

— Хотите, я починю ее?

— Вы? — Джейси глянула на Ташу, безмолвно стоявшую в углу, и та энергично закивала. — Вы знаете, как устранить протечку?

— Да. Дэвид чинить водопровод. — Он ударил себя в грудь и зарычал, потом поскреб под мышкой и издал неопределенный звук: — Угх.

Джейси колебалась не дольше секунды. Что бы ни было, хуже он не сделает.

— Попробуйте.

— Гаечный ключ есть?

Джейси и Таша посмотрели друг на друга и пожали плечами.

— Ящик с инструментами под раковиной, — сказала Таша. — Мой последний бойфренд подарил их мне на Рождество.

— И наверно, поэтому он больше не ваш бойфренд, — отозвался Дэвид.

— В десятку. — Таша засмеялась и посмотрела на Джейси. — Мне нравится, как работает голова у этого парня.

Джейси скрестила на груди руки, испытывая по отношению к Дэвиду чувство собственности, на которое, в общем-то, не имела права, и кивнула в сторону раковины.

— Просто делайте то, за что взялись, а поговорим потом.

— Я прекрасно могу работать и говорить одновременно. Я даже могу жевать жевательную резинку и ходить. Это потребовало некоторой практики, но в конце концов я научился.

Он опустился на колени перед раковиной и принялся рыться в ящике с инструментами.

— Гаечный ключ у вас есть, — глухо прозвучало изнутри шкафчика под раковиной.

— Красота… — прошептала Таша, кивнув на зад Дэвида.

«Прекрати», — одними губами сказала Джейси.

«Хорошо», — точно так же ответила Таша, продемонстрировала Джейси два поднятых больших пальца и прочистила горло.

— Ну, я лучше пойду, — сказала она, обращаясь к заду Дэвида. — Джейси, ты не передумала насчет такси?

— Не передумала, — прошипела Джейси. — Теперь ты уйдешь наконец?

Дэвид пошевелился, его джинсы слегка натянулись, и девушки дружно вздохнули. Дэвид высунул из шкафчика голову.

— Куда вам нужно ехать?

— В Санта-Монику, — ответила Таша.

— Это не ваша забота, — одновременно с ней произнесла Джейси.

— Я могу отвезти вас, — предложил Дэвид.

— С какой…

— Прекрасно, — сказала Таша. — Я буду чувствовать себя гораздо лучше, зная, что ты едешь с человеком, которому можно доверять. Эти водители такси сплошь маньяки. К тому же они никогда не приезжают вовремя. Не хотелось бы, чтобы ты опоздала.

— Таша…

У Джейси только что дым не валил из ушей. Таша лишь улыбнулась, этакий невинный, маленький, сексуально одержимый херувим. Противная девчонка!

— Что вы против меня имеете? — спросил Дэвид. — У меня есть права. Черт, я могу даже работать водителем.

Ну, приехали. И что на это скажешь?

— Мне… ну… не хочется причинять вам беспокойство.

— Никакого беспокойства. — Он снова нырнул под раковину. — А почему вы не можете ехать на собственной машине?

— На ней меняют покрышки. Я хотела поехать с Ташей, но она уже опаздывает, а я застряла тут с вами и раковиной.

— Тогда вам остается одно из двух: либо вы поедете со мной, либо пойдете в Санта-Монику пешком. Если вы предпочитаете второй вариант, я бы на вашем месте отправился прямо сейчас.

— Ладно. Так и быть. Отвезите меня.

В долгосрочном плане легче было уступить. Кроме того, так ли уж ужасно провести еще час с Дэвидом Андерсоном? Может, он и заноза в заднице, но, по крайней мере, на его задницу приятно смотреть.

— Если, конечно, это вам не трудно, — закончила Джейси.

— Я же сказал, что пришел сюда поговорить с вами. Вот и поговорим по дороге.

— Ладно. Если вы жаждете изобразить таксиста, меня это вполне устроит. Но не вписывайте эту поездку в ваш счет в качестве дорожных расходов.

— Не впишу. Готов побожиться.

— Жизнью клянетесь?

Из-под раковины донесся приглушенный смешок.

— Дорогая, это мы уже проходили.

— Думаю, мне пора уходить, — сказала Таша. — Спасибо, Дэвид.

— Никаких проблем.

Джейси услышала скрежет металла по металлу. Потом:

— Порядок. Теперь попробуйте.

Она не поняла, о чем он.

— Вода, Джейси. Откройте кран.

— Ох! Правильно.

Джейси рванулась к раковине, но вдруг осознала, что не сможет дотянуться до крана, пока не перешагнет через Дэвида. Она состроила гримасу, глянула вниз, чтобы удостовериться, что он все еще в глубине шкафчика, и повернула кран.

— Похоже, все в порядке.

Теперь его голос звучал не так глухо.

Слегка заволновавшись, она посмотрела вниз и увидела, что Дэвид вылез из шкафчика и лежит на полу между ее ног, глядя с очень близкого расстояния на ее… э-э, на нее. Щекам Джейси стало тепло, и она поняла, что отчаянно покраснела.

Стараясь по возможности сохранять достоинство, она попыталась перепрыгнуть через Дэвида, но поскользнулась на влажных кафельных плитках и с громким шлепком упала на пол, усевшись прямо в лужу. При этом левая нога оказалась у Дэвида на груди.

Ее щеки заполыхали еще сильнее. «Милосердный Боже, — мысленно взмолилась она, — порази меня прямо на месте, чтобы я не валялась тут в таком жалком виде».

Увы, ей и на этот раз не повезло.

— С вами все в порядке?

Дэвид пошевелился под ней, и Джейси ощутила икрой ноги твердость мышц у него на груди. Она отдернула ногу, встала на четвереньки и отползла назад.

— Прекрасно. Все прекрасно. — Она кивнула на раковину. — Вы ее починили?

Глупый вопрос, поскольку поток воды иссяк. Просто ей нужно было хоть что-то сказать.

— Ну да. Все в порядке.

— Отлично, — выдавила из себя Джейси, надеясь, что ее голос звучит нормально.

Она вскочила на ноги и ринулась к холодильнику за содовой. На самом деле жажда ее не мучила, но неожиданное соприкосновение их тел до такой степени выбило ее из колеи, что требовалось чем-то занять руки. Сделав два глотка, она почувствовала, что способна повернуться лицом к Дэвиду.

— Вы ведь хотели поговорить, верно? Давайте поговорим. Объясните, почему вы пришли сюда, вместо того чтобы просто позвонить по телефону.

— Таковы мои правила, — ответил он, садясь.

— Правила?

— Да. Когда я раскапываю плохие или неожиданные новости, то предпочитаю сообщать их лично.

— А-а… Понятно. — Вроде бы это казалось логичным. — И что теперь?

— Теперь? Теперь нам нужно рассчитать следующий ход.

— Нам? Вы имеете в виду, вам? Вы же сыщик!

— И я счастлив продолжить расследование.

— Хорошо, — сказала Джейси.

— Хорошо, — повторил Дэвид и принялся отряхивать свою потрясающую задницу.

Джейси старалась не смотреть, как он это делает.

— Что? — спросил Дэвид.

— Что? — пискнула она.

— У вас был такой вид, словно вы хотели что-то сказать.

— А-а. В самом деле. Это насчет того, что…

Она стала лихорадочно соображать, что бы такое приплести.

— Насчет того, что он солгал вам? — спросил Дэвид.

Это прозвучало неплохо. Во всяком случае, лучше, чем признаться ему, что она отнюдь не погружена в размышления, а просто заворожена выпуклостью на его джинсах.

— Вот именно.

— Я не был бы слишком суров к этому парню, — сказал Дэвид. — Видите ли, объяснение кажется мне очевидным.

— В самом деле? — Джейси прищурилась, не зная, серьезно он или шутит. — Мне казалось, вы говорили, что у вас нет объяснения.

— Я солгал. Конечно, у меня есть объяснение. — Дэвид снова оседлал стул и уперся локтями в спинку, а подбородком в ладони. — Вы платите мне за то, чтобы я думал об этом парне, верно? Что, по-вашему, я делал последние несколько часов?

Она скрестила на груди руки и прислонилась к кухонному шкафу.

— Поверьте, я даже вообразить не могу, как вы распоряжаетесь своим временем.

— Вашим временем, дорогая. Вы платите мне, припоминаете?

— Как я могу забыть?

— Секс.

Она удивленно вытаращилась.

— Что-что?

— Такова моя теория.

— Так и знала, что никакой серьезной теории у вас нет.

— Черт меня побери, если нет. Я серьезен, как сердечный приступ. Секс, дорогая. Он хотел переспать с вами и поэтому солгал. Ну, понимаете, чтобы поразить девушку и все такое. — Дэвид откинулся назад, держась руками за спинку стула. — И это замечательно сработало, верно?

— Нет.

Дэвид молча уставился на нее.

— Дело не в этом. Он мне и так понравился, — сказала Джейси, не желая признать, что Эл начинает смещаться к тому концу ее личного спектра, где располагался мистер Очередная Промашка.

— Ну-ну.

— Готова поспорить, он учился на юридическом факультете, только где-то в другом месте, а про Гарвард сказал, чтобы произвести на меня впечатление.

Это должно быть правдой. Конечно же Эл не солгал ей насчет того, что он юрист. Тот парень в баре упоминал о каком-то судебном разбирательстве. И кроме того, Эл выглядел как юрист в своих хорошо отглаженных джинсах и накрахмаленной белой рубашке.

— Допустим. Хотите, чтобы я нашел его?

— Как?

— Можно позвонить в адвокатуру штата, к примеру. И если он не получал лицензию в Калифорнии, мы решим, куда обращаться дальше. — Дэвид пожал плечами. — Но сначала я бы заглянул к нему на квартиру и, если он дома, просто спросил бы его самого. Если же он отсутствует, может, соседи что-нибудь подскажут.

— К нему на квартиру? — переспросила Джейси, не веря своим ушам. — Он живет здесь? В Лос-Анджелесе? И у вас есть его адрес?

— По крайней мере, он тут жил. А живет ли сейчас, этого я не знаю.

О боже! Щеки у Джейси опять вспыхнули, ладони вспотели. Неужели это правда? Всего несколько минут — и она, возможно, увидит Эла?

Кажется, ее план и впрямь начинает осуществляться.

Она сделала глубокий вдох и улыбнулась. Ничего себе! Починил раковину и нашел Эла! Получается, что это был очень даже разумный ход — нанять Дэвида Андерсона.


— Я поеду туда немедленно, — заявила Джейси звенящим от волнения голосом.

Опираясь локтями о спинку стула, Дэвид потер виски и попытался собраться с мыслями. Шов в паху тренировочных штанов Джейси разошелся, и, лежа на полу под раковиной, Дэвид успел разглядеть ее розовые атласные трусики. Приятное зрелище, но воспоминание о нем мешало сосредоточиться.

— Поедете?

— Домой к Элу, — пояснила Джейси и, прищурившись, вгляделась в лицо Дэвида. — Как вы себя чувствуете? Может, дать аспирина?

Он отмахнулся от ее вопроса и заставил себя вернуться к делу.

— Со мной все в порядке.

Джейси подсунула ему блокнот.

— В таком случае напишите мне адрес.

Он покачал головой.

— Так не пойдет, моя конфетка.

— Прошу прощения?

— Одна вы туда не поедете, — отрезал он.

— Черта с два! Я не нанимала вас сопровождать меня.

— Нет, но вы наняли меня найти Эла.

— И вы его нашли.

— Может быть.

— Что это значит?

— А то, что это выяснится лишь тогда, когда мы там окажемся.

— Когда я там окажусь. Вот уж кто мне не нужен на свидании с бойфрендом, так это компаньон.

Господи, до чего же упрямая женщина!

— Позвольте растолковать вам, что к чему, — сказал Дэвид. — Это адрес семилетней давности. Район скверный. Я не дам вам адрес, если вы жаждете немедленно отправиться туда. А вдруг на ваш стук дверь откроет парень, который продает наркотики?

— Но…

— Никаких «но». Принимайте это как есть. Или не принимайте. В любом случае адреса вы не получите.

По-видимому, Джейси поняла, что потерпела поражение. Плечи у нее поникли, и она рухнула в кресло напротив Дэвида.

— Ладно.

— Отлично.

— Поскольку в данный момент у меня нет машины, мы поедем туда вместе.

Похоже, она не сдается?

— Я так не думаю, — спокойно возразил Дэвид.

— И почему же?

— Я не работаю по такому принципу. — Он поглядел ей в глаза. — И давайте покончим на этом.

— По какому такому принципу?

Дэвид вздохнул. По-видимому, «покончить на этом» не получится.

— Не езжу с прицепом.

— Я вам не прицеп. — Судя по чересчур ровному тону, Джейси кипела от ярости, но держала себя в руках. — Я ваша клиентка. И я оплачиваю ваши счета. Припоминаете? Либо вы даете мне адрес, за который я заплатила, либо отвозите меня туда.

На мгновение у него мелькнула мысль продолжить борьбу. Но она была права. Она оплачивает счета. И поскольку она явно не собирается останавливаться на этом…

Он вздохнул и провел рукой по волосам.

— Прекрасно. Все, что угодно. Но если Большой Эл вышвырнет нас с крыльца, поняв, что сделка с наркотиком не выгорит, вспомните, что я вас предупреждал.

Джейси закатила глаза, явно не одобряя его легкомысленного тона.

— Мне нужно переодеться.

— Вы уверены? Я хочу сказать, разве может бывший бойфренд устоять против подобного наряда, в особенности с дополнительными преимуществами?

Грубо, наверное, но ее настырное желание тащиться за ним по пятам ужасно разозлило Дэвида, и он не сумел сдержаться.

Джейси вперила в него сердитый взгляд.

— Я оделась так, как всегда одеваюсь дома по субботам. Вы не предупредили меня о своем визите. Чего вы ожидали? Что я разгуливаю тут в атласной пижаме?

Он усмехнулся.

— Нет. Вообще-то клочок атласа мне удалось мельком увидеть, на что я никак не рассчитывал. Я почему-то думал, что вы стопроцентно хлопчатобумажная девушка.

Судя по выражению ее лица, она не поняла, о чем речь.

— Клочок атласа?

Дэвид изогнул бровь и понизил голос:

— Ну да, атласа.

Мгновение ее взгляд оставался таким же недоуменным. Но потом…

— О господи! — Джейси отскочила от стола и попятилась от Дэвида с таким видом, словно только что выяснилось, что он заразный. — Вы видели мои…

— Эй, лично мне понравилось. В смысле, розовое на девушке — что может быть лучше? Но не кажется ли вам, что это немножко чересчур откровенно для воссоединения? Даже для любовного воссоединения?

Разглядев выражение ее лица, он почувствовал укол вины. Джейси попятилась к шкафу, прижалась к нему бедром и, заведя руку назад, ощупала свои штаны. Спустя мгновение лицо у нее напряглось, и она втянула щеки.

— Не могли раньше сказать?

Дэвид ухмыльнулся по-волчьи.

— Что? И лишиться такого зрелища?

Он понимал, что не должен мучить ее, но ничего не мог с собой поделать.

— Если вы рассчитываете смутить меня настолько, чтобы я отказалась от поездки с вами…

— Дорогая, на такую удачу я не рассчитываю.

По крайней мере, пока его план срабатывал: она готова платить и дальше. Он-то ожидал, что, возможно, она захочет забыть о поисках Эла, однако Джейси проявила склонность поступать вопреки его ожиданиям. Иногда психологический просчет оборачивается настоящим чудом.

Несколько мгновений она испепеляла его взглядом, бормоча проклятия, плохо сочетавшиеся с ее веснушками, а потом попятилась к кухонной двери.

— Даже и не мечтайте отправиться к Элу в одиночку, — сказала она. — Я сейчас вернусь.

Усмехнувшись, Дэвид уселся на кухонный стол и внезапно осознал, что — вот удивительно! — с нетерпением ждет ее возвращения.


Едва кухонная дверь закрылась за ней, Джейси испустила вздох облегчения. Слава богу! Она чуть не умерла от унижения прямо там, на месте, стоя с прорехой в штанах перед Дэвидом Андерсоном. И ведь ему пришлось бы делать ей искусственное дыхание. Только этого не хватало!

Оказавшись в коридоре, Джейси бросилась в свою комнату. А она еще тужилась продемонстрировать ему, кто из них главный! Выставлять свои трусики на обозрение тому, кого наняла… ну, вряд ли в этих условиях он будет вести себя как настоящий профессионал.

Хотя дело не только в профессионализме. Джентльмен просто промолчал бы. Но нет, Дэвиду нужно было непременно вылезти и сообщить о том, что он видел ее нижнее белье.

Если бы она еще не знала, что Дэвид Андерсон псих, то сейчас точно пришла бы к такому выводу.

По крайней мере, она не носит трусики с прорезями или из слишком обтягивающего эластика. Можно только представить себе, что сказал бы Дэвид в этом случае.

Джейси распахнула дверь своей комнаты, влетела внутрь и закрыла дверь. Пусть этот мерзавец и вогнал ее в смущение, но она сумеет справиться с собой, прежде чем вернется на кухню и встретится с ним лицом к лицу. Не доставит она ему такого удовольствия — понимать, что он сумел испортить ей настроение до конца дня.

Она уселась на кровать и сделала десять медленных очистительных вдохов. Ей нужно собраться. У нее есть конкретная цель, и это утро посвящено поискам Эла, а не тому факту, что она крепко повязана с Дэвидом. Джейси громко рассмеялась нелепости этого. Может, Таша и права, что у него симпатичный зад, но зато все остальное…

Она встала, подошла к платяному шкафу, открыла дверцу и проинспектировала глядевшие на нее мешковатые джинсы, брюки и сарафаны, висящие на подобранных по цвету пластмассовых вешалках. Ничто не бросалось в глаза в качестве наряда, подходящего для любовного воссоединения, поэтому Джейси начала методично просматривать всю одежду, разделив ее на три категории: «да», «нет» и «может быть». Спустя минут десять результат был таков: «да» — ноль, «нет» — подавляющее большинство и около шести вариантов «может быть». Всего ничего для весьма объемистого шкафа.

Проблема состояла в том, что требовалось что-нибудь привлекательное и в то же время не нарочитое. Ее одеяние не должно было вопить: «Какая я была идиотка! Где ты пропадал последние шесть месяцев?» Нет, Джейси хотела появиться в чем-то, более тонко намекающем: «Надеюсь, мы сумеем это преодолеть» или: «Разве не забавно, что мы встретились на твоем крыльце, когда я ехала на работу?»

После долгих раздумий она выбрала черные брюки капри, с которыми можно было надеть либо топ ручной окраски, который Таша подарила ей на прошлое Рождество, либо джемпер от Лоры Эшли, великолепно сочетающийся с любимой розовой хлопчатобумажной тенниской Джейси. Первым порывом было остановиться на джемпере. Консервативно. Удобно. Определенно более деловой вид. Джейси нахмурилась. С одной стороны, она не собиралась интервьюировать Эла на предмет его пригодности для работы. С другой стороны, она едет с Дэвидом, а их взаимоотношения носят сугубо деловой характер. Плюс к тому он должен потом отвезти ее на работу.

Однако…

Покусывая нижнюю губу, Джейси разглядывала костюмчик капри. Не совсем ее стиль, но зато этот наряд прекрасно подходит для свидания и уже получил одобрение Таши. К тому же она ведь едет на встречу с Элом.

Кроме того, до сих пор Дэвид видел ее либо в прилипшем к телу, насквозь промокшем сарафане, либо в неряшливых тренировочных штанах. Он, наверно, считает, что она из тех, кто плюет на моду. Вообще-то Джейси не волновало, что он там себе думает, — у нее и в мыслях не было, что между ними может что-то возникнуть, но тем не менее… В конце концов, у любой девушки есть своя гордость.

Она сняла тренировочные штаны и натянула короткие черные брючки на печально прославившиеся трусики. Потом надела завязывающийся спереди топ, оставляющий открытой полоску на животе. По счастью, ее живот выглядел вполне прилично, несмотря на нелюбовь Джейси к физическим упражнениям.

Девушка надела любимые белые туфли и внимательно оглядела себя в большом, в полный рост зеркале. Неплохо.

Покрутившись перед зеркалом, чтобы проверить, не порвалось ли где-нибудь, Джейси почувствовала, что готова снова встретиться с Дэвидом. В последний раз взглянув на свое отражение, она отрепетировала испепеляющий взгляд, которым одарит Дэвида, если он осмелится хотя бы подумать о ее маленьком фиаско с трусиками.

Хорошо. Она готова к самому пристальному осмотру. Высоко подняв голову, Джейси возвратилась на кухню, уверенная, что выглядит как воплощенное достоинство.

Но ее усилия пропали зря. Когда она вошла, Дэвид стоял спиной к ней и разговаривал по мобильнику. Вот тебе и грандиозное появление.

— Нет, я не стану этого делать, Милли, — сказал он.

Милли? Где-то внутри у Джейси возникло совершенно необоснованное и при этом очень неприятное чувство. Не ревность, нет. С какой стати ей его ревновать? Дэвид мог встречаться с любыми женщинами, с какими пожелает, — ее это абсолютно не волновало. Она просто была поражена его невоспитанностью. Не слишком-то вежливо спорить с подружкой, находясь в доме другого человека, да еще и во время, принадлежащее этому человеку.

У них почасовая оплата. В данный момент он принадлежит ей, однако почему-то занимается устройством своих личных дел. Возмутительно!

— Нет, — повторил Дэвид.

Джейси стояла, притопывая ногой по кафельному полу.

— Давай покончим на этом, ладно? — Он замолчал, и было видно, как напряглась его спина. Потом плечи поникли, и он издал глубокий вздох. — Прекрасно. Позабочусь об этом завтра. Я тебя тоже люблю.

Крошечный жучок, который не был ревностью, снова принялся точить Джейси изнутри, и она подтянулась, надеясь, что хорошая осанка послужит надежным противоядием.

Дэвид повернулся. Глаза у него округлились, губы тронула улыбка.

— Вот это да! Вы выглядите… очень мило.

— Вы, похоже, удивлены.

— Прошу прощения. Я просто… — Он махнул рукой. — Вы великолепны. В самом деле. Уверен, Эл будет в восторге.

Джейси решила, что это сойдет за комплимент.

— Приятельница? — спросила она, кивнув на телефон в его руке, и тут же пожалела, что не может немедленно отрезать себе язык.

— Увы, нет. С приятельницами можно спорить, с родственниками — нет.

Он подошел к столу и поставил на место стул. Джейси накрыла волна необъяснимого облегчения.

— Итак, — отрывисто, деловым тоном продолжал Дэвид, — вы готовы?

Она кивнула, почувствовав, что у него изменилось настроение, и задаваясь вопросом о причине этого. С Дэвидом что-то происходило, но она понятия не имела, что именно. Хотя если родственники у него такие же, как у нее… что ж, тогда понятно.

— Конечно.

— Хорошо. — Он зашагал к двери. — После встречи с Элом я отвезу вас на работу. В Санта-Монику, да?

— Если Эл сам не захочет отвезти меня.

Вообще-то мысль о такой возможности посетила ее лишь сейчас. Еще полчаса — и не исключено, что весь остальной вечер она проведет с Элом. Джейси сделала глубокий вдох, ожидая почувствовать восторг предвкушения, но почему-то не почувствовала.

— Дорогая, ради этого вы меня и наняли. — Он поймал ее взгляд, и в его глазах мелькнуло нечто непостижимое, заставившее Джейси изумленно открыть рот. — Если он вас хочет, он, черт побери, вас получит.

Глава 4

— Я уже большая девочка, мистер Монрой. — Она достала сигарету и замерла в ожидании, что я дам ей прикурить. — Опекун мне не требуется.

Мы стояли рядом с рестораном Большого Сола. Я допустил ошибку, рассказав ей, что Большой Сол — моя единственная ниточка. Как и все женщины, Мэллори склонна совать нос куда не следует. Сегодня ночью это привело ее сюда.

— У меня на этот счет другое мнение.

Я пошарил в кармане в поисках спичек, хотя вряд ли нуждался в них. Проскакивающих между нами искр было достаточно, чтобы разжечь сигарету. И не только ее.

Я чиркнул спичкой, пламя замерцало, и Мэллори наклонилась, приблизив к нему кончик сигареты. Глубоко затянулась, выдохнула; кольца табачного дыма поплыли в ночном воздухе. Она посмотрела на меня.

— Это неподходящее место для дамы, — сказал я.

— Я сама могу о себе позаботиться, — стояла она на своем.

— Может быть. Однако немало кошечек оказались закатаны в бетон, после того как без приглашения втерлись к Большому Солу. Можете счесть меня сентиментальным, но, на мой взгляд, вы слишком красивы и я не смогу спокойно смотреть, как вы окаменеваете.

— Тогда помогите мне. — Она наклонилась еще ближе. — Пойдемте со мной.

— Я не какой-нибудь сосунок, чтобы нарываться на неприятности, — возразил я.

К несчастью, я вел себя как сосунок в том, что касалось конкретно этой дамы, и, черт меня побери, она понимала это.

— Пожалуйста, Монрой, — проворковала она, недовольно надув смертоносные губки. — Ради меня.

Она уложила меня на обе лопатки. И хотя внутри все вопило «нет», губы сказали «да». Я взял Мэллори под руку, и мы вместе перешли улицу, направляясь в ресторан Большого Сола, прямо в пасть зверю.

— Осторожнее!

Испуганный крик Джейси вывел Дэвида из задумчивости, и он успел нажать на тормоза, чудом избежав столкновения с кроваво-красным «порше», с ревом вылетевшим из-за угла.

— Вы в своем уме? — пискнула Джейси.

— Извините. Отвлекся.

— Я догадалась. — Она прищурилась. — И что же вас отвлекло?

«Дама по имени Мэллори, которая становится все больше похожа на вас». Но он не сказал этого вслух, просто пожал плечами.

— Думал о вашем деле.

И еще о том, как выглядит ее попка в этих обтягивающих брючках. Когда она вернулась на кухню, его чуть удар не хватил. Предупреждать надо, прежде чем демонстрировать такие дивные округлости! Тем более что до этого Джейси представала перед ним лишь в бесформенном сарафане и еще более бесформенных тренировочных штанах.

— Продолжайте в том же духе, и о моем деле можно будет не беспокоиться, потому что мы оба окажемся мертвы. Это будет очень обидно еще и потому, что от автомобиля тоже ничего не останется. — Она наклонилась и провела рукой по приборной доске. — Его владелец, может, и псих, но автомобиль очень, очень крутой.

Дэвид повернулся к ней.

— Вам нравятся автомобили?

— Шутите? Я их обожаю. В особенности классические. Это какой? Пятьдесят третий?

Он поглядел на нее поверх оправы солнцезащитных очков.

— Как вы определили?

Он потратил восемь лет, восстанавливая этот «студебеккер», причем все, за исключением установки двигателя, сделал собственными руками.

Джейси лишь пожала плечами.

— На самом деле это «студеллак», — уточнил он.

Может, она и воображает, будто разбирается в автомобилях, но Дэвид готов был поспорить на содержимое своего бумажника: она не догадывается, что едет на «студебеккере» с двигателем от «кадиллака».

— Правда? — Ее глаза засияли, и у Дэвида вдруг возникло неприятное ощущение, что он только что лишился двадцати шести долларов и двух лотерейных билетов. — Это круто!

— Вы знаете, что такое «студеллак»?

Она округлила глаза.

— Конечно.

Дэвид заподозрил, что она блефует.

— Он гораздо мощнее обычного «студебеккера», — продолжала Джейси. — Двигатели у пятидесятых «кадди» — это нечто, правда?

Дэвид вздохнул. По-видимому, она не блефовала.

— Надо полагать, вы фанат Йена Флеминга?

Ясно. Эта женщина и впрямь много знает об автомобилях. Ян Флеминг в одной из книг о Бонде упоминал этот автомобиль, что, по мнению Дэвида, звучало чертовски круто.

— Бонд хорош, — сказал он. — Но я главным образом фанат этого автомобиля.

Ему нравились гладкие обводы, форма капота, замечательные белые боковины. Черт, автомобиль бесспорно потрясающий.

— Глядя, как вы водите машину, об этом не догадаешься. Вот поцарапаете ее, а потом будете жалеть.

— Я превосходный водитель, — произнес Дэвид, постаравшись сымитировать голос Человека дождя.

Но она, похоже, не поняла шутки.

— Правда? В таком случае ваше определение превосходного оставляет желать лучшего.

Свет на светофоре сменился, и Дэвид поблагодарил Бога за эту маленькую милость, поскольку теперь мог просто вести машину, не обращая внимания на Джейси. Беда в том, что не обращать на нее внимания становилось все труднее.

Когда он мельком разглядел ее трусики, это было вовсе не то же самое, как если бы он увидел ее обнаженной. Проклятье, да что он вообще видел? Всего-то проблеск розового в прорехе хлопчатобумажной ткани с начесом. Ее домашняя одежда — мешковатые тренировочные брюки и большая не по размеру рубашка — отнюдь не была вызывающей, но зато оставляла простор воображению. И воображение Дэвида тут же разыгралось. А когда позже Джейси появилась в обтягивающих брючках, оно и вовсе начало зашкаливать.

И самое удивительное, Джейси, похоже, даже не догадывалась, как привлекательно выглядит. Этот наряд, так выгодно подчеркивающий ее округлости, в целом был довольно скромным.

Даже этот топ в духе чокнутых хиппи. Он оставлял открытым живот, но совсем немного. Сущее безобразие, по правде говоря.

А теперь она ведет такие разговоры, словно полжизни посвятила автомобилям. Дэвид мысленно покачал головой. Поразительно. Может, Джейси Уайлдер и зануда, но что-то в ней определенно есть. Не одноклеточная, скажем так. Женщина-загадка, и к тому же потенциально горячая штучка.

Впрочем, он не собирался исследовать этот ее потенциал, даже в плане быстрого зондирования. Она им не интересуется, она интересуется Албертом. Албертом — любителем приключений в отелях. Слабаком, не сумевшим пробиться в Гарвард.

Конечно, напомнил себе Дэвид, ему плевать, кем там интересуется Джейси. Может, Милли и готова рассылать приглашения на свадьбу, но истина в том, что он очень мало что знает об этой женщине. Ну, ему известно, что она любит автомобили, увлекается искусством и обожает давать ценные указания водителю. Кроме этого, он не знает практически ничего. Если не считать того, как она выглядит и как от нее пахнет…

Его тело напряглось, и он заерзал на сиденье, чтобы закамуфлировать это. О да, Джейси очень, очень мила. И как раз такие девушки вызывают прилив крови к некоторым частям тела мужчины и навлекают на него неприятности. Большие неприятности. Навевают мысли о таких вещах, как брак, дети и закладные. Дэвида все это не интересует. Не сейчас. И не потом. И возможно, никогда больше.

Лучше иметь дело с откровенными карьеристками с их каблуками-«гвоздиками» и деловым подходом к свиданиям по принципу «я резервирую за вами время в пятницу». С женщинами, которые носят под изысканными костюмами тонкое белье и чья кровь ох как горяча вопреки их подчеркнуто холодноватой манере поведения. С женщинами, настолько озабоченными собственной карьерой, что они не ждут, чтобы Дэвид купил им кольцо. Как и он сам, они просто хотят хорошо провести время.

Это гораздо лучше. Гораздо безопаснее.

К несчастью, когда возникает потребность в такой деловой женщине, ни одной из них днем с огнем не сыщешь. И как раз в данный момент эта потребность была очень велика. Если Эл не бросится в объятия Джейси и не отвезет ее потом в Санта-Монику, Дэвиду предстоит провести с ней практически весь день.

Жуть, жуть, жуть.

Он проехал три лишних улицы и только тогда понял, что пропустил поворот на Ван-Найс — настолько завладели им мысли о Джейси. Проклятье! Дэвид быстро развернулся и поехал обратно.

— Я вам не доверяю, — сказала Джейси. — Вас опять что-то отвлекло?

— Да, я задумался.

— Интересно, о чем?

«О вас».

— Ни о чем таком, что стоило бы обсуждать.

— Если это имеет отношение к тому, что происходит в вашей голове, меня такие подробности не интересуют.

— Если вы столь невысокого мнения обо мне, тогда почему наняли меня?

— Мы это уже обсуждали, — отрезала Джейси. — Потому что вы недорого берете. — Она приподняла одно плечо. — И это не я невысокого мнения о вас, а Эллиот Тэлбот. И, судя по всему, вы сами о себе тоже невысокого мнения.

— А у вас, значит, сложилось другое впечатление обо мне?

Никакого ответа. Дэвид на мгновение оторвался от дороги и увидел, что его соседка сидит с хмурым видом, по-видимому обдумывая его вопрос.

— Ну? — подтолкнул он ее.

— Пожалуй, — сказала наконец Джейси. — Я имею в виду, что вы большой оригинал. — Она подняла руку. — Только без обид.

— Ну что вы.

Он сверкнул улыбкой, благодаря Бога за то, что этот разговор напомнил ему, какая она заноза, несмотря на все свои симпатичные округлости.

— И в то же время вы человек толковый. В смысле, вы еще ничего не получили по моему банковскому чеку, и все же мы здесь, на пути к дому Эла.

Весьма сдержанная похвала, но Дэвид удивился, учитывая, от кого исходили эти слова. Он помолчал, рассчитывая на продолжение. Но его не последовало.

— Значит, я вас поразил? — спросил он и тут же состроил гримасу.

Ничего себе! Докатиться до того, чтобы напрашиваться на комплименты клиентки!

— Да. Пожалуй, можно сказать и так.

По-видимому, эта фраза далась нелегко, потому что Джейси вздохнула и откинулась назад, поглаживая обивку.

Дэвид нахмурился. Та часть ее рассуждений, где она, по существу, назвала его психом, не стала для него неожиданностью. Ему часто приходилось сталкиваться с подобной реакцией. Как и его бывшая жена, женщины, с которыми он встречался, находили его заскоки либо очаровательными, либо раздражающими. Зачастую женщина начинала с первого и быстро переходила ко второму.

Нет, он не ожидал понимания от женщин. Он такой, какой есть, и никуда от этого не денешься. И он не собирался меняться, чтобы ублажать женщин. Однажды он уже попробовал, ради Сьюзен. И потерпел фиаско, закончившееся разочарованием с обеих сторон, а потом и разводом.

Однако фраза Джейси о том, как он выполняет свою работу… это было что-то новенькое. И по правде говоря, слышать такое было приятно.

— Вы не собираетесь снова пропустить поворот?

А может, он слишком поторопился. Дэвид поморщился.

— Нет, я не собираюсь снова пропустить поворот, — передразнил он Джейси. — Но если вы хотите, чтобы от вас был толк, почему бы вам не достать из бардачка карту?

Она с усмешкой наклонилась вперед.

— Что? — спросил он.

— Ничего.

— И все же?

— То, что вы вспомнили о карте именно сейчас. Вопреки вашим утверждениям, вы уже пропустили поворот. Я могла бы распечатать карту из Интернета. Тогда вы обозначили бы на ней маршрут и прикрепили ее к приборной доске.

— Вам когда-нибудь говорили, что вы зануда?

— Нет. Никогда.

— Наверное, вы прожили всю жизнь в пещере. Позвольте мне быть первым, кто скажет вам это. — На светофоре вспыхнул красный свет, Дэвид затормозил и повернулся к Джейси. — Дорогая, вы самая настоящая зануда.

— Спасибо. Услышать это от вас очень важно для меня. — Она развернула карту. — И какую улицу я должна искать?

Он сказал ей, и она принялась поворачивать и сгибать карту, бормоча что-то о квадрате Е-4.

— Вы изучаете карту или складываете бумажный самолет?

— Думаю, на любом самолете было бы безопаснее, чем с вами в качестве водителя, — парировала она.

Он кивнул на карту.

— Постарайтесь все же найти дорогу.

— Не думаю, что будет хорошо, если я погибну, разыскивая Эла, — пробормотала Джейси, не глядя на него.

Дэвид не счел нужным отвечать.

— Вот! — внезапно вскрикнула Джейси.

Дэвид ударил по тормозам, а его нанимательница завертела головой по сторонам.

— Куда?

— Туда, — указала она. — Вы должны были свернуть там.

— Могли бы предупредить немного раньше.

— Могли бы вспомнить о карте полчаса назад.

Поскольку она была права, Дэвид промолчал. Просто отпустил тормоза, развернул автомобиль и нажал на акселератор.

— Что это вы делаете? — закричала Джейси, вцепившись в приборную доску. — Вы же едете обратно!

— По вашим словам, мы пропустили поворот.

— А-а, ну да. — Она вывернула шею, глядя в том направлении, куда они ехали. — Но не так же резко! Вы нас убьете!

— Ну что вы. Я только…

— Вон туда!

Он снова затормозил, крутанул руль и свернул за угол.

— Видите? Теперь мы снова едем правильно.

— Вы сумасшедший. — Она бросила на него разъяренный взгляд и потуже затянула пояс безопасности. — Вам ведь это известно, правда?

— Вообще-то я давно подозревал нечто подобное, но пока я не начал разговаривать с воображаемыми друзьями, можно считать, что я все еще в здравом уме.

Джейси подняла брови и многозначительно посмотрела на лежащий между ними микрокассетный магнитофон. Дэвид пожал плечами.

— Ну ладно, ладно. Пока они не начнут мне отвечать, я буду по-прежнему считать себя нормальным.

— Я бы на вашем месте не была так в этом уверена, — пробормотала Джейси и откинулась на спинку сиденья, скрестив на груди руки.

— Эй! Предполагалось, что вы будете моим штурманом. Если я снова пропущу поворот и, разворачиваясь, врежусь в кого-нибудь, вы будете нести за это личную ответственность.

Она расплылась в улыбке.

— Ara! — Он отвел взгляд от дороги и ткнул в Джейси пальцем. — Я видел, видел! Это была улыбка.

— Ну и что? Даже законченные психи иногда могут быть забавными.

— Я не псих. Пока, по крайней мере.

— Нет, но вы у самого края.

— Это не мешает мне жить, — сказал Дэвид. — Если я чем и могу похвастаться, то тем, что сумел достичь равновесия.

По крайней мере, так было. С тех пор как он встретил Джейси, его мучил вопрос, не начал ли он терять хватку. Или, может, мир, который он знал, наклонился на своей оси?


Непонятно как, но они добрались до Ван-Найса живыми. По дороге на их глазах произошли две аварии: две машины, водитель каждой из которых рвался первым свернуть за угол, въехали друг в друга, а перед магазином «Стоп энд шоп»[9] в какого-то бизнесмена врезались сзади.

Однако Джейси это почти не взволновало.

То, как Дэвид вел машину, — вот что внушало ей ужас. Возбуждало, конечно, — в особенности если учесть, в каком чудесном автомобиле они ехали, — но и пугало.

Хотя теперь, когда они прибыли по старому адресу Эла, переживания по поводу езды Дэвида сменились волнением из-за того, что она вот-вот увидит Эла. Если повезет, это произойдет всего через несколько минут. От мысли, что она нашла его, ее охватывал трепет… и надежда, что его тоже охватит трепет, когда он поймет, что его нашли.

— Это здесь. — Дэвид приоткрыл свою дверцу. — Готовы?

Джейси заколебалась. Ей казалось, что да, она готова, но сейчас, перед лицом реальной встречи с ним, она никак не могла найти в себе силы обхватить пальцами ручку дверцы.

— Джейси? — Дэвид, успевший высунуть из машины ногу, повернулся и с обеспокоенным видом посмотрел на девушку. — С вами все в порядке?

— Конечно. — Она сжала ручку дверцы и толчком открыла ее. — Просто немного нервничаю, вот и все.

Так оно и есть. Это естественно. Она просто нервничает. В конце концов, она ведь этого и хотела — встретиться с Элом. Начать с того места, на котором они остановились. Выяснить, есть ли у них шанс.

— У вас все будет хорошо.

Правой рукой Дэвид сжал левую руку Джейси. Их взгляды встретились, и, удивительное дело, в его глазах светилось сочувствие. Она, конечно, много чего могла ожидать от Дэвида Андерсона, даже после столь недолгого знакомства, но уж никак не сочувствия.

— Джейси?

Она решительно распахнула дверцу.

— Все в порядке. Я готова.

Она улыбнулась Дэвиду. Он обошел автомобиль и подал ей руку.

— Знаете, его, скорее всего, даже нет здесь.

— Вы хотите успокоить меня или заставить еще сильнее нервничать?

Дэвид рассмеялся.

— Просто говорю правду. — Он кивнул на дом. — Соседство не из лучших.

На это трудно было что-либо возразить. Сам дом был не так уж плох, но соседний выглядел таким жалким, что Джейси не сомневалась: его обитатели наверняка имеют дело с наркотиками или даже с чем-нибудь похуже. Ну, это же Лос-Анджелес, где самое блестящее строение может соседствовать с самым паршивым. Она сказала об этом Дэвиду.

— Наверное, — пожал плечами он.

— И дом на охране. Спорю, внутри очень даже мило.

— Или ваш Эл вообще тут не живет.

Они остановились перед панелью для набора кодового номера, и Дэвид наклонился, просматривая список жильцов рядом с соответствующими номерами квартир.

— Никакого Элкота. В квартире двести семьдесят три значится некто по имени Брэд Стемпл.

— Ох!

Джейси испытала некоторое чувство облегчения оттого, что у Эла хватило вкуса перебраться в район получше; однако разочарование оказалось сильнее. Если его здесь нет, они возвращаются к начальной точке.

Конечно, если Эла здесь нет, значит, Дэвид продолжит свое расследование. Что, в свою очередь, означает, что Джейси и дальше будет встречаться с ним. Она удивилась, осознав, как сильно ее радует эта перспектива.

Дэвид легко прикоснулся к ее локтю, и эта пусть совсем ничтожная поддержка заставила ее сердце дрогнуть.

— Не волнуйтесь, это еще не конец пути. Может, его фамилии просто нет в списке. И даже если он переехал, кто-нибудь наверняка знает, где он живет сейчас.

— А если нет?

— Тогда поищем другой подход. — Дэвид набрал код квартиры Стемпла и нажал кнопку. — Вы наняли меня, чтобы найти его. Это я и собираюсь сделать.

В динамике послышался треск статических разрядов, и затем:

— Да?

— Мистер Стемпл? — спросил Дэвид.

— Что бы вы ни продавали, мне ничего не надо.

— Я ничего не продаю. Мы ищем того, кто жил здесь раньше.

— Да? И кто это «мы»?

Теперь голос звучал чуть-чуть менее раздраженно. Но только чуть-чуть.

— Меня зовут Дэвид Андерсон. Я частный детектив.

— Рад за вас. А что тут делает эта хорошенькая леди?

Дэвид нахмурился, но потом догадался, что их можно видеть из окна. Он вопросительно посмотрел на Джейси, и она кивнула.

— Это Джейси Уайлдер, моя клиентка. Как я догадываюсь, вы не намерены нас впускать?

— Правильно догадываетесь, — ответил голос Стемпла. — Я, знаете ли, тут живу, и вы отрываете меня от дел.

Дэвид откинул голову назад и широко распростер руки, как бы взывая к небесам.

— Мы будем чрезвычайно признательны вам за помощь.

Джейси понадобилось усилие, чтобы сдержать улыбку.

— Хватит подлизываться, просто назовите имя.

— Алберт Элкот.

В устройстве связи снова забулькало, но ответа не последовало. Дэвид глянул на Джейси и пожал плечами.

— Наверное, он не расслышал, — прошептала она.

— Наверное. — В голосе Дэвида прозвучали нотки сомнения, но он снова нажал на кнопку. — Алберт Эл…

— Я слышал.

— Надо полагать, вы знаете его?

— Это точно! Мы раньше вместе снимали квартиру.

— Звучит многообещающе, — сказала Джейси.

— Может, у вас есть его нынешний адрес? — спросил в микрофон Дэвид.

— Его адрес? Что за дерьмо, черт побери?

— Простите? — Дэвид посмотрел на Джейси, но она лишь покачала головой. По-видимому, у Эла не хватило вкуса выбрать себе и товарища по квартире. — О чем вы?

— Вы что, газет не читаете? Он умер, приятель, — произнес голос, и сердце Джейси подскочило. — Уже четыре месяца, как он мертв.


— Мертв, — повторил Дэвид. — Вы хотите сказать, он покойник?

Может, это какой-то новый жаргон и Стемпл просто имеет в виду, что Эл выехал отсюда?

— Ну да. Калорифер в офисе взорвался, и его разнесло на клочки. Жуткое дело.

А может, и нет.

— Мертв?

Голос Джейси прозвучал еле слышно, и Дэвид мысленно пнул себя ногой, вспомнив, зачем они здесь. А он даже не выразил ей никакого сочувствия.

Он обнял Джейси за плечи, хотя и не чувствовал себя особо компетентным в утешении овдовевших подружек.

— Джес, вы в порядке?

Глупый вопрос, если разобраться. Дэвид попытался представить себе, что сказал бы Монрой. Наверняка что-нибудь вежливое и спокойное, способное вызвать на ее губах улыбку. Но ему ничего не пришло в голову. По-видимому, Монрою нечего было сказать.

Джейси захлюпала носом.

— Да. Все хорошо. — Новое хлюпанье. — Нет. Нет, совсем не хорошо.

Хлюпанье перешло в рыдания, и Дэвид замер, абсолютно не представляя, что же ему теперь делать.

Он подвел ее к низкой стене, возведенной вдоль ряда чахлых цветов.

— Вот сюда. — Он неуклюже похлопал Джейси по плечу. — Посидите здесь секундочку, ладно?

Она вытерла слезы указательным пальцем и кивнула. Дэвид воспринял это как разрешение вернуться к переговорному устройству.

— Он в самом деле мертв? — спросил он снова, для пущей уверенности.

— Вот дерьмо! Сколько раз вам повторять одно и то же? Мертв. Капут. Прах к праху и все такое.

Ладно. Похоже, он все понял правильно.

— Когда? — спросил Дэвид.

— В марте. Я запомнил из-за того, что говорили на занятиях по английской литературе прямо перед тем, как я их бросил.

Дэвид удивленно вытаращился. Это вообще не имело никакого смысла.

— Чего-о?

— Ну, вы же знаете. Юлий Цезарь и какая-то идея про март. Поэтому я и запомнил, когда это произошло.

— А-а… — Дэвид не был уверен, что понимает рассуждения Стемпла, но вряд ли это имело какое-либо значение. Мертв — значит мертв, вот что важно. — Ну ладно. Простите, что побеспокоили вас.

— Никаких проблем, приятель. Мне, наверно, нужно повесить внизу табличку с разъяснениями для всех, кто расспрашивает о нем.

Дэвиду стало любопытно, что имеет в виду Стемпл, но тут его внимание привлекла сидящая с несчастным видом Джейси. Он снова поблагодарил Стемпла и отключился.

— Как вы? — спросил он.

Она подняла на него взгляд. В зеленых глазах стояли слезы.

— Не самый лучший день в моей жизни, это уж точно.

Она снова захлюпала носом. По щеке скатилась слеза.

Черт побери! Дэвид почувствовал себя ужасно неловко. Плачущие женщины. Это всегда доставало его. Всегда.

— Идите сюда, — сказал он резче, чем хотел, но она, казалось, ничего не имела против.

Он уселся на стену рядом с Джейси и притянул ее к себе. Она прижалась к Дэвиду и уткнулась лицом ему в грудь. Жесткой рукой он неловко похлопывал ее по вздрагивающим плечам.

Спустя несколько минут она вздохнула, засопела и подняла голову.

— Простите за рубашку. Она… ну… теперь мокрая.

— Не беспокойтесь об этом. — Пальцем он приподнял подбородок Джейси и заглянул ей в глаза. — Лучше?

— Д-да. — Она облизнула губы и отодвинулась от него. — Спасибо.

— Все нормально.

Самое удивительное, так оно и было. В отличие от большинства известных ему женщин, которые в случае депрессии запирались в автомобиле и выходили оттуда, только взяв себя в руки и приведя в порядок пострадавший макияж, Джейси действительно позволила ему помочь себе. И это было очень приятное ощущение.

— Просто все так странно, вы понимаете?

Дэвид спрыгнул со стены и встал перед Джейси. Вообще-то он не понимал или, может быть, понимал, но не совсем. Ему еще не случалось отправиться на свидание с подружкой и обнаружить, что она мертва. Но он мог представить себе, что это такое.

— В смысле, я была готова к тому, что у него появилась новая девушка. Или что он женат. Черт, я бы даже пережила, если бы выяснилось, что он голубой. Но мертвый? — Она с такой силой прикусила нижнюю губу, что та побелела. — Нет, этого у меня и в мыслях не было.

— Как насчет мороженого? — спросил Дэвид, от всей души надеясь, что она не заметит нелогичности его вопроса.

Она сдвинула брови — по-видимому, заметила.

— Мороженого?

— Ну да. — Под ее любопытным взглядом он почувствовал себя словно какое-нибудь насекомое. — Я хочу сказать, вы девушка. А девушки любят мороженое, когда они… ну, расстроены, или в плохом настроении, или… — Он смолк. — Глупая идея, да?

Несколько мгновений Джейси смотрела на него с таким выражением, словно в нем всего два фута роста. Но потом уголок ее рта дрогнул в улыбке.

— Нет, вовсе не глупая. Очень даже хорошая идея. Но ведь мне нужно на работу.

— А, верно, — сказал Дэвид, переминаясь с ноги на ногу. — Ладно, тогда поехали.

По крайней мере, вести машину легче, чем стоять здесь и пытаться убедить себя, что он говорит то, что надо. Почему-то с каждым мгновением это становилось все труднее.

Как только они выехали на дорогу, Джейси отвернулась к дверце. Оба молчали, поскольку никаких блестящих идей насчет того, как поддержать разговор, у Дэвида не появлялось. Монрой, конечно, точно знал бы, что сказать. Черт, Монрой наверняка даже заранее унюхал бы тут запах убийства. Но кому могло понадобиться убивать смазливого парня, завоевывающего расположение девушек при помощи мнимого гарвардского диплома?

Дэвид задумался. А может, этот «законник» связался с какой-нибудь опасной женщиной? Типа Сары, скажем. И каким-то образом во всю эту неразбериху оказался замешан Большой Сол. Дэвид начал прикидывать возможные варианты, но тут Джейси отвлекла его от этого занятия, повернувшись к нему и спросив:

— С вами все в порядке?

— Конечно. Все отлично. — Он почувствовал укол вины из-за того, что не задал ей тот же вопрос. — Просто задумался.

— Об Эле?

— Ну… да, в общем.

Он прикоснулся к магнитофону, но не стал включать его. Не признаваться же ей, что он с головой ушел в свой роман, а вовсе не размышлял о бедняге Эле. Да и какой толк размышлять о нем? Мертв — значит мертв.

— Все так ужасно, — сказала Джейси. — До сих пор поверить не могу.

— На это требуется время, — ответил Дэвид, искоса взглянув на нее. — Мне очень жаль, что все так обернулось. Если я могу как-то…

— Нет. — Она села прямее. — Я справлюсь. — Она сделала глубокий вдох. — Поверьте, я всегда справляюсь.

— Как это понимать?

Вообще-то не следовало спрашивать. Это уж точно не его дело. Но Дэвиду было любопытно. И по крайней мере, пока она говорит, можно не беспокоиться, как бы не ляпнуть что-нибудь не то.

— Понимаете, складывается впечатление, будто ничто никогда не происходит так, как я планирую. — Она застонала и уткнулась лицом в ладони. — Ох, господи, это звучит ужасно, — приглушенно продолжала она. — Эл мертв, а я жалуюсь, что он разрушил мои планы. Вы, наверное, считаете меня бессердечной.

Она снова откинулась назад и посмотрела на Дэвида.

— Нет, просто честной, — ответил он, потому что это была правда и потому что ему хотелось сделать так, чтобы она почувствовала себя лучше.

— В самом деле?

Он кивнул.

— Спасибо.

Они в молчании доехали до побережья.

— Высадите меня где-нибудь не доезжая до Променада, — попросила Джейси.

Дэвид уже знал, что она заменяет продавца в магазине одежды на Променаде. Поскольку эта улица была открыта только для пешеходного движения, он завел машину на небольшую стоянку на углу.

— Ну, — она протянула ему для рукопожатия руку, — полагаю, это все.

Он кивнул, внезапно осознав, что она права. Его наняли, чтобы найти Эла. Эл мертв. Конец истории. Он взял Джейси за руку, сопротивляясь желанию притянуть ее к себе и обнять. Вместо этого он просто крепко сжал ее пальцы.

— Позаботьтесь о себе, ладно?

Джейси ответила на рукопожатие Дэвида и высвободила руку; ее кожа была очень мягкой.

— Обязательно.

Она выбралась из автомобиля, захлопнула дверцу и пошла прочь от Дэвида по Променаду. У него мелькнула мысль припарковать машину и броситься вдогонку, но какой смысл? Дело закрыто. А в отсутствие дела у него нет никакого повода снова увидеться с Джейси Уайлдер.

Ни повода, ни причины.


Эл вставил ключ в замок и повернул без малейшего труда. Хорошо. По крайней мере, хоть что-то идет так, как надо.

Он проскользнул внутрь и быстро закрыл за собой дверь, молясь, чтобы никто из соседей его не увидел. Все они считали, что он погиб.

В лицо ударил знакомый запах прогорклого жира и пива, и Эл едва не задохнулся. Шесть месяцев он прожил вместе со Стемплом, и тот никогда не ел ничего не истекающего жиром, а пил только всякую дешевку.

Мелькнула мысль уйти. Но нет. Ему нужна помощь Стемпла, если он хочет найти бриллианты и убраться из страны до того, как Регги снова найдет его и располосует ему лицо. Поэтому он погрузился в зеленую глубину раскладного кресла, хрустнул корешком переплета «Фирмы» и приготовился ждать.

Спустя четыре часа послышался скрежет ключа в замке, и на пороге возник Стемпл, выглядевший совершенно измотанным. Отлично. Если он по-прежнему в две смены работает в морге, значит, его привлечет возможность подработать на стороне, помогая Элу.

Эл включил лампу рядом с креслом, и Стемпл подскочил чуть не до потолка.

— Дерьмо! Парень, ты напугал меня до смерти. — Он сощурился, приноравливаясь к перемене освещения, а потом широко распахнул глаза. — Неплохо выглядишь для мертвеца.

Эл еле заметно улыбнулся. Может, Стемпл и идиот во многих отношениях, но он оказал Элу большую помощь в инсценировке его смерти. Если бы не Стемпл, копы после взрыва в офисе не нашли бы вообще никакого тела или, точнее говоря, останков тела. Зубы, скажем… Думать о таких вещах противно, но ведь без этого было не обойтись. Эл постарался отогнать эти мысли.

Стемпл также подключил свои связи, чтобы устроить Элу фальшивые документы. Как все это было проделано, Эл понятия не имел, но в один прекрасный день он превратился в Чарльза Лафонтена с соответствующей карточкой социального обеспечения, паспортом и банковским счетом на Каймановых островах. Если вы согласны платить, можно сделать все.

И Эл платил. Это стоило целое состояние, но тогда в виде исключения он заплатил бы любые деньги. Черт, это были пустяки по сравнению с тем, что он рассчитывал прикарманить. Плохо только, что Эл потерял след Джуди и банковский счет Лафонтена на Каймановых островах практически опустел.

Конечно, если судить по состоянию этой квартиры, Стемпл профукал свою долю, и его банковский счет тоже пуст. Идиот! Вложи он деньги в казначейские билеты — сидел бы сейчас в шоколаде.

— Устал от аристократической жизни на острове? Решил вернуться и потусоваться с нами, бедняками?

— У меня возникла проблема, — ответил Эл. — Твой скупщик так и не объявился.

Стемпл вскинул руки и попятился, не сводя взгляда с руки Эла, которую тот не вынимал из кармана.

— Эй, приятель, это не моя вина. Ты хотел, чтобы я связал тебя с ним, и я это сделал. Я, знаешь ли, ему не отец.

— Успокойся.

Эл слегка пошевелил пальцами в кармане. Стемпл, наверно, подумал, что там у него пистолет. Что ж, тем лучше. Они были знакомы не один год, но это не означало, что они доверяли друг другу. Их взаимоотношения базировались на взаимной выгоде и деньгах.

— Я здесь не из-за этого, — продолжал Эл. На этот раз он был в ярости: проблемы разрастались, словно снежный ком. — Пока я был там, Регги засек меня.

— Будь я проклят, — пробормотал Стемпл.

— Нет, это я будь проклят. Если бы Регги схватил меня, ты и впрямь разговаривал бы сейчас с мертвецом. Но я ухитрился ускользнуть.

— Они, наверное, поняли, что взрыв был сфабрикован.

Эл кивнул. План возник случайно — ситуация просто упала ему в руки и была слишком хороша, чтобы не использовать ее. Хотя, конечно, оглядываясь назад, он понимал, что особенно радоваться было нечему: его план был столь же идеален, сколь и очевиден. По крайней мере, для Джо Мэлоуна. Эл допускал, что Джо сообразит, что к чему, и просто надеялся, что к тому моменту, когда это произойдет, он уже уберется из страны.

Все началось, когда умер его босс, Мелвин. Эл не занимался делами Джо, но имел достаточный опыт, чтобы понять: происходит что-то серьезное. Копы замели Джо за кражу бриллиантов, но, чтобы предъявить обвинение, у них не хватало доказательств, да и пропавших драгоценностей они не нашли. И не могли найти, потому что Джо отдал их своему адвокату и бриллианты на кругленькую сумму в миллион долларов были надежно спрятаны под полом у Мелвина.

Когда Мелвин во время заседания суда загнулся от сердечного приступа, чего никто не ожидал, Эл решил, что настало время позаботиться о себе.

За деньги Стемпл всегда был готов помочь старому знакомцу. Черт, за деньги Стемпл сделал бы что угодно. И они провернули это дельце всего за два дня. План был превосходный — если бы скупщик появился вовремя, если бы головорезы Джо не нашли Эла в отеле и если бы Эл не связался с Джуди.

— Какого черта ты приперся сюда сейчас? Раз Мэлоун вышел на тебя, лучше бы тебе оставаться за пределами страны. Позвонил бы по телефону, и я нашел бы тебе скупщика в Мехико, или на Кайманах, или где ты там обосновался.

— Я обосновался в дерьмовой маленькой квартире рядом с Мехико, потому что ни какие острова у меня денег не было, — ответил Эл.

— Неужто? — спросил Стемпл и глотнул из открытой банки с пивом, простоявшей на кофейном столике бог знает сколько времени. — Как это тебе удалось так быстро просадить миллион?

— Нет у меня никакого миллиона. После того как Регги засек меня, я связался с одной девчонкой. Подумал, что могу прятаться в ее постели, пока Регги шатается поблизости.

— Миллиона вроде бы многовато даже для самой высококлассной шлюхи.

— Ты просто живот надорвешь от смеха, Брэд.

Стемпл улыбнулся и хлебнул еще теплого пива. Эл состроил гримасу и уже не в первый раз спросил себя, как это его угораздило жить вместе с этим парнем. Просто чудо, что он не подхватил какую-нибудь болезнь.

— Серьезно, — сказал Стемпл. — Что случилось-то?

— Я спрятал добро в ее автомобиле. Ей захотелось пойти куда-нибудь пообедать, и у меня возникла идея. — Он состроил гримасу. — Чертовски хорошая идея. Спрятать бриллианты. Незаметно выскользнуть ночью. Украсть ее автомобиль и дунуть на нем за границу.

— И что же?

У Эла свело живот.

— Эта сука сбежала от меня.

Стемпл расхохотался. Да уж, сочувствия от него не дождешься.

— Как это случилось, приятель? Ты утратил свое обаяние?

— Понятия не имею. Знаю лишь, что она исчезла, а с ней и мои бриллианты.

— Ну и вляпался же ты.

— Что верно, то верно. — Эл посмотрел Стемплу в глаза. — Поэтому я и здесь. Мне нужна твоя помощь.

— Все, что угодно, дружище. Ты же знаешь.

Элу показалось, что над головой Стемпла вспыхнули долларовые банкноты.

— Имя, которым она назвалась, оказалось фальшивым. Из Сан-Диего я позвонил в отель. Никакая Джуди Уайлд для участия в конференции не регистрировалась. Я хочу, чтобы ты отправился туда и попытался разнюхать ее настоящее имя. Потом раздобудь мне адрес. Я должен найти этот автомобиль. И если бриллианты все еще там, возможно, мне понадобится, чтобы ты поболтал с ней.

Стемпл с задумчивым видом сплющил банку из-под пива и швырнул ее в угол, где она приземлилась с металлическим стуком на груду других таких же.

— У нее рыжие волосы?

Эл вытаращился на него.

— Откуда тебе это известно?

На физиономии Стемпла расплылась широкая улыбка, обнажив желтоватые от никотина зубы.

— Черт побери, приятель! От меня есть толк, даже когда я ничего для этого не делаю. Джейси Уайлдер. Эту сучку зовут Джейси Уайлдер.

Глава 5

Нужно было послушаться своего внутреннего голоса. Это первая заповедь, независимо от того, насколько дама сумела очаровать вас, и я эту заповедь нарушил. Все, что я знал об этом безумном деле, просто вопило, чтобы я остановился. Грешен, не устоял и взял Мэллори с собой в логово льва.

Мы прямиком отправились в заднюю комнату, не обращая внимания на олухов, пялившихся на ноги Мэллори, пока мы пробирались через общий зал притона. Задняя комната у Большого Сола — в обычных обстоятельствах не место для леди. Но оставь я ее у стойки, она наверняка наслушалась бы дерзостей от пьяных рож, а этого я не хотел. Бывают моменты, когда даже я веду себя как джентльмен.

Однако стоило мне открыть дверь, и я понял, что лучше бы я наплевал на этикет и оставил ее у стойки с чашкой кофе и обещанием, что скоро вернусь.

Она остановилась на пороге у меня за спиной, глядя на распростертое на полу тело. Чего-нибудь в этом духе я, по правде говоря, и ожидал. Рука Мэллори метнулась к горлу — единственный признак того, что ее ледяная выдержка начала таять.

— Мертв?

Учитывая дыру в голове лежащего на полу человека, ответить на этот вопрос было несложно. Не оставалось сомнений: кто-то укокошил Большого Сола.

— Если он не мертв, — сказал я, — завтра утром его будет терзать адская головная боль.

«Мертв».

Пальцы Дэвида зависли над клавиатурой. Пока что ему удалось написать всего два предложения, и оба были высосаны из пальца. В голове уже сформировалась вся история целиком, но он не мог воплотить ее в слова. Связь между головой и пальцами затрудняли мысли о Джейси и ее мертвом бойфренде.

Проклятье!

Его поиски привели к покойнику, и теперь Дэвиду никак не удавалось выкинуть Джейси из головы. В особенности потерянное, несчастное выражение ее лица. Бедная девочка. Когда утром он пришел к ней, она наверняка вообразила, что уже к обеду окажется в объятиях Эла.

И хотя он сочувствовал старине Элу из-за того, что тот связался с помешанной на замужестве женщиной, избавиться от чувства жалости к ней ему никак не удавалось. Может, она и заноза, но, вынужден был он признаться самому себе, она ему нравится. Точнее говоря, нравится все больше и больше. И она, безусловно, заслуживает лучшего, чем бойфренд, которого разнесло на клочки.

Дэвид выключил свой IBM, смирившись с тем, что написать что-нибудь стоящее сегодня не получится. Позор! Обычно негромкое гудение компьютера вдохновляло его. Единственное, что вдохновляло его больше, это писать на старой пишущей машинке с искривленной буквой «е». Однако сегодня вечером вдохновение, видимо, взяло выходной.

Дэвид со вздохом выбрался из кресла и отправился на кухню. Беглый осмотр шкафов показал, что у него есть все для приготовления шоколадного торта, хлебного пудинга и бананового фостера. Зато не обнаружилось никакой еды, которая сгодилась бы для нормального обеда.

Он взглянул на часы. Почти девять. Если он поторопится, то успеет в «Пекинскую утку» до того, как закроется кухня. Можно заказать еду навынос; черт, можно даже в расчете и на Джейси. В конце концов, это он принес ей сегодня плохие новости. По крайней мере, теперь он привезет ей обед — и поддержит настроение, в порядке возмещения, как говорится.

Дэвид уговаривал себя, что всего лишь хочет быть джентльменом, но внутренний голос нашептывал, что на самом деле он хочет увидеть Джейси. Плевать. Этих внутренних голосов у него в голове и без того предостаточно. Он просто покормит ее, отвезет домой, утешит. Вот и все. Потом его совесть будет чиста, он сможет отправиться домой к своей книге, и жизнь вернется в нормальное русло. Потечет так, как ему нравится.

Когда план окончательно созрел, он вышел из дома и поехал на своем «студеллаке» по жилым кварталам города до автострады, ведущей к Санта-Монике. Хозяйка заведения, Линг, знала его и, когда Дэвид сказал, что ему нужен обед на двоих, загорелась и начала выкрикивать указания на кухню. Дэвид понятия не имел, что она говорит, но она всегда понимала его правильно в том, что касалось еды. Поэтому он смирно сидел, попивая зеленый чай, вслушиваясь в доносившееся с кухни шипение и ожидая своего заказа.

Примерно минут через десять она бухнула на стол перед ним битком набитый бумажный пакет. В лицо ударил острый чесночный запах, и Дэвид почувствовал, как рот наполняется слюной.

— Я, кажется, говорил, что мне нужен обед на двоих. — Он приоткрыл крышку одной из маленьких треугольных коробок. — А здесь хватит на небольшой город.

— Вы сказали, что это для женщины, — возразила Линг. — Вы ведь хотите произвести на нее впечатление?

Дэвид вздохнул. Линг с дочерью переехали в Штаты три года назад. Год спустя Дженни вышла замуж, и теперь Линг относилась ко всем своим клиентам по-матерински, в большей или меньшей степени.

— Она клиентка, Линг, — ответил он, испытывая нечто вроде дежавю. — Не приятельница.

— Ну-ну.

Она, похоже, не поверила ему. Он сделал себе мысленную заметку как-нибудь привести сюда пообедать тетю Милли. Они с Линг определенно найдут общий язык.

Пятнадцать минут спустя он бодро шагал по Променаду, неся целую гору еды и выискивая магазин подержанной одежды. Остановился перед «Гаучо грилл», одним из своих любимых ресторанов, оглядываясь по сторонам и чувствуя себя ужасно глупо на глазах у множества спешащих мимо людей. Один чересчур щедрый деловой тип даже бросил ему четвертак. Дэвид подумал, что нужно не забыть подстричься.

Газетный киоск загораживал обзор в северном направлении, но, повернувшись в противоположную сторону, Дэвид заметил неоновую вывеску «ИЗ ЧУЛАНА». Учитывая, что ему нужен был магазин подержанной одежды, стоило попытаться.

Он подошел ближе, увидел в окне киноафиши и понял, что угадал. Прижимая одной рукой пакет, другой открыл дверь и вошел внутрь. Послышалось жужжание электронной системы безопасности.

Поставив пакет на прилавок — стеклянную витрину с дешевыми украшениями, расшитыми бисером кошельками и другими женскими безделушками, Дэвид оглянулся в поисках Джейси.

Никого.

Может, это все же не тот магазин? Потом откуда-то из-за спины послышался голос Джейси:

— Вам нужна помощь? Минуточку, я сейчас!

Здесь определенно превалировала тема кино. Пространство позади кассы заполняла впечатляющая фреска: через все небо протянулась полоса закрученной киноленты, каждый виток которой представлял собой кадр из какого-нибудь классического фильма. Дэвид вообще-то не слишком хорошо разбирался в кино, но должен был признать, что фреска прекрасная — для крошечного магазина, набитого одеждой, оставшейся от съемок кинофильмов и телевизионных передач. Случайно его взгляд остановился на одном кадре, под которым было написано: «Мэг Райан. „Кейт и Лео“[10]». Дэвид пожал плечами.

Его внимание привлек какой-то шорох, и вот, протиснувшись между грудами одежды, появилась Джейси. Дэвид с трудом сглотнул. Впервые увидев ее в обтягивающих брючках, он едва не упал в обморок, а сейчас вообще был близок к инфаркту. Похожая на мокрую крысу женщина, не так давно постучавшаяся в его дверь, больше таковой не выглядела. Более того, теперь она напоминала голливудскую секс-кошечку.

Юбка свободного кроваво-красного платья доходила Джейси до щиколоток. Теоретически ничего вызывающего, но вдобавок на ней были босоножки в тон на высоченных гвоздиках. Чертовски сексуально, признал Дэвид. Кроме того, остальная часть платья отнюдь не была такой уж закрытой. Перед представлял собой два куска той же шелковой ткани, которые поднимались от талии, плотно прилегая к телу и прикрывая груди, но оставляли на виду ложбинку между ними, а потом уходили к шее и там были завязаны. Спины Дэвид не видел, но был уверен, что она обнажена.

— Вот это да! — воскликнул Дэвид и тут же пожалел об этом.

За сегодняшний день он уже второй раз реагировал подобным образом. Того и гляди, у этой женщины разовьется комплекс.

Ее щеки вспыхнули.

— Дэвид. О! Привет.

Что-то энтузиазма маловато.

— Никогда не осознавал, что Джун Кливер[11] может выглядеть страстной.

— Джун Кливер? — Джейси широко распахнула глаза. — Вы и вправду думаете, что я похожа на Джун Кливер?

— Черт побери, да. — Он обвел руками контуры ее наряда. — Конечно, Уолли и Бива хватил бы удар, если бы они увидели свою мамочку в таком наряде.

Щеки Джейси зарделись еще ярче. Она схватила с ближайшей вешалки хлопчатобумажный жакет, просунула в рукава руки и плотно стянула борта на груди. Теперь вид был не такой вызывающий, но все равно чертовски привлекательный.

— Думаю, мех подошел бы лучше, — сказал Дэвид.

— Что? — заморгала Джейси.

Дэвид кивком указал на жакет.

— А-а, вы правы. — Она застегнула жакет, все еще полыхая щеками. — Грегори не может платить много, вот он и предложил мне выбрать какой-нибудь наряд. Вообще-то я собиралась подыскать что-нибудь… более практичное, но захотелось примерить это.

— Почему бы не взять его?

— Жакет?

— Платье. Вы выглядите в нем великолепно.

— Правда? — Она облизнула губы. — То есть спасибо. Хотя вообще-то это не мой стиль.

— Ну так он станет вашим.

— Кто вы такой? Редактор журнала «Вог»?

Дэвид засмеялся.

— Я обычный мужчина. И поверьте мне, это платье буквально создано для вас.

— Допустим. Но я — это я. И я отлично знаю, что мое, а что нет.

— Уверены? — спросил он, понимая, что лучше бы остановиться.

Эта женщина сводила его с ума — и вдобавок подшучивала над ним.

Нет, наверно, не подшучивала, если судить по сердитому взгляду, который она вперила в него.

— Итак, зачем вы здесь?

Дэвид кивнул на пакет.

— Я принес еду. И свое утешение. У вас был чертовски трудный день. Мне показалось, это неплохая идея.

Она уставилась на пакет.

— Принесли мне еду?

— Ну да. В смысле, еду нам обоим. Подумал, что где-нибудь снаружи можно найти столик и перекусить.

— Это так мило.

В ее голосе сквозило удивление.

— Я же не совсем псих.

Джейси засмеялась.

— Извините. Просто… — Она замолчала и посмотрела ему в глаза. — Спасибо.

— Всегда рад.

Он с удовольствием принял прозвучавшее в ее голосе предложение перемирия.

Юбка Джейси задела его по ноге, когда она прошла мимо и заглянула в пакет.

— И что тут у нас?

— Китайская еда, — ответил он. — Годится?

Ему нравилась китайская еда, и он от всей души надеялся, что ей тоже.

— Шутите? Это замечательно. — Джейси оглянулась по сторонам. — Раньше одиннадцати мне нельзя закрывать магазин, а есть холодное я терпеть не могу.

Дэвид начал вытаскивать из пакета маленькие коробочки с китайской едой.

— Ну так давайте поедим здесь.

— Здесь?

— Ага. Вроде бы покупатели вас не одолевают.

— Да, торговля идет вяло. По-моему, сегодня что-то происходит в Калифорнийском университете.

— А вам нужно поесть…

— Ладно, вы меня убедили. — Джейси кивнула на витрину. — По-моему, там в корзине есть стеганые одеяла. Одно из них можно использовать для пикника.

Она зашагала в заднюю часть магазина.

— Куда вы?

— Переодеться. — Одной рукой она приподняла юбку. — Может, это и сгодилось бы, если бы вы принесли не китайскую еду, а филе-миньон и шампанское. А так, думаю, мой костюм подойдет лучше.

Дэвид оглядел ее с ног до головы, испытывая прилив мужской гордости, когда она затрепетала под его оценивающим взглядом.

— Поверьте, дорогая, это платье подходит лучше.

Она плотнее сжала губы, щеки снова залила краска. Что ему, в частности, нравилось в рыженьких, так это то, как легко они краснеют. Спустя мгновение она покачала головой.

— Нет. Время маскарада закончилось. Я переоденусь в свою одежду, а потом подберу себе что-нибудь подходящее.

— Возьмите это платье, — сказал он.

— А вы пока найдите нам одеяло для пикника.

Голос прозвучал решительно, но в глазах плясали огоньки. Джейси исчезла в задней части магазина.

К тому времени, когда она вернулась, Дэвид расстелил на полу одеяло и расставил на нем то, чем, по мнению Линг, можно «произвести впечатление на девушку». Она, конечно, сделала все как надо. У них был горячий овощной суп, цыпленок в перцовом соусе, моллюски в чесночном соусе, говядина с брокколи, яичные рулеты, запеченные в тесте яблоки и, конечно, «счастливые» булочки с предсказаниями судьбы. Линг даже положила четыре бутылки «Саппоро». Дэвид понятия не имел, любит Джейси японское пиво или нет, но если нет, он с удовольствием выпьет ее долю.

— Потрясающе, — сказал Джейси.

Он открыл бутылку пива. Джейси с благодарностью взяла ее, сделала маленький глоток и кивнула на окно, около которого они расположились.

— Как вам удалось заказать столик с видом на улицу?

— Дал взятку метрдотелю.

— Класс! — Она взяла протянутую ей чашку и попробовала суп. — А вкусно-то как! Не забудьте официанту тоже дать чаевые. И мои похвалы шеф-повару.

— Непременно передам.

Дэвид достал бумажные тарелки и принялся раскладывать на них то, что приготовила Линг.

Джейси улыбнулась; их игра явно доставляла ей удовольствие.

— Вам следует приходить сюда почаще.

Она поставила чашку с супом и взяла предложенную ей тарелку.

— Ну, вы же знаете, как это водится у нас, хреновых частных детективов. Всячески угощаем, улещиваем женщин. Все, что угодно, лишь бы найти ниточку.

Кровь снова прилила к щекам Джейси.

— Простите, что тогда вырвалось. Люди говорят, что я болтаю много лишнего, — сказала она, палочками для еды гоняя по тарелке мясо и брокколи.

— Люди?

— Мама. Таша. И многие другие знакомые. — Она подцепила кусок, проглотила и отпила еще пива. — Один из моих недостатков.

— Я заметил это спустя несколько секунд после того, как впервые увидел вас.

Джейси усмехнулась.

— На то вы и детектив. — Она опустила взгляд на тарелку у себя на коленях. — Значит, вы меня угощаете и улещиваете?

Дэвид рассмеялся и придвинулся ближе.

— Безусловно. Я горячий сторонник того, чтобы поддерживать добрые взаимоотношения с клиентом.

Она вскинула голову и посмотрела ему в глаза.

— Я это запомню.

Он понятия не имел, о чем она думает, зато прекрасно знал, о чем думает сам. И его мысли угрожающе быстро скатывались к сексу. Нет, в принципе он ничего не имел против секса. И вопреки первому впечатлению, которое Джейси произвела на него, он не имел ничего против секса с ней. Может, она временами и вызывает раздражение, но разве сам он лучше? И хотя его не привлекает постоянная связь с женщиной, это не означает, что он не может немного развлечься.

А идея немного развлечься с Джейси — вот удивительно! — с каждым мгновением казалась все более и более привлекательной.

— Не сомневайтесь, так оно и есть. — Он обворожительно улыбнулся ей. — И непременно дайте мне знать, если вам чего-то не хватает. Удовлетворять клиентов — это моя работа.

— Неужели? — внезапно охрипшим голосом спросила она.

— Безусловно. Это очень важная составляющая моего дела.

Дэвид наклонился к Джейси и большим пальцем стер каплю соуса с уголка ее рта. Она вздрогнула, совсем чуть-чуть; но достаточно, чтобы он заметил. Их взгляды встретились. Хотелось бы знать, что она прочла в его глазах.

— Я должен сделать все, чтобы полностью удовлетворить вас.

— О!

Она сглотнула.

Дэвид чуть не набросился на нее, но почувствовал, что она мгновенно перестроилась. Села прямее и уставилась куда-то в направлении его паха.

— Пока у меня нет никаких жалоб.

Один ноль в ее пользу. Дэвид заерзал на одеяле, почувствовав, как твердеет его плоть. Чтобы скрыть это, он опустил тарелку на колени и решил, что пора сменить тему. А иначе ему только и останется, что раздеть ее и…

Это, конечно, было бы совсем неплохо, но влекло за собой определенные сложности. Джейси относилась к тому типу женщин, которые жаждут зацепиться за мужчину и усложнить ему жизнь. А это совсем не интересовало Дэвида. В итоге самое мудрое, наверное, — это проигнорировать разыгравшуюся плоть и сосредоточиться на испытанном и безопасном варианте — беседе.

— Ну как вам? — спросил он, не придумав ничего лучшего, и кивнул на ее тарелку.

— Замечательно. — Она взяла креветку и оглядела расставленную на одеяле еду. — Что, на десерт только «счастливые» булочки?

— Нет, вот-вот привезут «Хаген-Даз[12]».

— А, верно. Вы же еще должны мне мороженое.

Ее улыбка увяла, и Дэвид мысленно обругал себя за то, что заговорил о мороженом и тем самым оживил тягостные воспоминания.

Он снова наклонился к Джейси и взял ее за руку. Незамысловатый жест, но ничего другого ему не пришло в голову.

— Как вы?

Улыбка у нее получилась бледноватая.

— Нормально. — Она постучала концом палочки для еды по полу. — Это был странный, необычный день.

— Это хорошо или плохо? — спросил он и тут же пожалел об этом. — Простите. Глупый вопрос. Эл…

— Нет. — Она махнула рукой. — Что тут поделаешь? Конечно, мне жаль, что он умер. — Она вздрогнула. — Что за ужасная смерть! Но с моей стороны с самого начала было глупо искать его.

— Мне казалось…

— Что я отчаянно влюблена. Это не совсем так.

По причине, о сути которой Дэвид не стал задумываться, это признание обрадовало его.

— Что вы имеете в виду?

Джейси прикончила бутылку пива и отставила ее в сторону.

— Мне нужен был не столько сам Эл, сколько то, что он собой символизировал.

— Лопух, неспособный поступить в Гарвард и обманувший вас насчет этого?

— Забудьте об этом.

Дэвид мысленно выругал себя, попытался поймать каштан палочками для еды, промахнулся и взял его пальцами.

— Прошу прощения. Вы сказали, что болтаете много лишнего. Но не со мной. Или, может, я такой тупой.

Это заставило ее улыбнуться, и он накинул себе пару баллов.

— Я просто имела в виду, что вы были правы…

— Я всегда прав. — Он открыл еще одну бутылку пива и протянул ей. — И в чем я был прав на этот раз?

— В том, что вспомнили о Джун Кливер. Нет, я говорю не о роли домохозяйки, но дом, и семья, и…

Она замолчала, а Дэвид накинул себе еще несколько баллов за то, что так ловко раскусил ее тягу к семейной жизни.

— Не знаю, как сказать, — продолжала Джейси. — Наверно, то, чего мне не хватает, можно назвать нормальностью. — Она посмотрела ему в глаза. — Мне почти тридцать. Пора навести порядок в своей жизни.

— Мне почти тридцать пять, но я все еще далек от этого.

— Может, и вам следует.

Дэвид покачал головой.

— Только не мне, детка. Я более чем доволен своей жизнью. Но я в состоянии понять вас. Каждый хочет того, чего хочет. — Он разгрыз еще один каштан. — Я, к примеру, хочу путешествовать. Европа. Канада. Австралия. И я свое получу, черт меня побери. Сколько бы на это ни ушло времени. У меня даже есть друг в Париже, который снимет для меня квартиру, чтобы использовать ее как базу. Вот наскребу денег и уеду по крайней мере на год.

Он вздохнул. Интересно, удастся ли ему когда-нибудь расплатиться хотя бы с собственными долгами, не говоря уже о счетах Милли? Пока до этого далеко, но он был полон решимости. Вопрос, собственно говоря, один: как этого добиться?

Дэвид покачал головой, заставив себя вернуться к разговору.

— Кроме того, я уже насладился семейными радостями.

— Вы?

— Черт побери, да. Вы разговариваете с человеком, который однажды уже прошел через эту мясорубку. Брак! Я женился сразу после окончания школы, и она тут же затащила меня в пригород. Сьюзен думала, что наш дом в пригороде — рай земной, но я-то понимал, что мы движемся прямиком к бездне ада.

Джейси широко раскрыла глаза.

— Вы были женаты?

— С трудом верится, правда? Впрочем, я был тогда молод и глуп.

Джейси улыбнулась.

— И она тоже, надо полагать. Я имею в виду, была глупа.

Ее улыбка перешла в гримасу.

Дэвид сделал большие глаза.

— Очень мило.

— Эй, я наняла вас. Вы принадлежите мне. — Ее игривая улыбка подействовала на Дэвида не самым успокаивающим образом. — Значит, я имею право вас оскорблять.

— Да? — Он понизил голос. — А что еще вы имеете право делать со мной?

— Я…

Ее щеки снова зарделись, и он мысленно обругал себя за то, что испортил момент. Но это было сильнее его. Джейси вскинула голову.

— Имею право расспрашивать о вашем браке.

Дэвид и сам не знал, испытывает ли он облегчение или раздражение оттого, что она проигнорировала его инициативу. Наверное, все же облегчение. Определенно облегчение. Джейси — это сложности, которые ему совсем не нужны.

— Это я переживу, — сказал он.

— Ну?

Джейси махнула рукой, как бы подбадривая его.

— Что «ну»?

— Я расспрашиваю вас о браке, вспомнили? Давайте рассказывайте.

— Что именно вас интересует?

Джейси пожала плечами и хлебнула еще пива.

— Не знаю. — Она принялась водить по тарелке палочками для еды. — Ну… ммм… у вас есть дети?

— Нет.

И слава богу. В принципе он ничего не имел против детей, но если бы у них со Сьюзен были дети, он оказался бы связан с ней на всю жизнь. А вот это уж точно был бы ад.

— Зато у меня есть прекрасный автомобиль, кое-какая работа и развеселые уик-энды, заполненные работой на свежем воздухе.

Джейси накрутила прядь волос на указательный палец.

— Понимаете, поэтому я и считаю, что жизнь несправедлива. Моя жизнь досталась вам.

— Вы хотите жену, которой наплевать, счастливы вы или нет, лишь бы вы стабильно зарабатывали деньги?

Она бросила на него этот типичный женский или, точнее, сестринский взгляд, и Дэвид в знак капитуляции поднял руки.

— Эй, я же не сказал, что мы разошлись полюбовно.

На самом деле, когда они разводились, он искренне полагал, что им со Сьюзен вместе больше нечего делать. Они оба разочаровали друг друга, и наверное, им с самого начала не стоило затевать все это. По счастью, Сьюзен имела мужество отпустить его, а иначе Дэвид до сих пор тянул бы эту лямку, все больше разочаровывая жену и занимая не свое место.

— Я хотела нормальной жизни, а ее-то у меня никогда и не было, — пожаловалась Джейси.

— Качели на заднем дворе, пес Пират и «универсал» с прицепом?

— Вот именно.

— Ну, я уже все это пережил.

Она сердито посмотрела на него.

— Видите? Что я говорила? Моя жизнь досталась вам, а вы даже не оценили этого.

Дэвид хотел поспорить, но решил, что она вряд ли в настроении слушать, почему его брак потерпел неудачу. Она погрузилась в пучину собственных бед, и раз уж он явился сюда, потому что у нее выдался такой паршивый день, казалось только справедливым позволить ей верить, будто его жизнь со Сьюзен была сплошной радостью.

— Вы выросли в семье военных или что-то в этом роде? — спросил он, наклонив голову и искоса глядя на нее.

Джейси фыркнула.

— Хорошо бы, если бы так. В этом случае мы, наверно, переезжали бы гораздо реже. А так мы каждый месяц меняли квартиру, потому что мама то и дело ссорилась со своим очередным дружком.

Она глотнула еще супа и запила его пивом.

— Мы? У вас есть братья и сестры? И отец?

— Никого. Только я и мама. — Джейси отхлебнула еще «саппоро». — Хорошее пиво. Ударяет в голову.

Она икнула и хлопнула ладонью по рту.

— Да, легко пьется, — согласился Дэвид. — Но забирает прилично.

— Мне тоже так кажется. — Она сделала еще глоток. — Ну а если мы не переезжали, это чаще всего происходило потому, что мама подбрасывала меня кому-нибудь на месяц, а сама пряталась в каком-нибудь пристанище художников. Материнский инстинкт не слишком был в ней силен. Во всяком случае, она не выматывалась. Половину времени нам и есть-то было нечего, поскольку она не обременяла себя поисками работы, боясь, что у нее не останется энергии для рисования. Если бы я не работала после школы, мы, наверное, просто умерли бы с голода.

— Да, не похоже на радужное детство, — сдержанно откликнулся он.

— Если совсем честно, это нельзя было назвать полным кошмаром. Понимаете, я люблю маму. Она учила меня рисовать и всегда стремилась украсить нашу квартиру. Когда мне было двенадцать, она превратила мою спальню в джунгли. Пока я была в школе, нарисовала деревья, змей с улыбающимися лицами, львов и птиц. Это было здорово.

— Классно, — сказал Дэвид. — Фантазии моих родителей хватало лишь на то, чтобы покупать бумагу, цветные карандаши и отсылать меня с глаз долой со всем этим. Они до сих пор изумляются тому, что я писатель. Для них это просто непостижимо.

— Да, в последние годы я стала больше ценить маму. Но можно любить человека и по-прежнему ненавидеть его подход к жизни.

Он кивнул, соглашаясь. Несмотря на все его промахи, Сьюзен любила его. Просто он не мог быть тем, кого она хотела видеть рядом с собой.

— По крайней мере, в одном отношении все это точно принесло пользу, — добавила Джейси. — Потому что теперь я знаю, что не хочу угодить в ту же ловушку.

— Ловушку?

— Жить без уверенности в завтрашнем дне. Никаких корней, никакой стабильности. — Она подняла бутылку, как бы провозглашая тост. — Говоря без обиняков, я меняю свои кисти на таблицы с цифрами.

— Да, вы уже говорили это вчера. Почему в таком случае вы работаете здесь?

— Это просто любезность. Хозяин — мой друг. — Она махнула рукой в сторону фрески, которую Дэвид заметил раньше. — Я потратила на это три недели. Успела изучить режим работы магазина и познакомиться со многими клиентами.

— Это ваша работа?

Джейси прищурилась.

— Похоже, вы удивлены? Я же говорила, что я художница.

— Простите.

Фреска была исключительно хороша в отличие от многих произведений в том же роде, выглядевших просто как мешанина образов.

— Я немного владею приемами классического искусства. Рисунок, масло, акварель. Моя главная специализация — бухгалтерия, искусство — это вторично.

— Да? Ну, я, признаться, потрясен.

Джейси поглядела на него с таким выражением, словно он только что сказал, будто у нее загорелись волосы на голове.

— Что? Я сказал то, что думаю. Я потрясен.

— Ох! Что ж, спасибо. — Она облизнула губы. — Мне вовсе не безразлично ваше мнение. Я немало потрудилась над этой фреской. Неделю планировала, а потом еще три недели делала наброски и рисовала. Работала сутками. Эта фреска представляет Голливуд в целом, но мне хотелось бы расписать три остальные стены, посвятив каждую какой-то определенной кинокартине. К примеру, «Касабланка», «Волшебник страны Оз» и «Унесенные ветром».

— Или «Глубокий сон[13]».

— На самом деле это отличная идея. Тематическая роспись стен. Сказка, что-нибудь приключенческое и берущее за душу. — Она улыбнулась, явно в восторге от этой идеи. — Грегори понравится.

— Ну так предложите ему. Может, он вас наймет.

По ее лицу скользнула тень.

— Он миллион раз предлагал мне, но я не могу.

— Почему, черт побери?

Джейси сделала еще глоток пива и широко раскинула руки, как бы охватывая все помещение.

— На это у меня уйдет не меньше трех месяцев. А то и все четыре. И вы правы, Грегори заплатит мне. Но где я окажусь, когда закончу?

— Посреди магазина, который вашими усилиями будет выглядеть чертовски круто?

— Нет. Снова на улице. Еще одна голодающая художница, ищущая хоть какую-нибудь работу. — Джейси покачала головой. — Нет. Это не для меня. В понедельник я начинаю работать на «Прескотта и компанию».

— Юридическая фирма? — спросил Дэвид.

— Бухгалтерская.

— Один черт, насколько я понимаю. Детка, это совсем не для вас.

— Что, собственно, вы имеете в виду?

— Вы женщина совсем не того типа, чтобы носить облегающую короткую юбку, блейзер, туфли-лодочки, карандаш за ухом и гладко зачесывать назад волосы.

Она бросила на него высокомерный взгляд.

— Вы слишком мало меня знаете, чтобы рассуждать, какого я типа.

— Нет? Тогда расскажите мне. — Он не хотел признаваться себе, насколько его интересует ответ. — Кто такая Джейси Уайлдер?

— Женщина, у которой есть план. — Она замолчала, расправляясь с креветкой, которую взяла с его тарелки. — Еще до конца этого года я собираюсь заиметь дом и стать во всех отношениях ответственным человеком.

— И ради этого бросаете свое искусство?

Дэвид переложил остальные свои креветки ей на тарелку и взял у нее последнее зернышко кукурузы.

— Да. Я дала себе время до двадцати восьми лет и сказала, что на этом все.

— Не понял. Вы же вроде говорили, что вам почти тридцать?

Ее щеки слегка порозовели.

— Потом я отодвинула предельный срок. Но жестко остановилась на тридцати. А у вас есть предельный срок? В смысле, насчет Парижа и всего остального?

— Конечно, — заявил Дэвид. — Только он наступит не скоро.

— Не скоро — это не предельный срок.

— Для меня — предельный.

Она посмотрела на него с явным неодобрением, и у Дэвида мелькнула мысль, что он не прошел какой-то невысказанный тест.

— Спорю, вы никогда не оставляете на утро грязную посуду, — сказал он.

Неодобрительный взгляд сменился непонимающим.

— Вы о чем?

— Вы одна из тех девушек, которые любят, чтобы все делалось как надо и лежало на своих местах, верно?

— Не понимаю, что вы имеете в виду.

— Я имею в виду, что когда вы купите один из этих домов в пригороде, он даже спустя пять лет будет выглядеть как новенький.

— Почему мне кажется, что меня только что оскорбили за любовь к порядку?

— Это не оскорбление, — сказал он. Черт возьми, негодование очень ей идет. — Просто наблюдение.

— У вас диван завален неглаженым бельем, повсюду стоят коробки, и газетные вырезки прилеплены к стенам.

— Я еще не закончил распаковываться.

Джейси прищурилась, глядя на него.

— Сколько времени вы там живете?

— Год.

Она выразительно подняла брови.

— Ну ладно, — неохотно признал Дэвид, — мне и впрямь нужно заняться этим.

Джейси открыла рот, снова закрыла его и потом буркнула:

— Ладно, неважно.

— Что?

— Ничего. — Она облизнула губы и покачала головой. — Неважно.

Встретившись с ней взглядом, он понял, что она не настроена спорить.

— Вы странный человек, Дэвид Андерсон. Но с вами все в порядке.

Дэвид сглотнул. Этот двусмысленный комплимент доставил ему больше удовольствия, чем можно было ожидать.

— Меня так легко не проведешь. Растолкуйте-ка, что это значит, — велел он.

Щеки у нее снова запылали.

— Ну, вы умеете слушать. — Ее слова прозвучали, точно ласка. — Знаете, как это приятно — облегчить душу. Даже если, по вашему мнению, я слишком правильная.

Он пальцем приподнял ее подбородок; у нее была восхитительно мягкая кожа. На мгновение их взгляды встретились, но потом Джейси отвела глаза в сторону и отодвинулась, удивленно приоткрыв губы.

— Я никогда не говорил, что это плохо — быть правильной, — сказал Дэвид. — Кроме того, на чистящих продуктах недаром пишут: «Обращаться с осторожностью!» и «Цена соответствует качеству», то есть правильная. Как иначе узнаешь, что покупать?

Ее губы изогнулись в улыбке, и он испытал нелепое чувство довольства собой. Между ними повисло спокойное молчание. Он лихорадочно обдумывал, что бы сказать такое блестящее и остроумное, чувствуя, что если промолчит, то непременно поцелует ее.

Джейси снова улыбнулась.

— С вами легко разговаривать. Меня это удивляет.

— А что я вам говорил? Частный сыщик — это все равно что адвокат или священник.

Их взгляды снова встретились, только на этот раз в ее глазах ему почудились какие-то безумные огоньки.

— Надеюсь, вы не то же самое, что мой священник.

Ее голос, упавший до шепота, взбудоражил его чувства. Внутри все сжалось, и Дэвид наклонился вперед, еле заметно. Наверное, это глупо, но он хотел ее. Хотел всего лишь прижаться губами к ее губам, почувствовать прикосновение ее груди к своей. Ошибка? Может быть. Но ошибку всегда можно исправить, а вот будет ли другой шанс поцеловать эту женщину? Трудно сказать.

Она немного сместилась, наклонившись к нему, и понимание, что она хочет того же самого, подтолкнуло его. Он погладил Джейси по щеке, снова с удовольствием ощутив мягкость ее кожи.

Их взгляды встретились. Дэвид увидел в ее глазах отражение собственного желания и придвинулся ближе.

— Мы не должны…

— Должны, должны…

Он погрузил руки в волосы Джейси и накрыл ее губы своими, пресекая всякие глупые протесты. Губы у нее были свежие на вкус, как он и думал. Однако было кое-что, ставшее для него неожиданностью: она не просто позволяла целовать себя, она отвечала на его поцелуй. Ее губы двигались в такт с его губами, настойчиво требуя углубления поцелуя. Он просунул язык ей в рот, чувствуя ответное движение ее языка и все более твердое давление ее губ.

Она еле слышно застонала, как будто боялась, что он отодвинется. Ни за что на свете! Его язык проскользнул глубже; Дэвид сделал это не раздумывая, просто реагируя на страстное желание овладеть этой женщиной.

Джейси издала еще один стон, требовательный и отчаянный. Невысказанная мольба, которую он не собирался оставлять без ответа.

Его руки скользнули ей за спину. Он прижал ее к себе; его влажные горячие губы скользнули к ее уху, язык коснулся чувствительной мочки. По телу Джейси пробежала дрожь, и теперь Дэвид хотел одного: чтобы эта дрожь усилилась десятикратно, когда он овладеет ею.

Подстегиваемый этой мыслью и возрастающим давлением в паху, он грубо обхватил ее грудь. Сосок под тонкой материей затвердел, и его ладонь ощутила возбужденное покалывание. Джейси беззвучно среагировала, выгнув дугой спину, и Дэвид принялся возиться с проклятыми пуговицами, испытывая непреодолимое желание ласкать гладкую кожу ее грудей. Одна пуговица, вторая, и наконец…

Звонок у входной двери подал сигнал.

Проклятье!

Джейси выскользнула из объятий Дэвида, часто дыша, с широко распахнутыми глазами. Ее губы были приоткрыты, на лице застыло виноватое, но и недовольное выражение.

— Джес…

Она заставила Дэвида замолчать, приложив палец к его губам. Быстро отодвинулась, молниеносно застегнула блузку, сведя на нет все его старания, разгладила ладонями брюки — в общем, привела себя в порядок, словно школьница, которую застали в туалете за тем, как она красится.

— Если вам потребуется помощь, просто позовите, — произнесла она, полностью контролируя свой голос. — Все выставленное на трех передних вешалках продается за полцены.

— Я не покупатель, — ответил голос Таши. — Мы с Бобом ходили в кино на Променаде. Я подумала, что после такого дня ты чувствуешь себя паршиво.

Дэвид предположил, что Джейси позвонила подруге и рассказала новости об ужасной смерти Эла.

— И еще я хотела предложить отвезти тебя домой, — продолжала Таша, входя в заднюю часть магазина. Удивление, возникшее на ее лице, тут же исчезло. — Но, судя по всему, с этим у тебя не будет проблем.

Можно не сомневаться, она не упустила ничего.

— Я подумал, это будет только справедливо, — сказал Дэвид, — поскольку ведь это я привез ее сюда.

— Замечательно. — Таша начала отступать к двери. — Ладно, увидимся… когда увидимся.

— Таша! — окликнула подругу Джейси, и Дэвид схватил ее за руку.

Если она надумала принять предложение Таши отвезти ее, он хотел пресечь эти замыслы в корне. Возможно, он слишком форсировал события, но ему на это было наплевать.

Таша повернулась.

— Что?

Облизнув губы, Джейси перевела взгляд с Дэвида на подругу и обратно.

— Я отвезу тебя, — сказал Дэвид.

Джейси сделала глубокий вдох, кивнула и снова посмотрела на Ташу.

— Спасибо, что проведала меня.

— Всегда пожалуйста. — Таша усмехнулась и взглянула на Дэвида. — Езжайте осторожно, — посоветовала она, и Дэвид кивнул, пытаясь разгадать скрытый смысл этих слов.

Его не покидало чувство, что во всем, что связано с Джейси, ему и впрямь нужно проявлять особую осторожность.


Пока Дэвид ходил мыть руки, Джейси собирала бумажные тарелки. Голова слегка кружилась, и не только от пива.

Сегодня вечером Дэвид поцеловал ее. И не только поцеловал. Черт, он практически раздел ее, и вместо того, чтобы испытывать праведное негодование, она проклинала Ташу за то, что та появилась так не вовремя.

Может, Дэвид и не тот мужчина, с которым она хотела бы провести всю оставшуюся жизнь, но он прав: у нее действительно выдался на редкость паршивый день. И когда она протолкалась между вешалками и увидела его, стоящего здесь… все горести сегодняшнего дня каким-то образом улетучились. Он приехал сюда ради нее. По одной-единственной причине — чтобы она почувствовала себя лучше.

Никто никогда не делал ради нее ничего подобного.

Она закончила складывать тарелки, положила на них пластиковую посуду, палочки для еды и использованные салфетки, а потом засунула всю груду в пакет, с которым приехал Дэвид. Тут как раз появился и он. Она подняла взгляд и увидела, что он наблюдает за ней, засунув руки в карманы джинсов, со слегка смущенным выражением лица.

Она вытерла ладонью рот и подбородок, беспокоясь, не осталось ли там следов соуса.

— Что?

Он кивнул на пакет.

— Выбросим по дороге.

Джейси нахмурилась.

— Нет, я отнесу это в мусорный бак на заднем дворе. Может, запрешь переднюю дверь? Там наверху есть еще и засов, до которого мне не дотянуться. Ключ висит рядом с кассовым аппаратом.

— Странно, что ты не снабдила его этикеткой, — сказал он.

Глаза у него смеялись.

— А?

— Ничего.

Он зашагал к передней двери.

Джейси подхватила пакет и направилась к задней двери, неотступно думая о Дэвиде. Загадочный человек, но, несомненно, привлекательный. Он сводил ее с ума. И если судить по тому чувству, которое она испытывала, когда он ее целовал, дело могло зайти очень, очень далеко.

Она открыла заднюю дверь, трепеща от воспоминаний о тех ощущениях, которые испытывала, когда их губы соприкасались. Его язык, пробуя и искушая, проник в глубь ее рта, и она ничуть не возражала. Даже наоборот, поощряла его. Стоило представить, что произошло бы, не появись Таша, и соски у нее затвердели. Рука Дэвида скользнула бы ей под блузку, лаская грудь и теребя сосок. От одной мысли об этом внизу живота вспыхнуло жаркое пламя.

Вся в плену этих ощущений, она испустила негромкий низкий стон. О господи, похоже, у нее возникла проблема.

Проблема.

Внезапно до Джейси дошло, что в проулке необычно темно. На Променаде так же безопасно, как во всем Лос-Анджелесе: здесь всегда полно людей и постоянно ходят полицейские патрули.

И все же Грегори повесил у себя на заднем дворе электрическую лампочку такой яркости, что она походила на маленькое солнце.

По-видимому, это солнце перегорело.

Бросая пакет в мусорный бак, Джейси внезапно почувствовала, что волосы на затылке встали дыбом. Она не знала почему, но испытала сильнейшее желание закричать, а никакая женщина в здравом уме не станет противиться этому желанию. Поэтому Джейси открыла рот, набрала в грудь побольше воздуха и…

— Дэ-э-э-э…

Появившаяся из ниоткуда рука заткнула ей рот. Джейси задрыгала ногами, пытаясь вырваться из-под навалившейся на нее тяжести. Бесполезно. Начала кружиться голова — рука прикрывала не только рот, но и нос, не давая дышать. Охваченная паникой, чувствуя, что ее тащат куда-то, Джейси лягалась и царапалась, но по-прежнему безрезультатно.

Послышалось громкое лязганье металла о металл, а потом топот бегущих ног. И — раз, она уже лежит на мостовой, больно ударившись задом, а прямо перед ней, широко расставив ноги, стоит Дэвид и наносит удар за ударом тому, кто напал на нее.

— Дэвид!

В тот же миг она пожалела, что отвлекла его. Дэвид лишь на мгновение повернул голову в ее сторону, но этого мгновения хватило, чтобы напавший на нее урод с силой оттолкнул его.

Дэвид снова кинулся в атаку, но тот ударил его в лицо и обхватил поперек туловища. Они покатились по земле, превратившись в клубок яростно машущих рук и ног. Джейси затаила дыхание. Дэвид нанес противнику новый удар, тот с силой толкнул его в грудь, быстро вскочил и бросился бежать. Дэвид метнулся вдогонку.

— Дэвид! Нет!

Он резко остановился, посмотрел на Джейси и потом снова в глубину проулка. Что делать? Броситься вслед за подонком и воздать ему по заслугам или остаться здесь, защищая Джейси?

Она очень надеялась, что он выберет второе. Ей совсем не хотелось, чтобы его застрелили, а у этого типа, как ей показалось, был пистолет.

— Дерьмо!

Дэвид бросил разочарованный взгляд в сторону проулка, вернулся к Джейси и опустился рядом с ней на колени. Погладил по щеке удивительно нежным движением.

— Ты в порядке?

Она кивнула и принялась ощупывать себя. Сердце по-прежнему сильно колотилось, но вроде бы все было цело. От удара о землю болела попа, но это можно было пережить.

Из носа Дэвида текла струйка крови, и у Джейси сильнее застучало сердце. Только сейчас до нее дошло, что Дэвид, возможно, пострадал гораздо больше ее.

— Нос сломан?

Дэвид провел тыльной стороной ладони под носом и нахмурился, увидев кровь. Он помог Джейси встать, обхватил ее за талию и повел к магазину.

— Не думаю, — ответил он, зажав нос. — Но если и так, ничего страшного. Не в первый раз.

Они вошли внутрь, и Дэвид запер заднюю дверь. Он все еще хмурился, когда они подошли к главному входу.

— Что такое? — спросила Джейси и, почувствовав, что ее вопрос прозвучал по меньшей мере странно, уточнила: — Почему ты злишься?

— Мне не следовало отпускать тебя сюда одну.

Она едва сдержалась, чтобы не фыркнуть.

— Не говори глупостей. Можно подумать, я разгуливала нагишом по какому-то заброшенному проулку. На него имеют выход все здешние магазины, мы используем один и тот же мусорный бак. И тут очень большое движение. Конечно, это не самое безопасное место на планете, но, по крайней мере, одно из них.

— Ты его разглядела?

Она покачала головой.

— Он напал сзади. Я не видела его, пока ты не вмешался, но и потом разглядеть лицо не удалось. — На злодее была темная куртка с капюшоном, прикрывающим лицо. — А ты?

— Очень смутно. Он белый. Что еще можно разглядеть в темноте? И я больше думал о том, как бы спасти свою задницу, а не запомнить его лицо. — Он сделал глубокий вдох и положил руки ей на плечи. — С тобой правда все в порядке?

Она дрожала уже меньше, согретая теплом Дэвида и чувствуя себя в безопасности под его защитой.

— Да. Совершенно. — На этот раз ее ответ прозвучал более уверенно. — Но что, если он…

— Вряд ли он вернется, — сказал Дэвид, поняв, что она имеет в виду. — Скорее всего, он наткнулся на тебя случайно, просто охотясь за кошельком. Наверное, наркоман, которому срочно потребовалась доза.

— У меня не было кошелька.

— Кошелек, драгоценности, да что угодно. Не думаю, что человек, страдающий от наркотической зависимости, в состоянии правильно анализировать ситуацию.

Нежно улыбаясь, Дэвид погладил Джейси по волосам.

— Спасибо, что спас меня.

— Никаких проблем. — Он притянул ее к себе и обнял. — Кроме того, если бы тебя ограбили, как бы ты наняла меня для какого-нибудь нового расследования?

— Действительно, — пробормотала Джейси, прижавшись к нему щекой и с удовольствием ощущая, как он поглаживает ей спину.

— Эй, как ты себя чувствуешь?

Учитывая все обстоятельства, она чувствовала себя прекрасно. В тепле и безопасности… Правда, ей внезапно очень захотелось спать. Она даже не сумела подавить зевок.

— Позвонить копам?

Джейси покачала головой.

— Не стоит. Он убежал, а я устала.

— Еще бы! — Дэвид приподнял пальцем ее подбородок, вглядываясь в лицо. — У тебя был невероятно трудный день, да и вечер не лучше. Все, что тебе нужно, это ванна и постель. Давай я отвезу тебя домой.

Да, это звучало прекрасно — в данный момент. А что будет дальше? Джейси не хотелось расставаться с ним.

— А как насчет моего мороженого?

— Непременно, но в другой раз.

Она снова прислонилась к нему и закрыла глаза. Они с Дэвидом еще увидятся. И, вопреки трезвому суждению, эта перспектива казалась ей прекрасной.

Глава 6

Я смешал для Мэллори джин с тоником, а для себя налил в стакан чистого джина. Не вижу смысла разбавлять спиртное. Если я хочу опьянеть, то предпочитаю, чтобы это происходило быстро.

А сейчас я именно этого и хотел.

Она взяла свой стакан и подняла на меня взгляд больших голубых глаз. Глаз, в которых может утонуть любой мужчина.

— Как это могло произойти? — спросила она. — Кто это сделал?

— Если бы я знал, крошка, то мне не нужно было бы работать.

Она отпила глоток — изящно, типично по-женски — и приложила к глазам носовой платок.

— Но вы выясните, кто убил Сола, правда, мистер Монрой? Вдруг моя сестра у того же человека?

— Именно этим я и собираюсь заняться, дорогая.

Я залпом допил джин и зашагал к двери.

Она свернулась калачиком на моем диване. Бутылка лежала рядом. Я не знал, найду ли красавицу здесь, когда вернусь, но в тот момент меня это не заботило. Ночь еще только начиналась, и меня ждала работа.

Не знаю почему, но я чувствовал себя взвинченным и шагал быстро, чуть ли не бежал.

Он напал сзади. Догнал меня легкой поступью, но с тяжелым пистолетом в руке. Тяжесть этого пистолета я ощутил, когда он огрел меня по голове. Мир вокруг начал вращаться, и я услышал шепот:

— Не лезьте в это дело, мистер Монрой. Бросьте свое расследование, пока не пострадали вы или ваша девушка…

Оставив Джейси на попечение Таши, Дэвид отправился домой, прошел в ванную, разделся и оглядел свои повреждения. Не так уж и плохо в данных обстоятельствах. На ребрах уже проступили синяки, но вряд ли что-то сломано. Другое дело нос. Насчет него Джейси, возможно, и права.

Дэвид пощупал нос, решил, что боль вполне терпима и в больницу идти не стоит: что они могут предложить, кроме как забинтовать? Он принял пару таблеток обезболивающего и отправился в постель. Часы показывали 2.15.

От грабителя мысли Дэвида плавно перетекли к Джейси и их прерванному поцелую. Не лучший способ расслабиться. Он вновь почувствовал напряжение, во всяком случае ниже пояса. Дэвид взбил кулаком подушку, поправил одеяло и начал обратный отсчет от тысячи.

Досчитал до единицы, но сон так и не пришел.

Он открыл глаза: 2.47.

Похоже, ночь обещала быть долгой.

К тому времени, когда он повторил процесс, часы показывали 3.17. Ну и ну. Действительно очень долгая ночь.

Дэвид сдался, отбросил одеяло и встал с постели. Порылся в грудах одежды на полу, нашел чистую тенниску (для верности понюхал ее), натянул и отправился на кухню.

Час спустя он сидел перед компьютером. Рядом с монитором на стопке счетов Милли — а он-то по наивности надеялся, что они испарятся сами собой! — стояли содовая и кусок еще теплого шоколадного торта. Дэвид включил компьютер, молясь, чтобы тот заработал, и вышел на большую информационную тропу. Он не сходил с ума по компьютерам, но допускал, что от них есть определенный толк. В данный момент они позволяли ему разузнать побольше о псевдобойфренде Джейси.

Наверное, глупо (ну ладно, глупо на все сто процентов), но ему хотелось понять, чем этот тип привлек внимание Джейси. Он умудрился выглядеть настолько нормальным, что Джейси наняла детектива, чтобы найти его.

Осознав, что он ревнует к дорогому усопшему, Дэвид застонал. Что ж, ничего не поделаешь.

Он в состоянии полусна, ноги не работают, и к тому же его снедает любопытство.

Любопытство, правда, было вполне объяснимо: в конце концов, он журналист. Дэвид с радостью ухватился за это оправдание и нырнул в Интернет в поисках информации об Алберте Элкоте и погубившем его взрыве. Час поисков не принес практически ничего. По-видимому, репортер, сообщивший о взрыве, не интересовался человеческим аспектом этой драмы. Так мало о бедном погибшем Эле! Только имя и тот факт, что он работал на Мелвина Клементса. Последняя фамилия отозвалась в сознании тревожным звоном, но в 4.45 утра у Дэвида не хватило энтузиазма поднапрячься и вспомнить, с чем это связано.

Мелькнула мысль отправиться в постель, но он совершил ошибку, включив телевизор. Как раз начинался «Глубокий сон». Новая версия, дополненная документальной информацией, разъясняющей, почему киностудия безжалостно искромсала первоначальную версию. Какого черта? Дэвид водрузил ноги на стол, откинулся назад и сказал себе, что лишний раз посмотреть этот фильм ему необходимо для написания книги.

Пока ведущий представлял фильм, Дэвид просмотрел почту Милли, которую прихватил раньше. Счет за электричество, счет за газ, оплата страховки. Вскрыв последний конверт, он выругался, обнаружив, что баланс снова изменился. Эти ублюдки уже в который раз подняли ежемесячную сумму страховых выплат. Что они себе воображают? Что он печатает деньги?

Он бросил всю груду корреспонденции на письменный стол, намереваясь разобраться с этим позже. Фильм уже начинался, и Дэвид был счастлив снова увидеть великого мастера Боги в действии.


Он проснулся внезапно. Его ноги лежали на письменном столе, сердце бешено колотилось. Он не понимал, что его разбудило. Стук возобновился, и Дэвид потер голову, пытаясь прочистить мозги. Дверь. Кто-то ломится в дверь.

Дэвид со стоном выбрался из кресла, ругая себя за то, что уснул здесь. Мало ему синяков на ребрах, так теперь он еще и шею растянул.

Он взял неоткупоренную банку содовой «Мистер Пиб» и приложил ее к затылку. Теплая, но, если катать ее по затекшим мышцам, становится лучше.

Снова раздался стук, и Дэвид крикнул, чтобы подождали секунду.

— Я уже десять минут жду, — просочился сквозь закрытую дверь голос Финна. — В чем дело? У тебя там девочка?

Перспектива увидеться с другом заставила Дэвида поторопиться, невзирая на больную шею. Он открыл дверь, и на пороге возник Финн с широкой улыбкой на лице и свисающей с плеча туго набитой сумкой.

— Эй, совсем неплохо. — Он бросил сумку на пол и повернулся, осматривая жилище Дэвида. — Я уж засомневался, все ли у тебя в порядке с головой, когда ты сказал, что поселился на заднем дворе у Милли. Но здесь довольно мило.

Дэвид прижал теплую банку содовой ко лбу.

— Как ты сумел так быстро оказаться здесь? Я ждал тебя не раньше двух.

Финн прищурился, разглядывая его.

— Сейчас почти три. Мой самолет опоздал. Ты что, набрался вчера?

— Три часа? — Дэвид взглянул на часы на своем видеомагнитофоне. Там высвечивался полдень, в точности как год назад, когда он впервые подключил его. — Проклятье!

— Жаркое свидание прошлой ночью?

Дэвид состроил гримасу.

— Почти. Но не совсем.

Улыбка Финна стала шире.

— Я слышал, виагра творит чудеса.

Если бы голова не болела так сильно, Дэвид, без сомнения, нашел бы хлесткий ответ. Сейчас же он просто бросил на друга сердитый взгляд и отправился на кухню, чтобы сменить теплую содовую на холодную. Содовой, однако, в холодильнике не оказалось. Он взял коробку с апельсиновым соком и прижал холодный картон к затылку.

— С инструментом у меня все в порядке. Женщина — вот в чем проблема.

Финн развалился на диване. Рядом с его могучей фигурой подушки казались крошечными.

— Ревнивый бойфренд?

— Почему ты так решил?

Финн дотронулся до своего носа.

— Вот дерьмо!

Дэвид наклонился, вглядываясь в свое отражение на боковой поверхности тостера. Да-а-а… За ночь нос распух и приобрел очаровательный багровый оттенок.

— Чего не сделаешь ради любви, — сказал Финн. — Надеюсь, ее бойфренд выглядит еще хуже.

— Не бойфренд. Тот сыграл в ящик. Какой-то тип с хорошим ударом правой накинулся на нее в темном проулке. — Дэвид прислонился к стене. — И кстати, никакой любви, я просто хотел ее, вот и все.

Любовь для него сейчас не стояла на повестке дня. В чем, в чем, а в этом он был абсолютно уверен, пусть даже Джейси и привлекала его во многих отношениях.

— Сыграл в ящик? — Финн нахмурился. — Ты говоришь об этом слабаке, не попавшем в Гарвард? Ведь это твое единственное расследование на данный момент, я прав?

— Да.

— Дерьмо! — выругался Финн, что с ним случалось редко. — Как это произошло?

— По-видимому, взорвался обогреватель в его офисе.

Финн заинтересованно наклонился вперед.

— По-видимому?

— Не придирайся к словам. Обогреватель точно взорвался. Не думаю, что речь идет о каком-то хитроумном заговоре. Но я полночи провел, пытаясь выудить хоть какую-нибудь информацию об этом парне, и мозги у меня перегрелись.

— Да уж, похоже на то, если ты искал информацию о том, кого нет в живых.

— Ну да.

Финн рассмеялся.

— Видать, эта дамочка тебя здорово разожгла.

— Ах ты задница!

Однако это заявление лишь заставило Финна рассмеяться еще громче.

Болезненная пульсация в голове Дэвида усилилась. Он выдвинул верхний ящик шкафа для документов и принялся рыться в нем в поисках тайленола. Нашел, вытряхнул четыре таблетки, бросил их в рот, запил апельсиновым соком и проглотил. На языке остался противный медицинский привкус. Он хлебнул еще сока и вытер рот тыльной стороной ладони.

— Хочешь?

Финн перевел взгляд с Дэвида на коробку с соком и обратно.

— Так что ты нарыл насчет этого бойфренда?

— Немного. — Дэвид отпил еще глоток сока и поставил коробку на стол. — Он закончил какую-то подозрительную юридическую школу и работал на Мелвина Клементса.

— А, это тот тип, который защищал Джо Мэлоуна, обвиненного в распространении наркотиков. Несколько лет назад о нем постоянно говорили в новостях.

Дэвид потер лоб.

— То-то это имя показалось мне знакомым. Просто я был слишком не в себе, чтобы вспомнить.

— Значит, это мог быть и не обогреватель, — сказал Финн.

— Или кто-то поработал над этим обогревателем. Кто-то вроде Джо Мэлоуна.

— Или тот, кто хотел подставить Джо Мэлоуна, — закончил Финн.

Дэвид кивнул.

— Вообще-то я никому не желаю смерти, но, возможно, Джейси повезло. Этот Эл не кажется тем парнем, с которым ей стоило связываться.

Губы Финна дрогнули.

— Что? — спросил Дэвид. Финн развел руками.

— Эй, я не произнес ни слова. — Он подобрал с пола страницу рукописи Дэвида. — И даже не заикался о твоем не слишком удачном свидании с девушкой погибшего парня.

Дэвид выхватил у него страницу. Никому, даже Финну, не позволено читать рукопись, пока она не будет закончена.

— Ты уже закончил причинять мне страдания? Я сейчас умру с голоду.

— Если подходить с этой меркой, мы никогда не выберемся отсюда, чтобы поесть.

Дэвид рассмеялся и хлопнул друга по спине. Они встали и направились к двери.

— Ты, конечно, зануда, но я рад твоему возвращению.

— Это хорошо, потому что у меня в квартире еще идет ремонт. По пути сюда я встретил Милли и уговорил ее пустить меня до конца месяца в гостевую комнату.

Спускаясь по лестнице в гараж, Дэвид оглянулся на друга.

— Всего на две недели? Удивительно, что она не пригласила тебя на весь семестр.

— Она пыталась, но я заплатил за квартиру вперед. Я всегда заранее продумываю веские доводы для ответа, когда дело касается Милли.

Это точно. Милли рассматривала Финна почти как члена семьи. С той лишь разницей, что она не пыталась его женить — пока.

По дороге они обсудили массу важных вещей: нескончаемый поток женщин Финна; какие команды выйдут в финал в Мировой серии; можно ли считать последний фильм с Арнольдом полным дерьмом или он хотя бы стоит заплаченных за билет денег. Ну, как обычно. К тому времени, когда Дэвид припарковался позади ресторана Дюпара, они успели поговорить на все животрепещущие темы.

Любимый обоими ресторан Дюпара на Вентуре относился к разряду тех, которые туристы никак не рассчитывают обнаружить на расстоянии нескольких шагов от киностудии «Юниверсал», компании Си-би-эс и Голливуда. Знаменитое своей едой и немолодыми официантками, это заведение никогда не гонялось за модой, и Дэвид мог поклясться, что некоторые постоянные его посетители застали еще эпоху немого кино.

Ему нравился этот ресторан. По крайней мере раз в неделю он брал свою «оливетти», занимал здесь уединенную кабинку и упоенно работал, поддерживая силы бездонной чашкой кофе и омлетом с сыром. Сегодня они с Финном заказали мясо с картофельным пюре — то же, что заказывали всегда с тех пор, как начали захаживать сюда после окончания школы.

— Ну так что, ты собираешься и дальше разбираться с этим взрывом? — спросил Финн, после того как они сделали заказ и официантка ушла.

— Ммм… нет. Парень мертв. Не думаю, что Джейси так уж заинтересована узнать побольше об этом мертвом амбале. А без ее чеков какого черта мне беспокоиться?

Финн отпил глоток воды.

— Все это дурно пахнет. Спорю, где-то тут можно нарыть еще одну «Крадущуюся».

Дэвид потер переносицу.

— Романы, помнишь? Теперь я пишу романы.

— Просто мне показалось, что тебе нужны деньги. Или, может, ты забыл упомянуть, что выиграл в лотерею?

Дэвид состроил гримасу. Финн постоянно покупал лотерейные билеты в надежде, что удачная комбинация чисел позволит ему рано покончить со службой. За последние десять лет общий выигрыш Финна, по подсчетам Дэвида, составил что-то около восьмидесяти трех долларов.

— Или новый брак Сьюзен решил все твои денежные проблемы? — не отставал Финн.

— Куда там, — признался Дэвид.

Когда его бывшая жена снова вышла замуж, он освободился хотя бы от оков алиментов. Однако из-за счетов Милли практически не заметил никакого облегчения.

— Ты всегда можешь продать «студеллак».

— Я подумывал об этом.

Такая идея действительно посещала Дэвида, но он отказался от нее через две секунды. Чтобы он расстался со своей любимой машиной? Да ни за что на свете!

— Правда? — спросил Финн. — Ну, значит, дела у тебя и впрямь идут плохо. Может, просто нужно рассказать обо всем Милли.

Дэвид покачал головой.

— Это невозможно. Милли никогда не позволила бы ее драгоценному племяннику приносить себя в жертву.

Если бы Милли узнала правду, она продала бы свой дом, который Дэвид так любил. Здесь прошло его детство, здесь все было пропитано воспоминаниями о нем.

Кроме того, он не хотел, чтобы Милли пришлось перебираться в какой-нибудь приют для престарелых, соревнующихся, кто быстрее шаркает по коридорам. Этого не будет, пока он в состоянии не допустить этого.

— Было бы чем жертвовать, — сказал Финн. — Не похоже, чтобы ты купался в деньгах.

— Ничего, перебьюсь.

— А родители не могут тебе помочь?

Дэвид покачал головой. Он пока не рассказывал родителям о своих трудностях и об истории с Милли. Они бы разволновались, а это им совсем ни к чему.

— Учительская пенсия не слишком велика, знаешь ли. В особенности если живешь в Лондоне. И квартира у них очень дорогая. Им хватает пенсии, но в роскоши они не купаются.

Принесли еду, и Финн с удовольствием принялся расправляться с ней.

— Эта история с алиментами вымотала тебя, — сказал он, сделав небольшую передышку. — Несмотря на нынешние затруднения, ты, наверно, доволен, что развязался со Сьюзен.

Дэвид положил вилку; его аппетит растворялся прямо на глазах, как алка-зельцер в воде.

— Если бы развязался!

— Вот черт! Что еще стряслось?

— Налоговая инспекция утверждает, что мы остались должны семь тысяч долларов за последний год, когда подавали совместную налоговую декларацию. На следующей неделе нам предстоит встретиться с их чиновником. Просмотрим все мои выплаты и попытаемся доказать правительству, что мы его не обманывали.

— Проклятье!

Дэвид кивнул. Очень точное определение ситуации.

— Этот брак прямо как камень на шее, — продолжал Финн. — Еще чуть-чуть, и Сьюзен, похоже, совсем удавит тебя.

— Это точно, — ответил Дэвид, вилкой чертя узоры в картофельном пюре. — Но, знаешь, я ее не виню.

— Что? Ты хочешь сказать, что подделал свою налоговую декларацию?

— Нет. Я хочу сказать, что она сильно натерпелась от меня.

Финн покачал головой.

— Ты единственный из всех известных мне людей, кто находит оправдания для бывшей жены.

— Черт, это правда! Она хотела иметь свой маленький пряничный домик, и детей, и все остальное. И рассчитывала, что я дам ей это.

— Но ты оказался не на высоте.

— Знаю. — Дэвид провел руками по волосам. У него заныл желудок, как всегда, когда он думал о том, что подвел Сьюзен. — И всегда знал, что этим кончится. Но все равно женился на ней.

Этот урок дорого ему обошелся, но он его усвоил. Единственная в его жизни ошибка, которую он не собирается повторять.

— Вы были вместе с восьмого класса. Ни дать ни взять астероид и планета, заявляющие на весь мир о том, как они жаждут соединиться.

— Очень поэтично. Спасибо. — Дэвид похлопал по дну бутылки, пытаясь вытряхнуть кетчуп, но безрезультатно. — Ну что за невезение!

— И ты решил попробовать, — закончил Финн.

Да, так оно и было. Он облачился в костюм, плотно затянул на шее петлю супружества, стер пыль со своего блестящего новенького удостоверения журналиста и каждый день отправлялся в город, чтобы приносить домой чеки. В выходные работал над книгой или путешествовал. Поначалу звал с собой Сьюзен, но со временем отказался от этих попыток.

В рабочие дни он чувствовал себя несчастным, а Сьюзен чувствовала себя несчастной по выходным. Так оно и продолжалось до тех пор, пока Сьюзен не почувствовала себя настолько несчастной, что попросила развода. По крайней мере, у нее хватило на это смелости.

Какое же он ничтожество, каждый раз думал Дэвид, вспоминая, каким счастливым себя почувствовал, когда суд развел их.

Конечно, им с самого начала не следовало вступать в брак, но Дэвид по ошибке принял за любовь страстный секс и силу инерции. После развода он отказывался от свидания с любой женщиной, в которой ощущался хотя бы намек на стремление к браку.

Самое печальное во всем этом было то, что в день их свадьбы Сьюзен действительно любила его. Однако ко времени развода это чувство усохло и умерло. Довольно жутко ощущать, что он ухитрился задуть любовь, как свечу, просто будучи самим собой.

Дэвид покачал головой, отгоняя эти мысли.

— Налоговые выплаты связаны с моей писаниной, но Сьюзен тоже оказалась на крючке. Ее новый муж не работает, и она боится, что налоговая инспекция доберется до их банковского счета.

— Но ты же собираешься заплатить?

— Черт побери, да. Однако…

— Ты разорен, — закончил за Дэвида Финн.

Дэвид кивнул.

— Никто не может выжать кровь из репы. Даже налоговая инспекция.

— Остается надеяться, что ты ничего им не должен. Или как можно быстрее раздобыть денег.

— Сам понимаю.

Дэвид представил себе сидящую у него на плече Марву, нашептывающую ему на ухо: «документальный детектив, документальный детектив…», и мысленно велел ей заткнуться.

— Ладно, расскажи о своей новой женщине, — сказал Финн, явно имея в виду последнюю клиентку Дэвида.

— Сколько времени ты провел с Милли, а? — Дэвид преувеличенно тяжко вздохнул и принялся снова колотить по дну бутылки с кетчупом. — Она вовсе не моя новая женщина.

— Нет?

— Нет, — решительно заявил Дэвид.

Возможно, Джейси его и завела, но она совершенно определенно дала понять, что мечтает о доме с низеньким заборчиком и о муже-домоседе. Он уже однажды подвел Сьюзен и не собирался повторять эту историю.

— Тогда для чего она тебе? — продолжал допытываться Финн. — Просто чтобы перепихнуться по-быстрому?

Слова прозвучали грубо, но взгляд был понимающий, и Дэвид сосредоточился на кетчупе. Он был не совсем согласен с данным Финном описанием ситуации, но знал, что, если начнет возражать, тот все поймет неправильно.

— Мы не зашли так далеко. — Он отказался от борьбы с кетчупом и отставил бутылку в сторону. — Скорее всего, я вообще больше с ней не увижусь. Бойфренд мертв. Дело закрыто.

— Все к лучшему, — сказал Финн. — Никакого конфликта интересов.

— Мне ни к чему новые сложности. Интересно, что это в последнее время все норовят устроить мою жизнь? Милли, Марва, а теперь еще и ты.

Он снова взял бутылку, совершенно машинально, и как следует встряхнул ее. Оттуда вылетела огромная капля кетчупа, похоронив под собой мясо.

— Никаких попыток устроить твою жизнь, — сказал Финн. — Просто дружеский интерес. Со времени развода ты вышел из игры. Пора возвращаться. Вода прекрасная.

— Я встречаюсь с женщинами, — возразил Дэвид, подумав о Лейле.

— Ага, на заднем сиденье в автомобиле. Даже я способен на большее, чем несколько таких одноразовых встреч.

— Я, знаешь ли, доволен.

Дэвид встречался с Лейлой три раза: один в театре и два в барах. Во всех случаях дело заканчивалось постелью, и каждый раз Лейла уходила домой еще до двух часов, ссылаясь на то, что утром у нее важное дело. Дэвид был счастлив.

— Предпочитаю встречаться с женщинами, которые похожи на меня, — с теми, кто хочет просто приятно провести время.

— Прекрасно. Почему бы тебе не провести приятно время с Джейси? Она тебя зацепила, тут никаких сомнений. И это вовсе не означает, что ты должен жениться на ней.

В общем и целом на таком подходе и базировалась теория Дэвида относительно свиданий. За исключением одного: по какой-то причине Джейси в эту теорию не вписывалась.

— Не думаю, — сказал Дэвид, хватаясь за первую попавшуюся соломинку. — Да, она меня зацепила, не буду отрицать, но эта женщина действует на меня… как-то не так. Раздражает, что ли?

Он едва знал Джейси и уже ссорился с ней чаще, чем с любой женщиной до сих пор. Правда, их ссоры доставляли ему удовольствие, большее, чем он хотел признавать. И еще он чувствовал в ней жгучий темперамент и вопреки собственному желанию постоянно задавался вопросом, во что трансформируется этот темперамент, если дело дойдет до постели. По правде говоря, ему очень хотелось бы это узнать.

— Факт тот, что она на тебя действует, — сказал Финн.

Дэвид вздохнул, сдаваясь.

— Может быть. Но я не собираюсь ничего предпринимать. Я едва пришел в себя после временного безумия вчерашнего вечера. Эта женщина ищет мужа. И поскольку я не заинтересован в том, чтобы откликнуться на ее призыв, было бы не…

— Не по-рыцарски? — Финн рассмеялся. — Парень, ты точно влип!

Дэвид нахмурился, сосредоточившись на еде.

— Бойфренд мертв. Дело закрыто. — Он посмотрел другу в глаза. — Конец истории.

Финн поднял руки, сдаваясь.

— Это твой окончательный ответ?

— Да.

Дэвид принялся сгребать лишний кетчуп с мяса, старательно избегая взгляда друга. Потому что это было не совсем так. Дэвид обещал угостить Джейси мороженым.

И хотя это была, вероятно, плохая идея, он с нетерпением ожидал возможности выполнить свое обязательство.


Джейси сунула в рот шляпку фаршированного гриба и медленно повернулась, обозревая толпу, собравшуюся на ежемесячную воскресную встречу служащих адвокатской фирмы «Бейкер, Уилсон, Джерард, Паркер и Тэлбот». Ее внутренний голос выражал недовольство, но она заставила его замолчать. Она пришла сюда с определенной целью и была полна решимости довести дело до конца.

После того как поздно вечером Дэвид доставил ее домой, она несколько часов проворочалась в постели, а потом, не выдержав, пошла в гостиную и включила телевизор. Фильм со стариной Богартом заставил ее вспомнить о Дэвиде. Она свернулась калачиком под одеялом и смотрела фильм, пока не уснула.

К следующему утру, когда Таша нашла Джейси на диване в гостиной, ее решимость укрепилась. Пусть Эл теперь и сошел со сцены, но роковой день по-прежнему маячил впереди, и у нее еще оставалось время найти нормального, положительно воспринимающего идею брака мужчину. Может, от прикосновения Дэвида у нее и бежали мурашки по коже там, где никогда прежде, но мистером То Что Надо его никак не назовешь. Нет. Лучшее, на что он мог рассчитывать, это удостоиться звания мистера То Что Надо На Час, а Джейси нужно не это.

Значит, она снова вернулась к стартовой позиции. И почему бы не начать с адвокатов? Перебирая наряды, Таша жаловалась, что ей нужно идти на эту ежемесячную встречу, и Джейси напросилась с ней. Однако под воздействием полуденной жары решимость, которая была столь сильна на рассвете, начала таять. Лучше бы она осталась дома, на диване, и смотрела бы на видео «Роман с камнем», похрустывая чипсами с сыром. Но нет, Джейси заставила Ташу привести себя сюда не просто так, а по вполне конкретной причине, и раз так, она, черт побери, доведет дело до конца.

Она остановила свое внимание на высоком худощавом юристе с копной светлых волос и очками а-ля Джон Леннон, стоящем под отвратительной имитацией Матисса. Не Дэвид, конечно, но выглядит неплохо. И кстати, человек типа Дэвида ей ни к чему.

Джейси взяла Ташу за локоть, притянула к себе и спросила, кивнув на блондина:

— Кто это?

— Шутишь?

Таша снова потянулась к блюду с копченым лососем, на который положила глаз.

— Просто ответь.

Таша вздохнула.

— Эрик Мэдисон. Уже пять лет у нас работает. Ходят слухи, что на будущий год может стать полноправным партнером. Специализируется на процессах, касающихся ценных бумаг.

— И?

— И не женат.

Джейси кивнула. Эрик Мэдисон прекрасно подходил ей по всем показателям.

— Можешь меня ему представить?

Таша скрестила на груди руки и откинулась назад, задев бедром стол.

— На тебя вчера напали. Ты выяснила, что твой бойфренд мертв. И ты едва не занялась кое-чем с частным детективом прямо на полу в магазине Грегори. — Она сделала паузу, по-видимому для усиления драматического эффекта. — Ты уверена, что знакомство с Эриком — это то, чего ты хочешь?

Нет.

— Да. Конечно. У меня же план, ты не забыла?

— И твой график пошел прахом, когда выяснилось, что Эл мертв.

— Ну да.

Все выглядело так, будто Джейси защищается. Хотя если быть до конца честной, сейчас ее беспокоило не столько угрожающее приближение рокового дня, сколько то, как выкинуть Дэвида из головы. Он был серьезной помехой ее планам. Тот тип мужчины, в которого девушка влюбляется, потому что секс с ним превосходит все ожидания, а наутро она просыпается и обнаруживает, что ей уже сорок, она не замужем и впереди абсолютно никаких перспектив. Нет уж, спасибо большое.

Она облизнула губы, исполнившись решимости во что бы то ни стало идти избранным курсом, гнуть свою линию и так далее.

— Просто познакомь нас, ладно?

Таша сделала глубокий вдох и кивнула.

— Прекрасно. Ты хочешь поскучать. Что ж, я тебе это обеспечу.

— Спасибо.

Победа. Но радости почему-то не было. Если уж на то пошло, в глубине души Джейси надеялась, что Эрик откажется от предложения Таши. Очень неправильная установка с точки зрения ее плана.

Отойдя на несколько шагов, Таша обернулась.

— Чтобы ты в разговоре с ним не попала впросак, сообщаю: мы учились в одном колледже.

— С Эриком?

— Да. Помнишь, мы вместе занимались на курсе английского?

— А-а!

Джейси не знала, что еще сказать, и Таша растаяла в толпе. Джейси прислонилась к мраморному столбу, жуя морковку и пытаясь представить себе Эрика в изношенных джинсах и с рюкзаком на спине. Бесполезно. В сознании то и дело выскакивал образ двадцатилетнего Дэвида — смелого, нахального и даже буйного. Парня в точности того типа, которыми она тайно восхищалась, прячась за своим мольбертом и подслушивая, о чем они говорят.

— Джейси!

К ней неуклюже пробился Эллиот Тэлбот и взял ее руку в свою мясистую лапу. Эллиот был крупным, плотным мужчиной с тяжелой челюстью и густыми, седыми, как у старика, бровями. Он часто использовал их, чтобы сделать свою речь более выразительной, хотя, возможно, эффект получался не совсем тот, на который он рассчитывал: создавалось впечатление, будто у него над глазами, помахивая усиками, ползают мохнатые гусеницы.

— Прекрасно выглядишь, моя дорогая. Как дела?

— Хорошо. Спасибо. Со мной все хорошо.

Приклеив на лицо улыбку, она безмолвно призывала его отвалить подальше. Таша не раз повторяла, что ее босс — человек безобидный, но Джейси почему-то ужасно его боялась. А учитывая его достижения в области оправдательных приговоров, Джейси не сомневалась, что ее чувства разделяют и большинство окружных юристов.

— Ты виделась с Андерсоном?

При упоминании имени Дэвида щеки Джейси зарделись.

— Да. Спасибо, что подсказали.

— И что ты о нем думаешь?

«Поначалу я посчитала его психом, но он оказался таким сексуальным…»

— Очень компетентный.

— И дешевый, — сказал Эллиот.

Джейси ощетинилась.

— Он отлично делает свое дело. Фактически он уже нашел человека, которого я искала.

— Правда? Рад слышать.

Эллиот поджал губы, и Джейси вспомнила рассказ Таши о том, как Дэвид описал Эллиота в «Крадущейся смерти»: много шума и очень мало подлинного уважения к закону. Судя по всему, описание вполне соответствовало действительности.

— Это правда, — сказала Джейси, желая прояснить вопрос до конца. — Он… ну… выяснил, что Эл мертв.

Одна густая бровь приподнялась, махая усиками.

— Сочувствую. И как он умер?

Джейси облизнула губы.

— Взрыв. Еще в марте.

Она нахмурилась. Что-то в собственных словах показалось ей неправильным, но она не могла сообразить, что именно.

— Ну, полагаю, умершего человека найти всегда легче, — сказал Эллиот. — Покойники лежат себе потихоньку и никуда не бегают, знаешь ли.

Джейси снова приклеила на лицо вежливую улыбку, не зная, что еще сказать. Ее спасла Таша, которая протолкалась сквозь толпу вместе с Эриком.

— Джейси… — Таша вытолкнула Эрика вперед. — Ты ведь помнишь Эрика?

— Конечно, — соврала Джейси.

Эллиот попрощался и исчез в толпе; скорее всего, он был так же рад уйти, как Джейси — отделаться от него. Одно очко в пользу Эрика: он годился, по крайней мере, для того, чтобы избавляться от высокомерных адвокатов. Кроме этого в его пользу мало что говорило. Слишком высокий, слишком «блондинистый», слишком пресыщенный, и Джейси уже пожалела, что попросила Ташу привести его. Она попыталась оживить свои воспоминания об Эрике из эпохи совместного обучения, но безрезультатно.

— Так приятно снова встретиться.

— И мне тоже.

Он протянул руку. Она пожала ее, отметив, какая мягкая у него кожа. Не то что грубые руки Дэвида, — руки, становившиеся удивительно нежными, когда он ласкал ее.

— Столько лет прошло, — добавил Эрик.

Черт! Этот парень помнил Джейси, а у нее в сознании зияла пустота. Она попыталась представить себе их класс: аудиторию, профессора, болтающего о символизме в «Юлии Цезаре», шелест бумаг на столах студентов…

И вдруг ее осенило. «Остерегайся мартовских ид». Вот оно!

— Мартовские иды, — сказала она, повернувшись к Таше.

— Что? — спросил Эрик.

— Прошу прощения. — Она с виноватой улыбкой отпустила его руку. — Было очень приятно увидеться с вами снова, но я должна идти.

— Идти? — удивилась Таша. — Куда это?

Однако Джейси уже устремилась к двери. Таша еле-еле догнала ее у лифта.

— Джейси, постой! Что происходит?

— Мартовские иды, — сказала Джейси. — Дата неправильная.

— Но…

— Я все тебе объясню вечером, — пообещала Джейси. — А сейчас мне нужно идти.

— Куда?

— Рассказать Дэвиду, конечно.

— Что рассказать? — спросила Таша с нескрываемым раздражением.

— Об Эле.

Дверь лифта закрылась, и недоумевающее лицо Таши исчезло за ней.

Джейси нажала кнопку стоянки автомашин. Если она права, Эл, возможно, жив. Хорошая новость, конечно; во всяком случае, с позиции Эла.

Что касается ее, она испытывала скорее любопытство, чем радостное волнение. Эл соврал ей насчет Гарварда, назвался не своим именем и, не исключено, действительно был жив, хотя все считали его мертвым. Как ни посмотри, мистер То Что Надо так не поступил бы. Но разве всего этого недостаточно, чтобы возбудить ее любопытство? Определенно.

В качестве премии у нее появилась очень веская причина, чтобы снова встретиться с Дэвидом.


Эл подергал ручку дверцы «фольксвагена» и с раздражением обнаружил, что она заперта. Черт бы побрал эту девицу! С какой стати, уходя, она заперла машину? Теперь ему придется взламывать ее, потому что без бриллиантов он не может уйти.

Стемпл проследил Джейси до ее дома, и, когда этим утром она покинула квартиру, Эл последовал за ней. Это она, все правильно. Джейси Уайлдер и есть Джуди Уайлд. Он не знал, почему она назвалась не своим именем, но в данный момент это его не волновало. Важно вернуть себе бриллианты, и пусть она называет себя хоть Дейзи Мей Лабомбом, это его не колышет.

По-видимому, Дейзи Мей откладывала все свои дела на воскресенье, потому что Элу пришлось целое утро мотаться за ней, ожидая возможности заглянуть в машину. Сначала она взяла такси до «Умелых рук». Потом, уже в «фольксвагене», заехала в кофейню. Потом в видеомагазин, в аптеку, в лавку художников. Зачем-то сделала остановку у ветхого дома с полуразвалившимся гаражом, заглянула в газетный киоск и снова отправилась в кофейню. И везде парковала машину прямо у всех на виду.

В конце концов она поехала в центр города и поставила машину в подземном гараже большого офисного здания на Гранд-авеню. Эл последовал за ней, припарковал машину через несколько рядов, дождался, пока она войдет в лифт, и прокрался к ее машине.

Как всегда в воскресенье, стоянка была относительно пуста. Но поскольку в здании размещались две или три огромные юридические фирмы, она была не совсем пуста. Элу не раз приходилось нырять за автомобиль, чтобы его не заметили, когда дверь лифта открывалась и оттуда выходили трудоголики, для которых что воскресенье, что не воскресенье — один черт.

Тупые лемминги. Ему повезло — еще как повезло! — что Гарвард завернул его заявление. Иначе он окончил бы тем, что вкалывал бы по сто часов в неделю в какой-нибудь снобистской адвокатской фирме. Вместо этого он практически ничего не делал, вел красивую жизнь и имел счет в банке — по крайней мере, будет иметь, как только вернет себе бриллианты.

Эл сосредоточил внимание на «фольксвагене». Он сумеет справиться с замком — даром, что ли, начитался триллеров? К тому же у него есть одна штуковина, которую используют копы. Он достал из сумки длинную тонкую полоску металла и сунул между дверной коробкой и стеклом. Теперь осталось лишь правильно использовать ее…

Ничего не получилось.

Он предпринял новую попытку, но удача покинула его.

Вот дерьмо!

Визг автомобильных покрышек эхом прокатился по бетонированной площадке, и сердце Эла забилось чаще. Регги никак не мог узнать, что он здесь: Эл очень внимательно следил, нет ли за ним «хвоста». Однако на всякий случай нужно поскорей заканчивать и как можно быстрее убираться отсюда.

Он надавил на металлическую пластинку, но, наверно, слишком сильно. Она выскользнула и полоснула его по большому пальцу. Эл вскрикнул, и его вопль разнесся по всей автостоянке:

— Черт, мать твою…

Он сунул палец в рот и с силой прикусил, стараясь болью заглушить боль. Его распирало от злости и беспокойства: а вдруг все же поблизости ошивается Регги или какой-нибудь другой головорез Джо? Эл отбежал к своей машине, порылся в багажнике и вернулся с гаечным ключом.

Один хороший удар, и окно рядом с сиденьем водителя разлетелось вдребезги.

Эл отпер дверцу и просунулся внутрь, опираясь на сиденье водителя, чтобы легче было добраться до нижней части пассажирского. Пробежал пальцами по гладкой обивке, нащупывая сделанный им крошечный разрез. Ничего. Он предпринял новую попытку — с тем же результатом. Что за ерунда?

Он в недоумении выпрямился. Может, она нашла бриллианты? Может, заделала разрез? Может…

— Гляньте-ка, кого я нашел! Это же мой маленький дружок Эл!

Эл замер. У него свело живот, и пришлось приложить титанические усилия, чтобы съеденный утром завтрак не оказался на бетонированном полу.

— Ищешь что-нибудь? — не унимался Регги.

Эл собрал все свое мужество, попятился от автомобиля и повернулся, оказавшись лицом к лицу с Регги. Тот водил языком по щеке изнутри, отчего безобразный шрам выпятился еще больше и выглядел особенно жутко. «О господи, я покойник», — подумал Эл.

— Отвечай, когда тебя спрашивают, засранец! — Регги сгреб его за воротник и притянул к себе В результате они оказались нос к носу, а носки Эла едва доставали до мостовой. — Где бриллианты, черт тебя побери? В этой машине?

— Там я их спрятал, — прохрипел Эл. — Но их там нет. Девчонка…

Лифт остановился, и оба молниеносно повернулись. Двери скользнули в стороны, и из лифта вышла Джейси.

Регги с силой дернул Эла вниз, и они распростерлись на бетоне.

— Если их взяла девчонка, — прошептал Регги, — тогда я буду с ней разбираться. Но если ты наплел мне…

— Нет, клянусь! Их нет в автомобиле. Значит, она их нашла.

Эл понятия не имел, так ли это, но предпочитал, чтобы Регги «разбирался» с Джейси, а не с ним.

— Эй! — послышался голос Джейси. — Что вы делаете с моей машиной?

Эл приподнял голову и понял, что с того места, где она стояла, можно было видеть не только его и Регги, но и разбитое окно. Он быстро отвернулся, надеясь, что она не успела разглядеть его лицо. Стемпл сказал ей, что он погиб, и его более чем устраивало, что для Джейси он мертв.

— Я звоню копам! — закричала она, вытаскивая из сумочки мобильный телефон.

— Хватай ее сейчас, — прошептал Эл Регги. Раз уж ему не удалось отделаться от Регги, можно с успехом использовать его. И если этот головорез хорошенько обработает ее и выколотит признание, куда она дела бриллианты, Элу не придется платить Стемплу за выполнение той же задачи.

— Слишком рискованно, — буркнул Регги. — Она, скорее всего, уже дозвонилась в 911. Мы прищучим ее позже.

Эл сглотнул. «Мы». По-видимому, Регги не собирался отцепляться от него.

— Хватай радио, — приказал Регги.

— Что?

Регги толкнул его к автомобилю.

— Хватай это проклятое радио!

— А-а…

Эл рванул радиоприемник на себя, и он оказался у него в руках. Съемный, но Джейси, видать, и в голову не приходило беспокоиться по этому поводу. Регги даже не дал Элу выбраться из машины, просто схватил его за шиворот и поволок по бетону к бледно-голубому «бьюику».

— Пристегнись, — сказал он, включил двигатель и рванул прочь с автостоянки.

Эл так и сделал. Крошечный островок безопасности в жизни, которая с каждым мгновением становилась все более и более опасной. Для него и для Джейси Уайлдер.


Копы не выражали особого оптимизма по поводу того, удастся ли найти ее радио. Да Джейси многого от них и не ожидала. «Люси» уже дважды взламывали. По-видимому, такова плата за жизнь в Лос-Анджелесе.

Однако она надеялась, что копы прибудут достаточно быстро, чтобы успеть схватить двух подонков, удравших с автостоянки в голубом автомобиле. Увы! Копы приехали, когда тех уже и след простыл. Поскольку Джейси не разглядела ни номера, ни карточки с водительскими правами, полицейские быстро зафиксировали повреждения, велели ей связаться со страховой компанией и отбыли.

Она сердито смотрела вслед черно-белой машине. Вот вам и прекрасный Лос-Анджелес.

Мало ей таинственной истории с Элом, так теперь еще придется возиться с разбитым окном и похищенным радио. Поскольку прогноз погоды обещал в ближайшие дни кратковременные дожди, стекло нужно было вставить как можно быстрее. Поехать в мастерскую, которая работает по воскресеньям, а Дэвиду просто позвонить и рассказать ему новости об Эле. Однако этот план ее не устраивал.

Она могла сколько угодно морочить голову Таше, но должна была признаться самой себе, что хочет не столько найти Эла, сколько снова увидеться с Дэвидом. Это плохо увязывалось с ее долгосрочными планами, но что правда, то правда.

Сегодня день у нее выдался достаточно паршивый, и можно было пойти на поводу не у здравого смысла, а у сиюминутного желания. Значит, она поедет и увидится с Дэвидом лично. Пусть он и дальше занимается делом Эла. Если Эл жив и если Дэвид найдет его, ну… тогда возникнет проблема, но она разберется с ней позже.

Глава 7

Я оказался в тупике. Большой, жирный ноль. Результат моих усилий свелся к одному мертвецу и одному расквашенному носу.

Поиски Сары на опустевших улицах ничего не дали, и Большой Сол теперь не мог мне ничем помочь. И знаете, что самое неприятное? Кто-то вбил себе в голову, будто я попал в точку. Кто-то считал, будто я что-то знаю.

Хотел бы я, чтобы так оно и было, черт меня побери!

Пора было менять тактику. Я остановил машину и поехал в Палисадес. Приятное местечко, где живут люди, имеющие больше денег, чем я когда-нибудь видел. Люди типа Мэллори. И Сары. И их папаши, полковника Ричарда Стампа. Это его дочь пропала. И только он мог знать что-нибудь об этом. Мой богатый опыт подсказывал мне, что, возможно, вообще за всем этим стоит старик Сары.

Но я так никогда ничего и не выясню, если не начну задавать вопросы.

— Эй, ты где? Я задал тебе вопрос.

Дэвид замигал и повернулся к Финну.

— Ты что-то сказал?

Они снова сидели в «студеллаке», направляясь к дому Милли.

Финн сверкнул глазами.

— Я просто поинтересовался, какие у тебя планы на сегодня. Будешь и дальше собирать информацию на мертвого парня? Или собираешься позвонить девушке, которая вовсе не твоя девушка? Или есть кое-что поважнее?

— Есть кое-что поважнее. — Ожидая, пока сменится свет на светофоре, Дэвид постукивал пальцами по рулю. — В принципе я собирался позвонить Джейси, но сначала обещал Милли починить протечку в туалете. — Он повернулся к Финну. — А может, в перечне твоих профессий значится еще и «водопроводчик»?

Финн покачал головой.

— Даже близко ничего такого нет. В данный момент я всерьез обдумываю, не стать ли мне пилотом.

— Коммерческого самолета или истребителя?

— Истребителя, конечно. Типа того, что во вступительной сцене в «Золотом глазу».

Дэвид тут же вспомнил, как Пирс Броснан — «Бонд, Джеймс Бонд» — угнал самолет и ухитрился провести его через яростный взрыв.

— Хороший выбор, — сказал он. — Но мне кажется, тут без какого-никакого учения не обойтись. И юридическое образование, скорее всего, не поможет.

— Скорее всего, нет. Дэвид посмотрел на него.

— Ты же не собираешься на самом деле…

Он замолчал. Конечно нет.

Финн покачал головой.

— Просто раздумываю.

Для Финна это означало, что ближайшие одну-две недели он будет проектировать компьютерную игру с жуткой графикой и устрашающими спецэффектами.

— Я знаю парня, который готов научить меня летать за пару семестров в обмен на сведения о том, как создавать базу данных, — продолжал Финн. — Так что в принципе это возможно. Однако прямо сейчас я связан со всеми этими юридическими делами. Практика в суде, потом еще один семестр в университете. А потом почему бы не попробовать свои силы в ФБР? Это может оказаться забавно.

Если бы речь шла о ком-то другом, Дэвид удивился бы. Но поскольку это был Финн, Дэвид просто кивнул, продолжая вести машину. Он проводил свои дни, создавая вымышленных героев, но Финн… Финн создавал собственную жизнь, и реальную, и воображаемую. Хакер, программист, компетентный продавец, студент юридического факультета, водитель такси, повар ресторана быстрого питания — все это умел делать Финн. И делал хорошо.

Если же он не мог овладеть какой-то профессией — скажем, как тогда, когда он подумывал стать нейрохирургом, — он фантазировал о ней. Уолтер Митти[14] был ничто по сравнению с Финеусом Тигом.

Наверное, из Финна получился бы чертовски хороший агент ФБР. Однако вот вопрос: продержится ли он на этой работе достаточно долго, чтобы окупить все затраты времени и сил? И возьмут ли в ФБР человека, у которого больше профессий, чем у Билла Клинтона партнерш по оральному сексу? Не говоря уж о том, что Финн, скорее всего, не раз проникал в компьютерную систему министерства юстиции.

В своих рассуждениях Дэвид как раз дошел до этой точки, когда в поле зрения показался дом Милли. Дэвид вытаращился, не веря своим глазам. Потому что если они его не обманывали, весь передний двор был уставлен мебелью тети. Гостиная расположилась под лимонным деревом, кофейный столик с телевизором — рядом с кустами роз. Большую часть лужайки покрывал обожаемый Милли восточный ковер, и на нем разлегся соседский кот, который нежился на солнце с таким видом, будто ковры на лужайках в порядке вещей.

И вдобавок на диване рядом с Милли сидела Джейси с чашкой чая в руке и тарелкой домашнего печенья перед ней.

— Джейси? — спросил Финн.

— Джейси, — подтвердил Дэвид, набрав в грудь воздуха.

Удивительное явление Джейси на лужайке отозвалось радостью в его теле, но рациональная часть сознания пришла в ужас при мысли о том, что Джейси и Милли устроили тут девичьи посиделки.

— Она уже ест печенье и пьет чай, — сказал Финн, читая его мысли. — Надо полагать, они с Милли успели познакомиться, обсудили твою жизненную ситуацию и перешли к планированию свадебных торжеств. — Он поерзал на сиденье. — Что ты предпочитаешь: отдельный торт для жениха или двухслойный общий?

— Очень остроумно.

— Юмор висельника.

Охваченный беспокойством, Дэвид выехал на подъездную аллею и припарковался позади компактного зеленого «фольксвагена», по-видимому принадлежащего Джейси. Бросив еще один взгляд на устроенный Милли маленький пикник на лужайке, Дэвид подумал, что, пожалуй, идея приюта для престарелых не так уж и плоха.

Открывая дверцу, он бросил испытующий взгляд на Финна.

— Ты уверен, что хочешь прожить здесь целые две недели?

— Шутишь? Где еще можно увидеть бесплатное представление?

Да, это верно. Дэвид захлопнул дверцу, подтянулся и зашагал к дивану с таким видом, как будто каждый день по возвращении домой обнаруживал, что семейная мебель расставлена на лужайке. Если подумать, какая у него семья, ему вообще повезло, что ни с чем подобным он прежде не сталкивался.

— Что ты тут…

Милли жестом заставила его замолчать.

— Подожди еще минутку, дорогой.

Она нажала кнопку на телевизионном пульте, и голос Мела Гибсона взревел:

— У нас можно отнять жизнь, но не свободу!

Милли и Джейси вздохнули в унисон, и Милли похлопала Джейси по колену.

— Посмотрим еще разок?

— Ну уж нет, — сказал Дэвид.

Потянувшись за пультом, чтобы отключить телевизор, он едва не споткнулся о длинный кабель большой мощности. Тетя могла, не мигая, смотреть сражение при Стирлинге десять раз на дню. Только еще не хватало, чтобы и Джейси к ней присоединилась.

Джейси.

Он в упор посмотрел на нее.

— Кстати, что ты тут делаешь?

Вопрос прозвучал резче, чем он хотел, но факт ее присутствия вывел его из себя.

— Смотрю «Храброе сердце», — ответила она. В глазах у нее плясали огоньки. — Поверь, это кульминационный момент моего сегодняшнего дня.

— У Джейси украли радио, — сказала Милли.

Дэвид непроизвольно сделал шаг вперед.

— С тобой все в порядке?

— В полном. Я была в ярости, но это произошло два часа назад, и я уже успокоилась. Кроме того, это не первый случай. И еще мне нужно вставить стекло, а радио я могу заменить CD-плеером. — Джейси наклонила голову. — Я… ммм… понадеялась, что ты на своей машине съездишь со мной в мастерскую, а потом отвезешь меня домой. Они, по-моему, работают круглосуточно.

— Конечно.

Приятно, что, когда ей понадобился шофер, она в первую очередь вспомнила о нем. И Дэвид совсем, совсем не имел ничего против того, чтобы провести время в ее обществе. Черт, может, он даже пригласит ее пообедать.

На мгновение их взгляды встретились. Потом она отвернулась и слегка порозовела. Дэвид постарался скрыть усмешку. Обед… а после него, возможно, небольшое развлечение в качестве десерта. И Финн был прав, говоря, что это вовсе не обязывает его жениться на ней. Что бы они там с Милли ни думали по этому поводу.

— Мы пылесосом убрали осколки стекла, — прервала его размышления Милли. — Хотели вымыть машину, но побоялись, что, раз окно разбито, может промокнуть обивка.

— Кроме того, нет воды, — добавила Джейси.

— Это правда, — кивнула Милли. — Хорошо, что мы не стали затеваться с мытьем машины. Все равно ничего не получилось бы.

Дэвид открыл рот, собираясь заговорить, и… закрыл его, пощипывая переносицу.

Финн хлопнул его по плечу, наклонился ближе и негромко сказал:

— Приятно видеть, что ты держишь все это под контролем, приятель.

Ничего Дэвид под контролем не держал, и все собравшиеся на лужайке понимали это, включая кота Бонкерсов.

— Давайте все с самого начала. — Дэвид повернулся к Милли. — Почему мебель на лужайке?

— Ну, Джейси подумала, что вода может попортить дерево.

— Она права, — заметил Финн. — Все ножки из цельного дерева. Вам пришлось бы заменить их, но это было бы уже не то.

— Благодарю за понимание, Норм Абрам[15].

Финн пожал плечами:

— Никаких проблем.

Он обошел Дэвида, уселся рядом с Джейси и протянул ей руку.

— Финеус Тиг, — представился он. — Можете называть меня просто Финн.

— Джейси Уайлдер. Рада познакомиться.

— Мы что, в «Сумеречной зоне»? — спросил Дэвид, ни к кому не обращаясь.

— Нет, дорогой, на передней лужайке, — ответила Милли. — Мы хотели расставить мебель по подъездной аллее, но это перекрыло бы доступ в твою квартиру. Вот Берни и посоветовал нам разместить все здесь.

— Конечно, а как же иначе. Очень мило со стороны Берни. — Дэвид понятия не имел, кто такой этот Берни, но в данный момент это не казалось таким уж важным. — А откуда взялась вода?

— Я же говорила тебе, что возникла небольшая проблема с водопроводом.

— Небольшая проблема? — повторил он. — Ты сказала, что в туалете немного течет и заливает пол.

— Ну, вот его и залило. Кухню затопило, а в чулан и вовсе не зайти.

— И в гостиной Милли было полдюйма воды, — добавила Джейси. — Очень плохо. Это замечательный дом. Неприятно даже думать о том, что все это прекрасное дерево может испортиться.

Она была права. Построенный на рубеже столетий дом обладал особым очарованием, которое лишь подчеркивали цветники Милли и беленая ограда. Но даже если бы тут все разваливалось, дом по-прежнему оставался бы хранилищем детских воспоминаний Дэвида, и он тоже не хотел видеть его испорченным.

Потирая виски, он посмотрел на Финна.

— Ты не мог бы…

— Пойду гляну, что там такое, — тут же откликнулся Финн. — Хотелось бы посмотреть, конечно, как все тут у вас обернется, но ради друга я готов принести себя в жертву.

С этими словами он зашагал к дому, а Дэвид сделал страдальческое лицо и повернулся к Джейси.

— Кто такой этот Берни? Ваш друг? Она удивленно уставилась на него.

— Он учится в средней школе и живет через дом от вас. Это он подстригает вашу лужайку, — добавила она, поскольку на лице Дэвида застыло недоуменное выражение.

— Ты же знаешь Берни, дорогой, — сказала Милли. — Он бывает тут каждую вторую субботу.

— А-а… — Перед Дэвидом замаячил образ бледного худого парня. — И где же он?

— Он перекрыл у Милли воду, чтобы она не затопила улицу, а потом мы с ним перенесли мебель…

— Вы вдвоем перетащили все это? — удивился Дэвид.

— Не только мы, — ответила Джейси. — Нам помогали двое друзей Берни.

— И я несла DVD-плеер, — объявила Милли.

— А когда всю мебель вынесли, мама Берни позвала его домой на воскресный обед. Лазанья. Его любимое блюдо.

— Конечно. — Дэвид снова потер виски. — Мне следовало догадаться.

День начинался так многообещающе, но сейчас Дэвид уже и не помышлял об обеде с Джейси.

— Все правильно, — вернувшись, сказал Финн. — Там невероятно сыро. У тебя есть вакуумный насос для откачки жидкости? Если нет, надо его срочно купить.

— Есть в гараже. — Дэвид покачал головой. — Что за неразбериха!

— А знаешь, Джейси художница, — сообщила Милли.

Дэвид пристально смотрел на тетю, пытаясь проследить за ходом ее мыслей. Открыл рот для ответа, но передумал и счел за лучшее промолчать.

— Ты знал об этом? — продолжала Милли.

— Ну, знал.

— Я больше не художница, — вклинилась в разговор Джейси.

— Чепуха! — заявила Милли. — Это все равно как быть рыжей. Ты либо рыжая, либо нет.

— Либо используешь краску для волос, — сказал Дэвид.

Милли бросила на него свой знаменитый взгляд «я старше, и мне виднее».

— Это нельзя включать или выключать.

— Как, к примеру, воду. — Финн посмотрел на Дэвида. — Нужно как можно скорее запустить насос.

— Финн, ты можешь и сам начать откачивать воду, — сказала Милли. — Дэвид, вам с Джейси нужно поговорить. Джейси, будь добра, поставь DVD с Мелом с начала. Ты, Дэвид, часто бываешь неосторожен.

Милли откинулась назад, сложив на коленях руки, в полной уверенности, что ее «войска» без единого возражения бросятся выполнять поставленные перед ними задачи.

Вообще-то это даже пугало. Милли сказала, и все сразу забегали. Обычно Дэвида это мало беспокоило. Сегодня же возникло ощущение, будто он угодил в скверный римейк «Крестного отца», только здесь в роли дона выступала его хрупкая тетя с отсвечивающими голубизной седыми волосами. Неужели, поднявшись к себе, он обнаружит в постели лошадиную голову?

Впрочем, из этого может получиться неплохой эпизод. Монрою удается наконец найти убийцу Большого Сола, он отправляется к нему, а главарь банды сидит на передней лужайке в окружении всей своей мебели. Ну, может, рядом еще валяется парочка трупов.

Хотя… Дэвид не хотел, чтобы в его книге фигурировала преступная банда. И кто поверит, что человек может быть таким психом, чтобы вытащить всю свою мебель на лужайку?

— Дэвид! — услышал он голос Джейси. — Ау, ты где?

— Просто задумался.

Он вытащил из заднего кармана кассетный магнитофон, включил его и пробормотал:

— Главарь банды. Мебель на лужайке.

— Что это он делает? — спросила Джейси у Милли, изогнув бровь и откусывая печенье. — Как загадочно!

Дэвид состроил гримасу. Нет, скорее всего, ничего из этого не получится. Лучше бы он держал рот на замке.

— Ох, моя дорогая, — ответила Милли, — ничего тут загадочного нет. Дэвид делает заметки для своего романа.

Дэвид сердито посмотрел на тетю.

— Почему бы тебе просто не дать объявление в «Таймс»?

— Хочешь, чтобы я это сделала? — спросила она невинным голосом.

Затылок у него заныл — верный признак надвигающейся головной боли.

— Мой Дэвид со временем станет известнее Френсиса Скотта Фицджеральда, — заявила Милли.

Его так и подмывало сказать ей, чтобы она заткнулась. Но Милли очень гордилась им, поэтому он лишь вздохнул, уселся на кофейный столик и покорно посмотрел на обеих.

— Почему-то я сомневаюсь, что обо мне будет упомянуто в «Антологии Нортона».

— Дэвид пишет о сыщиках и дамах, — объяснила Милли, сложив руки на коленях.

— А-а… — Джейси кивнула с вежливым, но удивленным видом. — А ты вроде бы говорил, что больше не пишешь. Ты частный детектив. Это то, чем ты теперь занимаешься, — так ты мне сказал.

Дэвид состроил гримасу, испытывая двойственные чувства: с одной стороны, его вроде как поймали на обмане, а с другой — ему льстило, что она запомнила его слова.

— Я больше не описываю реальные преступления.

— Он теперь сконцентрировался на романе, — сообщила Милли. — И он умеет готовить.

— Десерты, во всяком случае, — вставил Финн. — Еще у него неплохо получается цыпленок в пармезане.

Дэвид застонал.

— Клянусь, вы доведете меня до того, что…

— Что ты напьешься, — сказала Милли. — Да, дорогой. Мы знаем. — Она переключилась на Джейси. — Писать романы — необычное занятие. Но он совсем неплох. Правда, зад у него не так хорош, как у Мела, но тоже ничего. — Она наклонилась вперед. — Разумеется, с эмпирической точки зрения.

— Милли! — взорвался Дэвид.

Ему хотелось съежиться, стать незаметным, хотя губы Джейси и тронула улыбка.

— Что? — Его тетя широко раскрыла глаза. — Я просто констатирую факт.

— Просто иди и покажи Финну, где вакуумный насос. — Дэвид ткнул рукой в сторону гаража и повернулся к Финну. — Убирайтесь оба. Займитесь насосом.

Милли кивнула с глубокомысленным видом.

— Он прав. Нам нужно уйти. Джейси и Дэвид должны поговорить. — Она улыбнулась Джейси. — Правда ведь, дорогая?

Дэвид перевел взгляд с Джейси на Милли и обратно. Внутри у него все сжалось.

— О чем мы должны поговорить? — спросил он.

По-видимому, не просто о разбитом окне. Он провел кончиком языка по зубам, борясь с волной разочарования. Джейси приехала не для того, чтобы увидеться с ним; она приехала по делу. Ну, в конце концов, она его клиентка.

Джейси облизнула губы.

— Вообще-то об Эле. Я…

— Она думает, что, возможно, он жив. — Милли взяла Джейси за руку. — Но, дорогая, он недостаточно хорош для тебя.

Дэвид утратил дар речи. Жив?! Как, черт побери, он может быть жив?

— Думаю, нам пора, Милли.

С этими словами Финн повел ее к подъездной аллее.

— Да, — сказал Дэвид. — Пока-пока.

Финн пожал плечами:

Дождавшись, когда они оказались вне зоны слышимости, он повернулся к Джейси.

— О чем это она?

Если Эл остался в живых, то ему удалось то, что оказалось не под силу Шалтай-Болтаю. Судя по газетным статьям, останки этого человека запросто поместились бы в банку из-под земляничного джема.

Грызя ноготь большого пальца, Джейси встала и одернула украшенный цветочным узором джемпер. Этот жест так сильно напомнил Дэвиду Сьюзен, что у него мелькнула мысль развернуться и пуститься наутек. Вот только убегать от Джейси ему не хотелось, и осознание этого выбило у него почву из-под ног.

— Кое-что не так, — сказала Джейси, сделав глубокий вдох.

— Помимо мебели на лужайке?

— Да, помимо этого, — рассмеялась она.

Шутка раскрепостила Джейси, и напряжение слегка отпустило ее. Она встретилась глазами с Дэвидом, шагнула к нему и спросила:

— Не болит?

Он не сразу понял, что она имеет в виду его нос.

— Нормально. Немного чувствительный, но я выживу. Бывало и похуже.

Неуверенная улыбка коснулась ее губ. Она опустила взгляд и заговорила, обращаясь к своим туфлям:

— Спасибо, что снова выручаешь меня. Я… — Она оборвала себя, вскинула голову и посмотрела ему в глаза. — Спасибо.

Может, это игра воображения? Может, все дело в освещении? Или виной всему то, что он давно ни с кем не спал? Но какова бы ни была причина, что-то такое почудилось ему в глазах Джейси. Понимание. Вопрос. Приглашение?

Нет.

Как бы сильно он ни желал довести до конца то, что началось на полу в магазине одежды, факт оставался фактом: она пришла сюда не из-за него, а из-за Эла. И это чертовски действовало ему на нервы, не говоря уже об эго.

— Итак, расскажи мне об Эле, — сказал он. — Почему, собственно, ты решила, что он жив?

— Потому что когда я встретила его в баре, там подавали зеленое пиво.

Она опустилась на диван, расправила юбку и посмотрела на Дэвида с таким видом, будто не сомневалась, что до него дошел смысл этой потрясающей новости.

Но он понятия не имел, при чем тут пиво.

— Наверно, здесь есть какая-то связь, — наконец сказал он, — но черт меня побери, если я улавливаю, какая именно.

— День святого Патрика.

Видимо, это уж точно должно было все ему разъяснить.

— По-прежнему не секу.

Она закатила глаза и вздохнула.

— Семнадцатое марта. Я пила с Элом пиво семнадцатого марта.

— Прости, но все равно не улавливаю.

— Ты что, в колледж не ходил?

— Нет, почему же, ходил. Даже диплом с отличием имею. Наверное, ты хочешь сказать, что я что-то пропустил мимо ушей?

— Помнишь, как тот парень сказал: «Юлий Цезарь и какая-то идея про март»? Он, наверно, имел в виду мартовские иды, и…

— Пятнадцатое марта.

Внезапно до него дошло. Она права. Фактически Стемпл сказал, что Эл умер пятнадцатого марта. Но два дня спустя Джейси встретила его… Дэвид попытался вспомнить, какая дата взрыва упоминалась в прочитанных им газетных статьях. Но нет, тогда он не обратил внимания на эту деталь. Он искал статьи, вышедшие в середине марта, и нашел их.

— Наверно, Стемпл перепутал дату.

— Может быть, — ответила Джейси. — Но…

— Я тебя понимаю. Когда парень типа Стемпла начинает ссылаться на Шекспира, пусть и перевирая его, это наводит на мысль, что его слова могут соответствовать действительности. — Дэвид протянул руку и помог Джейси встать. — Пошли ко мне, посмотрим дату взрыва.

Так они и сделали.

— Если Эл жив, почему парень, с которым он раньше вместе снимал жилье, не знает об этом? — спросила Джейси, когда они поднимались по лестнице.

Дэвид обернулся и посмотрел ей в глаза.

— Еще важнее другое: если Эл хочет, чтобы тот парень считал его мертвым, заинтересован ли он в том, чтобы кто-нибудь его нашел?


Квартира Дэвида выглядела даже хуже, чем в тот раз, когда Джейси была здесь впервые, хотя могло показаться, что такое невозможно.

— Неужели через Пасадину пронесся торнадо и задел только твой дом?

Дэвид взглянул на нее поверх монитора компьютера.

— Что?

Она обвела рукой комнату.

— Прямо какое-то стихийное бедствие.

Дэвид нахмурился.

— Правда? А я вроде как прибирал.

— А-а…

Ну что тут скажешь!

— Наверно, квартира выглядит как после кораблекрушения, потому что ты не успел все до конца организовать.

— Организовать, — повторил Дэвид. — Да. Совершенно верно. Квартира будет выглядеть гораздо лучше, если все тут… э-э… организовать.

Может, благоразумнее просто оставить эту тему в покое? Джейси встала и принялась расхаживать по комнате, дожидаясь, пока Дэвид найдет нужные материалы. Она уже была здесь, но тогда ни к чему не приглядывалась. Зато теперь у нее появилась возможность хотя бы отчасти проникнуть в душу Дэвида, чем она и собиралась воспользоваться.

По-видимому, в душе он был неряха, но это Джейси уже успела понять. Она обошла груды приготовленного для стирки белья — два очка в его пользу за то, что он сложил его, — и направилась к стене за письменным столом.

— Не возражаешь? — бросила она через плечо.

— Чувствуй себя как дома, — ответил Дэвид. — Извини, что компьютер так медленно работает. Подключение у меня через телефон, и требуется вечность, чтобы загрузить страницу. Финн не устает повторять, что нужно установить эту модемную штуку, но пока это для меня вопрос не приоритетный.

— Ничего страшного.

Замечание Дэвида напомнило Джейси о человеке, с которым она только что познакомилась. Его друг выглядел прекрасно: высокий, словно бейсболист, с коротко остриженными черными волосами и темными глазами.

Никаких сомнений, Финну можно было дать жирные десять очков. И все же, хотя Джейси высоко оценила его внешние данные, Финн не обладал привлекательностью, присущей Дэвиду, и Джейси недоуменно спрашивала себя почему. Оба выглядели хорошо, и по первому впечатлению Финн определенно казался не таким странным. И все же было в Дэвиде что-то… что-то не поддающееся определению, но, несомненно, привлекательное.

Что-то, что ей следовало бы выкинуть из головы…

Вздрогнув, она заставила себя сосредоточиться на более обыденных вещах и обежала взглядом комнату. Теперь, когда Дэвид сказал, что прибрался, она заметила, что коробок стало меньше. Однако на полу все еще валялись книги, вырванные из газет статьи, одежда и несколько пустых банок из-под содовой. Рядом с дверью в чулан у стены стоял велосипед, который, видимо, чаще использовался в качестве вешалки для курток Дэвида, чем по прямому назначению.

Все стены были покрыты желтыми самоклеющимися листочками бумаги для заметок, газетными вырезками, вырванными из блокнотов листами. И конечно, там висели более традиционные предметы — вставленные в рамки фотографии и афиши. Последние в особенности привлекли внимание Джейси. Это были афиши старых классических фильмов: «Глубокий сон», «Двойная страховка», «Поцелуй перед смертью». Стилизованные картинки очаровали ее, и она попыталась вообразить, как они выглядели бы, если бы их сделать в более современном стиле. В таком, скажем, как голубой период Пикассо, или даже в стиле Дали. Эта идея увлекла ее, пальцы сами собой потянулись к лежащим на столе карандашам…

Но она остановила себя. И переключила внимание на карту мира, прикрепленную к стене между афишами и проходом на кухню. Континенты были усеяны дюжинами красных, белых и голубых кнопок.

— Ага, вот эта статья, — сказал Дэвид.

Но сейчас Джейси больше интересовала его карта.

— Что это? — спросила она.

Он оглянулся через плечо.

— Карта.

— Спасибо. Это я и сама вижу. Для чего она?

По лицу Дэвида скользнула тень, и Джейси уже хотела сказать, мол, ладно, не стоит об этом, но он ответил:

— Красное — где я был, голубое — где я хочу побывать, а белое — места, о которых я писал.

— Правда? — Она отступила от карты, внимательно изучая ее. — Это впечатляет.

— То, что я хочу путешествовать?

— Нет, это я и так знаю. У тебя, видимо, страсть к путешествиям.

Судя по количеству голубых точек, так оно и было.

— Что именно произвело на тебя впечатление?

Если что-то и задело его в замечании насчет «страсти к путешествиям», он об этом умолчал.

— То, как ты все организовал, — ответила Джейси. — Я этого не ожидала.

— Не такой уж я неорганизованный. Просто у меня другая система, чем у большинства людей.

Джейси засмеялась.

— Ах вот в чем дело!

— Совершенно верно. — Он снова повернулся к компьютеру. — Ты будешь смотреть статью или нет?

Она кивнула, подошла и остановилась у него за спиной, наклонившись вперед, чтобы видеть монитор. Ее нос оказался в двух дюймах от волос Дэвида, и она вдохнула запах его шампуня. Ничего фруктового или мятного. Чистый и неоспоримо мужской запах.

Джейси сдержала легкую волну дрожи.

— Пятнадцатое марта, — сказал Дэвид и повернулся к Джейси. — Выходит, у тебя было страстное свидание с покойником.

— Бессмыслица какая-то.

Во рту у нее пересохло. Может, Эл и не серийный убийца, но что-то с ним определенно не так. Только вот вопрос: что?

У Джейси не было никаких мыслей по этому поводу. За последние дни произошло несколько невероятных событий. Сначала она почти отыскала своего бывшего бойфренда. Потом узнала, что он умер. Потом до нее дошло, что больше всего она огорчена тем, как именно он умер. Сам факт того, что этот человек полностью и безоговорочно ушел из ее жизни, не так уж сильно ее и расстроил.

А теперь выяснилось, что, возможно, Эл вовсе не умер, но по какой-то причине допустил, чтобы его близкий приятель поверил в худшее.

Странно. Очень, очень странно.

Но одновременно и жутко. Получается, что она спала с мужчиной, который инсценировал свою смерть.

Грызя ноготь большого пальца, Джейси подошла к дивану, уселась на него, подогнув под себя ноги, и обхватила руками подушку.

— С тобой все в порядке? — спросил Дэвид.

— Да, — соврала она, хотя на самом деле ее слегка затошнило. — Просто все так странно.

— Ты ничего не перепутала с датой конференции?

Этот вопрос даже не стоил ответа, и Джейси просто подняла брови.

— Ладно, исключим эту возможность, — продолжал Дэвид, крутя в пальцах карандаш. — Итак, зачем Элу понадобилось, чтобы добрый старый приятель считал его мертвым? Или, если уж на то пошло, зачем ему понадобилось, чтобы все на свете считали его мертвым?

— Ведь останки протестировали?

Дэвид покачал головой.

— Там и останков-то почти не было. Что-то, конечно, наскрести удалось, но они не любят торопиться, когда речь идет о ДНК. Тем более если, как в этом случае, картина кажется ясной и никто не настаивает на проведении экспертизы. Анализ на ДНК все еще чертовски дорогой, и, похоже, никто не заподозрил, что здесь дело нечисто.

— Что значит — картина кажется ясной? — спросила Джейси.

— В статье сказано, что ключ от этого офиса был только у Эла и у Мелвина Клементса.

— Кто это?

— Босс Эла. Эл — юрист, с этим все в порядке. Он работал на одного из самых аморальных адвокатов в Калифорнии.

— Ох!

Отбросив подушку, Джейси подняла с пола блокнот и карандаш. Может, Таша и права: страсть к рисованию у нее в крови. Но если и так, кто упрекнет ее в этом сейчас, когда ей так нужно собраться?

— Офис размещался в бывшем жилом доме, и за соседней дверью все еще жила какая-то старая женщина. Эл разговаривал с ней, когда входил, и сказал, что собирается работать всю ночь. — Дэвид отвернулся от монитора и посмотрел на Джейси. — Ты меня слушаешь?

Она кивнула.

— А почему это не могло быть тело Клементса? У него ведь тоже был ключ?

— Так-то оно так, вот только Клементс к этому времени был уже мертв. Умер от сердечного приступа двумя днями раньше, прямо в зале суда, где рассматривалось дело об изнасиловании.

— Ничего себе.

— Да уж. Тем вечером соседка не видела, чтобы Эл уходил или кто-нибудь другой приходил. После взрыва она также опознала автомобиль Эла на обочине. К тому же с этим обогревателем у них и раньше были проблемы. — Он несколько раз щелкнул мышью. — Да, и еще там нашли брелок для ключей с монограммой. Расплавленный, конечно, но опознаваемый… принадлежавший Элу.

— Но не тело, — сказала Джейси.

Дэвид покачал головой.

— Человеческие останки, но неопознаваемые. Даже зубы не уцелели. Сначала взрыв, потом пожар. В общем, дело дрянь.

— Так может, это было тело кого-то другого?

— Зачем Элу понадобилось инсценировать свою смерть? Но если он все-таки сделал это, почему два дня спустя назвал тебе свое имя? — Дэвид встал, подошел к Джейси и уселся на подлокотник. — Привет, я Алберт Элкот, пожалуйста, не читайте «Таймс», а не то обнаружите, что я мертв. Бессмыслица какая-то.

Она водила карандашом по бумаге, машинально рисуя охваченный пламенем дом.

— Может, не такая уж бессмыслица, как тебе кажется.

Не услышав ответа, Джейси повернула голову и увидела, что Дэвид пристально смотрит на нее… и вид у него не слишком веселый.

— Что тебе известно, Джейси? — спросил он сурово.

— Ничего! — Господи, неужели он подумал, что она в этом замешана? — Абсолютно ничего. Просто… Просто в тот первый день я сказала тебе не всю правду.

На его скулах заиграли желваки.

— Так скажи ее сейчас.

— В основном я рассказала все…

— Кроме?

— Кроме того, что тогда, в баре, я назвалась не своим именем. — Она подняла руку, не давая Дэвиду перебить себя. — У меня и в мыслях не было, что между нами может что-то возникнуть. И я никогда не знакомилась прежде… вот так. Мне показалось, что разумнее не называть своего настоящего имени.

— Ну и…

Она перевела дыхание.

— Однако я не особенно мучилась из-за этого, потому что очень быстро выяснилось, что Эл тоже назвался не своим именем.

Она рассказала о парне, который подошел к ним в баре, абсолютно уверенный, что Чарльз Лафонтен — это Алберт Элкот.

— Я подумала, что он сделал это по той же причине, что и я. Мне и в голову не приходило, что он инсценировал свою смерть.

— Действительно, с чего бы это могло прийти тебе в голову?

— Я подумала, что он серийный убийца, — продолжила Джейси, решив, что раз уж начала признаваться, то выложит все. — Но я ошибалась.

Дэвид потер виски, встал, выдвинул ящик письменного стола и достал бутылочку тайленола. Вытряс таблетку, проглотил ее всухую и поднял взгляд на Джейси.

— Рассказывай.

Что она и сделала.

— Я поняла свою ошибку, — закончила она, — когда увидела в новостях, что полиция схватила настоящего убийцу из Сан-Диего. И потом я наняла тебя…

— Какая удача для меня, — сухо произнес Дэвид.

Джейси охватил гнев. Безрассудный, может быть, но день выдался уж очень плохой. Она схватила с пола сумочку, перекинула ремешок через плечо и встала.

— Прости, что отняла у тебя столько времени. Мне пора идти. Поблагодари от меня Милли за печенье, ладно?

Дэвид сжал ее локоть.

— Сядь.

Она ощетинилась.

— Мне завтра на работу.

— Прости меня, ладно?

Немного поколебавшись, Джейси кивнула.

— Ладно. — На самом деле ей вовсе не хотелось уходить. — Извинения приняты.

Дэвид посмотрел ей в глаза.

— Похоже, ты была права. Эл инсценировал собственную смерть.

— Зачем? — спросила она.

— Страховка, неудачный брак, долг, который невозможно выплатить… да мало ли что еще? Парню потребовалось спрятаться от чего-то. Или от кого-то. И если этот кто-то достаточно настойчив, его можно остановить одним способом — умереть.

— Но кто он? И почему?

— Это, дорогая, и есть главный вопрос. И ответа на него у меня нет.

— Похоже, мое дело оказалось не таким легким, как ты сначала подумал, — заметила Джейси, напомнив Дэвиду его слова, сказанные в день их первой встречи.

— Похоже на то. — Он придвинулся ближе, чувствуя, как учащается пульс. — И я рад, что ты пришла ко мне. Правда рад. — Он дотронулся до щеки Джейси, и ее кожа еще долго сохраняла ощущение этого прикосновения. — Останешься ненадолго?

Всеми фибрами своей души она возопила: «Да!», но вслух произнесла:

— Зачем? — и затаила дыхание, ожидая ответа и надеясь, что ответ будет таким, какой она хотела услышать.

— Помнишь, что я тебе обещал насчет мороженого? — Он приподнял ее лицо за подбородок. — И если я хоть что-то понимаю в женщинах, сегодня определенно день мороженого.

Джейси не сумела сдержать улыбки.

— Пусть ты невежествен во многих вопросах, но тут ты прав.

— Так что, останешься?

— Мне действительно завтра выходить на работу, и, кpoмe того, я должна сдать в ремонт машину. Но я останусь. Ненадолго.

Дэвид усмехнулся

— Ты остаешься, потому что хочешь этого или потому что я нужен, чтобы доставить тебя домой, когда ты окажешься без машины?

— И то и другое.

В уголках его глаз собрались морщинки.

— Честный ответ.

— Так где мое мороженое?

— Вставай.

Она отправилась вслед за ним на кухню и очень удивилась, обнаружив, что там не наблюдается следов стихийного бедствия, как в остальной части квартиры.

— Кажется, я тебя обманул, — признался Дэвид, заглянув в морозилку. — Никакого мороженого. — Он закрыл дверцу и бросил на Джейси виноватый взгляд. — Перенесем на другой раз?

— Хорошо. Но согласись, теперь я заслужила сливочное мороженое с сиропом и орехами.

— Заметано. — Он кивнул на кухонный стол. — Тебя устроит шоколадный торт в качестве временной замены?

— Конечно.

Может, у Джейси и было множество недостатков, но дурочкой ее никто не назвал бы. И она никогда, никогда не отказывалась от шоколада, когда его предлагал привлекательный мужчина.


— Расскажи мне о Милли, — попросила Джейси и облизала вилку.

Она сидела на диване и только что прикончила кусок торта. Дэвид не возражал бы, если бы она умяла весь торт. В особенности если это позволило бы ему задержать ее здесь подольше.

— Дэвид? — подтолкнула его она. — Расскажи о Милли.

— Хорошо. Что я могу сказать? У нее непростой характер, но я ее люблю.

— Это заметно. Ты становишься…

— Что? — Он бросил на нее взгляд из кухни, где готовил кофе. — Каким я становлюсь?

— Более мягким, я бы сказала.

Дэвид удивленно покрутил головой.

— Я имею в виду, что ты становишься мягче, когда рядом Милли. Чувствуется, что ты оберегаешь ее. Это трогательно.

Что на это возразишь? Черт, он и не хотел возражать! Разве что насчет «трогательно». Впрочем, это не выпадает из общего стиля, хотя Дэвиду не хотелось, чтобы о нем думали как о белом и пушистом.

— Она — тетя моего отца и до безумия любила его, пока не переключилась на меня. Мои родители переехали в Лондон, так что теперь я единственный объект ее обожания.

— В Лондон?

— Да, они ярые англофилы. Они и встретились, когда оба путешествовали по Великобритании. В изложении моего отца это случилось, когда они купили дешевые билеты на какое-то шоу в Уэст-Энде. Места оказались рядом, но прямо за столбом. Поскольку оба практически ничего не видели, то разговорились.

— Твоя мама рассказывает эту историю иначе?

— Нет. — Дэвид налил воды в кофеварку, нажал кнопку и вернулся в гостиную. — История та же, вот только начинается на пять минут раньше: шел дождь, папа случайно толкнул ее, и она свалилась в полную воды рытвину. В результате он счел себя обязанным купить ей билет.

Джейси рассмеялась, и он был рад услышать ее смех после всех выпавших на ее долю переживаний сегодняшнего дня.

— Надо полагать, они никогда не жалуются, как дождливо и сыро в Лондоне?

— Ни разу не пожаловались.

— Что они делают в Лондоне?

— До моего рождения папа работал в министерстве иностранных дел, и какое-то время они жили там. Вообще-то где они только не жили! Но когда появился я, они осели в Лос-Анджелесе, хотя все время скучали по Лондону. Поскольку теоретически теперь я взрослый, они созвонились с друзьями, нашли квартиру и перебрались туда.

— Решили в конце концов пожить той жизнью, которой всегда хотели, — сказала Джейси с каким-то странным оттенком в голосе.

— Вот именно. У них нет денег, чтобы путешествовать, останавливаясь в четырехзвездных отелях, но поезда и недорогие гостиницы с завтраками есть по всей Европе, и родителям этого достаточно, чтобы ловить кайф. Именно об этом они всегда и мечтали.

Джейси медленно кивнула, как бы раздумывая, что сказать дальше. Взяла еще один кусок торта, облизнула губы.

— Почему же они раньше не уехали?

— Чувство ответственности, мне кажется. По отношению ко мне. И работа. Правительство не гарантировало отцу, что он постоянно будет проживать в Лондоне, а он не хотел таскать меня по всему миру. Здесь он работал учителем.

Кофеварка засвистела, и Дэвид поспешил на кухню, чтобы разлить кофе.

— Тебе черный?

— Со сливками, если есть.

Он налил в чашку Джейси кофе пополам со сливками и отнес ей.

— Ты настоящая загадка, Дэвид Андерсон, — сказала она, принимая чашку.

— Знаю. Это часть моего очарования.

Щеки у нее вспыхнули.

— Да, наверно. — Свободной рукой она обхватила подушку. — По-моему, у тебя замечательные родители. Принести такую жертву только ради того, чтобы у тебя было нормальное детство!

— Ну да. Хотя мне всегда казалось, что разъезжать по всей Европе — это круто.

Джейси подняла взгляд на карту.

— Ну, у тебя все еще впереди.

Он молча кивнул в знак согласия.

— Но это не для меня. Пока я росла, мы только и делали, что переезжали с места на место. Теперь единственный вид путешествий, который меня привлекает, это короткие поездки с остановкой в очень приятных отелях с обслуживанием в номере.

— Никаких дешевых гостиниц в заштатных европейских городках?

— Нет.

Взгляд Джейси ненадолго задержался на карте, а потом ее лицо осветила улыбка, может, немного слишком сияющая.

— Во всяком случае, если твои родители хоть отчасти похожи на твою тетю, я уверена, что они замечательные. Милли прелесть.

Дэвиду было неожиданно приятно услышать, что она считает его родителей похожими на Милли. В конце концов, почему бы и нет? Разве что они без заскоков и не имеют привычки совать нос не в свое дело.

— И она просто обожает тебя, — продолжала Джейси.

— Ну а я обожаю ее. Именно из-за нее я здесь.

— В этой квартире?

— В Калифорнии. — Дэвид кивнул на карту. — Можно сказать, я веду финансовые дела Милли. Но когда я буду уверен, что больше беспокоиться не о чем, то возьму рюкзак, куплю билет с открытой датой возвращения и первым делом полечу в Париж.

— Париж, — задумчиво повторила Джейси. — Мне бы хотелось увидеть Лувр.

— Любой художник должен там побывать, — сказал Дэвид.

Она хотела что-то сказать, но он опередил ее:

— Даже художник с многоступенчатым планом жизни.

И с улыбкой перевел взгляд на ее блокнот. На губах Джейси заиграла смущенная улыбка.

— Ничего не могу с собой поделать. Привычка. Все время рисую. Когда мне одиноко или не по себе. Или когда нервничаю.

— Это я заставляю тебя нервничать?

— Нет. Конечно нет. С какой стати?

Он почти поверил ей, но она тут же принялась грызть ноготь большого пальца. Дэвида охватило желание притянуть ее к себе, обнять.

— Ты уверена?

— Конечно уверена. С чего бы мне нервничать?

— Совершенно не с чего. Разве что ты способна читать мои мысли.

Она сглотнула.

— И что? О чем ты думаешь?

— О тебе. — Он подошел к ней, понимая, что это глупо, но чувствуя, что иногда нужно просто уступить порыву. — О нас. — Он взял ее за руку и заставил встать. — О китайской еде.

Джейси приоткрыла рот, и сердце у него сжалось. Что, черт побери, он делает? Эта женщина мечтает иметь дом и семью, а вовсе не такого парня, как он. Дэвид не хотел, чтобы она обманулась в своих ожиданиях, не хотел притворяться тем, кем не был. Но ее он хотел, и это желание мешало ему остановиться.

Она провела языком по губам, не сводя взгляда с Дэвида, и прошептала:

— Да.

Это невысказанное обещание ласки мгновенно заставило отвердеть его плоть.

— Что «да»?

Прерывисто дыша, она вцепилась в свой блокнот и снова облизнула губы.

— Да, я нервничаю. А что, разве не должна?

Дэвид сглотнул. Да пропади оно все пропадом!

Желание прикоснуться к Джейси захлестнуло его, и он притянул ее к себе. Блокнот упал на пол. Дэвид почувствовал ее грудь, нежную и твердую.

— Еще как должна.

— Правда? — прошептала Джейси. — Почему…

Он не дал ей закончить, накрыв ее губы своими.

Вкус этой женщины был подобен амброзии, и он пил ее, все сильнее прижимая Джейси к себе. Он страстно желал ее со времени той слишком короткой «закуски» на полу магазина и не собирался останавливаться, пока не получит ее всю, целиком.

Слава богу, она не пыталась отодвинуться. Напротив, ее губы страстно ответили на его призыв, и его тело тут же среагировало на ее энтузиазм каждой клеточкой, каждым атомом, зарядившись почти до состояния радиоактивности от электрического напряжения, возникшего между ними.

Ее затылок лег ему в ладонь. Дэвид мог бы остаться в таком положении навсегда, наслаждаясь вкусом ее рта, исследуя языком ее язык. При одной мысли о том, чтобы покрыть поцелуями ее тело, его плоть окаменела как камень.

Обхватив ее свободной рукой за талию и закрывая губами ее рот, он мягко притягивал ее ближе, надавливая бедром между ног. Длинная юбка мешала, и ему хотелось, чтобы Джейси просто сбросила ее.

Она слегка изогнулась, скользя по его языку своим, и это движение окончательно свело его с ума. Рука соскользнула с ее затылка и двинулась вниз. Юбка сбилась, когда он задрал ее вверх, просунул руку под ткань и принялся ласкать нежную кожу внутренней стороны бедер. Джейси затрепетала.

Волна мужской гордости затопила его, когда он почувствовал, что трусики у нее уже мокрые. Он провел пальцем вдоль края, проскользнул под них, нашел влажные, шелковистые складки кожи.

Она извивалась в его объятиях, и это лишь усиливало его возбуждение. Она покусывала его нижнюю губу, пока его рука ласкала ее нежную плоть. Потом Джейси испустила вздох — это был тихий печальный звук — и отклонилась назад. Вцепилась в его плечи и прервала поцелуй, на что его тело среагировало весьма болезненно.

Джейси сомкнула ноги, выдавливая его, и сделала шаг назад, решительно и бесповоротно.

Проклятье.

Ее приоткрытые губы вспухли, кожа вокруг рта порозовела. Дэвид потер лицо, жалея, что не побрился, и в то же время радуясь, что не сделал этого. У Джейси был такой вид, словно они только что занимались любовью, долго и страстно. Черт, если она выглядела так сейчас, можно лишь представить себе, как она будет выглядеть после нескольких часов в постели.

Он представил. Блестящее от пота лицо. Натянутая до подбородка шелковая простыня — дань скромности после долгой страстной ночи.

— Ты был прав, — сказала она, отводя взгляд. — У меня есть основания нервничать.

У него в желудке образовался плотный комок, когда она встала, пересекла комнату и остановилась позади письменного стола. Слегка пробежала пальцами по карте, повернулась к Дэвиду, улыбнулась ему — может, немного слишком широко — и направилась на кухню.

— Джейси?

Она посмотрела на него, споласкивая свою кофейную чашку.

— Надеюсь, твоя мечта о путешествии сбудется, Дэвид. Вернее, о путешествиях. Ты это заслужил. — Она взяла бумажное полотенце и начала вытирать кухонный стол. — С рюкзаком за спиной через всю Европу. Думаю, это будет здорово.

Черт, что он мог сказать на это? Скрытый смысл ее слов казался совершенно ясным. Это не то, чего хочет она. Значит, и он сам не то, чего хочет она. История повторяется.

— Рано или поздно я так и сделаю, — сказал он, имея в виду путешествия.

И он это сделает. Так или иначе, но сделает.

Конечно, поскольку Джейси больше не нуждается в его услугах, его потенциальный доход за этот месяц будет ничтожен. Джейси и ее чеки… их больше не будет. Кстати, остальные его сбережения тоже вот-вот иссякнут.

Джейси вернулась в гостиную и повесила сумочку на плечо.

— Думаю, нам пора. — Она повернула к Дэвиду лицо, обрамленное кудряшками. — Спасибо за все.

— Не за что. Мне не каждый день удается найти мертвеца, который вовсе и не мертвец. — Внезапно у него мелькнула новая мысль, и он прищурился. — Насколько я понимаю, дальнейшие поиски этого парня тебя не интересуют?

У нее сделалось такое лицо, будто она только что проглотила какую-то гадость.

— Н-нет. Разве я об этом не говорила?

— Ты платила мне за то, чтобы я нашел твоего бывшего бойфренда, и я исходил из того, что ты хотела найти его именно по этой причине. Но насколько я понимаю, он должен тебе деньги?

— Больше я не заинтересована в том, чтобы искать его, — очень четко произнесла Джейси.

Дэвид поднял руки.

— Ладно, ладно, я просто спросил. Не нужно переворачивать все с ног на голову.

Он замолчал и нахмурился. «Переворачивать все с ног на голову…»

— Дэвид? Что с тобой?

— Тот тип у мусорного бака и тот, кто залез в твою машину… — И почему он не подумал об этом раньше? — Возможно, это Эл разыскивает тебя?

— Глупости. Радио из «Люси» украли, как тысячи других в Лос-Анджелесе. И ты сам говорил, что тот парень у мусорного бака, скорее всего, обычный грабитель.

Да, говорил. И тогда верил в это. Однако почему теперь его пробирает дрожь?

Джейси скрестила на груди руки.

— Ох, прекрати! Ты читаешь слишком много детективных романов.

Она наклонилась, подняла с пола стопку книг и аккуратно положила их на угол стола.

Наверное, она права. Просто его подсознание изобретает причины, которые позволят ему не расставаться с ней.

— Может, и так. — Он распахнул перед Джейси дверь. — Такая уж у меня натура — везде чудятся заговоры.

— Я в безопасности. И кроме того, как он меня найдет? Ведь он даже не знает моего имени, помнишь?

Дэвид, разумеется, помнил. Однако по какой-то причине этот факт не способствовал рассасыванию комка в желудке.


— Так что за история с этой цыпочкой Джейси Уайлдер? — спросил Регги.

Он приковал сопливого адвокатишку наручниками к дверце со стороны пассажирского сиденья своего «бьюика». Какое-то время Эл пытался вывернуться из них, но потом Регги недвусмысленно дал ему понять, что портить обивку или металлическую ручку не в его интересах.

С тех пор Эл сидел тихо, как мышка, подтверждая предположение Регги о том, что парень трусоват. Хотя, конечно, чтобы сбежать от Джо, какое-никакое мужество необходимо. Может, и правду говорят, что внешность обманчива.

Эл заскулил.

А может, он, Регги, все-таки прав.

— Я спросил тебя об этой сучке.

— Бриллианты у нее, — торопливо заговорил Эл. — Не у меня. Поверь, я не вру. Она, должно быть, нашла их в машине. Скажи Джо, что у меня их нет. Я бы отдал их ему, если бы они у меня были. Клянусь, и да поможет мне Бог.

Регги крепче стиснул руль. Он пока не готов был разговаривать с Джо. Он уже допустил ошибку, признавшись Джо, что ничего не добился тогда у мусорного бака. И что он получил за свои хлопоты? Головомойку и совет впредь действовать успешнее, а не то…

Регги не понравилось, как это прозвучало. Что ж, он будет действовать так, как сочтет нужным. И начнет с того, что обыщет квартиру этой девки.

Он остановил машину на обочине, перегнулся через Эла и открыл дверцу. Тот, все еще прикованный к ручке, едва не вывалился наружу, и с его губ посыпались проклятия.

— Ты собираешься выходить? — спросил Регги.

— Что?!

— Тебе не надо отлить? Если да, то делай это сейчас.

Потому что Регги был намерен ждать возле дома Джейси Уайлдер столько, сколько понадобится, а когда у него появится возможность, собирался провести свое собственное маленькое расследование.

Глава 8

— Прости, сынок, но больше ничем не могу помочь. — Полковник раскурил кубинскую сигару, затянулся и выдохнул клубы зеленовато-серого дыма, которые окутали его голову. — Естественно, меня все это огорчает.

Естественно. Его дочь исчезла, а он сидит в оранжерее, курит сигару и читает финансовые газеты. Этот человек не вызывал у меня сочувствия. Да уж, огорчен он, как же!

Он взглянул на меня, и его благопристойный фасад дал трещину.

— Тебе что-то еще нужно?

— Всего лишь ответы на мои вопросы.

— Я сказал все, что знал. Мои дочери живут своей собственной жизнью. Они делают вид, что я ничего не знаю, а я делаю вид, что смотрю в другую сторону. — Он зашелестел страницами. — Если это все…

Это было не все, но я способен понимать намеки и не стал поднимать шум, когда этот пингвин указал мне на дверь, вежливо добавив:

— Спасибо, что зашел.

Забавный старикан.

На аллее я встретил Мэллори. И улыбнулся ей, но ответной улыбки не удостоился.

— Давненько не виделись, дорогая, — сказал я.

— Как вы тут оказались?

Она сверкнула глазами, но так и не улыбнулась.

— Делаю свое дело, крошка.

— Вы, похоже, забыли, кто вам платит, мистер Монрой. Мне казалось, я ясно дала понять, что не хочу впутывать отца в это дело.

— Да, тут я промахнулся. Подумал, что вас больше волнует судьба сестры, чем то, чтобы папочка по-прежнему воспринимал вас как невинную школьницу.

Она вытянулась в полный рост, став выше меня — с учетом высоких каблуков, могущих служить орудиями убийства. Не сводя с меня взгляда, достала сигарету и закурила.

А потом улыбнулась едва ли не самой любезной своей улыбкой. И сказала:

— Мистер Монрой, вы уволены.

Пальцы Дэвида замерли над клавиатурой. Он надеялся, что привычное стаккато клавиш его успокоит, но не тут-то было. Может, Джейси и не увольняла его, но итог тот же самый. Она не хочет искать Эла. Она не хочет Дэвида. Бада-бинг, бада-бум, конец истории.

— Творческий застой, дорогой?

Милли возникла на его пороге точно в девять, в костюме от Шанель, ортопедических туфлях на резиновой подошве и с коричневым кожаным портфелем под мышкой. Дэвид понятия не имел, что в этом портфеле, и боялся спрашивать.

— Просто задумался.

— О чем? — спросил сидящий на диване Финн, глядя на Дэвида поверх юмористических страниц вчерашней воскресной газеты. — Или, скорее, о ком?

Дэвид проигнорировал его намек. Финн поддержал Милли, которая пожаловалась на все еще сохраняющийся запах сырости в гостиной. Дэвид сомневался, что этот запах и впрямь досаждает Финну. Более вероятно, что его другу просто захотелось понаблюдать, как Дэвид будет извиваться под каблуком у Милли.

Как бы то ни было, дом оказался полон народу. Попробуйте-ка творить в таких условиях! Хотя, по правде говоря, и без этого Дэвиду было трудно сосредоточиться на романе. Из головы не шла некая женщина. Она, а также мучительное ощущение, что затевается что-то очень, очень нехорошее.

— Эта коробка пуста, — сказала Милли, заглянув в одну из картонных коробок под окном.

— Не успел ее выкинуть. — ответил Дэвид, отвлекаясь от мыслей о Джейси. — Я начал тут разбираться вчера.

— В самом деле? — удивилась Милли.

— С чего это вдруг? — спросил Финн.

Судя по его тону, он читал в душе Дэвида, как в открытой книге.

— Просто хочу навести порядок, — сказал Дэвид, сердито зыркнув на Финна. Молчаливо поблагодарив Милли за то, что она не стала раздувать проблему, он отправился на кухню подогреть кофе. — По-моему, это не преступление.

— Не преступление, — согласился Финн. — Просто…

— Что? — проворчал Дэвид.

— …интересно, — закончил Финн.

Он развернул газету и исчез за ней, однако Дэвид успел заметить веселые искорки в его глазах. Спрашивается, что тут такого? Его квартира превратилась в свинарник. Половину того, что накопилось, давно пора выбросить.

— Вот, — сказал он Милли, остановившись перед чуланом и доставая оттуда коробку с журнальными вырезками. — Идеи для документальной писанины. Хочешь помочь? Разбери все это.

Она отдала ему честь, взяла коробку и понесла ее к дивану. Финн освободил для нее место, сдвинувшись в сторону и при этом свалив на пол остальные страницы газеты.

Дэвид состроил гримасу. Вот и попробуй навести тут порядок!

— Как их разбирать: по теме, автору, дате или как-нибудь еще? — спросила Милли, глядя на него поверх очков. — Или можно завести на всю эту информацию базу данных. В прошлом месяце я прослушала курс online по банковскому делу. Он, в частности, включал в себя бесплатный семинар по созданию баз данных. Я могла бы использовать твой компьютер и…

— Обойдемся просто картонными папками, — сказал Дэвид.

Не так давно Милли прослушала компьютерный курс, после чего ввела пароли во все его файлы и тут же напрочь забыла их. Он четыре часа проторчал на телефоне, с помощью Финна приводя компьютер в рабочее состояние.

— И разбирай их как хочешь.

Снова отсалютовав ему, Милли положила портфель на колени, расстегнула защелку и извлекла оттуда «Смертельное оружие-3».

— Звуковое сопровождение, — заявила она. — Как Рене Руссо дерется ногами, а?

— Рад за нее, — ответил Дэвид, вставил видео в дисковод, протянул Милли пульт и снова уселся перед компьютером.

Плохо, что у Джейси нет фильмов с Рене Руссо. Дэвид попытался представить себе, как Джейси выбрасывает ногу вверх и бьет напавшего на нее грабителя пяткой в челюсть. Ничего не получилось, несмотря на все его воображение. Вместо этого перед мысленным взором Дэвида возникла другая картина: громила ударом ноги сваливает Джейси на землю и выбивает из нее душу, а сам Дэвид появляется слишком поздно, чтобы помешать этому.

Проклятье!

— Что? — спросил Финн.

Дэвид состроил гримасу, поняв, что, видимо, выругался вслух.

— Да все из-за Джейси, — признался он.

И посмотрел на Милли, опасаясь комментариев на избитую тему, но их не последовало. К собственному удивлению, он почувствовал себя разочарованным. Может, она решила, что Джейси ему не пара? Или, хуже того, что он недостаточно хорош для нее?

— И что с ней? — продолжал допытываться Финн.

Дэвид покачал головой.

— Ничего конкретного. — Он щелкнул мышкой, подключаясь к Сети. — Просто плохое предчувствие.

— Променад и радио. — Финн отложил газетную страницу, подошел к Дэвиду и встал у него за спиной. — Ты всерьез считаешь, что эти случаи связаны между собой?

— Не знаю, что и думать. Знаю лишь, что внутри у меня все завязано в узел.

— Это от одиночества, — вмешалась в разговор Милли. — Вы с Джейси должны быть вместе. Теперь, когда Эл мертв, этому ничто не мешает.

— Если ты помнишь, Милли, он не мертв.

Нелепо, но ему было приятно, что Милли все еще считает его достойным Джейси.

Она махнула рукой.

— Все равно что мертв. Он тебе не соперник.

С этим Дэвид спорить не стал, сказал лишь:

— Ничего не получится, Милли. Я не ее тип.

— Ты не…

Он оборвал ее:

— Мы обсуждали это вчера вечером.

Литературная вольность. На самом деле они ничего не обсуждали, но Джейси ясно дала понять, что к чему.

— Она просто тебя не знает.

И по-видимому, не горит желанием узнать. Расстроившись, Дэвид кивнул на телевизор.

— Перерыв окончен, Милли. Я не стану тебе платить, если ты не разберешь статьи.

— Ты и так мне не платишь.

Тоже правда. Дэвид молча повернулся к компьютеру.

— Что ты ищешь? — спросил Финн.

Дэвид защелкал по клавишам, вызывая поисковую систему.

— Понятия не имею.

— Ну хотя бы с чего хочешь начать?

— Ответ тот же.

— По крайней мере, у тебя есть какой-то план?

Финн взял ящик для обуви, поставил на попа и взгромоздился на него. Дэвид повернулся к другу.

— Все, что у меня есть, это желание разобраться. Потому что я чувствую: что-то нечисто. Может, ничего и не получится, но…

— Но ты не собираешься сдаваться без боя.

— Вот именно.

— А если ты что-нибудь наскребешь, у тебя будет повод снова увидеться с Джейси.

— Думаю, нужно начать с адвокатской практики, — сказал Дэвид, игнорируя последнее замечание и усмешку Финна.

У юридической фирмы Клементса имелся собственный сайт, но из него мало что можно было почерпнуть о единственном помощнике Мелвина.

— Бедняга Эл, — заметил Финн. — Скорее всего, трудился как вол, а вся слава доставалась другому.

— Совсем заездили парня, — хмыкнул Дэвид и застучал по клавишам, загружая сайт «Лос-Анджелес таймс». — Давай посмотрим, какие такие дела заставляли Эла вкалывать по ночам.

Он задал поиск по ключевым словам «юридическая фирма», «Мелвин Клементс» и «Алберт Элкот». Появились ссылки примерно на сотню статей.

— Ну, отлично. — Он дал команду распечатать все статьи, развернулся вместе с креслом и окинул взглядом своих добровольных помощников. — Итак, кто согласен немного почитать?


Два часа спустя листы со статьями усыпали весь пол в квартире Дэвида, но, хотя он расширил поиск, никто не обнаружил ничего интересного. Этим утром он сходил в магазин, и теперь на кухне было полно продуктов. Дэвид решил сделать перерыв и испечь пирог с корицей и яблоками.

— Самая энергетическая еда, — сказал он, вытаскивая пирог из духовки. — Ну как, нашли что-нибудь?

Милли покачала головой.

— Похоже, этот Клементс плохой парень. Но ни к чему конкретно не прицепишься.

«Плохой парень?» — одними губами повторил Дэвид Финну, раскладывая пирог на тарелки. Финн лишь пожал плечами и сказал:

— У меня тоже практически ничего. А у тебя?

— В марте ничего, — ответил Дэвид. — Но надо будет посмотреть статьи месяцев за пять до этого.

Он уселся на диван и принялся за пирог, одной рукой переворачивая страницы. В середине второй статьи кое-что привлекло его внимание.

— Послушай, тебе попадалось что-нибудь об этом? Похоже, копы подозревали Джо Мэлоуна в краже бриллиантов. Во время разбирательства его представлял Клементс.

— Нет, — ответил Финн.

— А у тебя, Милли? — спросил Дэвид.

— Никакого упоминания о бриллиантах, — ответила его тетя, уже закончившая со статьями и вновь занявшаяся разборкой журнальных вырезок. Она сделала паузу. — Несомненно, именно из-за них напали на Джейси.

Дэвид сложил руки на груди.

— Будь так любезна, разъясни мне свою логику.

— Это интуиция, — ответила она. — Мы, секретарши, славимся своей интуицией.

Для Дэвида этого было достаточно. Он взял со стола бумажник и направился к двери.

— Уходишь? — спросил Финн.

— Совершенно верно. — Дэвид остановился в дверном проеме. — Джо Мэлоун, бриллианты. Фальшивое имя Эла. И интуиция Милли. Не знаю, что, черт побери, происходит, но уверен, что Джейси вляпалась.

— И ты собираешься спасти девочку, — заметил Финн.

— Собственно говоря, да.


— Ты все утро бродила как неприкаянная, — сказала Таша. — Позвони ему.

Джейси допила кофе и сделала знак официантке. Она не спала этой ночью, то ругая себя за бегство от Дэвида, то гордясь своей способностью не сдавать позиций даже перед лицом массированной атаки либидо, не говоря уже об электричестве, которое генерировали прикосновения Дэвида.

Вместо того чтобы спать, она сидела в постели с блокнотом для набросков, коробкой шоколадного печенья и кувшином зеленого чая, смешанного со «спрайтом». К тому времени как разгорелось утро, блокнот был полон жутких зарисовок Дэвида, а Джейси тошнило от сладкого.

— Джес! — Таша подцепила вилкой салат. — Ты что, не слышишь? Просто пойди и встреться с ним.

Джейси хмуро смотрела на подругу, разыскивая в сумочке карандаш.

— Что?

— Почему ты не слушаешь меня? Ведь я твоя лучшая подруга.

Джейси развернула салфетку и расправила ее на столе, пригладив складки указательным пальцем.

— У меня нет никакой причины звонить ему.

Это не совсем соответствовало действительности. Если не прислушиваться к голосу разума, у нее были по крайней мере три веские причины, чтобы позвонить ему: его глаза, его губы, его руки.

— Конечно есть. Скажи, что ты хочешь получить обещанное мороженое.

— Не могу. Если я скажу, что хочу мороженого, он подумает, что я хочу секса.

— Но ведь так и есть, — сказала Таша.

— Я хочу больше, чем секс. Ты это знаешь.

— Дэвид и есть больше. Он умный, забавный и вообще милый на свой особый манер.

— Да, это верно.

Джейси испустила долгий вздох, вспомнив, как он смотрел на нее после того, как она отстранилась. Его глаза были теплыми и затуманенными и в то же время таили в себе опасность. Он выглядел так, словно они все утро провели в постели, но он еще не насытился. У нее же только-только начал разгораться аппетит. Она ничего не могла с собой поделать, но ей страстно хотелось узнать, как он выглядел бы после «основного блюда».

Ее тело затрепетало при воспоминании о ласковом прикосновении его пальцев. Чтобы оторваться от Дэвида, понадобились все ее силы, но она поступила правильно. Да, несомненно, правильно. И за что ей теперь такие муки?

Она сделала три глубоких вдоха, укрепляя свою решимость.

— Нет. Дэвид Андерсон неподходящий вариант.

— Кого это заботит? — спросила Таша. — Просто получи удовольствие.

— Это заботит меня, — ответила Джейси, почему-то избегая встречаться взглядом с Ташей, и попыталась снова привлечь внимание официантки. Потерпев неудачу, она принялась машинально рисовать на салфетке. — Дэвид — сливочное мороженое с сиропом и орехами. Может, даже с карамелью и вишнями.

— А я что говорю? Роскошно и чертовски вкусно.

— Конечно, если плюнуть на нашу шкалу. Я не могу питаться мороженым день за днем..

— Или ночь за ночью.

— Мне нужно мясо. — решительно заявила Джейси, не зная точно, кого она убеждает, себя или Ташу. — Постное мясо и овощи.

— Ну, постное мясо — это неплохо.

Джейси постучала карандашом по пустой кофейной чашке, не обращая внимания на ехидство в голосе своей лучшей подруги.

— Надежный. Нормальный. Заслуживающий доверия. Вот что мне нужно.

— Скучный, — сказала Таша.

— Постоянный. Настоящий.

Да, Дэвид сексуальный, остроумный и здорово целуется, но остепеняться он явно не собирается. И за какой-то жалкий месяц до своего тридцатилетия Джейси не собиралась впустую тратить время на мужчину, панически боящегося всяких обязательств. Она сердито посмотрела на Ташу.

— Знаешь, не тебе говорить. Ты со своим Бобом никак не разберешься.

— У него есть свои резоны. — Таша забарабанила пальцами по столу. — Я их, по правде говоря, не понимаю, но он клянется, что есть. И мы сейчас обсуждаем не мою душераздирающую любовную жизнь, а твою душераздирающую любовную жизнь. Я хочу сказать одно: ты терзаешь себя.

Официантка прошла мимо, и Джейси помахала ей пустой кофейной чашкой. Никакой реакции. Она повернулась к Таше.

— В чем дело? Я что, невидимка?

— Ты игнорируешь меня, — ответила Таша. — Она игнорирует тебя. Карма.

— Я не игнорирую тебя. Но твоя идея насчет того, что я терзаю себя, отказываясь от свидания с Дэвидом, — просто глупость. Я не шестнадцатилетняя девчонка, которая объелась мороженого и теперь клеится к парню. — Нет, она двадцатидевятилетняя женщина, которая объелась сладкого печенья. — Кстати, о многом говорит тот факт, что он сам не звонит мне.

Она взяла карандаш, посмотрела на салфетку и, не отдавая себе в этом отчета, принялась набрасывать эскиз для одной из стен Грегори.

— Это ты дала ему отставку, — сказала Таша. — Он, наверно, считает, что тебе и без него хорошо.

— Так оно и есть, — отрезала Джейси, делая растушевку. И теоретически не солгала. — Я не хочу искать Эла. Значит, не нуждаюсь в Дэвиде. К тому же Дэвид не годится на роль бойфренда. Так какой смысл встречаться с ним?

Таша потыкала вилкой салат.

— По-моему, мы уже это проходили.

— Да! — воскликнула Джейси. — Может, оставим эту тему?

— Ты сама только и делаешь, что говоришь о нем.

Джейси перестала затушевывать гриву Трусливого Льва.

— Я? Это ты… — Она махнула рукой — Знаешь что? Это не имеет значения. Вопрос закрыт.

— Прекрасно, — сказала Таша.

— Прекрасно, — эхом повторила Джейси.

Она успела закончить льва и набросать контур летящей обезьяны, прежде чем Таша снова заговорила.

— Тем не менее…

Джейси подняла на нее глаза.

— Я всего лишь говорю, что тебе нравится этот парень. Почему бы не посмотреть, что получится? Я ведь даже не заикаюсь о свадьбе. Просто встреться с ним. Рискни. Получи удовольствие. Испытай оргазм, в конце концов.

— Таша!

Джейси взволнованно оглянулась. Интересно, сколько жующих вокруг стариков слышат их разговор?

— Что? Боишься, что они подумают, будто ты никогда ничего подобного не испытывала?

— Испытывала, и не раз, но это не тема для обсуждения у Дюпара. — Джейси пририсовала обезьяне феску. — Кроме того, симпатия к Дэвиду — не аргумент, способный убедить меня провести с ним время. Это аргумент в пользу того, что следует держаться от него подальше.

Таша непонимающе прищурилась.

— Давай то же самое, но помедленнее, а то я не въезжаю.

— Мы говорим обо мне. Обо мне! О женщине, у которой ужасный вкус, когда речь заходит о мужчинах. Мне нравятся те, которые совершенно мне не подходят.

Она вспомнила ночи, проведенные с Элом, и ее слегка затошнило. О господи, если она собирается снова и снова переживать эти моменты, ей определенно нужно начинать носить с собой средство против изжоги.

— Слушай, что за чушь ты несешь? — Таша склонила голову набок. — Уж не планируешь ли ты выйти замуж за человека, который тебе не нравится?

Да, против логики не поспоришь.

— Ты права. Мне, наверно, нужно уйти в монастырь.

— В этом есть определенная выгода: монашеское облачение скрывает недостатки фигуры. Плохо только, что тебе не подходит такой образ жизни.

Джейси еле заметно улыбнулась.

— Это неизвестно. Я начинаю думать, что вообще не знаю, какой образ жизни мне подходит. Впрочем, прямо сейчас не стоит волноваться по этому поводу. Лучше сфокусировать внимание на работе. Буду копить деньги, и если дом появится у меня раньше, чем муж, значит, так тому и быть. В смысле, я сама в состоянии взять деньги в кредит и разрисовать собственные стены. Подумаешь, мужчины!

— Ну так вперед, девочка!

Да, вперед. Прямо к собственному дому в пригороде и к собственной собаке… но не мужу. Что ж, половина лучше, чем ничего.

— Десерт будешь?

Джейси посмотрела на часы.

— Не думаю, что у нас есть время даже на то, чтобы выпить еще по чашечке кофе. Уже двенадцать, а я не хочу опаздывать в свой первый рабочий день. У тебя есть время отвезти меня домой и вернуться обратно?

Официально у Таши был сейчас обед, но поскольку последние две недели она работала как каторжная, проверяя и перепроверяя груды финансовых документов для Эллиота, ее обеды с каждым днем длились теперь все дольше и дольше.

— Милочка, если это позволит мне держаться подальше от смертельно скучных бумаг хотя бы лишние пять секунд, я с удовольствием отвезу тебя в Сан-Франциско.

— Только до угла. Я хочу переодеться, а пешком не успеваю.

— Да, тебе нужно переодеться. — Таша помахала рукой, давая понять, чтобы им принесли счет. — Тот, кто собирается работать в мире финансовых воротил, должен выглядеть соответственно.

— Ну, я же не в арбитраже работаю. — Джейси разгладила складки на платье, положила ногу на сиденье и осмотрела ремешки сандалий. — Это просто бухгалтерская фирма.

— Все равно. Если хочешь закрепиться на этой работе, нужно производить впечатление серьезного человека. — Таша оглядела подругу сверху донизу. — Надень мой черный костюм. Бедра у тебя меньше моих. Он не будет тебя обтягивать.

— Он не будет меня обтягивать, потому что я его не надену. Это совсем не мой стиль.

Таша пожала плечами.

— Ну, как знаешь. Надень одно из своих платьев. Просто помни, что первое впечатление важнее всего.

Джейси не хотелось признавать, что Таша права. Нужно было купить костюм. Что-нибудь изящное, с юбкой до середины икры. Правда, со всеми этими пропавшими бойфрендами, громилами и околосексуальными переживаниями бегать по магазинам ей было некогда.

— И еще, Джес…

Она подняла голову.

— Да?

— Постарайся сосредоточиться на работе. Не на стенах Грегори.

Джейси опустила взгляд и только тут осознала, что закончила второй набросок — сложный эскиз по мотивам «Волшебника страны Оз», который изумительно смотрелся бы на восточной стене магазина Грегори.

— Ты права.

Она скомкала салфетку и бросила ее в пустую тарелку Таши.

Подошла официантка с кружкой кофе в одной руке и счетом в другой.

— Еще кофе перед уходом? — спросила она, положила счет на стол и начала собирать грязные тарелки.

Наградив ее сладчайшей из своих улыбок, Джейси схватила скомканную салфетку, прежде чем официантка унесла ее.

— Нет, спасибо. Думаю, с нас хватит.


Дэвид хотел немедленно отправиться к Джейси, но ему помешал водопроводчик — высокий грузный мужчина в сером комбинезоне с вышитым на нагрудном кармане именем Чак. Может, Дэвид и предоставил бы ему заниматься своим делом самостоятельно, но грузовик Чака блокировал подъездную аллею, мешая Дэвиду выехать.

После того как Чак изложил свой список десяти наиглавнейших причин нанимать Чака в качестве водопроводчика, Дэвид позволил ему пройтись по дому и осмотреть его внутри и снизу, а сам уселся на заднем крыльце в предчувствии плохих новостей.

Они не заставили себя долго ждать.

— Хуже этого я ничего не видел, сынок, — заявил Чак, вылезая из-под дома. — Коррозия, протечки, все трубы заросли изнутри.

Он вытер руки о комбинезон, украсив ткань новыми пятнами.

У Дэвида заныло в животе. Все это явно угрожало его банковскому счету.

— Сколько? — спросил он.

— Чтобы сделать как следует? — Чак принялся грызть дужку очков. — Нужно будет оценить все поточнее, но рассчитывайте на двадцать тысяч долларов.

Наверное, реакция Дэвида заставила Чака испугаться, что ему не видать этой работы, потому что он тут же вспомнил, что страховой полис Милли как владелицы дома должен покрыть все издержки.

— Ну да, — сказал Дэвид, — ей просто придется покрыть вычеты.

То есть это ему придется покрыть вычеты.

Ситуация была предельна ясна, и Дэвиду стало совсем худо. Он находился у самого края пропасти, и если ему придется раскошелиться даже на пять тысяч долларов, чтобы покрыть вычеты Милли… В общем, его банковский счет этого не выдержит.

И Дэвид видел единственный способ пополнить его.

— Сделайте оценку, — сказал он, — а потом мы поговорим.

Но он уже знал, чем все кончится. В доме Милли нужно привести в порядок водопроводную систему; значит, ему придется заплатить за это.

Тяжело вздохнув, он принял решение, которое давным-давно следовало принять. Марва клялась, что сможет продать второй его документальный детектив.

И не исключено, что написать эту книгу поможет ему Джейси.


«Опаздываю, опаздываю, опаздываю!» Джейси и впрямь опаздывала, но все еще не нашла туфель, которые подошли бы к черному костюму Таши. Она долго спорила сама с собой, дважды перемерила все наряды и все-таки отказалась от своего ситцевого платья в цветочек в пользу черного костюма Таши.

Таша была права. Платье выглядело уныло и как-то… безлико. С другой стороны, черный костюм уверенно заявлял: «Я женщина, ко мне стоит прислушаться». Или, по крайней мере: «Я женщина, пожалуйста, не увольняйте меня».

Определенно двойной гардероб — одна из выгод совместного проживания.

Правда, к Таше это не относилось. Она при всем старании не смогла бы влезть в одежду Джейси. Впрочем, и Джейси нечасто злоупотребляла добротой подруги. Однако сейчас ей требовался эффектный деловой костюм, и этот был как раз таким.

Конечно, если она не найдет подходящие туфли, то с тем же успехом может отправляться на работу в тренировочном костюме. Пока что ее поиски ничего не дали.

Разочарованная, Джейси махнула рукой на свой шкаф. Ни одни туфли не подходили к этому костюму, а единственные «лодочки» куда-то подевались. Проклиная всю обувь на свете, Джейси рысцой побежала в комнату Таши, скользя ногами в колготках по полированному деревянному полу. Затормозила перед шкафом, опустилась на пол и принялась за поиски.

Поскольку Таша без всякой системы швыряла снятые с ног туфли в шкаф, Джейси могла не опасаться нарушить порядок. Она откладывала в одну сторону «нет», в другую «может быть» и в конце концов — в конце концов! — нашла единственную черную туфлю на ремешке.

Увы, вторая отсутствовала.

Вся трепеща, Джейси посмотрела на часы. Еще пять минут — и после этого нужно мчаться в гараж и включать мотор «Люси». С новым окном все было в порядке, но «Люси» в последнее время встала в позу. Она медленно разогревалась, и Джейси была убеждена: таким образом машина наказывает ее за то, что хозяйка подолгу оставляет ее одну.

К несчастью, заглянуть в двигатель у Джейси времени не было. В последние выходные, правда, «Люси» вела себя немного приличнее.

Джейси еще порылась в шкафу, нашла вторую туфлю и помчалась в ванную с туфлями в руках. Пол был ужасно скользким, и ей очень повезло, что она не грохнулась и не сломала себе шею. Угроза этого, однако, не заставила ее двигаться медленнее, поскольку возможность потерять из-за опоздания работу казалась страшнее полного паралича в результате падения.

Она с разбега вылетела из-за угла, ухватилась за дверной косяк и толкнула дверь ванной. Однако вместо того, чтобы распахнуться и с силой удариться о стену, дверь открылась всего на несколько дюймов и остановилась вместе со звуком сильного удара, за которым мгновенно последовал низкий, утробный вой, несомненно издаваемый человеком.

— Мистер Лоуэнстайн! — вскрикнула Джейси.

Ноги наконец выскользнули из-под нее, она попыталась за что-нибудь уцепиться, но не удержалась и с громким шлепком рухнула на пол.

Джейси поднялась на колени, испуганная тем, что, по-видимому, вызвала сотрясение мозга у своего домовладельца, и раздраженная неожиданным появлением этого беспокойного старика. И кстати, что он делает в ванной, если они с Ташей говорили ему, что у них протечка на кухне?

Одной рукой потирая ушибленную попу, другой Джейси взялась за ручку двери и поднялась. Надавила плечом на дверь и несильно толкнула ее.

— Мистер Лоуэнстайн, как вы там?

Никакого ответа.

Охваченная тревогой, Джейси приоткрыла дверь еще на несколько дюймов.

— Сэр?

Снова ничего. Она всем весом навалилась на дверь, пытаясь открыть ее настолько, чтобы проникнуть внутрь и посмотреть, что там с домовладельцем. Дверь подалась еще чуть-чуть, но потом остановилась, уперевшись во что-то мягкое, но неподатливое.

— Мистер Лоуэнстайн?

Джейси начала протискиваться в щель: сначала бедро, потом плечо, потом голова, потом… О господи!

Из ее горла вырвался крик, сердце бешено заколотилось. Джейси застыла, привалившись к стене и не отрывая взгляда от тела на полу.

Это был не мистер Лоуэнстайн. Хватая ртом воздух, она попятилась к двери, неотрывно глядя на тело. Крупный мужчина с такими огромными руками, что он запросто мог бы проломить ей череп. И наверное, с радостью сделал бы это, судя по пересекающему его лицо красному, воспаленному шраму.

Она замерла, тяжело дыша и пытаясь оценить ситуацию.

«Беги».

Ноги у нее стали как каменные.

«Беги».

Стук сердца отдавался в ушах, дыхание вырывалось с шумом.

«Беги».

Человек на полу зашевелился, испустив придушенный стон, похожий на мяуканье больного кота. Открылись налитые кровью, полные злобы глаза.

«Беги!»

В конце концов синапсы сработали, и Джейси помчалась по коридору к двери. Выскочила из квартиры и заколотила в соседскую дверь.

Миссис Лебовиц была наполовину слепа и наполовину глуха, но Джейси это не волновало. В то же мгновение, как дверь открылась, она ворвалась внутрь и бросилась к телефону.

— Че-че-человек… — пролепетала она, набрав 911. — Человек у меня на полу.

Глава 9

Существует одна вещь, которую я точно могу сказать о себе: от меня так просто не отделаешься. Если кто-то подсовывает мне загадку, я сделаю все, чтобы разгадать ее. Почасовая там оплата или нет.

Мэллори уволила меня, но я все равно собирался найти Сару, с чеками Мэллори или без них. Плохо только, что я не знал, где искать. Я вернулся на исходные позиции, и на этот раз в качестве награды мне даже не светили умопомрачительные ножки Мэллори.

Я остановился перед письменным столом Сэди и выложил ей все как есть. Иногда полезно, чтобы тебя выслушал еще кто-то: это помогает найти другой подход. Почему бы не поделиться с Сэди? На нее, по крайней мере, приятно смотреть.

— Вот такая невезуха, — закончил я. — Я в тупике.

— Да? — Она протянула мне утреннюю газету. — Тогда, если не возражаете, вот вам объездной путь.

Это была не передовица, просто одна заметка среди множества прочих. Кенни Таунсенд найден мертвым в реке Лос-Анджелеса. Если Сара еще жива, ей не составит труда узнать, что ее бойфренд мертв.

— Кто расследует дело?

Я не сомневался, что Сэди уже все выяснила.

— Вам повезло. Это Тернер.

Я кивнул. У нас с Тернером за спиной долгий путь. Официально он не одобряет моих методов. Неофициально он сливает мне информацию и время от времени доверяет разрешить ту или иную проблему, с которой сам не может справиться, не рискуя своим значком.

Другими словами, Тернер мой должник. Что ж, для начала неплохо.

Дэвид с визгом тормозов остановился перед домом Джейси, чувствуя, как его внутренности пронзила судорога. Перед домом стояли три полицейские машины с включенными мигалками, а «скорая помощь» только что отъехала. Ее мигалка не работала — плохой знак. Покойникам торопиться в больницу ни к чему.

Припарковаться было негде, он оставил машину на улице и помчался к дому, надеясь, что Джейси тут ни при чем, хотя сердце подсказывало, что она в эпицентре всей этой заварухи.

Он едва не сбил с ног своего друга, детектива Майка Картрайта, спускающегося по лестнице.

— Черт, Андерсон! Ты, похоже, носом чувствуешь неприятности.

Дэвид сглотнул ком в горле.

— Кто? — с трудом выдавил он.

— Женщина по имени Джейси Уайлдер, — ответил Майк, листая свой блокнот. — Похоже на неудавшуюся кражу со взломом.

Дэвид подумал о медленно отъезжающей «скорой помощи» и почувствовал, как вся кровь отхлынула от лица.

— Она…

— С потерпевшей все в порядке, — ответил Майк. — Она в шоке, но физически не пострадала.

— Слава богу, — прошептал Дэвид.

Он начал протискиваться мимо Картрайта, стремясь как можно скорее добраться до Джейси. Он должен поддержать ее, должен заглянуть ей в глаза и убедиться, что с ней и впрямь все в порядке.

Майк поднял взгляд от блокнота и как будто только сейчас увидел Дэвида. Выражение его лица изменилось; теперь это был не служащий при исполнении своих обязанностей, а обеспокоенный друг.

— Черт, Дэвид! Я подумал, ты просто прибыл сюда вместе с полицейскими в погоне за сенсацией. Ты что, знаешь ее?

— Клиентка, — ответил Дэвид.

На самом деле она значила для него гораздо больше. Он двинулся дальше, но Майк остановил его.

— Она вон там, — кивнул он в сторону гаража. — Сказала, что подождет в своей машине, пока нам не понадобится снова с ней поговорить. — Он посмотрел в глаза Дэвиду. — Не самый удачный день для леди.

— Это становится лозунгом недели.

Дэвид двинулся было в сторону гаража, но все же остановился и повернулся к Майку. Он хотел увидеться с Джейси и в то же время хотел знать, что, черт побери, происходит.

— «Скорую» вызвали для грабителя?

— Да, мы собирались увезти его в ней. Твоя леди сказала, что он валяется у нее на полу в ванной. Однако когда мы прибыли, он уже испарился. Терпеть не могу, когда такое происходит.

— То есть у вас ничего нет?

— Кровь с внутренней стороны двери в ванную и на трубе. — Майк сделал рукой движение, как бы отталкивая что-то. — Думаю, она влетела в ванную, крепко приложила его дверью по носу, он упал и разбил себе череп.

— Значит, нужно всего лишь найти головореза, у которого болит голова. — Дэвид криво улыбнулся. — Ладно, поговорим позже. Я хочу проверить, как она там.

Джейси сидела в машине, вцепившись в руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Когда Дэвид наклонился и просунул голову в окно, она подскочила так высоко, что он испугался, как бы она не разбила голову о крышу.

Прижав руки к груди, она повернулась. При виде Дэвида ее глаза засияли, на губах заиграла улыбка. В это краткое мгновение он почувствовал, что у него тает сердце.

— Дэвид!

Она завозилась с ручкой, пытаясь открыть дверцу. Ничего не получилось. Дэвид открыл дверцу сам, и Джейси упала в его объятия.

— Шшш, все в порядке, — прошептал он, поглаживая ее по спине.

— Ничего не в порядке, — глухо пробормотала она, уткнувшись ему в плечо. — В моей ванной был чужой человек. Какой тут может быть порядок?

— Знаю, детка. Но теперь-то все хорошо. — На него мощной волной нахлынуло желание защитить ее. — Теперь я здесь.

Он прижал ее к себе и поцеловал в лоб. Как-то так незаметно произошло, что он влюбился в эту женщину, в которую совершенно не собирался влюбляться. Осознание этого обрушилось на него, словно тонна кирпичей, но он отогнал эту мысль. Волноваться по этому поводу можно начать и позже. Сейчас он был просто счастлив, что Джейси в безопасности.

— Ведь с тобой все хорошо, правда?

— Правда. Я думала, у меня сердце разорвется, но теперь все прекрасно.

— Картрайт сказал, что ты хорошенько приложила этого типа?

— Ну да. Я бежала в ванную одеваться и, видимо, стукнула его дверью. — Она содрогнулась. — А потом я его увидела. Вообще-то сейчас мне не хочется вспоминать об этом…

Джейси обхватила себя руками, и он кивнул в знак понимания. У нее еще будет время все ему рассказать.

Джейси несмело улыбнулась ему, приглаживая юбку, и тут Дэвид заметил, какой на ней костюм. Он отступил на шаг, скользя взглядом по ее телу и чувствуя зуд в пальцах, жаждущих проследовать тем же путем.

— Ты выглядишь… по-другому. Черт, ты выглядишь круто.

Так оно и было. В этой облегающей юбке, английском жакете и шелковой блузке Джейси выглядела так, словно сошла со страниц его романа.

— Ты говоришь это, просто чтобы отвлечь меня.

— Нет, дорогая. Я говорю правду. Ты выглядишь чертовски круто.

Он не знал, хорошо это или плохо, но его тело, кажется, было в восторге.

Она посмотрела на него покрасневшими, заплаканными глазами.

— Правда?

— Поверь мне!

Зардевшись, она опустила голову и сказала, обращаясь к своим туфлям:

— Спасибо.

Как и остальной наряд Джейси, туфли в точности отвечали фантазиям Дэвида. Тем самым, где он был Монроем, и сексуальная клиентка раздевалась прямо у него в офисе, и они занимались этим на письменном столе, причем на ней все еще были подвязки, чулки, задранный вверх лифчик — и точно такие же туфли на потрясающих «шпильках».

Он сменил позу, пытаясь не обращать внимания на то, что вся его кровь устремилась к паху.

— По какому поводу этот новый наряд?

— Сегодня мой первый рабочий день. Я хотела произвести впечатление. — Джейси взглянула на часы. — Вероятно, я произвела бы огромное впечатление, опоздав на три часа.

— Они что, все еще ждут тебя?

Она покачала головой.

— Нет. Я позвонила сразу после приезда полиции. Но все равно мне как-то неловко, что я опоздала.

Дэвид рассмеялся.

— Дорогая, у тебя в квартире находился грабитель. Думаю, это достаточно веское оправдание.

— Надеюсь.

Судя по ее виду, однако, она не была в этом уверена.

— Даже если ты выедешь прямо сейчас, раньше четырех тебе туда не добраться.

Дэвид шагнул к Джейси, обнял ее и притянул к себе. Она прижалась к нему и издала легкий вздох. Ее цветочный аромат щекотал ему ноздри. Легкий и кокетливый, этот запах резко контрастировал с сугубо деловым костюмом. Удивительно, но нежный аромат заводил Дэвида даже сильнее, чем плотно облегающий костюм и потрясающие туфли на шпильках. Запах принадлежал Джейси; костюм — деловой женщине, с которой он никогда прежде не встречался.

— Просто выкинь это из головы, — сказал Дэвид. — Выйдешь на работу завтра и начнешь все с новой страницы… Кроме того, нам нужно поговорить.

В первое мгновение он подумал, что Джейси примется спорить, но потом она кивнула.

— Ладно. — Она посмотрела в сторону выхода из гаража. — Как думаешь, скоро они закончат? Мне нужно домой.

— Ты в своем уме? Тебе нельзя ночевать дома.

Джейси поглядела на него с таким видом, словно это он был не в своем уме.

— Естественно, я не собираюсь ночевать там. Поеду в отель и закажу еду в номер.

Он усмехнулся. Видимо, он насмотрелся этих бесчисленных фильмов ужасов, в которых невинная маленькая особа женского пола тупо настаивает на возвращении в дом, где было совершено убийство.

— Хорошо. Находиться дома слишком рискованно, пока мы не включим охранную сигнализацию и не проверим все замки.

— Мы?

Дэвид сунул руки в карманы.

— Я хочу удостовериться, что ты все сделаешь правильно.

— А-а. — Она отвела взгляд. — Спасибо. Но сначала мне нужно взять сумку со всем необходимым и позвонить Таше, чтобы она осталась ночевать у Боба. — Джейси пожевала нижнюю губу. — Знаешь, я вовсе не рвусь возвращаться туда сейчас.

— Так не ходи. Я схожу за тебя. А позвонить Таше можешь по моему телефону. — Он заправил ей за ухо прядь волос. — Не беспокойся. Мы обо всем позаботимся.

Джейси кивнула и принялась грызть ноготь большого пальца, слегка наклонив голову и пристально глядя на Дэвида.

— Что? — Он вытер рот тыльной стороной ладони и поспешно проверил, застегнута ли у него ширинка. — Что не так?

— Ничего. Просто… Ты такой… В общем, неважно. Как я уже говорила, спасибо тебе.

— Всегда рад.

Ее зеленые глаза вспыхнули изумрудным огнем. Во рту у Дэвида пересохло, он боролся с непреодолимым желанием поцеловать Джейси. Да, он мечтал заняться с ней любовью, но не хотел развития этих отношений. А Джейси ясно дала понять, что ей требуется «полный комплект», в противном случае мужчина ее не интересует.

— Так о чем нам нужно поговорить? — спросила она.

Ему не хотелось усложнять сейчас ситуацию, впутывая сюда еще и Эла.

— Потом, дорогая. Давай сначала покончим с этим.

— Ты поедешь со мной в отель? Можно поговорить там.

— Так не пойдет, детка, — сказал он. — Ты останешься со мной.


Джейси сглотнула. Идея остановиться в доме Дэвида заинтересовала ее больше, чем следовало бы. Она покачала головой: нужно быть практичной. Благоразумной. Рассудительной.

— По-моему, отель лучше.

— А по-моему, нет.

Она провела кончиком языка по зубам.

— Поскольку речь идет о моей кредитной карточке и о моей жизни, мое мнение важнее.

Уголок его рта пополз вверх, и на щеке появилась ямочка, которую она замечала и прежде.

— В чем проблема, детка? — вкрадчиво спросил он. — Ты мне не доверяешь?

Джейси подумала, что честность — лучшая политика.

— Если уж на то пошло, не доверяю.

Она уже позволила ему зайти слишком далеко, и искушение повторить то же самое было слишком сильно.

Глаза Дэвида расширились, и она поняла, что сумела удивить его. Он открыл рот, и Джейси приготовилась дать саркастический отпор. Однако, не произнеся ни слова, он закрыл рот. Плечи у него поникли, во взгляде возник отблеск искреннего сочувствия.

Не зная, что и подумать, Джейси снова стала грызть ноготь.

Дэвид положил руки ей на плечи.

— Забудь о том, что произошло в магазине и у меня в гостиной, — в конце концов заговорил он; его слова и успокаивали, и удивляли. — Ты будешь спать в постели, а я на диване. Ничего не произойдет. — Он сделал глубокий вдох. — Знаю, ты не заинтересована…

— Я этого не говорила, — запротестовала она, страстно желая, чтобы он понял. — Просто…

— Ты не хочешь быть заинтересованной.

Она сжала губы и кивнула.

— Ты не ищешь парня вроде меня, а я вообще не ищу девушку. Точка.

Слышать это было немного грустно.

— Однако между нами существует какая-то химия, и я не боюсь признать это.

Джейси скрестила руки на груди, принимая сделанный им вызов.

— Я тоже не боюсь признать это. Черт, я просто признаю это.

Дэвид повел плечом.

— Что ж, я знаю, что сумею контролировать себя. Или ты беспокоишься насчет собственного поведения?

Она беспокоилась, очень беспокоилась. Но этого признавать совсем не желала.

— На диване лягу я, — заявила она. — Не хочу выкидывать тебя из спальни.

В уголках его глаз собрались морщинки.

— Посмотрим.

Его взгляд обжигал, и Джейси засомневалась, вправду ли он собирается сдержать обещание контролировать себя. Она надеялась, что да, потому что иначе ее решимость наверняка разлетится вдребезги. Взгляд Дэвида обладал способностью рушить все ее барьеры; это одновременно и льстило, и тревожило.

Главное то, что этот пристальный, томительный взгляд заставлял Джейси ощущать собственную сексуальность. А она уже давно не ощущала собственную сексуальность. С марта. Со встречи с Элом.

Она прикусила нижнюю губу. Отправившись на поиски одного человека, она нашла другого. И так получилось, что ни один из них ей не подходит. Первый, судя по всему, решил инсценировать собственную смерть — разве из такого получится муж? — а приручить другого вообще немыслимо.

И тем не менее она хотела этого мужчину. Странного, переменчивого, паршивого водителя с необычной семьей и глазами, которые, казалось, смотрят прямо в душу. Мужчину с руками, способными крепко обнять ее и прогнать все страхи.

Она хотела его гораздо сильнее, чем следовало, в особенности если учесть, что она не хотела его навсегда. Ее единственная надежда основывалось на том, что у Дэвида силы воли больше, чем у нее. По своей натуре Джейси не стремилась к свиданиям на одну ночь. Не ее стиль. Она не могла переспать с парнем, а потом чирикать с ним как ни в чем не бывало: «Ох, жаль, конечно, что это был не секс века, но ведь на самом деле мы просто друзья». Таша, наверное, может так. А она — нет. Она на следующее утро будет чувствовать, что уже начала привязываться — такая глупость! — и ненавидеть себя за это.

Значит, ей настоятельно требуется инъекция силы воли.

— Джейси?

Она подняла глаза, надеясь, что пылающие щеки не выдадут ее мыслей.

— Извини. Просто на мгновение я представила себе, что я — это ты.

Дэвид засмеялся.

— Воображать, что ты — это я, да и вообще что угодно можно и в машине. — Он взял ее за локоть и повел к выходу из гаража. — Я отвезу тебя к себе домой. Я знаком с детективом, который ведет расследование. Если ты ему понадобишься, он мне позвонит.

Она остановилась и потянула его к своей машине.

— Нет, я должна вести сама.

Дэвид издал преувеличенно тяжкий вздох.

— Ничего не выйдет.

— Почему?

— Ты только что пережила шок. Не хочу, чтобы ты в кого-нибудь врезалась.

Джейси хотела возразить, но промолчала. По правде говоря, Дэвид был прав. Она чувствовала себя разбитой и несобранной.

— Я не могу оставить «Люси» здесь, — сказала она, поглядывая на свою машину.

К чести Дэвида, он не стал задавать никаких вопросов.

— С ней все будет в полном порядке. Она же в охраняемом гараже.

— Нет, мне нужна моя машина.

Для Джейси «Люси» была не только транспортным средством, но и своеобразной гарантией безопасности. Она никуда не собиралась ехать без нее.

— Ладно. Кто-нибудь пригонит ее к моему дому. Я попрошу Майка, чтобы он об этом позаботился.

— Майка?

— Детектива Картрайта. — Дэвид взял Джейси за руку и крепко сжал ее. — Идет?

— Отлично, — улыбнулась она. — Спасибо за понимание.

— Никаких проблем.

Он обхватил ее за плечи, и она прислонилась к нему, снова чувствуя себя в безопасности. Выйдя из гаража, они договорились с детективом Картрайтом о доставке «Люси» к дому Милли.

— Нам нужно ехать, — сказал Дэвид. — Я поднимусь и упакую то, что тебе нужно. Есть какие-то особые пожелания?

— В чулане уже лежит наготове сумка со всем необходимым. Просто возьми ее, и все.

— Лежит наготове сумка… — Он махнул рукой. — Неважно. Сейчас все сделаю.

Он поспешил к своему автомобилю, и только тут Джейси поняла, что Дэвид бросил «студеллак» посреди улицы, перекрыв движение. Какой-то полицейский успел выписать штрафную квитанцию и засунуть ее под «дворник». Спустя несколько мгновений Дэвид вернулся с мобильником в руке.

— Звони Таше.

Он зашагал вверх по лестнице, а Джейси набрала номер офиса Таши. Она знала, что Дэвиду не составит труда найти сумку, в который были туалетные принадлежности и одежда в расчете на три дня. Дома она эту сумку не использовала, но жизнь с матерью приучила ее всегда быть наготове. Эта привычка оказалась сильнее ее.

Таши не было на месте, и Джейси оставила сообщение, а потом позаимствовала у детектива Картрайта листок бумаги и написала записку, которую попросила прикрепить к двери. Просто на тот случай, если Таша под предлогом неотложной встречи отправилась за покупками в Беверли-центр.

К тому времени, когда она закончила, спустился Дэвид с ее маленькой кожаной сумкой в руке. Он двигался с атлетической грацией, и, пока она смотрела на него, в низу живота начало разгораться пламя, распространяясь во все стороны до кончиков пальцев рук и ног. Боже, она останется наедине с Дэвидом!

В этот момент она ничего не жаждала сильнее, и осознание этого напугало ее до смерти.

— Ну, мы готовы? — спросил Дэвид, положив руку ей на плечо.

Она с трудом сдержала дрожь.

— Полагаю, что да.

Он повел ее к своему «студеллаку», попутно вытащив из-под «дворника» квитанцию и сунув ее в карман.

Когда он распахнул перед Джейси дверцу, она внезапно подумала: а ведь это и есть точка невозврата. Она едет домой к Дэвиду, в его маленькую, очень личную квартиру с одной спальней. Оказавшись в машине, Джейси несколько раз глубоко и медленно вдохнула. Совсем недавно ей казалось, что это ужас что такое — наткнуться в ванной на грабителя, но сейчас она понимала: бывают вещи и пострашнее.

Ехать с Дэвидом к нему домой — вот где настоящий ужас.


— Нет бриллиантов? — завопил Джо. — Нет этих проклятых бриллиантов?

Съежившись, Регги отодвинул мобильник подальше от уха.

— Ты звонишь мне и сообщаешь, что не нашел эти чертовы бриллианты. Дерьмо! За что, спрашивается, я тебе плачу?

Регги заерзал, бросая взгляды на Эла, который снова скрючился на пассажирском сиденье. Придурок. Это все его вина. Если бы он в самом начале не сбежал с бриллиантами…

— Ты меня понял? — спросил Джо.

Регги выпрямился, чувствуя, как затекли мышцы.

— Да, сэр.

Пропустив мимо ушей часть разговора, он не знал, что конкретно имеет в виду босс, но основное не вызывало сомнений: найди бриллианты или найди щель и заползи в нее.

— Ну?

Регги сглотнул.

— Э-э-э…

Джо тяжело задышал, и Регги представил себе, как набухли у него на лбу жилы.

— Почему ты так уверен, что бриллианты не у этой суки?

Джо произносил слова медленно и четко, словно Регги был какой-нибудь «тормоз».

— Я очень тщательно обыскал ее квартиру. Там живет не богачка. Все вещи аккуратно разложены по ящикам или коробкам с этикетками. Ни намека на бриллианты. Ни единого.

— По твоим словам, ты застал нашего друга Эла, когда он рылся в ее автомобиле?

Отвечая, Регги скосил глаза на адвокатишку. Широко раскрыв глаза, тот чуть не вжался в дверцу машины.

— Ага. Он говорит, бриллиантов там нет.

— Они там были, — вставил Эл. — Клянусь!

Регги зажал рукой микрофон мобильника.

— Заткнись.

— Ты обыскал его? — спросил Джо.

Регги с трудом сдержал стон. Он не обыскал Эла! Ничего, он сделает это теперь.

— Да, сэр, — соврал он.

Если он найдет бриллианты на Эле, то еще может стать героем дня.

— Значит, бриллианты по-прежнему находятся в машине. Наверное, вам с Элом нужно найти этот проклятый «фольксваген» и осмотреть его еще раз. — Джо помолчал. — И наверное, тебе стоит немного поболтать с нашим другом о том, куда конкретно он спрятал мой товар.

— Да, сэр.

— И, Регги, — добавил Джо, — постарайся быть очень убедительным.

Глава 10

Тернер не смог встретиться со мной немедленно, поэтому я подумал, что сейчас самое время решить еще одну проблему. Нужно рассказать Мэллори о кончине Кенни. И сообщить ей, что я по-прежнему занимаюсь этим делом, хочет она того или нет.

Я сидел в переполненном баре, где назначил ей встречу. Она подошла и уселась на соседнее сиденье.

— Кенни мертв, — сказал я, опуская обычные любезности.

— Знаю. Я читаю газеты.

— А Сара?

Ее глаза наполнились слезами.

— Это же очевидно, мистер Монрой. Сары больше нет.

— Вы не можете этого знать.

Она отпила глоток, оставив на стакане след помады.

— Знаю, мистер Монрой.

Я взял свой стакан и потряс его, прислушиваясь к стуку кубиков льда. Что такое она говорит? Я не знал, но собирался непременно выяснить это.

Она положила руку мне на бедро.

— Пожалуйста, мистер Монрой, оставьте это дело.

— Не могу, крошка.

— Почему? Я ведь больше не плачу вам.

— Допустим, из простого любопытства.

Она наклонилась ко мне.

— Ну так придержите его. — Она погладила меня по щеке. — Все кончено, мистер Монрой.

Почувствовав ее палец на своих губах, я застонал.

— Все кончено. — Ее губы коснулись моих. — Пусть так оно и останется.

Я изо всех сил сопротивлялся, но она действовала на меня как наркотик. Вызывающий привыкание, но такой притягательный наркотик! И, гори моя душа в аду, я не мог отказать этим губам. Я тонул, это правда, но был счастлив пережить это еще раз…

Дэвид заморгал, возвращаясь к реальности, в которой он, увы, не занимался любовью с Джейси. К реальности, в которой она стояла в дверном проеме, с опаской глядя на Финна и Милли, тут же вскочивших на ноги при ее появлении.

Правильно. Пора спасать девочку.

Он взял ее за локоть и провел внутрь, кивнув тете и другу.

— Милли и Финн помогают мне сегодня.

Он бросил в сторону Милли взгляд, означающий: «веди себя хорошо», и добавил:

— Квартиру Джейси ограбили. Какое-то время она поживет у меня.

Финн немедленно бросился освобождать ей место на диване.

— Как вы себя чувствуете? Что-нибудь украли?

Джейси посмотрела на Дэвида в поисках поддержки, и сердце у него куда-то провалилось, хотя он и твердил себе, что это глупо.

— Я даже не знаю точно, успел ли он побывать в остальной части квартиры, — ответила она.

— Джейси натолкнулась на грабителя в ванной. — Дэвид изобразил, как дверь заехала громиле по лицу. — Наша Джейси владеет навыками самозащиты.

Она засмеялась, и он накинул себе очко, сделав, однако, в уме пометку, что ее и впрямь следует обучить хоть каким-нибудь навыкам самозащиты. Судя по тому, как развивались события, это могло ей пригодиться.

Милли положила на письменный стол свои папки, подошла к Джейси, села рядом и похлопала ее по руке.

— Милли… — предостерегающе произнес Дэвид.

Он еще не рассказывал Джейси об Эле — надеялся, что сделает это в более подходящий момент.

— Не скромничай, Дэвид. Твоя догадка оказалась верна.

— Чья до…

— Мой Дэвид защитит тебя, детка, — продолжила Милли, обращаясь к Джейси. — Тебе нечего волноваться.

Джейси перевела взгляд с Дэвида на Милли, на Финна и обратно. Страх, который почти исчез из ее глаз, опять вернулся. Проклятье!

Дэвид потер виски, подошел к Джейси, сел на подлокотник и переплел ее пальцы со своими. Одобрение, появившееся на лице Милли, не ускользнуло от его внимания, но сейчас это было не важно. Сейчас он хотел одного — чтобы Джейси чувствовала себя в безопасности, и если его поведение будет питать иллюзии Милли относительно их брака, значит, так тому и быть.

— Я провел кое-какое расследование, пытаясь выяснить что-нибудь о твоем Эле.

Джейси удивленно раскрыла глаза.

— Правда? Зачем?

Трудный вопрос.

— Из любопытства, наверно.

Финн раскашлялся, прикрываясь рукой, и Дэвид бросил на него уничтожающий взгляд.

— Суть в том, что обнаружилось кое-что странное, — сказал он.

Страх ушел из глаз Джейси, сменившись интересом.

— Ты хочешь сказать, что нападение на меня как-то связано с тем, что произошло сегодня?

— Этого я не знаю. — Дэвид пересел на кофейный столик, чтобы оказаться лицом к Джейси и Милли. — Тут все здорово закручено, но, в двух словах, Эл работал на Мелвина Клементса. Клементс же представлял Джо Мэлоуна, главаря крупной банды, и копы думают, что Мэлоун украл бриллианты на миллион долларов. Что происходит дальше? Эл называет тебе фальшивое имя, и все в мире, кроме тебя, думают, что Алберт Элкот мертв. — Дэвид посмотрел в глаза Джейси. — Улавливаешь связь?

— Да-а-а… — Джейси облизнула губы. — Ничего себе.

— Нехило. Вполне годится для замысла очередной книги Дэвида, — сказал Финн.

Истинная правда. История Джейси — или, скорее, история Эла — буквально упала Дэвиду в руки. После ухода Чака он позвонил Марве и сказал, чтобы она подписала договор. Его угнетало, что из-за этого работа над романом отодвигается на задний план, но обстоятельства вынуждали. Марва обещала, что к концу недели договор будет готов. Спустя несколько дней он получит аванс и пополнит свой банковский счет. Не богатство, конечно, но этого хватит, чтобы оплатить долг Милли, осчастливить налоговую инспекцию и отложить деньги на путешествие в Париж.

— Какое отношение все это имеет ко мне? — спросила Джейси. — Я ничего не знаю ни о каких бриллиантах.

Дэвид и Финн обменялись взглядами.

— Эта часть нам по-прежнему непонятна, — признался Дэвид. — Но каким-то образом ты в это дело замешана.

— Может, случайное совпадение? — спросила Джейси.

Однако, судя по ее тону, она и сама в это не верила.

— Может быть, — сказал Дэвид, радуясь возможности хоть на несколько минут продлить пребывание Джейси в стране фантазии.

— Чушь! — заявила Милли. — Мы, секретарши, полностью доверяем нашей интуиции. — Она взяла Джейси за руку. — Не волнуйся, дорогая. Дэвид все уладит.

— Твоя преданность потрясает, — заметил Дэвид. — Но сейчас я просто стараюсь, чтобы Джейси почувствовала себя лучше.

— А-а, — сказала Милли, делая вид, что немного смущена.

— Все нормально, — сказала Джейси. — Милли права. Если я замешана во все это, мне лучше знать. Если притворяться, будто чего-то не происходит, оно все равно никуда не денется. — Она перевела взгляд на Финна. — Но вы уверены? И если я в центре всего этого, то почему?

— Никаких определенных доказательств нет, — признался Финн. — Разве что…

— Что? — в унисон спросили Дэвид, Джейси и Милли.

— Я просто подумал, что ваш грабитель мог что-нибудь рассказать копам.

— Он наверняка много чего сказал, когда выбрался оттуда, — подал реплику Дэвид. — Но только не копам. К тому времени, когда Картрайт с командой прибыли на место, он исчез.

— Черт побери! — воскликнул Финн.

— А отпечатки пальцев? — спросила Милли.

— Полиция, конечно, сняла их, но кто знает, даст ли это результат? На нем были перчатки? — спросил Дэвид у Джейси.

Она закрыла глаза и медленно покачала головой.

— По-моему, нет, но я не уверена. Я быстро выскочила оттуда. Главным образом мне запомнились его большие ноги и лицо.

Дэвид щелкнул пальцами.

— Ну и?

— Ох! Хорошо. Я уже рассказывала все это детективу. У грабителя темные волосы, как у Финна, но немного темнее и короче. Глаза были закрыты, но брови сросшиеся, хотя не слишком густые. Думаю, нос был несколько раз сломан, он такой красный, словно этот человек слишком долго пробыл на солнце. — Джейси еле заметно вздрогнула. — Но больше всего мне запомнился его шрам. — Она провела пальцем по щеке. — Тонкий, словно от острого лезвия, но какой-то… зазубренный. — Она обхватила себя руками. — Такое впечатление, будто эта рана зажила сама собой, то есть не была зашита.

— Вот дерьмо, — прошептал Финн.

Дэвид повернулся к нему.

— Что?

— Подождите секунду.

Финн встал, подошел к компьютеру и принялся стучать по клавишам. Джейси, Дэвид и Милли обменялись непонимающими взглядами. Спустя несколько минут Финн подозвал Джейси. Дэвид тоже подошел.

— Это он? — спросил Финн, кивнув на монитор.

Джейси тяжело задышала и сделала шаг назад, оказавшись в объятиях Дэвида, к его большому удовольствию.

— Как вы узнали? — еле слышно спросила она.

Финн повернулся к ним. Выражение его лица поразило Дэвида своей серьезностью.

— Это Регги Бартон, — ответил Финн. — Главный головорез Джо Мэлоуна.


На Джейси нахлынула волна внезапной слабости, и она порадовалась тому, что сильные руки Дэвида поддерживают ее. Без него она, скорее всего, просто упала бы, так дрожали колени.

— Джо Мэлоуна, — повторила она. — Это тот самый Джо Мэлоун, о котором вы говорили? Главарь банды? И мой грабитель работает на него?

— Боюсь, что да, — ответил Финн. — До того как я перебрался в Бостон, он часто мелькал в новостях. Примерно в то же время, когда Майк стал детективом. — Он посмотрел на Дэвида. — Помнишь?

— Да. И это были скверные новости.

— Значит, все совсем плохо, — сказала Джейси.

Она закрыла глаза, впитывая силу Дэвида через его прикосновение и радуясь тому, что он оказывает ей поддержку. Кто бы мог предположить, что человек, который совсем недавно безумно раздражал ее, спустя несколько дней станет ее опорой?

— Мерзкая машина Мэлоуна за работой, — сказал Финн, возвращая Джейси к действительности.

— Мафия? — сумела произнести она, хотя ей казалось, будто рот забит ватой. — Зачем я понадобилась мафии?

— Формально Мэлоун не принадлежит к мафии, — ответил Финн, прислонившись к стене. — Он скорее…

— Меня не волнует, кто он такой! — почти что взвизгнула Джейси. — Он головорез и негодяй, и он гоняется за мной! — Она замолчала, чтобы перевести дыхание, и повернулась к Дэвиду. — Почему?

Дэвид сжал ее плечи.

— По моим предположениям, он думает, что бриллианты у тебя.

Джейси вгляделась в его лицо, пытаясь понять, не шутит ли он. По-видимому, нет.

— Это безумие. Как они могли у меня оказаться? Если уж кто-то и взял их, то это Эл, а он наверняка покинул страну.

— В самую точку. — Милли встала и пошла на кухню. — Спорю, он уже обзавелся новыми документами и теперь пьет дайкири где-нибудь на побережье.

— Милли права, — сказала Джейси. — Эл удрал с бриллиантами и наслаждается жизнью далеко отсюда. Так с какой стати человеку в здравом уме может прийти в голову мысль, что я имею отношение к этим бриллиантам?

— Увы, моя дорогая, — отозвалась Милли из кухни, где она ставила на плиту чайник. — Не думаю, что Джо Мэлоуна можно назвать здравомыслящим человеком.

— Рискуя тем, что Милли черт знает что возомнит о себе, — сказал Дэвид, рухнув на диван, — в данном случае я вынужден с ней согласиться.

Джейси застонала, села на место Финна за письменным столом и спрятала лицо в ладони в безумной надежде, что если немного выждать, то все исчезнет. Спустя несколько мгновений она раздвинула пальцы и посмотрела сквозь них. Ничего не изменилось.

Она вздохнула поглубже, собираясь с силами, и подняла голову.

— Как ты, дорогая? — спросил Дэвид.

Она поморщилась.

— Спрашиваю себя, чем я все это заслужила.

— Хочешь услышать мою теорию?

Она кивнула.

Финн засмеялся.

— Учитывая, какие он пишет книги, это будет интересно.

— Кто хочет чаю? — спросила Милли.

Джейси подняла руку, радуясь возможности поучаствовать в чем-то столь обыденном, как чаепитие, когда ее мир наклонился на своей оси.

— Думаю, они видели тебя, — заговорил Дэвид, игнорируя «Эрл Грей» и приступая прямо к изложению своей теории.

— Что-что? — удивилась Джейси.

— В Сан-Диего. Они видели вас с Элом.

— В этом что-то есть, — кивнул Финн.

— И они решили, что ты в сговоре с Элом, — сказала Милли, внося поднос с чайными чашками, кувшином сливок и сахарницей.

Финн взял у нее поднос, а Дэвид прошел на кухню и выключил огонь под чайником.

— В сговоре, — повторила Джейси, чувствуя тошнотворную слабость в животе.

Надо же, к каким последствиям может привести один страстный уик-энд! Вот тебе и безопасный секс…

— То есть ты с ним в доле, — пояснила Милли.

— Я знаю, что это означает, — сказала Джейси. — Просто не могу поверить, что они в самом деле думают, будто эти бриллианты у меня.

— Возможно, они думают, что ты знаешь, куда сбежал Эл, — добавил Дэвид.

Он только что вернулся с чайником и поставил его на кофейный столик, используя журналы в качестве подставки.

Джейси оглянулась, мимолетно отметив, что комната выглядит чище, чем прежде.

— Чай? — спросила Милли.

— Да, пожалуйста, — ответила Джейси. — Но я не знаю, где Эл!

Дэвид и Финн обменялись взглядами.

— В таком случае именно это нам и следует выяснить. — Дэвид посмотрел в глаза Джейси. — Найдем Эла — найдем бриллианты, а найдем бриллианты — эти ребята от тебя отвяжутся.

Джейси облизнула губы.

— А что насчет полиции?

— У полиции есть другие дела, а я в данный момент полностью свободен.

Она покусала нижнюю губу.

— Не уверена, что смогу заплатить за это. То есть…

Дэвид покачал головой.

— Не надо никакой платы. Я хочу помочь тебе. — Он сделал глубокий вдох. — И по правде говоря, ты тоже можешь мне помочь.

— Я? — удивилась Джейси.

Дэвид провел рукой по волосам и рассказал насчет своей новой документальной книги.

— Похоже, это слишком многообещающая возможность, чтобы от нее отказываться. — Он не стал вдаваться в разъяснения, не желая затрагивать финансовые вопросы в присутствии Милли. — Однако чтобы сделать все как следует, мне требуется твоя помощь. Что скажешь?

Джейси замешкалась с ответом, и он почти испугался, что услышит «нет». Но потом она кивнула, и он мысленно поставил себе высший балл.

— С чего начнем? — спросила Джейси.

— С начала, конечно, — ответила Милли, положила в чашку два куска сахару, налила кипятку и протянула чай Джейси. — Два куска, правильно?

Джейси кивнула, а Дэвид подивился тому, что его тетя даже в условиях надвигающейся бури способна соблюдать этикет. И тут же отогнал эти мысли. Если он будет отвлекаться каждый раз, сталкиваясь с эксцентричным поведением Милли, они до Рождества не закончат.

— Начнем с Эла. — Он встал и подошел к компьютеру. — Что нам известно о нем и что мы можем выяснить?

— Правильно, — сказал Финн. — Он наверняка прибегал к чьей-то помощи. Скупщика краденого, например, чтобы продать бриллианты. Кто-то помог ему получить фальшивый паспорт.

— Кто-то добыл для него тело, — еле слышно сказала Джейси.

Дэвид тут же повернулся к ней и увидел, что она побледнела. Казалось, вся кровь отхлынула от ее лица, и веснушки стали более заметны.

— Пошли. — Он помог ей встать и подвел к дивану. — Тебе нужно прилечь.

Она охотно подчинилась. Он присел рядом, накрыв другой рукой их переплетенные пальцы и тем самым посылая сигнал, что будет рядом столько, сколько потребуется.

— Она права, — сказал Финн. — Они ведь нашли тело. Или, точнее, не тело, а…

Он смолк и озабоченно взглянул на Джейси.

— Отдельные части, — прошептала она. — Не беспокойтесь обо мне. Я справлюсь. Просто это так… ужасно.

— И кстати, никаких зубов, — вставила Милли, и все повернулись к ней. — По-моему, в статье об этом ни слова?

— Правильно, — сказал Финн. — Даже в случае взрыва должно хоть что-нибудь уцелеть. Может, недостаточно, чтобы идентифицировать останки по зубоврачебной карте, но хотя бы…

— …осколки, — закончила за него Джейси. — Должны быть осколки зубов. Жуть какая-то!

Она вздрогнула, натянула на себя висящее на спинке дивана одеяло и свернулась под ним калачиком. При этом она вытащила руку из пальцев Дэвида, и на мгновение он почувствовал себя брошенным. Если ей достаточно одеяла, чтобы успокоиться, тогда зачем, черт побери, он вообще ей нужен?

Он тут же мысленно врезал себе по яйцам, что помогло ему вернуться к действительности. Он ей не нужен. По крайней мере, в долгосрочном плане. И слава богу.

— Девочка, ты совсем измотана.

Дэвид поднял взгляд, увидел, что Милли склонилась над Джейси, и кивнул:

— Да, это был долгий день.

Какой же он мерзавец, что сам не подумал об этом!

— Ладно, все вон отсюда. Поиграем в детективов завтра утром. Сейчас Джейси нужно поспать.

— Не поспать, — возразила Джейси. — Просто немного отдохнуть.

— Как пожелаешь. Факт тот, что тебе нужно расслабиться и выбросить все это из головы.

— Тебе нужен Мел. — Милли достала из своего портфеля диск со «Смертельным оружием». — Очень помогает расслабиться, — добавила она с таким видом, словно изрекла мудрость, достойную Конфуция, и положила диск на стол рядом с чашкой Джейси.

Джейси улыбнулась, словно Милли была самой нормальной старой леди на планете, и подумала, что Дэвид будет последним мерзавцем, если не поцелует тетю.

— Спасибо, Милли.

Та похлопала ее по руке и пошла к двери, по дороге получив от Дэвида поцелуй в щеку. Финн последовал за ней, чтобы помочь спуститься по ступеням, но Дэвид отвел его в сторону.

— Тот парень, с которым Эл снимал когда-то квартиру, вел себя более чем странно, — сказал он. — Будь так любезен, позвони Картрайту. Хотелось бы выяснить, нет ли у них чего-нибудь интересного на Брэда Стемпла.

— Ради тебя? Никаких шансов. Ради нее? Никаких проблем.

Дэвид закатил глаза.

— Прекрасно. Напомни мне обменять тебя на какого-нибудь нового друга, получше.

Финн рассмеялся.

— Непременно. — Он глянул через плечо Дэвида в глубь комнаты. — А ты тем временем возвращайся к ней и постарайся придумать что-нибудь, чтобы отвлечь леди от свалившихся на нее неприятностей.

Дэвид состроил гримасу, но промолчал. По правде говоря, его мысли уже давно свернули в эту сторону.


Джейси продолжала кутаться в одеяло, опасаясь, что, лишившись его, утратит и самоконтроль. Это были странные, очень необычные два дня, и на данном этапе она не слишком доверяла себе. Она никогда не могла похвастаться трезвостью суждений в том, что касается мужчин, но сейчас мозги у нее определенно работали вхолостую.

Распахнулась дверь, и в комнату вернулся Дэвид.

— «Люси» уже здесь, — сообщил он. — Финн ставит ее в гараж, а потом запрет на ночь. — Он кивнул на ключ, свисающий с гвоздя рядом с дверью. — Это от гаража, если тебе вдруг что-нибудь понадобится в машине.

Джейси улыбнулась. Глупо, но она почувствовала себя лучше, узнав, что «Люси» рядом.

— Спасибо.

У нее мелькнула мысль спуститься в гараж прямо сейчас, но она прогнала ее. Квартира Дэвида воспринималась ею как своеобразное убежище, и она предпочитала оставаться здесь столько, сколько будет возможно.

Дэвид стоял перед ней, засунув руки в карманы. Она облизнула губы, не совсем понимая, что стоит за устремленным на нее взглядом, но чувствуя, что этот взгляд заставляет ее трепетать.

Спустя несколько мгновений Дэвид потряс головой, как будто сбрасывая паутину.

— Давай я перенесу твою сумку в спальню и постелю чистое белье.

— Я уже говорила: меня вполне устроит диван.

— Дорогая, клубная карточка рыцаря в сверкающих доспехах накладывает на меня определенные обязательства. Ты же не хочешь, чтобы меня исключили из клуба?

Джейси с трудом сдержала улыбку.

— Что ж, не буду отягощать этим свою совесть. — Она повернулась на диване, чтобы лучше видеть Дэвида. — А какие еще есть обязательства у рыцаря? Может, я смогу извлечь для себя большую выгоду, чем двуспальная кровать вместо дивана?

Он широко раскрыл глаза.

— Двуспальная кровать? Женщина, ты меня обижаешь. Я бы не согласился ни на что другое, кроме ложа королевских размеров.

— Правда?

Джейси обхватила себя руками, чувствуя, что по телу побежали мурашки при мысли о том, как они с Дэвидом кувыркаются на огромной постели с жестким матрацем. Она заставила себя вернуться в реальность, где была в здравом уме и не делала глупостей, поддаваясь вожделению.

— Значит, я буду купаться в роскоши.

— Я бы выразился именно так. — В его темных глазах вспыхнуло что-то такое, что она не осмеливалась анализировать. — Черт, моя постель настолько велика, что мы могли бы оба спать на ней и практически находиться на разных континентах.

Джейси сглотнула. Может, он и прав, но она не склонна искушать судьбу. Если они окажутся в одной комнате, на протяжении долгой ночи кто-то из них может пересечь демаркационную линию. И хотя мысль о том, чтобы забыться в его объятиях, искушала, разум твердил свое: ей не нужна связь на одну ночь.

— Я лягу в постели, — сказала она в конце концов. — Но давай не будем проверять твою теорию, ладно? Ты поспишь на диване.

Разочарование промелькнуло в его глазах с такой скоростью, что она не была уверена, видела ли его. Потом Дэвид улыбнулся, и снова на его щеке возникла очаровательная ямочка.

— Как пожелаешь и все такое прочее.

— Это тоже из руководства по рыцарскому этикету? Думаю, тебе еще практиковаться и практиковаться.

Джейси отбросила одеяло и опустила ноги на пол. На ней все еще был костюм Таши, включая жакет, но она не могла заставить себя переодеться. Пойти в ванную Дэвида, раздеться до белья, натянуть джинсы и тенниску — это казалось слишком интимным, слишком опасным. Лучше оставаться пока в чем есть, держаться уверенно и профессионально. В отсутствие реальности можно довольствоваться иллюзиями.

— Еще не так поздно, но у тебя был долгий день. — Дэвид кивнул в сторону спальни. — Если хочешь рухнуть, не нужно из вежливости оставаться на ногах.

— Мне не до вежливости, — сказала она и прикрыла рот ладонью, осознав, как это прозвучало. — Я хотела сказать…

Он засмеялся.

— Не переживай.

— Знаешь, как говорят? Дай палец — откусит всю руку.

— Может, вместо руки желаешь чего-нибудь сладкого? — Дэвид пошел на кухню. — Ты голодна?

Джейси кивнула, только сейчас осознав, что после ланча с Ташей пила только чай Милли.

— Умираю от голода.

Он оглянулся на нее.

— Хочешь как следует наесться? — Уголок его рта пополз вверх медленным, каким-то томным движением. — Я могу снова заказать китайскую еду.

Двусмысленность его предложения не прошла мимо внимания Джейси, и все же она чувствовала себя на редкость спокойно.

— Просто десерт, — решительно заявила она. — Кроме того, ты должен мне мороженое.

— Это точно.

Дэвид скрылся на кухне.

Джейси отправилась следом и прислонилась к кухонному столу, глядя на симпатичный зад Дэвида, достающего из нижнего ящика шкафа сковородку с длинной ручкой. Зад выглядел так же мило, как и в первый раз, когда она обратила на него внимание. Может, разумнее было бы дожидаться десерта на диване?

— Тебе повезло, — сказал Дэвид. — Я сегодня пробежался по магазинам. У меня есть мороженое и все, что угодно для души.

— У тебя что, помешательство на почве домоводства? — спросила она, вспомнив о проплешинах, которые заметила в свалке, называемой им «гостиной».

Дэвид положил на сковородку кусок масла. Оно зашипело, и Джейси подскочила от неожиданности, жадно вдыхая запах горящего масла.

— Ничего столь радикального. Просто решил пополнить свои запасы.

Как бы в подтверждение своих слов он открыл шкаф и вытащил оттуда сахар и корицу.

Когда он повернулся к ней, Джейси узнала это выражение на его лице: то же вдохновенное возбуждение она видела в зеркале, когда работала над коллажем или фреской.

— Не заглянешь вон в тот шкафчик? — спросил он. — Мне нужен банановый ликер.

Было приятно помочь, пусть совсем чуть-чуть. Кулинарные навыки Джейси оставляли желать лучшего, хотя она могла приготовить салат с тунцом, если, конечно, на кухне имелся тунец и остальные ингредиенты. На ее кухне это было маловероятно.

Дэвид, напротив, двигался так, словно чувствовал себя на кухне совершенно естественно. И по правде говоря, выглядел очень эротично.

Она нашла бутылку и протянула ему.

— Что мы готовим?

— Сюрприз. Ты когда-нибудь бывала в Новом Орлеане?

— Нет.

Она всегда хотела туда поехать — по слухам, там изумительные галереи, — но так и не собралась.

— В Новом Орлеане это блюдо обожают, — сказал Дэвид. — Думаю, тебе понравится.

— Ничуть не сомневаюсь.

Черт, да уже одно масло пахло восхитительно!

С бутылкой в руке Дэвид вернулся к кухонной плите и начал смешивать сахар с корицей. Несмотря на сильные, мускулистые руки, он выглядел удивительно на месте с металлической чашей и сбивалкой. Зачарованная его плавными движениями, Джейси просто смотрела, воображая, во что они трансформировались бы в постели. Где-то в области горла отчаянно забилась какая-то жилка, и Джейси сглотнула. Во рту внезапно пересохло — по-видимому, от жара, растекшегося по телу и скапливающегося между бедрами.

Дэвид вылил сахарную смесь на сковородку и принялся мешать свою стряпню, пока она не начала булькать. Сладкий запах сиропа манил Джейси, она подошла ближе и остановилась, глядя через плечо Дэвида и глубоко дыша. Этот запах пробудил в ней воспоминания о благотворительных ярмарках, где торговали сластями, и о маме, продававшей там же свои моментальные портреты.

— Хочешь помешать? — спросил Дэвид.

Она подскочила, увидев, что он протягивает ей ложку.

— Ой, я не умею…

— Это невозможно испортить. Не волнуйся.

Не успела она возразить, как он отошел в сторону, освобождая для нее место перед кухонной плитой. Она схватила деревянную ложку и взмахнула ею над сковородкой, уверенная, что в результате ее действий получится что-то липкое, вязкое, несъедобное.

Дэвид встал позади нее; его дыхание щекотало ей ухо, а негромкий смех вызвал пробежавшую вдоль позвоночника дрожь.

— Не так.

Он придвинулся ближе, прижавшись к ее спине, и протянул руку к ее руке. Джейси была польщена, но отнюдь не удивлена, ощутив его эрекцию. В конце концов, ее тело тоже реагировало на его близость, и ей потребовалась вся сила воли, чтобы тут же не начать умолять его заняться с ней любовью.

Собственно, и умолять не обязательно, достаточно слегка поерзать бедрами. Раздразнить его, чтобы он утратил самоконтроль, и тогда она получит наконец то, что хочет.

Но нет. Нельзя заходить так далеко. Заниматься любовью с Дэвидом не входит в ее планы, даже если становится все труднее помнить почему. Джейси затаила дыхание и сосредоточилась на плите. Рука Дэвида накрыла ее руку, мягко, но настойчиво. Мужская рука, пальцы которой способны ласкать ее до тех пор, пока ей не останется ничего, кроме как умолять его.

О господи! Она часто задышала, чувствуя, что мозг остро нуждается в кислороде.

— Не надо прилагать таких усилий, — сказал Дэвид, твердыми, но плавными движениями водя ее рукой. — Вообрази, что рисуешь заход солнца.

Она кивнула, стремясь угодить ему и одновременно продемонстрировать, что способна сделать это. Закрыла глаза и представила себе, что держит кисть, которую только что окунула в золотисто-оранжевую краску.

— Вот так-то лучше, — сказал он.

Его рука плотнее обхватила руку Джейси, и она отклонилась к нему. От точек их соприкосновения по всему телу растекался жар. Чувствуя, что этот жар поглощает ее, она наслаждалась моментом, позабыв обо всем на свете.

— У тебя отлично получается.

Ах, если бы они могли простоять вот так всю ночь, прижавшись друг к другу и помешивая варево на сковородке! Однако очень скоро Дэвид отступил, и тело Джейси горестно застонало, лишившись его жара.

— Ты же не оставишь меня одну делать это?

— Я в тебя верю, — ответил Дэвид. — И если мы хотим все-таки съесть десерт, я должен нарезать бананы. Или, может, сама предпочитаешь этим заняться?

— Нет.

Это слово выскочило у нее прежде, чем Дэвид закончил фразу. Глупо, возможно, но сейчас ей, наверное, лучше не иметь дел с фруктами фаллической формы. Ни в коем случае, если она по-прежнему намеревается спать одна в постели Дэвида, — а умом она все еще этого хотела, как бы ни противилось тело такому решению.

Дэвид с усмешкой оглядел ее сверху донизу, и Джейси почувствовала, как вспыхнули щеки. По-видимому, он каким-то образом угадал ход ее мыслей.

Сильными, уверенными движениями он очистил, а потом порезал бананы. Было видно, как под тенниской напрягаются мышцы предплечья. Покончив с этим, он открыл морозилку, достал оттуда ванильное мороженое, разложил его в две глубокие керамические чаши и вернулся к Джейси.

— Кому предоставим честь, тебе или мне?

— Тебе.

Она отошла в сторону и протянула ему ложку. Дэвид положил ее на край раковины, ссыпал в сковородку кусочки бананов и тщательно, осторожно вмешал в свое варево. Это впечатляло. На его месте она наверняка подавила бы их, даже если бы совсем не собиралась этого делать.

Она так и осталась стоять за спиной Дэвида; он притягивал ее, точно пламя мотылька. В ее семье никто не умел готовить, верхом достижений Таши было вскипятить воду, а единственным парнем, про которого Джейси знала, что он сам готовит себе еду, был Вольфганг Пак[16]. Поэтому сказать, что она находилась под впечатлением, значило ничего не сказать.

— Кто тебя учил готовить? — спросила она, заглядывая через его плечо и вдыхая аромат.

Отлично. Во рту уже было не так сухо.

— Сам научился. Мне казалось, это так круто.

— Правда? Большинство парней считают, что круто — это автогонки с выбиванием, а не возня на кухне.

— Спенсер, — загадочно произнес Дэвид.

Джейси нахмурилась: что за бессмыслица?

— Ты о чем?

— Ты что, не читала Роберта Б. Паркера?

Она тупо уставилась ему в затылок, не зная, что сказать. Он обернулся.

— Нет?

— Нет.

— Передай мне ликер.

Что она и сделала, предварительно сняв с бутылки крышку.

— Спенсер, — повторил он. — Исключительно крутой бостонский частный детектив. Он тоже готовит.

— А-а-а… — дошло наконец до Джейси. — Я видела что-то такое по телевизору. Но кажется, он готовит не все подряд, а только изысканные блюда?

— Приближается самый ответственный момент. — Дэвид снял сковородку с огня, осторожно вылил в нее немного ликера и широко улыбнулся Джейси. — Ты готова? Настало время шоу.

Она понятия не имела, о чем он говорит. Смесь пахла изумительно, это правда, но выглядела немного загустевшей. Тем не менее Дэвид явно ждал ответа, и она сказала:

— Конечно.

И как только это слово прозвучало, Дэвид наклонил сковородку. Голубое пламя взметнулось вверх, почти до крышки кухонной плиты. Джейси в восхищении захлопала в ладоши.

— Здорово! А я-то думала, что самый фантастический десерт — это когда в мороженое макают шоколадное печенье.

В уголках глаз Дэвида собрались морщинки.

— Незамысловатые удовольствия тоже чего-нибудь да стоят, не надо их принижать. — Его улыбка поразила Джейси в самое сердце. — Пожалуйста, принеси сюда чаши с мороженым.

Она так и сделала. Дэвид полил сиропом мороженое. Часть сиропа перелилась через край, и Дэвид поймал его пальцем.

— Это называется «банановый фостер». Надеюсь, тебе понравится.

Она сглотнула, представив, как ее губы смыкаются на кончике его пальца. О да! Это ей понравилось бы.

— Джес?

Осознав, куда завело ее воображение, она почувствовала, как вспыхнули щеки.

— Конечно. Уверена, мне понравится.

Как выяснилось, это было слабо сказано. Одна полная ложка, и Джейси почувствовала себя на небесах. Десерт был способен довести до оргазма, и у нее мелькнула мысль попросить Дэвида дать рецепт Таше: может, та использует это блюдо в качестве заменителя секса с Бобом.

— Что тебя так развеселило? — спросил Дэвид.

Джейси покачала головой: не рассказывать же ему, о чем она думает!

— Так, мысли убежали куда-то. — Она взяла еще кусок и растопила его во рту. — Потрясающе.

— Рад, что тебе нравится.

Он начал приближаться к ней, и Джейси машинально начала отступать, пока не уперлась в край раковины. Улыбаясь, точно кот, Дэвид протянул руку и провел кончиком большого пальца по чувствительной коже нижней губы, вызвав ощущение легкого покалывания. Вся кровь у Джейси собралась где-то между бедрами, и, казалось, вот-вот подкосятся ноги.

— Ты немного испачкалась, — низким, рокочущим голосом сказал Дэвид.

Не сводя взгляда с Джейси, он сунул большой палец в рот и облизал его.

Она плотно сжала губы, боясь, что иначе замяукает, словно котенок. Это плохо… то, куда повернулись его мысли, то, на что он нацелился… очень, очень плохо. Она понимала это. Где-то глубоко внутри она хорошо понимала это.

Но, черт побери, никак не могла вспомнить почему.

В данный момент ей больше всего хотелось отшвырнуть десерт и попробовать на вкус этого человека. Прочь мороженое, прочь сладкое. Она хочет острого. Она хочет горячего.

Проще говоря, она хочет Дэвида.

— Кажется, еще немного осталось. — Его большой палец снова заскользил по ее губе. — Вот тут.

Он мягко надавил на ее рот, заставив раздвинуть губы. С еле слышным вздохом она подчинилась, и его палец скользнул внутрь. Она слизнула с него соус, водя языком по слегка загрубелой коже. Потом, не отрывая взгляда от Дэвида, сжала губы вокруг его пальца и принялась посасывать его, двигая то внутрь, то наружу. Эротический ритм захватил ее, тело неистово пульсировало в предвкушении.

Дэвид застонал. Джейси почувствовала, как затвердели соски; его реакция подхлестывала ее не хуже, чем прикосновение. Она жаждала слышать звуки страсти, жаждала доставить ему удовольствие. Ее язык дразнил и искушал, ощущение неистового вожделения во всем теле нарастало.

Он не открывал глаз, и на нее накатила волна полной своей власти над ним. Она сделала это. Она добилась того, что он перестал контролировать себя.

Эта мысль опьяняла. Нет, это он действовал на нее опьяняюще. Дэвид открыл глаза, и она поняла, какое ужасное похмелье ожидает ее наутро, если она проведет ночь, занимаясь любовью с этим человеком.

— Ты когда-нибудь занималась любовью на кухне? — хрипло спросил он.

Она покачала головой и покраснела. Да, у нее мелькнула та же мысль, но услышать эти слова произнесенными вслух…

— Если сейчас ты не прикажешь мне остановиться, дорогая, то именно это и случится.

— Я не собираюсь ничего приказывать, — прошептала она, чувствуя себя смелой, раскрепощенной и наконец-то свободной.

— Хорошо.

Он взял ее руки и просунул их под край своей рубашки. Джейси расстегнула пояс его джинсов и скользнула под них пальцами, лаская гладкую кожу, покрытую шелковистыми волосами. Потянула его рубашку вверх, сняла через голову и уронила на пол.

Наклонившись, она прижала губы к его груди, подивившись тому, какая теплая у него кожа. Он был как горящая топка, он весь был жар и мощь, и теперь она хотела лишь одного — чтобы эта мощь поглотила ее. Она прошлась по его груди легкими поцелуями, остановилась подразнить языком соски и закончила поцелуем в мягкую ямочку у основания шеи.

Она не столько услышала, сколько почувствовала издаваемый им дикий, первобытный стон яростного желания. Грубо схватив ее за бедра, он заскользил руками по талии в поисках молнии на юбке. Послышался характерный звук расходящихся металлических зубчиков, и юбка свободно повисла на бедрах. Дэвид потянул ее вниз, и она упала на пол. Прикосновение прохладного воздуха к обнаженным бедрам ощущалось как ласка. Джейси перешагнула через юбку и ногой откинула ее в сторону.

— И жакет, — сказал он.

Она сняла жакет, и Дэвид отшвырнул его к юбке.

— Костюм Ташин, — напомнила ему Джейси.

— Я куплю ей другой, — ответил он, обжигая взглядом ее почти обнаженное тело.

На ней остались лишь шелковая блузка и белье. Ощущение покалывания охватило все тело, жаждущее прикосновения Дэвида, и Джейси двинулась к нему, безмолвно умоляя приласкать себя.

Он услышал ее мольбу. Просунул руку между ее бедрами и принялся поглаживать через тонкую материю трусиков.

— Ты этого хочешь? — хрипло спросил он.

Она кивнула, не в силах произнести ни слова.

— А может, этого?

Он просунул под трусики сначала один палец, потом другой.

Джейси отчаянно застонала, непроизвольно двигая бедрами. Пальцы Дэвида перебирали мягкие складки, такие нежные, такие чувствительные, и ее тело напряглось. Он немного подразнил ее, почти проникая пальцем вглубь, но не доводя движения до конца. Она извивалась, испытывая сладкую муку и безмолвно умоляя его: дальше, дальше! Вместо этого он отдернул руку, и она протестующе застонала.

— Доверься мне, — прошептал он, обхватил ее за бедра и посадил на стол.

Одним решительным движением он раздвинул ей ноги и втиснулся между ними, прижимая к поверхности стола, казавшейся прохладной по сравнению с жаром, пылающим в месте соприкосновения их тел.

Поддерживая ее одной рукой, другой он накрыл курчавый треугольник в развилке бедер, лаская его сквозь тонкую материю трусиков. Ей хотелось большего, и она страстно выгнула спину, чувствуя, как пульс грохочет во всем теле, все быстрее и быстрее.

— Поцелуй меня, — умоляюще сказала она, выпрямляясь и заглядывая ему в глаза.

Его рот мгновенно оказался рядом; твердый, требовательный язык коснулся губ, ища вход. Она раскрылась навстречу его горячему, влажному поцелую, имеющему соблазнительный привкус корицы и сахара. Медленный жар растекался по телу, скапливаясь внизу живота. Его пальцы все еще дразнили Джейси, ее бедра неустанно двигались, волна желания захлестывала.

Его поцелуй стал грубее, требовательнее. Свободная рука скользнула вверх, схватила ее за волосы, мешая голове двигаться и давая Дэвиду возможность взять от поцелуя все, что он хотел.

Электрический огонь вспыхнул в ее венах; она с не меньшей страстью ответила на его поцелуй. Когда Дэвид слегка отодвинулся, разорвав контакт, она снова застонала, протестуя.

— Скажи мне, — пробормотал он, слегка касаясь ее губ своими. — Скажи, чего ты хочешь.

Она не колебалась ни мгновения:

— Тебя, — и плотно обхватила ногами его бедра, притягивая еще ближе и проклиная джинсы, которые все еще были на нем. — Я хочу тебя. Я хочу всего тебя.

Что-то вспыхнуло в его глазах. Что-то жаркое и опасное.

— Ах, дорогая. — Его пальцы ухватились за тонкую материю ее трусиков, потянули и сорвали их. — Думаю, время настало.

Глава 11

Я знал, что она не хочет меня. Я парень не того типа, которые нравятся дамам вроде Мэллори. Нет, у этой женщины был свой расчет. Она хотела отвлечь меня. Хотела, чтобы я перестал искать Сару.

Но я не собирался подыгрывать ей.

— Ничего не получится, Мэллори, — прошептал я. — Меня не так легко сбить с толку.

— Неужели? — спросила она, не оставляя своих попыток.

Ее губы соблазняли, а тело таило в себе обещания, которые она не собиралась выполнять. Глупо было влюбляться в нее, и я чертовски хорошо понимал это.

Но я не мог совладать с собой. Поисками Сары можно будет заняться позже. А сейчас я был в состоянии лишь отдаться моменту и получать удовольствие от происходящего между нами.

Проклятье, он хотел эту женщину. Понимал, что не должен. Понимал, что не отвечает ее желаниям и что впоследствии она в нем разочаруется. И, несмотря на все это, хотел ее.

А в данный момент только это имело значение.

— Дэвид.

Его имя слетело с ее губ, точно вздох, и он выбросил из головы все мысли. Осталась только Джейси. Ее запах, ее прикосновение — и перспектива погрузиться в нее и загасить наконец огонь, пылавший в нем с тех пор, как она вошла в его жизнь.

Ее затвердевшие соски, прижатые к шелку его рубашки, умоляли о ласке. Лифчик на ней был совсем тонкий, полупрозрачный, и Дэвид ясно различал темные кружки. Его руки, скользнув к ее грудям, медленно, легко, дразнящими движениями касались их. Она тяжело задышала. Он наклонился и взял сосок в рот прямо сквозь тонкий слой шелка.

Джейси застонала, плотнее обхватила его ногами и откинулась назад, распластавшись на столе и давая ему более легкий доступ к своей груди. Его твердый член вдавился в ее тело, требовательно пульсируя. Нестерпимо хотелось избавиться от джинсов и погрузиться вглубь нее, но он сдержался. Скоро. Совсем скоро.

— Ты этого хочешь? — спросил он, на мгновение оторвавшись от ее груди.

— Да, — прошептала она, снова приподнявшись и приблизив свой рот к его губам. — Нет. Больше. О господи, Дэвид, пожалуйста, больше.

Отчаянная мольба в ее голосе воспламенила его. Он скользнул руками под мягкую материю. Ее кожа обжигала, и он издал низкий, утробный стон.

Потом выпростал руки и принялся возиться с пуговицами блузки.

— Что, черт побери, с ними такое?

Не отвечая, она одной рукой вцепилась в его плечо, онемевшими пальцами другой быстро расстегнула все пуговицы и тут же снова оперлась о стол. Он стянул блузку с ее плеч.

Лифчик застегивался впереди; миг, и ее груди освободились. Соски в полной боевой готовности торчали вверх, розовая кожа вокруг них сморщилась и уплотнилась. Дэвид снова наклонился и, накрыв ртом одну грудь, принялся лизать сосок. Потом то же самое проделал с другой грудью, руками лаская спину Джейси. Вкус ее тела все больше распалял его, первобытное желание воспламеняло кровь почти до уровня кипения. Полностью насытившись, он поднял голову и улыбнулся.

— Необыкновенно вкусно.

— Рада за тебя, — ответила она низким, сексуальным голосом.

Движением плеч она окончательно освободилась от блузки и лифчика. Дэвид не мог оторвать взгляда от прекрасной обнаженной женщины в кольце своих рук.

— Посмотрим, вся ли ты такая вкусная.

Он провел языком между ее грудями и дальше, к животу, покусывая, дразня, наслаждаясь солоноватым и одновременно сладким вкусом кожи. Спустился ниже, к пупку, теребя его кончиком языка. Джейси извивалась под его прикосновениями, безмолвно взывая: дальше, дальше!

Он опустился перед ней на колени и обхватил ее за талию, водя губами по нежной коже внутренней стороны бедер. Ее мускусный, необыкновенно женственный запах неудержимо толкал его к обрыву. Он перевел взгляд на треугольник медных завитков, повлажневших от желания.

— Дэвид… — прошептала она.

В ее голосе послышалась неуверенность, она попыталась соединить бедра, но он помешал этому, вклинив между ними плечо.

— Не смей. — Он поднял голову и заглянул ей в глаза. — Ты прекрасна.

Каждое слово сопровождалось поцелуем в область бедер. Почувствовав, что ее тело затрепетало, он наклонил голову и принялся слизывать языком жаркую, скользкую влагу. Джейси застонала, полностью отдавшись порыву, и жжение у него в паху стало нестерпимым. Погрузив пальцы в его волосы, еще плотнее сжав ноги, она притягивала его к себе, стискивая бедрами его голову.

Язык Дэвида плясал по ее телу. Руками он ласкал ее бедра, слегка приподнимая трепещущую Джейси над столом и прижимая к себе. Она так чутко и остро реагировала на каждое его движение, что с каждым еле слышным стоном, с каждым содроганием ему становилось все труднее сдерживаться.

Однако он хотел довести ее до грани и продолжал в том же духе. Почувствовав, что бьющая ее дрожь становится все сильнее, он отпрянул. Слишком скоро. Чересчур скоро. И он хотел видеть ее лицо, когда она дозреет.

— Дэвид… — прошептала она умоляюще.

— Не волнуйся, дорогая. Мы только начали.

Он поднялся, одновременно продолжая целовать ее. Голова Джейси была откинута назад, глаза закрыты. Она просто источала секс и грех; она вся принадлежала ему. От одного взгляда на нее он едва не взорвался.

Ее ресницы затрепетали, в глазах появилось мечтательное выражение. Она села, обхватив его руками за шею. Дэвиду не терпелось расстегнуть ширинку, обхватить ее за бедра, притянуть к себе и пронзить наконец своим копьем. Но нет, еще рано. По всему, что он знал, больше ему никогда не представится случай заняться любовью с Джейси Уайлдер. И он собирался сделать все возможное, чтобы растянуть удовольствие подольше.

Как будто прочтя мысли Дэвида, Джейси нежно провела руками по его груди и потянулась к застежке джинсов. Взялась за кнопку и потянула молнию вниз. Дэвид остановил ее, схватив за руки. Учитывая, на каком он взводе, он предпочитал сам расстегнуть молнию, чтобы не случилось аварии.

— Что…

Он приложил палец к ее губам.

— Я сам.

Он стянул джинсы и трусы, перешагнул через них и занял прежнюю позицию — в развилке ее бедер. Нежность ее кожи снова разожгла его чувственность. Член поднялся, жестко и требовательно упираясь в ее тело. Одно быстрое движение, и он мог бы оказаться глубоко внутри ее, погрузиться в бархатистый жар.

— Дэвид… — прошептала она.

— Тихо, тихо.

Он по-прежнему не был склонен торопить события, намереваясь сделать это лишь тогда, когда оба просто не смогут больше сдерживаться.

Кончиками пальцев он пробежался по ее лицу — носу, губам, подбородку — и дальше, вдоль изящного изгиба шеи, к плотному маленькому соску, который он начал перекатывать между пальцами.

Она застонала, и он накрыл ее рот своим, приглушая звук. Сил терпеть почти не осталось, и он поднажал бедрами, входя в нее. Но только совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы продлилась сладкая мука.

Джейси плотно обвилась вокруг него, а он потихоньку начал входить в нее. Она устремилась навстречу и впилась пальцами ему в плечи, когда он отодвинулся. Он повторил тот же маневр — вошел в нее и снова вышел, разжигая ее и свои аппетит.

Она откинула голову назад, крепко обхватила его за шею и прижалась к нему всем телом.

— Дэвид. Умоляю. Сейчас.

Больше подстегивать его не пришлось. Стиснув ее бедра, он вошел в нее на всю глубину. Ее влажный жар полностью поглотил его; при этом он не сводил взгляда с ее лица, преображенного надвигающимся циклоном. Ее дыхание стало прерывистым, и Дэвид слегка сместился, отыскивая точное местоположение, при котором эффект будет максимальным. Джейси тяжело задышала, и он понял, что все сделал правильно.

Он приподнял ее бедра, чтобы войти еще глубже. Дрожь упоения пробежала по ее телу, она все плотнее и плотнее обвивалась вокруг него. Ее тело вздрагивало, сотрясалось; наконец наступил оргазм и она закричала.

Дэвид входил в нее все сильнее, все глубже, пока не наступил взрыв. Сердце колотилось в ушах, пот покрывал тело. Он прильнул к ней, спрятав голову между ее грудей, глубоко дыша и дожидаясь, пока мир вокруг вернется к своей нормальной скорости.

— Прости, — сказал он спустя какое-то время.

— Ты в своем уме? — прошептала она, поглаживая его волосы. — За что? Все было замечательно.

— За то, что не в постели. — Он поднял голову и заглянул ей в глаза. — Думаю, кухонной раковины нет даже у Хью Хефнера[17].

Джейси пробежала пальцами по его плечам.

— Может, это еще впереди.

— Что?

— Может, теперь нужно попробовать в постели. — Она провела языком по губам, в глазах заплясали огоньки. — Может, имеет смысл провести сравнение.

— Думаешь?

Она кивнула с серьезным видом.

— По-моему, это разумно.

— Хмм… Сравнение, говоришь?

Он подсунул одну руку под ее колени, другой обхватил ее за плечи и понес в спальню.

— Для тебя, дорогая, все, что угодно.

Так оно и вышло. Они занимались любовью снова и снова. Быстро и сильно, медленно и нежно — словно исполняя чувственный танец. Это продолжалось до тех пор, пока, вконец измотанные, оба не уснули. Одеяло сбилось у них в ногах, и Дэвид потерял всякое представление о том, где кончается он и начинается Джейси.


Войдя в гараж, Джейси положила ключ в карман. При виде «Люси» напряжение в груди немного ослабело. Она провела пальцем по изгибу капота, радуясь иллюзии нормальности, возникающей в присутствии машины.

Глупо, конечно, поскольку реальность на каждом шагу проглядывала сквозь иллюзию. Но реальность была тем, с чем сейчас ей совсем не хотелось иметь дела. Потому что в реальном мире она, безусловно, отдавала бы себе отчет в том, что влюбилась не в того, в кого следовало.

Джейси понадобилась вся сила воли, чтобы выскользнуть из кольца его рук; но она чувствовала, что должна побыть одна. И подальше от него, потому что Дэвид испускал сигналы, от которых путались ее мысли.

Вздохнув, она достала мобильный телефон из кармана тренировочных брюк Дэвида. Прежде чем покинуть спальню, она проверила, есть ли сообщения, и нашла одно от Таши. Там говорилось, что Джейси может позвонить в любое время до двух. Типично для Таши — с точки зрения времени.

— Ну? — сходу спросила Таша.

Джейси усмехнулась: вот оно, чудо определителя номера.

— Насколько мне известно, копы не поймали того парня. Однако Финн узнал его по моему описанию.

— Ничего себе! — ответила Таша. — Я останусь у Боба, пока все это не закончится. Но я не об этом спрашиваю. — Она помолчала. — Ну, и каков Дэвид?

— Как ты догадалась?

— Ой, ради бога! Я видела, как вы смотрели друг на друга. Это должно было произойти.

— Все было великолепно, — призналась Джейси. — Он был великолепен.

Таша испустила огорченный стон.

— Боже, о боже! Вот уж не думала дожить до того дня, когда буду испытывать чувственные удовольствия через тебя.

— И я тоже.

Продолжая разговаривать, Джейси распахнула дверцу «Люси», толкнула водительское кресло вперед и начала рыться в ящике с инструментами, стоящем на заднем сиденье. Не отдавая себе в этом отчета, она зажала в руке гаечный ключ и со вздохом откинулась назад.

— Ох, Таша! И что мне теперь делать?

Сердце призывало вернуться в постель к Дэвиду, но разум полагал, что это будет чрезвычайно глупо.

— Что делать? Иметь Дэвида, конечно. Черт, я думала, ты уже все поняла.

— Очень смешно. Я тебя серьезно спрашиваю.

— А в чем проблема-то? Ты хотела этого. Тебе понравилось. Чем плохо?

— Чем плохо? — повторила Джейси. — Не знаю.

— Ну скажи, чем это плохо для тебя? — гнула свое Таша. — Парень тебе нравится. Зачем себя мучить?

Джейси обдумывала слова Таши, рассматривая возможности со всех сторон.

— Может быть…

Когда они впервые встретились, она решила, что он псих. Но теперь она знала на основании прошлого опыта, что ее первое впечатление от мужчины часто бывает диаметрально противоположно тому, каким он оказывается на самом деле. Дэвид не псих. Он милый. Милый, приятный, сексуальный и ох какой страстный в постели.

И поскольку им еще предстоит разобраться в этом деле с Элом и бриллиантами, у нее вряд ли пока будет возможность заняться поисками чего-то более многообещающего в долгосрочном плане. Нет, какое-то время она будет в одной связке с Дэвидом. Почему бы не извлечь из этого все возможное?

— Тут не может быть никакого «может быть», — сказала Таша, словно проследив за ходом мыслей Джейси. — Доставь себе удовольствие. Ты это заслужила.

Джейси сделала глубокий вдох.

— Знаешь что? Ты абсолютно права.

— Прекрасно, — сказала Таша. — Потому что, по правде говоря, я не вижу ровным счетом ничего дурного в том, чтобы немного развлечься с Дэвидом.

Джейси усмехнулась.

— Ничего дурного. — Она вздохнула, вспомнив прикосновение его рук. — Поверь мне, совсем ничего дурного.

— Ну что, возвращаешься к нему в постель? Джейси засмеялась.

— Может быть.

Она попрощалась и отключилась. В самом деле, может быть.

Хотя… он нуждался в отдыхе. А она — в том, чтобы подумать. Джейси провела пальцем по капоту «Люси». Может, она просто немного…

— Джейси?

Она подскочила, прижав руку к сердцу, повернулась и оказалась лицом к лицу с Дэвидом.

— Я проснулся, а тебя нет.

Он подошел к ней и остановился рядом. На нем были только тренировочные штаны — ни рубашки, ни даже, если она не ошибается, белья. Смешно. На ней были точно такие же штаны, но, правда, еще и тенниска, которую она выудила из кучи рядом с постелью.

Она сглотнула, сопротивляясь искушению сунуть руку под пояс его штанов и проверить свою догадку.

— Прости. Мне захотелось увидеть «Люси», вот и все.

Дэвид погладил ее по щеке.

— Нет, это ты меня прости.

Он сделал глубокий вдох. Джейси протянула руку, прижала ладонь к его груди, ощущая крепкие мышцы, впитывая тепло, перебирая пальцами редкие волосы на груди. Сегодня ночью она «застолбила» этого человека. В данный момент он принадлежал ей, и никому другому.

Джейси сглотнула, осознав подтекст этой мысли. Какие бы собственнические чувства в отношении Дэвида она ни испытывала, пройдет совсем немного времени, и другая женщина будет чувствовать под своей рукой тепло его твердых мышц. Эта мысль была неприятна.

Только сейчас до нее дошел смысл его слов.

— Простить? Почему, скажи на милость, я должна тебя прощать?

Она придвинулась еще ближе, страстно желая, чтобы он понял, как много он дал ей и с какой радостью она отвечала ему.

— Я обещал тебе кое-что, но понадобилось совсем немного времени, чтобы я утратил самоконтроль.

— Все в порядке. Я и сама не слишком сопротивлялась.

Дэвид намотал прядь ее волос на палец. Его глаза смеялись.

— Правильнее сказать, вообще не сопротивлялась. Мне нравится это в женщинах.

Она облизнула губы.

— Нравится?

— Да. — Лицо Дэвида приняло серьезное выражение. — Но теперь я смогу сдержать обещание. Если ты хочешь…

— Нет. Я знаю, у нас разные устремления, на этот счет у меня нет никаких иллюзий. Обещаю, что не буду цепляться за тебя, когда все кончится, но… пока мы расследуем всю эту историю с бриллиантами… я хочу…

— Чего?

Джейси сделала глубокий вдох, собирая все свое мужество.

— Тебя. — Она облизнула губы. — Я хочу тебя.

— Ты уверена?

Со странным выражением печали и радости в глазах он приподнял ее лицо за подбородок.

Джейси кивнула, надеясь, что поступает правильно, даже если ее сердце так не считает.

— Что ж, ты получишь меня, детка. По крайней мере, сейчас. — Дэвид погладил ее по щеке. — Жаль, что я не тот человек, который тебе нужен. Но другим я стать не могу.

— Знаю. Ты правильно сказал: у нас разные устремления.

— Вот именно. Так всегда бывает с тем, чего нам хочется.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Джейси.

— Ничего. Просто сам себе сочувствую. — Он придвинулся ближе и пальцем подцепил пояс ее штанов. — Я так трудился над этим проклятым романом и вот теперь вынужден его отложить. Я хочу заниматься им, но каждый раз, как протягиваю к нему руку, пальцы смыкаются на чем-то совсем другом.

— Рано или поздно ты непременно напишешь его. Это же творческая работа. Она не делается по расписанию.

— Неплохо бы и тебе самой учесть это.

Она сглотнула.

— Знаю. Но я хочу больше, чем просто карьера художника. Я хочу… ну, ты знаешь, чего я хочу. И поскольку невозможно иметь и то и другое одновременно, я выбираю то, что для меня важнее.

К ее удивлению, он кивнул в знак согласия.

— Поверь, детка, я знаю все о приоритетах.

— Можно мне почитать твой роман?

Едва прозвучал этот вопрос, Джейси тут же пожалела об этом. И еще больше пожалела, увидев, как замкнулось лицо Дэвида.

— Прости. Мне, наверно, не следовало…

— Да. — Он помолчал, повторил более твердо: — Да, можно, — и улыбнулся искренне и доверчиво. — Думаю, я и сам хотел бы этого.

— Уверен?

— Уверен.

— Спасибо. — Ей хотелось добавить что-нибудь еще, дать понять, что она понимает, какое доверие ей оказано. Но не хватало слов. Вместо этого она сказала: — Не понимаю, почему все у тебя так складывается. Если на самом деле ты хочешь заниматься романом, тогда зачем тебе описывать эту историю с Элом?

— Мне нужны деньги. Это связано с моей бывшей женой и с налоговой инспекцией. Есть и еще кое-что, но, думаю, в целом ситуация тебе понятна. Все словно сговорились оторвать меня от романа и шмякнуть прямо в документальный детектив.

— Думаю, это веский довод.

Ей ли не понять? Ведь она и сама обменяла кисти на бухгалтерские книги.

— Хорошая сторона состоит в том, что деньги дадут мне возможность поехать в Париж. Плохая же та, что, даже получив деньги, сразу я не смогу никуда уехать. Сначала нужно довести расследование до конца, а потом я от всех спрячусь и буду писать книгу.

— Ты хочешь сказать, что получишь деньги, но вместо того, чтобы тратить их, будешь сидеть и писать?

Уж она-то точно поступила бы иначе: ухлопала бы деньги на дом с такой скоростью, что у агента по продаже недвижимости голова пошла бы кругом.

— Буду совершать небольшие вылазки, — ответил Дэвид. — По выходным. А в остальном… Да, ты права.

Джейси его решение было непонятно. Ладно. В конце концов, это его решение, и не ей говорить «да» или «нет».

— Ну, по крайней мере, я готова помочь. — Джейси хотелось сменить тему разговора и не думать о том, что, покинув страну, Дэвид покинет и ее. — Я чувствую себя немного виноватой из-за того, что ты ради меня разыскиваешь бриллианты и Регги, а я тебе не плачу.

— Я согласен получить кое-что в обмен, — поддразнивающим тоном сказал Дэвид и сделал шаг к ней.

Сердце у нее забилось чаще.

— Правда? И что же это?

Он обхватил ее руками за талию и притянул к себе.

— Спорю, ты что-нибудь придумаешь.

— Может, что-нибудь вроде этого? — промурлыкала Джейси.

Сердце колотилось как бешеное. Она встала на цыпочки и накрыла губы Дэвида своими. На вкус она была такой же, как ночью, — зовущей, многообещающей. Дэвид знал, что для нее он не человек навсегда, но она явно не хотела впустую тратить время, которое им было отведено.

Его горло исторгло низкий стон; язык, горячий и требовательный, проник ей в рот. Дэвид подтянул Джейси ближе, сквозь тонкую материю тренировочных штанов вонзив затвердевший член между ее бедер. Это не оставляло сомнений в том, насколько сильно он завелся.

Он оторвался от ее рта, скользя губами по щеке, и пробормотал:

— О да. Думаю, это прекрасное возмещение убытков.

Он провел кончиком пальца от ее подбородка вниз, между грудей и дальше, к пупку.

— Тебе чертовски идут мои тренировочные штаны. — Его руки скользнули под эластичный пояс. — Хотя, спорю, без них ты будешь выглядеть еще лучше.

Джейси стянула штаны. Поскольку на ней не было белья, бедра тут же ощутили ласковое прикосновение прохладного воздуха, и это было чрезвычайно эротично.

— Закинь их куда-нибудь подальше, — прошептал он, и она стряхнула штаны с ног.

Его пальцы массировали плоть ее бедер. Медленный огонь начал разгораться в теле, распространяясь во все укромные уголки — но больше всего в низ живота — от места прикосновения его пальцев.

— Дэвид…

— Что?

— Нас могут увидеть.

— Дверь заперта.

Рука Дэвида скользнула ниже, и Джейси застонала, непроизвольно расставив ноги. Его пальцы дразнили ее, заставляя снова и снова повторять его имя.

— Так тебе нравится? — еле слышно спросил он, касаясь губами ее уха.

Говорить она не могла и поэтому просто кивнула. Тело, охваченное жаром желания, покалывали тысячи иголок. Бедра двигались сами по себе, безмолвно умоляя его не останавливаться.

Он, конечно, понял ее, и его пальцы скользнули ниже, проникли внутрь, лаская влажную горячую плоть.

— Пожалуйста… — только и смогла пролепетать она.

— Пожалуйста что?

— Дальше. Пожалуйста, Дэвид.

Это была отчаянная мольба даже для ее ушей, но его рука продолжала ласкать и дразнить ее, и она была близка к отчаянию. Тело трепетало, больше не подчиняясь ей, но реагируя исключительно на действия Дэвида. Она извивалась, пытаясь таким образом подстегнуть его.

— О нет! Не так быстро, — сказал Дэвид.

— Нет, быстро! Быстро, и сильно, и сейчас!

Огонь вспыхнул в его глазах.

— Твое желание — приказ для меня, детка.

Он скинул штаны и ногой отбросил их в сторону. Резким движением перевернул Джейси, прижал животом к капоту «Люси» и навалился сзади, лаская кожу гордо стоящим членом, гладким и горячим.

Извиваясь, она широко расставила ноги, чувствуя себя полностью свободной и необузданной, но не переживая по этому поводу, так как именно этого и хотела. Хотела Дэвида.

— Так? — спросил он, проталкивая пальцы вглубь нее, лаская ее, терзая и дразня ее.

Все внутри еще побаливало после того, что было раньше, но ей на это было наплевать. Она хотела одного — чтобы он проник внутрь.

— Сильнее, — выдохнула она. — Глубже.

Одной рукой обхватив ее за талию, а другой еще шире раздвинув ей ноги, Дэвид вошел в нее. Ее тело выгнулось назад, навстречу ему, а он все вгрызался и вгрызался в нее снова и снова. Внутри ее произошел взрыв, окутав тело электрическим жаром. Волны силы омывали ее, и она еще чуть-чуть приподняла бедра. Волны подкатывали все ближе, ближе, давление внутри нарастало, пока наконец она не почувствовала, что он больше не может сдерживаться. С последним глубоким толчком волна подхватила ее, даря освобождение, и тело взорвалось миллионом сверкающих разноцветных осколков.

Дэвид рухнул рядом, тяжело дыша. Она повернулась к нему и ласково провела рукой по его щеке.

— Вот это да, — сказал он.

— Не шутка.

— Сомневаюсь, что «Люси» приходилось видеть что-нибудь подобное. — Дэвид извернулся и бросил взгляд на капот машины. — Прости, девочка. Теперь ты тоже утратила невинность.

Джейси обняла его за шею, притянула к себе и поцеловала.

— Так мы и вовсе развратим ее.

Он погладил ее волосы, ответил на поцелуй и перекатился на спину. Спустя мгновение его взгляд скользнул вниз, и он удивленно спросил:

— Гаечный ключ?

— Что? — Джейси проследила за его взглядом. — А-а, да. Я уронила его. Хорошо, что по ноге тебе не попала.

— Зачем он тебе?

— Это произошло случайно. Я рылась в ящике с инструментами и отвлеклась. Хотела посмотреть, что там с фарой. По-моему, она не горит.

Дэвид повернулся и посмотрел ей в глаза.

— Ты сама чинишь машину?

— Ммм… Я подрабатывала этим, когда у нас с мамой дела шли совсем плохо. Еще в школе. Я же говорила тебе, помнишь? Мне казалось, работать механиком лучше, чем воровать в магазинах. Это имело смысл еще и потому, что мама не могла обойтись без своей машины — а иначе как бы мы все время переезжали? — а денег на ремонт у нее не было.

— Ты необычная женщина, Джейси Уайлдер.

Она тут же ощетинилась.

— Что? Из-за того, что я люблю машины? Ха! Ты тоже любишь машины.

Он засмеялся.

— Успокойся. Думаю, это замечательно, что ты любишь машины. Я смеюсь просто потому, что, как выяснилось, ты не знала, есть ли у тебя гаечный ключ, чтобы закрутить гайку на водопроводной трубе.

— А-а… — Все-то он помнит! — Мы переезжали так часто, что учиться чинить это не имело смысла. Мама считала, что трубы — дело домовладельца.

— Ты что, восстановила «Люси»?

Джейси покачала головой.

— Нет, она была в хорошем состоянии, когда я ее купила. Просто делаю текущий ремонт. — Она провела пальцами по капоту. — Примерно год назад я перекрасила «Люси». А пару месяцев назад мне попались отличные сиденья. Ну, я и заменила старые. Как правило, я предпочитаю, чтобы все оставалось, как было, но обивка сильно протерлась, и чехлы слегка поизносились. Я решила, что когда-нибудь позже приведу их в порядок и снова использую. — Она кивнула на окно машины. — А пока пусть будут новые сиденья. По-моему, они выглядят неплохо, правда?

— Очень мило, — сказал Дэвид. — Знаешь, я потрясен. И где ты делаешь все это? В твоем гараже, кажется, и без того полно хлама.

— Что ты, мистера Лоуэнстайна хватил бы удар, даже если бы я всего лишь сменила масло в его гараже. Я арендую гараж у соседа. Храню там запчасти и свои принадлежности для рисования.

Щеки у нее вспыхнули. Она сказала Таше, что выбросила кисти и краски, но на самом деле в гараже еще много чего осталось.

Дэвид молча смотрел на нее, поблескивая глазами. Ей стало неловко под его пристальным взглядом.

— В чем дело?

Он погладил ее по щеке, заправил за ухо прядь волос.

— Ты совсем не та женщина, какой казалась, когда впервые вошла в мой офис.

Она никак не могла понять, что означает это яркий блеск в его глазах.

— Значит, тогда я тебе не понравилась?

Он снова прижался к ней.

— Я бы этого не сказал. Просто мне подумалось, что у тебя острый язычок.

— Но у меня и вправду острый язычок, — обиделась Джейси.

Дэвид провел губами по ее рту.

— Да, но сейчас твой язычок принадлежит мне. И это все меняет.

Как бы доказывая свои слова, он прильнул к ее губам, и Джейси почувствовала, что тает, спрашивая себя, а будет ли еще когда-нибудь в ее жизни ночь, целиком отданная сексу. Если нет, сейчас самое время начать.

Глава 12

Я не знал, почему Мэллори хочет, чтобы я прекратил поиски Сары, но, надо отдать ей должное, «убеждала» она меня очень старательно.

— Обними меня, милый.

Она откинула простыню, обнажив гладкую ногу кремового цвета, которой, казалось, не было конца.

Все завершилось тем, что мы отправились ко мне домой и пару раз едва не воспламенили простыни. Тело жаждало вернуться в объятия Мэллори, однако все еще функционирующая часть мозга понимала, что нужно заняться делом.

— Не могу, крошка.

Я выбрался из постели, натянул брюки, взял «честерфилд», прикурил и глубоко затянулся.

Не помешала бы доза виски, но это еще впереди.

Может, ей и удалось отвлечь меня на время, но не больше. Я должен сосредоточиться, собрать всю свою энергию и снова отправиться в поход по улицам. Я должен выяснить, что случилось с Сарой. А заниматься этим, находясь в объятиях Мэллори, невозможно, какие бы удовольствия это мне ни сулило.

Дэвид сосредоточился на книге, пытаясь думать о подходящих словах, а не о женщине в своей постели. Однако стоило ей зашевелиться, и все пошло прахом. Руки неподвижно зависли над «оливетти». Он обернулся и посмотрел на эту женщину, которая совсем недавно возникла у него на пороге и вошла в его жизнь.

Она перекатилась во сне, обнажив икры ног и бедра; губы были полуоткрыты. В его пальцах возник зуд от непреодолимого желания прикоснуться к ней, погладить ее. Снова довести ее до пика страсти. Ни одна женщина не воздействовала на него так, как Джейси. Да, он хотел заниматься с ней любовью, но не только. Он хотел защищать ее, заботиться о ней. Хотел, чтобы она была рядом.

Тихо-тихо, чтобы не разбудить ее, он выбрался из-за карточного столика, который притащил в спальню. Прошлой ночью она сказала правду… насчет приоритетов. Чтобы добыть денег, ему требовалось изложить на бумаге историю Эла, но в то же время он чувствовал, что должен продолжать работать над романом о Монрое и Мэллори. Как и Джейси, эти герои захватили его и не отпускали от себя. Наверно, он не сможет уделять им все свое время; значит, придется использовать любую возможность, чтобы набросать то один эпизод, то другой. И рано или поздно он закончит роман. Черт, уж это-то он обязан сделать для своих героев.

В данный момент, однако, его голова была занята Джейси. Он подошел к ней босиком, стараясь не поскользнуться на разбросанных по полу листах бумаги. И постоял с минуту, просто глядя на нее. Потом натянул одеяло на ее голые ноги и подоткнул его вокруг, чтобы уберечь от утреннего холода.

Джейси еле слышно вздохнула и изогнулась. Спутанные волосы разметались во все стороны, и тем не менее выглядела она восхитительно.

Он словно провалился в дыру во времени, стоя там и глядя на нее, но в конце концов она открыла глаза. Сначала ее лицо ничего не выражало, но потом оно осветилось улыбкой.

— Доброе утро, — прошептала Джейси.

— И тебе доброе утро. Пятнадцать.

Она приподнялась на локтях, натянув простыню на грудь.

— Пятнадцать?

— Веснушек. У тебя на носу пятнадцать веснушек.

Она потерла нос, словно хотела таким образом пересчитать их.

— Это много или мало?

— Это замечательно. — Дэвид направился к двери. — Завтрак?

— Кофе, — ответила Джейси. — А потом еще что-нибудь.

— Что пожелаешь.

На кухне он выдвинул ящик с кучей всякого хлама, чтобы поискать там маленькую пластиковую ложку для отмеривания кофе. Никакой кучи. И если уж на то пошло, никакого хлама.

Странно.

Там, где прежде лежали клочки бумаги, купоны, гайки, болты, кофейные ложки, скрепки для бумаг, резиновые ленты, ножницы для ногтей и масса других вещей, для которых не нашлось лучшего места, Дэвид обнаружил разделенный на ячейки пластиковый лоток. Весь хлам был разобран и разложен по ячейкам: резиновые ленты — в одной, гайки, болты и скрепки — в другой, купоны аккуратно сколоты вместе.

Но ни одной кофейной ложки.

— Мне, э-э, не спалось, — донесся до него голос Джейси.

Он повернулся и обнаружил, что она стоит у двери, одетая в одну лишь тенниску, и вид у нее немного испуганный.

— Надеюсь, ты не против. Я искала столовое серебро, выдвинула этот ящик и… ну…

— Понятно.

В последний раз, когда у какой-то женщины хватило отваги попытаться навести порядок в его квартире, он расстался с ней прямо тут же. Он был уверен, что и сейчас у него вспыхнет желание указать Джейси на дверь, но…

Оно не вспыхивало. Скорее, все было наоборот. Он пожалел, что не успел навести здесь порядок до того, как она временно вошла в его жизнь.

— Дэвид? — Она обхватила его руками за талию, и он накрыл ее руки своими. — Ты не против?

Дэвид покачал головой.

— Нет, детка. Совсем не против.

Он произнес эти слова не думая, но они в полной мере соответствовали действительности. Джейси перевернула его мир вверх тормашками, и он не мог не признать, что это было приключение покруче, чем даже в Диснейленде.

— Правда, у меня есть один вопрос. Что ты сделала с кофейной ложкой?

— Она рядом с кофеваркой. Где и должна быть.

Там она и обнаружилась. Пока Джейси принимала душ, Дэвид приготовил кофе. Только она вышла из ванной, кутаясь в его купальный халат, как в дверь постучали.

— Я открою.

Она устремилась к двери. Дэвид схватился за край кухонного стола. Вокруг витал аромат свежеприготовленного кофе. Сцена была какая-то очень уж… домашняя: он хлопочет на кухне, она открывает дверь гостям. Жутко. А еще более жутко то, как спокойно он чувствовал себя этим утром рядом с нею.

— Надеюсь, это не кофе без кофеина, — сказал Финн, входя в комнату в сопровождении Милли.

— Ни боже мой, — ответил Дэвид. — Кофе без кофеина — это только для неженок.

— А не для настоящих парней вроде нас. — Финн обхватил за плечи Джейси и Милли и прижал их к себе. — Разве я не прав, дорогие леди?

Джейси засмеялась.

— Сегодня утром вы в удивительно хорошем настроении.

— На настоящего парня тяжкая работа всегда так действует.

Милли сделала большие глаза.

— Тьфу! Он всего-то приготовил завтрак. Все остальное сделала я.

Дэвид появился из кухни, неся чашку кофе для Джейси. Они с улыбкой посмотрели друг на друга.

— Что «все остальное», Милли? — спросил он.

— Выяснила все насчет твоего мистера Стемпла, разумеется.

— Это правда, — подтвердил Финн. — Пока я готовил яйца и тосты, Милли шуровала в Сети. Эта женщина чертовски здорово управляется с мышью.

— Но не со сковородой, — заметил Дэвид.

— Верно, — согласился Финн.

Дэвид спрятал усмешку. Милли была известна тем, что, готовя яичницу-болтунью, бросала в нее все имеющееся на кухне. Результат получался либо изумительный — это когда она пустила в дело лосось и сыр, оставшиеся от вечеринки, — либо чудовищный. Дэвид еще помнил вкус яичницы с яблоками и тунцом, которую она приготовила год назад.

Милли поплотнее запахнулась в кардиган.

— Никакого уважения, — сказала она Джейси, которую, похоже, ошеломил весь этот обмен репликами.

Финн наклонился и поцеловал Милли в щеку.

— Вы же знаете, мы любим вас.

Старая женщина фыркнула.

— Тогда налейте и мне кофе. — Она посмотрела на Джейси. — Ох уж эти мужчины!

Дэвид передал чашку Джейси и плюхнулся рядом с ней на диван. Милли устроилась за письменным столом. Финн гремел посудой на кухне.

— Ты навел порядок в ящике со всяким хламом, — сказал он.

— Пора уже, — ответил Дэвид. — Ну, так что там со Стемплом?

— Он гробовщик, — ответила Милли, глубокомысленно кивая головой.

— Значит, имеет доступ к телам, — сказала Джейси. — Все очень просто.

— А еще что о нем? — спросил Дэвид.

— Я позвонил Майку, — откликнулся Финн. — Стемпла неоднократно арестовывали, но виновным ни разу не признали. — Он вернулся в гостиную с чашками для себя и Милли. — Производит впечатление мелкой сошки при влиятельных друзьях.

— Как думаешь, мог он спрятать у себя или продать бриллианты на миллион долларов? — спросил Дэвид.

— Майк однозначно говорит, что нет. Однако готов спорить, Стемпл знает, как найти того, кто мог бы.

— Значит, нужно поговорить со Стемплом? — спросила Джейси.

Финн покачал головой.

— Он переехал.

— Исчез? — спросила Джейси.

— Вот именно. Я позвонил его домовладельцу, представившись частным сыщиком. — Финн отпил кофе. — Парень не заплатил арендную плату и смылся, не оставив в квартире ни одной вещи.

— Ну прекрасно, — сказала Джейси. — И что теперь?

— Думаю, он нашел скупщика для Эла в Сан-Диего, — заметил Дэвид. — Встреча, скорее всего, планировалась в том самом отеле. Я позвоню Картрайту. Пусть свяжется со своими друзьями-копами в Сан-Диего и возьмет у них список тамошних скупщиков.

— А мы можем расспросить в отеле, — добавила Джейси. — Вдруг кто-то вспомнит что-нибудь об Эле?

— Правильно, — согласился Дэвид. — С кем Эл встречался, кроме тебя, какой адрес указал и все такое прочее.

— Найти его следы, — сказала Милли.

Дэвид взял Джейси за руку, радуясь тому, что она сжала его пальцы в ответ.

— Почему бы нам не забросить твою сумку в машину и не прошвырнуться в Сан-Диего? — Он посмотрел на часы. — Вот только позвоню Картрайту, и можем ехать. Тогда к обеду мы уже будем на побережье.


Голова у Джейси шла кругом. Мертвые тела без зубов. Украденные бриллианты. Перепродажа ворованного добра. Взрыв в доме. Пропавший бойфренд. И самый восхитительный секс в ее жизни.

Не самая скучная неделя. И в целом, по мнению Джейси, она справилась совсем неплохо.

Но ехать в Сан-Диего? Прямо сейчас? Это невозможно.

— Я только-только нашла работу, — сказала она и посмотрела на часы. — Предполагается, что мне нужно быть там через час, а я еще даже не привела в порядок костюм Таши.

Ужас, как она обращалась с бедным костюмом этой ночью. Оставалось надеяться, что он не слишком помялся.

— Работа? — переспросил Дэвид. — Ты собираешься сегодня на работу?

— Конечно. Это одна из определяющих черт понятия «работа». Люди ждут, что ты там объявишься.

— Но ты же пока не объявилась.

Джейси бросила на Дэвида сердитый взгляд, и он поднял руки, защищаясь.

— Может, поедем туда в пятницу вечером? — спросила она, пытаясь предложить разумную альтернативу.

Дэвид встал, по-видимому раздраженный тем, что она хочет быть столь ответственной.

— По-моему, мы должны ехать немедленно. Нужно разобраться, что, черт побери, происходит.

— А мне нужна постоянная работа, — возразила Джейси.

Она откинулась на подушки, размышляя, слышит ли он ее вообще или думает только о своей книге.

— Ты даже не хочешь этой работы… — пробурчал Дэвид, не скрывая своего недовольства.

— Нет, я хочу эту работу, и я объясняла тебе почему. Суть в том, что мы можем никогда не поймать этого парня, но в процессе поисков поломаем мою жизнь. Если ты и впрямь беспокоишься обо мне, отвези меня на работу, а потом забери.

— Джейси… — начал Дэвид, но Милли перебила его.

— Тсс! — Она встала и взмахом руки велела ему освободить место на диване. — Нам, девочкам, нужно поговорить. А вы оба идите-ка пока отсюда. Отремонтируйте что-нибудь. Постройте ограду. В общем, займитесь мужскими делами.

Дэвид и Финн обменялись взглядами, а Джейси с трудом сдержала усмешку. Потом Финн пожал плечами.

— Что скажешь? Пойдем поохотимся на бизона?

Когда они с Дэвидом вышли и дверь за ними закрылась, Милли положила руку на плечо Джейси.

— Ну вот, дорогая. Может, расскажешь мне, в чем на самом деле проблема?

Джейси вытаращилась на нее.

— Простите?

— Ты напугана, потому что влюбилась в моего Дэвида.

Джейси открыла рот, чтобы возразить, и снова закрыла его, признавая, хоть и против воли, что, возможно, Милли права. Но это не имело никакого отношения к ее работе или к поездке в Сан-Диего.

— Это работа, Милли. Я должна работать.

— Зачем?

— Зачем? Ну, не знаю. Может, чтобы есть?

Милли откинулась назад.

— Теперь, когда он взялся за эту книгу, вы можете пожениться.

— Я пока не стала бы рассылать приглашения на свадьбу, Милли. Мы даже не помолвлены.

Милли похлопала Джейси по руке.

— Не беспокойся, дорогая. Все в свое время.

Хотелось бы Джейси иметь ее уверенность!

— Мой Дэвид позаботится о тебе, — продолжала Милли. — Обо мне, к примеру, он очень даже заботится.

— Что вы имеете в виду?

Милли наклонилась вперед — ни дать ни взять сплетница за чаем и пышками.

— Только не рассказывай Дэвиду, что я знаю об этом, — ему, похоже, нравится разыгрывать из себя Робин Гуда, — но он каждый месяц кладет деньги на мой банковский счет. Так сказать, делает доброе дело. Муж оставил меня в довольно плачевном финансовом положении.

Она отпила кофе, улыбаясь Джейси поверх края чашки.

— Правда?

Джейси задумалась. По словам Дэвида, он взялся за книгу только потому, что у него самого финансовые сложности. И тем не менее он заботится о Милли. И по-видимому, не говорит Милли, что ее расходы опустошают его банковский счет.

Для Джейси открылся еще один слой человека по имени Дэвид Андерсон. Человека, который поначалу показался ей великовозрастным подростком, а на поверку проявил себя как очень даже ответственная личность. Не говоря уже о том, какой он милый, очаровательный и необыкновенно сексуальный.

Но хотя с каждым мгновением он нравился Джейси все больше и больше, это не имело ровно никакого значения в долгосрочном плане. И не будет иметь, когда все кончится и она вернется к своей жизни и в свою квартиру, по-прежнему одинокая, без собственного угла и без семьи, если не считать матери, которая поддерживает отношения с дочерью, лишь посылая ей наложенным платежом подарки со всех концов мира.

У нее возникло искушение рассказать Милли о собственных финансовых трудностях Дэвида, но Джейси промолчала. Это их дело — Дэвида и его тети. Вместо этого она заговорила о том, что точно знала:

— Дэвид носится с идеей поехать в Париж, как только закончит книгу. Не думаю, что женитьба для него — вопрос первостепенной важности.

Печально, но факт.

— Дэвид всегда хотел поехать в Париж.

— Знаю. И если он всегда хотел этого, вам не кажется, что в один прекрасный день он так и сделает?

— Безусловно, — сказала Милли. — Если только у него не появится причина остаться.

Обгрызая ноготь, Джейси думала, что хорошо бы ей стать этой причиной, но понимала, что этому не бывать. Так легко пойти на поводу у страсти! Убедить себя, что, сливаясь телами, они соединяют и свои жизни. Однако она знала, что это не так. Именно опасаясь такого рода заблуждений, она еще в самом начале предостерегала себя от того, чтобы спать с ним.

И так легко уступить, просто поехав в Сан-Диего. Она ведь на самом деле вовсе не жаждала по восемь часов в день сидеть за компьютером. Однако ее беспокоило, что она все дальше и дальше отходила от своего плана — уступая очарованию Дэвида, делая наброски вопреки опасности превратиться в Безымянного Художника. Проклятье, она даже дважды вытаскивала мобильник, чтобы позвонить Грегори. Оба раза ей удалось остановить себя, потому что, черт побери, она не хочет за гроши расписывать стены.

Она уже взрослая и не желает, чтобы о ней говорили, что она пошла в свою мать. Она хочет быть ответственной. Даже у Таши есть пухленький пенсионный счет, а у Джейси всего триста сорок семь долларов и десять акций диснеевского фонда. Ничтожно мало.

Значит, решено. Ехать в Сан-Диего сейчас было бы ошибкой. Скоро вся эта история с Дэвидом подойдет к концу, и где тогда окажется Джейси? Тридцать лет, никакой работы — и никакой любви.

Не слишком радужная картина.

Она встала и покачала головой.

— Очень жаль, Милли. Но обо мне позаботиться некому, кроме меня самой.


— Вот тебе и Милли с ее знаменитым умением убеждать, — сказал Финн, кивая в сторону гаража.

Дэвид резко обернулся и увидел, как Джейси тянется к ручке, чтобы открыть дверь гаража.

— Вот черт!

Это было еще слабо сказано. Он хотел поехать в Сан-Диего, чтобы расследовать историю с Элом. Он также хотел увезти Джейси из Лос-Анджелеса, города, пребывать в котором в последнее время стало для нее небезопасно. Однако больше всего он мечтал о днях и ночах в отеле на берегу моря, чтобы только он и Джейси, и обслуживание в номере, и джакузи.

Но вот она идет в гараж, где стоит «Люси», и это, надо полагать, означает, что его фантазия не воплотится в жизнь раньше выходных. Проклятье!

Он двинулся в том же направлении, наблюдая, как она взялась за ручку старомодной двери, повернула ее и потянула дверь на себя. Солнце вставало позади гаража; он не видел того, что находится внутри, и по опыту знал, что Джейси тоже не видит. Она пошарила рукой по стене и нашла выключатель. Вспыхнули флуоресцентные лампы.

Потом Дэвид увидел «Люси». И услышал, как закричала Джейси.


— Глазам своим не верю, — пробормотала Джейси, уткнувшись лицом в плечо Дэвида, пытавшегося ее успокоить. Она откинула голову и заглянула ему в лицо в поисках ответа, которого у него не было. — Каким же чокнутым нужно быть, чтобы сделать такое?

— Все будет в порядке, детка.

Он погладил ее по спине, пытаясь сохранять спокойствие перед лицом того факта, что кто-то — скорее всего, Регги Бартон — сотворил в гараже форменное безобразие. Факта, означающего, что этот кто-то следовал за Джейси от ее дома, потому что, черт побери, как иначе можно было узнать, где ее машина?

— Мы отремонтируем «Люси».

Машина стояла перед ними несчастная и израненная. Дверцы распахнуты, сиденья взрезаны, так что вылезла набивка, «бардачок» открыт. Даже блестящая новенькая окраска выглядела тусклой, хотя и не пострадала.

Полиция еще не приехала, но Финн ушел в дом, чтобы позвонить им. Скоро Джейси придется снова давать показания. Да, еще та выдалась у нее неделя!

— С «Люси» все будет нормально, — сказала Джейси. — Я могу ее отремонтировать. Но эти люди никак не оставят меня в покое, Дэвид. Более того, они подобрались совсем близко. Как тут чувствовать себя в безопасности? — Она обхватила себя руками и начала потирать плечи, словно замерзла. — Я хочу развязаться с ними. Хочу выяснить, что произошло с Элом.

— В таком случае, дорогая, нужно ехать в Сан-Диего.

— Знаю. — По ее губам скользнула бледная улыбка. — Какого черта, в конце концов? Бухгалтерскую работу я всегда себе найду.

— Если ты действительно хочешь этого.

Однако Дэвид знал, что на самом деле она ничего такого не хочет. И надеялся — ради нее! — что она поймет это до того, как искорежит себе душу, пытаясь быть не тем, кем является. Он сам прошел через это и не хотел бы, чтобы тем же путем прошел человек, за которого он тревожился.

Обхватив Джейси за плечи, он повел ее к двери.

— Пошли. Давай соберем вещи, чтобы выехать сразу же после того, как отбудут копы. Думаю, морской воздух пойдет тебе на пользу.

Она остановилась и покачала головой.

— Не так быстро. Сначала я хочу на скорую руку починить «Люси». Или хотя бы начать.

— Не волнуйся, дорогая. Мы сделаем это вместе.


— Ну ты и засранец! — Регги расхаживал туда и обратно, ударяя кулаком по ладони. Эл съежился, каждое мгновение ожидая, что этот кулак расплющит ему лицо. — В сиденье, ты сказал. Бриллианты в сиденье. — Он остановился, возвышаясь над Элом, словно стена. — Ну, мы располосовали всю машину, и что же? Ни единого бриллианта!

Просто какой-то ночной кошмар! Эл надеялся, что вот-вот проснется, хотя знал, что этого не произойдет. Ситуация хуже некуда, и он увяз в ней, как муха в патоке.

— Ты соврал, кусок дерь…

— Нет! — вскрикнул Эл, прикрываясь рукой от ударов, которые могли обрушиться на него в любую минуту. — Я не врал! Клянусь. Я спрятал бриллианты в пассажирском сиденье. Там была щель, и я засунул их в нее, в такой мягкой сумочке, которые женщины используют для драгоценностей. — Он потер ладонями лицо. — Она, наверно, нашла их. Другого объяснения я не вижу.

— Плевал я на твои объяснения! Джо не интересуют никакие объяснения. Он надерет мне задницу, если я не найду эти бриллианты, а значит, я надеру задницу тебе.

Они находились в комнате мотеля на расстоянии где-то около мили от дома старухи. Мерзкое местечко. Из тех, где никто и ухом не поведет, обнаружив на полу окровавленное, изуродованное тело Эла.

Живот свела судорога.

— А может, ты просто хочешь сделать из меня неудачника? — продолжал Регги. — Джо утопит меня в реке, и тут появляешься ты и показываешь ему, где бриллианты, да? — Регги надвигался на него, и Эл чуть не задохнулся от гнилостного запаха его дыхания, сочетающего в себе ароматы тухлых хот-догов и пива. — Ты это задумал, Эл? А?

— Нет, — заскулил тот и добавил уже спокойнее: — Конечно нет.

Он сделал глубокий вдох. Так, нужно хорошенько подумать. Вычислить, как выбираться из этого дерьма. Как поступают герои триллеров? Выворачивают ситуацию наизнанку и приспосабливают ее под себя. Правильно? Правильно.

Но как?

Регги сделал еще шаг вперед, и Эл сказал первое, что пришло в голову, заботясь лишь об одном — как бы мощный кулак не сломал ему челюсть.

— На Джо не так-то легко работать, правда?

Регги уставился на него, прищурившись.

— Я… ну… он не проявляет особой благодарности, верно? Ты так стараешься, а он только и делает, что орет на тебя. Вроде как тебя обижают, приятель.

— Я тебе не приятель.

— Нет, — тут же поправился Эл. — Но и Джо тоже. Думаешь, он уделит тебе хоть немного, когда ты найдешь эти бриллианты? — Он быстро продолжил, не давая Регги ответить: — Конечно нет. И это несправедливо, поскольку именно ты рискуешь своей задницей, разыскивая их.

— Чертовски верно.

Прежде чем нанести решающий удар, Эл сел на край постели рядом с Регги.

— Так с какой стати вообще отдавать их ему?

Регги нахмурился.

— Что ты мелешь? Джо не любит, когда его водят за нос. Такие люди плохо кончают.

— Только в том случае, если Джо их находит. А имея полмиллиона, можно убраться ой как далеко от Джо Мэлоуна.

— Не пойму, о чем ты толкуешь.

Эл напрягся: вот он, момент истины.

— Я толкую вот о чем. Почему бы нам не найти бриллианты и не смыться с ними? — Он, конечно, рассчитывал больше, чем на полмиллиона, но в данный момент это было лучше, чем любая возможная альтернатива. — Я помогу тебе выбраться из страны. Тут у меня все схвачено.

Регги защелкал костяшками пальцев; Эл почти видел, как крутятся колесики у него в голове, переваривая информацию.

— Ну ты и скользкий тип, — сказал наконец Регги; не совсем тот ответ, на который Эл рассчитывал. — Выходит, ты все-таки знаешь, где бриллианты.

Эл покачал головой.

— Нет. Не знаю. Но раз мы проделаем всю эту работу, чтобы найти их, не кажется ли тебе, что мы должны иметь с этого навар?

Он затаил дыхание, ожидая ответа Регги. И тот после паузы кивнул.

— Ладно. С чего начнем?

Эл испустил вздох облегчения. Оставалась одна беда: никаких идей у него не было. Он встал и принялся расхаживать по комнате, ломая голову над тем, что, собственно, произошло. Вроде бриллиантов у девчонки нет, но и в машине их тоже нет. Регги взрезал обивку, и Эл сам обыскал все под ней. Черт, он еще помнил ощущение, когда его рука касалась…

…материи?

— Что? — спросил Регги, не спуская с него взгляда.

Эл поднял палец.

— Подожди секундочку.

Он попытался вспомнить, как все происходило в марте. Когда он забрался в автомобиль, было темно, но рука ощущала винил. Не материю — винил!

— Она поменяла сиденья. Бриллианты в старых сиденьях! — Он стукнул кулаком по кровати и снова принялся расхаживать по комнате. — Нужно найти их.

— Значит, возвращаемся к дому старухи, дожидаемся, пока девчонка останется одна, и хватаем ее. — Регги ударил кулаком в ладонь. — А потом я с ней поболтаю немного.

Эл не был так уж уверен, что план Регги приведет их к сиденьям, но других идей у него не было. Конечно, мысль о том, что придется смотреть, как Регги делает из Джейси кровавое месиво, казалась не слишком привлекательной. Хотя… какого черта? Лучше Джейси, чем сам Эл.

По крайней мере, в данный момент Регги на его стороне. И Эл намеревался сделать все, чтобы так продолжалось и дальше.


Джейси высоко вскинула ногу, представив себе, что целится в подбородок Регги. Но не устояла и упала на песок. Вот тебе и отбилась от плохих парней.

Она несмело улыбнулась охраннику, которого Дэвид упросил приглядывать за ней — просто на всякий случай.

— Наверно, практики пока не хватает, — сказала она.

— Да, есть немного, — согласился тот.

— Ну, я не знаю. — Дэвид подошел к Джейси. — Грабителям всегда на руку, если ты сам шлепаешься на землю. Им меньше работы.

— Ха, ха, ха. — Она приняла протянутую руку, встала и отряхнула песок. — И что ты выяснил?

— Да практически ничего. Эл, по-видимому, даже не регистрировался в отеле, ни как Алберт Элкот, ни как Чарльз Лафонтен.

— Кто-нибудь опознал его?

— Ни один человек.

Она фыркнула.

— Что?

— Да нет, просто вспомнила то, о чем я тебе уже говорила. После нашего приезда сюда я то и дело вижу Элов.

Может, и не на каждом шагу, но дважды ей точно почудилось, что она видела его в баре. Но когда она оглянулось, его, конечно, там не было. В общем, что-то вроде сверхъестественного дежавю. Скорее всего, дань тому, что она когда-то была здесь с Элом. Джейси отбросила эту мысль; теперь она тут с Дэвидом, и это совсем, совсем другое дело.

— И что будем делать? — спросила она.

Он посмотрел на часы.

— Через пятнадцать минут встречаемся со скупщиком. Ты готова?

Она кивнула, попрощалась с охранником, и они отправились в ресторан на открытой террасе. Скупщик, тип с бегающими глазками и вообще самого преступного вида, уже ждал их.

— Клайв Рэндол? — спросил Дэвид.

Тот кивнул.

— Надзирающий офицер говорит, у вас есть ко мне вопросы.

— Бриллианты, — сказал Дэвид, усаживаясь. — Хотелось бы узнать, не нанимали ли вас четыре месяца назад перепродать бриллианты на миллион долларов.

Мужик облизнул губы. Джейси принялась мять в руках салфетку. В последнее время она вошла в такое близкое соприкосновение с преступным миром, что нервы у нее совсем разыгрались.

— Не волнуйтесь, — продолжал Дэвид. — Я не коп. Я просто ищу парня, который нанимал вас.

— Стемпла, — выпалил Клайв.

Джейси посмотрела на Дэвида.

— Правильно, — сказал тот. — А с кем вы должны были встретиться?

— С каким-то адвокатом.

Джейси и Дэвид переглянулись, мысленно возрадовавшись. Они оказались правы. Бриллианты украл Эл.

— Но вы с ним не встретились?

Клайв покачал головой.

— Я сидел в тюрьме, дожидаясь, пока моя старуха возьмет меня на поруки. Жаль, черт побери. Я мог бы хорошо подзаработать на этой сделке.

Джейси наклонилась вперед, решив принять участие в расследовании.

— Может, это сделал кто-нибудь еще… ну, вашего рода занятий?

— Не думаю. До меня дошли бы слухи.

Дэвид задал еще несколько вопросов, но Джейси понимала, что больше они ничего из Клайва не вытянут. В чем-то он помог, но у него не было ответа на главный вопрос: сумел Эл продать бриллианты или нет?

— Возвращаюсь к своему первоначальному вопросу, — сказала Джейси, когда они покинули террасу и вернулись на побережье. — И что теперь?

— Завтра хорошенько расспросим персонал. На этот раз утреннюю смену. А сейчас…

Он многозначительно смолк, и Джейси пошевелилась в кольце его рук.

— Думаю, мне понравится то, чем мы займемся прямо сейчас.

— Не знаю, не знаю, — поддразнил ее Дэвид, зарывшись носом в ее волосы. — Может, лучше, чтобы ты посмотрела фильмы, которые я тебе дал? Хоть какая-то практика.

Она отодвинулась.

— Трудно практиковаться, тыча пальцами в глаза плохому парню, если под рукой нет плохого парня. — Она облизнула губы. — Кроме того, идея Милли мне нравится больше.

Ухватившись для равновесия за Дэвида, она выбросила ногу, в своем воображении нанося удар в украшенное шрамом лицо Регги.

В реальности это выглядело так, будто с ней самой случился удар.

— Не пойми меня неправильно, дорогая, но если ты окажешься в ситуации, когда не сможешь ткнуть ему пальцем в глаз, а сможешь лишь нанести удар ногой, то…

— Что?

— То лучше беги.

Джейси вздохнула и снова прижалась к нему.

— А еще лучше, если ты будешь рядом, чтобы защитить меня, — пробормотала она и тут же пожалела об этом.

И пожалела еще больше, когда Дэвид не ответил. Она подняла голову и увидела, какое грустное у него сделалось лицо.

— Неплохо бы, детка, но я не всегда буду рядом. — Дэвид погладил ее по волосам. — Но буду я рядом или нет, хотелось бы, чтобы ты была в безопасности.

Смысл его слов не оставлял сомнения для толкований, хотя он и выразился достаточно уклончиво.

Ничего не изменилось.

Она облизнула губы. Неправда. Все изменилось. Прежде она не хотела Дэвида — ни в данный момент, ни навсегда, — а теперь хотела. Однако не настолько, чтобы ставить под удар жизнь, о которой всегда мечтала.

А это означало, что нужно дорожить каждым мгновением, пока они еще вместе.

Она прижалась к его груди, вдыхая чистый, такой мужской запах. Цени каждый момент, потому что кто знает, сколько этих моментов еще осталось?

— Хочешь, пройдемся по берегу? — спросил Дэвид.

Она покачала головой.

— Нет, я хочу вернуться в номер. — Ее взгляд проник ему в самую душу. — Хочу, чтобы ты любил меня, Дэвид. Чтобы ты любил меня всю долгую ночь.

Глава 13

— Надо же! Мне все-таки довелось повидать знаменитого мистера Монроя.

Этот мягкий женский голос разбудил меня. Золотоволосая девушка с фиолетовым синяком под глазом, неведомо как оказавшаяся в моей спальне, достала сигарету и закурила.

— Хотите?

— Эти штуки опасны для жизни.

— Много что на свете опасно для жизни, мистер Монрой.

В словах девушки был смысл. Я поднял на нее взгляд. Изящная блондинка, но жесткая и царственно высокомерная.

— Сара Стамп, надо полагать?

— Я же говорила, он хорошо соображает.

Голос Мэллори. А вот и она сама, вышла из ванной.

— Ну, похоже, вся шайка в сборе, — сказал я и посмотрел на Сару. — Может, сейчас самое время доставить вас домой?

Она покачала головой.

— Не думаю, мистер Монрой. Никуда вы меня не доставите.

— Вы больше не занимаетесь этим делом, мистер Монрой, — добавила Мэллори. — Сара в безопасности. Теперь вы можете просто уйти.

— Тогда зачем вы здесь? Чтобы продемонстрировать мне, что она в безопасности и я могу идти своим путем?

— Совершенно верно, — ответила Мэллори. — Возвращайтесь к своей маленькой жизни, а я вернусь к своей.

— Не пойдет. Все это дурно пахнет. — Я понюхал воздух. — Что-то происходит.

— Даже если и так, — сказала Сара, — вы понятия не имеете, что именно и с чего начать.

Эта дама была права. И все же что-то определенно было. Что-то, что я упустил…

И вдруг я вспомнил. Отдельные куски головоломки встали на свои места. Большинство из них, по крайней мере.

— Вот тут вы ошибаетесь. Я знаю, с чего начать.

— Вы блефуете, мистер Монрой, — сказала Сара.

— Вот как? Откуда у вас синяк под глазом? Кенни поставил, перед тем как вы убили его? Или вы всего лишь споткнулись на своих высоких каблуках?

Мэллори облизнула губы. Они с Сарой обменялись взглядами.

— Что вы собираетесь делать?

Я смотрел на нее, пытаясь принять решение.

Истина состояла в том, что в данный момент мне было плевать и на Сару, и на полковника, и на того кретина, который ударил меня по голове. Единственная, на кого мне было не наплевать, это Мэллори. Я хотел ее.

Я хотел Мэллори, и, так или иначе, я ее получу.

Джейси не оказалось рядом, когда Дэвид открыл глаза, и его тут же охватила тоска. Перегнувшись, он взглянул на часы: 3.28. Он упал на подушку. Слишком рано. Как ни посмотри, слишком рано.

Он лежал, прислушиваясь и дожидаясь, пока глаза привыкнут к полумраку. На диване Джейси не было. Он перевел взгляд на балкон, подумав, что она вышла посмотреть на берег, залитый лунным светом. Никакой Джейси. Охваченный тревогой, он откинул одеяло и включил свет. Где она, черт побери?

И вдруг Дэвид увидел серебряный лучик света, пробивающийся из-под двери ванной. Только тут он осознал, как сильно встревожился. Он постучал в дверь.

— С тобой все в порядке?

— Все отлично, — ответила она. — Просто принимаю ванну.

Пауза. Потом:

— Хочешь ко мне?

Он засмеялся.

— Ты задалась целью уморить меня.

— Мы задались целью уморить друг друга.

Он толчком открыл дверь, и тело тут же среагировало на зрелище мокрой, скользкой женщины в ванне. Влажные волосы кудрявились вокруг лица. Кожу покрывали серебристые пузырьки — очень скромно, но в то же время очень эротично.

На опущенной крышке туалета лежала стопка бумаги. Дэвид вгляделся. Что это?

— Ты разрешил мне, — сказала она. — Я постаралась не замочить страницы.

Его рукопись. Она взяла с собой его рукопись.

Живот у него свело. До сих пор никому не дозволялось читать его роман. Он ожидал, что сейчас его накроет волна сожаления — из-за того, что, одурманенный желанием, он дал Джейси это разрешение. Однако никакого сожаления не было. Скорее, совсем наоборот.

— Ну, и что ты думаешь?

Он затаил дыхание: оказывается, ее мнение значило для него больше, чем он ожидал.

— Мне нравится, — сказала она.

— Правда? Или это типа «мы только что так классно занимались любовью» и поэтому нравится?

Ее смех воспламенил Дэвида, и его плоть снова отвердела.

— И то и другое, — ответила Джейси. — Но все-таки больше просто нравится. Забавно и необычно. Не бросай его.

Он покачал головой.

— Я и не бросаю. Откладываю на время, это да. Но совсем бросить не могу.

Она сжала губы, и у него мелькнула мысль, не подумала ли она в этот момент о своем рисовании. Потом ее лицо просветлело, на губах заиграла улыбка.

— И чем все кончится?

— Не знаю. Монрой пока не доложил мне.

— Ты такой странный, Дэвид!

Он подобрал страницы и уселся на крышку унитаза.

— Это часть моего очарования, дорогая.

— Да, — согласилась она с неясными нотками в голосе. — Насчет этого ты прав.

— Устала?

— Немного.

Он протянул руку, она приняла ее и встала, поднимаясь из воды, словно богиня из моря. Пузырьки все еще липли к ней, главным образом к самым чувствительным местам. Дэвид боролся с желанием взять ее прямо здесь, пузырьки там или нет. Однако обоим требовалось поспать, и, страстно желая заняться с ней любовью, он не менее сильно хотел уплыть в сон, чувствуя рядом ее теплое тело.

Свободной рукой он взял полотенце и начал вытирать ее.

— Пошли в постель?

Джейси кивнула. Под одеялом она прижалась к нему и почти сразу уснула. Обнимая эту женщину, он чувствовал себя на седьмом небе. Никогда, никогда не найти ему слов, чтобы выразить, какая она необыкновенная.

Она слегка пошевелилась, еще теснее прижимаясь к нему. Он вздохнул. Проклятье! Как жаль, что она стремится к такой жизни, которая ему даром не нужна.

И как жаль, что он влюбился в нее.


Джейси проснулась в объятиях Дэвида и прижалась к нему, такому теплому, чувствуя себя в безопасности и любимой.

Насчет последнего, впрочем, это всего лишь иллюзия. Она понимала это. Они хотят разного, и потому ничего настоящего между ними возникнуть не может, как бы хорошо ни было им в постели. И как бы ни тосковало по Дэвиду ее сердце.

Расстроившись, она выбралась из постели, стараясь не разбудить его. Светила полная луна, мир за окном утопал в серебре, и Джейси вышла на балкон, представляя себе, какое буйство красок будет сопровождать завтра восход солнца. Некоторое время она постояла там, чувствуя себя маленькой и одинокой, а потом вернулась в номер и взяла мобильник. Никаких угрызений совести она не испытывала. Бодрствуя, Таша не расставалась с телефоном. А учитывая ее любовь к второсортным фильмам, обнаружить Ташу бодрствующей в середине ночи было совсем нетрудно.

Джейси бросила взгляд на Дэвида, сила которого ощущалась даже во сне, вышла наружу и прикрыла за собой дверь.

— Привет, — сказала она.

— О господи! — взволнованно откликнулась Таша. — Я собиралась позвонить тебе утром. Никак не могла придумать предлог для звонка в отель посреди ночи. Как Сан-Диего? Нашли что-нибудь?

— Об Эле ничего, — ответила Джейси.

О ее чувствах к Дэвиду? Тут, по правде говоря, многое прояснилось.

Отбросив эти мысли, она бегло пересказала Таше, как проходило их неудачное расследование.

— Мы, конечно, не оставляем попыток, но пока пусто.

— Полиция тоже ничего не выяснила об этом громиле, которого ты приложила в квартире. — Таша помолчала. — Однако кое-что здесь произошло. — Внезапно ее голос оживился настолько, что Джейси подумала, уж не танцует ли она на кухне. — Угадай.

— Вы с Бобом совершили великий поступок.

— Нет!

Подумать только, эта женщина просто захлебывалась от счастья. С чего бы вдруг?

— Тогда что же? — спросила Джейси, не будучи в настроении отгадывать загадки.

— Я в конце концов взяла его в оборот.

— Ну надо же!

Джейси прислонилась к стене, моментально забыв о своих проблемах.

— Да, можешь себе представить. Прямо так и спросила: почему он не предпринимает никаких попыток переспать со мной?

— Да уж, ты не разводишь церемоний.

— А с какой стати? Я хотела выяснить, и я выяснила.

— Ладно-ладно. И что он сказал?

— Спросил, спала ли я с другими своими бойфрендами с места в карьер.

— Звучит не очень-то вежливо.

— Мне тоже так показалось. И я подумала, что сейчас услышу лекцию об опасности заболеваний или что-нибудь в этом роде. Но решила подыграть ему и ответила «да».

— И?

Джейси взмахнула рукой, как будто подруга могла ее видеть.

— И он поцеловал меня и объяснил, почему не торопится. — Таша засопела и продолжила срывающимся голосом: — Потому что хочет отличаться от всех других парней.

— Ты плачешь?

— Да.

Таша снова засопела.

— Почему? Что не так?

— Ничего, — прорыдала Таша. — А потом он сказал, что просит меня выйти за него замуж.

— О господи! — Джейси вытерла лицо, только сейчас осознав, что тоже плачет. — Значит, вы помолвлены. Ох, Таша, это замечательно!

Это и впрямь было замечательно, но все же Джейси ощутила крошечный укол зависти. И едва они распрощались — Таша пообещала показать кольцо при первой же возможности, — Джейси целиком отдалась чувству зависти и разрыдалась.

Слезы струились по лицу. Вытирая их тыльной стороной ладони, она подошла к шезлонгу и уселась в него, подтянув колени к подбородку, чтобы защититься от океанской прохлады. Внизу мерно плескались волны.

Это было ошибкой — спать с Дэвидом. Чудесной, изумительной ошибкой, но все-таки ошибкой. Она хочет человека, которому нужна. И не на то время, пока они ищут пропавшие бриллианты, а навсегда. Человека, который не меньше ее хотел бы семью и дом.

И если только не случится какого-нибудь чуда, Дэвид не тот человек.

Она сглотнула, глядя на него сквозь стеклянную дверь. Чем дольше она остается с ним, тем труднее ей будет уйти. Она все время подозревала, что одна ночь или даже несколько ночей — это не для нее. И все же допустила, чтобы изумительный секс — и изумительный человек — одурманил ее сознание.

Но теперь наступает момент, когда терзания перевешивают удовольствие.

Пора остановиться.

Она полюбила его. Черт побери, она действительно полюбила его.

Но раз ей не дано сохранить Дэвида навсегда, пусть его не будет вообще. Больше так продолжаться не может.

Ее сердце просто этого не выдержит.


Дэвид проснулся от движения постели. Он открыл глаза и тут же сощурился от света настольной лампы. Джейси сидела рядом, покачиваясь на краю матраса.

Он подвинулся, освобождая ей место, и откинул простыню.

— Иди сюда скорей. Водичка отличная, — шутливо произнес он.

Она улыбнулась, но не двинулась с места, а в ее глазах застыла печаль. В голове у Дэвида зазвенел сигнал тревоги. Ему было знакомо это выражение — он видел его на лице Сьюзен. Только тогда, со Сьюзен, он втайне почувствовал облегчение. Сейчас же, с Джейси, внутри все сжалось.

Он взял ее за руку, надеясь, что ошибается.

— В чем проблема? — Он постарался придать голосу легкомысленное звучание. — Мы превысили твою квоту?

Она поджала губы, и у него мелькнула мысль, что легкомысленный тон — не самый удачный выбор.

— Я не могу больше. — Она встала и обеими руками взлохматила волосы, так что они встали дыбом. — Я думала, что смогу, и мне нравится заниматься с тобой любовью, действительно нравится, но просто я девушка не того типа, которая может так.

Она принялась расхаживать туда и обратно, как будто нуждалась в движении, чтобы сохранить контроль над собой. Дэвид вылез из постели, поймал Джейси, когда она свернула в его сторону, и крепко ухватил за плечи.

— Что значит «так»? Чего ты не можешь?

— Вот этого. — Она повела рукой между ними. Слезы потекли из ее глаз, и Дэвид увидел в них подлинную боль. — Не могу больше обманывать себя, что это обернется чем-то стоящим.

— Для меня это достаточно стоящее, — сказал он, почувствовав, как перехватило горло.

Тяжелые слезы повисли у нее на ресницах. На мгновение их взгляды встретились, однако Джейси тут же отвела взгляд и прошептала:

— Но ведь не навсегда?

Вот оно. Нож, который она поворачивала в его ране. Он может быть только таким, какой есть, но достаточно ли этого для нее? Для Сьюзен оказалось недостаточно.

Он погладил Джейси по щеке, и сердце у него чуть не разорвалось, когда она подняла на него взгляд зеленых, широко распахнутых печальных глаз.

— Дорогая, это зависит от тебя.

— От меня?

— Я хочу больше, чем просто веселого времяпровождения. Черт, Джейси, я хочу тебя.

В ее глазах мелькнула настороженность.

— Но?

— Никаких «но».

Он подошел к балконной двери и бросил взгляд на бьющиеся о берег волны.

— Это что, предложение?

От ее шепота сердце у него сжалось. Он сделал глубокий вдох и повернулся к ней. Он хотел ее. Господи, помоги ему, как он хотел ее. Однако нужно быть честным. Он не был честен со Сьюзен, пытался играть не свою роль — и в результате причинил ей страдания. Он не хотел, чтобы Джейси пострадала из-за того же.

— Мне не нужен дом, мне не нужны дети. Может быть, со временем, но не сейчас. И мне не нужна закладная. Я хочу путешествовать. Я хочу писать. — Он посмотрел ей в глаза. — И если ты хочешь быть рядом, тогда да, это предложение.

Она медленно прижала пальцы к губам.

— Ну, похоже, я была права.

Он не ожидал такого ответа и удивленно посмотрел на нее.

— Насчет чего?

— Насчет «но». — Она не сводила с него взгляда. — Всегда есть «но». Какое уж тут навсегда? Я люблю тебя, Дэвид. Правда, люблю. Но так я не могу. Не могу.

«Люблю». Это слово подталкивало его дать обещание, которого он не мог сдержать. Обещание, что он будет зарабатывать деньги и косить лужайку и порвет билет в Европу. Однако он знал, что ничего этого делать не станет и все кончится тем, что она уйдет, в точности как Сьюзен.

Трудно, ох как трудно было потерять Джейси сейчас, когда она только-только стала принадлежать ему. Эта мысль была невыносима.

Он пробежал пальцами по волосам, подыскивая слова, чтобы убедить ее в том, что, если она будет и дальше цепляться за свои мелкие ценности, это может обернуться для них обоих утратой целого мира. Черт побери, он не хотел терять Джейси из-за ее упрямства.

— Ради Христа, Джес! Забудь о своем плане. Идем со мной. Будешь рисовать на улицах Парижа. Будешь продавать свои картины в галереях Ниццы. Чего ты боишься, черт побери?

— Для тебя это легко, правда? — хрипло спросила она.

— Джейси…

— Правда?

Он кивнул. А что еще ему оставалось делать?

— Да. Легко. Быть собой вообще легко.

— Удачи тебе. Для меня это труднее всего на свете.

Глаза Джейси наполнились слезами, одна слезинка перелилась через край. Внутри у Дэвида все сжалось. Он вцепился в спинку кресла, удерживая себя от того, чтобы подойти к ней и смахнуть слезы.

На ее губах заиграла слабая улыбка.

— Когда мы только встретились, я подумала, что ты псих. Я ошиблась. Ты замечательный.

Голова у него пошла кругом; он впитывал ее слова, точно нектар, хотя и понимал, что в принципе они ничего не изменят.

— Если я такой замечательный, то в чем проблема?

— Ты — это ты, а я — это я. И я не хочу жить той жизнью, какой хочешь ты. Не могу. Больше не могу.

— Ты просто боишься, — возразил Дэвид.

Он не подначивал Джейси. Он хотел, чтобы она поняла. Хотел убедить ее.

— Да, боюсь, — сказала она. — Мне почти тридцать, а я даже не начала обустраивать свою жизнь так, как хочу. Или, может, ты готов истратить часть аванса на то, чтобы купить вместе со мной дом?

Он покачал головой.

— Ну вот мы и пришли. — Она скрестила на груди руки. — Ты хочешь, чтобы я собрала вещички и таскалась за тобой по всему миру, а сам не готов пойти ни на какой компромисс ради меня, да?

— Потому что это не ты.

— О чем ты? — спросила она ледяным тоном.

— Черт возьми, Джейси! Ты же художница. Так и будь художницей.

Ее губы сжались в тонкую ниточку.

— Прекрасно. Буду. Мы купим дом и переделаем гараж в студию. А одну спальню — в твой кабинет. И четыре раза в год будем ездить в какие-нибудь экзотические места вроде Тосканы: ты — с пишущей машинкой, я — с альбомом. — Она уперла руки в бедра. — Разумно звучит? Потому что если нет, значит, не тебе меня осуждать.

Он молчал. Она права. Черт ее побери, она абсолютно права.

— Что? — воскликнула она. — Не готов ухватиться за эту возможность? По-моему, нет.

— Джейси…

Она вскинула руку.

— Нет, не говори ничего. Мне очень жаль. Я начала этот разговор, но у меня не было намерения устраивать сцену. Еще не открыв рот, я знала, чем все кончится. — Слезы снова побежали по ее щекам, и она смахнула их. — Когда мы завтра вернемся в Лос-Анджелес, поможешь мне установить сигнализацию?

Он кивнул, прекрасно понимая, что стоит за ее словами. Нужно сделать так, чтобы Джейси могла находиться в безопасности у себя дома. Когда она покинет его квартиру.

Черт, когда она покинет его.

Глава 14

— Как вы узнали? — спросила Мэллори.

— Все встало на свои места, когда я вспомнил голос вашего отца-пингвина, который чертовски хорошо владеет пистолетом.

Тут я все им и выложил. Синяк на лице Сары, репутация Кенни как отнюдь не джентльмена, смерть Большого Сола. И утверждение полковника Стампа, что его дочери в состоянии сами о себе позаботиться.

Сара и в самом деле пропала, но, когда Мэллори наняла меня, Кенни буквально озверел. Он убил Большого Сола и избил Сару. Она опасалась за свою жизнь — и в какой-то момент вышла из себя. К тому времени, когда я встретился с полковником, он знал, что его младшая дочурка вернулась, но также знал, что она в бегах.

— Вы молодец, мистер Монрой, — сказала Мэллори. — Но вообще-то я и раньше знала, насколько вы хороши.

От ее слов все внутри у меня вспыхнуло. Впрочем, я и сам мог напомнить ей пару моментов, когда она тоже была чертовски хороша.

— Почему вы решили отказаться от моих услуг? — спросил я, решив выяснить все до конца.

— Если бы вы продолжали искать Сару, папочка позаботился бы о том, чтобы отправить вас на тот свет. Он знал: рано или поздно вы поймете, что Кенни убила она.

Я закурил «честерфилд», глубоко затянулся и выдохнул в задымленный воздух комнаты.

— Значит, это сделала она.

— Что теперь со мной будет? — спросила Сара.

Я покачал головой.

— Ничего. Я больше не занимаюсь этим расследованием, вы не забыли?

Проклятье, эта девушка оказала миру любезность, освободив его от Кенни Таунсенда.

Я посмотрел на Мэллори.

— Вы так старались, чтобы я не совал нос не в свои дела. К чему все эти хлопоты? Почему было просто не дать папочке позаботиться обо мне?

— Что за проблема, милый? Вы так хорошо разобрались в этом деле, но все еще ничего не поняли насчет меня? Насчет нас?

Эти слова прозвучали музыкой для моих ушей.

— Дорогая, — я обнял ее и притянул к себе, — некоторые вещи слишком хороши, чтобы быть правдой.

Пальцы Дэвида замерли над клавиатурой. Ему нужно было записывать историю Эла, а он почему-то все время возвращался к Мэллори и Монрою, стремясь привести их к счастливому концу, которого не сумел обеспечить себе.

Из-за двери ванной доносился шум льющейся воды, и он представил себе, как Джейси стоит под душем, как блестит ее гладкая мокрая кожа. Ему ужасно хотелось пойти к ней, прижать к себе и рассказать, как сильно он ее любит.

Но он не мог. Она прямо сказала, что раз он не может быть с ней навсегда, то на этом все.

А навсегда… это было выше его сил. По крайней мере, на ее условиях, когда «навсегда» означало, что он должен принести в жертву то, кем был и чего хотел.

Он правильно повел себя с Джейси, исправив ошибку, которую допустил со Сьюзен. Джейси он все выложил по-честному: к какой жизни стремится, какая жизнь ему нужна. Никаких двусмысленностей, только чистая правда.

И она сказала «нет». Как должна была бы поступить и Сьюзен много лет назад. Как Сьюзен и поступила, когда предложила развестись.

Однако тогда, со Сьюзен, боли не было. С Джейси Дэвид чувствовал себя так, словно его сердце разбито. И эта боль рвала душу, в особенности потому, что он понимал: Джейси совершает ошибку. Она художница, а не бухгалтер. Она должна увидеть Париж. Должна рисовать испанские степи. Должна изображать краски восходящего солнца, отражающегося от утесов Дувра.

Дэвида до чертиков бесило ее упрямство, мешающее прислушаться к его словам.

Ха, упрямство Джейси! Разве это для него новость?

Дверь ванной открылась, и только тут до Дэвида дошло, что душ выключен. Джейси вышла оттуда в халате, источая пар.

— Привет, — сказала она, переминаясь с ноги на ногу.

Между ними возникла неловкость, которую он ненавидел, но не знал, как разрушить.

— Как ты? — спросил он.

— Бывало и получше. А ты?

— То же самое.

Она стояла, теребя пояс халата.

— И что нам теперь делать?

— Мы снова вернулись к началу, — ответил он, имея в виду их расследование.

Что же касается его и Джейси, они уже пересекли финишную черту.

И эта мысль выжгла дыру у него внутри.


— Еще не вечер, — сказал Регги, барабаня пальцами по рулевому колесу.

Они возвращались после бесплодной поездки в Сан-Диего. Регги не хотел нападать на Джейси, пока Дэвид поблизости. Но Дэвид, или охранник, или полдесятка гостей постоянно находились поблизости.

— Рано или поздно она останется одна.

— Надо придумать что-нибудь получше, — сказал Эл.

Они покинули Сан-Диего вслед за Джейси и Дэвидом и теперь сидели в автомобиле перед домом Дэвида.

— Да? Типа чего? — злобно спросил Регги.

На этот раз Эл не был прикован к дверце автомобиля — определенное повышение статуса. Он не только обрел свободу, но и стал в какой-то мере авторитетом для Регги. В этом смысле все обстояло хорошо.

Вот только он понятия не имел, как ответить на вопрос партнера.

— Нужно узнать, у нее ли еще старые сиденья, — сказал он.

— Неплохо бы. Но где они могут быть? В этом ее маленьком гараже их нет.

Все верно. И это означало, что она либо полностью избавилась от старых сидений — этот вариант Эл даже не хотел рассматривать до тех пор, пока ничего другого не останется, — либо у нее есть какое-то другое место для хранения вещей.

Он вертел проблему так и эдак, вспоминая тот день, когда таскался за ней по пятам. Она не пропустила ни одной кофейни в радиусе трех миль. Она подходила к газетным киоскам. Она покупала краски. И тут Эл вспомнил, что она сделала потом: отнесла краски в соседский гараж. Так может, там она и держит свои вещи?

— У меня есть план.

Он жестом дал понять Регги, чтобы тот заводил машину. Оставалось надеяться, что он прав. Потому что никаких других идей у него не было.


— Это? — спросил Регги.

Эл кивнул. Регги повел машину в пустой проезд, прямо к гаражу. Дом выглядел пустым; возможно, его владелец на работе и не заметит двоих мужчин, выискивающих что-то на заднем дворе.

Регги первым подошел к двери, легко открыл замок и распахнул дверь.

— Тут прямо как в лавке.

Эл не понимал, что имеет в виду Регги, пока сам не оказался у двери. Все было аккуратно разобрано по категориям и разложено по полкам. Даже на первый взгляд бросалось в глаза, что краски подобраны по цвету, а ящики в дальнем конце рассортированы по размеру. На всем имелись подписанные зеленым фломастером этикетки. И тут же, задвинутые в задний угол и накрытые чистой занавеской для душа, лежали два съемных сиденья с этими дешевыми чехлами, которыми всегда снабжают водителей на мойках.

Регги метнулся вперед, сорвал пластик, перевернул сиденья и взрезал днища ножом. Засунул руку в щель и начал вытаскивать набивку, сначала из одного сиденья, потом из второго.

Эл затаил дыхание.

— Ничего. — Регги поднял голову, в его глазах полыхала ярость. — Черт, тут ничего нет!

Он поднялся, выставив перед собой нож, и зашагал к Элу. Тот отскочил, чувствуя, как внезапно пересохло во рту.

— Ах ты, грязный хитрюга…

— Клянусь, я тут ни при чем! — воскликнул Эл. — Дай мне посмотреть.

Однако на самом деле лезть внутрь ему не было нужды. Едва подойдя поближе, он понял, что это не те сиденья. И все же, пытаясь выиграть время на раздумья, присел на корточки и запустил руку под обивку.

Он спрятал бриллианты в виниловых сиденьях, а эти были матерчатые. Значит, после марта Джейси заменила первоначальные сиденья, а потом, когда Регги искромсал ее машину, вернула их обратно. Изрезанные сиденья она принесла сюда и накрыла их, чтобы скрыть следы ножа. Вообще-то это не должно удивлять его, если вспомнить, как Джейси в отеле споласкивала пустые бутылки из-под шампуня и аккуратно высушивала их.

И если его теория верна, то сейчас бриллианты снова в «Люси» — там, где он их и оставил.

В шею сзади уперлось холодное лезвие ножа.

— Лучше бы тебе найти бриллианты, маленький ублюдок.

— Их здесь нет, Регги. Но, клянусь, я положил их в эти сиденья. Прямо не знаю… Не знаю, где они теперь.

Регги схватил Эла мясистой лапой, вздернул его, поставив на ноги, и ткнул лицом в стену. Послышался хруст, и нос пронзила такая острая боль, что Эл едва не потерял сознание.

— Если ты меня обманываешь…

— Нет, нет! — соврал Эл, держась рукой за нос. Если бы ему удалось смыться и добраться до гаража старухи, бриллианты были бы у него в кармане и он уже к ночи покинул бы страну. — Мы же партнеры, Регги. Я не стану водить тебя за нос.

— Лучше и не думай. — Регги отшвырнул его в сторону, словно какую-нибудь ветошь. — Потому что если я поймаю тебя на обмане, ты покойник.

Эл сглотнул, но сумел сохранить покорное выражение лица. В чем, в чем, а в этом он не сомневался.

— И что теперь? — спросил Регги.

— Дай мне подумать. — Эл лихорадочно соображал, как бы удрать. И еще лучше, как сделать так, чтобы Регги угодил в лапы копов. — Может, тебе стоит попробовать еще раз потолковать с девчонкой?

— Эй! — послышался голос снаружи.

Эл и Регги резко обернулись. У входа в гараж стоял пожилой мужчина рядом со своим автомобилем, двигатель которого работал вхолостую, а дверца была открыта.

— Что вы делаете в моем гараже?

Регги и Эл переглянулись. В следующее мгновение Эл рванул с места и побежал с такой скоростью, словно за ним гнался сам дьявол. С учетом всех обстоятельств так, собственно, и было.

Он отпихнул старикана в сторону, плюхнулся в машину и, дав полный газ, выехал с проезда, от всей души надеясь, что Регги за ним не последует. Но даже если и так, у Эла уже созрел план. Да, все сходилось одно к одному. К утру он будет уже в Мехико, и на этот раз богатым человеком.

Все уладится, он готов прозакладывать на это свою жизнь.


— В Сан-Диего было замечательно, хотя мы мало что выяснили. Правда, нашли скупщика краденого, который, по его словам, должен был встретиться с каким-то адвокатом. Мы сочли, что речь идет об Эле, — рассказывала Джейси, пока Милли наливала в чашку свой неизменный чай.

О своем разговоре ни Джейси, ни Дэвид не проронили ни словечка. Этот разговор… Джейси даже вспоминать о нем было тяжело, а уж озвучивать казалось и вовсе немыслимым. Это сделало бы его более реальным, а в данный момент она всеми силами стремилась уйти от реальности.

— Вы двое — неплохая команда, — вставил Финн. — Ник и Нора[18] отдыхают.

— Вот только они всегда добиваются успеха в своих расследованиях, — сказал Дэвид.

— Несущественная деталь, — ответил Финн.

— Как сказать… — Джейси встала, подошла к раковине и устремила взгляд в сторону гаража. — Мы не приблизились к решению проблемы, а тем временем на меня напали, и «Люси» распотрошили.

Она проверила «Люси», еще даже не войдя в дом. Машина была целехонька. Но кто знает, надолго ли?

Дэвид подошел к ней сзади, положил руку на плечо. Жест был дружеский, не интимный, и Джейси с трудом сдержала слезы.

— Не волнуйся, дорогая. Мы найдем Регги. И выясним, что произошло.

Она повернулась к нему.

— Почему ты так уверен?

— Мы должны во всем этом разобраться. — Он улыбнулся. — Я уже распланировал, как буду тратить аванс.

Конечно, распланировал. И в этих планах Джейси нет места. Или, скорее, его планы и ее жизнь между собой не согласовываются. Проблема семантики, если угодно. В любом случае в результате она останется без Дэвида.

Вот тебе и вечное счастье.

— Вы, ребята, может, Ник и Нора, зато я Бонд, и никак не меньше, — сказал Финн, поймав взгляд Джейси. Она улыбнулась и безмолвно поблагодарила его за то, что, словно прочтя ее мысли, он разрядил момент. — Все, чего мне не хватает, это женщины в бикини и с пистолетом.

— Ладно, давайте подумаем, где мы и что знаем.

Дэвид подошел к холодильнику и достал оттуда яйца.

Во рту у Джейси собралась слюна; пройдет совсем немного времени, и ее ждет очередной кулинарный шедевр, теплый и сладкий.

— Мы на кухне у Милли и не знаем почти ничего, — заявил Финн.

— Мы знаем, что Эл причастен к краже бриллиантов, а Регги охотится на Джейси, — возразила Милли.

— Вопрос в том, что предпринять дальше. — Дэвид достал миску для замеса. — Я уже поговорил с Картрайтом. Пока у копов тоже нет ничего серьезного.

— Досадно, что мы не знаем, где Эл, — сказала Милли. — Он, наверно, рассказал бы нам все.

Финн, Дэвид и Джейси обменялись взглядами.

— Не думаю, что это реально, — ответил Дэвид. — Готов поспорить, что сейчас одна из девиц в бикини, о которых мечтает Финн, готовит ему коктейль «май-тай».

— Я сказала всего лишь, что это досадно, — заметила Милли. — Я не говорила, что он вот-вот постучит в дверь.

Скрывая улыбку, Джейси повернулась к окну, посмотрела на гараж… и не поверила своим глазам.

— Там человек, — сказала она. — Он взламывает гараж!


— Стоять!

Эл замер, вцепившись в ручку двери, и безмолвно выругался. Гараж выходил на ту стену дома, в которой было одно-единственное маленькое окно. Он понадеялся, что сможет быстро пробраться в гараж и покинуть его, оставшись незамеченным.

Что называется, не повезло. В последнее время это происходило с ним постоянно.

Он медленно обернулся. Перед ним стояли Джейси, Дэвид Андерсон и еще один парень, который жил в доме старухи. Сама старуха тоже направлялась к ним со скалкой в руке.

— Алберт Элкот? — спросил Дэвид.

— Эл, — одновременно с ним сказала Джейси.

— Что, черт возьми, ты тут делаешь? — спросил второй парень.

— Может, лучше проводить Эла в дом, Финн?

— Пожалуйста, — забормотал Эл, надеясь, что удача все же вспомнит о нем. — Вы должны помочь мне.

Финн вцепился ему в плечо и повел к дому.

— Сомневаюсь, что мы что-то тебе «должны».

— Может, врезать ему как следует? — спросила старуха, взмахнув скалкой, и тут разглядела состояние носа Эла. — Хотя, похоже, ему уже досталось.

— У меня неприятности, — выпалил Эл первое, что пришло в голову. — Джо Мэлоун хочет убить меня.

Финн с Дэвидом переглянулись; Эл продолжал идти, уверенный, что они заглотнули наживку. Теперь осталось лишь вытянуть рыбку на берег. Они вцепятся в Регги, он отвяжется от Эла, и дальше все пройдет как по маслу.

— Я… ну… взял кое-что, принадлежавшее Мэлоуну, и теперь…

— Бриллианты, — перебил его Дэвид. — Где они?

Эл облизнул губы. Вот, оказывается, как много они знают, а он и не догадывался. Но недаром, недаром отец много раз повторял ему: если уж лжешь, держись как можно ближе к истине. Он обвел их взглядом.

— Я спрятал их в машине Джейси.

— Ах вот оно что! — сказала старуха. — Как это я сразу не догадалась? В «Смертельном оружии-два» крюгерранды были в автомобиле.

Эл понятия не имел, о чем толкует старая перечница, но не успел подумать об этом, поскольку Финн потащил его за руку.

— Пошли взглянем на твои бриллианты.

— Их там нет, — соврал Эл.

— Ты только что сказал, что они там.

— Регги забрал их.

Джейси и Дэвид обменялись взглядами.

— Когда разбил «Люси»?

Эл кивнул.

— Они были в приборной доске, за «бардачком».

Он понятия не имел, есть там место для бриллиантов или нет; но и Джейси вряд ли тоже знала это.

Финн подтолкнул его к двери на кухню.

— Теперь понятно, почему после этого меня оставили в покое, — сказала Джейси, глядя на Дэвида.

Эл издал вздох облегчения. Отлично. А он-то боялся, что она заметила их с Регги в отеле!

Старуха поставила чайник на огонь и хлопнула в ладоши.

— Ну, кто-нибудь хочет чаю?

Эл посмотрел на остальных — похоже, их это предложение обескуражило.

А вот он кивнул. Почему бы и нет? Немножко чая ему сейчас совсем не помешает.


Дэвид не доверял Элу — по всему, что знал о нем, — но в голову приходило единственное объяснение: бриллианты оказались у Регги и теперь Эл надеется, что Дэвид, Финн и Джейси помогут ему вернуть их.

— Так почему за вами гонится Регги? — спросил он, выглянув в окно кухни.

Если он чему и поверил из рассказа Эла, так это тому, что Регги его преследует. Значит, в любой момент этот головорез мог возникнуть на пороге Милли.

— Мэлоун жаждет мести, — ответил Эл. — Он вернул себе бриллианты, но все равно хочет меня убить. Мне нужна помощь. Мне нужна защита.

Дэвид скрестил на груди руки.

— И почему же вы пришли сюда? Почему не прямо в полицию?

Дэвид пока не сообщил Картрайту о появлении Эла; он хотел сначала сам поговорить с ним. Но желает того Эл или нет, полиция скоро появится на сцене.

— Я… ну… даже не знаю, как объяснить. Мне нужно было время подумать.

— И вы решили, что, вломившись в гараж моей тети, получите желаемое?

— Да. То есть нет. — Эл задумался. — Я знал, что единственное место, где Регги не будет меня искать, это «Люси». Возвращаться сюда у него нет никакой причины.

— Ну, теперь она у него появилась, — сказал Дэвид. — Потому что вы здесь. — Желая до появления Регги выжать из Эла как можно больше информации, он встал и потянул его за руку. — Пошли поболтаем.

Эл испуганно сглотнул, но кивнул.

Дэвид посмотрел на Финна и сказал:

— Оставайся с Джейси.

— Поговори с ним в моей комнате, — предложил Финн.

Дэвид повел Эла с кухни. Милли засеменила следом, и он вопросительно взглянул на нее.

— Что такое? — спросила она. — Разве я не твоя секретарша? Может, понадобится вести запись. Кроме того, у меня в шкафу есть наручники. Можно использовать их, чтобы задержанный не скрылся.

Дэвид закатил глаза, но спорить не стал. Как и расспрашивать Милли, что именно она собиралась делать с наручниками.

— Ну а я останусь здесь, — заявила Джейси.

Дэвиду было приятно слышать, что она не хочет общаться с Элом кроме как в случае крайней необходимости. Даже после всего, что он теперь знал об Эле, Дэвид не мог избавиться от совершенно безрассудного чувства ревности. Черт, будь он честен с самим собой, он ревновал бы Джейси ко всем, с кем она была прежде. И он заранее почти ненавидел тех, с кем она будет дальше.

Он заставил себя сосредоточиться на текущей ситуации и выкинуть из головы мысли о жизни с Джейси или без нее.

— Хочешь, чтобы я остался? — спросил он.

— Нет. — Их взгляды встретились. — Тебе нужно поговорить с ним — для книги. А со мной все будет в порядке. Просто я сейчас не хочу его видеть. И даже думать не хочу о том, что четыре месяца повсюду возила с собой миллион долларов.


Джейси почувствовала себя немного занудой, но Дэвид, кажется, понял. Поцеловал ее в щеку и ушел. Она осталась с Финном. Стояла, прижав пальцы к щеке и жалея, что не может сохранить этот поцелуй и вытаскивать его каждый раз, когда будет грустно или одиноко.

— Он любит вас, знаете ли, — сказал Финн. — Я никогда не видел его таким влюбленным.

Джейси почувствовала на глазах непрошеные слезы.

— Я тоже люблю его. Просто мы хотим разных вещей. У нас разные представления о жизни.

— Это мне очень даже понятно. — Финн взглянул ей в глаза. — Но я никогда не смотрел на женщину так, как Дэвид смотрит на вас.

— Надеюсь, когда-нибудь это произойдет.

— Спасибо, — усмехнулся Финн.

Внезапно где-то в квартире послышался звон разбитого стекла. Финн молниеносно вскочил.

— Это в гостиной. — Он ринулся в коридор, на ходу ткнув в Джейси пальцем. — Не двигайтесь!

Оставшись одна, она затаила дыхание, надеясь, что это просто соседские ребятишки играют в бейсбол, но почему-то сильно сомневаясь в этом. Все ее тело насторожилось, чутко реагируя на любой скрип или потрескивание старого дома.

Кухонная дверь распахнулась, и Джейси испустила крик.

Регги!

Он ворвался внутрь — господи, этот его ужасный шрам, вспученный, воспаленный! — и она снова закричала. Однако на этот раз он зажал ей рот и прижал спиной к холодильнику.

— Говори, где эти проклятые бриллианты?

Джейси попыталась ответить, но с зажатым ртом это было невозможно, да к тому же холодная сталь пистолета упиралась в горло. Из глаз побежали слезы, и лицо слегка защипало, потому что она не могла их вытереть. Господи, за что ей все это? Что она такого сделала? Ничего. Абсолютно ничего. Если не считать того, что четыре месяца назад завела в отеле роман с неподходящим парнем.

— Бриллианты же у вас, — в конце концов пролепетала она.

Глупо, конечно. Судя по всему, их у него не было.

— Черт побери, о чем ты? У меня ничего нет. И Джо расквасит мне физиономию, если я не вернусь с бриллиантами.

— Эл сказал, что бриллианты у вас. — Она очень надеялась, что Дэвид и Финн слышали ее крик и вот-вот придут на помощь. А пока она собрала все свое мужество и посмотрела Регги в глаза. — Больше я ничего не знаю, клянусь.

— Клянешься? — Он вдавил пистолет ей в горло с такой силой, что можно было не сомневаться: на этом месте останется синяк. — Клянешься?! И я должен тебе поверить?

Что-то мелькнуло на фоне распахнутой двери, и Джейси замерла.

— Я не знаю, как сделать, чтобы вы мне поверили.

Она сказала это, отчасти стремясь убедить Регги, а отчасти чтобы помешать ему оглянуться на кухонную дверь.

Появилась нога, потом рука с пистолетом.

Дэвид!

Сердце у нее затрепетало. Она знала, знала, что он не позволит ей умереть! Он же любит ее.

От этой мысли на глаза снова навернулись слезы. Она поняла, что все это время цеплялась за иллюзию. Ей не нужны кирпичи и известковый раствор. Стабильность, которой она так жаждала, была в Дэвиде, а не в адресе, по которому она будет проживать. Эта истина все время была рядом, просто она не хотела замечать ее.

— Пойдем-ка поболтаем в твоей машине, — сказал Регги. — Разберем ее на части кусок за куском и посмотрим, нет ли там бриллиантов.

Внимание Джейси привлекло еле заметное движение. Она слегка изогнулась и разглядела, что в коридоре прячется еще и Финн с маленьким пистолетом в руке, скорее всего принадлежащим Милли. Вот только беда: она и Регги стояли так близко друг к другу, что ни Дэвид, ни Финн не могли сделать хороший выстрел.


Проклятье!

Дэвид встретился взглядом с Джейси и увидел в ее глазах страх, но в то же время и доверие. Все внутри у него сжалось. Этот ублюдок захватил его девушку, а он ни черта не мог сделать, пока они так близко друг к другу.

Они уже позвонили Картрайту и сказали ему, чтобы мчался сюда, но даже с приездом полицейских положение все равно оставалось паршивым, если только Регги не сдастся добровольно. Может, он решит использовать Джейси как заложницу? Это был бы наихудший вариант. Значит, Дэвид должен спасти ее немедленно, пока Регги не осенила эта или другая сногсшибательная идея.

Кровь у него вскипела, он с трудом сдерживал желание прыгнуть. Ему страстно хотелось свалить этого мерзавца, ткнуть пистолет ему в брюхо и связать за спиной руки, чтобы он завопил о пощаде.

Нет, на самом деле ему хотелось спасти свою девушку в стиле, достойном одного из фильмов Милли.

Монрой — вот он, можно не сомневаться, сумел бы сделать что-нибудь в этом роде. Однако это не роман, и Дэвид не хотел рисковать жизнью Джейси.

Все тело Дэвида заледенело от ужаса, но он приказал себе не думать об этом. Он должен освободить Джейси, вот и все. Она не заслуживает ничего такого. Она заслуживает того, чтобы жить, чувствуя себя в безопасности. Сочная зеленая лужайка. Невысокая ограда. Может быть, кусты роз. Симпатичный гараж для «Люси».

Она заслуживает всего этого и заслуживает, чтобы рядом с ней был мужчина. Мужчина, который любит ее. А он и есть этот мужчина.

Медленно поворачиваясь, Регги поволок Джейси за собой. Вот-вот он сделает полный круг, увидит Дэвида, но все еще будет прикрываться ею. Проклятье!

Тут-то она это и сделала. Блестяще и глупо одновременно. Она притворилась, что падает, и в ту долю секунды, когда Регги слегка отодвинул пистолет, чтобы удержать ее, ткнула пальцем ему в глаз, точно так, как Дэвид учил ее.

Регги взвыл, и в этот момент Дэвид метнулся вперед, а Финн прыгнул с другой стороны. Регги попытался вырваться из круга, но Дэвид врезал ему ногой по запястью, и пистолет поскакал по выложенному плитками полу в дальний конец кухни.

Дальше все пошло гораздо легче. Теперь, когда Джейси больше не находилась на линии огня, да и Регги лишился оружия, Дэвид просто нацелил свой пистолет ему в грудь.

— Не волнуйся, Регги, — сказал он, заслышав в отдалении вой сирен. — Мы уже побеспокоились о том, чтобы тебя прокатили с ветерком.


Дэвид спас ее. Она знала, знала, что так будет. И теперь ей оставалось лишь держаться за него. То, что она называла «своим путем», больше не уведет ее в сторону от Дэвида.

— Прямо кино, — заметил Финн.

— Да уж, просто Рени и Мел, — сказала Милли, входя в кухню.

Джейси испустила вздох облегчения. Она знала, что Милли в безопасности, и все же, увидев ее воочию, почувствовала себя гораздо лучше. В особенности потому, что Милли оставалась одна с Элом, которому Джейси совсем не доверяла.

Она перевела взгляд с Дэвида на Финна.

— А где Эл?

— Прикован наручниками в комнате Финна, — ответил Дэвид.

Милли покачала головой.

— Уже нет. Когда Джейси закричала, я вышла вслед за Дэвидом…

— Милли, — сердито перебил ее Дэвид, — я же велел тебе оставаться с Элом.

— Ну, я и вернулась. Но Эл исчез.

Дэвид и Финн молниеносно обменялись взглядами и бросились вон из кухни. Джейси за ними. Так и есть. Никакого Эла, просто разломанное деревянное кресло.

— «Люси»! — вскрикнула Джейси, и все встало на свои места. — Он вскроет сиденья!

Все заторопились в гараж, но Эла уже и след простыл. Однако он, без сомнения, побывал там: пассажирское сиденье было вспорото, рядом валялся консервный нож Милли.

— Как ты догадалась, черт побери? — спросил Дэвид.

— У Регги бриллиантов не было, — ответила Джейси. — Ну, я и стала рассуждать. Я знаю каждый дюйм «Люси». Однако дело в том, что я заменила сиденья. Пока Регги не распотрошил «Люси», бриллианты лежали в соседском гараже.

— А перед отъездом в Сан-Диего мы установили старые сиденья обратно.

— Ну, Картрайт, конечно, получит от Регги словесный портрет Эла, — сказал Финн. — Однако я сильно подозреваю, что уже завтра утром где-нибудь на побережье он будет пить май-тай.

— Лично я очень этому рада. — Джейси подошла к Дэвиду. — Я сильно ему обязана.

— Ты ему обязана? — удивился Дэвид, обнимая ее.

— Конечно. — Она отодвинулась, чтобы взглянуть ему в глаза. — Если бы не Эл, я бы никогда не встретила тебя.


Она в безопасности. Слава богу, она в безопасности.

Эта мантра снова и снова звучала у него в голове, словно старая, поцарапанная долгоиграющая пластинка.

Он спас женщину, которую любил, и теперь должен сделать все, чтобы она жила спокойно и счастливо.

Дэвид начал с самого простого — с двойного шоколадного торта с клубничной глазурью, но был настроен на этом не останавливаться. Он пройдет весь путь вплоть до закладной, на условиях Джейси. Страшновато немного, но тут уж ничего не поделаешь. Он хотел Джейси в самом широком смысле этого слова. И если это означает снова всю эту волынку с домом и всем прочим — что ж, он справится. Ради Джейси он справится с чем угодно.

Он включил огонь под кастрюлей, в которой варил глазурь, и повернулся к Джейси. Она с довольным видом пила с Милли чай за кухонном столом и улыбнулась Дэвиду. На ней был его тренировочный костюм.

— Ты в порядке? — спросил он примерно в восемнадцатимиллионный раз.

Милли похлопала Джейси по руке. Они описали Милли все, что произошло на кухне, и теперь она то и дело похлопывала Джейси по руке.

Улыбка Джейси пронзила ему сердце.

— Я же говорила, со мной все прекрасно. И вовсе не обязательно кормить меня. — Она облизнула губы. — Хотя, в общем-то, я не возражаю.

— Это хорошо. — Он пошел в дальний конец комнаты, взял газету, которую проглядел после того, как ушли полицейские, и развернул на столе перед Джейси страницу с объявлениями о продаже недвижимости. — И это для тебя тоже.

В первое мгновение она была явно сбита с толку. Потом подняла на Дэвида взгляд и улыбнулась ему, и он понял, что все сделал правильно.

— Типовые дома? Ты обвел типовые дома.

— Можем начать смотреть, когда пожелаешь.

— Смотреть, — повторила Джейси. — Зачем?

Он сделал глубокий вдох.

— Чтобы купить. Для нас. Мистер и миссис Андерсон. В пригороде. С оградой. С качелями. Целых девять ярдов.

— Ну, вообще-то пора, — сказала Милли.

Не обращая внимания на тетю, Дэвид сосредоточил все внимание на Джейси. Она ответила не сразу; опустила взгляд и коснулась пальцем дома, который он обвел. Нервы у него завибрировали. Когда она снова посмотрела на Дэвида, глаза у нее сияли, но в них дрожали слезы.

— Это невозможно, — сказала она.

— Что?

— Не хочу заставлять тебя перебираться в пригород. И не хочу, чтобы ты отказывался от путешествий.

Она смахнула слезы. Дэвид затаил дыхание, все еще не до конца понимая ее позицию.

— Мне казалось, я хочу волшебную сказку. Замок или что-то в этом роде. Но на самом деле я хочу быть счастливой.

По тому, как засияли глаза Джейси, Дэвид понял, каков будет ее ответ.

— Ты — мое счастье, Дэвид. Здесь, или в Париже, или в твоей крошечной квартире. — Она улыбнулась. — Ты — вот что неизменно. Не какой-то глупый дом, а ты. Банально, наверное, но дом там, где сердце.

— Ты уверена?

Она кивнула.

— Я притворялась тем, кем не была, и строила планы жизни, в которой не была бы счастлива. Это немножко страшновато, но я должна просто быть самой собой и верить, что все получится. И я хочу, чтобы рядом был человек, который любит меня ради меня. Даже если я буду рисовать плохие фрески на стенах магазина подержанной одежды и не сумею продать ни одной картины, сделанной на берегах Сены.

Дэвид рассмеялся.

— Тогда я твой человек.

— Знаю.

Тут до него дошло, что глазурь подгорает, и он развернулся к плите.

— Когда вы не будете путешествовать, живите здесь, — сказала Милли. — Мне претит мысль о том, чтобы сдавать дом.

Дэвид снова повернулся.

— Сдавать?

— Да, дорогой, — ответила Милли. — Я переезжаю в очаровательную маленькую общину в Алтадене. Там мне не придется готовить, там хорошо организованы всякого рода занятия и каждая квартира подключена к кабельному модему.

Дэвид удивленно смотрел на нее, думая, что ослышался.

— Ты переезжаешь?

— Думаю, это будет прекрасная смена обстановки. А вы можете жить здесь. Фактически я должна просто переписать дом на тебя. — Милли похлопала Джейси по руке. — В конце концов, это Дэвид оплачивает налог на имущество, страховку и все другие счета. Думаю, так будет только справедливо.

Дэвид сглотнул.

— Ты знала об этом?

Милли выглядела в высшей степени довольной собой.

— Как сказал Финн, я чертовски хорошо управляюсь с мышью.

— Но…

Дэвид смолк, не зная, что и сказать. Он так старался сохранить это в тайне, и вот все его труды пошли насмарку. Он провел пальцами по волосам, проклиная компьютеры и банковские операции в открытом доступе, а заодно и дядю Эдгара.

— Дэвид любит этот дом, — сказала Милли, обращаясь к Джейси. — И я потеряла бы его, если бы он не оплачивал счета.

— Нужно было просто сказать мне, что ты все знаешь, — буркнул Дэвид.

— О нет! — покачала головой Милли. — Из этого ничего хорошего не получилось бы. — Она сложила руки на коленях. — А так все устраивается просто прекрасно.

Дэвид прищурился.

— Что устраивается?

— Все это дело, — ответила Милли, и Джейси приложила руку ко рту, чтобы скрыть улыбку. — Я знаю, как сильно ты любишь этот дом, но если бы я, собираясь переезжать, попросила тебя купить его у меня, ты бы чувствовал себя обязанным сделать это. Дом превратился бы для тебя в обузу, и ты оставил бы всякие мечты о Париже. А так… ты был доволен тем, что помогаешь мне, и я тоже была довольна, зная, что дом скоро будет принадлежать тебе. Выходило, что ты не просто впустую тратишь на меня деньги. — Она посмотрела на Джейси. — Неплохо соображаю для старой леди, а?

— Совсем неплохо.

Дэвид молча согласился с ней. Взял Милли за руку, вытянул ее из кресла и крепко обнял.

— Я люблю тебя, ты ведь знаешь.

— Конечно знаю, дорогой. А иначе разве ты терпел бы меня? — Она слегка отступила, не выпуская его руки. — Я права, да? Ты хочешь этот дом?

Он посмотрел на Джейси — та просто сияла.

— Ну… да. Хочу. Но эта идея с твоим переездом мне не нравится.

— Дом большой, — сказала Джейси. — Почему бы вам не остаться?

— Вот именно, — поддакнул Дэвид.

— Чепуха, — заявила Милли, снова усевшись за стол. — Я уже давно приглядываюсь к этой общине. У них там учат танцевать польку, есть и компьютерный класс. А молодой человек, который ведет занятия по бадминтону, вылитый Мел Гибсон.

Джейси засмеялась.

— Ну, раз так, вы уж точно не передумаете.

— Вот все и уладили, — пресекая дальнейшие протесты, заявила Милли, достала из вязаной сумки рядом с креслом журнал и протянула его Джейси. Журнал назывался «Современная невеста». — А теперь, дорогая, займемся твоим свадебным платьем…

Эпилог

Полковник обнял Сару и повел ее в дом. Тернер с интересом смотрел на меня. Он понимал — что-то закончилось; но также понимал, что от меня никаких разъяснений не дождется.

Сообразительный парень.

— Когда-нибудь ты расскажешь мне, что я пропустил, — сказал он.

Я поднес сигарету к губам и затянулся.

— Может быть… когда-нибудь. Но я бы не стал сильно надеяться.

Он повернулся и зашагал к своей машине. Я двинулся в противоположном направлении; меня, как пламя мотылька, манила Мэллори.

Она стояла на крыльце. Ее глаза сияли, и, когда я начал подниматься по ступеням, она протянула мне руку.

— Спасибо, — сказала она.

— Когда угодно, дорогая.

Наши взгляды встретились.

— Надеюсь, это не пустые слова, мистер Монрой.

Я колебался не дольше мгновения.

— Отвечаю за каждое из них, мисс Стамп.

Она облизнула губы, спустилась по ступеням и зашагала к моему автомобилю.

— Раньше я не верила в счастье. — Она открыла дверцу и забралась внутрь. — Но теперь все изменилось.

Я захлопнул дверцу, обошел автомобиль, бросил «честерфилд» на мостовую и растер носком ботинка.

Как говорится, все хорошо, что хорошо кончается. В моем случае все закончилось просто прекрасно. Я нашел Сару, разгадал загадку и и заключил с полковником в некотором роде перемирие.

Но самое главное, я заполучил эту девушку.

Неплохо для сыщика из долины Сан-Фернандо. Совсем неплохо.

Джейси положила гранки «Смерти до рассвета» и взглянула на мужа.

Дэвид смотрел на нее, нервничая даже сильнее, чем когда сказал ей: «Я закончил».

— Ну?

— Неплохо, — улыбнулась Джейси. — Совсем неплохо.

— Значит, тебе понравилось?

Она засмеялась, приподнялась и поцеловала его в щеку.

— Понравилось. Думаю, это здорово, что одновременно выйдут роман и «Горячий лед».

Это и в самом деле была прекрасная идея — выпустить роман и документальный детектив о краже бриллиантов одновременно. Кроме того, издатель организовал для Дэвида тур по двадцати городам, совпадающий по времени с многочисленными интервью, которые находящийся в заключении (с весьма мягкими условиями) Регги дал средствам массовой информации. Он выторговал себе смягчение приговора, и в результате виноватым оказался один Джо. Регги стал главным свидетелем касательно не только кражи бриллиантов, но и целого перечня других обвинений, начиная с бандитизма и охватывая практически весь калифорнийский уголовный кодекс.

— Нам придется жить на чемоданах по крайней мере месяц. — Дэвид обхватил Джейси за талию и посадил к себе на колени. — Как думаешь, ты справишься?

— Я же справилась, пока мы три месяца жили в крошечной квартирке в Париже и ты писал книги, — ответила она. — Пока ты со мной, я могу справиться с чем угодно. И пока мы всегда возвращаемся домой.

— Хорошо. — Он поцеловал ее в кончик носа. — Потому что теперь мы с тобой неразлучны.

— Правда?

— Конечно. Ты же прочла? Я и Монрой — мы оба заполучили свою девушку.

Она прижалась к нему.

— Это хорошо, ведь девушка и сама хотела, чтобы ее заполучили.

Она посмотрела на него, и он прочел в ее глазах вопрос.

— Что?

— Мне вот что интересно, — сказала Джейси. — Как думаешь, эти бриллианты когда-нибудь найдут? И Эла, если уж на то пошло?

— Не знаю, дорогая, — ответил Дэвид, крепко прижимая ее к себе. — В самом деле не знаю.


Эл поднял на лоб солнцезащитные очки и сделал большой глоток ледяного дайкири. Вот это жизнь! Он заслужил ее по праву. Те четыре месяца в нищете и убожестве превратились в дурное воспоминание.

Теперь в его распоряжении ослепительно белый песок, кристально чистый голубой океан, прекрасная еда, питье и бесконечная процессия полуголых красавиц.

Может, он и сделал небольшой крюк, но в итоге оказался на небесах.

— Здесь не занято? — спросил мелодичный женский голос.

Эл поднял взгляд. Высокая брюнетка в юбке-саронге и крошечном лифчике от бикини улыбнулась ему и показала на соседний шезлонг. Он покачал головой.

— Надеюсь, теперь занято. Я имею в виду, вами.

Продолжая улыбаться, она уселась на краю и скрестила ноги, обнажив точеные икры. Шезлонги стояли очень близко, и, когда она наклонилась вперед, Элу открылось впечатляющее зрелище. Порядок. Вечернее развлечение обеспечено.

Он протянул ей руку.

— Я Эл.

— А я Эмбер. Рада с вами познакомиться.

Она наклонилась еще сильнее, словно хотела поцеловать его. Ее губы скользнули по его уху, дыхание защекотало кожу.

— И вот что, Эл, — прошептала она, и он почувствовал, как в грудь уперлась холодная сталь пистолета. — Думается, нам нужно обсудить с тобой миллион вещей…

Мои благодарности

Огромное спасибо Интернету в целом. Где еще можно разузнать в три часа утра, как устроен внутри классический «фольксваген» или какова история «студеллака»?

Спасибо моему отцу за экспертную оценку всего, что касается автомобилей, и издательству Penguin Putnam за великодушную помощь по всем вопросам, имеющим отношение к Микки Спиллейну и Майку Хаммеру.

Спасибо также людям из READ за их бесконечную поддержку и неоценимую помощь во всем, что касается докучливых вопросов расследования.

И в заключение особое спасибо за постоянную поддержку и бесценную исследовательскую помощь Карен Кикипу Бомл, почитательнице, которая стала другом.

Примечания

1

Автор всех трех упомянутых романов — Микки Спиллейн.

2

Фирменное печенье или вафли герл-скаутов.

3

Роман Джона Гришема.

4

Пол Баньян — герой американского фольклора, славится невероятной силой и аппетитом.

5

Питер Мейл — писатель, автор романа «Хороший год», по которому режиссер Ридли Скотт снял фильм с Расселом Кроу в главной роли

6

D-day (англ.) — здесь: день начала действий.

7

Наоборот (фр.).

8

Энн Рул — писательница, заслужившая титул «королевы криминального романа».

9

Stop & Shop (англ.) — «Остановись и купи».

10

Детский фильм.

11

Образцовая мать из телешоу.

12

Сорт очень вкусного и дорогого мороженого.

13

Фильм по одноименному детективу Рэймонда Чандлера, с Хамфри Богартом в главной роли.

14

Уолтер Митти — герой фильма «Тайная жизнь Уолтера Митти», скромный бухгалтер, предающийся неудержимым фантазиям.

15

Известный мастер по изготовлению мебели, ведущий популярной телепрограммы по дизайну интерьеров.

16

Один из самых знаменитых поваров-рестораторов.

17

Хью Хефнер — создатель журнала «Плейбой».

18

Ник и Нора — герои серии детективных фильмов, супружеская пара, ведущая расследования.


home | my bookshelf | | Никто, кроме тебя |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу